Читать книгу "Острый перец на твоих губах"

Глава 33

Равиль

Полтора месяца спустя…

Ее белое платье падает на зеленую траву. Оранжевое августовское солнце садится прямо на воду круглого как блюдце, спокойного озера. Еще совсем летний теплый ветер шелестит листьями в деревьях, темнеющих неподалеку от нашего импровизированного пикника.

Лайла стоит босыми ступнями на покрывале. Рядом в траве лежит пустая бутылка вина… та самая, с перцем.

В пьяном взгляде ее карих глаз отражается закат. С восторгом смотрю на свою женщину, ставшую сегодня моей женой. Изящная, хрупкая, восхитительно красивая. Ее все так же легко смутить простыми вещами. Мне достаточно снять с себя рубашку, чтобы на щеках появился румянец.

Из – под пушистых темных ресниц меня изучает любопытный взгляд. Он прощупывает напряженные мышцы торса, останавливается на приличных размеров еще свежем шраме. Закусив нижнюю губку, она не отводит взгляд даже когда он касается ремня черных брюк.

Я в ответ не могу отвести взгляда от нее. Тончайшее полупрозрачное кружево, по недоразумению именуемое нижним бельем, умудряется открыть все и при этом оставить простор для фантазии. Аппетитная, загорелая грудь так и манит к ней прикоснуться. В пупке вклеена блестящая полудрагоценная капелька – еще одна дразнилка для меня.

Жадно сглатываю слюну. Подхожу ближе. Голую спину приятно обдувает ветром. Он играет с ее длинными темными волосами, разбросанными по плечам и спине. Влажные губы приоткрыты. Они выпрашивают прикосновений. Жадно сминаю их своими, слизывая кончиком языка остатки сладкого вина с нотками острого перца. Это наше с ней вино. Оно смешивается со вкусом ее губ, с моими эмоциями и взрывает в голове фейерверки. Ладони сами сжимаются на ее упругих ягодицах. Пальцами сминаю их, ловлю стон новым поцелуем.

Едва прикасаясь к ее коже, веду подушечками пальцев вдоль позвоночника. Щелчком расстегиваю бюстгальтер. Стягиваю бретельки ниже на плечи, опускаю чашечки. Наклоняюсь и затягиваю в рот твердые соски вместе с ареолой. Лайла впивается в мои плечи ногтями, откинув назад голову.

Высунув язык, играю с ее сосками. Кайфую от того, как у моей девочки быстро сбивается дыхание. Не тороплюсь. Дразню ее, то дуя на влажную кожу, то снова втягивая ее в рот, слегка прикусывая зубами.

Нам некуда торопиться. Сын до утра согласился остаться с тетей и дядей. А наша первая брачная ночь только начинается, и я намерен взять с нее все по полной.

Прокладывая дорожку из поцелуев по животу, останавливаюсь на пупке. Прикасаюсь к камушку языком, облизываю вокруг.

Бедра моего олененка дрожат, а на кружеве между ножек появилось немного влаги.

Впиваюсь губами прямо туда. Она охает, путаясь пальцами в моих волосах. Давлю языком, проталкивая его между сладких губок вместе с трусиками. Жадно прикусываю нежную кожу. Пальцами цепляюсь за ткань и тяну белье вниз.

– Рав… – стонет мое имя.

Скольжу ладонями по ее бедрам вверх. Поднимаюсь, целую. Впускаю ее язычок к себе в рот и схожу с ума от ее вкуса, запаха, близости.

Тяну ее за руку к ремню своих брюк.

– Помоги мне раздеться, – прошу, очертив пальцами скулу.

Лайла опускается передо мной на колени. Глядя прямо в глаза, расстегивает ремень. Задевая ноготками каменный член, дергает вниз ширинку. Немного помогаю, избавляясь сразу от штанов и боксеров. Не успеваю через них перешагнуть, как мой член оказывается во рту одной очень красивой хулиганки. От первого прикосновения ее языка к головке, у меня все внутри резко сокращается и отпускает. Член дергается у нее во рту. В глазах темнеет, а она продолжает смотреть на меня…

– Черт, что же ты творишь! – выдавливаю из себя вместе с хрипом.

Огромных трудов стоит не толкаться бедрами в нее. Она рисует по всей длине охрененные узоры, задевая все чувствительные зоны. Меня простреливает от макушки до самых яиц. Остро и пиздец как жарко!

– Тормози, Лай, – делаю шаг назад. – Кончу сейчас.

Тяжело дыша, опускаюсь к ней. Головка пульсирует, сдавливаю ее ладонью, чуть тормозя себя. Оргазм откатывается. Можно еще поиграть.

Укладываю ее спиной на покрывало, нависаю сверху. Чертов шов неприятно тянет, но ее женский запах отключает все, кроме инстинктов. Целую ее губы с собственным вкусом. Картинка моего члена у нее во рту все еще маячит перед глазами.

Завожу одну стройную ножку к себе на бедро, нагло врываюсь языком в рот, уже откровенно трахая ее там. Ввожу два пальца во влажную, горячую плоть. Она сжимает их тугими мышцами, а в член снова простреливает возбуждением.

Сначала она. Хочу ее оргазм прямо на своих пальцах. Ласкаю гладкие стеночки изнутри, надавливая на самую сладкую точку. Большим пальцем пробираюсь между складочек, массирую клитор.

Ее стоны становятся громче. Она сейчас очень открытая для меня. Красивые ножки сами раздвигаются шире.

– Такая влажная, – шепчу ей пошлости, – такая горячая…

– Ммм… ахх!!! – ее тело во вспышке оргазма выгибается прямо на меня.

Не даю опомниться. Помогаю себе рукой, растягивая ее. Вхожу до упора. Даю две секунды привыкнуть к размеру. Она сокращается прямо на моем члене, сдавливая головку до черных точек перед глазами.

– Это, пиздец, Лай!!!

Двигаюсь быстро и жадно, выходя из нее почти до конца и врываясь обратно. Подушечки пальцев покалывает. Она приоткрывает глаза, а там бездна.

Блядь! Я не могу больше!

Еще один рывок и я тону в этой бездне, заполняя свою жену спермой.

– Ох-ре-неть, – хриплю ей в губы, двигая бедрами еще несколько раз, пока не начинает стрелять прямо в мозг.

Выхожу, падаю рядом, но ей не даю закрыться. Несколько капель своего семени размазываю по губкам, играясь с ее чувствительными точками. Она вздрагивает, закатывает глаза от удовольствия.

– Не злишься? – пальцами раскрываю ее и уже наглее скольжу между губками. Мне мало. Я хочу, чтобы она кончила еще раз. Чувствую, что возможно. Мы голодные друг по другу.

– За что? – ее голос срывается на хриплый шепот.

– Кончил в тебя.

Смеется, чуть запрокинув голову назад, выгибается в спине, ее грудь приподнимается. Наклоняюсь, ласкаю языком соски и Лайла больше не смеется. Она тяжело дышит, путается пальцами в моих волосах, тянет за них, слепо ищет мои губы и целует, дрожа от второй волны удовольствия. Не такой сильной, но все равно очень сладкой.

– Я очень хочу с тобой детей, – признается тихо, тяжело дыша мне в грудь. – Только не знаю, получится ли, – произносит еще тише.

– Есть повод сомневаться? – переворачиваюсь, оказываясь снова сверху.

Она прячет взгляд. Мне это вообще не нравится!

– Олененок, что за хрень, а? Я сейчас тебя выпорю! Не молчи! Чего я не знаю?

Она толкает меня в грудь, чтобы поднялся. Сажусь на покрывало, подаю ей руку. Она подтягивается, тоже садится и пытается прикрыться от меня собственными волосами.

– Я не хотела сегодня говорить. У нас праздник. Ты стал мне мужем…

И вообще на меня не смотрит! Уводит взгляд к озеру, с тоской мазнув по пустой бутылке из-под вина.

– Лайла, мы же договаривались, – напоминаю ей.

– Ты прав. Мы за три дня до свадьбы были с твоей сестрой у женского врача. Она уговорила меня тоже провериться на всякий случай. И … Врач сказал, что у меня там какие-то изменения и забеременеть будет очень сложно. Маленький шанс, понимаешь… Это все из-за них! – всхлипывает она. – Я должна была сказать до свадьбы…

– Иди сюда, – сажусь удобнее, тяну ее за руку. Садится своей голой попкой мне на колени. – Должна была сказать, это факт. Я бы башку не ломал эти дни и не накручивал себя, думая, что ты замуж за меня не хочешь. От этой правды между нами ничего бы не изменилось. Шанс есть. А если не получится заделать малыша… кхм… естественным путем, мы найдем другие способы. Было бы желание. Посмотри на мою сестру, Лай. Она еще год назад могла умереть в любой момент, а до последнего верила, что у нее все получится и даже о детях мечтала. Я знаю, что у нас с тобой другая ситуация. Ты у меня немножко поломанная, – улыбаюсь и ласково убираю прядки волос ей за ухо. – