Текст книги "Где оживают грёзы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gde-ozhivayut-grezy-294896.jpg)
Автор книги: Джанелла Анджелес
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)
Джанелла Анджелес
Где оживают грёзы
Janella Angeles
Where Dreams Descend
© Where Dreams Descend. Copyright
© Janella Angeles, 2020
© В. Анисимова, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2024
* * *
Посвящается мечтателям, которые редко видели себя на страницах историй и на сцене. Ваше место в лучах софитов. Никому не позволяйте убедить вас в обратном.
Действующие лица
Каллия – Звезда
Джек – Хозяин
Демарко – Волшебник
Аарос – Ассистент
Канари – Циркачка
Эразмус – Распорядитель цирка
Мэр Эйлин – Судья
Семейства
Аластор
Фраварди
Вьерра
Ранца
* * *
Не всякая магия хороша.
Мало тех, кто может ее использовать, еще меньше тех, кто обладает ею с рождения. С тех пор как закрылись Врата Зароза, наш мир продолжает заигрывать с магией, которая пролилась в воздух много поколений назад, превратив незначительное в выдающееся, а человеческое в божественное.
Но даже в божественном кроется мерзость.
Случаи исчезновения волшебниц, произошедшие за этот период, – это мерзость, на которую нельзя закрывать глаза, хотя многие пытаются сделать именно это. Совпадения? Или конкуренция? Сценарий везде один и тот же. Молчание оглушительно. В мире, где магической сценой управляют мужчины, ни для кого не секрет, что женщина, которая осмеливается заявить о себе, скорее всего, не достигнет успеха. Несомненно и другое: если пламя так старательно тушат, значит, его мощь поистине велика. Зачем уничтожать свет, если не из зависти? Подобные идеи противоречат общественному мнению и потому считаются пустыми слухами. В мире магии женщинам отведено место в тени, на ниве трудовой магии. Такой выбор поощряется. Он безопасен.
Потому что те, кто бросает вызов, чаще всего исчезают.
Лотти де ла Роза, «Фокусы с исчезновением», «Вестник Сольтера», выпуск 84
* * *
Никогда не приходите в Дом Адского Пламени без маски.
Таково было одно из немногих правил в заведении. И единственное, которое охотно соблюдал даже сам Хозяин клуба. Он сливался с морем костюмов и белых масок, наводнявших залы раз в два дня, и постоянно менял роли, переходя от одной компании к другой. Вот он бармен, а в следующую секунду уже крупье за карточным столом.
Только лицо оставалось все то же, наполовину спрятанное под маской и загадочное. Словно принц, который с наслаждением носит на голове окровавленную корону, а заодно и всех ее призраков. Лицо, почти окаменевшее в своей красоте, хотя в мягких черных глазах еще поблескивала молодость. Новых посетителей всегда шокировало его появление. Хозяин Дома, по слухам, был жесток, как дракон. Чудовище. Волшебник, который не щадит глупцов.
Только те, кто осмеливался бросить ему в лицо слово «мальчишка», понимали, насколько справедливы эти слухи.
Для остальных он играл роль демона-искусителя, провожая посетителей к бару и игорным столам или в зал, наполненный зачарованной дымкой, где можно утонуть в тщательно отобранных воспоминаниях. Тепло первой любви, головокружительное торжество после победы, бесконечная радость от сбывшихся грез. Хозяин хранил целую коллекцию ощущений, и толпы неизменно стекались сюда, чтобы попробовать эту магию на вкус.
Они понятия не имели, какое их ждет шоу.
Хозяин Дома спокойно потягивал алое виски из невысокого стакана, постукивая по широкой черной полоске ткани, прикрывавшей кастет у него на руке. Он уже давно поменял облик, непринужденно сидя за игорным столом и смакуя окружающий его хаос. Из-за соседнего столика доносились громкие крики, сопровождавшие каждый бросок костей. Девушки Дома Адского Пламени, одетые в черные пиджаки и кружевные маски, с улыбкой отказывали гостям, которые умоляли подарить им танец. И громче всего – шелест черных карт с белыми, как зубы, номерами в руках крупье. Девушка перемешала их и раздала игрокам за столом.
– Нет, хватит, – застонал один из гостей. – Я больше не могу.
– Можешь, старина. – Молодой человек в маске, украшенной шипами по краям, с улыбкой заставил своего друга сесть обратно на стул. – Мы не можем уйти. Ты еще не допил.
Пьяный друг выпятил губы и сделал еще глоток.
– Как думаешь, это правда? В меню было написано «Кровь волшебника».
