Читать книгу "Операция «Гроза плюс». Самый трудный день"

А уже на девятый день войны 2-я Ударная армия генерала Горбатова в составе двух механизированных и одного мотострелкового корпусов с вершины Белостокского выступа стальным клином врезалась в мягкое подбрюшье группы армий «Центр». Фронт был прорван, и лавина танков и боевой техники рванула к Варшаве, разваливая главную немецкую группировку на две части. Именно ради этого дня он и его солдаты шесть месяцев не щадя себя тренировались, осваивая технику и тактику будущего в условиях, приближенных к боевым.

Ради этого дня одиннадцать месяцев назад его извлекли из Колымского лагеря вместе с двумя десятками заключенных, посадили на гидроплан и отправили в Комсомольск-на-Амуре. Там от группы отделили и куда-то увезли штатских[13]13
  Одним из спутников Горбатова был двадцатишестилетний актер Георгий Жженов, которого Советский Союз посылал в бессрочную командировку в РФ. Ну, если не сложились у молодого Жженова взаимоотношения со сталинскими органами, так в РФ артисту есть чем заняться.


[Закрыть], а команду над военнослужащими приняли странные люди, старшим у которых был рано поседевший моложавый армейский полковник со шрамом через все лицо. Тот день, 25 августа 1940-го, Горбатов до конца своей жизни запомнит, весь, до последней секунды. То, что его забрали из лагеря, могло и не принести радости. Или режим могли сменить, или вообще дело пересмотреть, и здрасте вам – ВМСЗ (высшая мера социальной защиты).

Но произошло такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Лишь только гулаговский конвой покинул помещение, полковник положил перед каждым из двенадцати командиров в звании от комбрига до майора по справке о пересмотре их дел и прекращении по причине отсутствия состава преступления, а также по одному экземпляру расписки о неразглашении секретных сведений, представляющих государственную тайну СССР. Чисто машинально Горбатов вписал в пустое поле свои данные: фамилию, имя и отчество, – и, внимательно прочитав текст, расписался внизу – где уже стояла симпатичная галочка. Исходя из прочитанного в той бумаге, Горбатов сделал вывод, что их, вчерашних зека, хотят использовать для выполнения какого-то опасного задания. Но действительность оказалась удивительнее любых фантазий.

Словно во сне через межвременной погранпереход Горбатов проследовал в будущее, получил штамп в новенький советский загранпаспорт. И вот он уже на другой стороне, в 15 марта 2017 года, в чужой и непонятной стране, именуемой Российской Федерацией. Маленькая гостиница, в четырехместном номере которой Горбатов провел три дня, была заполнена такими же «командировочными», как и он сам. Для начала отмывшись под горячим душем и выкинув лагерное тряпье, Горбатов переоделся в камуфляжную униформу непривычного вида с уже пришитыми петлицами генерал-майора. Потом, не отрываясь, он принялся смотреть «ящик», по которому непрерывной чередой показывали художественные фильмы об ужасной грядущей войне, которую ему предстояло переигрывать. Фильмы перемежались с обучающими передачами и с выпусками новостей, по которым сложно было составить мнение – во что превратилась его родная страна через семьдесят шесть лет.

Тем временем «командировочные» все прибывали и прибывали. И вот наступил день, когда из переполненного накопителя вывели сто восемьдесят человек, рассадили их по автобусам и доставили на военный аэродром, где уже ждал заправленный и готовый к полету Ил-62М, конечно уже старенький, но надежный, как паровоз. Все эти чудеса, вроде восьми с половиной часов перелета вместе с солнцем через всю страну от Комсомольска-на-Амуре до авиабазы Бельбек в Крыму, Горбатов принял как должное. Выпил минералки, с аппетитом, несмотря на надоедливый гул двигателей, съел означающий середину полета обед, потом подремал, поглядывая через иллюминатор на расстилающиеся внизу бесконечные облачные поля, подремал, потом снова выпил минералки и принялся ждать посадки.

