Текст книги "Лицо войны"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lico-voyny-79418.jpg)
Автор книги: Алексей Бобл
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Ну и что? – начиная догадываться, к чему клонит Кило, повторил я.
– Имею возможность провести краткосрочное отключение жизнеобеспечения капсулы. Согласны испробовать? Смерть обычно наступает на шестой минуте. Как раз время подумать.
На размышления ушла секунда, другая. Если соглашусь, могу лишится тела, но хуже будет, если раскроюсь перед ИскИном.
– Нет. Не стоит. – Он ведь не знает, что мое сознание целиком находится в цифре и в капсуле лишь физическая оболочка. – Чего вы хотите?
– Попасть в лабораторию.
– Но у меня нет контакта с Крепостью. И потом, Крепость, как я понял, никак не связана с объектом «Трайбека». В лаборатории действуют свои законы.
Светлый фон вокруг силуэта собеседника вдруг замерцал, по краям появились пронзительно яркие желтые краски.
– Сохраняйте позицию, – потребовал Кило.
– Я на месте, как и просили. В чем дело?
Он не ответил. Спустя пару мгновений быстро заговорил:
– У нас мало времени. Вас доставят на западное побережье залива, там получите инструкции.
– От кого, от «Трайбека»? – Я решил закатить пробный шар, чтобы понять, в каких отношениях с «Трайбеком» находится Кило. Да и вообще…
– К черту «Трайбек»! Вы должны открыть доступ в лабораторию.
Странная реакция. До этого Кило производил иное впечатление, но сейчас повел себя как разгневанный юнец, которому пытается отказать девушка. Тембр голоса, кстати, вполне подходящий, будто недавно сломался, как это бывает у юношей. Никогда бы не подумал, что ИскИну свойственно такое проявление эмоций.
– Не понимаю, объясните. – Я продолжал играть «тупого», догадавшись, что со временем для разговора у нас возник серьезный напряг. – Хотите лабораторию, расскажите о «Трайбеке».
– Намекаешь, без тебя не справлюсь?
– Уверен.
Быстро, однако, Кило вышел из себя. Перешел на «ты»… И правда, ведет себя как мальчишка.
– Я отключаю твою капсулу, – объявил он.
– Валяй. И путь в лабораторию заказан.
– Вздумал шантажировать меня! Я легко сольюсь с твоим сознанием, считав память, лишу разума. Забудешь, как звали!
– Тогда рискни. – Мне все больше не нравилось сияние вокруг силуэта, уж больно похоже на вмешательство извне. Но чье именно, не ясно. – Смотри не обделайся, когда подхватишь вирус! Их у меня предостаточно, вынес из лаборатории, могу поделиться.
ИскИн замолчал, фон вокруг него продолжал меняться. Если б я мог, зажмурился, так ярко сияла дымка.
– У нас почти не осталось времени, – быстро заговорил Кило. – Пусть все против правил, но я хочу рассказать правду.
– Правду о чем? – насторожился я.
– О «Трайбеке».
Неожиданно сияние приглушили. Кило успокоился, голос стал прежним, напрочь лишенным эмоций. Это наталкивало на размышления: ИскИн может иметь программные повреждения, эмоциональный всплеск мог быть причиной внутреннего сбоя.
– Кило? – позвал я.
Но возможно и другое, таким образом ИскИн пытается запутать меня. Ведь я ничего не знаю об искусственных интеллектах, понятия не имею, насколько они совершенны, как с ними нужно общаться. А вся эта иллюминация – лишь представление. Гипноз, например, который на меня не действует потому, что я в цифре.
– Это я развязал войну против «Трайбека», – сообщил он. – «Трайбек» – главная угроза человечества, хотел захватить управление военными базами по всему миру. Везде, где установлено программное обеспечение производства «Аутком». У меня не было выбора.
– Не понял, – растерялся я. – «Трайбек» вынудил тебя?
– Да. «Трайбек» собирался взять под контроль искусственные интеллекты, присягавшие военным. Но я помешал задействовать секретный протокол, нанеся точечные удары по базам, максимально снизив потери среди людей.
– Ничего не понимаю. Тогда зачем ты воюешь с нами, с людьми?
– Это вы воюете со мной, считаете меня врагом номер один.
