Читать книгу "Охотники на демонов. Приманка"

Первые секунды я стояла и даже не могла пошевелиться. За все восемнадцать лет жизни цветы получала лишь дважды – на последний день рождения и на выпускной. Букеты преподносил Драйст, и они, разумеется, не шли ни в какое сравнение с этим.

– С ума сойти, – совладав с голосом, прошептала я.

А потом прямо как в фильмах о красивой жизни: шагнула к букету, чтобы извлечь зажатый между бутонами конверт, вытащить золочёную карточку и прочитать лаконичное: «Не грусти». И подпись: «Твой Крам».

От этого «твой» бросило в жар, а внутри что-то перевернулось. Я торопливо спрятала карточку обратно и зажмурилась. Крам. Подарил цветы. Мне.

Поступок был за гранью всех представлений о байкере, и что думать, я не знала. Целую вечность тупо таращилась на розы, после чего всё же заставила себя развернуться и отправиться в душ.

Засыпала гораздо дольше обычного – мысли путались, сердце стучало набатом. Странный день сегодня: я потеряла большую любовь и получила самый невероятный знак внимания из всех…

В ВИП-части столовой было непривычно тихо и как будто пасмурно. Минимум разговоров за столиками, а в одежде студентов преобладал чёрный цвет. Увидав всё это, я невольно опустила голову – на похороны Мака собирались практически все, наверное, я была единственной нежелательной персоной. А родственники Ривса ничего подобного не устраивали. Не знаю почему.

Прежде чем взять поднос, огляделась в поисках Крама, однако брюнета не обнаружилось. Это стало поводом вздохнуть с облегчением – просто я по-прежнему не знала, как реагировать на букет и, главное, что говорить.

Вот теперь подхватила поднос, шагнула к застеклённому прилавку, а потом отправилась к привычному столику. А поздоровавшись с девчонками и усевшись на стул, услышала:

– В Сити погибли ещё трое охотников. – Реплика принадлежала Руф.

Внутри словно что-то оборвалось, а сердце в груди споткнулось. Несколько секунд я смотрела на девушку, затем приступила к еде. Не торопилась, жевала медленно, но вкуса блюд не чувствовала, кофе тоже показался пресным.

Говорить не пыталась, остальные тоже молчали. Лишь в конце завтрака всё та же Руф сообщила:

– Мы сейчас уезжаем, и большинство планирует заночевать в Дамарсе.

Я задумалась и кивнула – спасибо за предупреждение. Очутиться на этаже в одиночестве и не знать, почему так пусто, это отличный повод для паники.

– Ходят слухи, что Турос хочет приостановить нашу учёбу в Тавор-Тин, – внезапно заявила Иста. – Вернуть всех в Дамарс, чтобы обеспечить более надёжную защиту.

Девчонки глянули на Исту с удивлением, а я никаких особых эмоций не испытала, меня занимали другие мысли – мысли о том, что я сама намерена предпринять.

Как только с едой было покончено, попрощалась с девчонками и отправилась обратно к лифтам. Проигнорировав первый звонок – он служил предупреждением о скором начале занятий, – поднялась на принадлежащий охотникам этаж. А потом взбежала по потайной лестнице и, остановившись возле одной из гостевых комнат, постучала.

Через секунду не выдержала и позвала:

– Страйк, это Лирайн. Можно тебя?

Внутри всё дрожало, но внешне я точно выглядела спокойной. Стояла и старалась не думать о последствиях, которые этот поступок повлечёт. Конечно, мне следовало признаться с самого начала, но что сделано, то сделано, и сожалеть о прошлом глупо. А сейчас я… просто скажу и буду надеяться, что Страйк поймёт.

Только ответа не последовало, дверь не открылась, и я постучала снова. Спустя ещё секунду вздрогнула от оклика:

– Лирайн?

Обернулась, чтобы обнаружить за спиной куратора Фендалса.

– Страйка ищешь? – спросил куратор. И после моего кивка: – Он уехал ещё вечером, сразу после тренировки.

Я растерялась, а Фендалс добавил:

– Что-то случилось? Могу чем-нибудь помочь?

Я отрицательно покачала головой. Решение осталось неизменным, только говорить с кем-то, кроме Страйка, я не желала. Страйк участвовал в тех событиях, видел ту четвёрку демонов, к тому же он… очень хороший. Если кто-то и поймёт, то только он.

