Читать книгу "Шпаргалка для ленивых любителей истории. Комплект из 3 книг"

А король-то вроде как начал выздоравливать… И выздоровел! Правда, непонятно, полностью или нет. Поговаривали, что после того приступа он остался слабоумным. Йорк, как и положено, уступил бразды правления Генриху Шестому, который тут же радостно принялся возвращать на прежние позиции всех тех, кого в порядке мщения окоротил сердитый Ричард Йорк. Всех врагов Йорка вернул на место! И Ричард понял, что отныне ему будет постоянно угрожать опасность. Вернувшие себе власть враги ему ничего не простят и так просто не отпустят.

Йорк и его сторонники разъехались по своим поместьям и начали составлять план действий. И здесь нужно отдельно упомянуть самого важного сподвижника герцога Йорка, Ричарда Невилла, графа Уорика. Йорк был женат на Сесилии Невилл, а у Сесилии имелся родной брат Ричард Невилл, граф Солсбери. Сын графа Солсбери тоже звался Ричардом (Уффф! Но я предупреждала!), правда, слава богу, титул имел другой: граф Уорик. Подводим итог для рассеянных: Ричард Невилл, граф Солсбери, приходился герцогу Йорку шурином, то есть братом жены; Ричард Невилл, граф Уорик, приходился Йорку племянником (по жене) и двоюродным братом всем детям Йорка и Сесилии. Вот эти двое Невиллов стали надежной опорой Ричарду Йорку в его борьбе за выживание и власть. Имя графа Уорика забывать ни в коем случае нельзя: его роль в будущих хитросплетениях вокруг английского трона переоценить невозможно, даже если сильно постараться.

Итак, три Ричарда – Йорк, Солсбери и Уорик – начали наступление на королевскую власть под старым лозунгом: «Ничего личного, чисто бизнес». Это если по-современному, а по-тогдашнему звучало примерно так: «Мы хотим помочь королю избавиться от дурных советников, которые мешают управлять государством. Мы ничего не имеем против лично Генриха Шестого, но мы выступаем против тех, кто только притворяется его слугами, а на самом деле эти люди лишь навлекают беды на нашу страну». Умный ход, надо отдать должное. Они же стараются для блага государства! Значит, в государственной измене их уж точно обвинить нельзя.

Армия Йорка взялась за оружие и после ряда коротких сражений добилась успеха. Главных врагов (не будем отягощать ленивое внимание лишними именами) выследили и убили. И как же три наших Ричарда воспользовались своей победой? Думаете, пошли во дворец свергать короля? Стали требовать отречения слабоумного Генриха от престола? Да ничего подобного!

Они пошли сдаваться. Во как! Снова обратимся к Акройду, который ссылается на первоисточник: «Они умоляли Его Величество принять их как его верных вассалов и говорили, что никогда не намеревались причинить боль ему лично». А мягкосердечный и всепрощающий Генрих «даровал им свою милость и очень желал, чтобы они остановили своих людей и больше никому не причиняли вреда».

А вскоре наш слабенький на голову Генрих снова «впал», и непонятно было, надолго или не очень. И снова Ричард Йорк стал лордом-протектором, но на этот раз королева была еще внимательнее и осторожнее, ведь у нее на руках кроха-сынок, законный наследник, и не дай бог плохой парень Йорк покусится на сыновнее местечко на престоле. Королева Маргарита изо всех сил давила на парламент и добилась-таки такого положения вещей, что бедный Йорк вынужден был сам сложить свои полномочия: руководить страной ему просто не давали, всячески чинили препоны.

Что же получилось? Йорк больше не лорд-протектор, власть снова у короля, но король-то ничего не соображает или соображает, но редко и мало. Всем заправляет Маргарита Анжуйская, правда, теперь уже без любовника, в одиночку. Она жизнь готова положить ради интересов мужа, потому что сыночек Эдуард – наследник, и наследство нужно сохранить кровь из носу, а вот сам король как человек и мужчина ей сто лет не сдался. Значит, главный враг королевы Маргариты на тот день был Йорк и только Йорк со своими правами, будь они неладны.

