Текст книги "Истории о Призрачном Замке. Тринадцать башен"

Юкт думал, что заслужил быть магом. Никто не помогал ему, никто не платил за обучение. Никто не принес ключи от кандалов, никто не внёс деньги, которые он задолжал городу. Каждый день на галере уменьшал долг на десятинку рихта, а суд насчитал их пятьдесят. Полтора года Юкт был гребцом на галере и успел многое пересмотреть в своей жизни, а когда срок его подошёл к концу, он отправился в Свод Диосии и встал в длинную очередь желающих стать магами.

Они стекались со всех концов света сюда, в Морантану, и из сотни отбирали одного, а потом одного из десяти отобранных оставляли для обучения. Не было никаких сложных задач, никаких тестов – каждый должен был показать, на что способен. У некоторых и вправду были задатки – одни могли угадывать погоду, другие находили пропавшие вещи. Юкт умел отводить удар кнутом.

Он научился это делать через три месяца на галере, когда в очередной раз громила Мун, вставший не с той ноги, решил пройтись по сгорбленным спинам. Он называл это умным словом «профейлатика». Юкту угораздило встретиться с ним взглядом, а это означало, что уж теперь его непременно полоснут минимум дважды. Он весь сжался, ожидая удара, представил, что он в пузыре, который защитит его от любой угрозы, и услышал, как плётка звонко щёлкнула по скамье рядом с ним. Он вздрогнул, кнут вновь ударил в дерево. Довольный, Мун принялся охаживать соседа по скамье, и раб почувствовал запах крови, выбиваемой из кожи веревкой.

Тогда, в Своде Диосии, стоя перед усталым старцем в темно-зеленом плаще, он сказал, что умеет защищать свое тело с помощью магии. Старик рассмеялся, позвал другого. Второй маг был моложе и настроен менее скептично – он взял в руку яблоко, лежащее в вазе с фруктами, и запустил им в Юкта, прибавив ему скорости потоком гравитации. Плод ударил кандидата в грудь и ушел в сторону, не причинив вреда. Старик от удивления открыл рот.

– Где ты учился?!

Парень пожал плечами:

– На галерах.

– Не умничай, отвечай с уважением!

Юкт понял свою оплошность и поклонился:

– Я не имел чести обучаться в школе магии, благородный господин, этот дар у меня с рождения.

Дедок успокоился, лесть удалась.

– Любопытно. Возьмём его, Сакро?

– Давай дадим парню шанс.

Только через год Юкт узнал, что его способности были не просто годными, а потрясающими, и если бы он тогда развернулся и ушел, старый маг бежал бы следом, умоляя кандидата остаться. На овладение эфиром уходили многие годы. Ученики богатых родителей, не имеющие за душой никакого таланта, кроме ежегодного взноса в казну Свода, за весь период обучения добивались куда более ничтожных результатов, что, впрочем, не мешало им впоследствии становиться успешными предсказателями или врачевателями. Вот только в Свод Диосии путь им был заказан.

Юкт наслаждался свободой и властью недолго. Однажды его вызвал ректорум и сообщил, что дальнейший прогресс в Своде невозможен без посвящения в общество Истинных, и магу выпала честь в него вступить. О, если бы Юкт знал, на что он идёт! Всю жизнь он делал глупые ошибки – сначала влез в долги ради гиблого дела с книжной лавкой, теперь попал в руки Монарха.

Этот человек, если он человек, не щадил никого. Он держал в страхе весь Свод, о нем ходили разные легенды – что он владеет Планом Пути, как древние, что нет от него спасения даже за Закрывающими Камнями, что Монарх способен разрушить огненным ударом крепостную стену, а его молнии оставляют от человека горстку пепла. Что любой глупец, вставший у него на пути, погибает быстрой и жестокой смертью. А ещё говорили, что это он, Монарх, на самом деле правит Морантаной.

Юкт вышел из каюты, поглядел на горизонт с висящим над ним солнечным диском, спрыгнул на деревянный причал и направился к берегу. Сегодня он уже не поедет на большую землю, слишком поздно. Маг поднялся по тропинке к невысокому сооружению на склоне холма, стоящего в центре маленького островка, отворил деревянную дверь, развел огонь в очаге и развернул свёрток с потрошеной рыбой, которую отказались забирать туристы.

