Текст книги "Лицо войны"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lico-voyny-79418.jpg)
Автор книги: Алексей Бобл
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 5
Секретное оружие
Нескончаемый равномерный гул за бортом мешал нормально разговаривать и не располагал ко сну. Хотя некоторым не привыкать, вон, Франц умаялся вконец, развалился на сиденье в хвостовой части отсека, запрокинув голову, сопит с раскрытым ртом. И все ему нипочем: шум, простреленная нога. Поблизости, через одно откидное кресло, клюет носом Пак, рядом, подтянув ноги к животу, устроился Чухрай – совсем как ребенок, сложил ладони под голову, похоже, что-то бормочет во сне, шевеля губами. Счастливчик Тедди – даже тот, невзирая на желание узнать обо всем, что случилось с группой за время его отсутствия, заснул близ операторского пульта, за которым сидела погруженная в собственные мысли Бридж. Я, Кэп, Вул и Жебровски бодрствовали вместе с ней, была наша вахта, точнее, вахта моей боевой четверки, в которую не входил Кэп. Просто ему не спалось, вот он и подсел ко мне, чтобы поговорить.
Гомез после смерти генерала так ни разу и не выглянула в отсек. К ней были вопросы, но мы с Бирратом решили с этим повременить. Никто не знает, в каком она сейчас эмоциональном состоянии. Кэп на всякий случай попросил меня свериться с картой, закралось у него одно подозрение насчет Валькирии, когда конвертоплан совершил пару резких кренов на крыло: вдруг майор решила повернуть обратно к базе? В гневе все может быть. Но курс лежал в Средиземное море. Мы действительно летели на Кипр, только двигались зигзагом, минуя захваченные противником территории.
Почему на Кипр? Хотел бы я знать. Но это может объяснить только Гомез.
Вул с Борисом Жебровски занимались стрелковым оружием группы. Чистили стволы, разложившись на полу в центральном проходе. Тело генерала Кларка оставили лежать возле рампы и накрыли брезентом, но вскоре оно бесследно исчезло. Видимо, статис-капсулу отключили, и проекция была удалена из протокола виртуальной платформы. Маллоуна, напротив, подняли на сиденья перед входом в кабину и даже в одеяло завернули, чтобы мягче спалось, и еще капельницу соорудили. Удивительно, но старик был жив. И было такое ощущение, что с каждой минутой ему становится лучше. На щеках появился заметный румянец, грудь вздымалась и опадала в такт ровного дыхания.
Я толкнул Кэпа и кивнул на Маллоуна:
– Ты что-нибудь понимаешь?
Кэп лишь пожал плечами.
– Почему Кларк, – продолжил я, – хорошо подготовленный физически офицер, умер с пулей в ключице, а этот… старик жив и вскоре будет выглядеть лучше Франца, а?
Кэп снова пожал плечами.
Я нахмурился и мысленно отругал себя за глупость – все время забываю о своих возможностях. После ночного боя не сразу сообразил, что к навыкам прибавилось хитов за подбитые ПБМ и вертолеты и что надо эти условные единицы раскидать, прибавляя к параметрам. Наконец-то открылся доступ к новым ячейкам памяти, куда можно поместить более тяжелые файлы, следовательно – слить образец стрелкового оружия или запихнуть тротиловые шашки. А ведь это серьезно улучшает мое положение: в случае гибели теперь не надо искать, чем вооружиться, извлек из ячейки предмет – и действуй.
Чтобы просканировать Маллоуна, в нужный раздел даже лезть не пришлось, интерфейс все сделал сам, но, кроме параметра здоровья у старика, ничего не показал.
Странно, страннее некуда. Может, он, как и Биррат, лежит в поврежденной капсуле? Но у Биррата вообще характеристики не видны, а у этого здоровье восстанавливается на глазах. Маллоун будто черпает силы извне.
– Не знаю, – после паузы откликнулся Кэп. – Может, позовем Гомез и спросим у нее, как такое возможно?
Мы переглянулись. Похоже, мое волнение передалось и ему. Ну еще бы, я ведь теперь в цифре, обладаю расширенными способностями, а Кэп достаточно умен и не лишен прагматизма, умеет складывать два и два. И если я удивлен тем, что Маллоун так быстро выздоравливает, значит, есть повод для беспокойства.
А повод действительно был. Маллоун быстро восстанавливается – я взглянул на дисплей наручных часов, – если так дальше пойдет, мы вполне сможем допросить его минут через пятнадцать-двадцать, потому что старик окончательно будет здоров.
