Читать книгу "Психотерапия. Как лечить психологические расстройства?"

4 Постпсихоанализ

4.1 Перенос либидо

Конечно, после проведения исповеди (психоанализа) можно сразу рассматривать комплексы, структура которых так или иначе конфликтная и противоречивая, а конфликт нужно решить. Но очень важно знать о так называемом переносе, который в узком смысле означает перенос вытесненного материала (комплексов) либидо на врача, а в широком смысле перенос либидо (приятных ощущений) на что-либо. О практическом примере переноса написано в моей работе «Компенсаторика. Функциональность человеке»1212
  Ссылка на книгу: https://ridero.ru/books/kompensatorika/


[Закрыть]. Обычно бывает перенос желаний пациента, но перенос может быть и агрессивным, если рассматривать его в широком смысле, например, агрессивные извращения пациента, хотя последнее на практике я не встречал. Так же само понятие переноса я использую в компенсаторической теории, как эффект проявления психологической компенсации, например, отсутствие секса может компенсироваться переносом либидо на мастурбацию, на общение с противоположным полом, на игры, спорт и так далее. Поэтому компенсации могут казаться по значению очень далекими от источника их появления. Так как вытесненное нужно каким-либо образом компенсировать. Например, если человек сильно стремится к власти, признанию и лидерству, то есть большая вероятность проблем в личной жизни.

Чтобы понять суть переноса в широком смысле, давайте рассмотрим образный пример. Либидо хорошо сравнивать с тестом. Например, нажимая на тесто, оно все равно где-то вылезет. А где вылезет – это зависит от того, чем нажимаем, где лежит тесто, насколько сильно нажимаем. То есть 1) В чем именно проявляется Сверх-Я – давление на «Я» и «Оно»; 2) в какой психике либидо находится, где есть лазейки, в которых либидо попадет; 3) насколько сильное давление Сверх-Я. 1) Это чем нажимаем на тесто (на либидо). 2) Где лежит тесто, сосуд – структура сформировавшейся психики. 3) Сила давления.

Как раз-таки после психоанализа мы можем выявить все эти три характеристики, для этого и нужно исследовать как детство, так и переходный возраст.

Перенос – может быть как перверсией, так позитивным переносом, смотря какой перенос. Перверсивный перенос – это компенсация недостающего естественного желания чем-то неестественным или вредным для человека или общества. Позитивный – это по сути то, что мы называем сублимацией – перенос на спорт, наука творчество и так далее. Перенос может вступить в конфликт с чем-либо. Хотя и каждый из позитивных переносов может быть перверсивным: наука ради того, чтобы сбросить атомную бомбу или сексуальное возбуждение от картины Малевича, однако это уже не сублимация, а перверсия. Сублимация имеет главный признак в отсутствии сексуального возбуждения, хотя сами психологические чувства могут быть похожи на достижения оргазма, например, при научном открытии или написании картины, но не в физическом смысле.

Теперь все-таки давайте перейдем к узкому смыслу переноса, о котором немало писали З. Фрейд и К. Г. Юнг. Так как психоаналитик раскрывает сгустки энергии либидо (комплексы), то это либидо направляется на того, кто ему помог освободиться. И хотя вытесненный материал может содержать агрессию, то она скорее проявится в процессе психоанализа, чем после, после будет собственно перенос приятных ощущений (либидо) на психоаналитика. При психоанализе происходит разрушение эго, которые всегда за собой влечет страх и агрессию, как формы защиты эго. И даже в этом случае с одной стороны психоаналитик враг, а с другой мортидо1313
  Мортидо – это психологическая энергия разрушения и смерти. Мортидо практически всегда неотделимо от либидо, в чем и состоит ее диалектический смысл. Чтобы человеку примириться со смертью, она должна быть приятной.


[Закрыть] всегда вместе с либидо, тем более идет возвращение теневой части личности в сознание, то есть расширение сознания, увеличение эго до более правильных сфер. Более подробно о роли мортидо можете прочитать в моей книге «Садизм и мазохизм»1414
  Ссылка: https://ridero.ru/books/sadizm_i_mazokhizm/


[Закрыть], а здесь я скажу коротко: мортидо выполняет позитивную функции психики в виде развития эго человека, развитие же идет через трансформацию или разрушение эго, поэтому дабы это было возможно, появляется такая энергия, движущая (мотивирующая) человека к развитию и риску. Поэтому ощущения, в психологическом смысле, подобны первой любви, так как разрушенное эго в этом случае замещается новыми структурами. И эти структуры не должны стать самим психоаналитиком, то есть любовью к нему, а только, если как образ правильного поведения. Мы знаем, что если эго разрушить и потом не заполнить пустоту, то произойдет потеря «Я» и обессмысливание жизни, как, например, с несчастной любовью или умершими близкими. Поэтому в процессе переноса либидо психотерапевт еще несет ответственность в том, чтобы сформировать эго в благотворном для пациента формате.