Он зарабатывал, развлекая приезжих – они рыбачили или просто пили вино, любуясь видами с борта Миреи. Так он назвал свою яхту, чтобы не забыть родины, которую никогда теперь не увидит. Юкт бросил макрель на сковороду, поставил чайник и уселся на скамейку, наблюдая в открытую дверь, как медленно спускается в воду раскалённое солнце. Он ненадолго задумался, вспоминая последние годы в Морантане, полные стыда и страха, и не заметил, как на тропе, ведущей к причалу, появился человек. Его вид всколыхнул в Юкте забытые образы, он на секунду почувствовал призрак надежды, но тут же взял себя в руки.

Человек приближался. На нем был плащ по колено, капюшон незнакомец откинул, подставив морскому ветру красивое лицо. Он был коротко стрижен, крепок и шагал уверенно. Юкт наблюдал за ним, отстраненно размышляя. Что он забыл на одиноко стоящем островке? Возможно, у него проблемы с двигателем, или шхуна дала течь? Иногда любители парусного спорта не замечают, что у них кончился дизель, а когда ветер меняется, не могут вернуться на материк без моторного хода, и им приходится клянчить топливо у всех подряд. Возможно, он из этих.

Человек поднялся, заглянул в домик и весело улыбнулся.

– Господин Юкт, все верно? Мне сказали в марине, что сегодня вы ночуете здесь. Я не помешал?

Отшельник перевернул рыбину на другой бок и ответил:

– Помешали. Но, раз уж вы здесь, не плыть же вам назад?

– И то верно. Я, знаете, хотел попросить вас об услуге.

– Услуге? Сколько человек? Рыбачить собираетесь или просто поплавать?

Незнакомец покачал головой.

– Я не об этом. Хочу распросить вас об одном человеке, для меня это очень важно.

– Человеке? Вы полицейский?

Он покачал головой.

– Нет. Мое имя Гектор Хронвек.

Юкт сделал движение ладонью, закрученный кистевой жест, которым вызывают молнию, но, конечно же, на Земле это было бесполезно. Тогда он схватил за ручку сковороду, намереваясь попросту стукнуть ею Гектора, однако та даже не шелохнулась. Юкт дёрнул ещё раз, изо всей силы, ладонь соскользнула, он чуть не грохнулся на пол. Гость заметил:

– Мне бы не хотелось, чтобы вы испортили свой ужин. Ваша макрель изумительно пахнет. Я, кстати, захватил с собой бутылочку вина.

Он вытащил из-за спины руку, сжимающую бутылку темного стекла. Юкт мог поклясться, что никаких предметов он с собой не нес, поднимаясь по склону. Изгой воскликнул:

– Но… План Энергий… Он не отзывается в этом мире!

– Значит, ваша сковорода просто склонна иногда изменять свой вес. Ну, так что, могу я войти?

Юкт сидел и с угрюмым видом наблюдал, как ужасный, смертельно опасный, плетущий дьявольские козни и только и мечтающий о том, как погубить всю Мирею Гектор Хронвек мирно суетится у плиты. Хранитель достал из воздуха пару хрустальных бокалов, разложил по тарелкам рыбу и открыл бутылку.

– Давайте выпьем за знакомство, дорогой коллега.

Юкт отозвался эхом:

– Коллега?

– Конечно. Вы же маг Свода Диосии, и я тоже маг. Но к вашему кругу отношения не имею.

– А к чему вы имеете отношение?

– К Ожерелью Пальмеи.

Они чокнулись и выпили. Юкт поинтересовался:

– Почему я до сих пор жив?

Гектор хитро посмотрел на него и ответил:

– Полагаю, потому, что вы не воспользовались путем для возвращения в Мирею, который рекомендовал Монарх. Я заметил, вы тоскуете по родине. Ваша яхта…

– Конечно, тоскую. Магия… она как ещё одно чувство, как вторая кожа. А этот уродливый мир ее лишён! Боги, я так хочу снова ощутить поток силы на кончиках пальцев, почувствовать власть над пространством! Да, я тоскую, забери тебя рогатый демон, Гектор Хронвек!

Он выдохся и замолк. Хранитель кивнул с пониманием.

