Читать книгу "Право на любовь"

Глава 13. Сергей

Восемь лет спустя

– Мы едем с тобой! – безапелляционное заявление любимой женщины.

– Настя, там война, понимаешь?! – зло шиплю на нее, чтобы не разбудить детей.

– У тебя везде война, Сереж. А я замуж знала за кого шла! Я обещала, что рядом буду, и гарнизонная жизнь меня никогда не пугала. Тем более там поселение закрытое.

Закатил глаза. Уже созвонилась с женой Сафонова.

– Ну, Сереж, – обняла меня за шею и в глаза заглядывает, зная, что я этого не выдержу. Погладила ладонью по небритой щеке.

– Сереж… – зовет снова. – Ну не молчи. Да, я звонила Люде. Они там второй год, между прочим, и ничего. Ты на полгода уедешь. Это минимум. А там рядом будем. Дети тебя будут видеть.

Поднял ее за талию обеими руками, быстро поцеловал в губы и улыбнулся, намеренно потираясь бородой о щеку. Настя смеется и отстраняется.

– Ну что ты делаешь? Раздражение будет! – деланно возмущается жена, а сама уже тянется к губам.

– Хорошо, – выдыхаю в любимые губы, укладывая ее на постель. – Может, ты и права. Мне страшно просто, Насть, – говорю честно, покрывая ее лицо быстрыми поцелуями.

Она жмется ко мне всем своим хрупким телом, забирается под футболку, поглаживая пальцами напряженную спину.

– Не могу без тебя, – это признание потонуло в глубоком нежном поцелуе, лишая нас сна на долгую темную ночь.

А утром я распахнул глаза в пустой постели. Плотно сжав зубы, проглотил непрошенный ком, застрявший в горле. Опять чертов сон заставил болезненно сжаться сердце! Сел, спустив ноги на прохладный пол. На несколько секунд закрыл руками лицо, просто чтобы успокоиться. Досчитал до десяти и резко поднялся. Подошел к окну, с приятным лязгом раздвигая плотные шторы. Мне отчего-то нравится этот звук еще с детства. Есть в нем какой-то уют, нечто домашнее, теплое. Через стекло утреннее солнце добродушно протянуло свои лучи в комнату, отогревая израненную одинокую душу.

Наверное, поэтому… Да просто чтобы не сойти с ума, я завел собаку. Не чувствуешь себя одиноким и постоянно фоновый шум. Просто, чтобы не свихнуться. А так пришел в вольер, почесал за ухом умное животное. Оно к тебе ластится, понимая, что ты от него хочешь, что он тебе нужен гораздо больше, чем ты ему. Становится легче.

Не позволяя себе хандрить, потянулся, подняв руки высоко вверх. Спина хрустнула, напоминая о том, сколько мы с ней всего вынесли, на себе перетаскали. Выпрямившись, поправил трусы и отправился умываться, отгоняя навеянную ночным видением тоску.

В просторной кухне сделал себе огромную кружку кофе.

Не понимаю, как можно пить его чашками? Мало же! Глоток сделал и нет ничего. А тут есть чем наслаждаться. Гордо глянул на поллитрового монстра, подаренного друзьями пару лет назад на какой-то праздник. Накинув ветровку, вышел во двор, чтобы скромно позавтракать на свежем воздухе. Но обязательно какой-то скотине нужно испоганить мое утро.

Телефонный звонок неприятно резанул уши, спугнув птицу, сидящую на дереве рядом с деревянной беседкой.

– Сергей Васильевич, доброе утро, – хорошо поставленный голос зазвучал в трубке.

– Было добрым, – лениво отхлебываю еще горячий бодрящий напиток.

– У меня для вас есть работа. Нам бы встретиться, – говорит неизвестный, но я жопой чую, что кто-то из своих.

– Завтра в девять утра у меня в офисе, – отвечаю непонятному абоненту.

– Мне нужно сегодня, – гнет он свою линию.

