Читать книгу "Наждак. Избранные стихотворения"

«засиделся народ в интернете…»

 
засиделся народ в интернете
а стране нужен люд трудовой
пусть на дивной колымской планете
бывший хипстер помашет киркой
да
мы с тобою хипстеры
мой друг
а хипстеры не пятая колонна
на рынке политических услуг
должны мы быть
тверды
и непреклонны
но подлые настали времена
никто у нас не спрашивает цену
не нужно этой власти ни хрена
за скайп
пришьют нам скоро
госизмену
 

«неужели…»

 
неужели
от недожора
помирать
сегодня
мажору
неужели
российскому
хипстеру
спать в прихожей
как мистеру
твистеру
нет злорадства
во мне
юнцы
был бы рад
если б всё
иначе
вы
конечно
не подлецы
но попали вы
под раздачу
даже те
кто уже успел
даже те
кто еще успеет
станут частью
скопления тел
что в державе
российской
преет
и неважно
в каких чинах
сколько там
на счетах
и в ячейке
от рождения
люди прах
в этой дивной
стране-чародейке
 

«люби россию в непогоду…»

 
люби россию в непогоду
сказал и душу облегчил
но равнодушную природу
ты этим не обременил
 
 
и ты прекрасно понимаешь
природы не изменишь ритм
когда в затылок ты стреляешь
тому кто был отцом твоим
 

«в россии…»

 
в россии
презирают стариков
за то
что те
дошли
до нулевой
отметки
с которой
начинали
путь
вперед
так стоит ли в россии
долго жить
 

«сидит бабуля улыбается…»

Сидит старушка у подъезда.

Из дома вытащила стул.

Нельзя ж поставить тут скамейку:

В бюджете денег столько нет

Евг. Лесин

 
сидит бабуля улыбается
был у нее хороший стул
раз молока поела с хлебушком
то у нее хороший стул
спасибо мэрии и сталину
ой то есть путину
за стул
на шаурму хватило б денежек
поносом бабка б изошлась
а так трехразовым питанием
балует бабушка себя
во вторник среду и субботу
она ест хлеб и молоко
 

Не жалею, не зову, не плачу

 
я о современниках моих
был мятеж
а значит неудача
их ждала
и нынче голос тих
пламеневших страстью
на трибунах
поучавших толпы и царей
топот не коней
людей табунных
заглушает все
уйти скорей
надо бы с дороги
не жалеть
не плакать о минувшем
все прошло
как с белых яблонь
дым
новый гитлерюгенд
снимет лучше
фильм
как нелегко быть
молодым
 

«вымирая вымирай…»

 
вымирая вымирай
все равно
не пустят
в рай
в новый светлый мир
ну а то чем жил
отдай
без тебя
про все прочтут
все узнают
и поймут
ты же
лишнее звено
может
не совсем говно
но уж лузер
точно
дети ль внуки
все равно
будет суд
заочным
 

Памяти ИНИОН РАН

 
1
избы тоже горят
как и хаты
погибают на плахе
и каты
так что вы
привыкайте к пожарам
дорогие мои москвичи
2
пора и нам коллеги в крематорий
сей вывод очевиден и бесспорен
пора пора вослед за инионом
отправиться дорогой миллионов
читателей писателей ученых
талантливых бездарных и никчемных
иное властно
с мерою иною
оно давно уже не за спиною
и за собою прошлое сжигает
в котором только тени пребывают
3.
сколько там книг прочитано
сколько романов прокручено
так что ж теперь
все почикано
сгинуло
все мое лучшее
 
 
хрена вам суки
лысого
горят и книги
и рукописи
но вам не сжечь
не написанного
хоть есть у вас
тайный умысел
 

«даже если…»

 
даже если
отрубят голову
то останется память
на пальцах
коже тоже
есть
о чем помнить
отпечатки
не повторятся
 

«я не хочу тревожить…»

 
я не хочу тревожить
молодых
тем более
ни слова
не расслышат
им бормотанье
лузеров седых
как писк за плинтусом
голодной серой мыши
что не технологично
неприлично
и в земщине
осталось
старичьё
они же
будут жить теперь
опрично
смешно им
говорящее
сметьё
 

«впереди немного смерти…»

Что-то физики в почете,

Что-то лирики в загоне

 
впереди немного смерти
впереди так много жизни
вы физически не мерьте
вы лирически поверьте
ну-ка солнце ярче брызни
будет петь младое племя
дети сухарей не грызли
говорят что мы не в теме
нам ли с ними петь про хорста
или марш энтузиастов
по расчетам до погоста
нам быстрей но есть нюансы
как сказал чапаев петьке
хоть вполголоса но петь мы
будем лишь свои романсы
а чужого не заметим
только так на жизнь есть шансы
 

Найден очень легким

Гитлер победил, потому что ему позволили убить шесть миллионов.