– Вы меня знаете. Полагаю, вы принимали участие в одной из попыток моего устранения. Могу я уточнить, в которой?

Юкт буркнул:

– Я не знаю, о чем вы говорите. Меня отправили убрать человека с вашим именем несколько лет назад, и я это сделал.

– Операция проходила в Альпах?

– Да, в горах. Я вижу, вы не хуже меня знаете подробности. Что вы хотите?

Гектор не ответил – он увлеченно поглощал жареную рыбу. Юкт с угрюмым видом наблюдал за ним, пытаясь подавить симпатию к странному посетителю, которая с каждой минутой становилась все ощутимее. Наконец, Хронвек оторвался от тарелки.

– Я хочу понять, что вами двигало. Зачем вы согласились на такое задание? Ради чего? Ради кого?

Теперь настала очередь Юкта молчать, отведя взгляд. Ради кого? Наверное, ради самого себя. Ради того, чтобы иметь будущее, чтобы не гнить в земле, задушенным во сне веревкой из лианы каррау, прочной, как сталь. Ради чего? Да что он знает, этот простодушный маг с весёлыми глазами? Что он может знать о Своде и его порядках? Разве может маг круга отказать самому Монарху? Он символ власти, тайны и могущества, он олицетворяет мощь и авторитет, он Монарх по сути своей! И если он приказывает отправиться в другой мир, как бы дико это не звучало, и убить там человека, то спорить бессмысленно. Юкт это знал, другие члены общества Истинных это знали. У мага, на его счастье, оказалось достаточно времени, чтобы разобраться в причинах милости, выпавшей на его долю. Монарх слыл мастером Плана Пути, и равных в этом ему не было. Однако Юкт тоже достиг значительных успехов в этой области, совершая столь точные и быстрые перемещения, что учителя Свода приводили его в пример юным ученикам. Таинственный повелитель Морантаны ненавидел, когда его авторитет ставили под сомнение, Юкт был свидетелем этому, лично участвуя в расправе над одним из несчастных, решивших обойти Монарха. Вся его жизнь с момента вступления в Истинный круг превратилась в череду шантажей, интриг, подлогов, угроз, бесконечной лжи и притворства. Он жил в страхе, боясь потерять статус, положение и жизнь, боясь всепроникающего взгляда Монарха. Когда он был выбран для этого дела, Юкт даже почувствовал облегчение – возможность уйти хотя бы ненадолго из-под контроля повелителя в обмен на чью-то жизнь была хорошей сделкой, тем более, что в задачу входило просто договориться с людьми, которые уже его ждали. Островитянин посмотрел на гостя и ответил:

– Я сделал это потому, что у меня не было выбора. Монарх не оставляет такой роскоши, как свобода.

– Тогда зачем служить ему?

– Зачем? А зачем человеку быть рабом? Зачем кмету становиться солдатом? Зачем девушке работать в борделе? Все не так просто, Гектор Хронвек. Мы должны играть по правилам, так уж устроен этот мир.

Глаза собеседника перестали улыбаться.

– Похоже, Монарх плевать хотел на твою теорию, маг. Он делает то, что хочет, и с тем, с кем хочет.

– Ты уверен? Хорошо ли ты его знаешь?

– Не так чтобы слишком, но пару раз приходилось общаться. Довольно неприятный тип.

– Неприятный?! Монарх ужасен! Это не человек, это сгусток страха, ненависти, жестокости и ещё раз страха.

Гектор подался вперёд.

– Чего он так боится?

– Не знаю. Многих вещей. Потерять власть, возможно. Он боялся тебя, это чувствовалось даже через дымчатый кристалл.

– Меня?

– Да. Его голос дрожал от злости, но я знаю, что это лишь ширма – он боялся. Однако не льсти себе мыслью, что ты его главный страх. Есть нечто большее, что вызывает в нем первородный ужас. Все остальное – его результат, отголосок, бледное отражение.

– Ты неплохо его знаешь.

– Лучше изучить повадки змеи, коли приходится делить с ней один кров.

Хронвек осушил бокал и ответил:

– Поэтому ты остался на Земле? Решил найти дом без рептилий?

Юкт горько усмехнулся.