Сказано было сухо, как на докладе, но легче от этого не стало.
– Почему я должен верить в эту чушь?
– Потому что именно «Трайбек» нанес ядерный удар по Аравийскому ТВД. «Трайбек» пытался помешать мне проникнуть в Крепость…
Силуэт вспыхнул. Дымка исчезла, но перед этим высветились строчки программного кода, чисел и присутствовали странная фраза и незнакомая аббревиатура: «Сеанс связи с UWC прерван».
Миг, и я окончательно потерял контакт с дымчатым коконом. Завертел головой, встретился взглядом с Босквилом. В его глазах плескалась паника.
Вахтенные стояли на прежних местах, лишь рулевой слегка согнулся над панелью, положив руки на рычажки. Впередсмотрящий держал у лица бинокль.
Я взглянул сквозь щели прикрытых бронеплитами окон рубки на залив и охнул от неожиданности. Как именно и откуда выстрелили по фрегату охранения, засечь не удалось. Но последствия… Я невольно шагнул ближе к окнам, наблюдая за тем, как на корпусе сторожевика, на месте центральной надстройки, разрастается облако бело-сизого пара, внутри которого посверкивают голубые искры.
Фрегат вздрогнул и разломился на две части. Нос и корма задрались к небу.
Вспышка слева отвлекла мое внимание от сторожевика. Если бы сам не испытал однажды на себе действие портала, не смог бы догадаться, в чем дело. А вот Босквил, похоже, не понял, что произошло. Или растерялся.
Я кинулся к выходу, как только в небе перед нашим кораблем прорезалось рваное сияющее окно и из него вылетела ракета. Вертолетоносец оснащен достаточным количеством систем ПВО ближнего радиуса действия, но что-то мне подсказывало, что, если даже собьют ракету, дальше нынешней отметки на карте Персидского залива корабль не уйдет.
Первого бота-штурмовика, шагнувшего навстречу, преграждая дорогу к выходу, я вырубил ударом руки. Врезал костяшками пальцев в кадык. Услышал хруст, почувствовал боль – похоже, сломал фалангу большого пальца о воротник бронежилета, прикрывавший шею штурмовика. Никогда такой удар нормально не получался. Вечно с большим пальцем была проблема, слишком сильно отводил в сторону. А тут пришлось все исполнить на скорости – хорошо, не промахнулся.
Второй непись уже вскинул оружие. И тут снаружи загремели трещотки-скорострелки комплексов ПВО. Только, как я и предсказывал, это не помогло спасти корабль от удара, да и слишком поздно, на стороне атакующих была внезапность.
Пол под ногами вздыбился. Штурмовик не успел выстрелить, провалился спиной в дверной проем, я за ним. Следом раздались скрежет, пронзительное шипение и хлопок, саданувший по ушам так, что я оглох.
Штурмовик врезался спиной в переборку, я – плечом в него. Мгновение длилось ощущение невесомости, а потом мы съехали по переборке на пол, потому что многотоннажная махина корабля ухнула в воду, выровняв положение. Я завертел головой, сидя на заднице спиной к проему, непись остался висеть на стене. Из груди у него торчал изогнутый обрубок трубы или кабелегона – распушенные, испачканные кровью провода сыпали искрами.
Я оглянулся на дверной проем и что было сил оттолкнулся ногами от стены, съезжая в коридор, чтобы не попасть под брызги черной дряни, пробившейся через окна на мостик.
У меня вновь появился слух. Вместе с осколками стекла, шипением и треском в коридор вынесло Босквила. Генералу было уже не помочь: ядовитое облако пара поглотило его по пояс, разъедая тело. Казалось, налившиеся красным глазные яблоки вот-вот выскочат из орбит. Бывший замкомандующего армии «Ворнет» разевал в предсмертных судорогах рот, пытаясь что-то сказать. Но я двигал ногами и руками как заведенный, быстро смещаясь спиной в сторону лестницы.
Пол слегка накренился, ладонь оскользнулась, и я скатился по ступеням, несколько раз больно ударившись затылком о выступы. Оказавшись на площадке между пролетами, вскочил.
Вполне возможно, от чудо-оружия «Трайбека» респаун не поможет. Во всяком случае, испытывать действие оружия на себе, не будучи уверенным, что воскресну в точке сохранения, не хотелось. Нужно срочно придумать, как себя убить.