Спустя год-другой противники вроде бы заключили перемирие и типа пожали друг другу руки, но королевский двор (во главе с Маргаритой, само собой) демонстрировал такую жгучую неприязнь к Йорку и двум Невиллам, что следующий виток конфликта стал неизбежен. Лорды, науськанные королевой, собрались на ассамблею, куда Йорка не пригласили, и объявили его и всех его сторонников изменниками и предателями. Это было круто. Потому что теперь выходило, что Йорка и Невиллов допустимо не только схватить и арестовать, но и казнить, если они посмеют поднять оружие против армии короля.

Противники еще немножко повоевали, побеждали то Ланкастеры, то Йорки (там было много занятных эпизодов, кому станет интересно – прочитаете), и закончилось все тем, что короля Генриха взяли в плен. Но королева и ее малолетний сын все еще оставались на свободе. Йорк прибыл в Лондон и стал вести себя как король. Ну, или почти как король. Во всяком случае, атрибуты королевской власти использовал на полную катушку, даже английский герб поместил на свои флаги. Отказался, например, нанести визит Генриху Шестому, хотя это полагалось по протоколу. Лорды, сторонники короля, возмутились и попытались оспорить действия Йорка в суде, а судьи репу почесали и заявили, что разобраться не в силах, ибо в законах ничего про такую фигню не написано и прецедента нет. А без прецедента куда же? Никуда.

Тогда лорды предложили компромиссное решение: пусть Генрих пока побудет королем, а когда помрет или добровольно отречется – на трон сядет Йорк или его потомки. Йорк-то на 10 лет старше короля, так что неизвестно еще, кто первым отойдет. «Кто останется, тому и будем верными», – решили потихоньку знатные лорды. Помните, у Высоцкого: «Кто кого переживет – тот и докажет, кто был прав, когда припрут». Ничего нового, короче.

Зачем же король принял такое решение, лишив родного сына, кровиночку свою, законного престола? А соображал хреново потому что. Маргариты-то рядом нет, она с сыном в бегах, прячется-скрывается, подсказать некому. Королева сначала в Уэльсе отсиживалась, потом перебралась в Шотландию. Но армия ее в Англии осталась. И кто же ею командовал?

И в этом месте мы подходим к еще одной важной и значительной фигуре: Джасперу Тюдору. Это, я вам доложу, выдающийся был мужчина! Именно его Маргарита Анжуйская оставила командовать своей армией.

И кто же такой этот Джаспер Тюдор? Откуда взялся?

Делаем полшажочка назад и вспоминаем предыдущего короля, Генриха Пятого. Он на ком женился? Правильно, на дочери сумасшедшего французского короля Карла Шестого, Екатерине Валуа. Вспомнили? И то обстоятельство, что Генрих Пятый умер, когда его сыну Генриху еще и годика не исполнилось, тоже вспомнили? Молодцы! Так вот, Екатерина Валуа во вдовах не засиделась, она вышла замуж за придворного по имени Оуэн Тюдор. Брак был, что и говорить, неравным, зато, по-видимому, счастливым: в нем родились 6 детей, 3 мальчика и 3 девочки. Одним из тех троих мальчиков и был Джаспер Тюдор. Английской королевской крови в нем не было, но французская – была. Отметим этот момент в памяти, потом пригодится. И не забываем, что Джаспер, как и все его пятеро братьев и сестер, приходились единоутробными родственниками действующему королю Генриху Шестому, ведь мамка-то у них одна и та же, только папки разные.

Вполне понятно, что Джаспер Тюдор готов был защищать наполовину родного братца Генриха и был предан Маргарите. Тут все естественно.

Отсидевшись в Шотландии и переведя дух, королева Маргарита снова ринулась в бой. На этот раз войска Йорка проиграли, сам Ричард Йорк погиб, а его голову насадили на кол, увенчали бумажной короной и выставили на всеобщее обозрение.