– Давай, Дэни, зови майора, – сказал Кэп. – Хватит штаны просиживать.
– Да. – Я хлопнул себя по коленям и направился в кабину.
Гомез открыла раньше, чем я коснулся дверной ручки. Значит, есть у них тут видеонаблюдение за отсеком. Пилот глянул на меня через плечо, кивнул и представился:
– Лейтенант Тодор Глагов. – На усталом широком лице появилась улыбка. – Рад служить и воевать с вами. Лейтенант?..
– Денис Ковач. – Я посторонился, выпуская Гомез из кабины, и, подавшись к креслу, пожал протянутую пилотом руку. – Взаимно.
– Мы, случайно, не земляки? – Тодор попытался привстать из вежливости, но боль в посеченной осколком ноге не дала ему выпрямиться.
– Сиди, – улыбнулся я в ответ. – Судя по имени, ты болгарин.
Он кивнул.
– Значит, почти земляки. Я из России, но войну встретил в Корее. Ладно, мне пора, потом как-нибудь потреплемся.
Когда вышел из кабины, Гомез внимательно смотрела на спящего Маллоуна. Рядом с нею стоял Кэп.
– Готовы поговорить, майор? – поинтересовался я, решив выбрать официальный тон, чтобы не смущать Кэпа и подчиненных, да и, в принципе, саму Гомез.
Она подняла на меня отрешенный взгляд, явно что-то обдумывая, затем сделала приглашающий жест, и мы прошли к сиденьям в дальней части отсека. Майор села между нами, стараясь не смотреть на брезент возле рампы, под которым недавно покоилось тело ее отца.
– Все сожалеют о твоей потере, Валькирия, – произнес я. – Мы…
– Спасибо, Денис. Давай к делу. Вас наверняка волнует, почему летим на Кипр, а не на базу в Северной Африке.
Она сделала паузу, собираясь с духом. Видимо, зря я напомнил ей о смерти отца, но таков порядок вещей. Я должен был сказать, за себя и за Кэпа, за парней.
– Что ж, – Валькирия сглотнула и закусила губу, пытаясь сдержать слезы, – мы летим на Кипр потому, что там находится… – Она зашмыгала носом. – Там есть база, где можно дозаправиться. На ней все автоматизировано, отец лично строил… Полная секретность, никто не знает…
Она все-таки не сдержалась – слезы потекли по щекам. Закрыла лицо руками и уткнулась Биррату в плечо. Он по-отечески обнял ее, успокаивая, провел ладонью по волосам.
Черт! Еще недавно я считал Кларка предателем, проворачивающим махинации с «Трайбеком». Но всего за несколько дней мое мнение об этом человеке сильно изменилось. Он настоящий профессионал, преданный своему делу…
Был.
Даже умирая, передавал дочери важную информацию. Не знаю, успел ли попрощаться, но без сомнений отдал все силы и жизнь ради победы.
– Простите. – Гомез отстранилась от Кэпа, утерлась, приводя себя в порядок. – На острове мы будем в безопасности. У нас будет время подумать и проанализировать ситуацию.
– Но почему все-таки Кипр? – произнес Кэп.
– Отец выпустил по вам ракету и уничтожил следы санкционированной в Крепости операции.
– Мы догадались и не виним его.
– Но в штабе все равно стало известно.
– Как?
– Не знаю, возможно…
– Это Босквил, – уверенно сказал я.
– При чем тут заместитель командующего? – Гомез повернулась ко мне.
– Босквил работал на Кило и помогал Руди Новаку. – Я размял пальцы, щелкнув суставами. – Кажется, оба не знали, что действуют в связке, Кило использовал их вслепую. Я был некоторое время в плену на флагмане эскадры, куда вскоре прибыл генерал. Он лично допрашивал меня, пытаясь завербовать. Потом у меня состоялся разговор с ИскИном, который говорил странные вещи: например, воюет с нами потому, что мы считаем его врагом номер один, хотя во всем виноват «Трайбек», пытавшийся взять под контроль управление военными базами на планете.
– И ты поверил?
– Послушай дальше. По словам ИскИна, именно «Трайбек» нанес ядерные удары по ТВД недавно. Помнишь, ты говорила, что люди умирают в капсулах? Разведка подтвердила наличие у «Ауткома» ядерных зарядов, а также возможность их доставки на большие расстояния. А теперь постарайся вспомнить: откуда пришла эта информация, по каким каналам?