– Думаешь, ты тут же обрел силы? – рассмеялся Шипастая Маска, откинувшись на спинку стула и обводя взглядом клуб. – Здесь все ищут способ прикоснуться к волшебству. Надевают маски. Показывают фокусы с картами, выкуривают воспоминания. Или поднимают взгляд и любуются… на нее.
Пальцы Хозяина клуба крепче сжали стакан, а свет в это же мгновение начал меркнуть. Танцовщицы скрылись, музыка притихла, а потом ровный, размеренный ритм сменился быстрым громким стуком, похожим на грохот аплодисментов.
Точно вовремя.
Целый оркестр из инструментов, которые он зачаровал на сегодняшний вечер, заиграл вступительную мелодию, состоящую из дикого барабанного боя и сочных звуков фанфар. Болтовня стихла, спины выпрямились. Луч света устремился к потолку. Одна из панелей над танцевальной площадкой отошла в сторону.
С потолка в зал спустилась огромная люстра.
На многоярусном каркасе из розового золота покачивались хрустальные подвески, и все великолепие это крепилось к качелям, на которых сидела артистка в маске. Люстра напоминала трон из драгоценных камней. Она отбрасывала кружевные отблески на стены, на пол и на завороженных гостей. Смуглая кожа загадочной незнакомки мерцала. Ее оттеняли алый корсет и такая же маска, украшенная драгоценными камнями. Вытянув руки, девушка изящно скрестила и выпрямила ноги. Наконец ее каблуки коснулись блестящей поверхности танцевальной площадки. Едва заметно улыбнувшись, она встала с трона и вышла вперед, резко вскинув руку и щелкнув пальцами.
Зал погрузился во тьму.
Ритм резко сменился, зал наполнили крики и гиканье, и силуэт девушки снова блеснул в тенях. По мановению ее руки зал начал пульсировать в такт стуку сердец, который Хозяин улавливал в каждом уголке клуба.
Его губы сложились в усмешку, словно отражая улыбку девушки, которая изящно выгнула спину под чистые звуки мелодии. Она раскрывалась в лучах всеобщего внимания, как цветок под солнцем. Как звезда в ночном небе.
Его звезда.
– Будь я проклят, – восторженно выдохнул пьяный гость за карточным столом, когда на ладонях у девушки начало разгораться текучее сияние. – Она не похожа на девиц из Академии.
– Не зря приехали, а? – Гость в шипастой маске хлопнул друга по плечу.
– Я не знал, что они на такое способны.
Хозяин спрятал мрачную усмешку за глотком виски. Девушка пускала в ход отличные приемы, импровизировала и дополняла любимые публикой простые иллюзии, которым он ее научил. Она превратила потолок в небо и осыпала зрителей кометами; на полу заплясал целый театр теней; пламя свечей начало мигать разными цветами в такт музыке.
Но, как истинная артистка, она предпочитала оставаться в центре внимания, лишь поддразнивая публику, чтобы им захотелось увидеть больше волшебства и самой волшебницы.
Он облизнул губы, когда пламя вспыхнуло на ладонях девушки, разрослось в арку у нее над головой и дугой окружило ее тело. Огонь плясал, подстраиваясь под каждое ее движение, а она вкладывала в него все силы. Если не будет следить за собой, то, как всегда, перестарается, потому что не умеет вовремя остановиться. Сдержаться.
Осторожничать она никогда не умела.
Перед ней, шипя, рассыпались искры, но девушка бесстрашно прошла через охваченную пламенем сцену, покачивая бедрами и сверкая улыбкой.
– Таких волшебниц лучше держать в тайне, – продолжил Шипастая Маска. – К тому же это слишком скандальное занятие для девушки. Только в клубы их и берут.
– Очень жаль. Представь, каково было бы состязаться с такими, как она.
Хозяин замер и перевел взгляд на свой стакан.
– Опять ты за старое. Эта листовка просто чья-то шутка. – Шипастая Маска хлопнул ладонью по столу и застонал сквозь смех. – Розыгрыш.
Пьяный гость ощупал свой сюртук и вытащил из нагрудного кармана грязный, скомканный кусочек бумаги.
– Все правда. Такие разбросаны в академиях, в Деке, в Новой Короне и…
– Это розыгрыш, – настойчиво повторил Шипастая Маска, но все же развернул листовку. – Иначе и быть не может. В этом городе никто не бывал уже лет сто, и там никогда не стали бы устраивать подобные игры.
– Так ведь от этого только интереснее, тебе не кажется? – Вокруг них снова поднялся рев одобрительных возгласов. Пьяный друг с самодовольным видом продолжил потягивать из бокала. – Только представь. Если бы она решила поучаствовать, весь город взорвался бы от таких новостей.