Получается, Маргарита победила. Король не в счет, он сидит себе тихонько в Лондоне, ничего не решает, ничего не понимает, а охраняет его там младший Невилл, граф Уорик, который в тех разгромных военных действиях участия не принял (что было весьма предусмотрительно). Ну что ж, Ричарда Йорка больше нет, стало быть, теперь наследником английского престола становится его старший сын, восемнадцатилетний Эдуард Марч. Это если по тому компромиссному соглашению, которое записано на бумаге и подписано королем. Но по мнению решительной и властной королевы Маргариты, наследником является ее сын Эдуард, принц Уэльский, семи годочков от роду. Бумага бумагой, а на деле же как выходит? Кто сильнее, тот и прав. Кто победил, того и трон. Правильно же?

Королева Маргарита, во всяком случае, рассуждала именно так. Но Эдуард Марч был с этим отчего-то не согласен. Непонятно, что ему не понравилось-то? Он поднял войска и вступил в схватку с Джаспером Тюдором. И победил. Вместе с Джаспером сражался и его отец, Оуэн Тюдор; Оуэна взяли в плен и казнили, головушку его буйную снесли топором, потом достали из-под эшафота и выставили на рыночном кресте. Поквитался Эдуард Марч за своего батю, что и говорить! Впрочем, Эдуарда мы с полным правом можем уже называть Эдуардом Йорком: отец скончался, титул герцога Йоркского переходит к старшему сыну.

А Джасперу Тюдору в том сражении повезло чуть больше: он сумел сбежать и спасти свою шкуру.

В следующей битве снова победили Ланкастеры и королева, но Эдуард Йорк и его верный сподвижник и помощник Ричард Невилл, граф Уорик, первыми успели войти в Лондон, где поддержка Йорков всегда была особенно мощной. Их надежды оправдались: лондонцы Маргариту в город не впустили. Просто захлопнули ворота у нее перед носом, зато Эдуарда встретили с восторгом. Генриха Шестого объявили лишенным трона. Ну а как вы хотели? Соглашение было? Было. Документ подписали? Подписали. После смерти Ричарда Йорка кто по этому соглашению должен считаться наследником? Правильно, Эдуард Марч, герцог Йоркский. Так почему же король слово свое королевское не держит и объявляет наследником своего сына, да не просто объявляет, а еще и воюет за это? Непорядок. Кто слово нарушает, тот не король, вот и весь сказ.

И стал Эдуард Йорк коронованным королем Эдуардом Четвертым.

Но Генрих-то Шестой – он же есть! Он – миропомазанный монарх. Он не умер и от престола не отрекся. То есть по всем юридическим канонам он тоже вроде как король. Что же это получается, граждане? Два действующих короля в одной стране?

Так быть не должно. Что, в общем-то, верно. Эдуард Четвертый отправился в погоню за Генрихом и Маргаритой, одержал блестящую победу в битве при Таутоне, уничтожив большое количество аристократов, выступавших на стороне Ланкастеров. Королевское семейство убежало в Шотландию и там временно затаилось. А Эдуард Четвертый победоносно вернулся домой и сел на трон. Ростом 190 см, красивый, сильный и молодой (только-только исполнилось 19 лет), он олицетворял собой лучшие черты настоящего короля.

Алая роза – эмблема Ланкастеров.

Белая роза – эмблема Йорков.

Война между ними в те времена называлась Войной Кузенов (они же родня как-никак). А уже позже придумали красивое название «Война Алой и Белой розы». И на коронации Эдуарда Четвертого эта война далеко не закончилась.

Генрих Шестой Ланкастер

Годы жизни: 1421–1471.

Годы правления: 1422–1461 и 1470–1471.

Преемник – Эдуард Йоркский.

Йорки

Вообще-то, сыновей у Ричарда Йорка было четверо, но второй сын, Эдмунд, пал в битве при Уэйкфилде, в той самой, во время которой погиб и сам Ричард Йорк. Так что на момент начала правления Эдуарда Четвертого у короля оставались два родных брата: Джордж, герцог Кларенс, и Ричард, герцог Глостер. Итак, Эдуарду 19 лет, Джорджу – 11, самому младшему, Ричарду, – и вовсе 8. Не сказать, что у новоиспеченного короля есть сильная близкородственная поддержка, братья-то совсем еще несмышленыши.

