![](/books_files/covers/thumbs_240/iskatel-iskatel-poteryannyy-brodyaga-vozvraschenie-sbornik-160699.jpg)
Автор книги: Дмитрий Кружевский
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 22 (всего у книги 102 страниц) [доступный отрывок для чтения: 25 страниц]
Часть IV
Курсант
Глава 1
Старенький гидролет медленно плыл над безмятежными водами Тихого океана, лопатя воздух винтами своих двигателей.
– Спасатель, ты где? – раздалось в наушниках.
– Скоро должен быть у вас, уточните-ка еще раз координаты.
– Квадрат сорок три.
Кир бросил взгляд на панель навигатора и, мысленно чертыхнувшись, заложил резкий крен. Судя по всему, тот снова барахлил. Вообще, если верить информации прибора, то Киру светило через пару минут увидеть льды Антарктики. Парень вздохнул и выключил закапризничавший прибор. За пару проведенных здесь месяцев он и так уже наизусть знал всю свою зону ответственности, вместе с входившими в нее островами, атоллами, коралловыми рифами и прочими радостями. Так что использование навигатора было обусловлено скорее данью привычки, чем настоящей необходимостью.
Под изогнутыми, точно у чайки, крыльями гидролета промелькнул знакомый силуэт рыболовного траулера, и Кир, сделав круг, приветственно покачал крыльями, после чего повел свою крылатую машину на посадку.
– Привет, Кир, – стоящий на носу корабля смуглый мускулистый парень, на котором из всей одежды были лишь шорты и кепка, приветственно помахал Киру.
– Привет, Майро, – крикнул Кир, открывая дверь. – Как улов?
– Да так, средне. Трал привез?
– Конечно.
Кир повернулся к приборной панели и нажал на нужную кнопку. В борту гидролета открылся грузовой отсек, из которого выкатился оранжевый цилиндр с упакованным тралом и, плюхнувшись в воду, закачался на волнах. Майро улыбнулся и что-то сказал копавшемуся рядом с ним мужчине, тот кивнул и, быстро взбежав по трапу, скрылся в корабельной рубке. Через пару минут в борту корабля открылось отверстие, из которого влетел тонкий трос с утолщением на конце. Утолщение развернулось, превратившись в некое подобие трехпалого манипулятора, и, с легким звоном, вцепилось в плавающий цилиндр, после чего трос стал втягиваться обратно.
– Ну, спасибо, – крикнул Майро. – С меня причитается.
– А как же, – усмехнулся Градов. – Твоя жена уже сколько обещает накормить меня своей знаменитой ухой?
– Если бы ты еще заходил, – рассмеялся рыбак. – А то появляешься раз в месяц.
Кирилл только развел руками и, попрощавшись, захлопнул дверь.
Два с лишним месяца… Кирилл вздохнул. В принципе могло быть и хуже. Он ожидал как минимум отчисления из академии, а не этой курортной работы. Теперь, смотря на свою выходку сквозь призму долгих раздумий, он прекрасно понимал, каким дураком был. В принципе все его поступки в одном слове выразила мать, которая связалась с ним на следующий день после его прибытия на остров. Она несколько минут смотрела на сына, а потом бросила лишь одну фразу:
– Мозговой спермотоксикоз.
И отключила связь.
Кир усмехнулся. Точнее и не скажешь. Все его проблемы и метания, пожалуй, были обусловлены именно этим. Мать всегда умела подбирать предельно емкие определения, уж этого у нее не отнять.
Сидящий на соседнем кресле спирс вдруг коротко пискнул, привлекая внимание человека. Кир покосился на электронного зверька, который носом указывал на один из датчиков.
– Шустрик, я и так это знаю, правый движок барахлит, но не бойся – дотянем. Не в первый раз.
Хорек укоризненно посмотрел на хозяина и, фыркнув, свернулся клубочком, всем своим видом показывая, что больше ничего не скажет, даже если оба двигателя пойдут в полный разнос. Кирилл улыбнулся.