В чем задача психоаналитика при переносе? Тут есть два варианта, по Фрейду психоаналитик как отец, который сформирует новое Сверх-Я, однако развитие человека будет уже не естественным. По Юнгу мы скорее как коллеги или даже друзья по отношению к пациенту, и задача в том, чтобы помочь человеку осознать суть своих внутренних процессов. Воспитание и обучение должно конечно присутствовать, но главное это индивидуальность человека, его неповторимость и самостоятельность, что уже по теории ближе к гештальту и гуманистической психологии. Вместо воспитания «отца» идет совет и поддержка друга. В каждом стиле психоанализа есть свои плюсы и минусы, о чем мы еще чуть позже поговорим, а пока что вернемся к переносу.

Эйфория переноса, к счастью, проходит со временем, длиться она может пару недель, может месяц, в зависимости от того, насколько много было вскрыто вытесненного материала. Важно, чтобы психотерапевт не давал поводу для подтверждения переноса. То есть не подкреплял перверсии пациента. Поэтому тут важно еще рассмотреть контрперенос – это перенос либидо врача на пациента в ответ на любовь пациента к врачу. Либо, когда у самого психоаналитика есть такие же латентные перверсии, вскрывшиеся у пациента при психоанализе. Поэтому против контрперенаса помогает психоанализ психотерапевта, а также интроспективный анализ (анализ своей психики) с критическим подходом. То есть потенциально в себе рассматривать все возможные перверсии или психологические компенсации, даже если они не приняты сознанием, но каким-то образом проявляются символически вовне. Например, случайные слова, случайное не правильное прочтение, случайные образы на рисунках, фото и любой фигуры, случайные действия – как минимум в этом можно себя проанализировать и рассмотреть, что подсознание пытается символизировать. Соответственно сновидения также важно интерпретировать (переводить), однако их уж тем более нужно обсуждать с другим психоаналитиком, чтобы он все подстроил под логическое научное начало, а вы рассказали свои эмоции и ощущения во сне, которые, собственно, часто перекрывают логическое понимание. И только познав себя можно заниматься серьезными психологическими расстройствами. Однако самопознанием можно заниматься всю жизнь.

Итак, мы можем прийти к следующему выводу: психоаналитик не должен вестись на любовные и сексуальные переносы пациента. Этот момент можно даже обговаривать еще в самом начале психотерапии, как одно из правил. Однако позитивная сторона этого эффекта психики человека состоит в том, что так легче переформатировать эго пациента в благоприятную форму, так как 1) разрушается эго; 2) пациент лучше прислушивается к советам психолога; 3) новые части эго связаны с образом психоаналитика. Последнее, соответственно, говорит о значительной ответственности поведения психотерапевта перед пациентом.

4.2 Решение психологического конфликта

Психологический конфликт – это основа комплекса, это и есть заряженный пучок либидо на определенной мысли, который влияет на бессознательные действия человека. Хотя сам конфликт может быть вполне сознательным, но не может вместиться вдвоем (обычно в конфликте две противоборствующие стороны) в одно время в одном «Эго». И вот тут задача психоаналитика решить этот конфликт. Конфликты можно разделить на две большие группы: 1) реальные, связанные с объективной жизнью или экзогенные и 2) внутренние, воображаемые или эндогенные

1) Реальные проблемы, находящиеся во внешнем мире, встречаются, к счастью, не так часто. Они гораздо сложнее, так как их решение связано с тем, что изменить образ жизни или окружение пациента. Хотя это почти всегда одно из составляющих рекомендаций психолога.