Ева, 4 года

Откр 3:15—17

 
сегодня не очень темно
сегодня не очень светло
сегодня в мире тепло
и это совсем говно
 

«пришла вата…»

 
пришла вата
и нету нато
 

Vox populi

 
1.
отбракуют
через одного
иль ненужным
будет признан
каждый
не предугадаешь
ничего
ясно только
боги снова жаждут
ничего не значат имена
важно только
это снова идолы
их не остановят
письмена
хоть их выжги
на стене
хоть выдолби
2.
не боги жаждут
люди ждут
войны и крови
слёз и мора
до исполненья приговора
осталось несколько минут
не боги жаждут
люди ждут
3.
при повторении не ждите фарса
не боги жаждут
кровь потребна массам
 

Проводы 2014 года

 
записали весь мир во враги
и пошли поедать пироги
было всё
чтоб зажить по-людски
стало всё
чтобы сдохнуть с тоски
вот такое у нас новолетие
неужели и это столетие
свой отсчет поведет
от четырнадцатого
из унылого ритма
не вырваться нам
 

«как прекрасен ты…»

 
как прекрасен ты
новый мир
совершенен
в своем безобразии
ты рожден
на просторах евразии
в тусклоте
коммунальных квартир
в рассыпающихся хрущобах
в самогонных
гнилых деревнях
эх
тебе подрасти еще бы
но юнцы на лихих
конях
рвутся в бой
словно павел коган
и готовы до ганга
дойти
сердце
бьется в груди
подковой
про этапы
большого пути
будут петь
на манер светлова
по прошествии
лет двадцати
 

«не зовите россию…»

 
не зовите россию
титаником
наша родина
айсберг лихой
а весь мир
идиотом ботаником
прет на гопника
ну и герой
 
 
и очкарик не ищет
драки
просто хочет
поговорить
разъяснить
что живет
во мраке
кто взял моду
его лупить
 
 
над ботаником
ржут пингвины
облепившие
гору льда
им известен
закон старинный
люди тонут
лед никогда
 

«все иное с утра…»

 
все иное с утра
и не видит никто
вместо моря гора
вместо пика плато
в чашке кровь а не чай
не остыла еще
лучше не замечай
вставят лишнее в счет
 

«боль палача…»

 
боль палача
не утешает
жертву
ничтожество убийцы
не смешит
разбиты статуи
растоптаны мольберты
и миру прежнему
при жизни
саван сшит
 
 
труды напрасны были
в мире новом
труп скормят свиньям
догола раздев
о сколь прекрасен
молод
и невинен
тот новый мир
где вместо кладбищ
хлев
 

Вдоль па-не-лей и цин-ковых крыш

 
1.
путь славный
от рицина
до полония
проделало
отечество моё
не больно
мертвым
а живым
ирония
осталась
раз они
скотосырьё
есть
в русском
языке
такое слово
и конкурс есть
на должности
убийц
придут
ко всем
под видом
крысолова
и с ироничным
выраженьем
лиц
2.
не вечно
наше
навсегда
но хватит нам
и нашим детям
какие песни
будем петь им
когда вселенская беда
войдет в закрытые жилища
отравит воду
воздух
пищу
да станет нет
нет станет да
когда любое
наше слово
заглушит
дудка крысолова
 
 
все будет так же
как всегда
 

Мой товарищ, в смертельной агонии…

 
1.
мы с тобой
наблюдаем агонию
той вселенной
где жили вчера
и пока
в предубойном
загоне мы
попрощаться
друг с другом
пора
и совсем уже
было бы славно
перед тем
как идти на убой
не забыть бы
о самом
о главном
попрощаться бы
с прежним собой
2.
утешься тем что приговор
был хоть не смертным
но последним
и не потянут снова в суд
и что забвеньем досталетним
тебя накроют и спасут
отнимут лишнюю надежду
что ты еще когда-нибудь
ты никому не нужен
прежним
об этом
навсегда
забудь
 

«меж судетами и гляйвицем…»

 
меж судетами и гляйвицем
жить не жить
какая разница
лишь немногим посчастливится
увидать на карте гливице
 