– Монарх ничего не делает просто так. Я стал отбрасывать слишком длинную тень, и она упала на его сапоги. Ещё никто не возвращался из другого мира, Гектор Хронвек. И я не был бы первым – скорее всего, я был бы мертвецом. Я достаточно хорошо изучил повадки Монарха, чтобы понять это.

Хранитель кивнул.

– Ты прав. Из пещер в лесу маленького народца никто не выходит живым. Это билет в один конец.

– Я совсем не удивлен. Ты получил ответы на свои вопросы?

– На главные – наверняка.

– Тогда позволь и мне задать пару.

– Спрашивай.

Юкт помолчал, размышляя.

– Кто ты? Ты знаешь о Мирее, о Монархе, о Морантане. Ты выжил в автокатастрофе, но не пытаешься убить меня. Чего ты хочешь?

Глаза гостя снова покрылись сеточкой весёлых морщинок.

– Это сразу два вопроса. Я Хранитель Призрачного Замка. И я хочу защитить миры от уничтожения.

– Призрачный Замок? Древняя легенда о цитадели в землях свободных баронов?

– Ты был совсем рядом, когда ждал смещения в пещерах. Скажи, ты видел, что лежит на дне подземного озера?

Юкт прищурился:

– Я не погружался на дно, но вода там прозрачная. У меня были подозрения – видимо, я не ошибся.

– Это твои коллеги, которые решили вернуться. Ты поступил мудро, отрекшись от Монарха.

Изгой посмотрел в дверной проем – солнце наполовину погрузилось в море.

– И будет он вечно смотреть на бусы Пальмеи, скользя по нити, как соленая капля, и будет охранять их от всякого зла, что жаждет вечно и вечно алчет их. Anada kalma dolla amis, injualoya mauralan. Это старая легенда восточных эльфов.

– У каждой легенды есть забытая история, из которой она родилась.

– Не знаю, что ты от меня хочешь, но знай, я больше не хочу месить грязь по приказу других. У каждого есть свой предел.

Гость вышел на улицу, Юкт последовал за ним. Солнце красными лучами освещало склон, запели цикады. Пахло горячим розмарином и диким шиповником, с берега доносилась морская прохлада. Гектор спросил:

– Тебе нравится Земля?

– Она достойна удивления. У них есть такие машины, которые, как может показаться, невозможны без использования магии. Но в них нет никакого волшебства – только человеческий ум. Они делают такие удивительные вещи! И природа тут нежная, как лепестки сцирры. Но все это я готов променять на разбитые дороги и грязь моей Морантаны, чтобы снова вдохнуть запах верхних садов, услышать, как моряков в порту зовут на борт медным колоколом, увидеть соревнования молодых магов перед большим турниром в честь праздника жатвы! Скажи, Хронвек, ты не тоскуешь по своему миру?

Гость устроился на теплом камне, поросшем лишайником.

– Мой мир здесь, Юкт. Но я знаю, о чем ты говоришь. Я знаю, как поют ночные иу звездными ночами, как страстно двигают бедрами морантанские танцовщицы на площади огня. Если ты думаешь, что несчастен – ты ошибаешься. Иди со мной, и я познакомлю тебя с теми, кто больше никогда не увидит своего мира, но не потому, что они были изгнаны, а потому, что их миров больше нет. У всех нас есть общий враг, он не делает различий, ему неведомы страсти и сомнения, и он не остановится, пока не уничтожит все. Землю, Мирею. Все. Вот зачем я здесь, вот чего я хочу. Монарх – жалкий интриган по сравнению с ужасом, который я видел. Ему нет дел до политических игр Морантаны, он поглотит все, саму суть твоего мира, и все равно останется голоден. Мне нужен каждый, кто готов сражаться за возможность дальше жить так, как хочет, и там, где его дом. Для Хранителя Призрачного Замка нет преград между мирами, ты сможешь вернуться на родину.