2) Что касается эндогенных проблем, то психотерапевту в определенных случаях нужно говорить, что это на самом деле не конфликт и это нормально. Обычно это связано с воспитанием пациента. Речь идет о том, что не аморально то, что делает пациент и на самом деле все такие же грешники, как он, если это столкновение Сверх-Я и Оно, однако нужно понимать, что могут быть и иные варианты, например, два внутренних противоречивых мнения о своей принадлежности к той или иной церкви одной и той же религии. В других случаях, не связанных с моралью или воспитанием, психоаналитик говорит, что конфликт иллюзорный – одной из частей (сторон) конфликта или обоих на самом деле нет. Выдуманные, или неправильно ощущаемые конфликты при психоанализе обычно сами по себе проходят без значительного пояснения.

Также при решении конфликтов важно рассказывать пациенту о роли сублимации. Например, при агрессии нельзя же человеку позволить воплотить в жизнь его месть, хотя, выплеснув эмоционально свой гнев, человеку будет казаться, что проблема решена. Если речь не идет о навязчивой идеи, которая всё равно будет повторяться, пока не трансформируется эго. Или не будем же мы мотивировать пациента накинуться и изнасиловать человека. Поэтому всегда нужно говорить о сублимации – о переносе либидо на полезную или не вредную деятельность. Например, изобразительное искусство, танцы, спорт, научная деятельность, пение и многое другое. Порой сама сублимация и помогает решить проблемы в отношениях с противоположным полом, что чаще является причиной невроза, особенно истерического типа.

Давайте рассмотрим пример конфликтов одной пациентки, которая страдала бессонницей. Таблетки ей не помогали решить проблему, а психоанализа ей хватило одного сеанса, длившегося около двух-трех часов, чтобы улучшить свой сон. «Еще сразу надо было сказать, что когда ты рассказываешь скрытые вещи, то энергия выходит из подсознания и остается в сознания и тогда тебе уже будет легче заснуть. Смотри. 1) конфликт. а) Ты хочешь секса, но б) не можешь исполнить это желание. 2) а) исполняя желание через мастурбацию, против которой борется б) мораль. 3) а) Ты ждешь парня, но тут же б) не хочешь его ждать, вдруг ничего не получится. А бессонница – это внешний сигнал другим людям делает твое подсознание и говорит: я больна, я в цепях, освободите меня из этой клетки противоречий. «а)» – это одна сторона, а «б)» это другая сторона. Они противоречат друг другу. Из-за этого приходится делать вытеснение желания и «плохих» мыслей, что влечет за собой последствия. Однако все это естественно и не может быть вытеснено, как минимум об этом можно помыслить и сообщить о мыслях кому-нибудь, кто тебя за это не «накажет», поймет».

В этом случае не нужны были ни моральные поучения или какие-либо пояснения. Хватило самого психоанализа, а конфликты осознаются самим пациентом, психоаналитик же только уточняет их. У многих наверняка появляется мысль об этической стороне психоанализа, особенно если вы не были знакомы с психическими расстройствами. Но практика показывает, что человек после психоанализа становится более сознательным, осознающим себя, что позволяет определять самому свою судьбу. Психоанализ только учит о том, что человек не только сознателен, но и бессознателен по своим действиям. И конечная цель в том, чтобы объединиться с подсознанием, чтобы человек мог легко чувствовать свои реакции. Если по Юнгу, то, как раз самость и есть отношение к своему подсознанию, как к части себя.

4.3 Если психоанализ не помог или конфликт не решен?

Первая, наиболее частая причина такого исхода в том, что не был найден основной комплекс и невротик водил психолога за нос. Возможно, боясь рассказать этот комплекс, а возможно пытаясь доказать своё превосходство. Но в любом случае это пример эго-защиты. Здесь главное спокойно пояснить пациенту, что скорее всего он не всё рассказал и удерживает при себе самое главное, что, рассказав это, ему станет гораздо лучше, а после болезненного рассказа ему будет даже психологически приятно.