Через полчаса после посадки на аэродроме Бельбека Горбатов и его спутники, пройдя через еще один межвременной переход, уже стояли под небом третьего по счету времени, в Крыму 1680 года. Именно там, в тренировочных лагерях Горбатова научили всему тому, до чего пришлось бы доходить за четыре года войны, расплачиваясь за науку солдатской кровью. Он научился взламывать вражескую оборону массированным огнем артиллерии. Научился наносить рассекающие удары на всю глубину стратегического развертывания противника соединениями основных танков и быстрых боевых машин пехоты. Научился смыкать во вражеском тылу стальные клинья, чтобы пехота, следующая по пятам за танками, могла бы пленить или уничтожить неуправляемые толпы вражеских войск. Научился управлять мощнейшим боевым механизмом, именуемым Ударной армией особого назначения, таранить вражескую оборону и бросать в преследование отступающего врага подвижные отряды из танков, самоходок и боевых машин пехоты.

Все, чему Горбатов учился на полигонах под руководством маршала Буденного и поседевших стариков, последних выживших специалистов по глубоким операциям, пригодилось ему в ходе реальной войны, когда вермахт, и так уже дышащий на ладан после активной фазы приграничного сражения, был раскатан в тончайший блин. А потом этот блин еще и нарезали тонкими ломтиками.

И вот теперь он, генерал Горбатов, стоит на наблюдательной вышке, установленной на вершине поросшего лесом холма, и смотрит на запад, где в дыму пожарищ угадываются контуры вражеской столицы. От нее запыленные танки Горбатова отделяет лишь один суточный переход и две тоненькие нити окопов, в которых сидят фольксштурмисты – смазка для гусениц его танков, – шуцманы, штурмовики из отрядов СА, молокососы из Гитлерюгенда и седые старики-ветераны с трясущимися руками.

Если же оглянуться назад, то можно увидеть развернутые позиции самоходной артиллерии, опорные пункты мотопехоты и изломанные линии окопов. Тут, на Франкфуртском плацдарме, находится вся его 2-я Ударная армия особого назначения. 4-й особый мехкорпус Лизюкова – на северном фасе, со штабом в городке Боссен. 5-й особый мехкорпус Ротмистрова – на южном фасе, со штабом в деревне Маркендорф-Зидлунг. 2-й особый конно-механизированный корпус Доватора – в центре, со штабом в деревне Розенгартен.

А чуть дальше, на берегу Одера, лежит чистенький, под красными черепичными крышами Франкфурт-на-Одере.

Трое суток назад армия Горбатова ворвалась в него без единого выстрела, встретив на улицах только перепуганных фрау, фройляйн и киндеров, которые думали, что ворвавшиеся в город русские немедленно начнут грузить их в вагоны для отправки в ужасную Сибирь.

Немцы тут же начали свою любимую забаву – стучать в особый отдел его армии на соседей, родственников и знакомых, осведомляя советские компетентные органы о том, что этот нехороший человек является членом НДСАП, а сын этого, такого же нехорошего человека, вступил в СС или СА. Отдельно сообщалось о том, что в доме соседа есть запрещенное к хранению охотничье ружье (знак особого доверия властей) или радиоприемник. Интенсивность доносов была прямо пропорциональна уровню страха, который внушали русские солдаты жителям Франкфурта-на-Одере. А страх не спадал, потому что каждая городская кошка знала – чье мясо она съела.

Горбатов надеялся, что через пять дней, когда вернутся посланные за горючим бензовозы, а из глубокого тыла подойдет приотставшая пехота, его армия рванет дальше на запад, оставляя позади этот занудный городишко и обойдя Берлин по южной окраине, устремляясь все дальше и дальше, в самое сердце Третьего рейха.