Она на мгновение задумалась.
– Шифрограмму получили из штаба… на ней стояла личная подпись генерала армии Босквила.
Кэп покивал.
– Кило поручил ему прогнать дезу, чтобы мы думали, что у него есть такое оружие, и оставили Крепость, – озвучил вывод я. – Но на самом деле Кило хотел добраться до лаборатории, которую Али, уходя, запечатал навсегда.
Гомез села прямо, переваривая услышанное. Кэп выжидающе смотрел на нее.
– Правдиво звучит, – наконец сказала майор. – Убедительно. Осталось лишь поверить.
– Почему Кипр? – напомнил Кэп.
– Вас… – Она замялась. – Всю группу перед штурмом ТВД объявили предателями.
Мы с Кэпом тяжело вздохнули – чудесный расклад, значит, Босквил не врал и для своих мы теперь чужие.
– Но я постараюсь вас оправдать, – говорила дальше Гомез. – Прибудем на Кипр и…
– Каким образом? – перебил Кэп. – Вы сами недавно были в плену, майор. Особисты, стоит попасть к ним в руки, изолируют нас. Странно, что не сделали этого до сих пор. Не отключили наши капсулы.
– Капсулы не отключают, пока жизнеобеспечение функционирует нормально, – сообщила Гомез. – Лишь применяют карантинный протокол – это когда не ясно, под чьим контролем находится личность.
– А можно на языке нормальных людей? – уточнил Кэп.
И я кивнул. Мы ведь обычные солдаты, а не спецы по информационным технологиям.
– В «Ворнете» есть группа системного мониторинга, ею руководит ученый по имени Рюминг. Он разработал свод правил, которые действуют уже несколько месяцев. Если боец или офицер предположительно оказались в плену или перешли на сторону противника и местоположение капсулы известно командованию, ее помещают в карантин, временно прерывают связь с платформой…
Она застыла с раскрытым ртом. Можно было не продолжать. Босквил, похоже, постарался на славу. У нас осталась связь с симулятором благодаря измене генерала, который хотел завербовать меня и использовать в дальнейшем, для чего объявил предателем. Не складывался лишь один момент: почему Гомез до сих пор находится с нами? Вряд ли Босквил был так прозорлив и…
– Кэп, мы об одном и том же думаем? – Я посмотрел на командира.
– Если предположить, – начал тот, – что Босквил не позволил применить карантинный протокол для группы и пленных на базе Турчина, это объясняет происходящее. Кларк был фигурой, которую, как и тебя, наверняка пытались склонить к сотрудничеству с «Ауткомом». И все это в очередной раз подчеркивает значимость лаборатории в Крепости.
– Капитан, вам бы в разведке служить, а не патрульной группой командовать, – сказала Гомез.
– У Кило наверняка есть и другие помощники в штабе Оси. – Кэп будто не заметил комплимента. – Согласен, Дэни?
Я кивнул – этим объяснялась возможность Кило шантажировать меня путем разрыва «коммутации».
– Значит, по-вашему, Кило не враг, а союзник? – Взгляд Гомез был полон сомнения.
– Мы так не считаем, – ответил Кэп. – Для однозначных выводов недостаточно информации. Как много вы знаете о «Трайбеке»?
– Не больше вашего, капитан. – Валькирия пожала плечами и уставилась на брезент, под которым недавно лежал ее отец.
Ясно. Все секреты Кларк унес с собой. Дал нам наводку на Кипр и умер. Вот почему командир хотел знать, зачем летим на остров. Старался убедиться в правильности своих размышлений, и в итоге все сошлось на «Трайбеке». Кэпу действительно нужно служить в разведке – я бы так вдумчиво по полкам не раскладывал, я больше привык накоротке или, как еще говорят, прикинуть все на коленке, пройдясь по верхам, зачастую упуская важные моменты.
Валькирия нервно покусывала губу, лицо было напряжено.
– Ну хорошо, – командир потеребил большим пальцем усы, – какой теперь план, майор?
– Выйти на связь с командованием.
– Но… – начал я и смолк, когда Кэп поднял руку.
– Мы должны это сделать, – настойчиво заявила Гомез. – У нас есть ценнейшая информация. Если Босквил работает…
– Работал, – снова влез я. – Он погиб. Мне удалось бежать. Я убил себя. Я теперь в цифре, Валькирия. Али передал мне технологию, которая спасла меня. Спасла не раз!