Вторая причина, когда человек всё рассказал, но не желает решать конфликт или говорит, что его вполне устраивает такая жизнь. Здесь конечно же страх потерять своё «Эго» в том виде, в котором оно есть. Для наглядности давайте возьмем отрывок из моей книги «Садизм и мазохизм»: «Когда человек разрушает свое тело, то это хотя бы какая-то компенсация мортидо и ранит эго, связанное с телесной ее частью, но психическое эго остается невредимо, а мортидо как позитивная функция направлено было на совершенствование эго через его коррекцию и разрушение. Что же происходит при разрушении окружающих объектов? Происходит ложная компенсация, отвлечение внимания от истинной причины, причем здесь полное сохранение эго – не только эго психическое, но и физическое остаются в целостности и сохранности. Что дальше приводит к еще большему натяжению противоречия, натяжению ложной компенсации. То есть, если не будет изменения психологического эго и согласования с реальностью, тогда мортидо будет давить еще сильнее на стремление к разрушению. Сначала убитая птичка, потом собака, потом человек, а потом в особо жесткой форме убитый человек, но опять отсутствие желаемого результата. Это как быть вечно голодным и не наедаться, пить воду и не напиваться. И в мифологии мы снова встречаем примеры, описывающие это явление. В компьютерной игре Ведьмак 3, которая основывается на восточно-европейской мифологии, встречается проклятый оборотень, который имел неимоверный голод, но не мог никак насытиться. А спасти его от этого проклятия могло только одно – съесть часть себя, свою руку. Также и в психики человека, пока он будет разрушать объекты ради разрушения эго, то это никак его не остановит, а даже наоборот увеличит „голод“ и только коррекция, изменение своего эго, согласие на „поедания самого себя“ спасет от этого „проклятия“. Причем подразумевается не физическое, а психологическое „поедание“. Например, те же мазохисты физически себя разрушают, однако итог тот же, что с этим оборотнем».

Поэтому пациенту можно рассказать вышеприведенный пример про разрушение эго и пояснять, что он так никогда не насытиться, если не поменяет своё эго. Более того, он наверняка найдет близкие к этому мифу чувства бесконечного повторения желания, которое никогда не исполняется, то есть навязчивая идея.

Третья причина – плохие социальные условия. Это могут быть, например, объективные проблемы, которые не зависят от самого пациента, врач здесь может только морально поддержать и найти пути выхода из данного положения дел. Это может быть, например, зависимость, которая также не смогла пройти, как фиксация, то ее легче всего будет решить при коллективной психотерапии и нахождении нового окружения. Однако даже в этом случае человек может вернуться назад к игромании, алкоголизму или наркомании по двум причинам: 1) эго не разрушил, 2) появились новые негативные социальные условия, хотя второе более мало вероятно, если эго было трансформировано в новую сторону, однако сильная трансформация крайне сложна, на практике прошлое все равно оставляет свои оттенки в настоящем.

Также бывает, что человек вроде бы и решил свои проблемы, но ему не хватает совсем немного, чтобы закрепить своё новое понимание себя и мира. В этом случае могут помочь трансовые состоянии, о которых мы уже писали и тренинги: арт-терапия, метод двух стульев, театральная терапия и другие, о чем мы сейчас подробнее поговорим.

4.4 Вспомогательные техники

Дополнительные тренинги зачастую никак не мешают самому психоанализу, а скорее даже помогают. Например, у человека нет значительных расстройств и ему может быть даже не нужен психоанализ, но у него несчастная любовь или умерший родственник, что является примером незаконченного гештальта или фиксацией либидо на прошлом, если говорить на языке психоанализа. Сюда, конечно, также входит вопрос открепление от эго этой уже не существующей части, хотя характеристики, влияние этих людей останутся всё равно в эго. В данном случае хорошо подходит методика «двух стульев», которые хорош в решении конфликтов.

В чем суть данной методики? Сначала нужно найти конфликт, который будет обсуждаться, в большинстве случаев это нужда в том, чтобы совершить один выбор из двух вариантов. Когда мы нашли этот конфликт, то можно перейти к тренинг. Нужно поставить два стула, на одном из стульев сидит человек, на другом постое место или какой-то образ, например, игрушка. Возьмем за пример любовь: любить или не любить человека, который тебя не любит. Человек должен разговаривать вслух со своим же мнением, которое сидит на противоположном стуле, а рядом, обычно с боку, находится психолог, который анализирует пациента и, если это необходимо, вмешивается в его диалог, однако обычно это касается только вопроса: «Всё ли вы высказали с точки зрения данного мнения?» и главное ни в коем случае не представлять интересы одной из сторон.

Другой вариант – это смерть близкого человека. Если это проблематично для человека и его это доводит до депрессии, то здесь должен обсуждаться вопрос того, что нужно расстраиваться и закапываться в себе или дальше заниматься своей жизнью.

В методике «двух стульев» также можно рассматриваться вопрос мести или ненависти к какому-то человеку. Например, высказать всё, что пациент о нем думает. Это может быть также спор между двумя частями самого себя, в которых оспаривается, какое поведение более правильное.