Но есть мама, умная и опытная Сесилия Невилл, и есть дорогой кузен, верный друг и старший наставник Ричард Невилл, граф Уорик. Уорик на 13 лет старше Эдуарда, посему имел полное право и советовать королю, и указывать, и недовольство проявлять, ежели что не так.

Эдуард Четвертый был сильным королем, хорошим администратором, сторонником стабильности и мира. Любил роскошь, обильную вкусную еду. Ну и женщин, разумеется, тоже, куда же без этого.

Вот на женщине-то и сломалась та верность и преданность Уорика, которая так помогала молодому королю и трон занять, и государством управлять. Эдуард посмел без согласования с графом Уориком принять решение, касающееся его интимной жизни, и кто бы мог подумать, что последствия окажутся поистине катастрофическими…

Дело в том, что Уорик уже подобрал Эдуарду подходящую во всех внешнеполитических аспектах невесту, принцессу Бону Савойскую, родственницу французского короля, и активно вел переговоры об условиях брака. И вдруг Эдуард тайком от всех женился по великой страсти на женщине не королевских кровей. Мало того, что она старше на целых 5 лет, так еще и вдова с двумя детьми, мальчиками Томасом и Ричардом. Но самое ужасное заключалось в том, что Елизавета Вудвилл происходила из насквозь «красной» семьи. Ее мать, Жакетта, была родственницей и подругой королевы Маргариты Анжуйской; родители Елизаветы были обласканы и любимы Генрихом Шестым и Маргаритой, и отец получил из их рук титул графа Риверса; первый муж Елизаветы, Джон Грей, погиб в одной из битв, воюя на стороне Ланкастеров. И такую непригодную во всех смыслах дамочку двадцатитрехлетний Эдуард Четвертый, представитель «белой» семьи Йорков, сделал своей супругой и короновал как королеву (кстати, это случилось впервые в истории Англии. До того жены коронованных особ через церемонию коронации не проходили).

А вы обратили внимание на деление граждан одной страны на «красных» и «белых»? Это вам ничего не напоминает? Все уже придумано полтысячи лет назад, оказывается. Как говорится, «все уже украли до нас».

Вообще с этим браком все оказалось непросто. Присутствовали только сами новобрачные, мать невесты и две служанки, официальных записей нет, имя священника неизвестно, поэтому даже дату установить невозможно, не говоря уж о достоверном подтверждении самого факта бракосочетания. Вроде бы… примерно… в мае 1464 года… Короче, вилами на воде. И это обстоятельство еще ох как аукнется Елизавете и Эдуарду.

Эдуард, как мы уже говорили, был красивым, веселым и любвеобильным парнем. Будем иметь это в виду, потому что и это потом аукнется, да так, что мало не покажется.

В общем, ни Тайный совет, ни ближайший друг короля граф Уорик Елизавету Вудвилл не одобрили и не приняли. А если учесть, сколько сторонников Ланкастеров еще проживало в Англии, то можно смело утверждать, что такого предательства и открытого перехода семьи графа Риверса на сторону врага они не стерпели.

Семейка у Елизаветы была обширная, 5 братьев и 7 сестер, прочей родни – тоже три кучи. И все они в одночасье оказались приближенными ко двору и принялись потихонечку разбирать вкусные должности и приятные привилегии. А также вступать в выгодные браки. Сестры выходили замуж за графов и герцогов, брату Джону, двадцатилетнему юноше, сосватали весьма немолодую и очень богатую герцогиню, между прочим, тетку графа Уорика, которая была старше жениха на 45 лет и пережила трех мужей. Джона, кстати, она тоже пережила, но об этом чуть дальше. А представьте только, каким оскорбительным выглядел этот союз для графа Уорика! Его родная тетя, знатная, старая и богатая, идет под венец с мальчишкой без роду без племени! Одним словом, эти пришлые Вудвиллы разобрали себе всех самых выгодных женихов и невест, чем конечно же чрезвычайно огорчили множество видных семей.