– У меня выходной. Я за городом. Все завтра…

– Я пришлю машину, – настаивает мужчина, не дав мне договорить.

Видимо, и правда что-то очень важное. Я сдаюсь.

– Своя есть. Спасибо. Как буду в городе, перезвоню на этот номер. Не возьмете трубку, я вернусь сюда, и ищите других людей, которые согласятся вам помочь.

– Мне нужны именно Вы, Сергей Васильевич, – продолжает наседать мой собеседник.

– Тогда ждите звонка, – сбрасываю вызов, машинально запоминая четыре последние цифры номера звонившего. – Вот же… Сволочи, – недовольно ворчу, сворачивая такие шикарные посиделки с самим собой. – В кои-то веки взял выходной. Нет же, все равно достали.

Бросив кружку с недопитым кофе в раковину, решил, что я вполне могу вымыть ее, когда вернусь. Стоя перед шкафом, задумался: одеться как положено или как удобно? Решил, что раз у меня выходной, то хотя бы тут можно не заморачиваться. Выбор пал на удобные и функциональные камуфляжные штаны цвета «хаки» и черную футболку, обтянувшую натренированный годами торс.

Распихал по карманам бумажник, ключи от тачки и прочую нужную мелочь, у входа влез в черные кроссовки, решив, что высокие берцы будут перебором. Взял с вешалки куртку, запер дом и пошел в гараж выгонять машинку на прогулку. Совсем непрезентабельный, но зато проходящий везде, где только можно, необычного красно-коричневого цвета внедорожник завелся с полпинка, радуя довольным урчанием.

Мелочи. Ведь вся жизнь состоит именно из них. Я был идиотом, не замечая всего этого. Сейчас лишь это, и груда воспоминаний, приходящих каждую ночь, напоминают, что я еще не мертв. Вот и славно!

Помотав головой, вновь натянул на рожу улыбку и тронулся с места, чтобы снова спасти чью-то задницу.

Глава 14. Сергей

Въехав в шумный город, быстро переместился в другой ряд, чтобы привычно уйти во дворы и объехать вечные пробки на этом участке. В одном из таких дворников заскочил в магазин, купив четыре полных пакета продуктов: овощи, крупы, мука, сахар, масло и ещё много всякого.

– Какой мужчина, – рассчитывая меня на кассе, вздыхает полноватая улыбчивая продавщица.

– Обыкновенный, – пожимаю плечами, прикладывая карту к терминалу.

– Да нет, Сергей, – смеётся она. – Вы динозавр. В смысле, редкий, вымирающий вид.

– Ну спасибо, – подмигнул ей, придерживая белую дверь ногой.

Закинул все на заднее сидение и через полминуты припарковался у старенького пошарпанного подъезда. Привычно поднялся на последний этаж панельной пятиэтажки. Залез в щиток, достал ключ и два раза повернул в замочной скважине до щелчка.

– Кто там? – услышал голос хозяйки квартиры.

Прошёл в комнату и улыбнулся, увидев старенькую, совсем седую женщину с длинной косой, перекинутой через плечо.

– Серёженька, – она мне улыбнулась.

– Матрена Тимофеевна, как вы тут?

Женщина только махнула рукой.

– Да что мне будет? Лучше ты расскажи, что у тебя нового? – Она положила свои сухонькие ладошки поверх моих. – Сердце не успокоилось, да, мой мальчик?

– Оно никогда не успокоится. Я вам продукты привёз, – перевёл тему разговора. – Покажите, куда разложить. Я могу уехать, – предчувствую пятой точкой. – Буду спокоен, зная, что вы тут не голодаете.

– Я столько не ем, сколько ты мне привозишь, – смеётся старушка, шаркая ногами в сторону кухни. – Ну вот куда опять? – Всплеснула она руками, глядя на пакеты.

– Говорю же, уеду я скорее всего. А вы знаете, какие у меня бывают командировки. Может, и вовсе не вернусь…

За последние слова выхватил полотенцем по пояснице.

– Ишь, моду взял, смерти искать! Не пришло твоё время!

