Читать книгу "Космоквест"

Глава 2.

Огненная вспышка расползлась по сетчатке глаз сияющей кляксой. Боль. И вновь темнота. Липкая и обволакивающая, словно трясина. Странный ритмичный звук, похожий на шум прибоя или вращающиеся лопасти огромного винта. В шею вонзили спицу, но агонию заглушила наступившая темнота. Вроде бы голоса. Опять боль, на этот раз не спешившая уходить.

Сознание возвращалось, волоча за собой ворох разбитых воспоминаний. Как же больно! Денис, не выдержав, заорал, но вместо крика из горла донесся слабый хрип. Хотелось назад, в черную безмолвную пустоту. Но сознание просачивалось по проводам, ведущим от аппаратов жизнеобеспечения, втискивалось в измученную голову, заставляло открыть глаза…

Белый, невыносимо яркий потолок. Денис зажмурился. Еще одно усилие, он опустил взгляд. Из света выступила фигура, серое пятно продолговатой формы. Почему-то никак не удавалось открыть второй глаз. «Денис…» – откуда-то приплыл знакомый голос. Это его имя. Кто-то рядом, зовет его по имени. Он ощутил прикосновение к правой руке. Левую терзала боль. Тело словно выталкивала на поверхность неумолимая сила, поднимала все выше на раскаленных вилах, воткнутых прямо в плоть.

«Как же болит рука…». Он попытался пошевелить пальцами.

– Не двигайся, я позову врача.

Он хотел рассмотреть того, кто это произнес, но пятно исчезло. Прошла вечность. Перед глазами мелькнуло два силуэта. Один наклонился и направил в лицо слепящий луч. Голову до самого затылка пронзила боль. Денис закричал. Рядом говорили, но он не разбирал слов, проваливаясь обратно в темноту.

***

Когда Закаров очнулся в следующий раз, ему с трудом, но удалось разлепить правый глаз и обнаружить девушку, спящую на кресле в скрюченной позе. Лицом она уткнулась в подлокотник, из-под знакомой банданы выбивались спутанные каштановые кудри.

– Вар… кх… Вар…а… – Денис передохнул и попробовал снова. – Варвара… привет…

Шепот разбудил подругу, хмурое лицо осветила улыбка. Но покрасневшие глаза с припухшими фиолетовыми кругами испугали Дениса куда больше очередного приступа боли.

– Ты очнулся! – Девушка легонько погладила его руку, словно та была сделана из фарфора. Денис ощутил прикосновение горячей шероховатой ладони и попытался сделать ответный жест, но пальцы слушались плохо. – Галактические боги, за мной должок!

Он слабо улыбнулся. Почему-то никак не удавалось открыть второй глаз. Да и вообще, вся левая сторона тела чувствовала себя так, будто ее насадили на зазубренные штыри. Он снова попытался пошевелить пальцами. Писк рядом с головой усилился. Варвара бережным нажатием уложила подрагивающую руку на простыню, оставив сверху свою ладонь.

– Погоди танцевать, братишка. Главное, ты живой.

– Что со мной… Что случилось?

– Ты ничего не помнишь? – Варвара прищурилась, вглядываясь в его лицо. Денис впервые обратил внимание, какие удивительные у нее глаза: серо-зеленые, с крапинками по всей радужке.

Видения кружились в сознании призрачным хороводом. Вот они сдали проект. Он отпустил сотрудников по домам. Нет, они не закончили, ему пришлось куда-то ехать… Мешанина из лиц и слов… Взрыв!

– Не помню… Плохо… Что со мной?

От лица подруги отхлынула кровь, высветлив россыпь мелких веснушек. Денису стало очень-очень страшно. Варвара молчала, стиснув челюсти и скручивая свободной рукой узел на больничной простыне.

– Скажи правду. Сейчас. Пожалуйста.

Приоткрылись и вновь сомкнулись пухлые, обметанные сухой коркой губы. Денису захотелось крикнуть: «Нет, стой, подожди! Не говори ничего!», но рот словно свело судорогой.

– Все очень плохо.

– Насколько?

– Левый глаз, левая рука, часть ребер, сердце, колено левой ноги. Ты выжил только потому, что голову заслонила упавшая балка.

Варвара умолкла, Денис тоже не произнес ни слова. Левый глаз, левая рука, часть ребер, сердце… Всего этого больше нет. Он искалечен. Это навсегда. Страшная обида затопила сознание. Хотелось рыдать, орать, бесноваться, но не было сил. Как же так… Ему всего двадцать семь лет! Столько всего ждало его в будущем! А теперь никакого будущего нет… Варвара не отводила взгляда, продолжая поглаживать его ладонь. Оставшуюся ладонь…

– Сердце? Почему я жив?

