Текст книги "Небесный бродяга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nebesnyy-brodyaga-111689.jpg)
Автор книги: Антон Демченко
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 2
Отказываться от приглашения невежливо
Что может быть укромнее родного подвала? Учитывая, что дом над ним никто так и не выстроил, да и вообще эта часть улицы до сих пор пустует, могу утверждать с уверенностью: удобнее места не найти. В изрядно опустевшем после налета пиратов Меллинге осталось много свободного жилья. Дома ветшают, как это всегда и бывает, если в них не живут люди, и чем больше времени проходит, тем меньше желающих в них селиться. Вот и стоят они, всматриваясь в глаза прохожих черными провалами окон и жалобно скрипя ржавеющими петлями. Эх, не быть больше Меллингу тем тихим провинциальным городком, каким я его помню.
Отбросив неожиданно накатившие воспоминания, я спустился через угольную яму в подвал и, тщательно заперев бесшумно закрывшиеся дверцы, уже давно ставшим привычным усилием воли поджег фитиль керосиновой лампы.
Поставив светильник на колченогий стол, я присел на стоящий рядом ящик… в такие мы с отцом собирали невеликий урожай с нашего яблоневого садика, от которого теперь осталось лишь четыре обгорелых пня и заросший бурьяном задний двор. Ар-р! Да что такое!
Нервно тряхнув головой, выудил из кармана конверт и, предварительно аккуратно разгладив его на коленке, с глубоким вздохом надорвал край. Какой нож для бумаг? Оставьте эти роскошества! Ручками, ручками. Неровно… да, но на качество текста не влияет…
Содержание письма повергло меня в легкий ступор. Нет, увидев почерк на конверте, я уже предполагал, кто мог написать это письмо. Но… слишком много времени прошло с того дня, как я последний раз видел такие же витиеватые, бисерно выписанные строчки… в тетрадях Хельги, дочери Края, учившей меня и еще пару ребят из нашей школы русскому языку. Подрабатывала она так на каникулах, между семестрами в училище при Ладожском университете. Хех, вот бы она удивилась, если бы мы с ней сейчас столкнулись… Уж с чем с чем, а с русским языком у Кирилла Громова проблем точно никогда не было. Родная речь все-таки. Точно такая же, как для Рика Чернова вендское, или, как его еще называют, прусское наречие.
Перечитав короткое послание непонятно откуда взявшейся в Меллинге дочери Края, я вздохнул. М-да, а ведь встреча состоится весьма скоро. Если, конечно, это не грандиозная подстава… Впрочем, кто станет плести такие вот затейливые вензеля ради захвата какого-то тринадцатилетнего мальчишки?
Но вот чутье, прежде спавшее сладким беспробудным сном, заворочалось, забеспокоилось. Пока еще несильно, а словно намекая на необходимость стать осторожнее, но и этого мне хватило, чтобы задуматься.
Хельга уехала из города фактически сразу после налета пиратов… подальше от сорвавшихся с тормозов полицейских, кстати, почти в полном составе бежавших из города, едва патрули германского гарнизона появились на улицах Меллинга. И Край очень не хотел, чтобы дочь появлялась в ставшем прибежищем каперов городе… он сам мне об этом говорил и не раз. И вот теперь эта самая Хельга, которая вообще-то должна грызть гранит науки где-то под Новгородом, нарушив волю отца, оказывается в Меллинге. О чем, как мне кажется, Край даже не подозревает. По крайней мере, во время нашей последней встречи он и словом об этом не обмолвился. Да и настроение у него было вполне обычное…
И еще один момент. Откуда Хельге известно прозвище, данное мне ее отцом? Он что, в письмах дочери все свои шутки излагает? Эх, вопросы-вопросы…
Взъерошив и без того спутанные волосы, я поднялся с ящика и, бросив письмо на стол, принялся наворачивать круги по подвалу. Мысли в голову лезли какие-то сумбурные и по большей части откровенно неприятные. Вновь проснулась подозрительность, вспомнились спрятанные в тайнике шкатулки с накопителями, о существовании которых я, кстати, не нашел ни одного упоминания в библиотеке верфи. И если бы не знания Кирилла, то до сих пор, наверное, гадал бы, что же мне с таким грохотом и помпой удалось спереть со старого вендского «кита».