Хронвек замолчал и стал смотреть на море. Оно тихо шумело, а Юкт стоял и думал о том, что все это время он только и делал, что жалел себя. Гектор казался ему кованым волнорезом на носу фрегата, разрезающим мелкие дрязги и мышиную возню обитателей Свода Диосии. Он смог открыть План Материи в этом лишенным магии мире, смог вызвать гравитацию из Плана Энергий и наверняка пришел сюда тем путем, который был недоступен даже такому мастеру, как магистр Юкт. Он действительно был Хранителем, таким, каким описывали его древние легенды – могучим, непреклонным, милосердным и справедливым. Возможно, все было иначе, и Юкт выдавал желаемое за действительное, возможно, Хронвек всего лишь ещё один жадный до власти колдун, который, подобно Монарху, ведёт свою игру, жертвуя пешками с лёгкостью истинного тирана. И все-таки он отличался от остальных, Юкт это чувствовал, хотя и не мог поверить. Маг дотронулся до плеча Гектора и сказал:

– Я готов. Возьми меня с собой.

Хронвек не ответил – только кивнул, и изгнанник тотчас же провалился в неверный туман Плана Пути.

***

Макс проснулся и сел на кровати. Его окружала стальная решетка, а это означало, что кошмарный сон, от которого он очнулся, был порожден не уставшим мозгом, а вчерашними событиями.

Тридцать четвертого заперла в этой башне черная женщина с силой львицы. Она не оставила ему шанса – плавно покачивая бедрами и хищно улыбаясь, бестия затащила его в клетку и бросила, не сказав ни слова. Сначала он сидел, тупо уставившись в стену и вспоминая огромное красное чудище с рогами, кожу которого покрывали белые шипы. Оно говорило с этим человеком, Хронвеком, в которого превратился старый немецкий полицейский. Высокие стены, зубчатые вершины башен – все это было абсолютно неуместно и необъяснимо. Едва Максу удалось немного успокоиться, он достал из ремня тонкую отмычку и принялся ковыряться в замке двери своей темницы, который оказался просто варварским – его механизм был сработан из настолько громоздких деталей, что стальной щуп просто не мог их приподнять. Тут подошел бы скорее нож или отвертка, но ни того, ни другого у игрока не было. Он сел обратно на койку, вздохнул и только начал принимать то, что успел увидеть с утра, как часть стены в его камере шевельнулась, превратившись в крохотную дверку, которая распахнулась, открывая освещенный проход. Из нее вышли двое малышей ростом с пекинеса – они тащили в руках пачку стальных стержней, пошатываясь под их тяжестью. Переругиваясь тонкими голосами, нуглы прошествовали через его тюрьму, беспрепятственно пройдя между прутьев клетки. Свалив свой груз у противоположной стены, они столь же невозмутимо вернулись туда, откуда пришли. Дверка закрылась, стена снова стала ровной. Макс понял, что сидит, схватившись за голову и открыв рот. Он встал, вцепился в решетку обеими руками и уперся в нее лбом. Так он простоял довольно долго, пока не понял, что стало темно. Тогда Тридцать четвертый лег на кровать, закрыл глаза и заснул, и ему снились драконы, изрыгающие пламя с вершин башен готического замка, а потом один из них сорвался вниз, расправил крылья и спикировал на игрока.

Утреннее солнце, заглянув в бойницу, окрасило ярким светом тонкую полосу на каменном полу. В луче сновали пылинки и, глядя на них, Макс улыбнулся. В конце концов, он ещё жив, хоть и тронулся слегка умом. В камере было чисто, белье было отменного качества, никто не пытается его убить. Только игрок подумал о еде, как дверь на лестницу открылась, и в тюрьму вошёл Бремер – в руках у него была корзина. Помещение наполнил запах свежего хлеба и сыра, и у Макса заурчало в животе. Немец поставил свою ношу на пол, достал со дна связку гигантских кованых ключей и принялся греметь ими, выбирая нужный. Отперев, наконец, дверь клетки, он распахнул ее и сказал:

– Рад снова вас видеть, дорогой Николай. Вижу, у вас все в порядке.

Макс покосился на корзину. Инспектор спохватился:

– О, прошу меня простить. Угощайтесь. Леди Жуада прекрасно готовит, вы такого нигде больше не попробуете.

Агент набросился на еду. Пока его челюсти работали, он делал выводы, и они его успокаивали. Его кормят, значит, он нужен живым. Немец обходителен, видимо, пытать игрока тоже не собираются. Что же, это все хорошо, однако не стоит расслабляться.

Ганс подождал, когда узник насытится и сказал:

– Вы, наверное, много о чем хотели бы спросить…

Макс даже засмеялся, что было для него совершенно не свойственно.