– Имплант. Повезло тебе, засранец, что живешь в век высоких технологий. Сердце поставили первым. Все остальное скоро заменят на отличные новенькие запчасти.

Денис не смог заставить себя улыбнуться. Варвара ошиблась, считая его сильным. Нет, он жалкий, слабый, уничтоженный.

– Давай-ка ты поспишь, после таких новостей. – Подруга отпустила его руку и нажала кнопку на большом белом ящике у кровати. Лицо Дениса мгновенно обмякло, глаза закрылись, черты разгладились. Но уплывающее сознание успело различить тихий сдавленный звук – женский плач.

***

Денис не хотел, но ему пришлось проснуться в третий раз. Свет в комнате стал бледно-зеленым с темными полосками, и он догадался, что это солнце проникало сквозь окно, занавешенное жалюзи. Кресло возле койки опустело. Интересно, а есть ли на этом аппарате такая кнопка, чтобы уснуть и больше не… Денис приподнялся на кровати. Чуть-чуть повернул голову, посмотрел вниз. Левое плечо стало странно коротким, а дальше шла пустота, плотно скрытая бинтами. Так странно, он мог поклясться, что с рукой ничего не случилось… Кажется, это называют «фантомные боли». Денис перевел взгляд на аппарат в изголовье кровати. Кнопки были подписаны, но сухие аббревиатуры ни о чем ему не говорили. Попробовать нажимать все подряд?

Отворилась дверь, в палату вошла деловитая Варвара с папкой для бумаг.

– О, да ты уже бодр, как молодой короед!

Подруга поставила подушку торчком и придержала его за спину, помогая устроиться поудобней.

– Сейчас мы будем обсуждать крайне неприятные вещи. Но сначала дело, а потом нытье, договорились?

Со стороны это могло показаться грубым, но именно такое обращение Дениса устраивало больше всего. Не хватало только, чтоб они тут рыдали в четыре ручья… Три ручья…

– Давай, рви мое кибернетическое сердце. – Шутка была так себе, но Варвара громко расхохоталась. Плохой признак. Обычно, если Денис неудачно шутил, подруга выразительно приподнимала темную крутоизогнутую бровь.

– Значит так, подписывай, где галочки, и я покидаю тебя до вечера.

Вложенная в ладонь ручка выскользнула из негнущихся пальцев, упала и закатилась под кушетку. Варвара нагнулась, поднимая беглянку с пола.

– Так, погоди подписывать, сначала потренируйся вот здесь.

Несколько неуклюжих попыток спустя Денис приноровился зажимать ручку кулаком. Клочок бумаги покрылся трудночитаемыми каракулями, но с десятого раза удалось изобразить нечто похожее на подпись.

– А вот здесь отпечаточек… – Варвара сорвала защитную пленку. Закаров послушно приложил палец к обведенному рамкой прямоугольнику, подтверждая примитивную биоидентификацию.

– Да ты просто идеальная жертва для мошенников, братишка, никаких вопросов!

Денис хотел сказать, что ему плевать, но решил не расстраивать подругу.

– Это называется «доверие». Слыхала про такую штуку?

– Слыхала. А вот живьем встречать не доводилось. Ты только что подписал доверенность на свой коттедж со всей обстановкой и аэрокар. Сейчас я иду их продавать. Приятель намекнул, что старик Финниган скопил деньжат и желает перейти на новый уровень. Дает нормальную цену. Я подговорила пару дружков, они задержат старикана в баре, пока до него не добрались остальные продавцы.

Если бы у Дениса нашлись силы, он бы возмутился, но в нынешней ситуации смог лишь разинуть рот и вытаращить глаз. Он в первый раз слышал про старика Финнигана и не имел ни малейшего желания в придачу к конечностям терять все имущество разом. Заметив, как вытянулась физиономия друга, Варвара хлопнула папкой, пряча документы внутри.

– А ты чего ждал? Импланты стоят дорого. Мне еле удалось уговорить главного врача поработать в долг и поставить сердце авансом. По правде говоря, этого даже не хватит. Так что самое время распотрошить заначку, если она есть.

– А… страховка?

Одним из плюсов работы в корпорации был отличный социальный пакет. Небольшой процент зарплаты каждого сотрудника уходил в медицинский фонд, возвращаясь занятиями в спортзале, отбеливанием зубов и проверкой зрения. Больше молодой и здоровый Денис ничем воспользоваться не успел.

– Забудь. Не будет никакой страховки, – отрезала девушка. После чего перекинула за спину съехавший шарф и ушла, стукнув дверью о косяк.