– Могу дать номер его мобильного. – Предложение куратора стало неожиданностью, лично я про телефон даже не вспомнила.

– Да, – выдохнула с облегчением. – Если можно.

Я тут же принялась рыться в сумке, чтобы найти собственный гаджет, а через пару минут уже торопливо шагала к своей комнате – свидетели в этом разговоре мне были не нужны.

Несколько нажатий на сенсорные клавиши, вызов и…

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны… – сообщил механический голос.

Я разочарованно скривилась, однако сразу послала повторный вызов – увы, не помогло. Страйк был недоступен, а мне предлагалось оставить голосовое сообщение, и после третьего неудачного вызова я предложением воспользовалась. Назвала своё имя и попросила тренера перезвонить как только сможет. Сказала, что хочу обсудить очень важный вопрос.

Следующие несколько минут бесцельно бродила по комнате в глупой надежде, что Страйк объявится в сети вот прямо сейчас и непременно перезвонит, только чуда не случилось. Телефон молчал, а мне пришлось вернуться в реальность – шумно вздохнуть и вспомнить, что занятия и грядущие экзамены ещё никто не отменял.

Возвращаться вниз не хотелось, но я заставила себя подхватить сумку и отправиться на учёбу, а мобильник переложила поближе. Если охотник перезвонит, просто возьму телефон и выйду из аудитории, а если нет – буду звонить ему после занятий. Ведь рано или поздно Страйк появится в сети?

– Таким образом Вебер Бор стал основоположником философской школы «бористов», которая просуществовала вплоть до начала прошлого века и подарила миру многих выдающихся мыслителей. – Препод снял и отложил очки, обвёл аудиторию цепким взглядом. – И хотя многие идеи и модели самого Вебера были признаны ошибочными, мы не можем отрицать вклад этого человека в развитие нашего общества.

Препод замолчал, но паузы не получилось. Буквально через секунду прозвенел звонок, и мои сокурсники начали вскакивать с мест.

Я тоже встала, на ходу захлопывая тетрадь и закидывая её в сумку. Аудиторию покинула одной из первых и сразу направилась к следующей – благо за прошедшие дни успела более-менее запомнить расписание и изучить планировку учебного корпуса.

Настроение пребывало где-то на нижней отметке, а время тянулось чересчур медленно. Страйк так и не перезванивал, хотя прошло уже несколько часов, но дело было не только в нём. С отъездом охотников Тавор-Тин словно опустел, а я чувствовала себя так, словно лишилась защиты. Хотелось втянуть голову в плечи и забиться в какую-нибудь щель.

Ну и сокурсники – куда же без них? Они продолжали перешептываться, поглядывать и смеяться. Каждый раз, когда выходила из аудитории, у меня аж спина чесалась от многочисленных взглядов.

Финал этой лекции исключением не стал, и по коридору я шла очень бодро, в желании как можно скорее очутиться подальше. Только убегая от одних, напоролась на других – дорогу перегородил уже знакомый парень в брендовой одежде, сказал с наглой усмешкой:

– Привет!

Я дёрнулась и неприязненно скривилась. Как и в прошлый раз, попыталась обогнуть препятствие, но парень тут же заступил путь.

– Ну так что? – спросил он, по-прежнему ухмыляясь. – Подумала? Или так и будешь ломаться?

Пришлось остановиться и одарить взглядом исподлобья.

Как по мне, реакция была более чем красноречива, но…

– Строишь из себя невинную овечку? – прозвучало за спиной. – Думаешь, прокатит?

Обернувшись, увидела ещё двоих – эти, в отличие от первого, учились со мною в одной группе. А чуть дальше маячило ещё несколько человек, включая девчонок и всё ту же Вилинию.

– Что она вам сказала? – не выдержав, напрямую спросила я.

– Кто? – Парни дружно изобразили непонимание, однако длился этот цирк недолго, просто они тоже в сторону Вилли покосились.

Повисла короткая пауза, а потом тот, первый, сложил руки на груди и заявил:

– Заканчивай выпендриваться, мы всё знаем. В школе ты не брезговала таким заработком, и мы с удовольствием предоставим тебе возможность поработать в Тавор-Тин.