Первые четыре-пять лет супружества прошли более или менее спокойно и счастливо, Эдуард разбирался с усовершенствованием правления своей страной, Елизавета рожала детей. Пока что девочек, но какие ее годы! Правда, в 1468 году Эдуард Четвертый впервые всерьез и открыто пособачился с Уориком. Надо отдать графу Уорику должное: после того как Эдуард в один момент, не задумываясь, разрушил все планы своего главного советника и сорвал бракосочетание с принцессой Боной Савойской, Уорик лишь мягко пожурил своего легкомысленного подопечного. Да, он обиделся смертельно, ведь с ним не посчитались, и все его труды по налаживанию отношений с Францией пошли прахом, но до поры до времени Уорик терпел и молчал. Раз не удалось с Эдуардом, можно попытаться довести задуманное до конца при помощи сестры короля, Маргариты, и выдать ее замуж за французского принца. Почему нет? Тоже вариант, хотя и не такой надежный, как брак монарха, но вполне удовлетворительный. И тут Эдуард его огорошил. Я, говорит, сестру Маргариту за французского принца не отдам, а выдам я ее за Карла, герцога Бургундии. О как! Бургундия – извечный враг Франции, и связь английского королевского дома с Бургундией ставит жирный крест на перспективах мирного урегулирования всех спорных французских вопросов. И вообще граф Уорик этого Карла терпеть не может, ненавидит и презирает. А вот любопытно почему?

Уорик не мог понять, откуда в голове Эдуарда появилась столь опасная и, в общем-то, бредовая идея. Но она появилась. И вложили ее в королевскую голову именно Вудвиллы, прочно обосновавшиеся при дворе и постоянно укреплявшие свое влияние. А им-то это все зачем было? Ну, здесь понятно, Вудвиллы прямо заинтересованы в том, чтобы поссорить короля с Уориком и снизить степень значимости давнего сподвижника и советчика. Уорик изначально не любил семью Елизаветы, и семья платила графу ровно тем же. Кроме того, у Вудвиллов имелись родственные связи с бургундскими аристократами, и Елизавета, конечно, радела за своих.

И тут нарисовалась еще одна засада. Дело в том, что у Уорика были две дочери, старшая – Изабелла, младшая – Анна. И граф давно уже замыслил при помощи дочерей породниться с королевской семьей, благо мальчиков там на всех хватало. По его гениальному замыслу юный король женится на французской принцессе, а дочки выйдут за королевских братьев, и наступит мир-дружба-жвачка. Все могло бы именно так и получиться, если бы не противная вдова Елизавета Вудвилл. Эдуард после свадьбы понял, что Уорик не потерпит урезания своего влияния и власти, а король хотел бы эту власть именно что урезать. Ну, так, слегка. Чтобы «не слишком много об себе понимал». И если раньше он с матримониальными планами Уорика соглашался, то теперь взял да и отказал ему. Мол, не будут мои горячо любимые младшие братья жениться на твоих дочках.

Тогда хитроумный Уорик переманил на свою сторону среднего из братьев, Джорджа, герцога Кларенса. Как переманил? А очень просто: поставил под сомнение права Эдуарда Четвертого на английский престол. И повод для такой предъявы нашел очень даже яркий, заявив, что Эдуард – бастард, незаконнорожденный. Как так? Почему? Откуда? А вот оттуда. Дескать, королевская мать, Сесилия Невилл, крутила любовь с лучником, от него и родила своего первенца. Если Эдуард незаконнорожденный, то быть королем прав не имеет, и следующий в очереди к трону именно Джордж Кларенс. Чуете, какой поворот? То есть Ричард Невилл, граф Уорик, открыто объявил свою родную тетушку потаскухой и заставил Джорджа обвинить мать. Такого вообще никто не ожидал… И королева-мать в первую очередь, не говоря уж об Эдуарде.