– С чего вы взяли, инспектор?!

– Перестаньте. В конце концов, это вы следили за мной, смею напомнить. Иногда цель превращается в охотника, особенно если она Гектор Хронвек.

Тридцать четвертый вытер губы салфеткой и сказал:

– Что вы от меня хотите?

– Что хотим? – Бремер погладил пальцами подбородок. – Думаю, переманить вас на свою сторону, Николай.

– Вы не говорили обо мне с Хронвеком?

– Нет, к сожалению, Хранитель уже вторые сутки страшно занят, но я надеюсь, он освободится к завтрашнему дню.

– Ганс, меня зовут Максом. Это мое настоящее имя.

– Зачем вы мне его раскрыли?

– Хронвек уже знает. Вы сказали, что хотите меня переманить. Для чего? Я мало что знаю об агентстве.

– Об этом вам расскажет Хранитель. Макс, неужели вам больше ничего не интересно?

Тридцать четвертый улыбнулся.

– Красный мужик с рогами. Вы тоже его видели?

– Гратагарат? О, да, я его видел. Он наследный принц места, которое на Земле, скорее всего, посчитали бы адом.

– Вы меня немного успокоили. Тогда, может быть, вы знаете, как я сюда попал?

Немец отрицательно помотал головой.

– Это называется План Пути. Большего сказать не могу. Вы в Призрачном Замке, Макс, а он поистине удивительное место. Я бы дал вам небольшой совет, если позволите.

– С удовольствием послушаю, герр Бремер.

– Раскройте свой разум. Отбросьте границы и стереотипы, вам предстоит узнать совершенно невероятные вещи, которые иначе просто не смогут поместиться вам в голову.

Игрок кивнул.

– В стене живут маленькие человечки.

– Это нуглы. Они следят за порядком. Не переживайте, я тоже поначалу хватался за голову. Знаете, Макс, вы очень неплохо справляетесь. Господин Исмаилов чувствует себя гораздо хуже.

– Что с ним?

– Боюсь, он больше не сможет заниматься политикой. Бедняга сошел с ума.

Бремер ушел, оставив игрока в одиночестве. Снова вернулись нуглы, они принесли несколько книг узнику и скрылись в своих галереях. В голове Макса постепенно прояснилось, он свыкся с положением дел. Ещё раз зашёл инспектор, поинтересовался его самочувствием – Макс ответил, что ему уже лучше, но немец с сомнением покачал головой, оставил ужин и ушел. Тридцать четвертый все думал о том, что произошло у него дома. Тонкая игра, которой научили его в агентстве, позволила просчитать действия Хронвека и втереться ему в доверие. Конечно, игрок рисковал, добровольно отдаваясь в руки живодёров Исмаилова, и в какой-то момент даже утерял контроль над ситуацией, но главное – ловушка сработала, Гектор обнаружил себя, придя на помощь, как настоящий врач. Теперь оставалось только ждать хода пятого игрока, но на душе у Макса было неспокойно. Этот Хронвек, кем бы он ни был, спас его. Хотя мог бы и не вмешиваться, рискуя нарваться на пулю. Он сказал, что сделал это не из-за Макса, а из-за нее. Женщины, которую Тридцать четвертый скрывал даже от самого себя, боясь навредить ей. Гектор будто заглянул ему в душу, в его черную, покрытую запекшейся кровью душу убийцы, и разглядел в ней девственную розу, своими шипами ранящую изнутри холодного, как лёд, Макса. Игрок провел остаток дня за чтением, и ночью ему снилась Ольга.

Утром снова пришел Бремер, он принес завтрак. Немец поздоровался и спросил:

– Скажите, мой друг, вы не хотите немного прогуляться?

– Разве я не под арестом?

– Нет, что вы. Гектор попросил подержать вас в Башне Узников, пока вы не приедете в себя. Но теперь, надеюсь, все в порядке?

Тридцать четвертый кивнул, закинул в рот пару сосисок и тост, осушил чашку кофе и поднялся. Немец взял корзину и вышел из камеры. Они спустились по каменной лестнице, вышли во двор и неторопливо направились вниз, в сторону Оружейной Башни и Залов Размышлений. Под ногами у них носились с воплями дети, они так и норовили врезаться в Макса. Бремер попросил его представиться, после чего мелочь сразу же переключилась на что-то другое, оставив их в покое. Игрок спросил:

– Куда мы идём?