Она растерянно хлопала глазами, а я продолжал рассказывать, каким образом была уничтожена эскадра, как я вынужден каждый раз менять точку сохранения, чтобы не потеряться и не оказаться в дурацком положении, без оружия и снаряжения. Что Кило имеет, хоть и не подтвержденную фактами, возможность разрыва «коммутации» сознания и тем самым шантажирует людей, заставляя работать на себя. Значит, все-таки есть у него доступ к нашим виртуальным платформам, за безопасность которых отвечает группа Рюминга. Но самое главное – ИскИн пытается добраться до «Трайбека», считая его виновником случившейся войны.
– Поэтому нам нужны все имеющиеся сведения о «Трайбеке», – закончил я и указал на Маллоуна. – И вот наш единственный ключик к нему. Лежит, дышит, поймав три пули в грудь. Не ровен час поднимется и заговорит.
Все уставились на старика.
– Согласны? – спокойно сказал Кэп, обращаясь к Гомез.
Она вновь пожала плечами.
– Тогда самое время допросить старика Маллоуна. Дэни.
Я поднялся с сиденья.
– Мы подлетаем, – остановила меня Гомез. – Будите остальных. Допросим Маллоуна на земле.
– Уверены, – Кэп придержал ее за руку, – что не следует поторопиться?
– Да. Здесь мы в безопасности. О базе, кроме нас, никому не известно.
– Я не об этом, – Кэп отпустил ее руку и тоже встал. – Хотел уточнить, можем ли как-то еще помочь тем, кто остался на Аравийском ТВД?
Гомез смутилась, на миг отведя глаза, и с какой-то глухой и задушенной внутри скорбью сказала:
– Там почти некого было спасать.
– Это как? – Кэп по-прежнему смотрел на нее, ожидая пояснений.
– Вирус убивал людей. Тот вирус, который проникал в капсулы после взрывов ядерных фугасов. Большинство пленных были заражены.
Я повернулся к Бридж, сидящей за пультом. Выглядела она не очень: испарина на лбу, под глазами темные круги.
– Генерал Кларк был в их числе, – сказала Гомез. – Ваша группа, капитан Биррат, и так сделала невозможное. Спасибо, сэр.
Она быстро пошла в кабину.
– Командуй «подъем», Дэни, – велел Кэп и направился к Бридж.
Я растолкал бойцов, предупреждая о скорой посадке, и занял место за операторским пультом, сменив Эвертон, которой стало еще хуже – чахла на глазах, словно цветок без воды под палящим солнцем. И как это я упустил и позволил ей дежурить столько времени?
Вул с Жебровски собрали и раздали оружие, встали к бортовым орудиям. Пак, Чухрай и Счастливчик Тедди на всякий случай пристегнулись фалами к тросам под потолком – Гомез заверяла о безопасности объекта, но вдруг придется высаживаться с воздуха и зачищать территорию? Франц вернулся к Маллоуну, который, будто почувствовав скорый конец путешествия, открыл глаза и молча наблюдал за происходящим в самолете.
Кэп прошелся напоследок по отсеку, как всегда, убедился в готовности людей и вернулся к гаубице.
Нехорошее предчувствие овладело мной. Я следил краем глаза за Маллоуном все то время, пока делали круг над островом. Даже когда сели без происшествий и открыли рампу, не спешил покинуть отсек.
Параметр здоровья у старика целиком восстановился, взгляд был устремлен через широкий проем в хвостовой части на площадку, куда выбежали бойцы, готовые в любой момент пустить в ход оружие. Первая боевая тройка, Пак, Чухрай и Счастливчик, хорошо виднелась в серых предрассветных сумерках. Растягиваясь в цепь, бойцы быстро сокращали дистанцию до каменистого косогора, где были расположены вмурованные в склон ворота. Следом из отсека по аппарели выбежали Вул и Жебровски, за ними вышел Кэп и подтянулся, хромая, Франц.
Смолкли двигатели конвертоплана, стало слышно, как моросит дождь, шелестя каплями по обшивке. Сидевшей поблизости со мной Бридж стало совсем плохо, ее вырвало черной желчью. И я, поднявшись помочь, прозевал момент, когда Маллоун, отбросив одеяло, проследовал к рампе. Если б не сорванная с крючка на стене капельница – пакет с физраствором хлопнулся на пол, – так бы и не заметил. Пришлось оставить Бридж и задержать старика на выходе.