Но как бы то ни было, а на встречу с Хельгой мне идти придется. Судя по письму, она в курсе произошедшего с отцом… и наверняка попытается его вытащить. Хочу помочь. Край и раньше относился ко мне по-доброму, а уж за последние полтора года мы и вовсе стали друзьями… ну, насколько это вообще возможно при нашей разнице в возрасте.
Решено. Сначала вытащим Края, а потом уж будем решать все непонятки… Я хлопнул кулаком по открытой ладони и принялся готовиться к очередной вылазке в город.
Широкий и длинный нож в твердых кожаных ножнах привычно обосновался на поясе сзади. Горизонтально, чтобы не мешал при беге. Самодельная «сбруя» с кобурой, в которой покоился мой пугач, подтянута и не стесняет движений. Укрыв ее от нескромных взглядов короткой курткой, покрутившись так и сяк, я удовлетворенно кивнул и, перешнуровав покрепче высокие ботинки, отправился на встречу.
В ночной темноте, непроглядной для человеческого глаза, но совершенно мне не мешающей, спасибо летным очкам, я довольно быстро миновал добрую половину городка, старательно огибая при этом многочисленные питейные заведения и стараясь держаться подальше от заброшенных улочек. Вот и ратуша. Отсюда направо, мимо площади, и вот нужная мне улица Шорников. Дом, упомянутый в записке Хельги, кажется пустым и брошенным. В окнах темно, в палисаднике валяется какой-то мусор… Правда, все окна целы, и даже ставни на ветру не скрипят… Стоп! Как в окнах может быть темно, если на мне летные очки?!
Постояв пару минут, укрываясь под балконом здания на углу улицы и понаблюдав за нужным мне домом, но так и не заметив каких-либо признаков того, что в нем кто-то есть, я вздохнул. Осторожность и еще раз осторожность!
Прикрыв глаза, сосредоточился, и по улице пронесся порыв сильного холодного ветра. Загудел в трубах, засвистал между домами, скрипнув перекосившимися ставнями, промчался по комнатам, шурша обрывками обоев и шелестя бумажным мусором… и унесся прочь, чтобы через минуту ударить мне в грудь легкой, почти неощутимой волной воздуха. Вот так. Наблюдателей на крышах и в подворотнях вроде бы нет… как нет их и в брошенных домах. Уже хорошо… Надо бы еще как-то проверить и дом, в котором Хельга назначила встречу. А вдруг там засада? Вот только с воздухом, боюсь, не получится. Окна-двери заперты. На чердаке даже ставни закрыты, сквозняку взяться неоткуда. А без ветра информацию собрать будет сложновато. Хм… Я прислушался к стихиям и улыбнулся. Есть же еще и Вода!
Тихо, крадучись, я пробрался на задний двор нужного мне высокого фахверкового дома под полувальмовой крышей и, отыскав с помощью воздуха небольшую щель, пустил в нее тонкую, почти незаметную струйку воды, тут же словно змейка скользнувшую внутрь дома. Управлять ею неизмеримо легче, чем воздушным аналогом, но есть и свои минусы.
Удерживать внимание в вечно подвижной, текучей и аморфной стихии мне всегда было непросто. С Воздухом почему-то таких проблем не было никогда. А вот Вода… эта стихия выматывает своим блеском и неподатливым нравом. Да и фильтровать информацию, передаваемую Воздухом, мне куда легче, чем разбираться в многослойных, постоянно меняющихся образах, получаемых от Воды. Но деваться некуда… воздушный аналог такой вот змейки слишком быстро рассеется.
Итогом получасового сидения под стеной дома стал вывод: Хельга там не одна. С ней двое молодых людей. Один клюет носом на стуле в гостиной, оберегая сон спящей там же на диване дочери Края, второй колдует над плитой на кухне. На засаду это не похоже, но кто эти молодые люди, я не знаю. А значит, придется быть настороже.
Расстегнув на всякий случай куртку, я подошел к застекленной задней двери дома, ведущей как раз на кухню, где кашеварил один из спутников Хельги. Вот, кстати, и ответ на вопрос о темных окнах. Они просто заклеены изнутри черной бумагой. Умно.
Тихий стук в дверь. Приложенная к стеклу воздушная мембрана тут же перестает передавать какие-либо звуки с кухни. А нет… легкие шаги. Дверь распахнулась, и в живот «повару» уткнулся ствол.
– Не шуми. – Я улыбался, глядя на высокого собеседника снизу вверх. М-да, зрелище, должно быть, сюрреалистичное в сочетании с огромными линзами очков-«консервов» на моем лице. – Я – Отшельник. Звали?
Побледневший парень резко кивнул, отчего длинные черные волосы волной упали ему на лицо.
– Хельга в гостиной, – шепотом сообщил он, одновременно сдвигаясь в сторону, словно пропуская меня в дом.
Замечательно. Я сделал вид, что шагнул вперед, и резко ударил рукоятью ствола ему под дых, одновременно затыкая рот воздушной пробкой. Эдакий кляп. Еще один удар, на этот раз куда более нежный, приходится по затылку согнувшегося в три погибели парня. Уложить на пол, спеленать… Можно идти дальше.
Осторожность и еще раз осторожность!
Глава 3
Сущие мелочи
– Он первый захотел меня ударить, – пожал плечами я в ответ на очередной укор Хельги.
Та тяжело вздохнула и перевела взгляд на бережно потирающего затылок «повара», сидящего за столом напротив меня.
– Иван… – протянула девушка.
Тот поморщился.
– Да не хотел я его бить, только пистолет отнять думал. А он вдруг… – нехотя забубнил Иван и осекся под насмешливым взглядом своего напарника.
– А он вдруг тебя вырубил. Абордажника… двенадцатилетний пацан! – хохотнул напарник, но, на миг замолкнув, посерьезнел и договорил уже куда тише, аккуратно тронув пальцем компресс, наложенный Хельгой на вздувшийся на его затылке шишак. – Точнее, двух абордажников. М-да, на «Фениксе» лучше об этом молчать. Засмеют.
– Мне тринадцать, – насупился я. Вообще-то скоро даже четырнадцать… ну да ладно…
Кстати, нейтрализовать этого улыбчивого приятеля Хельги было даже проще. Спеленав «повара», я подошел к двери, ведущей с кухни в гостиную, открыл ее и, сняв с проема воздушную пелену заглушки, установленную мною во время нашей короткой беседы, прыжком преодолев разделяющие нас пару метров, врезал сидящему за столом и клюющему носом парню по затылку.
А потом проснулась Хельга. В результате меня отчитали, отобрали пистолет, заставили умыться и усадили за стол, на котором тут же появилась тарелка с пирожками и кувшин с молоком. Награда… ага. А пока я утолял голод, не прекращавшая ворчать дочь Края приводила в чувство своих друзей. Зато под шумок я таки вернул свой ствол, неосторожно оставленный Хельгой на тумбочке, и сейчас чувствовал себя куда увереннее.
Хельга, пока занималась оказанием первой помощи своим друзьям, трещала без умолку. Так я узнал, что три месяца назад она окончила штурманское отделение флотского училища при Ладожском университете и устроилась младшим штурманом на частный тысячерунник под громким названием «Феникс». А здесь оказалась для того, чтобы забрать отца в Новгород. Благо капитан и владелец дирижабля, наслышанный о происходящем в Меллинге, выделил ей и время и двух матросов. Все равно, пока «Феникс» находится в доках на плановом обслуживании, полетов не предвидится…
– Что, вот прямо так взял и выделил? – удивился я.