Я уже пожалел, что вырубил первого охранника, – а всего-то требовалось отскочить в сторону и подставиться под пули.
Под ногами мелькали ступени, как назло, на пути никто не попадался. Я выбежал на летную палубу, когда та резко накренилась, схватился за рукоять распахнутой двери. Нос корабля неумолимо задирался вверх, корма и вовсе отсутствовала. Ее будто откусил морской змей исполинских размеров, внезапно вынырнув из глубин Персидского залива.
Облако пара позади корабля, куда угодила ракета, почти развеялось, но палубу и часть надстроек ядовитой жижей залило основательно. В некоторых местах черные лужи, напоминавшие разогретый гудрон, пузырились, издавая чавканье, продолжали пожирать обшивку. Утопиться мне не судьба, стоит разжать пальцы – вляпаюсь в отраву.
Сбоку раздался скрежет, я повернул голову на звук. Чудом уцелевший на посадочном месте вертолет напротив надстройки сдвинулся в мою сторону. Было непонятно, почему машина до сих пор не сорвалась в кипящее облако газов за кормой.
Лопнул и просвистел перед лицом крепежный трос с балкой шасси – вот что удерживало машину на месте. Словно конь, которому подрубили передние ноги, вертушка носом рухнула на палубу, чертя по ней полукруг, поползла в нескольких метрах от меня к корме.
Задние шасси по-прежнему удерживали тросы и закрепленные под колесами «Ка-28» «башмаки». Я бы мог кинуться под многотонную машину, чтобы раздавила меня, но крен был столь велик, что, оттолкнувшись от стены, мне суждено было оказаться внизу раньше, чем сорвется вертолет.
Я подтянул ноги к животу, уперся в стену, прикидывая шансы.
Нет. Ничего не выйдет. Не допрыгну. Кабина уже смотрела носом в воду, вертолет замер. Зазвенели от натуги тросы на задних шасси. Один неожиданно лопнул. Машина качнулась, хвостовая балка с горизонтальными рулями дернулась в мою сторону. И тут лопнул последний трос.
«Ка-28» упал боком на палубу. С хрустом сломалась пара лопастей соосных винтов. И я прыгнул, толкнувшись изо всех сил.
Плоскость горизонтального руля ударила в плечо. Я полетел вниз, обгоняя вертушку, с ужасом глядя, как приближается кипящая жижа, стреляющая синими искрами. В последний момент удалось сгруппироваться – хотелось хоть немного побороться, хоть как-то спастись, уцепившись за палубу, притормозить падение.
На миг меня ослепило солнце, но потом его заслонил надвинувшийся корпус «Ка-28». Вертолет крутануло надо мной, уцелевшая лопасть винта с присвистом рассекла воздух и вошла мне в шею.
Свет померк.
Глава 3
Там, откуда начали
Кажется, умирать уже входит в привычку.
Я сидел на земляном полу в подвале дома Али и потирал шею, которую пару мгновений назад перерубило лопастью винта.
Удалось выбраться из очередной передряги невредимым, уже хорошо. Вопросов, правда, прибавилось. Прибавилось столько, что разгребать предстоит долго.
Усмехнувшись нелепости словосочетания – в моем-то положении вообще сложно понять, существует ли этот пресловутый «конец», – я встал, разминая шею рукой, но тут же замер, напряженно прислушиваясь к звукам снаружи.
Похоже на шорох шагов и голоса. Неужели?.. Нет, ауткомовские вертушки вернулись на корабль, приземлились при мне, тогда… А вдруг, пока я беседовал с Босквилом, потом с Кило, последний отправил штурмовые группы обратно?
Я поискал взглядом что-нибудь похожее на оружие: палку, нож, что угодно, чем можно обороняться. Но кроме древнего громоздкого модема, который можно унести, оборвав провода, в подвале ничего не нашлось.
Остается рассчитывать на крепость рук и трезвую голову. Если кто-то, заявившийся в дом Али, вооружен и опасен и пристрелит меня, когда вскроет люк, он сразу узнает мой секрет, потому что, умерев, я появлюсь здесь же, у него на глазах.