«где вы были…»

 
где вы были
когда нас
бомбили
да мы
собственно
вас и бомбили
отвечаем
со всей прямотой
а вот что вам
ответят другие
объяснит
почему вас бомбили
раз казанскою
сиротой
мир прикинулся
мы вас бомбили
вы и сами нам то
разрешили
не стреляли
лишь подняли вой
 

«затерявшись меж лондоном…»

 
затерявшись меж лондоном
и бомбеем
я от скудной фантазии мира
балдею
как стары
все его
обветшалые мерзости
утешает лишь рост
притязаний и дерзости
 

«дональд трамп…»

 
дональд трамп
или
женщина-вамп
вот вам интрига
двадцать шестнадцать
God bless America
хрюшка не съест
спите спокойно
зачем волноваться
нам все равно
нет в америке мест
 

«утрампована америка…»

 
утрампована америка
будто русская земля
спел бы песню про два берега
да шутить уже нельзя
 

«мир сам себе…»

 
мир сам себе
не интересен
и это с ним
не в первый раз
и результат
давно известен
получит каждый
счет за газ
 

«со всех сторон…»

 
со всех сторон
окружена врагами
идет вперед
великая страна
и всем понятно
Бог конечно
с нами
а против нас
вселенский
сатана
пускай еще
в берлинах
вашингтонах
звучит веселый
идиотский
смех
не в баррелях уже
а в мегатоннах
россия измеряет
свой успех
мечтали
пушкин
тютчев
достоевский
о нынешних
великих временах
когда в сермяжном
и державном блеске
россия
обратит
весь мир
во прах
мир найден
легким
о своем решеньи
народы извещает
русский бог
все люди
братья
все они
мишени
закрыть историю
россии долг
 

Иное

 
1.
в эпоху разудалых
тренингов
стране успеха
и мечты
не нужен взгляд
с другого берега
с иным
разведены мосты
держава яростных
и вежливых
вчера еще
простых людей
растет и ширится
по-прежнему
в безумной святости
своей
она сама себя
прославила
а то
что есть
и Божий
суд
так в мире
бомбою оплавленном
ее туда
не поведут
2.
поздняк метаться
уж не подняться
средь тысячи наций
осталась одна
беда
среди миров
в мерцании светил
как же бля
заебал не заходил
а то он должен
три рубля
не отдает ни хуя
такое прошлое
такое будущее
а настоящее
тьма слепящая
блеском шоу
сиянием ящика
всем дешевым
хотя и дорогим
всем дорогим
хотя и дешевым
жизнь неизбежна
как школа
и как школа размерена
и нет ничего инфернального
его вообще не бывает
вся инфернальность
в ее отсутствии
и вообще
в отсутствии иного
 

Война и слово

 
1.
куда ты едешь
русский танк
где
остановишь
свои траки
какой тобою
выбран фланг
для сокрушительной
атаки
2.
нам не дано
предугадать
где снова
старый мир
взорвется
и кто
смиренно улыбнется
встречая
вежливую рать
3.
о война
без конца
и без краю
это русская
в мире
весна
октябрю
поклонялись
и маю
всё пустое
россии
война
изначально потребна
как воздух
как потребен был
лариным
квас
где б ни жили вы
рано иль поздно
доберется россия
до вас
4.
о русская земля
ты уже за холмом
о русская весна
ты опять в стенку лбом
то ли слово о полку
то ли задонщина
царствуй лежа
на боку
надо бы
проще нам
 

О стране и мире. Сорок лет спустя

 
человечеству враг
отечество
долг отечеству
служба нечисти
но не мечется
человечество
откупается
от отечества
 

«Одна из международных опасностей существующих тенденций – это потеря единства Запада и ясного понимания неисчезающей глобальной угрозы со стороны тоталитарных стран. Запад не должен ни в коем случае допускать ослабления своих позиций перед лицом тоталитаризма».

«воин-освободитель…»

 
воин-освободитель
воин-поработитель
воин-осведомитель
вот и вся биография
вот и вся эпитафия
новейшая агиография
гражданская русская
святость
для рядовых
такова
 

«афганской напившись…»

 
афганской напившись
крови
взрывали друг друга
герои
в крови украинской
сирийской
кому они будут
молиться
какому поганому
идолу
они посвятят
гекатомбу
когда красотой
невиданной
обрадуют мир
килотонны
 
 
***
мир труд май
июнь июль август
сентябрь октябрь ноябрь
декабрь январь
все как встарь
пениса день в феврале
праздник вагины
в марте
день памяти кобы
добавьте
еще перемены
досель
ленинским был
апрель
теперь
про мальчика адика
все помнят
с детского садика
мир труд май
июнь июль август
 

23.08.1939. 22.08.1968. 08.08.2008

 
императорский месяц
крепко пахнет парашей
в русской лагерной мессе
у нее
как у Чаши
собираются вместе
кто молчал
при аресте
не своем
а соседа
кто с танкистом
заезжим
вел о жизни
беседу
раз лет
в тридцать
иль сорок
замыкается
круг
отчего ж
этот
морок
всё внезапно
всё вдруг
 

Израильтянам

 
про амана
мордехая
и про девушку
эстер
вроде помнят
но вздыхают
о судьбе
ссср
каждый день
там шли народы
на веселый братский
пир
и не надо
про невзгоды
про анкеты
и овир
а в россии
даже гои
бросили
ливреи шить
никакие не герои
просто хочется им
жить
я ребята
гой московский
здесь родился
здесь помру
цену милости
кремлевской
знаю с детства
на пиру
чужом похмелье
тяжко будет
поутру
и аман
всех поимеет
так бросайте ж
ерунду
гномам горным
голдомойка
принесла один позор
до дамаска
птица-тройка
долетела
и топор
охотнорядца
на руси всегда
в чести
бросьте жадничать
засранцы
так
страну вам
не спасти
 

«русский и турок…»

 
русский и турок
братья навек
крепнет единство
диктаторских касс
перед прыжком
начинает разбег
новых империй
великий альянс
но обманули
берлин и пекин
самовлюбленных
кремлевских вождей
турок всегда
сам себе господин
ждите с востока
веселых вестей
 

22 июля 2016

«если мир под тебя прогнулся…»

 
если мир под тебя прогнулся
это значит что сам ты ссучился
ведь без этого не получится
никого под себя прогнуть
если б просто ты улыбнулся
когда мир тебя прогибал
он другим бы конечно не стал
но не смог бы тебя надуть
 

«воды леты…»

 
воды леты
текут за окном
и как только
покинешь ты
дом
поплывешь
в ежедневном
потоке
ты забудешь
кем был ты
во сне
и хоть в той
еженощной
мороке
крепнет память
о прожитом дне
дню пришедшему
нужно забвенье
обо всем
чем ты жил
кем ты был
каждым утром
уносит теченье
в новый мир
тех
кто прежний
забыл
 

Потоп

«принуждение к надежде…»

 
принуждение к надежде
обязательно как прежде
потому что все исходят
из наличия добра
там
у Господа на складе
в человеческой природе
нет его
давно пора
нашего спасенья ради
импорт бы добра наладить
но надеяться не стоит
Бог тот склад
нам не откроет
 

«надежда ходовой товар…»

 
надежда ходовой товар
надежда тщетная тем боле
отчаянье такой же дар
как вольный воздух
в чистом поле
 

«оно останется навечно…»

 
оно останется навечно
то непризнание беды
страсть к утешенью человечья
надежней плети и узды
тот страх пред полнотой
отчаянья
которое одно светло
то нежелание молчания
когда все разговоры
зло
 

«отчаянье…»

 
отчаянье
не бесконечно
оно тепло
и человечно
и потому
не навсегда
потом не смерть
небытие
не ужас
просто ерунда
кругом ничто
везде нигде
и бесконечно
никогда
 

«надежда первой умерла…»

 
надежда первой умерла
за ней ушли любовь и вера
и только софьюшка цела
и не боится беспредела
надежда первой умирает
и смерть ее
последний
шанс
оставить
все мечты
о рае
и оглядеться
хоть бы раз
 

«похорони надежду…»

 
похорони надежду
и возрадуйся
не поминай ее
сорокаградусной
ее шампанским
надо провожать
ее надгробие
врата свободы
отсчет
безмоисеева исхода
ты сам себе
народ
и Божья рать
 

«ни предсмертной тоски…»

 
ни предсмертной тоски
ни прижизненной
нет причин
горевать
и рыдать
не смотреть же на мир
укоризненно
и мораль победившим
читать
битвы не было
дырок в знаменах
нет как прежде
остались в чехлах
триумфатором
в белых одеждах
едет
всепобеждающий
страх
 

«когда обилие металла…»

 
когда обилие металла
грозит расплющить
твою плоть
ты вспомни
как тебя достало
бессилие
страх побороть
ты сможешь
умирать
под прессом
все лучше
чем под ним
стоять
боясь движенья
как ареста
не сметь
идти
ползти
дышать
 