Хельга смерила меня недовольным взглядом.
– Мы с Владимиром уже четыре года знакомы. Я на его корабле каждый год практику проходила. А капитаны в Новгороде умеют ценить свои экипажи, – поучительным тоном заметила она.
– Понятно. – Я бросил короткий взгляд на ее кивающих приятелей. Вот, кстати говоря… – А что же за корабль такой, этот «Феникс», что у него на борту абордажники имеются? Твой Владимир что, каперством промышляет?
– Он не мой, – вспыхнув, отрезала Хельга.
Матросы только хмыкнули. Иван, заметив обжигающий взгляд девушки, тут же сделал вид, что закашлялся, а Архип, моментально задавив ухмылку, принялся объяснять, что к чему. Тоже, очевидно, не пожелал навлекать на себя гнев Хельги. Понимаю, дочка Края – девушка вспыльчивая, на расправу скорая, да и рука у нее тяжелая. Помню. Сам не раз от нее учебником по голове огребал, когда учиться ленился… Правда, отходчивая, этого не отнять. Стукнет и простит…
– «Феникс» не капер, Рик. Но мы ходим по всей Европе, а здесь с пиратами просто беда. Редкий рейс без стычек обходится. Но «Феникс» – то корабль добрый. От кого удерем, а кому и мозги вправим, дабы впредь пиратствовать неповадно было. Ну и… не бросать же добро, когда оно само в руки идет? Вот и назначил капитан часть матросов абордажниками. Хотя какие там абордажи-то? Призовая команда и только, слышал о таких? Вот-вот. Иван, например, палубный старшина, а я второй двигателист. Ну приклеилось к нам в экипаже прозвание «абордажники», мы и привыкли, – объяснил Архип.
– Да, с тысячерунником это тебе повезло, – вздохнул я, повернувшись к Хельге. – Обычный каботажник больше чем на шесть сотен не рассчитан.
– Фи, Рик! – вздернула носик та, моментально престав злиться, на что, собственно, я и рассчитывал. Характер у дочки Края мало изменился. – «Феникс» это тебе не «селедка» какая-нибудь. Это «кит»!
Я сделал круглые глаза. Ну да, кто бы мог подумать… а то, что я родился и вырос фактически на верфи и прекрасно разбираюсь в подобных вопросах, оставим за кадром. И сделаем вид, что я понятия не имею о такой вещи, как рунный класс дирижабля. А он есть.
Каботажники редко рассчитаны на одновременную работу более пятисот-шестисот простых рунескриптов, так называемых стандартных единиц. Размеры не позволяют использовать большее число рунных цепочек. На самом деле нижний порог, отделяющий каботажные корабли от вспомогательных, типа шлюпов, всего сотня единиц. Иными словами, позволяют размеры дирижабля запитать сотню стандартных рунескриптов одновременно и бесперебойно, ему автоматически присваивается класс «каботажник». Нет – шлюп, вспомогательное судно. И это без учета рунных кругов, обеспечивающих удвоение подъемной силы дирижаблей, устанавливаемых на всех кораблях без исключения. А вот с «китами» интереснее. Во-первых, чтобы войти в этот класс, корабль должен быть оснащен не газовыми баллонетами в бронированном рунами куполе, а вакуумными, точнее, безвоздушными отсеками в нем, соответственно это означает совершенно иной тип и сложность рунескриптов, наносимых как на сам купол, так и на несущий его стальной каркас. Исчисление возможного количества применяемых рунескриптов на «китах» проводится без учета цепочек, пошедших на создание безвоздушных отсеков в куполе. И при этом редкий дирижабль такого класса имеет запас меньше чем в тысячу стандартных единиц. Например, ставший моим домом курьер уж на что старичок старичком, а и тот был рассчитан на восемьсот единиц и относился к классу «китов» четвертого, низшего ранга. К которому, кстати, судя по всему, относится и «Феникс». Третий ранг присваивается «китам», рассчитанным на питание как минимум трех тысяч единиц.