Взгляд его водянистых глаз был каким-то чужим и отстраненным, что ли. Будто он не в себе или под гипнозом, не узнает, тупо пялится на меня и молчит. Даже рта не раскрыл, чтобы возмутиться или спросить, где мы. Лишь отправился на место, когда я велел не высовываться. Сел возле двери в кабину и застыл не моргая.
Странное поведение, что-то в нем показалось знакомым, только я никак не мог вспомнить, что именно.
Мимо, бухая ботинками по железному полу, пробежала Гомез. Кэп обернулся на улице и крикнул:
– Дэни, ты нам нужен!
– Сейчас!
Схватив медсумку, я усадил Бридж рядом с Маллоуном. Достал нож, распорол ей рукав и вколол стимулятор, введя иглу шприца в вену.
– Как ты, Бридж?
Я ругал себя и Гомез и клял все на свете за то, что не поинтересовался самочувствием Эвертон, когда она появилась на борту. Сразу усадил в операторское кресло, даже парой слов не перебросились.
– Дэни… солнце, – на ее лице возникла вымученная улыбка. – Тебя Кэп зовет. Ты иди, я…
Бридж уронила голову на грудь. Я взял ее за запястье – пульс едва прощупывался. По-хорошему ей бы сейчас поставить капельницу и отправить в реанимацию, но с первым придется повозиться, а последнего у нас и вовсе нет. Если только на базе где-то имеется медблок с подходящим оборудованием.
Маллоун сидел в прежней позе и больше не пытался подняться. Из кабины выглянул пилот.
– Тодор, – я сунул ему в руки сумку с красным крестом на клапане и указал на Бридж, – девушке плохо, вырвало. Поройся в аптечке, нужно сделать промывание желудка, но прежде приведи ее в чувство. Сейчас вернусь.
Как же все не вовремя! Старик очнулся и чудит, Бридж нужна помощь… Я сбежал по аппарели. Ворота ангара, устроенного под холмом впереди, уже были распахнуты, внутри скрылась первая боевая тройка, Гомез и Кэп. Вул с Францем и Жебровски рассредоточились вокруг конвертоплана, наблюдая за окрестностями.
Светало. Первым делом нам следует дозаправиться. Неизвестно, насколько долго сможем здесь находиться, и вообще, вдруг понадобится срочно взлететь – лишним топливо не бывает.
Я пересек площадку – по сторонам в пелене дождя виднелись пологие холмы, получалось, что база находилась в котловине между ними. Поселений и дорог не видать, похоже, глухое местечко. Из раскрытых ворот донеслось рычание двигателя, и ударил свет фар. Навстречу выкатился топливозаправщик – грузовик с длинной цистерной на лафете, в кабине за рулем сидел Тедди, сбоку на приступке, держась за поручень, стоял Чухрай.
– Займись заправкой, Дэни! – долетел из ангара голос Кэпа.
Чухрай, слегка присев, протянул мне руку, я отмахнулся и побежал обратно, обгоняя бензовоз.
– Тодор, – крикнул на ходу, – где находятся лючки бензобаков?
– У дополнительных – в крыльях, для основного – по левому борту! – Пилот уложил Бридж в глубине отсека на сиденья и скрылся за дверью кабины.
Я жестом указал Счастливчику, куда подгонять заправщик. Забежал под левое крыло, отыскал на борту лючок и вскрыл его. Чухрай, когда Тедди подрулил к самолету, подтащил шланг, который мы вместе подсоединили к разъему-переходнику.
– Порядок! – сообщил я выглянувшему в боковую форточку Тодору и повернул кран на переходнике.
– Начинаю перекачку! – откликнулся пилот, щелкая тумблерами на приборной панели над головой.
Заправщик загудел на холостых – Тедди врубил насос.
– Игорь, – позвал я Чухрая, – справитесь без меня. Я в отсек. Там с Бридж очень плохо.
И, не дожидаясь ответа, устремился к рампе.
Бридж лежала на сиденьях: глаза закрыты, лицо потемнело – кожа покрылась маслянистым налетом, словно ее обмазали тонким слоем машинного масла, сквозь который начала проглядывать паутинка пульсирующих сосудов. Подобное я уже видел, когда в Басре пострадал Густав Жебровски, принял за выступившую сукровицу и гной из ожога. Только у Бридж смертельный вирус действовал не через прямое ранение, а как бы изнутри, проник в нее, используя иные механизмы, и убивал сейчас тело в статис-капсуле, как когда-то меня.