Денис аж подскочил на кровати, тут же пожалев об этом из-за приступа боли. Как так? Ведь взрыв произошел при исполнении служебных обязанностей? Он точно помнит, как приехал на шахту чинить оборудование. И что-то произошло… Мысль о том, что именно, вертелась рядом, но ее никак не удавалось схватить.

Заглянула медсестра. Провела осмотр, сверилась с данными на мониторе, воткнула капельницу в катетер на сгибе локтя и пообещала принести обед. Следом появился солидного вида врач. Расспросил о самочувствии, вежливо повздыхал, после чего в красках описал долгую и счастливую жизнь с имплантами фирмы «Феникс».

– В случае тяжелых и необратимых повреждений, подобных вашим, наш главный принцип: спасти все, что возможно. Мы приложили максимальные усилия, чтобы сохранить наибольший процент исходного биологического материала.

Проигнорировав реакцию пациента на бездушное слово «материал», врач развернул схематичное изображение тела, разделенного на голубые и оранжевые зоны.

– Обратите внимание, левую ногу мы обязуемся спасти, заменив раздробленное колено и некоторые участки голеностопа. – Румяная ладонь описала полукруг, охватывая подсвеченные сегменты. – В легких был проведен синтез мембранных волокон и живой ткани. Сердце пришлось заменить, и хочу заметить, что теперь его эффективность на порядок превышает показатели любого чемпиона мира по бегу на длинные дистанции. Левую руку также спасти не удалось, вместо нее будет установлен протез, от плеча до кисти. В связи с интеграцией перечисленных имплантов нам придется укрепить ваш позвоночник здесь и вот здесь. Иначе он не выдержит возросшей нагрузки.

Доктор продолжал перечислять изменения, ожидавшие искалеченное тело. Почти с той же интонацией, с какой менеджер по продажам в автосалоне несколько месяцев назад расхваливал достоинства Боргини…

– Теперь о питании. Микроядро «Феникса» обеспечит пятилетний срок службы всех имплантов, при условии соблюдения условий эксплуатации, а также при прохождении обязательного медицинского освидетельствования каждые шесть месяцев. Отдельно обращу ваше внимание на то, что…

– Благодарю вас, доктор. – Закаров приподнял непослушную руку, останавливая собеседника. – Все это наверняка перечислено в договоре. Я обязательно с ним ознакомлюсь. Сейчас меня интересует следующий вопрос: сколько времени займут эти…

– Процедуры? – доктор пришел на помощь замешкавшемуся пациенту. – Сложный вопрос. Все зависит от индивидуальной реакции тела. Однако вы молоды, не имеете вредных привычек и находитесь… находились до происшествия в не самой плохой физической форме. Я бы сказал, что восстановление займет год, максимум полтора. Однако, принимая во внимание доводы, приведенные вашей подругой, весьма напористой молодой леди, я проведу курс ускоренной регенерации. Это довольно неоднозначная процедура. Я бы никогда не решился ее рекомендовать, если бы ваше финансовое положение позволило вам провести полноценную реабилитацию. Через месяц вы встанете на ноги и сможете покинуть наше заведение. Что, разумеется, не означает полного исцеления. Вам в обязательном порядке понадобится квалифицированный уход и амбулаторное лечение. И, если вы будете им пренебрегать, вас ждет неприятный рецидив. Вы меня понимаете?

Закаров кивнул.

– Я оставлю вам договор, а также брошюру с техническим описанием имплантов. Будьте любезны, внимательно ознакомьтесь со всей предоставленной информацией. От этого зависит качество вашей будущей жизни. – Врач положил карту памяти на тумбочку, рядом с аппаратом. – Я бы на вашем месте уделил особое внимание зрительному импланту. Это сложное оборудование со многими функциями. Включая тепловидение, работу в расширенном цветовом диапазоне, «умную камеру» и многое другое. Если что-то понадобится, я к вашим услугам. Всего доброго.

После ухода врача Денис приободрился. Возможно, отчаиваться действительно рано. Он встанет на ноги, разрешит недоразумение со страховкой. Надо только вспомнить, что же произошло…

Вот он летит к шахте. Ему сообщили, что там возникли неполадки. Он помнит окоченевший бур и недовольные взгляды рабочих. Копается в процессоре, но ничего не понимает. Сколько времени прошло? Час, два, больше? Причину удалось обнаружить или нет? Память нарисовала темную дорогу, под небольшим углом уходящую на глубину. Крупицы пыли в мутном свете ламп, затхлый запах, стальные арки подпорок. На кой черт он полез в штрек? Может, хотел осмотреть и другое оборудование?