В самом деле Хельге действительно есть чем гордиться. Закончив училище, попасть на «кит», да еще и по специальности, это круто. Обычно новички начинают именно с каботажных судов. И перебраться из этой ниши на «киты» довольно тяжело. Вон подавляющее большинство матросни, ищущей найма в Меллинге, может даже не рассчитывать на подобное. А те, у кого есть шансы, держатся отсюда подальше. Каперство в послужном списке – не лучшая рекомендация для получения найма на «китах». Хотя бывают и исключения… Например, артефакторов, служивших на каперах, капитаны «китов» отрывают с руками. Еще бы! С их-то опытом управления и оптимизации работы рунных систем в боевой обстановке…
От размышлений меня отвлек Иван, напомнив о причинах сбора нашей теплой компании.
– Кораблем можно будет и после похвастаться, – заметил он. – А сейчас у нас есть куда более важное дело. Хельга, ты настаивала на приглашении Рика, тебе и вводить его в курс дела.
– Мм… да, ты прав, Иван. – Девушка нахмурилась, помолчала, но, заметив мой выжидающий взгляд, решительно тряхнула гривой русых волос. – Понимаешь, Рик… Отец в своих письмах много рассказывал о жизни в Меллинге и… о тебе. Дела, ради которых он остался в городе, давно завершены, и я, отправляясь сюда, рассчитывала уговорить отца переехать в Новгород. И тебя вместе с ним. Он очень привязался к тебе.
– Хочешь сказать, что он отказывался уезжать из города без меня? – изумился я.
Хельга кивнула. Черт, а ведь Край ни разу, ни словом, ни намеком. Вот ведь, чувствую себя полным идиотом. Нет, но почему он молчал? Меня-то здесь ничто не держит…
– Не то чтобы отказывался. Он вообще старался не отвечать на мои предложения о переезде, так что я решила поговорить с ним лично. Благо время и возможность приехать у меня были. А тут… пока мы с Иваном искали отца в лавке, Архип пошел к нам домой и увидел, как солдаты гарнизона уводят его прочь.
– А письмо? – уточнил я.
Архип с Иваном переглянулись и уставились на Хельгу. Та вздохнула.
– Я видела, как ты с тяжелым рюкзаком выходил из лавки на площади. Ну и проследила немного… Непохоже было, что ты собираешься уходить из города в этот же день. А из писем отца я знала, что останавливаешься ты обычно у него, вот и…
– Понятно. – Я тряхнул головой и улыбнулся. – Ладно. С этим разобрались. Осталась самая малость. Решить, как вытащить Края из лап капитана Гросса.
– Так ты поедешь с нами? – просветлела Хельга.
– Я что, похож на идиота? – фыркнул я. – Думаешь, жизнь на свалке – это предел моих мечтаний?!
Глава 4
Гладко было на бумаге
От участия в акции спасения Края Бронова меня отстранили. Пока Иван и Архип, переглядываясь и запинаясь, пытались объяснить, почему они не хотят принимать мою помощь в этом деле, Хельга молчала. Но, очевидно, ей надоело слушать это блеянье, и девушка коротко рубанула: «Мал еще».
Что ж, я не обидчивый. Отомщу и забуду. Потом. А пока я пожал плечами и, подхватив с блюда последний пирожок с мясом, вонзил в него зубы. Пока теплый, надо съесть. Тем более что последний раз я ел около двенадцати часов назад, в кафе-пекарне старого Петера. Старику сто два года, и плевать он хотел на пьяных каперов и бандитов. Да те к нему и не заглядывают. Наверное, запах выпечки им претит. Или четыре сына пекаря, сами выслужившие по десятилетнему контракту на флоте и великолепно знающие, с какой стороны браться за оружие.