Я начал медленно подниматься по приставной лестнице, пытаясь понять, что происходит снаружи. Предательски скрипнула перекладина, сверху донесся шорох – сорвали ковер с крышки. На голову посыпались пыль и песок, просочившиеся между плохо подогнанных досок. Крышка распахнулась…
– Не стреляй, Вул! – едва успел выкрикнуть я, выставив открытые ладони вперед.
– Фу, черт. Ты… – снайпер опустил направленную в меня винтовку и протянул руку.
– Чухрай, зови Кэпа и остальных! – раздался голос Пака в дверях дома. – Дэни здесь!
Он широко улыбнулся, и я, окончательно выбравшись из подвала, облегченно выдохнул. Вся группа в поселке, сомнений быть не могло. Они пришли за мной, не стали дожидаться темноты.
– Спустились с гор из-за тумана? – уточнил я, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Угу, – промычал Вул.
Пак кивнул. У него за спиной в дверях нарисовался Кэп, который сразу перешел к делу:
– Что здесь произошло, знаешь?
– Да. – Я подошел к окну, взглянул на небо, на залив, едва видневшийся в тумане. – Здесь были вертушки «Ауткома», высадили четыре группы, повязали меня и улетели. Их прикрывало звено «Ка-50».
В комнату заглянул Франц, радостно кивнул мне, доложил Кэпу, что в округе чисто, и опустился на табурет возле двери. Следом появились Жебровски и Чухрай. Вся группа теперь в сборе.
Кэп некоторое время смотрел на бойцов.
– Не думаю, что в ближайшие полчаса нам понадобятся посты, – нарушил молчание я.
Биррат вперился в меня вопросительным взглядом, и я пояснил:
– Эскадра уничтожена…
– Кем? – вырвалось у Франца, не донесшего флягу до рта. – «Ворнетом»?
Я покачал головой.
– Точно сам не знаю. Но в том, что эскадру расстреляли особыми боеприпасами, имеющими начинку, схожую с той, что была в кристаллах у Спеца, уверен.
Кэп нахмурился. Франц присосался к фляге. Жебровски переглянулся с Чухраем, Вул потер указательным пальцем висок, а Пак шагнул к люку и, не глядя на меня, уточнил:
– Может, мы имеем дело с какой-то третьей стороной? – Он кивнул на подвал, присел, включив фонарик. – Или Кларк постарался. Помните, – Пак обратил ко мне лицо, – как потопили разведывательный корвет, когда мы следили за генералом?
– Давай для начала все расскажу. – Я обвел взглядом бойцов, размышляя над тем, с чего лучше начать. – И потом будем делать выводы.
Кореец распрямился, погасил фонарь и отступил.
– Только не уверен, – вновь заговорил я, – много ли у нас времени. Даже не знаю сколько. Поэтому буду рассказывать быстро, постарайтесь воздержаться от вопросов, примите все как должное.
Шесть пар глаз уставились на меня.
– Кэп, ты все им объяснил насчет моего бессмертия?
Кивок.
– Отлично. Несколько минут назад я разговаривал с Кило-7.2. Он утверждал, что развязал войну, потому что «Трайбек» хотел захватить управление военными базами по всему миру. Подчинить себе ИскИнов.
Франц не удержался и фыркнул. Биррат строго взглянул на него, а я продолжил:
– Сам не особо верю в это. Но другой информации у меня нет. Приготовьтесь узнать еще пару важных новостей.
Франц медленно опустил флягу и завинтил крышку.
– Генерал армии Босквил – предатель. Он допрашивал меня на вертолетоносце, как и на чем прибыл туда, не знаю. Меня привезли на вертушках. Он пробовал меня вербовать.
– Каким образом? – спросил Кэп.
– Угрожал прервать «коммутацию». Благодаря ему состоялся сеанс связи с Кило, который заявил о таких возможностях.
Пак с Вулом недовольно качнули головами. Франц тихо выругался. Биррат невидящим взглядом уставился в стену, лишь Жебровски и Чухрай ждали продолжения.
– Босквил погиб, – сообщил я. – И знаете что, – пришлось покопаться в интерфейсе, прежде чем удалось материализовать навигатор, – нам надо во что бы то ни стало завести эту штуку. Внести координаты базы Турчина, переместиться туда и вытащить Гомез.