– Ну-ну. Как будто такое возможно, – ухмыльнулся Шипастая Маска. – Такую, как она, соперники бы просто сожрали живьем.
– Это потому, что она?..
Шаловливо приподняв бровь, человек в шипастой маске смахнул листовку со стола и потянулся к забытым картам.
– Ну что, продолжим игру?
Не успел он подать знак крупье, как за стульями друзей вдруг возник сам Хозяин и ухватил молодого человека за запястье железной хваткой. Тот вскрикнул. Невидимая сила опрокинула его бокал, а из его рукавов посыпались спрятанные в них карты.
– Это что такое? – Хозяин наклонился и с пугающим спокойствием подобрал несколько из них. – Шулерство? В моем доме?
Гость замер, узнав Хозяина по кастету на руке.
– Откуда вы… То есть… – выговорил он, лихорадочно ощупывая рукав. – Это невозможно. Они не мои, клянусь.
– Тогда откуда они взялись?
На его лбу выступил пот, а лицо стало бледнее белой маски.
– Я показывал карманы на входе. Честное слово.
«Честное слово». Лучше ничего не придумал? Хозяин чуть не рассмеялся вслух.
– Хочешь знать, чем расплачиваются обманщики в моем заведении? – В его словах не было милосердия. Лишь приговор, поданный в бокале со льдом. – Воспоминаниями.
– Нет, пожалуйста! – Губы гостя задрожали. – Я не… Я сделаю все, что нужно!
– Но именно это мне и нужно. – Хозяин поднялся из-за стола и коротко взмахнул рукой. Шулер ахнул и упал на пол, хватаясь за невидимую цепь, обвившую его шею. Резкое рваное дыхание раздавалось за спиной у Хозяина, пока он тащил своего пленника к комнатам для ку– рения.
Гость закричал, но его никто не услышал. Никто ничего не видел, и всем было все равно. Все взгляды устремились к звезде представления, которая готовилась выбрать партнера для танца. Пьяный друг, ничего не замечая, поднес к губам полупустой бокал «Крови волшебника», а потом поднял руку повыше и начал размахивать, как все остальные. Пойманный шулер начал сопротивляться еще отчаяннее, но его крики застревали в горле, а его тело стало невидимым по мановению руки Хозяина клуба.
Тот издал смешок, бросив на жертву презрительный взгляд.
– Так ты только растягиваешь свои мучения. От одного воспоминания еще никто не умирал.
Все огни вокруг них вдруг мигнули, и Хозяин помедлил. Воздух сделался неподвижным. Все померкло, стало смутным, как во сне.
Сначала он не придал этому значения, но потом заметил движения гостей – их поднятые руки махали медленно, едва двигаясь. Их восторженные крики стали тише и превратились в протяжный рев, как будто звук с трудом продирался сквозь плотный воздух. Сквозь время.
– И куда же вы собрались?
Ее голос остановил Хозяина, обволакивая своим звучанием. Пойманный шулер притих, тяжело дыша. По его бледному лицу стекал пот. Танцовщица преградила им путь, хотя все взгляды по-прежнему были обращены туда, где она только что стояла в лучах софитов. Как будто она по-прежнему оставалась там.
Впечатляюще.
Ее красный корсет блеснул, когда она качнула бедром и показала на человека, лежащего на полу.
– Я выбираю его.
Вечно она все усложняла.
– Каллия, – предупреждающе прорычал Хозяин.
Та улыбнулась.
– Джек.
– Выбери другого. Это мошенник.
Она надула губы, будто сомневаясь.
– Так позволь мне проучить его. Не сомневаюсь, так ему понравится больше. – Девушка перекинула ногу через распластанного на полу шулера, оказавшись прямо над ним. Ее пальцы поманили его. – Музыка зовет, мой милый. Давай повеселимся.
Ужас, охвативший молодого человека, тут же превратился в восторг. Он смотрел на танцовщицу так, будто готов был целовать землю под ее ногами. Как только гость взял ее за руку, зал вернулся в свой оживленный ритм, и музыка снова сделалась бодрой. Крики и возгласы тоже зазвучали с привычной скоростью. Публика взорвалась, когда увидела, что очаровательная артистка оказалась прямо среди них, увлекая за собой выбранного партнера.
Танцовщица обошла Хозяина, непринужденно положив ладонь ему на грудь, заставляя его отступить. Он заметил, что руку она убрала не сразу. Ни капли страха, в отличие от большинства. Их взгляды на мгновение встретились, а лица, скрытые масками, оказались в нескольких дюймах друг от друга.