К чему это приводит? Человек сам в себе находит ответы и получает верное решение, например, перестает любить человека, который его ненавидит или уже не столь сильно грустит по потерянному. Как сказано в теории гештальта, заканчивается гештальт четырьмя способами: слезы (плач), агрессия, радость и оргазм. В моей практики я встречал только три первых варианта. Когда речь шла о любви или смерти близких, то в конце, когда человек приходил к истине, тогда он плакал. Когда человек имел экзистенциальный кризис и вынужден был выбирать между тем, чтобы слушаться окружения или идти к своей мечте, то придя к выводу, он был очень рад и счастлив (выбор конечно же пал на мечту). Агрессия же проявлялась, если это касалось внутреннего спора с собой или мести другому человеку.

Театральная терапия. Суть ее в том, что человек должен либо сыграть роль другого человека или начать взаимодействовать с другим человеком, который играет нужную роль и высказать всё что он думает. Данную методику хорошо применять или при групповой психотерапии. Эффект от нее примерно такой же, как и от «двух стульев».

Арт-терапия. О ней мы уже говорили немного, когда речь шла об анализе психологических проблем человека перед непосредственным психоанализом. Но этот метод также можно применять, как некую компенсацию либидо, например, лепить что-то из пластилина, конструировать из Lego или подручных средств. Также сюда относится рисование, которые может выступать и как анализ подсознания и как компенсация либидо. Особенно это уместно, если у человека есть предпочтения к данным видам творчества, тогда ему будет легче понимать себя через данные виды самопознания.

4.5 Стиль психоаналитика

Предлагаю выделить три типа психоаналитика по трем классикам: Фрейд – психоаналитик отец, Адлер – психоаналитик деловой партнер, Юнг – психоаналитик товарищ, желающий помочь клиенту. Фрейд в итоге при психоанализе использует «Сверх-Я» пациента, то есть, перенося на себя роль «отца». Так как после переноса либидо пациента на врача у психоаналитика есть возможность как бы управлять пациентом, воспользоваться освобожденной энергией и изменить сущность «Сверх-Я», а значит и эго. На практике можно и такой подход использовать, он вполне рабочий, однако если начать поучать пациента раньше времени, то это может привести к закрытости и все пойдет насмарку.

Деловой партнер. Психическое расстройство для Адлера – это как то, в чем и сознание человека виновато с его выбор, сделанным когда-то. Лечить тоже можно сознательно, раскрывая фикции (ложные методы приспособления к среде) клиента. Давайте лучше прочитаем самого Адлера: «Необходимо относиться к пациенту как можно менее предвзято и стараться избегать всего, что может заронить в нем мысль о том, что вы приносите некую жертву со своей стороны. Так, может показаться заманчивым начать следующими словами: „Вернуть вам здоровье – важнейшая задача моей жизни“. Это было бы ошибкой в плане формирования нужного вам настроя пациента – заинтересованности в решении задачи лечения». Клиент и психотерапевт договариваются о сотрудничестве, с одной стороны психоаналитик не предвзят к пациенту, а с другой не должен давать ему повод думать о том, что психоаналитик относится к нему как к другу или как к тому, кому хочет помочь. Этот подход очень даже будет к месту при различных видах комплексов лидерства.

Психоаналитик-товарищ. На самом деле можно, конечно, поспорить, на сколько Юнг именно так относился к своим пациентам, но достаточно посмотреть на его практику и то, как он относился к психическому расстройству вообще. Например, невроз для Юнг как температура при простуде, то есть как естественная защита психологического организма. Юнг считал своих пациентов вполне разумными людьми, с которыми можно разговаривать наравне, однако, конечно, не допускать их чувства превосходства над психоаналитиком. Но, если наоборот, то и доверие пациента будет подорвано. Так или иначе, невротик все равно стремится к тому, чтобы показать о своей проблеме через свое поведение, дабы призвать к помощи, хотя его эго-защитные системы не собираются кому-либо доверять. Поэтому с одной стороны Юнг так же, как Адлер за равенство, но с другой стороны всякий раз встать на место больного и понять его глубинные проблемы.

Самая безопасная из всех вариантов, конечно, адлеровская техника психоанализа, однако, когда мне приходилось применять ее, то лечение не сильно прогрессировало. Я импонирую юнгианскому стилю, хотя попробовать хорошо относится к невротику, как к человеку, не всем легко удается. Но тут же зачастую, как Фрейд, нужно указывать человеку на его бессознательные причины действий, однако аккуратно и лучше через слова самого пациента.