– Быва бы вефть федуожена…
– Рик, сначала прожуй, а потом говори, – нахмурив тонкие брови, грозно блеснула серыми очами Хельга.
Я кивнул и активнее заработал челюстями.
– Прожевал? А теперь повтори то, что ты хотел сказать.
– Была бы честь предложена, – послушно проговорил я и растянул губы в улыбке. – У меня только один вопрос. А как вы собираетесь убираться из города, после того как вытащите Края из гарнизонной тюрьмы? Поезд будет только утром, и я сомневаюсь, что солдаты позволят вам в него спокойно сесть. Я уж молчу о том, что неплохо было бы узнать, за что именно Края уволокли в тюрьму. А то ворветесь вы к гарнизонным, а Бронов там с Гроссом кофе пьет и обсуждает валлийскую поэзию прошлого столетия.
– Его подозревают в причастности к взрыву, устроенному твоими, Рик, соседями полтора месяца назад на свалке, – тихо проговорил Иван.
– Понятно. – Я старался не выдать своего беспокойства, но сердце дрогнуло… Так и знал, что та история не закончилась. – Хм, а откуда вы об этом знаете?
– А я случайно встретил его конвоиров в кабаке, рядом с гарнизоном, – коротко и зло усмехнулся Иван. – Ну и разговорились под пиво.
Случайно? Ну-ну… ладно, будем считать, что я поверил.
– Ясно. Но ответа на первый вопрос я так и не услышал, – вздохнул я, подперев щеку кулаком.
– Так ведь мы сюда не на поезде приехали, знаешь ли, – ответил Архип, поправив съехавший компресс. В черных глазах абордажника мелькнула насмешка, а грубые черты лица расплылись в широкой улыбке. – Как пришли, так и уйдем. Нам бы только местечко поспокойнее найти, чтобы дежурную «селедку» гарнизона не вводить в искушение.
– Шлюп? – догадался я.
– Конечно, – кивнул вместо приятеля Иван, а я смерил Хельгу долгим, изучающим взглядом.
– Это ж как тебя ценит капитан «Феникса», что даже шлюп в помощь снарядил! – вздохнул я.
Хельга снова покраснела, но тут же взяла себя в руки и, согнав с высоких скул румянец, поджала губы.
– Это мой штурманский экзамен, между прочим, – зло сообщила девушка.
Иван с Архипом переглянулись и важно закивали. Вот только по глазам вижу, в душе они просто покатываются со смеху. М-да…
– Ясно, – бодренько закивал я. Злить Хельгу – идея плохая. При всей своей отходчивости она очень плохо забывает обиды или то, что считает таковыми. – Экзамен так экзамен. А что касается удобного места для посадки шлюпа вне зоны видимости наблюдателей гарнизона, могу предложить старую часть свалки.
– Почему именно там? – прищурился Архип.
– Потому что если вы поднимете шум в тюрьме, то гарнизон перекроет выходы из города, вокруг пустит патрули с собаками, такие же патрули встанут на вокзале… Полутора сотен солдат для этого будет вполне достаточно. А учитывая, что у них имеются мобили поддержки, усиленный отряд можно доставить к любой точке в течение десяти минут. Остается только свалка. Охраны там нет. Редкие патрули можно обойти без проблем, внутри, конечно, имеется пара отрядов крыс, прикормленных Гроссом, но ночью их обойти легче легкого, да и мобили на свалку не сунутся. Просто не пройдут.
– Толково. – В воцарившейся тишине удивленный голос Ивана прозвучал раскатом грома.
Впрочем, кажется, это действительно был гром. В стекла забарабанил дождь, и я невольно передернул плечами, представив, каково будет добираться до дома в такую погоду. И Архип явно задумался о том же.
– В дождь, ночью… по свалке… Ноги переломаем, – заключил он, хлопнув ладонью по столу. – Но сама идея действительно толковая. Сам придумал?