9 февраля 2018 года (22 июля 1941 года). Российская Федерация. Москва, Департамент информации и массовых коммуникаций Министерства обороны РФ

Сегодняшняя пресс-конференция, которую должен был провести начальник Департамента информации МО генерал-майор Игорь Конашенков, обещала стать еще одной сенсацией. Журналисты, крайне неохотно до этого посещавшие подобные мероприятия, сегодня всеми правдами и неправдами старались прорваться в помещение, где должна была пройти эта пресс-конференция. Но попали на нее немногие – лишь те, кто был аккредитован при Департаменте информации МО. Остальные же столпились у огромного плазменного экрана, установленного в холле, и, подпрыгивая от нетерпения, ожидали начала пресс-конференции.

События, начавшиеся после сообщения о том, что русские изобрели машину времени и с ее помощью в прошлом сражаются с нацистами, всколыхнули весь мир. Их обсуждали даже обитатели непроходимых джунглей Амазонки, сидя у костра и обгладывая предплечье убитого дикаря из соседнего племени.

После выступления по российскому телевидению сталинского наркома иностранных дел Вячеслава Молотова все с нетерпением ожидали новых известий о том, что происходит на советско-российско-германском фронте. Правда, информация в виде сухих военных сводок поступала из Департамента довольно скупо. Из них можно было понять лишь одно – Германия войну проигрывает. Внезапное нападение Гитлера на СССР встретило такой же внезапный отпор с использованием средств войны, применявшихся в конце ХХ – начале XXI века. Врагу не удалось добиться таких же успехов, как это было в июне 1941 года в текущей истории. Скорее, наоборот – наступавшие войска вермахта были сперва остановлены, а затем потерпели сокрушительное поражение. Вследствие этого падение нацистского режима становилось делом самого ближайшего будущего.

В назначенное время помещение, где проходила пресс-конференция, было до отказа заполнено журналистами, фото– и телеоператорами, готовыми услышать из уст генерала Конашенкова очередную сенсационную информацию.

Ведущий пресс-конференции не заставил себя долго ждать. Он появился из незаметной боковой двери вместе с молодым генералом Красной Армии, который старательно делал вид, что подобные мероприятия для него вполне в порядке вещей. Один из российских журналистов – знаток истории Второй мировой войны и всего, что было с ней связано, внимательно приглядевшись к генералу с двумя золотыми звездами на петлицах, ахнул:

– Да это же генерал Антонов! Помните, его еще в «Освобождении» актер Стржельчик играл! Между прочим, единственный советский генерал, которого наградили орденом «Победа»…

– И единственный из высших советских военачальников, так и не получивший звания Героя Советского Союза, – ехидно добавил его сосед.

Между тем генерал Конашенков кратко сообщил присутствующим о теме пресс-конференции – сегодня будет подведен итог боевых действий. Ведь с того рокового июньского дня прошел уже ровно месяц.

– Хочу сразу предупредить представителей СМИ, – сказал Конашенков, – разговор пойдет только о делах военных. Так что на вопросы, заданные не по теме, мы отвечать не будем. В самое ближайшее время будет проведен брифинг в МИДе, где моя коллега Мария Захарова в паре с послом Советского Союза в Российской Федерации Андреем Громыко ответят на все ваши вопросы. Вот там можно будет поговорить и о политике, а мы с генералом Антоновым люди военные…

Пока же я изложу вам оперативную обстановку на фронте противостояния с немецко-фашистскими войсками. Начнем по порядку – с самого северного участка советско-российско-германского фронта.

Наступление немецкого горного корпуса «Норвегия» на советское Заполярье было остановлено в первый же день войны. Генерал Эдуард Дитль не смог ни на метр продвинуться вглубь советской территории. По базам снабжения корпуса был нанесен массированный удар тактическими ракетами «Точка-У» с осколочно-фугасными головными частями. Конечно, для нашего времени ракеты эти немного устарели, но для 1941 года они являются вполне современным оружием.

В результате ракетного удара были уничтожены склады ГСМ и места хранения боеприпасов. Группировка вражеских войск была лишена снабжения. Одновременно такой же удар был нанесен по вражеским военно-морским базам – Петсамо, Линахамари и Киркенесу, а также аэродромам в Киркенесе, Вардё, Банаке, Бардуфорсе и Тромсё, – лазерная указка генерала Конашенкова легко скользила по экрану, на котором проецировалась карта боевых действий в Заполярье.

– Одновременно в море вышли подводные лодки Северного флота и надводные корабли, атаковавшие вражеские военные транспорты, пытавшиеся проскочить вдоль норвежского побережья с грузами для горного корпуса «Норвегия». Таким образом, немецкие войска в Заполярье оказались отрезаны от снабжения, и теперь они меньше всего думают о наступлении на Мурманск.

Что же касается Финляндии… Тут, конечно, в основном работа шла по политическим каналам. Как известно, в нашей истории Финляндия вступила в войну чуть позже нацистской Германии. Но это чисто формально. Реально же финны начали воевать с СССР даже раньше Третьего рейха.

Еще до начала войны, 21 июня 1941 года, финская армия и флот начали операцию «Регата» – вторжение на Аландские острова. Согласно Женевской конвенции 1921 года и договору с СССР от 12 марта 1940 года, эти острова были объявлены демилитаризированной зоной. За одну ночь с материка на архипелаг были переброшены пять тысяч солдат с боевой техникой. Персонал советского консульства (31 человек) на Аландских островах (в Маариенхамине) был арестован и вывезен в Турку.

21 июня в 22 часа 59 минут немецкие минные заградители начали ставить минные заграждения поперек Финского залива, чтобы запереть в нем Балтийский флот. Одновременно три финские подводные лодки поставили минные банки у эстонского побережья, причем их командиры получили приказ атаковать советские корабли, «если попадутся достойные цели». Но как я уже говорил, официально в войну Финляндия должна была вступить не раньше того момента, когда под немецким натиском падет Рига.

Напомню, все это было в нашей истории. Сейчас же события развивались по-другому. 22 июня началось со страшной бойни на советско-германской границе, когда вместо блицкрига вермахт получил еще один Верден. А 1 июля, когда советские войска перешли в наступление по всему фронту, маршалу Маннергейму был передан пакет, в котором находились некие документы, касавшиеся истории Финляндии 1941–1945 годов. А еще через два дня, по просьбе современного правительства Финляндской республики, в 1941 год через портал была переправлена дипломатическая миссия, которая в Хельсинки встретилась с маршалом и имела с ним длительную беседу.

Результатом всех этих действий стало радиообращение Маннергейма к финскому народу, в котором он призвал сохранять нейтралитет в войне Германии и СССР и строго соблюдать условия подписанного с Москвой в марте 1940 года мирного соглашения. В своем выступлении маршал Маннергейм обрушился с резкой критикой на «милитаристскую клику национал-предателей Рютти и Таннера, которые едва не довели страну до катастрофы».

Что же касается немецких войск, находящихся на территории Финляндии, Маннергейм предложил им в трехдневный срок покинуть страну. В противном случае все немецкие войска должны быть разоружены и интернированы. Маршал заявил, что в случае отказа выполнить его требования, к незаконно находящимся на территории Финляндии войскам будет применена сила. Маннергейм допустил возможность обращения за помощью в разоружении немецких частей к командованию Красной Армии.

– Таким образом, – подвел итог Конашенков, – нам удалось нейтрализовать опасность удара по территории СССР на севере. А теперь я хочу рассказать о том, что творится на южном фланге советско-российско-германского фронта.

На экране появилась карта Черного моря и расположенных в его бассейне стран. Луч лазерной указки генерала Конашенкова заскользил по ней.