Можно сделать вывод, что все три техники психоанализа (отец, коллега, друг) в той или иной ситуации могут быть уместны.

Также нельзя не упомянуть об «агрессивном» (активном, быстром) и «мягком» психоанализе, о котором не идет речи у классиков, но эти две техники я вывел в анализе тех случаев, которыми занимался.

«Агрессивный» психоанализ – это быстрый поиск комплексов, проверка всех основных сфер, в которых могут быть проблемы, вопросы прямые и без эмоций, с использованием методов допроса: повторение одного и того же вопроса, спрашивание об уверенности ответа, логизация ответов и ведение от ложных ответов пациента, использование наводящих вопросов. Агрессивный метод дает возможность быстро вылечить человека, вплоть до одного сеанса за несколько часов. Но есть риск, что пациент испугается или настроится против вас. Поэтому такой метод можно использовать только при согласии самого человека.

«Мягкий» психоанализ – это проявление эмпатии и выслушивание человека. И говорить о том, о чем хочет человек. Не использование интимных вопросов, пока сам пациент к ним не приведет. Соблюдение этики, соболезнование клиенту, быть осторожными с комплексами. Такой метод не имеет риска противостояния пациента и психоаналитика, но сам процесс лечения длится долго, вплоть до года в раскрытии основного комплекса, поэтому его можно считать менее эффективным. Однако на практике лучше использоваться обе техники в различных ситуациях. Снова диалектика, как истина превыше других.

4.6 Субъективность психоаналитика

Один из интересных и достаточно спорных подходов к работе с клиентами – это субъективные переживания самого психоаналитика. Пережить жизнь пациента. Вжиться в его роль и ощутить на себе те переживания и эмоции, которые он испытывает. Однако это не значит, что нужно проявить эмпатию и поддержать его действия. Это субъективное переживание нужно для глубокого понимания психологической ситуации. Конечно, это уже более сложный подход и несет в себе определенные риски для самого психоаналитика. Опасность состоит в том, что можно заразиться этим пониманием мира, который приходится представлять, особенно, если в тот момент у психолога есть не разрешенные комплексы или проблемы.

Но мы представим, что речь идет о здоровом и устойчивом психотерапевте, тогда что же ему даст такое переживание чувств пациента? Скорее всего большинство психологов, читая это, начинают уже плеваться и возмущаться данным подходом. Но давайте вспомним, что многие психологи сами изначально имели те или иные психологические расстройства, а потом уже становились здоровыми людьми. Пример тому пациентка и ученица К. Г. Юнга Сабина Николаевна Шпильрейн, которая, по сути, привезла учение психоанализа в Россию. Она же открыла понятие мортидо, которое потом перенял Фрейд и стал его использовать совсем под другим ракурсом. Одно из основных перверсий Сабины был мазохизм, она на себе могла прочувствовать и понимать суть стремления к разрушению. Так вот ее подход был в эго-разрушении, а не в стремление к физической смерти, которое является уже последствием. И в нашей теории компенсаторики мы применяем понимание мортидо Шпильрейн, а не Фрейда.

Психоаналитик, который может переживать чувства пациента или человека с психологическими расстройствами, может делать более объективные заключения, создавать новые психологические теории и непосредственно помогать людям с теми психологическими расстройствами, которые ему удалось осознать. Наше подсознание имеет большой ракурс возможностей, в нем же может произойти и такое понимание, например, во сне. Конечно, это такая техника психоанализа, которая достаточно опасна и не подходит многим психологическим типам, особенно с этической функцией, так как случайно можно зафиксироваться на этих ощущениях. Еще лучше можно понять пациента, если побывать в похожих жизненных ситуациях.

Скажем еще более грубо, нужно представить извращение и в чем его приятность, нужно представить, зачем убивать животное или человека, зачем плакать и страдать по неважной с первого взгляда ситуацией, зачем наносить себе вред или убивать себя. И это будет наиболее понятно на чувственном уровне, после которого можно перевести всё на логику.

Данный подход поможет психоаналитику познать психологические расстройства на уровне своих же чувств, что увеличит эффективность психоанализа и понимания между врачом и пациентом, а главное создаст картину причинно-следственной связи. Однако я не советую всем поголовно начать это применять. Большинству психологов такая техника не подойдет.