Меня ещё костлявая не прибрала к сыночку-то моему, к Гришеньке, – её голос дрогнул.

Оторвавшись от пакетов, подошёл и осторожно обнял эту добрую женщину.

– А ты наперед собрался, – тихо ворчит она. – Знаю, что тяжело тебе, Сережа. Но ты должен держаться. Ради них, – вздыхает старушка.

Матрена Тимофеевна – мать моего коллеги и сослуживца.

Он погиб под пулями в том самом бою, что лишил меня сна до конца жизни. Здесь у него из родных только восьмидесятилетняя мать, у которой никого и ничего больше не осталось. Бросить её без поддержки я просто не имел права и вот теперь регулярно привожу продукты, лекарства, даю денег на хороших врачей. Если не сам, то присылаю кого-то из своих парней. Но все же стараюсь бывать тут лично.

Тогда она даёт мне советы, мы вместе пьём чай и вспоминаем её сына. Я, получив хороший пинок под зад, живу дальше. Дышу, двигаюсь. Ищу смысл для чего, собственно, я все это делаю.

Вот и сегодня простой разговор как глоток чистого воздуха. Он ворвался в легкие, раздирая их до боли. Поморщившись, я распрощался с Матреной Тимофеевной и, быстро сбежав по лестнице, покинул этот дом с надеждой, что, когда я вернусь, здесь еще будет кому меня ждать.

Сев в машину, посигналил, сгоняя с капота наглого чёрного кота, греющегося на весеннем солнце. Включив музыку для фона, поехал дальше непосредственно в офис. Мысли вновь и вновь тянут меня в прошлое, но я прибавил громкости в приёмнике, сосредотачиваясь на дороге.

– Ничего, родная, – шепчу в пустоту, сжимая на руле пальцы. – Ничего! Я сильный, ты ведь знаешь. Всех найду. Каждого уничтожу, – судорожный вдох, и сигарету в зубы, чтобы успокоить разбушевавшийся сегодня мотор.

Сорок минут, и я на месте. Нет, это не центр города.

Неприметный спальный район. Арендованный кабинет, переоборудованный из двухкомнатной квартиры, прекрасно подходит для встреч с клиентами. Где ж находится наш основной состав, знают далеко все. Остальным не надо.

Щёлкнув кнопку на электрическом чайнике, купленном в прошлом году в супермаркете по акции рублей за триста, набрал потенциального клиента, уже понимая, исходя из собственного опыта, что будет что-то геморройное. Я вообще, когда начинал все это – была всего одна цель: развязать себе руки и найти каждую мразь, причастную к гибели моей семьи. Но уже через год выяснил, что в нашем городе пропадает масса людей, найти которых официальным властям так и не удается. Друзья постарались распространить информацию о том, на чем я специализируюсь, и ко мне потянулся народ. Арс боялся, что у меня сорвет крышу, и решил, что загруз на работе – прекрасное успокоительное. Не буду спорить. В чем-то друг оказался прав.

Крутанув между пальцев мобильник, набрал нужный номер.

После первого же гудка мой потенциальный клиент снял трубку.

– День добрый, не передумали? – усмехаясь кидаю в кружку пару кубиков сахара.

– Адрес говорите, я подъеду, – отвечает мужчина на том конце провода.

– Адмиралтейская восемь, – кладу в кружку пакетик черного чая и заливаю кипятком.

Приятный аромат бергамота наполнил пустое помещение из прошлого века. С огромным удовольствием втянул ноздрями шлейф, тянущийся с паром от кружки.

– Спасибо, скоро буду, – короткий ответ и такие же гудки.

Ну вот и славно. Скоро, значит, ждем. В течении двух часов не появится, значит, ему не так уж и надо, ведь если срочно, люди находят способы добраться быстро до нужной точки. Я, как никто другой, это прекрасно знаю. Клиентами дорожу, но и к себе требую уважения, иначе не выстроить диалог под нужным углом. Садятся на шею, наглеют, не хотят слушать. А если не слушают, моя работа не имеет смысла. Все просто.