– Спускаемся на нижнюю площадь. Гектор собирает всех на совет.

– Всех?

– Да. Вы тоже будете в нем участвовать, Макс. Хронвек сказал, что верит в вас, а это, насколько я успел его узнать, означает, что теперь вы один из его друзей.

– И что это для меня значит?

Бремер взял его под локоть.

– Я не знаю, что вы за птица. Скажу вам честно, я бы на месте Хранителя и дальше держал вас в клетке. Но я не на его месте и, возможно, это неспроста. Что значит быть другом Хронвека? Наверное, это значит быть хорошим человеком, Макс. Это значит всегда иметь впереди удивительное будущее. Он собирает вокруг себя таких разных… существ, просто невероятных! Вчера вечером я познакомился с зелёным великаном, до сих пор не могу поверить. Вон, смотрите, он стоит на верхней площадке Гостевой Башни.

Игрок прищурился и разглядел громилу в какой-то шкуре. Он стоял к ним спиной, рассматривая хвойный лес, который раскинулся далеко за стенами. Макс спросил:

– Где мы находимся?

– Географически – на Алтае. А технически… боюсь, я не смогу объяснить. Этого места вроде как нет, понимаете? Но при этом оно есть, можете не сомневаться. Это какой-то физический парадокс, который называется параллельно-пространственным смещением.

Тридцать четвертый хмыкнул. Каждая фраза инспектора обрушивала на него кучу новых вопросов, так что агент решил последовать его совету, перестал удивляться, сравнивать, искать аналогии и просто впитывал все, что видел и слышал. Немец все говорил, говорил, а Макс молча глазел по сторонам, думая, что теперь его жизнь уже никогда не сможет стать прежней.

***

Каменный стол в центре темной залы под Центральной Башней был пуст. Посторонний наблюдатель, окинув взглядом сцену, скорее всего, подумал бы о короле Артуре и его рыцарях, размышляющих о судьбах королевства. Худой старик в белых одеждах, огромный зелёный воин, черная женщина с хищным взглядом, старый детектив, вор, убийца, коротышка на табурете, крошечный горбатый человечек в очках-авиаторах, маг диосиец и ужасный демон, рога которого упирались в потолок. Не хватало только самого Хранителя. Дака Кад-Хедарайя усмехнулась и ткнула Стурастана локтем под ребра:

– Куда ты дел своего ученика? Я бы успела прочесть с десяток книг, пока вы тут топчетесь.

Наставник пожал плечами. С некоторых пор он перестал раздражаться подначками Черной Пантеры, воспринимая их как неизбежный побочный эффект эфирного заклинания. Он ответил:

– Гектор не сообщил тебе, чем занимается?

Женщина прищурилась и бросила:

– Как и тебе, коротышка.

Угнолл издал грудной звук, напоминающий скрежет каменной плиты – это означало, что он намерен что-то сказать.

– Я смотрел на лес.

Он сделал паузу, и Авель не смог удержаться:

– Мне тоже нравится пейзаж за стенами. Там растут ёлки. У них иглы вместо листьев!

Гигант добавил:

– Под деревьями я видел охотников.

Черная Пантера спросила:

– И что?

Угнолл не ответил. Старый смотритель погладил ствол ноль-пульсатора, с которым никогда не расставался, и спросил:

– Ты видел охотников или воинов?

Орк презрительно скривил губы:

– Любая женщина моего племени убьет их всех голыми руками.

Гратагарат, услышав это, расхохотался, но ничего не сказал. Бремер пожал плечами:

– В нашем мире люди тоже часто охотятся на зверей в лесу.

Макс, молча наблюдавший за всеми, вдруг подошёл к нуглу, который сидел на высоком стуле, чтобы иметь возможность видеть стол сверху, и сказал:

– Отведи меня к Хронвеку.

Фатих сердито посмотрел на игрока:

– Почему ты просишь об этом меня?

– Потому что ты знаешь, где Хранитель.

– С чего ты взял?