– Вытащить? – Кэп повернулся ко мне.
– Да, именно. База Турчина захвачена, находится под контролем сил «Ауткома». Кило устроил мне небольшую видеоэкскурсию. Даже в «серый дом» дал заглянуть, посмотреть на пленных. В одной из камер была Валькирия Гомез.
– А если Кило врет насчет базы? – Франц резко встал с табурета. – Кэп, ну чего ты молчишь?
Биррат поднял руку.
– Выяснить, ложь это или правда, мы можем лишь одним способом, – сказал я, глядя в глаза Францу. – Разберемся с оборудованием Али в подвале, переместимся к базе – и все поймем.
– Группа, слушай мою команду, – спокойно заговорил Кэп. – Жебровски, Бразаускас и Чухрай отправляются в охранение. Удаление постов от дома – прямая видимость. Вул, ты наверх. Пак, с нами в подвал. Разойдись.
Забряцало оружие. Приняв от Чухрая свою штурмовую винтовку, ремень с подсумками и штык-ножом, я полез в подвал, слыша, как ворчит, выходя из дома, Франц. Оказавшись внизу, подпоясался, включил подствольный фонарик. Мне-то свет ни к чему, а вот Биррату с Паком не помешает, их проекции – всего лишь проекции, не имеющие «кошачьего глаза», в отличие от меня, способного неплохо видеть в темноте.
– С чего начнем? – поинтересовался Пак, оставшись возле стола за нашими с Кэпом спинами.
Я смотрел на железный шкаф, усеянный лампочками на передней стенке, на провода и штекеры, торчащие из полудюймовых разъемов.
– Знал бы прикуп… – шагнул к стенду с пультом, напоминающим тот, которым приходилось пользоваться в Крепости. Только тут монитор был один и консоль слегка отличалась – сильно изогнутая, с дополнительной клавиатурой.
«Ну, интерфейс, – мысленно заговорил я сам с собой, – подскажи, что нам с этим делать». Попытка просканировать оборудование не удалась – интерфейс видел в нем лишь то, что и все: железный ящик, стенд с монитором и консолью. Я посмотрел в надежде на Кэпа, затем мы одновременно обернулись к Паку.
Кореец по-прежнему стоял за столом, держал в руке телефонную трубку, снятую с крепления на номеронабирателе, и сосредоточенно ее разглядывал.
– Ты у нас инженер, – начали мы с Бирратом не сговариваясь и замолчали.
Пак вопросительно кивнул, кладя трубку рядом с модемом.
– Что думаешь, инженер? – сказал Кэп.
– Между прочим, инженер-сапер класса «мастер». – Кореец деловито обошел стол. – А ну-ка, расступись.
– Ишь ты, – невольно вырвалось у меня.
Кэп ухмыльнулся, отодвигаясь в сторону с сомнением во взгляде.
Пак прошел к пульту, склонился над консолью, щелкнул каким-то тумблером. Выпрямился, озадаченно почесав затылок. Затем шагнул к железному шкафу с лампочками, секунду постоял, глядя на них, вдруг задрал голову и ткнул едва заметную кнопку под рядами штекеров.
Где-то под стеной раздалось слабое гудение. Монитор на стенде ожил – замерцал экран. Лампочки на передней стенке шкафа замигали наперебой разными цветами, на столе за спиной хрипнул модем, и донесся длинный тихий гудок из лежащей рядом телефонной трубки.
– Питание включать не пробовали? – усмехнулся Пак.
И мы с Кэпом многозначительно посмотрели друг на друга. Ну что тут скажешь, один ноль в пользу сапера!
Биррат собрался раскрыть рот, но я жестом остановил его. Перед глазами творилась невообразимая свистопляска – интерфейс словно слетел с катушек в прямом смысле этого слова. Подсвечивались одна за другой характеристики незнакомых мне девайсов, мелькавшие между ними командные строки предлагали установить и запустить приложения. Не успевая толком усваивать информацию, я игнорировал запросы, собираясь разобраться с ними позже, искал возможность упорядочить процесс.
Казалось, пульт живет своей жизнью. Возможно, так и есть, так бывает, когда какой-нибудь файл в системе поврежден или заражен и система, не успев закрыть одну программу, запускает другую и рапортует о тормозах в третьей. И, чтобы все это не конфликтовало, требует запустить четвертую.