Перед Джорджем явственно замаячил трон, и он посмел открыто не повиноваться брату, королю, и жениться на Изабелле Невилл, старшей дочери Уорика. Ну, не в Англии, конечно, на такое у него окаянства не хватило. Уорик вывез семью в Кале (это было единственное, что осталось у Англии от всех огромных прошлых завоеваний во Франции), туда же приплыл Джордж, там и сочетались браком, а потом уж оба явились в Англию с войсками и принялись позорить Сесилию. Король, натурально, не стерпел и тоже вывел войска, состоялась печально известная битва при Эджкот-Мур. Итоги были ужасны: отец Елизаветы, граф Риверс, и ее братишка Джон Вудвилл (тот самый, который женился на сильно престарелой герцогине) были схвачены и казнены без суда и следствия, король был взят в плен. Уорик теперь правил бал. И первое, что он сделал, это арестовал мать Елизаветы, Жакетту, и предал суду по обвинению в колдовстве. Дескать, вызывала темные силы и при помощи ворожбы обратила взгляды молодого неопытного Эдуарда к своей дочери, представительнице враждебного политического лагеря. Ага, ни больше ни меньше. Насчет судебного преследования за использование темных сил – это мы тоже проходили, причем не так давно, с дядей Генриха Шестого, Хамфри Глостером, и его супругой. Ну никакой изобретательности!

Однако ж взять власть полностью в свои руки у Уорика не получилось. Его не хотели слушаться. Он кто вообще? Где его легитимность? В чем его моральный авторитет? Дабы избежать беспорядков и хаоса, Эдуарда нужно было вернуть.

Вернули. Уорик вспомнил и вновь исполнил «старую песню о главном», мол, он действовал исключительно в интересах королевства, ничего личного. Эдуард, как мы уже упоминали, был сторонником мира и стабильности, поэтому волну поднимать не стал, никаких репрессий на Уорика и брата Джорджа не обрушил и всем заявил, что они как были друзьями – так и остаются. И в знак примирения даже предложил обручить свою четырехлетнюю дочь Елизавету с племянником Уорика. Каково, а? Уорик только что казнил дедушку девочки и ее родного дядю, а король такое предлагает! Но в предложении был смысл и выгода для Уорика. Дело в том, что у Елизаветы Вудвилл, как мы уже говорили, пока что рождались только девочки, и получится ли мальчик – еще большой вопрос. Поэтому Эдуард объявил, что если мальчика все-таки не будет, то престол после него наследует именно Елизавета Йоркская, старшая дочка. Это мало кому понравилось, все-таки женщин на английском престоле пока еще не сиживало…

На самом деле мириться Эдуард, по-видимому, не собирался, он просто делал все возможное, чтобы не допустить к короне братишку Джорджа, предателя и изменника. Если объявить дочку Елизавету наследницей престола и обручить ее с нужным мальчиком, то в случае какой беды родня «правильного мальчика» уж в лепешку расшибется, но обеспечит коронацию маленькой Лизы, не даст Джорджу захватить престол. А Джордж-то у нас следующий на очереди, как мы помним. Так уж пусть лучше дело возьмет в свои руки хитрый, умный и опытный Уорик, который порадеет за племянника, все равно на троне будет сидеть девочка из рода Йорков.

Граф Уорик, натурально, очень расстроился, когда понял, что без Эдуарда он – ничто и в качестве начальника его не воспринимают, поэтому сделал еще одну попытку поднять мятеж, но тут уж Эдуард Четвертый не оплошал и разгромил Уорика наголову.

И снова мятежный граф перетянул на свою сторону неустойчивого и, вероятно, не сильно умного Джорджа, герцога Кларенса, который мотылялся туда-сюда, от родного брата к двоюродному и обратно, как плохо тонущее вещество в проруби. Они вместе вступили в альянс… с кем бы вы думали? Да с Маргаритой Анжуйской! Что-то мы совсем забыли и упустили из виду эту не в меру активную и агрессивную даму. А ведь и свергнутый король Генрих Шестой пока еще жив, и сынок у них имеется, маленький Эдуард Вестминстерский.

Так что там со старым королем-то? А его, оказывается, уже давно выловили где-то в лесах, где он, полубезумный и полураздетый, не то гулял, не то потерялся, не то скитался. Выловили и посадили в Тауэр. А жена его Маргарита усвистала вместе с сыном во Францию и там накапливала силы для рывка. Как же Уорику удалось с ней сговориться? Ведь он был главным врагом (после папы и сына Йорков, само собой), он вдохновлял движение против ее мужа, короля Генриха Шестого, и сына, Эдуарда Вестминстерского, он столько бед причинил ее семье и ей лично! Оказывается, французский король приложил руку к делу примирения. Ему же выгодно, чтобы в Англии все время происходило что-то такое, что истощает казну и не дает власти спокойно и вдумчиво управлять страной. Чем хуже в Англии, тем лучше для Франции. А что может быть хуже гражданской войны и мятежей? Поэтому французский король Людовик Одиннадцатый был совсем не против того, чтобы Маргарита Анжуйская развязала очередную войну. Но для этого нужно было непременно помирить ее с Уориком и Джорджем Кларенсом, потому что куда ей без военачальников и вообще без мужчин? Никуда.