Не прошло и часа, как в дверь постучали, а затем опустилась металлическая ручка, впуская грузного мужчину лет пятидесяти. Серый костюм удивительно скрывает его объемные, немного непропорциональные формы. Не до конца затянутый галстук свидетельствует о том, что он действительно торопился, но по привычке должен выглядеть презентабельно. Начищенные до блеска туфли и дорогие часы сказали все остальное. Но я его не знаю, интуиция ошиблась.

– Сканируете? – усмехнулся он.

– Оцениваю, стоит ли связываться, – признаюсь честно, подавая руку в знак приветствия.

– От Вас это слышать даже не обидно. Вы позволите? – указывает он взглядом на стул.

– Конечно, присаживайтесь.

Мой гость явно очень нервничает. Мучить его у меня нет ни малейшего желания. Налил ему прохладной воды. Мужчина с благодарностью принял и сделала несколько глотков.

– Может, окно открыть? Душно здесь.

– Если не сложно. Вы простите, неделя выдалась нервная. Давайте к делу, я и так лишил вас выходного, – он допил воду, шумно выдохнул и пояснил главную цель своего визита: – У нашего с вами общего знакомого пропала дочь.

Глава 15. Сергей

Я сразу понял, про кого он говорит, и сердце вдруг замерло. Сглотнул противный ком, образовавшийся в глотке, и пожалел, что себе тоже не плеснул хоть немного воды.

Мужчина, заметив мое напряжение, стал быстро объяснять ситуацию:

– Уже несколько дней она не выходит на связь. Уехала в университет и исчезла. – Он нервно схватился за пустой стакан, поняв, что там ничего нет, грохнул им об стол. – Простите. Эта девчонка сведет меня с ума!

Последние слова напрягли меня еще сильнее. Какое отношение этот человек, имеет к моей девочке? О том, почему я назвал Настю моей, подумаю позже.

– Где ее отец? Почему он сам не приехал ко мне?

От стали в моем голосе собеседника немного перекосило, но он стойко выдержал напор.

– Давайте я для начала представлюсь, – эта сволочь уходит от прямого ответа. – Даренко Тарас Львович. Я приехал в ваш город около года назад развивать свой бизнес. Мне здесь так понравилось, что я перебрался на ПМЖ. А еще, – мужчина так улыбнулся, что мне захотелось ему врезать. – Я нашел здесь любовь. Представляете, Сергей? На старости лет снова влюбиться!

– Васильевич! Не представляю! – цежу сквозь зубы.

Желание непросто врезать, убить суку на месте, зародилось моментально, даже рука потянулась к нижнему ящику стола, где лежит старенький пистолет.

– Да-да, конечно. Простите. Сергей Васильевич, – исправляется он, забывая в своих мечтах следить за мной.

Очень опрометчиво с его стороны.

– Настенька, она… Она как лучик света, понимаете?

Хотя, конечно, вы понимаете, Сергей Васильевич. Вы ведь спасли ее. Для меня, выходит, спасли.

– Какая осведомленность, – сжимаю и разжимаю пальцы до хруста, медленными движениями разминаю шею и уже представляю, откуда я начну его ломать. Медленно! С удовольствием!

Если узнаю, что эта мерзость хоть пальцем прикоснулась… А если ей понравилось? Да нет! Что за бред? Это не про мою Настю.

Точно не про нее. И вообще, что за мысли вдруг?!

– Я много о вас знаю, – самоуверенно заявляет Даренко.

– Настенькин отец рассказал. А потом я навел справки. Вы крайне занимательная личность, Сергей Васильевич, но это все позже. Найдите девочку, я умоляю вас. Любые деньги, ресурсы. Я обеспечу всем, что необходимо, только найдите ее.

– Вы так и не ответили на мой вопрос, – напоминаю ему.

Меня заколебало слушать дифирамбы, и чем быстрее я все узнаю, тем больше вероятность, что эта мразь уйдет отсюда живой.