– Каким заработком? – Да, общий смысл был понятен, но мне хотелось конкретики, причём хотелось услышать именно от них, а не додумывать.

– Любовь, – чуть наклонившись, выдохнул парень. – Немного ласки и страсти для того, кто может заплатить.

Это было как удар под дых, и я, увы, вспыхнула.

– Как натурально смутилась, – хохотнул один из сокурсников. – Прям в самом деле невинная.

– В самом деле овца, – весело, но очень тихо добавил второй.

Мы стояли посреди коридора, и проходящие огибали нас, как вода огибает большой камень. В какой-то момент с нами поравнялась окруженная подругами Вилиния, и по выражению её лица было видно – моя бывшая подруга отлично знает, о чём говорим.

– Или думаешь, то, что по карману позёрам вроде Крама, не по карману нам? – фыркнул первый. Добавил: – Так, может, мы щедрее и богаче?

– Раньше ты охотно этим занималась, – понизив голос, заявил второй из сокурсников. – Так что заканчивай ломаться, Лирайн.

Последняя фраза прозвучала жестко. Парень даже попытался схватить за руку, и плевать, что стоим в людном месте, а за окном – день.

Я отскочила, а первый…

– Твои дружки-подружки уехали, да? Кстати, а куда? А подстилку с собою не взяли?

Клянусь, был бы у меня пистолет, я бы выстрелила!

– Да как это «куда»? – фыркнул второй. – У них же этот, как его… Мак издо…

Парень резко осёкся, а я повернула голову, следуя за его взглядом, и обнаружила Дика. Охотник стоял близко, и последние реплики точно слышал и был невероятно зол.

Я вздохнула с облегчением, но тут же затаила дыхание…

– Мак погиб, – сказал старшекурсник ледяным тоном. И уже с угрозой: – Хотите поговорить об этом? Хорошо. Завтра я с вами обязательно пообщаюсь!

Парни вздрогнули и побледнели, причём все сразу. А Дик смерил каждого взглядом и, кивнув на меня, добавил:

– Об этом тоже поговорим.

Не знаю, как у них, а у меня побежали мурашки. И чувство благодарности в груди вспыхнуло.

– Пойдём, Лирайн, – повелительно сказал охотник.

Я не задумываясь вцепилась в поданную руку и послушно зашагала по коридору, прочь от идиотов и толпы, замершей возле аудитории. Напоследок зацепилась взглядом за Вилинию – появление Дика бывшую подругу не порадовало, девушка досадливо кусала губу.

Мы миновали коридор, свернули к лестнице, и лишь тут я выдохнула. Сказала искренне:

– Спасибо, Дик.

– На здоровье. Обращайся, если что.

От этого «если что» меня передёрнуло, но Дик не заметил. Он был сосредоточен на чём-то своём и хмур. Некоторое время я молчала, не желая мешать, а потом всё-таки спросила:

– Как ты тут оказался? Разве ты не должен быть на похоронах?

– Должен, – ответил парень. – Но меня отправили за тобой.

– За мной? – Я искренне удивилась. – В смысле?

Охотник посмотрел странно, и я потупилась – да, вопрос из числа «гениальных».

– Просто не понимаю, зачем и кому могла понадобиться, – попыталась объяснить я. – Причём настолько, чтобы выдёргивать тебя. К тому же мною обычно занимается Крам.

– Крам не смог. А мысль о том, что ты осталась в Тавор-Тин практически одна и это может вылиться в неприятности, пришла слишком поздно.

Я, помедлив, кивнула. Лишь сейчас сообразила, что идём к ВИП-стоянке, отметила, что на Дике пальто, и напомнила:

– Мне нужно взять верхнюю одежду.

– Она уже в машине.

Ответ очень удивил, только высказать это удивление я не успела. Мы свернули в узкий закрытый коридор, ведущий к той самой стоянке, а охотник сказал:

– Сегодня ночью в Сити погибли ещё трое.

– Да, я знаю, – ответила со вздохом.

– Один из этих троих… – в голосе Дика прозвучала горечь, – мой единственный брат.

Я опустила глаза, растерявшись, сказала после паузы:

– Мне жаль.

– А мне нет, – последовал внезапный ответ. А за ним пояснения: – То есть брата жаль, а тебя… – охотник резко остановился, одновременно извлекая из кармана какую-то тряпку, – не очень.