Погружение в воспоминания прервал обед: пустой бульон, а к нему измельченные водоросли на пару. Оказалось, есть одной рукой очень неудобно. К тому же пальцы тряслись, и половина безвкусной жижи разбрызгивалась теплыми каплями, не достигая рта. Грустные мысли ненадолго отодвинулись на второй план, уступив место банальному бытовому неудобству. Денис доел, вытер лицо и шею салфеткой и вызвал нажатием кнопки медсестру. Больше заняться было нечем, и он снова принялся выуживать из памяти фрагменты прошлого, поворачивая их эдак и так.

Дверь палаты бесшумно открылась. Денис оглянулся, ожидая увидеть Варвару. Пожалуйста, пусть она рассмеется и скажет, что пошутила на счет аэрокара! Но порог перешагнул незнакомый гладковыбритый мужчина лет сорока, в форменном костюме «Феникса» с золотой птицей на груди. У Дениса дома тоже такой лежал.

– Как ваше самочувствие? – мягко поинтересовался незнакомец, прикрывая за собой дверь.

Ну конечно, Варвара ошиблась! «Феникс» своих не бросает! Сейчас коллега все объяснит и направит пострадавшего в реабилитационный центр, а то и корпоративный санаторий на побережье Лазурного Тао. А ведь Варвара к тому времени успеет продать дом и, самое главное, машину. Как бы с ней связаться? Позвонить в мастерскую или к себе домой? В больнице должен быть телефон.

Незнакомец дождался ответа, вежливо уточнил, можно ли ему пододвинуть кресло, уселся и положил на колени серебристый кейс, украшенный той же эмблемой. Все манипуляции совершались с неизменно приятной, подбадривающей улыбкой.

– Меня зовут Давид Васиковский, я расследую произошедшую трагедию. Прежде всего, компания «Феникс» искренне сожалеет о случившемся. – Коллега сделал подходящую случаю паузу и продолжил. – Вы помните, что произошло?

– Был… был взрыв.

– Правильно. На дне штольни скопился метан. Одной искры хватило для детонации чудовищной силы. Находившиеся в шахте люди погибли. Вам очень повезло, что вы оказались дальше всех от эпицентра.

– Повезло так повезло… – горько усмехнулся Денис.

Давид Васиковский сочувственно покивал и достал из кейса датчики, распределив их поверх одеяла.

– Что это? – спросил Денис, ощутив некоторое беспокойство.

– Детектор лжи, стандартная процедура. Случившийся инцидент изучен, но вы же знаете – правила есть правила. Раз на месте катастрофы был наш работник, мы обязаны с ним поговорить.

– С детектором лжи?

– Да, таковы правила. Они распространяются на все беседы в ходе любого внутреннего расследования.

– Но если речь идет о взрыве газа, почему расследование внутреннее?

Давид Васиковский терпеливо пояснил:

– Потому что владелец шахты хотел обвинить нас в случившейся трагедии. Вы же знаете, лишь бы найти крайнего… И крайнего побогаче.

Представитель «Феникса» улыбнулся, приглашая коллегу разделить возмущение бесчестным поклепом. Но Денису было не до проблем корпорации. Его собственные потери сильно превосходили любые расходы на суды. К тому же на директора Зиммера наверняка спустили свору юристов, способных повернуть любое разбирательство таким образом, что истец сам пойдет по миру с холщовой сумой.

Следователь ловко прикрепил датчики на виски и запястье руки. Задал несколько пробных вопросов для настройки аппаратуры. И приступил к допросу. Похоже, господин Васиковский заранее восстановил полную картину злополучного дня, опросив шефа и других коллег. Вместе с Денисом они еще раз прошлись по тому, с чего началось утро, когда проходила погрузка, в какое время поступил тревожный звонок. Денис только диву давался, насколько легко воскресали воспоминания, подталкиваемые грамотными вопросами.

Они как раз подбирались к приезду на территорию шахт, когда негромкую, доверительную беседу прервал топот тяжелых ботинок – в палату ввалилась Варвара. Наверняка персонал предупредил ее о том, что идет допрос. И наверняка чихать она на это хотела. Подруга оперлась плечом о косяк, скрестила руки на груди и принялась буравить спину следователя недобрым взглядом. Давид Васиковский дернул плечом, обернулся и приоткрыл рот, желая что-то сказать. Но наткнулся на такое жесткое выражение лица, что им впору было бетон сверлить. Убедившись в полной готовности незваной гостьи к скандалу, следователь предпочел промолчать.