– Как бы вам это сказать… – Он пожевал что-то во рту, словно перекатывая слова, которые хочет произнести: – Он сейчас немного не в состоянии.

– Опять запил? – закатываю глаза.

– Да, – тяжело вздохнул мой собеседник.

– Твою ж… – только и осталось выругаться в ответ.

Егоров Виктор Олегович, боевой офицер, герой, побывавший в плену и вернувшийся к дочери, не смог прижиться на гражданке.

Когда его добровольно-принудительно отправили в отставку, он ушел в депрессию, но дальше, вроде, все стало налаживаться. Настя не дала отцу сойти с ума, Витя на работу устроился, подбухивал в выходные, но ничего особенного. Я ездил к ним несколько раз, мы пили вместе и вспоминали произошедшее, поминали погибших. Но личная война утягивала меня все дальше, а он пил все больше, пока это не превратилось в регулярные пару недель в месяц со стаканом.

– Так вы поможете? – буквально выдирает меня из мыслей Тарас Львович.

Я молча встал, подошел к окну и закрыл глаза. Перед ними тут же встал образ маленькой, перепуганной, но все равно невероятно сильной девочки с огромными карими глазами. Во рту появился вкус жареной картошки с крупно нарезанным луком.

– Да, – ответил тихо.

– Что, простите? – грузный мужчина поднялся со своего места.

– Помогу, я сказал, – стараюсь скрыть накатившее раздражение. – Как будут новости, позвоню. До свидания, – прямым текстом заявил ему, что лучше свалить.

Меня так накрыло, что сейчас каждый неосторожный шаг – и я взорвусь.

Через минуту во всем офисе я вновь остался один. Не выдержав, саданул кулаком об стену, а потом еще и еще, пока на старых обоях не появились красные пятна моей крови.

Поднял взгляд к потолку и бессильно зарычал:

– Настя! Что ж ты делаешь, а?! Я же не железный! – опустился на колени прямо на пол. – Устал. Я чертовски устал…

Устал быть один, жить лишь воспоминаниями и просыпаться от кошмаров. Устал от того, что моя жизнь стала пустой и бесцветной, несмотря на работу, которая нравится. Устал гоняться за призраками, все еще надеясь найти последнего, если он вообще жив. Хочется за что-то зацепиться и вздохнуть полной грудью. Я смог научить этому Стаса, но сам все еще боюсь признаться самому себе, что хочу семью, хочу детей. Радоваться за друзей, у которых налаживается жизнь и наладить свою – это, оказывается, совершенно разные вещи.

Успокоившись, поднялся на ноги, отряхнув штаны, решил заняться тем, что умею делать хорошо – найти человека. Схватил со стола мобильник, набрал нужный номер.

– Мурат, здорова. Да нормально все, – отвечаю на вежливый вопрос своего сотрудника.

Его списали по ранению, а я подобрал и раскрыл в парне талант компьютерного гения. Он знает, как и где искать информацию быстро, а также четко понимает значение слов «конфиденциальность», «закон» и прочие очень важные термины.

– У нас тут еще одно дело нарисовалось.

Рассказывать о том, что оно очень личное, пока не стал.

– Ты же выходной, – смеется он.

– Ну вот так я отдыхаю, – не сдержал улыбки в ответ. – Я тебе сейчас данные перешлю. Их ничтожно мало, но ты ж у меня умница. Уверен, ты найдешь мне много всего интересного.

– Сделаю, шеф. Сроки? – интересуется Мурат.

– Еще вчера, – улыбаюсь шире.

– Ну да, – хмыкнул он в ответ. – Мог бы и не спрашивать.

– Вот и не задавай дурацких вопросов. Ты же знаешь, в нашем деле…

– Промедление может стоить кому-то жизни, – закончил он за меня. – Будто и не возвращался с войны.

– Друг мой, – вздохнул и сказал уже серьезно. – А вся жизнь – это сплошное поле боя, так что за работу.