Людовик Одиннадцатый взялся за дело и преуспел, хотя времени и сил потратил немало. Но Маргариту уломал-таки. Они договорились, что свергнут Эдуарда Четвертого, вернут на трон сидящего в заточении Генриха Шестого, а маленький Эдуард Вестминстерский женится на оставшейся дочери Уорика, Анне. Поскольку одна дочь Уорика уже и так замужем за Йорком (напоминаем: Изабелла Уорик вышла замуж за Джорджа Кларенса), то благодаря браку другой дочери с мальчиком из Ланкастеров две враждующие ветви, Йорки и Ланкастеры, породнятся, объединятся, и войне придет конец. Всем выгодно.

Особенно выгодно было, как вы понимаете, самому Уорику. Кто бы ни победил, он при любом раскладе останется родственником монарха. Либо тестем (если королем станет Эдуард Вестминстерский или Джордж Кларенс), либо дядей, если коронуют Елизавету Йоркскую. Причем не просто дядей, а дважды дядей, поскольку сама девочка доводится Уорику двоюродной племянницей, а ее будущий муж (согласно договоренности с Эдуардом) – племянничек родной. Вот же умел человек распорядиться родственными связями! Прям на зависть.

Новая кампания Уорика, Джорджа Кларенса и Маргариты Анжуйской оказалась более успешной. Так уж неудачно все сложилось для Эдуарда Четвертого… Король вынужден был уплыть на континент и отсиживаться в Бургундии, в гостях у сестры Маргариты (понимаю-понимаю, с именами трудно, но такова уж королевская жизнь). Елизавета Вудвилл, в очередной раз беременная, спряталась в Вестминстерском аббатстве. Прятаться пришлось долго, так что родила она тоже там, в убежище, в мало подходящих условиях. Зато сын! Ура!

Теперь Уорик, учтя прежние ошибки, не стал полагаться на самого себя, ибо понимал, что он – не фигура. Он вынул из кармана под названием Тауэр несчастного больного Генриха Шестого, завернул в королевские тряпочки и водрузил на трон. Сам же граф стоял у короля за спиной и дергал за ниточки. Активная Маргарита Анжуйская пока еще пребывала вместе с сыном во Франции, но уже сидела на чемоданах, готовилась возвращаться в Англию, к своему королевскому величию, к мужу и двору.

Не прошло и года, как герцог Бургундский дал дорогому шурину Эдуарду Четвертому денег на организацию ответного удара. Эдуард сделал все как надо, с умом, да и удача ему способствовала. Братишка Джордж Кларенс, как обычно, на месте не усидел, немедля бросил Уорика и переметнулся на сторону короля. Вот же неугомонный! Все искал, где лучше, Грибоедов-то свою знаменитую комедию тогда еще не написал, и фраза «там лучше, где нас нет» в обиход пока не вошла. В результате войска графа Уорика оказались разгромлены, а сам Уорик, увы, был убит в сражении. Но имя его мы пока в дальние закрома памяти не откладываем и продолжаем держать в уме, потому как доченьки его любимые, Изабелла и Анна, со сцены еще не сошли.

Со связью в те времена было совсем худо, сообщения шли с той скоростью, с какой лошади скакали и корабли плыли. И если лошадь скачет в любую погоду, просто чуть медленнее или чуть быстрее в зависимости от метеоусловий, то корабли, подчиняясь все тем же метеоусловиям, могли плыть далеко не каждый день. Это я к чему? Да к тому, что Маргарита Анжуйская и ее сынок Эдуард Вестминстерский [11]11
  Кстати, интересно, почему он не принц Уэльский? Или он изначально был Уэльским, а когда власть сменилась, это звание у него отобрали и нарекли Вестминстерским? Сложно у англичан было с прозваниями и титулами, имена-то все больше одни и те же у высокородных лиц, надо же как-то их различать, чтобы не путать, вот и давали им всякие дополнительные имена, но чаще и вовсе пользовались одними только титулами.