– Из всех союзников Германии, воевавших против СССР, – продолжил он свое выступление, – в нашей истории в боевых действиях приняли участие только румынские войска. О них разговор будет отдельный, скажу только, что ни Венгрия, ни Словакия в войну против СССР не вступили.

Даже в нашей истории Венгрию в войну удалось втащить, что называется, за волосы. Для этого даже пришлось организовать так называемый Кошицкий инцидент – бомбежку якобы советскими самолетами города Кошице, принадлежавшего тогда Венгрии. На самом же деле город бомбили румынские самолеты с советскими опознавательными знаками.

В этот же раз регент Хорти объявил о полном нейтралитете страны, а во время секретной встречи с советским послом заявил, что Венгрия будет лишь на словах протестовать, если советская Дунайская флотилия двинется вверх по Дунаю в сторону Вены.

Через порталы, установленные в Крыму, мы перебросили в Севастополь корабли из нашего времени, в основном это малые ракетные катера, бронекатера и малые десантные корабли, в том числе и на воздушной подушке типа «Мурена». Оттуда они отправились в Измаил для усиления советской Дунайской флотилии.

В ходе боевых действий корабли румынской Дунайской флотилии были уничтожены в первые же дни и недели войны, и устье Дуная в настоящий момент находится полностью под контролем советского военного командования. Наши десанты, двигаясь по территории Румынии, последовательно захватывают города и мосты на Дунае. Как известно, Дунай судоходен на протяжении более двух тысяч километров. Опираясь на этот великий водный путь, советские войска смогут продвинуться не только в Венгрию, но и в Югославию и Австрию. Немецкие войска, действующие на Балканах, вскоре будут отрезаны от своих основных сил, и им не останется ничего иного, как сложить оружие.

Что же касается еще одного союзника Гитлера – итальянского дуче, то он хотя и объявил 22 июня 1941 года войну СССР, но на этом все и закончилось. После ракетно-бомбового удара, который ВКС Российской Федерации нанесли по правительственным и военным объектам в Берлине утром 22 июня, Муссолини внезапно понял, что совершил роковую ошибку, и поспешил сообщить советскому правительству, что никаких враждебных действий против СССР итальянские вооруженные силы не предпримут.

– Возможно, что это решение дуче отчасти вызвано тем, – хитро улыбнулся Конашенков, – что некоторые неназванные люди переслали Муссолини фотографию с двумя трупами, висящими вниз головой на бензоколонке в Милане. Рассказывают, что после того, как дуче увидел это фото, с ним случилась истерика. Он заявил, что готов немедленно выйти в отставку, при условии гарантирования личной безопасности.

На центральном участке фронта, от Балтийского моря до границы с Венгрией, сложилась следующая ситуация: германские войска, штурмовавшие советскую границу, в результате начавшегося 1 июля общего контрнаступления советских войск были окружены в нескольких котлах, и после двух недель ожесточенных боев или капитулировали, или полностью оказались уничтоженными. Из четырех с половиной миллионов списочной численности войск вермахта, принимавших участие в боевых действиях, были пленены миллион двести тысяч солдат и офицеров. Остальные или погибли, или, раненные еще в первые дни войны, эвакуированы в глубокий тыл.

В настоящий момент фронт временно стабилизировался по линии Одер – Нейсе, где советские ударные группировки готовятся к очередному рывку вглубь Германии, который окажется последним для Третьего рейха, потому что окопы перед фронтом советских войск занимают лишь учебные части и наскоро мобилизованный фольксштурм. На этом у меня все. Прошу вас задавать вопросы, если они у кого есть.

Вопросов оказалось больше чем достаточно, и два генерала – один Красной Армии, другой Российской армии, едва успевали на них отвечать.

Вопросы представителей СМИ российских и зарубежных средств массовой информации и ответы на них генералов Конашенкова и Антонова

Вопрос корреспондента газеты «Красная звезда» (РФ):

– Как вы оцениваете боевой дух солдат и офицеров Экспедиционного корпуса армии РФ, и как быстро они нашли общий язык с бойцами и командирами Красной Армии?