– Так точно, – без особого энтузиазма страдальчески произнес парень. – На созвоне.

– Счастливо, – сбросил вызов.

Побродил по кабинету, все думая об этой истории. Уже было собрался отправиться к Виктору, вправить ему мозг, а заодно выяснить, что же за дичь он творит, позволяя этому Даренко виться вокруг своей девочки. Телефонный звонок от Мурата вновь перечеркнул мне все планы.

– Я нашел кое-что. Только не уверен, что тебе понравится, – серьезно заявляет он.

Глава 16. Настя

– Стой, стой, стой! – машу рукой очередной пролетающей мимо попутке. – Да что ж такое! – бросила на землю тряпочный серый рюкзак, сама присела рядом на корточки, а затем и вовсе опустилась на колени, не боясь испачкать выглядывающие из драных джинсов колени.

Отряхну, не страшно! Достала бутылку воды. Она горячая и последняя. Если не доберусь к вечеру до ближайшего населенного пункта, будет крайне паршиво. Выпив пару экономных глотков, подхватила рюкзак, стряхнула с коленок мелкие камушки с песком и отправилась дальше вдоль пустой дороги.

С чего вдруг отец решил, что мне пора замуж? У меня планы вообще-то! Огромных трудов стоило попасть на бюджетное место в этот ВУЗ.

В последний момент слетел какой-то парень, и я попала на курс вместо него. Чудо, которого могло и не быть. И я зубами держусь за это место, вгрызаясь в знания, получая высокие баллы. А он говорит: «Замуж».

За кого?! За пятидесятилетнего мужика, который мне противен? Ну уж нет. Если ломать свою жизнь, то только ради одного мужчины.

Единственного, ради которого я готова пожертвовать всем, даже драгоценной учебой. Осталось только найти Сергея и в этом случае разница в возрасте меня совсем не пугает. Я еще тогда, восемь лет назад, решила для себя, что если и будет в моей жизни мужчина, муж, то только один, и его имя заставляет мое сердце биться в сотню раз чаще.

Дело за малым, добраться до того самого городка, где нас впервые столкнула жизнь.

– Стой! Ну стой… – захныкав, бессильно опустила руку, когда еще одна легковушка пролетела мимо. – Козел! – кричу в пустоту.

Машина вдруг остановилась, и я начала жалеть о том, что вообще открыла рот. Водитель стал сдавать назад, молниеносно приближаясь ко мне.

– Ну молодец, Настя! – ругаю себя. – Нашла, где такими ругательствами кидаться.

– Привет, красавица, – опустилось стекло, из окна высунулся типичный местный представитель. – Ты чего одна тут гуляешь?

Моя пятая точка стала тянуть меня назад. Долбанная интуиция вопит в голос: «Беги, Настя!». Но Настя стоит, потому что понимает, что бежать глупо, некуда, а скоро стемнеет, и ночевать одной на пустыре с шакалами то еще удовольствие.

– Здравствуйте, – выжимаю из себя улыбку.

Я ведь упертая. Мне надо найти Сергея! На-до! А уж с тем, нужна я ему или нет, буду разбираться на месте.

– Я к дяде еду, – нагло вру ему. – Он военный. Мне вот сюда надо, – тычу пальцем в точку на навигаторе. – Сможете подбросить немного? Хотя бы до ближайшего населенного пункта? – тараторю нервно.

– Конечно, красавица, – шире улыбается водитель отечественного авто. – Садись. Поехали.

– Спасибо, – поблагодарила его и устроилась на заднее сидение. – Чего не сделаешь ради любви, – бормочу себе под нос.

– Что? – не понял мужчина.

– Устала, говорю, – снова вру. А чего еще делать?

– Ну отдыхай. Можешь даже поспать. Ехать долго, – он тихо включил музыку и уставился на трассу.

Мое сердце бахает в груди, перекрывая все посторонние шумы. Страшно, но я ведь знала, куда еду. В свой детский кошмар.