[Закрыть] вообще не знали, что Уорик побежден и Эдуард выиграл, когда садились на корабль, отплывающий в Англию. Они-то плыли на праздник урожая, а приплыли… Ну, сами понимаете, к чему. Состоялась еще одна битва, только что женившийся на Анне Невилл принц Эдуард убит, Маргарита Анжуйская взята в плен и отправлена в Тауэр. Туда же снова заперли бедолагу Генриха Шестого, в очередной раз переместив из одного кармана в другой, то есть с трона в узилище.

Эдуард Четвертый под радостные возгласы вернулся на престол. И буквально на следующий день, если вообще не в тот же, Генрих Шестой умер. Вовремя, правда? Конечно, в это никто не верил. И современные историки не верят тоже. Все понимали, что его убил либо сам король Эдуард, либо кто-то по его приказу. Версии звучали самые разные, например, что Генриха убил младший братишка короля, Ричард Глостер, которому к моменту удачной смерти Генриха в 1471 году исполнилось уже 19 лет, то есть мальчик вырос и вполне себе мог; или что старого короля порешили все трое братьев дружно. Как было на самом деле – никто не знает. Есть уверенность, что имело место убийство, но исполнитель остался неизвестен.

Бывшая королева Маргарита Анжуйская еще несколько лет посидела в Тауэре, потом Людовик Одиннадцатый заплатил за нее выкуп и вывез во Францию, где она и доживала свой век в бедности и безвестности. Вот каково оно быть королевой-то!

Ну что ж, у Эдуарда Четвертого все наладилось. Враги повержены, сын, законный наследник, имеется, а вскорости и второй сынишка подоспел, так что за судьбу престола можно не волноваться. Казалось бы, все отлично.

Так, да не совсем так. Король, причем любой, не только Эдуард Четвертый, должен быть воином. А это означает, что он может погибнуть в любой момент, даже если отбросить в сторону мысли о всяких внезапных неизлечимых болезнях. Сыновья-то еще совсем крохи, сами управлять страной не смогут, и случись что – нужно понимать, кого оставлять регентом при малолетнем правителе. Кого же? Жену Елизавету Вудвилл? Среднего брата Джорджа Кларенса? Младшего брата Ричарда Глостера? Или еще кого? А если с маленькими принцами, не приведи Господь, что случится, тогда как? На кого оставить страну?

Средний брат, Джордж, уже показал себя во всей красе, так что на него надежда слабая. Неумный, амбициозный, тщеславный, жадный и опасный. Первые четыре качества вроде бы сомнений не вызывают, а почему он опасный-то?

Потому что очень богатый. По английским средневековым законам все имущество жены принадлежит ее супругу безраздельно. Даже если она получает наследство от умирающих родственников, все это идет в карман мужу, а не лично ей. У жен нет вообще ничего своего, они кругом в зависимости от мужей. Вспоминаем, кто у Джорджа жена. Ага, дочь графа Уорика, одного из самых богатых людей Англии. И после гибели графа его дочери Изабелле, жене Джорджа, причитается аппетитный кусок наследства. Но Джорджу этого было, оказывается, недостаточно. Он хотел еще и наследственную долю Анны. Анна-то Невилл, выданная замуж за принца Эдуарда Вестминстерского, теперь вдова. Папа убит, мама удалилась в монастырь. Девочке всего 15 лет, а она уже всех потеряла. Кроме сестры. Кто же может быть лучшим опекуном несчастному ребенку, как не Джордж Кларенс и его жена Изабелла Невилл? Тут важно не упустить момент и не позволить Анне снова выскочить замуж, иначе все ее наследство уйдет новому мужу. А пока она под опекой и не замужем, можно пользоваться и распоряжаться землями и богатствами в свое удовольствие.