Карлик удивительно неплохо говорил по-английски. Видимо, заслуга Гектора. Макс объяснил:

– У тебя на лице все написано. Он же в замке, верно?

Нугл буркнул – «Пошли!» – и слез со стула. Смешно переваливаясь, он довольно резво направился по каменным коридорам, то и дело сворачивая в самых неожиданных местах, так, что игрок с трудом поспевал за ним. Когда агент потерял счёт поворотам и лесенкам, они вдруг остановились перед огромной блестящей металлической дверью. Фатих прокричал что-то, она медленно раскрылась, и Макс увидел внутренности резервной библиотеки. У терминала стоял Гектор, во что-то напряжённо всматриваясь. Игрок шагнул внутрь, и сейф захлопнулся за его спиной, Хранитель повернулся к нему и махнул рукой. Макс подошёл ближе.

– Мы должны поговорить. Это важно.

Гектор посмотрел ему в глаза, кивнул и облокотился на металлическую стойку компьютера. Агент сказал с равнодушным выражением на лице:

– Вы знаете не все.

Хронвек снова кивнул. Тридцать четвертый продолжил:

– Агентство продолжает охоту на вас.

Гектор не ответил. Макс добавил:

– Первый игрок уже давно не контролирует ситуацию. Есть более влиятельные люди, они не станут считаться с его мнением.

– Что может знать об этом рядовой агент?

– Только то, что ему сообщили – Макс сделал шаг вперёд. – Вы неверно предположили дальнейшие действия агентства, Гектор.

– Что вы говорите, Макс.

Хронвек улыбнулся. Тридцать четвертый отвёл глаза.

– Я должен убить вас.

– Так в чем дело?

Тридцать четвертый снова посмотрел в глаза магу:

– Первый не принимает решений в одиночку, это было бы слишком рискованно для бизнеса. Насколько я могу судить по вашей реакции, вы уже виделись с ним. Есть ещё один человек, пятый игрок. Он намерен вас убрать.

Хронвек пожал плечами.

– Это довольно очевидно.

Макс ответил:

– Неочевидно только то, как он хочет до вас добраться.

Хранитель скрестил руки на груди:

– Просветите меня?

Игрок кивнул:

– У меня два задания. Одно получено от первого игрока, второе от пятого. И если сначала я должен был только выследить вас, то потом все поменялось. Мне поручили физическое устранение. Я вошёл с вами в контакт, предварительно изучив психологический профиль. Нужна была настоящая драма, чтобы вас выманить. Пятый рассказал мне о намерениях первого столкнуть меня и Исмаилова лбами, а после разговора в метро с Бремером я понял, что теперь появитесь вы. Сцена с пыткой не могла оставить вас равнодушным.

– Вы могли остаться без рук.

– Вы плохо меня знаете, Хронвек. Те люди – обычные дилетанты.

– Я не вижу в ваших рассуждениях логики.

– Потому что ее нет. Я мог убить вас ещё в квартире, но не стал этого делать. Я могу убить вас и сейчас, однако не волнуйтесь, вам ничто не угрожает.

Хранитель покачал головой и ответил:

– Вы все вьетесь вокруг да около. Скажите уже, наконец.

Макс поджал губы. Было страшно тяжело произнести то, что он хотел сказать, куда проще было довести порученное дело до конца, но это было уже невозможно, и не потому, что игрок сам предупредил Гектора о покушении. Хранитель по-прежнему был уязвим, однако это ничего не меняло.

– Вы мне нравитесь, Хронвек. Вы хороший человек. Я понял это, когда вы сказали, что спасли меня ради женщины, имя которой я прошептал перед тем, как все завертелось. Вы правы, я тогда действительно выпустил ситуацию из-под контроля. И я не буду пытаться убить вас.

– Ваши наниматели умеют находить в людях силу и жестокость, а я же предпочитаю учиться видеть в них любовь, верность и благородство, даже если они прячутся на самом дне души. Вы достойны второго шанса, Макс.

– Это не все, Гектор. В случае, если мне не удастся подобраться к цели, я должен выманить ее наружу. Группа зачистки ожидает на склонах горы, агентство стянуло сюда огромные силы. Они знают, что где-то поблизости ваше укрытие, у меня на теле спрятан передатчик. Как только вы покинете это место, вас убьют.