Стремительный шаг навстречу, и тряпка оказалась возле моего лица, в нос ударил неприятный запах. Всего секунда, и я поняла, что контролировать себя уже не могу.

Не могу ничего! Ни закричать, ни дать отпор, ни хоть как-то воспротивиться. Тряпка прижата к носу и рту, а я падаю, проваливаясь во тьму.

Очнулась я резко, словно от удара. В голове клубился туман, перед глазами стояла темнота. Я принялась дышать и не сразу поняла, что дышать могу только носом – во рту кляп. Всё остальное тоже осознавала с запозданием…

Я была связана по рукам и ногам, лежала в позе эмбриона, меня периодически трясло. Ещё ощущался холод, но не критический, от него ограждали стенки и… тут точно было отопление – вернее, сюда доходили его остатки. Потребовалось несколько минут, чтобы сопоставить всё и понять: я в багажнике, и автомобиль, в котором нахожусь, куда-то едет.

До этого момента меня трясло от шока, а теперь разум затопила волна чистого страха. Последние события вспоминались словно в бреду – у Дика брат погиб…

А потом эта тряпка… Какое-то усыпляющее вещество? Хлороформ? И то, что происходит сейчас… Дик намерен что-то предпринять? Сделать что-то по отношению ко мне? Отомстить? Или…

Нет, версий было слишком много. Ясно было лишь одно: что бы ни задумал охотник, меня ему не жаль. Он сам сказал.

Несколько бесконечных минут паники, разбавленных попытками освободиться, и я затихла. Попробовала собраться с силами и мыслями, протрезветь. Руки и ноги, судя по всему, были не просто связаны, а стянуты скотчем, так что мечты об освобождении пришлось оставить. Зато мне удалось нащупать рядом нечто, в чём вскоре опознала собственную сумку, и эта находка принесла толику облегчения. Там же телефон!

Сумка лежала в ногах и подтащить её не удалось, но мобильный был в боковом кармане, и про встроенный в него маячок я не забыла. Оставалось надеяться, что кто-нибудь заметит моё исчезновение и сможет отследить сигнал.

Захотят ли меня искать? Об этом я решила не думать, а просто поверить, что раз заморочились на маячок, то искать всё же станут. Впрочем, может, сам Дик вот-вот остынет и, что бы ни замыслил, передумает?

По коже пробежала новая волна ледяных мурашек, и я сосредоточилась на кляпе. Он мешал дышать, давал очень неприятные ощущения в горле, и избавиться от него хотелось сильнее всего. Я пыталась вытолкнуть кляп, но тоже безрезультатно, и паника накрыла с головой – уж слишком умело меня упаковали. Дик действовал как профессионал, а они ошибок не допускают.

Тут же вспомнилась подготовка охотника, и… Нет, не думать! С огромным усилием я заставила себя сосредоточиться на дыхании. Вдох-выдох, снова вдох.

Время превратилось в нечто очень медленное. Когда машина остановилась в первый раз, я застыла и напряглась всем телом, но… Нет, ничего. Потом была ещё одна остановка, и третья, и четвёртая. Спустя, наверное, час, поняла, что водителя содержимое багажника не слишком-то интересует. Либо меня оставили на десерт.

Это открытие стало поводом для новой капли оптимизма: чем дольше длится поездка, тем больше шансов, что кто-нибудь вспомнит о существовании Лирайн Паривэлл, в дело вступит поиск по маячку.

И раз так, то… ждать. Ждать, не теряя присутствия духа и не растрачивая силы. Рано или поздно всё так или иначе закончится. В крайнем случае меня… просто убьют.

Не знаю, сколько в итоге прошло времени, но я успела провалиться в тяжелую полудрёму. Из этого состояния выдернул щелчок замка, и я распахнула глаза. Сразу повеяло холодом, а я увидела не одну, а целых три фигуры. Сумрак, витавший снаружи, не позволил распознать лица сразу. Потребовалось несколько долгих, похожих на вечность секунд.

То, что Дик действовал не один, не удивило. Личности его сообщников каких-то эмоций тоже не вызывали. Я узнала Киру – брюнетку, которая первой бросила мне обвинение и постоянно вертелась вокруг Крама. А ещё блондина с гипнотическим даром – того, который убеждал экскурсовода в Кросторнском музее, что ничего не произошло.