Никто не смел подходить так близко. Ни к нему, ни к ней.
Только они двое не боялись приблизиться друг к другу.
В зале снова поднялись крики и свист, и она оттолкнула его, нахальная, точно кошка. Увлекая гостя за собой, танцовщица проложила перед собой две огненные дорожки, чтобы осветить путь и не позволить никому последовать за ними на сцену, и пошла вперед, не оглядываясь на Хозяина, который провожал ее взглядом.
Он сжал в кулаке карты, с помощью которых провернул фокус. Они уже выполнили свое предназначение и теперь растаяли, превращаясь в дымку, а с ними и листовка, которую Хозяин успел прихватить.
Он даже читать ее не стал. Бумага умерла в пламени, вспыхнувшем у него на ладони. Завитки дыма поднялись между пальцев, защищенных кастетом, а когда Хозяин разомкнул кулак, на пол посыпался лишь пепел.
Акт I. Входит Волшебница: Принцесса с коготками, которая мечтает о крыльях
1
Кошмар вернулся, осязаемый, как плоть.
Сначала серое небо над головой. Потом пальцы, зарывающиеся во влажную каменистую почву. Пальцы Каллии. Прерывистое дыхание царапало горло, как осколки стекла. Она пыталась отползти от чего-то ужасного, нависшего прямо над ней.
Чудовище.
Его огромная тень потянулась к ней, застилая свет.
«Нет!»
Это слово сорвалось с ее губ, беззвучное и бесполезное. Беспомощное. Она обратилась внутрь себя, чтобы призвать огонь, молнии, любую страшную стихию, лишь бы отогнать зверя. Но у нее, как всегда, ничего не вышло. Силы ее покинули.
Тень догнала ее, и все погрузилось во мрак.
Каллия резко проснулась, вцепившись в одеяло. На ткани остались дымящиеся подпалины и черные дорожки, процарапанные ногтями.
Горничные никогда ничего не говорили, обнаруживая обожженное белье, а Каллия давно уже не пыталась спрятать эти следы. Она просто уходила в свою оранжерею, оставляя прислугу уничтожать улики. Вопросов никто не задавал. Хоть какая-то польза от того, что в Доме ее все сторонились.
Тревога улеглась, когда Каллия распахнула скрипучую стеклянную дверь, ведущую в комнату, заполненную яркими красками и сладким влажным воздухом. Утреннее солнце поблескивало над головой, проникая сквозь мутноватое сине-зеленое стекло, покрывающее стены и потолок прозрачными чешуйками. Каллия поморщилась от света, жалея, что не может вернуться в кровать. По утрам после выступлений в клубе у нее ужасно ныли кости и мышцы. Эту усталость она воспринимала как почетную награду. Когда переутомление было особенно сильным, ей требовался долгий отдых, чтобы прийти в себя, но сейчас она боялась снова лечь спать. В темноте ее ждало чудовище.
А в ярком свете оранжереи кошмары не имели на ней власти.
Вода полилась с ее ладони, когда Каллия пошла вдоль рядов пышных оранжевых роз с пурпурными краями, крапчатых орхидей высотой с дерево и темно-синих луноцветов, которые светились по ночам. Каждый раз, когда Каллия осваивала новый прием, Джек вручал ей мешочек с семенами. «Это потенциал», – говорил он, ни словом не намекая, что из них вырастет. Но все они, распустившись, занимали достойное место в ее коллекции.
Куст алых роз с цветками размером с голову – за то, что впервые призвала огонь.
Персиковые тюльпаны, крошечные, как подушечки пальцев, – за то, что научилась извлекать из инструментов.
Золотые сирении с изумрудными серединками – за то, что сумела сделать металл и дерево податливыми, как глина.
Каллия успокаивалась, гуляя по оранжерее, – единственному место в Доме, которое принадлежало ей одной. Каждый яркий, живой цветок напоминал ей о том, что она не беспомощна. Что сны могут лгать.
Солнце еще не закончило подниматься по мутному небосводу, когда Каллия полила все растения. Она забралась по стене, увитой лозой, и присела на заржавевший край крыши. Все ее тело дрожало от усталости, но ветер сорвал с нее последние обрывки сна, перебирая волосы, теребя ночную рубашку, холодя голые ноги. До земли было больше двадцати футов.