– Тодор, – я заглянул в кабину, – ты девушке что-то вколол, таблетки давал?
– Нет. – Пилот виновато развел руками. – Не успел, она в себя не приходит.
Гудение заправщика снаружи стало тише – Тедди отключил насос, значит, сейчас перекинут шланг и начнут заливать другой бак.
Я вернулся в отсек. Что же делать с Бридж? Ей срочно нужна помощь.
– У тебя проблемы, Дэни? – На аппарели стоял Кэп. – Почему ты в самолете, а не снаружи?
– Бридж умирает.
Кэп скользнул по ней взглядом.
– Мы не сможем ей помочь. Ты слышал, что сказала Гомез насчет…
– Есть одно средство. – Я решительно направился к нему. – Верни мне жесткий диск и позови майора.
Я снова ругал себя – никак не могу привыкнуть к тому, что вокруг лишь виртуальный мир. Вполне возможно, мне бы удалось спасти тогда Кларка, прояви чуть больше настойчивости. Сам же спасся в Крепости, почему бы не помочь другим, кто заразился?
Кэп промедлил лишь секунду. Не знаю, в чем была причина заминки, но диск он все-таки отдал. Утирая дождевую влагу с лица, сбежал на площадку и крикнул Чухраю, чтобы позвал сюда Гомез. Тем временем я расшарил папки жесткого диска, набивая в чате короткие инструкции для Бридж. Осталось выполнить всего одно действие: подключить ее к персональному интерфейсу. Но такое под силу только Гомез.
Маллоун сидел как истукан и пялился перед собой невидящим взглядом. Истукан… Я нахмурился, припомнив неписей-штурмовиков на борту вертолета, который доставил меня на флагман в заливе. Вахтенные боты-офицеры на мостике корабля тоже не двигались и смотрели в никуда.
Если верно рассуждаю, такое состояние у неписей наблюдается, когда они не участвуют в происходящем вокруг, лишь находятся на связи с управляющей ими программой – возможно, транслируют некоторые данные, например видео.
– Давно она без сознания? – раздался голос Валькирии над плечом.
Похоже, дождь снаружи зарядил сильней. Волосы налипли ей на лоб и лицо, Валькирия смахнула их в сторону вместе с каплями, взяла за запястье Бридж.
– Минут пять, с того момента, как ты покинула самолет.
– Денис… – Гомез отпустила руку Бридж и повернулась ко мне. – У нас очень мало времени, нет подходящего софта и каналов ввода информации. Я…
– Делай что можешь. У меня все готово.
Я на всякий случай кинул ей запрос в чате – неизвестно, как все пойдет, вдруг только Гомез сумеет давать инструкции подключенной к интерфейсу Бридж?
Не стало звуков, пропали гул заправщика и шелест дождя. Кажется, где-то за спиной находился Кэп и маячили тени снующих туда-сюда бойцов, но я их не слышал. Не было ни голосов, ни топота ног, всё и вся исчезли для меня. Перед глазами плавали иконки интерфейса и виднелось застывшее лицо Валькирии Гомез.
Сколько ей понадобится времени на подключение? Мне вспомнилось, как сам впервые прочувствовал работу интерфейса на себе, когда случайно с помощью вируса пробился сквозь защиту системы управления Крепостью. В принципе, тогда прошло все очень быстро, только неожиданно для меня. Кларку пришлось многое объяснять и убеждать. У Гомез на это нет времени.
Валькирия целиком ушла в себя. Что она делает с Бридж: отслеживает сигнал до статис-капсулы или сразу проникает в сознание, вмешиваясь в процесс «коммутации», заливает какой-то софт?
И без того бледные, сильно просевшие характеристики Бридж продолжали терять условные единицы. С каждым вдохом, с каждым ударом сердца она приближалась к смерти, и, похоже, ничто уже не остановит процесс. Если только…
Возможно, мне показалось, но навык здоровья вдруг прекратил изменяться. Цифры будто замерли на миг и вновь пустились в обратный отсчет.
Что это было? Мое воображение выдает желаемое за действительное. Я нахмурился, когда Гомез толкнула меня:
– Очнись, Денис. Она на связи!