Часа через два в сумерках я увидела огоньки небольшого поселка. Мы свернули с дороги и направились прямиком к нему. Я напряглась еще больше, вдруг накатила такая паника, что дышать стало трудно.

– Высадите меня здесь, – севшим голосом прошу его.

– Тебе плохо? – мужчина взволнованно на меня посмотрел. – Открой окно. Укачало, наверное. Куда я тебя высажу? Вон, – машет рукой в сторону силуэтов темных домиков. – Приехали почти. Жена будет рада гостье. А утром я тебя дальше повезу. Мне все равно в ту сторону надо.

– Жена? – удивленно моргаю. – Жена… – сама же отвечаю на вопрос, и к горлу подкатывает тошнота.

Этот страх живет со мной все прошедшие годы. Я слишком хорошо помню похожий поселок, барак, плен и мужчину, к которому бросилась на шею в надежде на спасение. Похоже, я свои силы сильно переоценила, бросившись в это путешествие.

– Жена, – он как-то довольно это выдохнул. – И дочка у меня. Маа-аленькая, – говорит с гордостью. – Открой окно, красавица. Легче станет. Тут сейчас трясти начнет. Дороги местами нет.

Смахнув злые слезы, схватилась за ручку под потолком, потому что нас и вправду стало местами сильно подкидывать. Водитель тихо матерится на родном языке и уводит машину от очередной выбоины.

Как только подъехали к дому, навстречу вышла приятная женщина в платке с крошкой на руках. Девочке годика полтора на вид.

Хорошенькая, с темными кудрявыми волосиками. Я помахала ей из окна, но выйти из машины пока не решилась. Не приглашали ведь. Сижу тихо, жду своей участи. Вот найду этого большого засранца и устрою ему взбучку за все! За то, что внезапно пропал из моей жизни. За то, что мне приходится все это пережить заново. За то, что его запах въелся в кожу так, что ни один другой я просто не замечаю.

– Выходи, красавица, – мужчина открыл мне дверь, выдергивая из задумчивости. – Мадина ужин сейчас накроет. Пока можешь принять душ, если хочешь. Жена покажет, что у нас где.

– Спасибо, – вылезаю из машины и, потянув за собой рюкзак, устало плетусь за хозяином дома.

– Здравствуйте, – войдя внутрь, приветствую его хозяйку и снова машу ладошкой забавной малышке, сидящей в манеже с игрушками. Их немного, они очень скромные, но то, как отец смотрит на свою девочку, компенсирует все материальные недостатки. Меня стало медленно отпускать.

– Может, я помогу? – спрашиваю у женщины, которая стала суетиться, накрывая на стол.

– Ты гостья, – говорит она. – Отдыхай.

Ее муж принес мне старенькое, но чистое полотенце и показал, где находится небольшая душевая. Я быстро привела себя в порядок, сменила нижнее белье и футболку. Вымыла голову, почистила зубы. Стало еще чуточку легче.

Вернулась уже к накрытому столу. Национальный густой суп с домашней лапшой, свежий лаваш и немного овощей, вот и все изыски, но я благодарна за крышу над головой и горячую еду.

Поужинали в тишине. Убрать посуду мне тоже не позволили. Выделили кровать в отдельной комнате, дали одеяло. Так приятно.

Совершенно чужие люди и столько тепла.

Сегодня мне повезло, но мысль о том, что надо пересесть на автобус, закрепилась в сознании еще крепче. Я не сделала этого сразу, испугавшись, что влиятельный жених быстро сможет меня отследить. Больше половины пути проехала, остаток лучше не рисковать. Чем глубже я проникаю, тем опаснее становится передвигаться автостопом.

Только я приняла решение, что попрошу доброго мужчину докинуть меня до ближайшей автостанции, как за окном послышались крики, ругань и стрельба.

– Нет, нет, нет, – только всхлипнула я и стала сползать под кровать. – Только не это. Не надо. Пожалуйста… – а звуки становятся все ближе, выстрелы отчётливее. – Ну ты же знала, куда едешь, – шепчу себе, залезая под кровать.