Ей нравилось забираться как можно выше. Отсюда открывался вид на верхушки деревьев, густые и темные, похожие на острые шпили, освещенные поднимающимся солнцем и окутанные утренним туманом. Дикая Чаща раскинулась на много миль во все стороны, обступая высокие стены вдалеке. Даже на таком расстоянии можно было отчетливо разглядеть массивные угловатые ворота города. За ними виднелись крупные силуэты: здания – наверное, особняки, – похожие на горы. Гордо высились башни, которые, быть может, служили украшением дворцов. Смутные очертания напоминали детали головоломки.
Город назывался Глориан.
Каллия могла бы часами любоваться этим видом. Дикая Чаща, разделявшая Дом Адского Пламени и Глориан, походила на огромный океан, но другие города Сольтера находились еще дальше отсюда. Казалось, что на этой безлюдной половине острова вообще ничего больше нет. Джек упоминал другие города далеко на востоке и рассказывал об окружающем их море. Каллия мечтала увидеть все своими глазами. Но стоило ей упомянуть Глориан, и непринужденная улыбка Джека меркла.
– В этом городе не место таким, как мы с тобой, – сказал он как-то раз.
– Но почему? – ощетинилась Каллия, уловив ложь. Он считал, что умеет скрывать все свои чувства, но она заметила, как задорный огонек в его глазах сменился слоем льда.
– Там не слишком-то ценят сценическую магию.
– А трудовую? Я могу притвориться простой работницей и постепенно подняться по карьерной лестнице. Серьезно, ведь все клиенты…
– Поверь мне, огневичка, это место не стоит твоего времени. – Джек наклонился к ней, чтобы заправить выбившуюся прядку за ухо. – И потом, здесь и так все есть. Чего тебе еще желать?
Большего.
Большего, чем сцена, которая принадлежит ей лишь по вечерам. Большего, чем маска без имени.
Джек, разумеется, и так все это знал. И, как и следовало ожидать, его отказы и предостережения лишь разжигали любопытство Каллии. Она столько раз пыталась разузнать что-нибудь о далеком городе, что Джек запретил ей об этом упоминать. Тогда Каллия обратилась к одной из своих личных наставниц, но даже Санья, которая наизусть знала энциклопедии и всегда готова была поделиться знаниями, не дала ей внятного ответа.
Вскоре она покинула свой пост – в Доме никто надолго не задерживался, – и Каллия осталась одна со своими вопросами и желаниями. Бессловесные и беззвучные, они все же продолжали жить у нее внутри.
Ветер усилился, щекоча ей ноги краешком ночной рубашки. Каллия едва не задрожала от внезапного холода, но вид Глориана удерживал ее на месте. Запретный плод. Она представила, как спрыгивает с крыши и босиком отправляется в город через Дикую Чащу. Ей так хотелось узнать больше. Хоть что-то. Самую малость. Неизвестность звала к себе.
Казалось, этот зов не утихнет, пока она не ответит на него.
Каллия наконец отвела взгляд и лениво потянулась, вскинув руки над головой. Восходящее солнца уже ласкало ее кожу, прогоняя утреннюю прохладу.
Времени оставалось мало, скоро Джек пришлет за ней.
Отыскав в кровле дощечку, которая стояла слегка неровно, Каллия приподняла ее. В небольшое углубление помещалось немного: несколько красивых листьев, одинокая потрепанная ленточка, принесенная ветром, и главное сокровище – тонкий, грязный лоскут ткани, на котором была вышита цветущая бордовая роза. На первый взгляд это была невзрачная вышивка размером не больше ладони, но, рассмотрев ее поближе, можно было заметить, что лепестки розы покачивались и изгибались, будто под дуновением ветерка.
Каллия украла лоскут у Джека после смерти его отца, прошлого Хозяина Дома. Эта вышивка оставалась единственным подтверждением того, что когда-то у нее была другая жизнь. Лоскут нашли в колыбельке, в которой кто-то оставил ее посреди Дикой Чащи. Но кто это был и откуда, Каллия не знала. В детстве она не задавалась такими вопросами, а потом, когда они все же появились, ответом было лишь молчание Джека.
Каллия обвела пальцем контур розы – вечно цветущее сердце сада. Напоследок прижав лоскут к груди, она положила его обратно, чтобы взять в руки еще одно сокровище.
Последнее в ее коллекции: помятый листок бумаги, плотно сложенный, чтобы уместить его под дощечку. Иначе он бы не сохранился.
Каллия развернула потрепанную листовку. В центре был изображен черный цилиндр, а под ним – броские витиеватые буквы с вензелями, похожими на лепестки. Большая часть объявления стерлась, и на странице остались лишь обрывки манящей мечты.
Цирк Триумфаторов представляет…
состязании
волшебников
Глориан
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?