Текст книги "Любовник моей матери, или Что я знаю о своем детстве"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyubovnik-moey-materi-ili-chto-ya-znayu-o-svoem-detstve-87026.jpg)
Автор книги: Диана Чемберлен
Жанр: Современная зарубежная литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Около десяти пьеса наконец закончилась. Актерам устроили настоящую овацию. Причем весь зал аплодировал стоя, и только Джон остался сидеть, послушно хлопая одеревеневшими ладонями.
Когда актеры покинули сцену, Клэр вновь опустилась на свое место.
– Рэнди пригласил нас заглянуть к нему за кулисы, – сказала Клэр, окидывая взглядом крохотный театр. – Он хочет познакомиться с тобой. Подождем, пока толпа немного рассосется.
– Ладно, – кивнул Джон.
– Как тебе их костюмы? Великолепные, правда?
– Угу.
– А помнишь ту девушку, которая играла Эмилию? Настоящая красотка! Конец меня просто потряс: я и не ожидала, что все так обернется.
Клэр все говорила и говорила, но Джону никак не удавалось сосредоточиться на ее словах.
«Клэр, мой мир только что разлетелся вдребезги».
– Ну что ж, народу поубавилось, – заметила она. – Теперь мы никому не помешаем.
Она встала и прикатила из прохода его кресло. Пока Джон устраивался в нем, Клэр внимательно изучала вход, ведущий за кулисы.
– М-да, – протянула она наконец.
Джон тоже взглянул в ту сторону. Чтобы добраться до двери, нужно было преодолеть пять ступенек.
– Вот оно что.
– Возможно, есть и другая дверь, – сказала Клэр. – Подождешь, пока я проверю?
– Лучше я поеду с тобой.
Ему не слишком-то пришлась по душе мысль сидеть в полном одиночестве посреди театра, и он решительно покатил вслед за Клэр к боковому выходу.
Дверь вела в длинный коридор. Клэр решительно пробивалась сквозь редеющую толпу, пытаясь отыскать проход за сцену. Джон остановился у стены, чтобы не мешать выходящим.
Очень скоро Клэр вернулась. На ее лице явно читалось разочарование.
– Можно было бы пройти через заднюю дверь – там всего одна ступенька. Но потом ты оказываешься перед лестничным пролетом.
– Ну так сходи, поздоровайся с ним, и поедем домой, – предложил Джон. – Я пока подожду тут.
Клэр опустила руку ему на плечо.
– Но мне бы хотелось, чтобы вы познакомились, – она задумчиво осмотрелась. – Ладно, пойду скажу Рэнди, чтобы он нас не ждал.
Джон неотрывно смотрел ей вслед, пока она шла по коридору, легонько покачивая бедрами.
Не было ее минут пять. За это время Джон успел прочитать биографии всех актеров, а также костюмера, осветителя и работников сцены. В зале оставалась лишь пара человек, когда Клэр наконец вернулась. Рядом с ней шагал Рэнди Донован. На нем по-прежнему красовались темные брюки и белая рубашка, а на лице виднелись следы грима.
– Мне жаль, что вам не удалось проехать за сцену, – сказал Рэнди, протягивая Джону руку. Тот ответил на рукопожатие, однако глаза его были устремлены на Клэр. Выглядела она просто потрясающе. Какая еще сорокалетняя женщина могла позволить себе носить волосы распущенными? Густые и вьющиеся, они были почти такого же темного оттенка, как крашеные волосы Рэнди. Седина на висках делала ее облик более ранимым. Будто впервые Джон увидел широкие скулы и полные губы Клэр, ее зеленые смеющиеся глаза. Несмотря на свой высокий рост, на Рэнди она смотрела снизу вверх. И всякий раз, когда она бросала на него взгляд, лицо ее озарялось улыбкой.
– Замечательная пьеса, – заметил Джон. – Спасибо вам за билеты.
– Рад, что вам понравилось.
Джон редко чувствовал собственную ущербность, однако это был как раз такой случай.
Двое здоровых людей улыбались ему сверху вниз.
– Я искренне сочувствую вам из-за того, что произошло с вашей сестрой, – сказал Джон.
– Спасибо, – Рэнди покачал головой. – Вас не шокировало, когда Клэр выбралась на край моста? – Он глянул на Клэр с нескрываемым восхищением, отчего та заалела.
– Это далеко не первый ее отчаянный поступок, так что я успел привыкнуть.
– Удивительно мужественная женщина, – промолвил Рэнди, легонько касаясь спины Клэр.
– Верно, – согласился Джон. Он не знал, что еще тут добавить, и на несколько секунд в коридоре воцарилось напряженное молчание.
– Кстати, – Рэнди вновь повернулся к Клэр. – В понедельник, после того как вы ушли, я нашел на скамье чернильную ручку. Это не ваша?
– Моя. А я все думала, где же я ее потеряла.
– На скамье? – переспросил Джон. – Вы что, обедали прямо тут?
Он-то представлял их за столиком в ресторане, в окружении других людей. А они сидели в этой тускло освещенной часовне, в полном уединении.
– Да, – ответила Клэр. – Рэнди принес из ресторана копченого тунца. Давно я не ела такой вкуснятины!
Интересно, почему она раньше не сказала мужу о том, что они встречались в театре? Какая, впрочем, разница? В конце концов, в театре, а не в спальне Рэнди.
– Пойду схожу за ручкой, – сказал Рэнди. – Она у меня в сумке. Я быстро.
Он ушел, а Клэр, скрестив руки на груди, прислонилась к стене напротив Джона.
– У тебя усталый вид, золотко, – сказала она ему.
Джону хотелось отвернуться, чтобы не видеть на себе этого испытующего взгляда.
– Я в порядке, – ответил он, хотя ни разу за всю жизнь не чувствовал себя таким усталым.
* * *
Была уже практически полночь, когда он забрался наконец в постель. Клэр в своем голубом халатике сидела перед зеркалом, расчесывая на ночь волосы.
– Ты очень красивая, – промолвил Джон. – Похоже, я давненько не говорил тебе об этом.
– Спасибо, – улыбнулась она, не отводя взгляда от зеркала.
– Клэр, мне бы хотелось поговорить с тобой.
Улыбка на ее лице сменилась выражением тревоги.
– О чем? – спросила Клэр.
– Иди сюда, – похлопал он рукой по матрасу. Клэр устроилась рядом с ним, выключив лампочку на ночном столике. Ее кожа источала еле уловимый аромат крема, такой знакомый и такой успокаивающий. Джон обнял жену и прижал ее к себе как можно крепче. Что же ему сказать? За те двадцать лет, что они прожили вместе, он ни разу не ощущал угрозы их браку. Клэр, должно быть, тоже почувствовала его беспокойство, поскольку поспешила прижаться к нему как можно плотнее.
– Я люблю тебя, Матиас, – сказала она.
– Мне важно было услышать это.
– Так ты сомневался? – приподнялась она на локте.
– Дай мне высказаться, ладно? – промолвил Джон, вновь притягивая ее к себе.
Клэр покорно кивнула.
– Со мной происходит… что-то странное.
Клэр быстро подняла голову, и Джон явственно ощутил ее тревогу. Видимо, она решила, что речь идет о каком-то физическом недуге.
– Я об эмоциональном состоянии, – быстро добавил Джон. – У меня такое чувство… будто я слишком завишу от тебя.
– Глупости, – Клэр вновь опустила голову ему на плечо. – Для супругов совершенно нормально быть зависимыми друг от друга. Разве не это мы говорим парам, которых консультируем?
– Но я слишком завишу от тебя. Не знаю, как я буду справляться, если с тобой вдруг что-то случится.
– Ну, во-первых, – вздохнула Клэр, – ничего со мной не случится. Во-вторых, ты уже объездил весь мир. Да твоей выносливости позавидует любой здоровый человек.
Клэр явно не понимала, к чему он клонит.
– Я о Рэнди, – слова сами слетели с его губ.
В спальне воцарилось напряженное молчание.
– Что значит, о Рэнди? – спросила наконец Клэр.
– Уж слишком он лощеный. Мне он кажется каким-то лицемером…
Нет, не так. На самом деле он ни на секунду не усомнился в искренности Рэнди Донована.
– Невыносимо было наблюдать, как он стоит там рядом с тобой, или слушать о том, как он угощал тебя обедом. У меня возникло сильнейшее желание стереть с его лица эту самодовольную улыбку.
Джон ожидал, что Клэр в ответ рассмеется, но та даже не пошевелилась. Лежала, будто замерев, и только тихонько дышала.
– Ты придаешь этому слишком большое значение, Джон, – промолвила она наконец. – Такое чувство, будто ты подозреваешь меня в измене или в чем-то подобном.
– По правде говоря, я и сам не знаю. Рэнди явно испытывает к тебе симпатию, а ты его в этом поощряешь – пусть и неумышленно. Смотришь на него с нескрываемым обожанием…
Клэр села, прижав подушку к груди.
– Поверить не могу, что ты говоришь это, – сказала она. – Джон, я люблю тебя. Ты – мой муж, а Рэнди – просто друг. Вот и все.
– Ну и хорошо, – быстро промолвил он. Клэр права: он придает этому слишком большое значение.
Она легонько погладила его по груди.
– Ты хоть сам понимаешь, как смешно это все звучит?
– Надеюсь, что так.
– Джон, – едва ли не простонала она, – ты хочешь сказать, что ты мне не доверяешь? Как ты можешь говорить такое после двадцати лет брака?
– Я доверяю тебе. Если я чего и боюсь… Все дело в том, должно быть, что нам уже по сорок. Кризис среднего возраста, вот как это называется. Мы не раз видели, как он разъедает самые крепкие браки.
– С нами такого не случится. Даже не думай об этом.
Клэр снова пристроилась рядом с мужем. Джон не был удовлетворен разговором, однако не знал, как еще ему сказать о своих тревогах.
– Я не стану больше встречаться с ним, – промолвила Клэр. – Не хочу, чтобы ты расстраивался.
– Это вовсе не то, чего бы мне хотелось, – вздохнул Джон, слегка покривив душой. – Раз ты говоришь, что он – только друг, пусть так и будет.
Клэр вновь приподнялась на локте, внимательно разглядывая мужа.
– Перестань мучить себя тем, что никогда не случится, – с улыбкой заметила она. – Никакой кризис нам с тобой не страшен: мы справимся с ним так же, как справлялись со всем остальным. Ясно тебе?
Джон кивнул, и она вновь устроилась в его объятиях. Очень скоро дыхание ее стало ровным и глубоким. Клэр уснула, а Джон продолжал прижимать ее к себе. Он не желал отпускать жену, хотя ее тело и казалось порой угловатым, а то и вовсе чужим.
14
Сиэтл
– Нам повезло, что мы наткнулись на этого Паттерсона, Ванесса, – Терри Рус прямо-таки лучилась энтузиазмом. Оставалось только жалеть, что сама Ванесса не в состоянии была разделить ее чувств.
– Ладно, рассказывай, – она поудобнее перехватила телефонную трубку. – О чем вы с ним говорили?
Прошла уже неделя с того дня, как она пыталась дозвониться в офис Уолтера Паттерсона. За это время Ванесса перенесла две серьезные мигрени и множество ночных кошмаров. Чувство тошноты, казалось, окончательно поселилось у нее в животе, так что есть она могла только суп. В пятницу она позвонила Терри и попросила ту первой связаться с этим Паттерсоном. В качестве оправдания Ванесса бормотала про сильную занятость и нехватку времени. Как будто у Терри дел было меньше! Но та согласилась без малейших возражений и спешила теперь поделиться с Ванессой своими эмоциями.
– Паттерсон не раз лоббировал в сенате подобные законопроекты, – рассказывала Терри. – Он и сейчас поддерживает программу, которая призвана помочь взрослым, пострадавшим в детстве от сексуального насилия. В то же время он признал, что не думал о специальных программах, рассчитанных на подростков. Он готов включить их в рассматриваемый законопроект, однако просил учесть, что отстоять его, в любом случае, будет нелегко. И он не желает испортить все дело поспешными решениями. Иными словами, – Терри остановилась, чтобы перевести дыхание, – мы должны предоставить ему как можно больше фактов, которые говорят о необходимости программы AMC. И вот еще что. В мае на Капитолийском холме будут заслушивать показания женщин, пострадавших в детстве от сексуального насилия. Делается это для того, чтобы протолкнуть вышеупомянутый законопроект. Паттерсон сказал, что к этому можно привязать и нашу программу.
– Каким образом? – нахмурилась Ванесса. – Заставить подростков давать свидетельские показания?
Ей не очень-то понравилась эта идея.
– Совсем необязательно. Взрослые сами способны рассказать о том, к каким позитивным изменениям в их жизни могла бы привести программа вроде AMC.
Ванесса придвинула к себе вазу с розами, стоявшую на ее столе. Брайан прислал ей этот букет пару дней назад. Он опять находился в отъезде, но уже вечером, к счастью, должен был вернуться домой.
– Кто-нибудь еще, кроме Паттерсона, спонсирует этот проект? – спросила она у Терри. – Кто-то, с кем мы могли бы связаться?
В трубке на несколько секунд воцарилось молчание.
– Насколько я знаю, нет, – ответила наконец Терри. – А зачем тебе кто-то еще? Лучше Паттерсона нам не найти, поверь мне.
В висках закололо. В углу правого глаза замелькали странные искорки. Опять мигрень. Только этого не хватало. Зажав трубку между плечом и ухом, Ванесса потянулась к верхнему ящику стола. Достав оттуда пузырек с таблетками, она вытряхнула пару штук на ладонь. Терри тем временем продолжала:
– В какой-то момент нам придется выбраться в Вашингтон, чтобы лично встретиться с этим парнем.
– Нет, – Ванесса быстро проглотила таблетки. – Не думаю, что в ближайшее время смогу уехать из больницы.
Терри пару секунд помолчала.
– Ванесса, с тобой все в порядке?
– Да, все хорошо. Просто на этой неделе меня донимает мигрень, – Ванесса бросила взгляд на Лорен Шенк, одну из их медсестер. Та только что возникла в дверном проеме.
– Бедняжка, – раздался в трубке голос Терри. – Позвони мне, когда будешь чувствовать себя получше, хорошо?
Ванесса вновь взглянула на Лорен. Было видно, что та пришла сюда по неотложному делу.
– Мне нужно идти, Терри, – Ванесса встала. – Спасибо, что взяла на себя эти хлопоты.
– Это Джордан Уайли, – сказала Лорен, даже не дождавшись, пока она повесит трубку.
– Что такое? – Ванесса вышла за Лорен из кабинета и поспешила в отделение для подростков.
– Точно не знаю. У него проблемы с дыханием. Боль в груди. Он страшно нервничает. Пит Олдрих думает, что с ним все в порядке. Списывает все на его страхи, – Лорен поправила прядь волос, после чего взглянула на Ванессу. – Пит не знает, что я пошла за вами, – добавила она. – Но вы же знаете Джорди. Он не из тех, кто беспокоится по пустякам.
Пит Олдрих, склонившись над стойкой, быстро заполнял больничную карту. Заметив Ванессу и Лорен, он нахмурился и только что не застонал.
– С парнем все в порядке, – заявил он. – Ногти розовые, губы тоже. Давление в норме. Я даже измерил сердечный ритм.
Он повернул карту так, чтобы Ванесса смогла увидеть результаты обследования. И правда, все было в норме.
– Полагаю, нам нужно сделать флюорографию груди, – сказала Лорен, и Ванесса не могла не восхититься ее мужеством.
Пит провел рукой по своим рыжим волосам.
– Это какой-то порочный круг, – заявил он. – У парня возникают проблемы с дыханием, он пугается, дышать ему становится еще труднее. В результате он пугается еще больше, и так без конца, – он разочарованно покачал головой.
Ванесса не промолвила ни слова. Закрыв карточку, она направилась в палату Джорди. Лорен последовала за ней.
Джорди сидел, обняв руками подушку. Он натужно дышал, пытаясь втянуть в себя воздух.
– Доктор Грей, – сказал он, заметив Ванессу, – со мной что-то не так. Я не могу дышать!
– Позволь, я послушаю, – достав стетоскоп из кармана халата, она прижала его к спине мальчика. Краем глаза она заметила Пита. Тот стоял, прислонившись к дверному косяку, но Ванесса не стала на него отвлекаться. Поначалу ей показалось, что Джорди дышит как обычно, но затем она уловила еле заметную разницу между правым легким и левым.
– Что ж, Джордан, – сказала она, отступая на шаг от постели, – у тебя, похоже, и правда проблема. Сейчас мы отправим тебя на рентген груди, чтобы окончательно все определить.
Лорен быстро привезла каталку, и они с Ванессой перенесли на нее Джорди.
– Мне нельзя ложиться! – запаниковал мальчик.
– Ты можешь сидеть, – успокоила его Лорен. – Вот твоя подушка.
Не обращая внимания на неодобрительные взгляды Пита Олдриха, они быстро выкатили мальчика в коридор.
– Вы идете с нами, доктор Олдрих, – бросила через плечо Ванесса. Ей хотелось, чтобы Пит Олдрих лично удостоверился в том, что он упустил благодаря своему пренебрежительному отношению к жалобам Джорди.
– Я не могу тратить время на этого парня… – возмущенно взмахнул руками Пит, но Ванесса не дала ему закончить.
– Вы идете с нами, – только она одна знала, каких усилий ей стоило не повысить сейчас голос.
Пит, с трудом сдерживая негодование, зашел за ними в лифт. Он упорно смотрел на дверь, пока Лорен прижимала к лицу мальчика кислородную маску, нашептывая ему слова утешения.
– Мы уже практически на месте, – наклонилась к Джордану Ванесса. – Еще немного, и все станет ясно.
Мальчик ее даже не услышал: все его силы были направлены на очередной вздох. Ванесса все больше убеждалась в своем диагнозе. Ни разу еще не доводилось ей видеть Джордана Уайли в таком ужасном состоянии.
Как только рентген грудной клетки был завершен, Ванесса, Лорен и Пит склонились над снимком.
– Вот черт, – вырвалось у Пита. На снимке ясно было видно, что левое легкое сжалось на 30 процентов.
– Живей, – Ванесса бросилась в палату, где Джордан все еще силился вздохнуть. Не время сейчас возиться с Питом Олдрихом, когда на руках у нее тяжелый больной. Она распорядилась, чтобы Пит позвонил в отделение торакальной хирургии – надо было срочно все подготовить.
– Мы знаем, что случилось, Джордан, – они с Лорен вновь перенесли мальчика на каталку. – Сейчас мы поднимемся наверх и все исправим.
– Что со мной? – Джорди с трудом выдохнул эти слова.
– Расскажу тебе по дороге.
В лифте мальчик расплакался.
– Я задыхаюсь, – выдавил он. Лицо у него покрылось потом, губы посинели.
Никогда еще Ванессе не доводилось видеть, чтобы он плакал. Она легонько сжала его руку.
– У тебя пневмоторакс, – сказала она. – Твое левое легкое частично сжалось. Пузырь в стенке легкого лопнул, и воздух просачивается наружу.
Он глянул на нее с нескрываемым страхом.
– Получается, я теперь…
– Это лечится, – быстро добавила Ванесса. – Такое случается порой даже со здоровыми людьми. После процедуры ты почувствуешь себя намного лучше.
Вновь поднявшись на шестой этаж, они тут же покатили Джорди в операционную. Будь ситуация иной, Ванесса не преминула бы показать Питу Олдриху, как именно проводится эта процедура. Однако ее гнев еще не успел уняться. Быстрым и ловким движением она ввела мальчику в грудь иглу, а затем, прикрепив к ней шприц, стала откачивать воздух. На лице Джорди проступило явное облегчение, однако радость его была недолгой. К тому моменту, когда Ванесса завершила процедуру, рядом с ней уже находился торакальный хирург со своими инструментами. Он приступил к операции, и мальчик невольно расплакался от боли.
И только когда Джорди наконец действительно стало лучше, Ванесса вновь ощутила пульсирующую боль в висках.
Она вышла в коридор и тут же увидела Пита Олдриха, который стоял у дежурной стойки. Ванесса быстро направилась к нему, чувствуя, как с каждым шагом нарастает гнев.
– Постарайтесь не принимать больше таких однобоких решений, – бросила она. Вокруг были и другие люди – медсестры, парочка студентов-медиков, пациенты. Некоторые продолжали заниматься своими делами, будто ничего не произошло. Другие с изумлением взирали на Ванессу, которая уже не сдерживала эмоций. – Проверки и обследования – лишь часть нашей профессии, доктор Олдрих. Другой ее частью является способность выслушать пациента – искусство, которого вы лишены напрочь. Еще я на вашем месте научилась бы прислушиваться к медсестрам. Они проводят с детьми двадцать четыре часа в сутки, а потому знают их гораздо лучше любого доктора. Да, у вас тут прекрасный сердечный ритм, великолепное давление, – кивнула она в сторону медицинской карты, – но при этом ваш пациент находится на грани смерти. Что вы будете делать, когда он умрет? Возьмете домой эти графики, чтобы утешиться ими?
Развернувшись, Ванесса зашагала по коридору к своему кабинету. Там она захлопнула за собой дверь и уселась за стол. Голова у нее раскалывалась, тошнота подступала к горлу. Не было еще случая, чтобы она публично отчитала своего коллегу. Как бы она ни злилась, в последний момент ей всегда удавалось сдержать себя – по крайней мере, до тех пор, пока она не оказывалась с провинившимся наедине. Но на этот раз она полностью утратила над собой контроль.
Глаза у нее защипало от слез, но Ванесса не поддалась желанию поплакать. Еще два часа, сказала она себе. Два часа, и она будет дома с Брайаном. Там уже ей не придется держать оборону.
Слезы хлынули ручьем в тот самый момент, когда она подъехала к дому и увидела Брайана, который возился в гараже со своими теннисными ракетками. То были слезы облегчения. Из-за ночных кошмаров и ситуации с Зедом Паттерсоном прошедшие пять дней показались ей целой вечностью.
Она аккуратно промокнула глаза, прежде чем выбраться из машины, но Брайан сразу все понял. Стоило ему увидеть Ванессу, и улыбка мгновенно сошла с его лица.
– Девочка моя, – сказал он, прижимая Ванессу к себе, – что случилось?
Ванесса помолчала, уткнувшись лицом в его свитер.
– Просто паршивый денек, – сказала она, наконец поднимая голову.
Брайан внимательно посмотрел на нее.
– Прости, Вэн, но у тебя, похоже, не задались все пять дней.
Ванесса кивнула.
– Я очень скучала по тебе, – мрачно заметила она. – Вдобавок меня тошнит, и голова просто раскалывается. Еще я сегодня потратила полчаса на Терри Рус, которая безостановочно расхваливала по телефону Зеда Паттерсона. У одного из моих пациентов обострение. А еще я наорала при всех на врача-практиканта.
– Могу я тебе чем-нибудь помочь? – спросил Брайан, поглаживая ее по голове.
– Давай посидим немножко? – со вздохом предложила она. – Мне нужно прийти в себя.
– Само собой, – развернувшись, он повел ее в дом.
Ванесса заглянула на минутку в ванную, чтобы ополоснуть лицо. Брайан успел меж тем поставить диск Кенни Джи, и страстные звуки кларнета растеклись по комнате.
– Спасибо за розы, которые ты мне прислал, – взяв свежую почту, Ванесса присела рядом с Брайаном на диван.
– Почему бы тебе не посмотреть это позже? – Брайан попытался забрать у нее письма, но Ванесса отвела его руку.
– Мне нужно заняться чем-нибудь простым и бездумным, – она вытянула красивую открытку, на которой был изображен белый замок. – Это Джи Ти, – с улыбкой заметила она. – Из Германии.
– Что она пишет?
Ванесса перевернула открытку и стала читать: «Мы с Фрэнком обустраиваемся на новом месте. Я очень счастлива, только никак не привыкну к мысли о том, что я – жена военного. Вообще никак не могу привыкнуть к тому, что я замужем. Спасибо тебе за свадебный подарок! Мне ужасно не хватает тебя, Несса. Обязательно приезжайте с Брайаном к нам в Германию. Люблю тебя. Джи Ти».
Ванесса задумчиво смотрела на открытку. Джи Ти. Всего-то двадцать один год. Родилась примерно в то же время, что и Анна.
– Она еще слишком молода для замужества. Как и для того, чтобы поселиться вдали от семьи.
– Теперь ее семья – это Фрэнк, – возразил Брайан.
Ванесса провела пальцем по изображению замка. Джи Ти Грей давным-давно изменила ее жизнь. Ванесса даже позаимствовала у нее фамилию – разумеется, с благословения самой девочки и ее родителей. Как же здорово было раз и навсегда избавиться от фамилии Харт!
– Когда мы сможем выбраться к ним? – спросила Ванесса у Брайана.
– Как насчет лета?
Она кивнула, смахнув с глаз непрошеную слезинку, и Брайан со смехом притянул Ванессу к себе.
– Ты и правда здорово раскисла, – заметил он. Он вновь попытался забрать у нее письма, но она не позволила.
В руки ей лег фиолетовый конверт, и она замерла, глядя на обратный адрес. Клэр Харт-Матиас.
– Только этого мне и не хватало, – она встала и решительно направилась к камину, тщетно пытаясь разорвать письмо пополам. Ванесса открыла заслонку, но Брайан в последний момент успел перехватить ее руку.
– Не надо, не сжигай, – сказал он.
– Нет, надо, – высвободившись, Ванесса вновь повернулась к огню, но Брайан выхватил у нее конверт.
– Я не позволю. Тебе…
– Только я решаю, что мне делать с этим проклятым конвертом, – Ванесса потянулась за письмом, но Брайан спрятал его за спину.
– Прошу тебя, Вэн. Просто отложи его на время. Может, в один прекрасный день ты изменишь свое решение.
– Дай его мне, – холодно сказала Ванесса, протягивая руку.
Брайан со вздохом передал ей письмо. Повернувшись к камину, она бросила туда конверт, и оба пару секунд наблюдали за тем, как фиолетовая бумага корчится в языках пламени.
– Помнишь, что сказала Марианна, когда ты решила прекратить терапию? – тихонько спросил Брайан.
– Нет, – слукавила Ванесса. Сейчас она жалела, что поделилась тогда с Брайаном их разговором.
– Она сказала…
– Я знаю, что она сказала, – Ванесса вновь опустилась на диван и прикрыла глаза, вспоминая ту давнюю беседу с психотерапевтом.
– Лечение еще не завершено, – заявила ей тогда Марианна. Голос ее звучал спокойно, но внушительно.
– Я чувствую себя прекрасно, – возразила Ванесса. – Меня больше ничто не беспокоит. И мне впервые за всю жизнь удалось наладить прочные отношения.
– Ты и правда многого добилась. Боюсь только, все твои проблемы начнутся по новой, стоит тебе хотя бы разок соприкоснуться со своими давними чувствами.
– Но я уже разобралась с этими давними чувствами, – Ванесса начала терять терпение. Ее злило, что Марианна будто не видит достигнутого ею прогресса.
– Это верно. Но ты еще не встречалась с теми, кто причинил тебе боль. А для тебя, Ванесса, это просто необходимо.
Брайан присел рядом с ней на диван.
– Она сказала, тебе нужно встретиться с теми…
– Брайан, – открыла глаза Ванесса, – давай не сегодня. Прошу тебя, – взглянув на Брайана, она увидела, что тот смотрит на нее с явной тревогой. – Прости, но все, чего я хочу – это жить собственной жизнью. И жить сейчас, а не в прошлом.
– Ладно, Вэн, – он прижался щекой к ее волосам.
Обняв его, она постаралась забыть про Зеда Паттерсона, Клэр Харт и даже про Джи Ти – про всех этих призраков прошлого, неожиданно вторгшихся в ее жизнь.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?