– Нет, у капитана Гросса совета спросил, – фыркнул я. – Конечно, сам… Видел я одну облаву, когда кто-то из каперов по пьяному делу прирезал солдата гарнизона. Весь город на уши поставили. Правда, о крысиных отрядах тогда еще никто и не слышал, а в остальном все было, как я описал. Вопрос только, как сориентировать шлюп на место посадки.
– Ну, это как раз небольшая проблема, – облегченно улыбнулась Хельга и кивнула Ивану.
Тот пожал плечами и, молча поднявшись из-за стола, вышел из комнаты. Я заинтересованно покосился вслед утопавшему старшине.
Через минуту тот вернулся с небольшим саквояжем, от которого явственно тянуло чем-то высокоэнергетическим.
Щелкнули замки, полукруглая крышка чемоданчика откинулась, а внутри… Хм, две одинаковые черные коробки, плотно сидящие в саквояже. Словно его специально для них и делали. Бакелитовые, чуть блестящие корпуса с полукруглым верхом и солидными такими тумблерами под откидными крышками, расположившиеся в выемках корпусов.
– Приводной маяк. Минимальное расстояние между блоками – пятьдесят метров. Включаешь тумблеры, и все. Остальное сделает капитан шлюпа. Его задача провести посудину меж маяков и остановиться на одной линии с ними, на равном удалении от обоих маяков.
– То есть посередке между ними? – уточнил я.
– Именно. Только место это… желательно, чтобы там был пустой пятачок, хотя бы двадцать метров шириной и полсотни длиной. Найдешь? Иначе придется подниматься на борт с помощью подвески.
– В старой части китового кладбища таких мест хоть отбавляй, – кивнул я. – И у моего дома тоже такое найдется.
– Вот и замечательно. Кстати, предупреждая твой вопрос о проводнике: мы тоже будем идти, ориентируясь на маяк. Так что не беспокойся, не заблудимся. – Иван улыбнулся и, выудив из бокового кармашка саквояжа нечто напоминающее карманные часы, захлопнул замок, после чего подвинул сумку ко мне поближе. – Держи. Поставишь завтра.
– Понятно. Сделаю. Хотя, думаю, дядька Край проведет вас к моему дому быстрее, чем вы доберетесь, ориентируясь на маяк.
– Тоже вариант, – кивнул Иван. – Но запас карман не тянет, правильно?
Я развел руками. С такой точки зрения он прав, конечно. Да и кто знает, в каком состоянии будет Край. Сможет ли он вообще их куда-то вести, или же абордажникам придется тащить его на себе… такой вариант тоже исключать нельзя. Я бросил короткий взгляд в сторону дочери Края… но об этом я лучше промолчу.
– Все решили, все продумали. – Хельга внимательно посмотрела на меня и вздохнула: – Ладно, Рик, иди ложись спать. А завтра пойдешь собирать вещи и дожидаться нас.
– Вы что, всерьез решили атаковать гарнизонную тюрьму? – поинтересовался я.
– Рик! Иди спать! – рыкнула на меня Хельга.
Ну и ладно. Подумаешь… Что, уже и спросить нельзя?
Утром меня растолкал Архип. Ни Хельги, ни Ивана в доме не было. Позавтракав на пару с абордажником горячими бутербродами с чаем, получив исчерпывающие инструкции, я попрощался и, подхватив со стола саквояж, отправился собираться в путешествие.
Опустошив тайник и навьючив на себя непомерно раздувшийся рюкзак, я выдвинулся в сторону китового кладбища. Ох и тяжела же ноша получилась… Ну да, не рассчитывал я на то, что придется утаскивать на свалку все то, что я собирал в своем городском тайнике.
Но дотащил. Вспоминая треклятую кровать, что больше года назад пер через свалку, должен признать… рюкзак удобнее, честное слово. Если бы еще не этот моросящий дождь. Нет, так-то вроде бы и ничего. Воздушная линза неплохо заменяет зонтик, но не избавляет от воды под ногами… А ведь мне еще по свалке ползать в поисках места для установки приводного маяка.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?