Генерал Конашенков:

– Наш Экспедиционный корпус начал боевые действия с противником с началом Великой Отечественной войны, то есть 22 июня 1941 года. На долю его солдат и офицеров выпала трудная задача – помочь советским войскам Особого Западного военного округа достойно встретить и отразить нападение гитлеровской группы армий «Центр», а потом предпринять все усилия, чтобы ни один захватчик не смог отступить вглубь Европы.

Наши солдаты и офицеры с честью справились с этой задачей. Даже в самые трудные минуты сражения их боевой дух был крепок, и ни один из них не дрогнул. Следует учесть также, что все военнослужащие Экспедиционного корпуса добровольцы, то есть они сознательно приняли решение отправиться сражаться с немецко-фашистскими захватчиками. Они знают, что сражаются за правое дело, что враг будет разбит, и что победа будет за нами.

Генерал Антонов:

– Бойцы и командиры Рабоче-Крестьянской Красной Армии храбро отражали вероломное нападение германских вооруженных сил плечом к плечу с солдатами и офицерами Экспедиционного корпуса Российской Федерации, находясь на направлениях главных вражеских ударов. Каждый стрелковый полк, занявший свои позиции на приграничном рубеже, поддерживался одной мотострелковой ротой Экспедиционного корпуса, укрепившейся во взводных опорных пунктах.

Что же касается общего языка, то могу сказать вам лишь одно. В окопах, где солдаты сражаются бок о бок и разделяют друг с другом все опасности и тяготы военной страды, всегда найдут общий язык. Тем более что одни из них предки, а другие – их потомки. Солдаты Экспедиционного корпуса не только сумели сохранить свой боевой настрой, но и морально поддержали и ободрили своих товарищей – бойцов РККА, наглядно показывая им, что не так страшен немец, как его малюют, и что врага можно и нужно бить.

Вопрос корреспондента Международного информационного агентства «Казинформ» (Казахстан):

– В Астане и других городах Республики Казахстан сотни добровольцев готовы сражаться с гитлеровцами, но не знают, как попасть на фронт. Учтет ли советское руководство желание граждан Республики Казахстан и будут ли сформированы из добровольцев соединения, подобные знаменитой Панфиловской дивизии?

Генерал Антонов:

– Мы благодарим казахстанцев за то, что они желают помочь Красной Армии, но, к сожалению, а точнее, к счастью, отражение вражеского вторжения уже закончено. Большая часть придвинутых к границе СССР вражеских ударных группировок или уже уничтожена, или пленена. Дальше Красная Армия сможет самостоятельно добить агрессора в его логове. Сейчас, как вы уже знаете, наши прекрасно подготовленные и оснащенные оружием из будущего ударные группировки стоят на линии Одер – Нейсе. Перед ними же фронт держат только учебные части, штурмовики СА и фольксштурм.

Вопрос корреспондента газеты «Гаарец» (Израиль):

– Планирует ли правительство РФ использовать в борьбе с вражеским вторжением тактическое ядерное оружие?

Генерал Конашенков:

– Экспедиционный корпус РФ не имеет на вооружении ни тактического, ни какого-либо иного ядерного оружия, и российское руководство пока не планирует передавать таковое оружие в распоряжение верховного командования Красной Армии. На полях сражений этого варианта второй Великой Отечественной войны используются только конвенциональные вооружения. Кроме всего прочего, на применение таких вооружений никогда бы не согласился СССР и его руководство, для которого это было бы применением ядерного оружия фактически по своей территории.

Вопрос корреспондента газеты «Таймс» (Англия):

– Каковы планы руководства СССР? На каком рубеже собираются остановиться войска Красной Армии и Экспедиционного корпуса РФ после полного военного поражения Третьего рейха?