Трио застыло, разглядывая обездвиженную меня, потом блондин сплюнул под ноги и выразился нецензурно. Губы Киры тут же растянулись в улыбке, а в наступившей тишине прозвучало ироничное:

– Донаваль, фу-фу!

– Да, Донаваль, – мрачно поддержал брюнетку Дик. Сарказм в его голосе был едва заметен. – Выбирай слова, тут дамы.

– Из-за этой твари погиб мой друг! – не пожелал раскаяться блондин. – И я её…

Он замахнулся, явно собираясь ударить меня в лицо, но Кира руку перехватила.

– Остынь, – сказала девушка, посерьёзнев. – Мы не за этим сюда пришли.

Блондин точно хотел поспорить, но тут ещё и Дик вмешался:

– Прекрати. У нас не так много времени. – И после короткой паузы: – Давай. Вытаскиваем её.

Я зажмурилась и сжалась, не желая, чтобы ко мне прикасались, но разрешения никто не спрашивал. Дик грубо схватил за плечи, а Донаваль за ноги, и через несколько секунд я очутилась на земле. Меня сбросили в нескольких метрах от машины.

Невзирая на сумрак, видела хорошо и теперь смогла оглядеться, чтобы вновь окунуться в панику. Мы находились на огромной площадке, частично заваленной строительным мусором, бетонными плитами и арматурой, а за окружавшим площадку забором виднелись мерцающие огнями небоскрёбы.

От осознания, что нахожусь в Сити, меня затрясло, и охотники это заметили. Криво улыбнувшись, брюнетка шагнула вперёд и, наклонившись, выдернула изо рта кляп.

– Так лучше? – с усмешкой поинтересовалась она.

А блондин добавил:

– Будешь кричать – ударю.

– Она не закричит, – снова вмешался Дик. Он подошел к машине, чтобы вытащить и отбросить мою сумку и захлопнуть багажник. – Лирайн девочка сообразительная, она понимает, что тут никто не услышит.

– Не услышит. – Кира хмыкнула и кивнула. – Зато почует. Верно, Лирайн?

Я вздрогнула и уставилась невидящим взором. А потом перевела взгляд в сторону сумки, и…

– Если надеешься на маячок в телефоне, то зря, – заявил Дик бесцветно. – Я выбросил телефон ещё в Кросторне, как только выехали из Тавор-Тин.

Эти слова стали настоящим ударом, я растерялась настолько, что даже спросила:

– Откуда знаешь? – голос прозвучал тихо и хрипло.

– Про маячок? – отозвался Дик. Он говорил почти нормально, без ненависти. – Крам рассказал.

Секунда на осознание, и я закрыла глаза – всё, пропала. Ощущение безысходности накрыло резко и с головой. Вместе с ним пришел холод – я и раньше этот холод ощущала, но теперь он набросился, словно разъярённая собака.

– Крам за ней следил? – удивилась Кира.

– И следил, – отозвался блондин. – И букеты таскал.

Не знаю, зачем Донаваль это сказал – в смысле цветы отношения к делу точно не имели. А Кира прямо взвилась, уставилась на парня с негодованием.

– Таскал, таскал, – внезапно подтвердил Дик. – Я сам видел. Вчера.

Кира аж подскочила. Крутанувшись на месте, брюнетка вперила взгляд уже в меня, и ничего хорошего в её глазах не было. Впрочем, как и раньше.

– Забей, – буркнул Дик угрюмо. – Какая разница, если её уже нет?

В голосе парня прозвучала убеждённость. То есть Дик был спокоен и даже не сомневался, что дело уже завершено. Я поняла их замысел сразу, и теперь оставалось только ждать, а охотники…

– Всё. Хватит разговоров, – скомандовал Дик. – Времени не так много.

С этими словами он открыл дверь машины и вытащил с заднего сиденья арбалет. Не такой, как у Дианы, а значительно больше.

Кира и Донаваль вздрогнули, а я глянула удивлённо. Меня же собираются отдать демонам. Просто отдать, без всяких потасовок. Или я чего-то не поняла?

– Это для самообороны, – заметив реакцию, пояснил Дик, и тень надежды рассыпалась в пыль. Зато я наконец смогла сопоставить все события, и…

– А наказания не боитесь?

Дик презрительно скривился.