Тем временем Денис продолжал рассказывать, как осматривал оборудование. Датчики успокаивающе помигивали синим, подтверждая каждое сказанное слово.

– Итак, вы обнаружили, что техника откладывает выполнение команд. Вы узнали, почему?

– Нет, – уверенно ответил Денис. Он и сам не понимал, почему был в этом убежден.

– А зачем вы спустились в шахту?

– Я хотел посмотреть на другие машины. Может, там удалось бы найти причину поломки.

Недавно он как раз придумал для себя единственное объяснение поступка, потому и назвал его, не колеблясь.

– И как, осмотрели?

– Нет, я только спустился и пошел вперед…

– Вы помните что-нибудь еще?

– Яркую вспышку.

И это была абсолютная правда, подтвержденная синим огоньком. Давид успокаивающе покивал.

– Ничего страшного, мы разобрались. Оборудование встало из-за дистанционной проверки. Мы отправляли в ваш филиал уведомление, но вы его пропустили. – В интонации Васиковского прозвучал легкий укор. Мол, манкируете, господин Закаров, служебными обязанностями, но мы не в обиде. – Беседа с директором Гейлом касалась совершенно других вопросов. Вы все перепутали из-за травмы головы. Поездка к шахтам была излишней. Не смею вас больше беспокоить. Поправляйтесь!

Под громкое пыхтение Варвары следователь открепил датчики и аккуратно разложил их по отсекам. Затем встал, одной рукой пригладив безукоризненно сидящую форму, а другой удерживая кейс, и собрался уходить.

– Подождите! Тут какое-то недоразумение. Моя страховка… – Денис старался говорить уверенно, но на последнем слове голос предательски дал петуха.

– При чем здесь ваша страховка? – Представитель «Феникса» задержался на пороге. – Инцидент произошел вне территории компании, в нерабочее время. День был сокращенным, не так ли? Это подтвердили ваши подчиненные. Приказа о краткосрочной командировке нет. Директор Гейл сообщил, что был в курсе проверки и понятия не имеет, зачем вы поехали к шахте. В знак благодарности за службу мы дарим вам трехпроцентную скидку на все импланты. Всего наилучшего!

Давид Васиковский широко улыбнулся и закрыл за собой дверь.

– Ублюдки, – прошипела Варвара. – Я ходила к твоему начальнику. Этот лысый гад и слышать ничего не хочет, остальные подпевают. Один парень, Василий, подтвердил, что ты остался работать после его ухода. Но на следующий день отказался от своих слов. Видать, с ним хорошо поговорили… Я уже была везде, где только можно, Денис.

Подруга с усталым видом рухнула в кресло и зарылась пальцами в курчавую шапку волос.

Денис почувствовал себя опустошенным. Где-то в глубине души плескалась ярость. Хорошо бы это чувство окрепло и придало ему сил для борьбы. Варвара подняла на него испытующий взгляд, словно опасаясь истерики с криками «За что?» и «После стольких лет службы!». Но Денис только хмыкнул и откинулся на подушку. Пришла пора задать последний вопрос. Не то чтобы он не знал ответа или на что-то надеялся… Просто пусть все возможное дерьмо всплывет сегодня. А завтра он будет думать о том, как его разгрести.

– Где Иришка?

– Иришка – лживая стерва, которая после взрыва вынесла из твоего дома все, кроме стен, и убралась обратно в свою дыру. Хорошо, что аэрокар остался на территории шахт. Я разговаривала с ней вчера, хотела забрать серьги и кольцо, что ты подарил. Но она просила передать, что если мы еще раз к ней сунемся, ее новый парень оторвет тебе последнее.

Денис знал, что Варвара специально не смягчила ни одного выражения. Нельзя оставлять и тени надежды. Надежда могла сыграть дурную шутку.

– Поверь, – продолжила подруга, сжимая кулаки с мозолями на сбитых костяшках, – я не испугалась угроз. Я и сама могу отправить эту шмару в соседнюю палату. Но знаешь… не хочу мараться. Пусть она подавится этими деньгами.

И в этом Денис был с ней полностью согласен.

А у вселенной определенно имелось чувство юмора: у него-таки началась новая жизнь. С новым телом, новым местом жительства и новой работой, которую еще предстояло найти. Что, учитывая договор о неконкуренции, будет делом весьма непростым. Следователь не сказал об этом напрямую, но наверняка его уволили из «Феникса» задним числом. Да он и сам не смог бы работать на корпорацию, делая вид, что ничего особенного не произошло. Ходить каждый день в офис, перебрасываться шуточками с коллегами, деликатно не замечая пристыженных взглядов…

– Я хочу побыть в одиночестве. Спасибо тебе за все.