Генерал Антонов:

– Этот вопрос находится в компетенции высшего политического руководства СССР. Военные остановятся там, где им прикажут. Могу сказать лишь одно: случится это не раньше, чем полномочные представители верховного командования вермахта подпишут акт о безоговорочной капитуляции нацистской Германии. Никакого перемирия, а уж тем более мира с режимом Адольфа Гитлера быть не может.

Вопрос корреспондента газеты «Жиче Варшавы» (Польша):

– Планирует ли правительство СССР формировать на своей территории части Войска Польского для совместной борьбы с нацистами? А главное – будет ли сама Польша?

Генерал Антонов:

– Вопрос будущего Польши – это вопрос сугубо политический и не касается нас, военных. Как генерал Красной Армии могу лишь сказать, что польское эмигрантское правительство в Лондоне находится в состоянии войны с СССР, а подчиненные ему вооруженные формирования в Польше ведут боевые действия против советских войск, совершая нападения на транспортные колонны, тыловые гарнизоны и даже госпитали и медсанбаты. Но на войне как на войне, и вскоре приданные нашей армии для охраны тыла части НКВД раз и навсегда покончат с этой угрозой. Если враг не сдается, то его уничтожают.

Вопрос корреспондента газеты «Берлинер Цайтунг» (ФРГ):

– Будут ли соблюдать части Красной Армии и Экспедиционного корпуса РФ правила ведения боевых действий?

Генерал Конашенков:

– Командование РККА и Экспедиционного корпуса Российской Федерации в полной мере соблюдают правила ведения войны. И будут делать это впредь, ровно в той же мере, в какой их собиралось соблюдать высшее германское командование, отдавая приказ о вторжении в СССР. Эта война ведется ровно по тем правилам, которые немецкие генералы установили сами для себя.

Генерал Антонов:

– Разумеется, мы не морим немецких пленных голодом и не расстреливаем на месте членов НДСАП. А так мой российский коллега высказался совершенно правильно – кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет. На поле боя возможно все, кроме применения оружия массового поражения.

Надо понимать, что против частей и соединений наших приграничных округов общей численностью около двух миллионов бойцов и командиров, а также семидесяти пяти тысяч солдат и офицеров Экспедиционного корпуса немецкое командование сосредоточило до пяти миллионов солдат, имея, таким образом, двукратное превосходство, а на направлении главных ударов это превосходство доходило до десятикратного. Чтобы остановить этот натиск, нашим войскам приходится убивать врага. Здесь никуда не денешься, как говорится, на войне как на войне.

Вопрос корреспондента газеты «Ле Монд» (Франция):

– Допускаете ли вы участие подразделений французской армии совместно с патриотами из «Свободной Франции», руководимой де Голлем, в боевых действиях против нацистов?

Генерал Антонов:

– Вопрос об участии в войне подразделений французской армии относится исключительно к компетенции высшего политического руководства, как СССР, так и Французской республики XXI века. А пока власть во Франции 1941 года находится в руках маршала Петена, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Что же касается генерала, или, если правильно говорить, полковника де Голля, то могу сказать лишь одно – он не выходил на связь с советским командованием и не предлагал свою помощь в освобождении Франции.

Корреспондент газеты «Жэньминь жибао» (КНР):

– Примет ли правительство СССР военную помощь от КНР? И окажут ли советские войска помощь Китайской Красной Армии, сражающейся под командованием Мао Цзэдуна в борьбе с японскими агрессорами?

Генерал Антонов:

– Я не могу ответить вам на этот вопрос – он находится в компетенции высшего политического руководства СССР и КНР, и задавать его должны не вы мне, а товарищ Си товарищу Сталину. Ну, вы меня поняли?

Вопрос корреспондента газеты «Вашингтон пост» (США):

– Не собирается ли руководство СССР начать боевые действия против Японии, тем самым предотвратив начало войны на Тихом океане?