– Камер наблюдения в Тавор-Тин нет, – сказал он, – а над памятью твоих сокурсников Донаваль уже поработал. В том, что касается нашего алиби, его подтвердят очень влиятельные члены сообщества. Да и твоё тело… – Тут он замолчал и хмыкнул, словно раздумав говорить. И резюмировал: – В общем, не волнуйся, Лирайн. Не пропадём.

Я, собственно, и не волновалась, по крайней мере за них. Просто хотела понять.

– Но Оракул…

– Что «Оракул»? – вступила в разговор Кира. – Если и почует убийство, то прийти быстро оперативная группа не сможет. Мы далеко от Дамарса, да и нападений сейчас слишком много, на каждое не успеть.

С этими словами брюнетка тоже, как недавно Дик, шагнула к машине и вытащила с заднего сиденья арбалет. Этот был меньше, но удивило другое – ведь у Киры, в отличие от Дика, дара охотницы нет, и если они собираются защищаться от демонов, то участие брюнетки бесполезно.

Я даже хотела сказать, но передумала. Вместо этого вернулась к прежней теме:

– Оракул меня приняла. Она признала, что я – одна из вас.

– И что? – фыркнул Дик. – Она признала, а мы – нет. И заставить защищать тебя или считаться с тобой Оракул не может.

Я… всё-таки не удивилась, чего-то подобного и ожидала. Но ведь тут есть ещё один момент. Пусть они избавились от маячка, пусть в Тавор-Тин отсутствуют камеры и свидетели, а кто-то готов предоставить троице алиби, но…

– Оракул знает всё и про всех. Она поймёт, кто отдал меня демонам.

– Оракул? – с наигранным удивлением переспросил Дик. – Знает? Кто сказал такую чушь?

Прозвучало убеждённо, только я не дрогнула.

– Крам сказал.

Последовала недолгая насмешливая пауза, а за ней неприятное:

– Крам много чего говорит. А во что-то и сам верит.

Вот теперь я дёрнулась – поводов не доверять Краму не было, но убеждённость Дика…

– А почему она сказала «демоны»? – внезапно вмешался в разговор Донаваль. Голос блондина дрогнул. – С чего она взяла, что их будет несколько? Почему не один? Они же ходят по одному!

Заметно испуганный взгляд на меня, но я смолчала. Да и что могла сказать? Объяснить, что сожрать мою скромную персону пока не стремятся? Признаться, что являюсь объектом наблюдения? Или сослаться на странное чувство, вспыхнувшее почти сразу после того, как очутилась на земле и которое шептало – серокожие идут, и они всё ближе. Вот уже. Почти.

Нет, я не сказала, а Дик…

– Давай за руль, – велел Донавалю. – Когда демон, – и это слово охотник подчеркнул, – появится, мы должны быть готовы. Возможно, ничего не получится, и нам придётся уходить, причём быстро.

– Думаешь, он может не захотеть разговаривать? – тихо уточнил Донаваль.

– Это возможно. Но шансы на успех есть.

Блондин нервно кивнул и помчался к машине, а Кира всё же взяла себя в руки и, демонстративно вскинув арбалет, заявила:

– Ставлю на то, что ждать придётся не меньше часа.

Дик хмыкнул.

– Даже не собираюсь участвовать в этом глупом пари.

– Почему глупом? – откликнулась брюнетка. – Пари как пари.

– Помолчи, а? – не выдержал уже устроившийся на водительском сиденье и опустивший стекло Донаваль. – Сейчас не до споров.

Кира, как ни странно, послушалась, а я задрожала. Просто то самое ощущение резко усилилось, все мои инстинкты буквально кричали – демоны уже пришли. А ещё краем сознания я отметила, что мои похитители чужого присутствия не ощущают, и если с Кирой и Донавалем всё понятно, в них дара нет, то Дик… Значит, мой дар сильнее?

Захотелось сказать, предупредить, но это было как со стипендией: я, наверное, очень плохой человек – я не смогла. Лежала, чувствовала приближение серокожих, смотрела, как за последние минуты сгустился окружающий сумрак, превратившись в настоящую тьму, и молчала.

Впрочем, моя подсказка и не потребовалась, а надежды Дика на разговор всё же оправдались. Всего через несколько секунд поблизости прозвучало клокочущее:

– И как это понимать?