«тихо лето уходит…»

 
тихо лето уходит
как жизнь
желтый лист
уже дребезжит
ну а ты
всё про тот
механизм
что тебя и меня
размозжит
 

«прежний страх…»

 
прежний страх
уже не страх
так
паутинной легкой сеткой
страх висел над головой
и случалось черной меткой
горд бывал товарищ твой
а теперь и сетки нету
жизнь не давит смерть не жмет
хочешь побродить по свету
руки в ноги и вперед
все открыто все свободны
вот вам Бог а вот порог
поезжай куда угодно
отчего ж в бараний рог
страх скрутил не человека
а страну людей народ
и не вождь потребен
лекарь
но согласья не дает
на лечение больной
приступай к работе
ной
 

Быт 6:16

 
сверху отверстие
сведешь его в локоть
по умолчанию
никаких окон
плыви не смотри
иди и смотри
у вас впереди
 

«поезд ноет…»

 
поезд ноет
ветер воет
или все наоборот
все на верфь
стремятся
к ною
но ковчег уже
построен
зря торопится
народ
 

«я вижу угрюмый ковчег…»

 
я вижу угрюмый ковчег
сутулого бледного ноя
еще был вчера человек
а нынче начальник конвоя
 
 
от качки страдало зверьё
но было легко им на сердце
спаслись и теперь ё-моё
плевать на забортный освенцим
 
 
умри ты сегодня ты лох
рыдать над тобою не стану
не знало зверьё то что Бог
ковчег повернул к магадану
 

Быт 9:21

 
папаша ной
ушел в запой
и это сделал бы любой
кому пришлось хоть раз решать
кого оставить погибать
 

«не боится потопа…»

 
не боится потопа
только тот человек
кто узнал
что не пустят
его на ковчег
 

Дорог город

«эх…»

 
эх
черно-серая москва
все в цвете про тебя
ботва
нелепо ты раскрашена
и красками расквашена
унылая и страшная
но все же пестрота
 

«вечно правящая каста…»

 
вечно правящая каста
это дети иокасты
здесь инцестом добывают
званье русского царя
и цари об этом знают
но грешат они зазря
град на сене стоил мессы
боровицкий холм инцеста
только нет того холма
и москва не иокаста
хоть сисяста и жопаста
но во все века известна
силой женского ума
«Александра, Александра,
это город наш с тобою»
семь холмов под мягким снегом
семь волхвов перед олегом
в оттепель не нужен конь
семью ноль будет ноль
 
 
а еще
а еще
а еще
а еще
ее сущность
кольцо
как воронка глотает
песок
так она
затянула восток
вместе с западом
вышел коктейль
золотая москва
вот и пей
эту смесь из судьбы
и надежд
но учтите
последний рубеж
круг бульварный
размытый рекой
ненадежен
забудьте покой
а еще
а еще
а еще
а еще я открою секрет
кремль никто никогда
и не строил
по открыткам
слепили макет
и поставили
в чистое поле
 

1987

«ты не питер город мой…»

 
ты не питер город мой
нет в тебе величья нищих
лишь в аидовом жилище
есть дворцы
где вечный вой
поездов
и вечный ветер
не такой
как в оперетте
что за воля под землей
а под этими дворцами
есть еще одно метро
то не китеж
град зеро
спустишься
и всё
с концами
питер что
один фасад
одно слово
ленинград
 

«свинцововодный петербург…»

 
свинцововодный петербург
болот и рек дворцовый круг
никем не заколдован
но вырваться не пробуй
 
 
то что у нас на песках
то у них на крови
и
на заневском проспекте мороз выдувает
любовь из подъездов
хоть еще не зима
а всего лишь конец ноября
очень холодно в городе где
только точки обжиты
а между
только сушат белье
только пьют да ругаются зря
поседевшая лысина города трех революций
треволнений тревог трех веков
и трухи кораблей
и жалка и хрупка
будто с трещиной старое блюдце
постучишь
и гнусаво ответит
смотри не разбей
на куски островов
уж давно
раскололась столица
град поэтов затих
изрыгнув золотое дитя
не рифмуется город с глаголом
а лица
не нужны площадям
на которых запретно
лишь
я
остальное законно
но меж папертью и стадионом
нет границы
как между
рекой и мостом
 