Генерал Антонов:

– Как говорят у вас, у американцев, no comment – без комментариев, поскольку, как и предыдущий, этот вопрос относится сугубо к компетенции высшего военного и политического руководства. Настанет день, и вы все узнаете.

Корреспондент газеты «Стампа» (Италия):

– Каков статус военнослужащих РФ на территории СССР?

Генерал Антонов:

– Мы союзники и товарищи по оружию, а также, разумеется, близкая родня. Если к вам вдруг в гости приедут ваши внуки, то каков будет их статус в вашем доме?

Корреспондент газеты «Комсомольская правда» (РФ):

– Насколько бойцы и офицеры Красной Армии освоили новое вооружение и новую тактику ведения боевых действий под руководством инструкторов из РФ?

Генерал Антонов:

– А об этом вам лучше расспросить у панически отступающих на Запад немецких солдат и офицеров. Разумеется, у тех из них, кто еще не потерял дара речи.

Корреспондент газеты «Вильняус Жиниос» (Литва):

– Как долго Экспедиционный корпус РФ будет находиться в прошлом?

Генерал Конашенков:

– Экспедиционный корпус Российской Федерации будет находиться в прошлом ровно столько, сколько того потребует складывающаяся на данный момент военно-политическая обстановка. Хоть основные силы врага разгромлены, но война еще не закончилась.

Генерал Антонов:

– Кроме всего прочего, Советский Союз еще не отблагодарил героев, в трудную минуту вставших плечом к плечу с Рабоче-Крестьянской Красной Армией. Все остальное относится к компетенции высшего военного и политического руководства.

Генерал Конашенков:

– Время нашей пресс-конференции подошло к концу, и мы надеемся на честное и объективное освещение в мировых СМИ. Пресс-релиз вы можете получить у сотрудника нашего Департамента в холле.

11 февраля 2018 года (24 июля 1941 года). Российская Федерация, Москва Пресс-конференция в Министерстве иностранных дел Российской Федерации

Директор Департамента информации и печати МИД Российской Федерации Мария Захарова вошла в заполненный корреспондентами зарубежных и российских изданий зал вместе с высоким худощавым человеком в старомодном двубортном костюме и больших роговых очках.

– Дамы и господа, – лучезарно улыбаясь, сказала Захарова, – позвольте представить вам спецпредставителя Народного комиссариата иностранных дел Советского Союза, Андрея Андреевича Громыко. Прошу, как говорится, любить и жаловать.

– Красавица и чудовище, – буркнул под нос один из сидящих в зале американских корреспондентов.

– Джон, ты ошибаешься, – поправил его сосед, – это путинская борзая и сталинский цербер. Видишь, как гармонично они дополняют друг друга. Прямо-таки Инь и Янь. Сегодня их день. Ведь в том мире Красная Армия рвется через Европу, как паровой каток. Путин так хорошо вооружил дядюшку Джо своим залежавшимся на военных складах оружейным секонд-хендом, что там нет уже силы, способной остановить рвущиеся к Атлантике советские танки. Я даже не могу себе представить, что в такой ситуации будет делать Фрэнки, если у нас царит самый разброд и шатания. Но т-с-с, давайте послушаем, что нам скажет эта русская язва.

Дождавшись, когда в зале затихнет шепот и бормотание, Мария Захарова обвела зал взором и удовлетворенно кивнула.

– Господа, внешнеполитическая обстановка, сложившаяся на данный момент в Европе одна тысяча девятьсот сорок первого года такова: Третий рейх находится на грани военного поражения и, вместе со своими марионетками вроде Тисо или Петена, теряет своих союзников. Правительства Венгрии и Финляндии ведут переговоры с руководством СССР о том, чтобы остаться в этой войне нейтральными. В Румынии, чья армия с первых же минут войны стала нести огромные потери, произошел военный переворот и к власти пришло дружественное СССР правительство Народного единства.