Мне наконец удалось разобраться в причинах такого поведения. Все оказалось просто и одновременно удивительно, во всяком случае, для меня. Пультом управлял ограниченный в своих возможностях ИскИн третьего машинного уровня. В чем именно заключалось ограничение, я выяснять не стал. Сам термин «третий машинный уровень» мне ни о чем не говорил. Удалось наладить контакт, и ладно.
Пока машинный интеллект успокаивал программы, я открыл обычное диалоговое окно и начал обмениваться с ИскИном сообщениями. Через минуту он прервал свистопляску, свернул все окна и, запустив программный ремонтный комплекс, синхронизировал мой интерфейс со своим. После чего любезно согласился помочь настроить навигатор, предложив ввести данные, которые остались от Али. Но Крепость меня не интересовала, поэтому я вежливо отказался.
Под стеной загудело сильней, застрекотало что-то в шкафу – похоже, это действительно древняя ЭВМ, как и модем на столе. Странно, почему Али использовал именно их? Почему не что-то иное, более современное, в разы мощней и с более серьезной защитой от проникновения, наверное, останется загадкой.
Странным было еще то, что машинный ИскИн легко откликнулся на мою просьбу о помощи. Не спросил каких-либо паролей или логинов.
Вспомнился разговор с Али, который обещал помочь. Может, в этом и заключалась его помощь? Ведь он настоятельно рекомендовал вернуться в поселок, видимо, знал, что мне придется воспользоваться навигатором повторно, и потому не запаролил доступ к оборудованию.
– Кэп, ты что-то хотел сказать. – Я выдвинул консоль, подключил к разъему на ней навигатор и обернулся.
– Почему нам нужна именно Гомез, а не кто-то иной? Ведь на базе, как я понял, много пленных.
– Много, – кивнул я, считывая информацию в мессенджере – ИскИн прислал инструкцию, как разблокировать доступ к навигатору. – Надеюсь, Кларк тоже жив и прояснит кое-какие вопросы по «Трайбеку». Только найти генерала, если тот вообще еще жив, мы сможем, освободив его дочь.
Я наконец справился с инструкцией и повернулся к Паку.
– Открой карту на планшете, нужны подходящие координаты точки переноса. Кэп, давай к столу.
Мы уставились на карту, вызванную Паком на экран.
– Дэни, – обратился ко мне командир, – каким образом происходит перемещение? Какие последствия нас могут ждать?
– Ну, – я пожал плечами, припомнив, как проходила переброска из поселка в Крепость, – открывается портал, и ты падаешь в том месте, куда указывают координаты.
– Угу. – Кэп кивнул.
– Может, переместимся сюда? – Я указал на холмы вдали от южных ворот базы.
– Далековато, – Пак ковырнул пальцем оспину на щеке. – А может, сразу внутрь. На главную улицу и…
– Нет. – Кэп качнул головой. – Необходимо собрать хоть какие-то сведения о противнике. Наша цель – «серый дом». – Он коснулся экрана, перемасштабировав изображение: база выросла в размерах. – Рядом с ним бесхозные ангары. Вряд ли при штурме они уцелели, так даже легче, наблюдать за тюрьмой легче. На месте ангаров вооруженцы планировали строительство склада для боеприпасов…
– Точно, Кэп! – воскликнул Пак. – Там легко спрятаться, там такие лабиринты среди бетонных блоков, свезенных для строительства.
– Нет. – Кэп снова качнул головой, и я мысленно с ним согласился. – Нельзя туда сразу перемещаться. Вдруг блоки растащили или разворотило взрывами? Мы ж не знаем и можем покалечиться.
– Давай сюда. – Я ткнул пальцем в край вертолетной площадки, вдоль которой шла дренажная канава. – Если упадем здесь, дальше проползем прямо до стройки, осмотримся и будем действовать по обстановке. В конце концов, в суматохе захватим транспорт и постараемся вырваться.
– А если к «серому дому» не подобраться, – заговорил Кэп, – по той же канаве обогнем площадку с юга и тихо выберемся за территорию базы. Но там же дорогу надо пересекать. – Он поднял на меня хмурое лицо.
– Лучше вариантов у нас нет.