1986

Любовь и бедность

 
нищета и либидо
взяли в плен
города и предместья
накопители зверства
под бетонною шкурой жилищ
не поют здесь
про синий троллейбус
здесь любовь и печаль
неуместны
как сюда попадешь
от бетона подальше держись
 

«лишь тридцать километров от москвы…»

 
лишь тридцать километров от москвы
а вывески обшарпанней и мельче
однообразнее шумы и речи
и реже обращаются на вы
 
 
кварталы подмосковных городов
не более чем тени тех подвалов
в которых жил я точкою сверхмалой
не зная ни запретов ни замков
 

1987

«а на полустанке безымянном…»

 
а на полустанке безымянном
жизнь между экспрессом и товарным
так же преисполнена страданий
радостей желаний
как и в дальней
вряд ли существующей москве
 

«столицу анархистов…»

 
столицу анархистов
барселону
банально рифмовать
с тенистым склоном
но я по склону этому
спускался
и муравейником портовым
любовался
что делать
ежели раешный стих
растет из шоколадного
модерна
воспел бы
и карманников
твоих
но в этом точно
я
не буду
первым
 

«и наводнения бывают в праге…»

Не подчиняясь польской пропаганде,

он в Кракове грустил о фатерланде

 
и наводнения бывают в праге
где голема слепили словно кнедлик
а утопивший город всадник медный
сравним со стражем
страшным даже в прахе
 
 
язык немецкий имя дал столице
орды московской
а шрифтштеллер кафка
по-чешски не писал
но в каждой пражской лавке
фамилия его на банках для корицы
 
 
славянство это недоевропейство
набор племен враждующих исконно
то в праге русские военные колонны
то гладомор катынь
балканские злодейства
 
 
немецкий город с чешскою судьбой
стан азиатов с европейской статью
звучит девятая
все люди станут братья
да как бы не пришлось смеяться над собой
 

Безрадостная Европа

– Что ты хочешь отнять?

– Девятую симфонию.

Томас Манн. «Доктор Фаустус»

«гаврила раз пошел на принцип…»

 
гаврила раз пошел на принцип
второго раза ждут сто лет
по-прежнему тесны границы
тем у кого внутри их нет
 

«от москвы до пхеньяна грозно мы…»

Утро родины нашей розово,

Позывные летят, попискивая

 
от москвы до пхеньяна грозно мы
будем всюду врагов отыскивать
а потом за ушко да на солнышко
пусть живьем горят и корежатся
пусть каноны поют на колышках
пусть нам строят смешные рожицы
будет нашим народам зрелище
и конечно эффект воспитательный
а потом и европу в клещи мы
так зажмем что она закатится
 

«тень лиенца на русских лицах…»

 
тень лиенца на русских лицах
от русской участи не скрыться
не черчилль выдаст
свой же брат
беглец или простой экспат
вольнолюбивый демократ
иль патриот хоругвеносец
без разницы
в европе осень
 

«он ловил улетающий пепел…»

 
он ловил улетающий пепел
в свой дырявый трухлявый мешок
и никто б никогда не ответил
как он выжил коль выжить не мог
 
 
говорил что приехала мама
и что дочка нашла жениха
и от сына пришла телеграмма
и беременна вечно сноха
 
 
лишь безумия светлые тропы
по трясинам истории гать
снова в здравом рассудке европа
все равно ей кого убивать
 

«а на родине…»

 
а на родине
предков дочери
я не видел
на небо
очередь
на земле той
посмертно
всё
создано
о погибели
думать
поздно там
и когда
вместо почвы
пепел
не уйдет
из-под ног
земля
 

Монолог еврократа

 
не обижайте
путина и кима
забудьте
неприятный
запах
дыма
из тех
старинных
лагерных печей
пора
пора европе
стать взрослей
а то один народ
южнее польши
венгрии восточней
не помню я
как он зовется
точно
достал уже
своим голодомором
и у него еще
теперь раздоры
с россией
нет бы с русских
брать пример
в забывчивости
вот ссср
другое дело
это стоит помнить
вы скажете
что он уже покойник
но то была
клиническая
смерть
и царские
кремлевские
палаты
давно уж занял
врач-реаниматор
и судя по всему
в них и помрет
уж больно любит
лекаря народ
так вот
к чему
клоню я
а к тому
что надо
царя того
европе
поощрить
коль будет он
в былых границах
править
то будет избирателю
по нраву
так пусть
московский царь
себе
берет
восток европы
чтоб в узде
держать
народы крепко
а для нас
пускай поет
волшебная нетребко