Только сейчас я заметил мигающий в чате запрос от имени Бридж. Следующая минута показалась мне часом. Я скинул в чат инструкции и помог ей синхронизироваться с жестким диском, где лежала спасительная программа.
Теперь настал самый сложный момент: справится ли Бридж, примет все как есть или начнет терять время, не веря в происходящее?
Пока вроде все идет своим чередом, но…
– Наверное, я сплю, Денис, – появилось сообщение в окне. – Какой фантастический сон! Мы все в виртуальной реальности…
– Да. Только запусти программу и слейся в цифру.
– Зачем?
– Так надо. Не теряй времени. – Я подумал и добавил: – Если удобней использовать голосовое управление, отдавай команды голосом. Так будет быстрее.
Она все-таки медлила. Таяли драгоценные секунды, а с ними уходила жизнь из тела Бридж.
– Ну ладно, раз просишь, – наконец ответила она, вошла в указанную папку и запустила программу.
Снова поползли секунды – две или три, а может, десять.
– Дэни, программа предлагает конвертировать сознание в неизвестную локацию. Это хорошо или плохо?
– Хорошо, – отстучал в ответ я. – Поторопись. Когда спросит, куда привязать точку воскрешения, укажи конвертоплан.
– Готово, – пришло через мгновенье.
Я облегченно выдохнул, уселся на пол и сказал Гомез:
– Кажется, получилось.
Майор легонько похлопала Бридж по щекам.
– Лейтенант Эвертон, – позвала она, – слышите меня?
Бридж лежала в прежней позе: глаза закрыты, грудь не вздымается. Неужели опоздали?
С ее лица вдруг начала исчезать маслянистая пленка, Бридж раскрыла рот, шумно вдохнула, будто испугалась чего-то во сне, и резко села, прижав руки к груди.
– Получилось, – прошептала Гомез. – Невероятно!
– Бридж! – Я подсел к ней, обнял. – Ты жива, Бридж.
– Так это был не…
– Не сон, лейтенант Эвертон, – сказала Гомез и отступила в сторону.
В отсеке стояли Кэп, Пак, Счастливчик. Вул с Чухраем маячили за их спинами возле рампы, держа в руках по серебристому, на вид стальному кейсу. Стопка таких кейсов появилась у стены справа, пока я занимался Бридж. А ведь знакомая штуковина, в подобном кейсе перевозил оружие Спец.
Франц тоже оставил свой пост и приблизился к проему, с любопытством глядя на нас. Отсутствовал только Жебровски. Но это не значит, что Борису безразлична судьба оператора нашей группы, просто он более дисциплинированный боец, чем остальные.
– Пойдем со мной. – Гомез увлекла Бридж за руку, направляясь в кабину. – Мне нужно тебе многое объяснить.
– За работу! – скомандовал Кэп бойцам. – Пак, сколько там еще осталось?
Вул с Чухраем поместили в стопку по кейсу и побежали за остальными к воротам.
– Десяток, не больше! – отозвался спешащий за ними Пак.
– Это что? – Я подошел к стопке, взял кейс. – То самое секретное оружие?
– Да. – Кэп отщелкнул замки и поднял крышку. – Оно, Дэни. Там целый склад. И не только переносные компактные системы. Просто я решил, – он вынул из кейса знакомый мне по Басре ствол. Зарядил магазин, – лучше перенести часть комплектов сюда, пока не знаем, как все сложится и долго ли здесь пробудем.
Я кивнул. Вполне разумно.
– Но насчет секретного оружия, – Кэп поднял ружье стволом кверху, – ты не прав.
– Это почему?
– Ты наше оружие. Программа на жестком диске дает всем шанс. Понимаешь какой?
У меня возникло желание поспорить, но не в этот раз. Я снова кивнул. Командир открыл рот, чтобы продолжить.
– Стой! – раздался голос Жебровски снаружи. – Стой, стрелять буду!
Кэп перехватил ружье и устремился к выходу. Я потерял примерно пару секунд на то, чтобы достать новое из другого кейса, и кинулся за ним.
Когда выбежал на площадку, в воротах показались бойцы, услышавшие окрик Жебровски.
Громыхнул пулемет. Я повернулся на звук – Кэп уже опускался на одно колено, вскидывая ружье. Срезанный очередью Маллоун еще падал на бетон, но перед ним уже раскрылся портал, откуда появлялись фигуры в светло-зеленых скафандрах с такими же, как у нас с Кэпом, ружьями в руках.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?