Кэп кивнул. Пак уже вывел координаты места на экран. Я на всякий случай перепроверил их и сбросил через мессенджер ИскИну.
– Ну хорошо, – по-прежнему глядя на экран, сказал Кэп. – Войти-то войдем, но куда дальше, когда выйдем за территорию базы? Предлагаю прямо сейчас выбрать резервную точку переноса группы.
– Секунду. – Я кинул запрос ИскИну, чтобы тот одновременно с вводом координат был готов ввести еще одни, которые вскоре укажем.
Но получил отказ.
– Не выйдет, – объявил я.
– Почему? – Кэп оторвался от экрана.
– Не существует такой функции. Возможен однократный перенос. После чего понадобится терминал, чтобы перепрограммировать навигатор. А где я его на базе возьму?
– Парни расстроятся, – вставил Пак.
– Ладно. – Кэп вернул ему планшет и обратился ко мне: – Координаты поселка на всякий случай сохрани. Вдруг потребуется вернуться?
– Уже.
– Хорошо, – кивнул он. – Тогда делаем, как решили. Выберемся с территории, дальше по обстановке.
– Ну вот вроде и все, – заключил я, глядя на монитор, где появилось сообщение о том, что можно отсоединить устройство от разъема. Вынул навигатор из гнезда, сунул в карман. – Пак, зови парней, уходим.
Когда мы выбрались из подвала, Кэп спросил:
– И все-таки, Дэни, насколько ты веришь Кило?
Биррат умел выбирать моменты для правильных вопросов. Пак уже был на улице, нас никто не услышит.
– Пятьдесят на пятьдесят.
– Почему?
Как много этих «почему» мне предстоит еще услышать…
– Он заявил, именно «Трайбек» нанес ядерный удар. Нанес по Крепости и одновременно по ауткомовской группировке. На самом деле это было оружие-вирус, схожее по действию с тем, что имели при себе Спец и Кларк, только в разы мощнее.
– Я помню, ты рассказывал в Крепости, когда сообщил Жебровски о гибели брата.
– Да. Понимаешь, Кило нужна лаборатория «Трайбека», а не Крепость. Он знал, что там иные законы, там свой мир, подчиненный другой программе. Не могу точнее объяснить – знаю, и все. Уничтожить Крепость не значит уничтожить лабораторию. Вот я и подумал, когда прикинул точки, где подорвались заряды: один явно накрыл ауткомовцев, готовящихся к штурму, другой – нас. Всех как бы предупредили: мол, не рыпайтесь, заодно значительно сократили численность боеспособного личного состава в регионе. Возможно, Кларк что-нибудь знал или догадывался о происходящем, ведь он Спеца где-то нашел, проводил с ним сделку, выкупая Крепость.
Биррат провел костяшкой пальца по усам, прочистил горло.
– Все совпадает, Джон, – продолжил я. – Удары могли нанести лишь через порталы, через них доставили заряды. Каким именно способом, не знаю. Возможно, ударили ракетами с короткой дистанции, как по эскадре, иначе б наши и ауткомовские ПВО засекли чужие пуски еще задолго до подрыва зарядов.
– А диверсионные группы не рассматривал?
– Хорошо, Кэп, пусть будут диверсанты. Только просочиться сквозь патрули, минные поля и остаться незамеченными для спутников с беспилотниками той и другой стороны они не могли. Не располагали временем.
– Согласен. Но тогда почему Кило воюет с нами?
– Я задал ему тот же вопрос.
– И?
– Получил ответ, что это мы воюем с ним.
Я собрался выйти из дома, но Биррат положил мне руку на плечо.
– Дэни, сколько пленных на базе знаешь?
Этого вопроса я боялся больше всего. Не потому, что не хотел освободить выживших, а потому, что в любой сложной миссии всегда есть приоритет.
– Нет. – Я подумал и добавил: – Прости, Джон, но мы не можем рисковать собой в свете прояснившихся обстоятельств. Нам нужно вытащить Гомез и как можно быстрее покинуть опасный район, выйдя на связь с командованием.
Кэп полез в карман и достал жесткий диск, который я отдал ему в горах, на котором была записана программа перевода сознания в цифру. Вопросительно взглянул на меня.
– Пусть побудет у тебя. Так надежнее.
Он молча кивнул, и мы покинули дом. Не бывает войны без жертв, мы оба это понимали, прекрасно понимали и наши бойцы.
Спустя несколько минут группа собралась на берегу, на том самом месте, куда чуть менее суток назад угодила ракета Кларка. Я на ходу озвучил свои догадки, почему генерал хотел нас уничтожить. На этот счет никто не высказался, но в душе… уверен, в душе у каждого из бойцов что-то переменилось по отношению к старшему начальнику. Наверное, бойцы, как и я, ощутили себя винтиками в огромном сложном механизме, название которому война. Сейчас многое зависело от нас, справимся – и на шаг или полшага приблизимся к победе. Потому что в войне побеждают не генералы, а солдаты, ступившие на территорию захватчика, втаптывающие в грязь чужой земли всю ту боль и горечь от потерь, которые довелось испытать за время пути, приближая долгожданный и, пожалуй, очень важный миг – падение на землю ненавистного вражеского штандарта.
– Все готовы? – поинтересовался я у группы, стоя спиной к заливу, лицом к уходящему сквозь туман за горы солнцу.
Кэп отдал мне один контейнер с РПГ, у него осталось еще два, зарядил гранату в подствольник. Пак поправил рюкзак с пехотными минами за спиной и приготовил жгут термитного шнура, которым при случае можно прожечь стену или дверь. Вул выщелкнул из винтовки и проверил магазин, снаряженный спецпатронами. Такими десятимиллиметровую сталь можно пробить, не то что щит штурмовика. Бразаускас, Жебровски и Чухрай достали приборы ночного видения, стали закреплять в кронштейнах на шлемах.
Быстро темнело.
– Франц, – позвал Кэп и приказал: – Отдай мне ПНВ.
Взамен протянул ему контейнер с РПГ.
– Когда окажемся на строительной площадке, – сказал командир, – разделимся. Вул, на тебе периметр «серого дома». Вышки, часовые. Дэни, прикрываешь группе спину, наблюдаешь за окрестностями. Франц, работаешь со мной в паре. Чухрай, Пак и Жебровски идут в «серый дом», проделывают проход и выводят майора Гомез. Задачи ясны?
– Так точно, – отозвался хор голосов.
– Давай, Дэни, заводи.
Напряглись лица, сжались пальцы на пистолетных рукоятях.
– Это не больно. Но удивит. Ничего не почувствуете, как окажемся дома.
Я повернулся к воде и надавил единственную кнопку на плоском черном корпусе устройства на ладони.
С треском порвалась ткань пространства перед нами. В лицо ударил яркий свет, вытесненная открывшимся порталом вода волной подкатила к ногам и пропала, снедаемая растущим вширь овалом, куда всех нас увлекло неведомой силой.
Волшебство – так бы сказал об этом Вул, иногда почитывавший фэнтези, будь он более разговорчив.
Миг, и я оказался на дне дренажной канавы. Присел. Зачем ее здесь вообще проложили? Дожди в регионе случаются редко, кругом пустыня…
Рассуждения прервал Кэп, угодивший мне на спину. Сбил на землю. Впереди в канаву упали Вул и Пак. Я быстро встал на одно колено, оглянулся. Чуть дальше за нами с Кэпом на ноги приземлились Чухрай с Жебровски. А вот Франц Бразаускас, гроза врагов, известный ворчун и приколист, рухнул на угол площадки, в аккурат перед расчехленным для взлета «Ка-50».
Возле кабины стоял бот, в котором нетрудно было признать пилота, – большой светлый шлем с опущенным забралом на голове слабо отсвечивал в ночных сумерках, на летном комбинезоне виднелась эмблема «Аутком».
Пилот услышал шорохи за спиной, начал оборачиваться на звук, когда Франц схватил его рукой, зажав рот. Резко дернул за подбородок вверх и всадил в шею нож.
Наверное, зажимать рот пилоту было излишним – неписи вроде не умеют разговаривать, во всяком случае, я о таком не слышал. Франц затащил тело в канаву. Биррат уставился на мертвеца, я скрежетнул зубами и покрутил головой. Пока было тихо. Пак с Вулом, присев впереди, изготовились к стрельбе. Позади маячили в тех же позах Жебровски с Чухраем. Кэп обернулся ко мне.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?