– Ладно, обещаю, как прилетим, сразу займусь двигателем. Давно его перебрать надо было.
Зверек приподнял голову и шевельнул усами, затем склонил голову набок и несколько минут пристально разглядывал Кирилла, потом кивнул каким-то своим мыслям и вновь улегся.
Машину действительно надо было ремонтировать, и причем капитально. Когда Кирилл впервые увидел этот музейный экспонат, он даже поверить не мог, что тот летает. Машины с винтовыми двигателями не использовались уже бог знает сколько веков, ну если, конечно, не считать вертолетов, да и с теми он познакомился лишь в академии. К тому же их применение было чисто в тренировочных целях. Он ни разу не видел, чтобы того же «каймана» использовали еще где-либо. А тут гидролет две тысячи пятьсот лохматого года, с турбовинтовыми двигателями на энергоновых стержнях, о таких моторах им рассказывали только теоретически. Похожий на огромную лодку с изогнутыми, как у чайки, крыльями, на которых крепились цилиндры двигателей, этот аппарат был единственным летающим средством их небольшой станции. Нет, конечно, были еще глайдеры, но двухместные модели этих вертких машинок часто просто не подходили для выполнения их заданий. Хотя какие задания…
Вся местная спасательная станция – это три человека и пара киберов, два служебных здания и один ангар. Все это добро разместилось на одном из многочисленных островов близ Новой Зеландии, где кроме них располагался еще небольшой поселок, в котором проживало около трехсот человек, занимающихся рыболовством да морским фермерством по разведению какого-то моллюска, что поставлялся исключительно на экспорт в Анклав. Так что в их задачи входила, прежде всего, помощь рыбакам, местным жителям да редким туристам. Ну, еще контроль за изредка прилетающими на местный космодром торговыми челноками. Космодром располагался в западной части острова и был, по сути, бетонной площадкой с торчащим на ее краю грибом навигационной башни. В принципе, Кир не считал, что во время прилетов их присутствие очень уж нужно, но так было положено, поэтому приходилось нацеплять маску официального лица и вместе с напарниками прочесывать шатлы со сканерами в руках. Вообще этим должны были заниматься стражи, но их на все острова было около двух десятков человек, так что им и без этого работы хватало.
Его напарники, кстати, были из числа местных жителей. Эндрю и Гелена Табако – муж с женой, они три года как выпустились из академии ЦентрСпаса и все это время работали на местной станции. Узнав о назначение к ним Кира, очень удивились, ибо отделение ЦентрСпаса в Веллингтоне недавно расширили, и закрытие местной станции было только вопросом времени, а тут вдруг пополнение.
К тому же особой работы не было. В основном помощь местным рыбакам, что использовали корабли примерно того же возраста, что и гидролет, если не старее. Кир как-то спросил, почему рыбаки не используют новую технику, на что его напарник усмехнулся и ответил:
– А какую? Видел у причалов стоит пара дисков.
Кир кивнул. Эти приземистые, похожие на перевернутые тарелки, аппараты сразу привлекли его внимание.
– Так вот, это так называемые «нырки», особый тип глайдера. Они способны не только летать, но и погружаться на глубину до километра, только вот рыбу ловить с них не получается. Мало того что неудобно, так еще рыба чувствует излучение от двигателя. Но, увы, это все, что нам смогли предложить за счет государственного обеспечения. Заказывать же что-то отдельно влетит в такую копеечку, что наша деревня этого просто не потянет. Вот и приходится поддерживать старые суда в работе, благо хоть основа у многих либо металлопластик, либо монометалл, так что сносу им пока не предвидится.
Кир кивнул, вспомнив, что о такой же проблеме как-то упоминал Айко, который тоже вырос в подобном рыбацком поселке.
За прошедшие месяцы Кир очень сдружился со своими напарниками, да и в поселке у него появились друзья, тот же Майро со своей белокурой красавицей женой. Вообще Елена была родом из Москвы и очень сильно выделялась на фоне местных смуглых черноволосых девушек. Майро в ней души не чаял, впрочем, как и в своей дочурке. Она, кстати, и познакомила Кира с отцом. Десятилетняя девчушка часто оставалась у них на станции, когда отец с матерью отправлялись на работу, так как Гелена была двоюродной сестрой Майро и никогда не отказывала брату в просьбе проследить за дочерью. Кир тогда только прибыл и дни напролет просиживал в ангаре, возясь с гидролетом, который Эндрю уже практически поставил на прикол. Знакомая работа несколько отвлекала от лезущих в голову дурных мыслей. Супруги Табако не отвлекали его, лишь изредка Эндрю заходил в ангар с предложением своей помощи, но Кир вежливо отказывался. Ола появилась в ангаре в один из дней и, увидев незнакомца, сперва несколько смутилась, но, понаблюдав с полчаса со стороны за тем, как Кирилл возится среди разбросанных деталей, робко подошла поближе.
– Привет.
– Привет, – Кир оторвался от работы и, посмотрев на смущенную девочку, улыбнулся. – Ты кто?
– Ола.
– Оля?
– Нет, – девочка замотала головой. – Ола.
Так они познакомились, и с тех самых пор девочка превратилась буквально в Кириллов хвостик. Невысокая, худенькая с густой копной белоснежных волос, вечно всклокоченных и спутанных, несмотря на все усилия матери, а также с постоянно ободранными коленями и локтями, это неугомонное существо превратилось для Кирилла в сущее наказание. Ее конопатую курносую мордашку с большими темно-карими глазами, доставшимися ей от отца, Кир видел с утра и до позднего вечера. Сначала это его несколько раздражало, но со временем он неожиданно стал замечать, что в присутствии этого вечно болтающего существа его личные проблемы и переживания куда-то исчезают, оставляя место непонятной безмятежности. Ола познакомила его со своими родителями. Майро с Еленой жили на острове около тридцати лет, практически с самого своего замужества, и Ола была у них единственной дочерью. Майро давно перевалило за шестьдесят, Елена была чуть младше, хотя по их виду это сказать было трудно. Вскоре они сдружились, и порою Киру казалось, что те уже воспринимают его если не как сына, то уж точно как одного из своих родственников, по крайней мере, вскоре он сам Олу иначе как младшую сестру и не воспринимал.
А вот ребята из академии звонили редко, хотя скорее в этом был виноват он сам. Первые недели он банально выключил «запястник», а звонки на «информер» станции упорно игнорировал, даже если звонила Гера. Ответил он тогда лишь однажды… на звонок Лайм. Они несколько минут смотрели друг на друга, и Кир тогда впервые почувствовал, что его молчаливая собеседница, по ту сторону экрана, прекрасно понимает бурлившие в его груди чувства: горечи, обиды, злости и растерянности. А еще ее огромные фиолетовые глаза точно говорили: «Держись парень, держись». В тот день они так и не сказали ни слова, но после этого звонка Кирилл разблокировал «запястник», а также сам связался с друзьями и попросил извинения за свой эгоизм. Конечно же его простили. Правда, Гера как всегда плакала, а Айко рвался оседлать глайдер и рвануть к нему, но всех осадил Андрей. Малышев глянул на потупившего взор Кира, затем оглядел столпившихся у экрана друзей и сказал:
– Кир, мы беспокоимся за тебя, но я все понимаю и думаю, что тебе пока нужно побыть одному, привести мысли в порядок. Не беспокойся, твою Геру мы в обиду не дадим, а к осени, если Дорнер тебя не простит, обещаю, все будем у тебя, чего бы это нам ни стоило.
Кирилл улыбнулся и посмотрел на проплывающий под крыльями океан. Сегодня он вполне оправдывал свое название. Безбрежная искрящаяся на солнце гладь, иногда нарушаемая бегущим по ней катером или траулером. Как ни странно, в последнее время Киру даже начала нравиться его новая работа, но звезды… звезды звали, манили, очаровывали. По вечерам он часто сидел на веранде своего служебного домика и подолгу смотрел в ночное небо. Мечта никуда не делась, она просто притаилась где-то в глубине души, ожидая своего времени. А еще эти странные сны…
Почти каждую ночь он вновь оказывался на том незнакомом берегу, усыпанном необычными светящимися цветами. И почти всегда чувствовал присутствие кого-то незримого. Правда, незримый собеседник не особенно тревожил его расспросами, и в основном они сидели молча, смотря либо в звездное небо, либо на ночной океан, который светился порою не хуже звездного небосклона. Да и его присутствие Кирилл чувствовал чисто интуитивно. Несколько раз он пытался заговорить с невидимкой, однако это удалось только единожды и то по инициативе этого незримого незнакомца. Кира интересовал раскинувшийся внизу холма город, но все попытки дойти до него оканчивались неудачей. Казалось, стоило спуститься с холма, и ты очутишься на его освещенных улицах, но все попытки оканчивались ничем, точнее, к удивлению Кира, он постоянно возвращался к тому месту, откуда начал.
– Ты не дойдешь, – неожиданно раздался знакомый голос, после того как его очередная попытка провалилась.
– Почему? – спросил Кир, обессиленно усаживаясь на траву.
– Потому что это город счастья.
– Счастья? – удивился Кирилл. – А разве есть такой город?
– Есть, – в голосе невидимки послышалась легкая грусть. – Есть, но для каждого он свой и дойти до него не так просто, а для многих он вообще достижим лишь в их мечтаниях.
– Понятно, – Кир усмехнулся. – Значит, этот город, как и само счастье, нечто абстрактное.
– Ты так думаешь?
– А я не прав?
– Возможно, – не стал спорить невидимка.
– И все-таки странный сон, – Кир откинулся на спину и уставился в усыпанное звездами небо.
– А сон ли? – спросил невидимый собеседник шепотом. – Сон ли?
После этого разговора странные сны перестали сниться совсем, лишь изредка в тот момент, когда еще не заснул, но уже находишься на грани яви и сна, Кир слышал тихий шепот незнакомца, который задавал знакомые вопросы. Но вскоре смолк и он.
Эти сны все же заставили Кира сходить в местную больницу и пройти полное обследование, которое, правда, показало, что он полностью здоров. Впрочем, ничего другого Кирилл и не ожидал.
Двигатель все же заглох. Шестилопастной металлопластиковый винт сделал еще пару оборотов и замер. Гидролет тут же попытался завалиться на правое крыло, и Киру потребовалось определенное усилие, чтобы не допустить этого. Спирс, усевшись в кресле на задние лапы, беспокойно смотрел на остановившийся мотор, озабоченно шевеля усами.
Кирилл усмехнулся. Сидя так, Шустрик напоминал ему страшно похудевшего суслика. Умная машина бросила взгляд на хозяина, точно спрашивая, чему он так радостно улыбается, когда положение аховое.
– Не бойся, все нормально, – бросил Кирилл, всеми силами стараясь удержать в воздухе непослушную машину, одновременно снижая высоту.
Наконец днище машины коснулось воды, и Кирилл облегченно вздохнул. Гидролет не был оборудован какими-либо современными средствами спасения, если не считать, конечно, парашюта, причем не антигравитационного ранца, а обычного – матерчатого. Да про прыжки с подобными приспособлениями Кирилл видел только в каком-то древнем фильме, а уж воспользоваться им самому… да избави бог. Наконец гидролет замер, чуть покачиваясь на волнах. Кирилл несколько минут сидел, откинувшись в кресле и рассеянно слушая плещущуюся о борта воду, затем усмехнулся и вылез из кабины на нос своего летательного аппарата. Ситуация сложилась прямо уникальная… Как говорил их преподаватель по выживанию: «А кто будет спасать спасателя?»
Тайлер осторожно выглянул из-за угла и мысленно выругался. Еще двое стоят перед дверью точно на почетном карауле. Он посмотрел на датчик пистолета и указательным пальцем передвинул регулятор мощности на полную. Энергии, конечно, сожрет в три раза больше, но зато, если у этих нет усиленных бронников, то уж наверняка. Оружие звонко фыркнуло, выбросив из ствола короткую вспышку энергоразряда, и один из стоявших, коротко вскрикнув, стал заваливаться вправо, его напарник непонимающе посмотрел на товарища, затем схватился за висевший на поясе пистолет, но второй выстрел заставил его рухнуть на пол.
– Чертовы любители, – пробормотал охотник, подходя ближе и подбирая пистолет, выпавший из рук одного из охранников. – «Токмат-17», странно.
Тайлер откинул оружие в сторону. Что-то было не так. Слишком все просто. Охранники на внешнем периметре вообще какие-то пацаны – он их даже трогать не стал, просто обошел сторонкой, причем особо не таясь. Тайлер вздохнул. Не похожи эти ребята на тех, кто участвовал в захвате – совсем не похожи. Там работали профессионалы, а здесь какие-то обычные бандюги, косившие под профи. Это видно не только по их безалаберности, но даже по оружию, да ни один из настоящих охотников даже не взял бы в руки семнадцатый. Массивный, малозарядный да еще кучности стрельбы никакой, мощность – одна насмешка. Такими только лохов пугать. Однако разное отребье его почему-то любило, наверное, из-за дешевизны и надежности. Охотник быстро обшарил карманы убитых и, не найдя ничего, озадаченно хмыкнул. Ни документов, ни карт, ни даже наручных коммуникаторов. Все это уже стало сильно смахивать на банальную подставу. Тайлер осторожно толкнул дверь и, быстро отскочив назад, растянулся на полу за ближайшим трупом, ожидая всего чего угодно, от шквала огня до боевых андроидов. Однако за дверью оказалась лишь пустая комната со скорчившимися в углу пленниками.
Тайлер несколько дней готовился пойти на контакт с семьей Курозаки. Ломиться внаглую означало подставить под удар и себя, и их. Семью пасли, причем пасли основательно. Черт, какого фига он подвязался на это дело? Свою часть задания он уже выполнил и мог бы возвращаться назад, тем более что его ждал сын, так нет… решил погеройствовать. А все эти вечно насмешливые глаза его начальницы: стоило только этой женщине глянуть на него, как он вытянулся в струнку и только что честь не отдал. Начальницы? Тайлер усмехнулся. Похоже, он уже сам себя поставил на службу земной разведке, хотя, с другой стороны, чем это плохо?
И вот теперь он здесь, а его противники – несколько групп профессионалов, так же как и он, наблюдающих за домом семьи Куро. Почему те до сих пор не взяли жену Курозаки и ее детей, он понять не мог. Судя по всему, следили за ними давно, а значит, просто могли захватить и тупо выбить местонахождение Куро. Хотя тот вроде упоминал, что жена не знает о его нынешней работе. Вообще этот Курозаки был весьма упорным и подозрительным человеком, за проведенный вместе месяц Тайлер это прекрасно успел почувствовать на своей шкуре и, после того как сдал его земным агентам, только облегченно вздохнул.
Теперь оставалось решить проблему с семьей. Возможно, следившие уже знали о том, что жена не в курсе местонахождения мужа, и просто выжидали, когда тот объявиться или даст весточку. А может, просто шла какая-то невидимая подковерная борьба между различными службами, и рядовым агентам тупо приходилось терпеливо ждать отмашки. Как бы там ни было, надо решать проблему как можно скорее, ибо эта затянувшаяся «идиллия» могла закончиться в любую секунду. Она и закончилась.
Тайлер в тот день как раз завершил разработку плана, который позволил бы ему с наименьшим сопротивлением вывезти семью Куро с планеты, и уже готовился к его реализации, когда заметил, что около дома Курозаки началось какое-то движение. Ребята действовали четко и быстро, две полупрозрачные фигуры перемахнули через невысокий заборчик и ринулись к дому. На захват жены и младшего сына Куро ушло меньше пары минут, но охотник этого уже не видел, поскольку со всех ног мчался наперехват старшей дочери Курозаки, которая в это время должна была возвращаться из школы. Девочку он успел перехватить, и сейчас она должна быть в местном космопорте – единственном месте на этой планете, где есть терминал дальсвязи.
Тайлер вздохнул и, бросив взгляд на свой коммуникатор, поднялся с пола. Весь его штурм занял меньше десяти минут, плюс полчаса, пока он сюда добирался. Хорошо хоть, это место он вычислил заранее и даже просчитал возможность проникновения, как задницей чувствовал, что придется. Осторожно зайдя в комнату, он огляделся – пусто. Небольшая комнатушка где-то три на четыре метра, пара шкафов, стол и три стула да связанные в углу пленники, которые с испугом смотрели в сторону охотника. Рты залиты специальной пеной, поэтому не кричат, хотя пацан испуган до предела, да и женщина выглядит не лучше. Снимешь кляп – такою истерику устроят, значит, надо сперва успокоить.
– Тихо, – Тайлер поднес указательный палец к губам. – Я от вашего мужа. Ребят в коридоре я снял, но на улице еще пятеро, так что обещайте не кричать, когда уберу кляп. Хорошо?
Женщина быстро кивнула и бросила взгляд на заплаканного сына, тот посмотрел на охотника, затем на мать и тоже кивнул. Он склонился над пленниками, чтобы убрать пену, как вдруг увидел, что глаза женщины испуганно уставились куда-то вверх, затем снова на охотника. Генсер мысленно чертыхнулся и, бросив оружие на пол, медленно поднял руки вверх. Потолок над ним неожиданно ожил, и на пол спрыгнули три полупрозрачные фигуры, через мгновение превратившиеся в людей, облаченных в необычные сетчатые костюмы. Один из них подошел к охотнику и нанес ему резкий удар кулаком в голову.
«Надеюсь, девочка успеет», – подумал Тайлер, проваливаясь в темноту.
Глава 2
– Господин Мацуто, вас ожидают. – Молодая женщина, одетая в традиционное кимоно, коротко поклонилась и распахнула дверь.
Томано бросил заинтересованный взгляд на служанку, отметив ее миловидность и, улыбнувшись, шагнул внутрь комнаты. Дверь позади него с легким шелестом закрылась.
– Рада, что вы в таком хорошем настроении господин Мацуто.
Раздавшийся из глубины полутемной комнаты тихий женский голос заставил Томано вздрогнуть и быстро стереть с лица мечтательную ухмылку.
– Госпожа Хибика, да не зайдет за горы солнце вашей вечной красоты, – Мацуто быстро поклонился, замерев в такой позе.
– Перестань, Томано.
Вспыхнувший тусклый свет осветил диван с полулежащей на нем девушкой. Томано выпрямился и, бросив взгляд на лежащую, улыбнулся. Та улыбнулась в ответ и поднялась с дивана. Шелковый халат, украшенный золотыми драконами, распахнулся, открывая взору Мацуто прекрасное белоснежное тело.
– Хибика, – Томано неуверенно посмотрел на приближающуюся девушку.
– Ты чего-то боишься, дорогой?
– Мы в доме твоего отца, если император узнает, мою голову тебе принесут на обед.
Женщина улыбнулась и, подойдя вплотную, обвила шею Томано своими руками.
– Этот старик уже давно мною не интересуется, впрочем, как и моей старшей сестрой, он помешался на мысли о той искусственной девчонке. И все делает из этого страшную государственную тайну, хотя все придворные об этом уже знают.
– Ты недооцениваешь отца… – начал Томано, но теплые губы девушки прервали готовые вырваться возражения. Халат с легким шелестом соскользнул на пол.
Томано лежал рядом с задремавшей девушкой и напряженно думал. Ситуация складывалась хуже некуда, с одной стороны, император уже проявлял недовольство им, с другой – Хибика упорно уговаривала Томано как можно дольше затягивать поиски беглянки. Мацуто вздохнул. Эта девочка его пугала. Мало того что внешностью она мало походила на уроженку Империи: высокая, с правильными чертами лица, белоснежной кожей и необыкновенными золотистыми волосами – все это она унаследовала от матери, уроженки одной из планет Романской республики, так она еще люто ненавидела отца. Хотя понять ее ненависть вполне было возможно. Император приказал казнить ее мать, заподозрив ту в измене с одним из своих приближенных. Заодно казнили и самого приближенного, а также часть его родственников. Поговаривали, что казнь жены была просто поводом, для устранения неугодных, принадлежащих к довольно влиятельному клану, и женщину просто принесли на заклание политическим интересам. Впрочем, скорее всего, так оно и было. Идти против некоторых влиятельнейших кланов было рискованно даже императору, а так… измена государству и вопрос с устранением неугодных решен, никто и не пикнет. Только вот дочка осталась, и она не простила отцу такого политического хода. Потихоньку подрастая, взрослея, девочка за спиной отца стала обзаводиться нужными связями, знакомствами и теперь представляла грозную политическую силу, поддерживаемую противниками нынешней власти. Однако эта малышка была еще и гением политики, ибо до сих пор император даже и не подозревал о существовании столь могущественной оппозиции, хотя, возможно сама принцесса толком не понимала, какую гидру она создала. И все же не зря Томано ел свой хлеб и пил свое саке, он буквально вычислил эту «гидру» на кончике пера. Вот только после этого открытия он несколько месяцев не мог решить, что же с этим делать. Рассказать императору можно было в любую секунду, однако можно сыграть и на другой стороне. Тем более что император в последнее время стал крайне непредсказуемым, и у Томано даже закралась крамольная мысль о его умственной полноценности. А последний месяц он даже не мог попасть на прием к властителю, хотя неотложных дел, требующих личного вмешательства императора, накопилось вполне достаточно. Однако каждый раз его встречал знакомый секретарь, который с противной ухмылочкой сообщал, что солнечноликий не изволит хотеть видеть господина Мацуто, но приказывает ему продолжать работать на благо Империи. Наверное, поэтому Томано и решился, только вот встречаясь в первый раз с госпожой Хибикой, он не мог и подумать, что так получится. Он снова вздохнул и резко сел на кровати.
– Ты уже уходишь? – спросила Хибика, потягиваясь.
– Да, – Томано встал с кровати и принялся одеваться. – Хибика, мне надо увидиться с твоим отцом, но этот его секретарь не пускает меня, не могла бы ты лично поговорить с императором?
– Попробую, – кивнула девушка. – Как, кстати, поиски?
– Тянул сколько возможно, но вчера прошла команда на захват семьи Курозаки, причем якобы лично от твоего отца и минуя меня. Похоже, я совсем впал в немилость, хотя приказа об отставке не получал, так что все это странно.
– Значит, времени совсем мало, – Хибика откинула одеяло, представ перед мужчиной во всей своей красоте.
– Похоже, – Мацуто затянул пояс и, прикрепив под мышку кобуру, надел костюм. – Хибика, прошу, не торопи события, если мы ошибемся, твой отец никого не пожалеет.
– Я знаю, – девушка усмехнулась. – Но когда-то начинать придется, а ждать я уже устала. А ты, дорогой? – Она пристально посмотрела на Томано. Прекрасная в своей наготе, с растрепанными волосами, она сейчас напомнила Мацуто какого-то злобного духа, готового вцепиться в горло очередной жертвы. Мужчина несколько мгновений рассматривал эту белоснежную фурию, затем коротко кивнул.
Кирилл закрыл крышку двигателя и устало потянулся. Солнце уже начало заползать за горизонт, а он закончил только половину дела. Так что если завтра что случится, к сожалению, придется вылетать на маленьком двухместном глайдере. Да и Эндрю с женой с самого утра отсутствовал, получив какой-то срочный вызов. Слава богу, сегодня было затишье. Кир вздохнул. Он уже несколько раз подавал заявку на выделение их станции нормального «летака» или хотя бы глайдеров другой модификации, но постоянно получал отказ. Его напарник только посмеивался, но не мешал. Как-то Киру все это надоело, и он лично заявился в региональный центр спасателей, что расположился в Веллингтоне, однако его там даже слушать не стали, заявив, что их станции вообще по регламенту кроме патрульного катера ничего не положено. Так что приходилось уже в десятый раз перебирать движки старичка гидролета. Все бы ничего, если бы не отсутствие запасных частей. Кое в чем могли помочь местные мастерские, занимавшиеся ремонтом старых траулеров, но некоторую электронную начинку местные мастера починить уже не могли, и приходилось приспосабливать современные аналоги. Еще выручал рынок, располагавшийся на соседнем острове, там за пару «единиц» можно было купить очень интересные штучки, порою весьма раритетные. Кир сперва недоумевал, откуда такие вещи у местных жителей, пока напарник не объяснил ему, что на островах осталось много брошенной техники.
– Еще до упразднения основных вооруженных сил Земли многие из этих островов находились под юрисдикцией военных, а еще раньше здесь были опорные базы сил СоТР, а до этого размещались силы ОЕС. Так что металлолома хватает. Большинство, конечно, просто ржавая рухлядь, но иногда попадается и кое-что полезное. Раньше с этим боролись, а сейчас… – Эндрю махнул рукой. – Ничего опасного тут уже нет. То, что постарее, давно сгнило, да и твои друзья из «Искателя» хорошо здесь пошерстили, хотя все равно иногда что-то да всплывает. Вот люди и собирают, потом продают, тем более анклавцы, бывающие у нас, падки на такую старину. Я это увлечение ржавым хламом не особо понимаю, но каждому свое, может, у них там какая мода. Остается только следить, чтобы никто не приволок что-то действительно опасное, но у нас люди грамотные, если что подобное находят, сразу звонят в Веллингтон, так что пока ни одного серьезного инцидента не было.
– Кирилл. – Девичий голосок, раздавшийся откуда-то снизу, заставил парня очнуться от своих воспоминаний. Он поднялся и, вытерев руки тряпкой, подошел к краю крыла.
– Ола, ты что тут в такое время?
– Отец послал сказать, что ждет тебя сегодня к нам в гости.
– А еще позднее не мог?
– Не, – замотала головой девочка. – Позднее темно будет.
– Вообще-то вопрос был риторическим, – пробормотал Кир себе под нос, направляясь к приставленной к крылу лестнице и спускаясь по ней вниз.
Засиделись допоздна. Сперва за обеденным столом, а потом просто на веранде попивая чай. Ола рассказывала родителям о своих дневных приключениях, потом Майро с Еленой ударились в воспоминания, и Киру уже в десятый раз пришлось выслушать историю их знакомства, причем каждый раз версии несколько различались. Хорошо хоть, на этот раз это была не романтическая встреча на другой планете во время атаки на лагерь ужасных монстрозубов, а то в тот раз он просто чуть не валялся под столом от приступов хохота. Зато Ола от этих рассказов была просто в восторге, тем более отец с матерью разыгрывали эту историю в лицах, превращая ее в этакий импровизированный спектакль. В принципе это все для девочки и делалось, так что со временем Кир даже стал подыгрывать, беря на себя роль того же монстрозуба. Наконец Ола угомонилась и, чмокнув всех по очереди в щеку, отправилась спать. Елена тоже покинула мужчин, сославшись на усталость, а они с Майро устроились на открытой веранде дома, неторопливо попивая кофе и перекидываясь редкими, ничего не значащими фразами. Ночь была тихая, лишь со стороны океана налетал легкий ветерок. Дом Майро стоял на склоне небольшой горы, и ночной океан был прекрасно виден с веранды, раскинувшись внизу темным безбрежным покрывалом, мерцавшим иногда таинственными огнями. Кириллу нравилось сидеть вот так, неторопливо потягивая горький кофе и смотреть на ночной океан. Мысли становились легкими и невесомыми, а все проблемы куда-то отступали. Жалко, что это удавалось очень редко. Однако всегда, когда он оставался ночевать у Майро, половину ночи он проводил на этой веранде в удобном плетеном кресле.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?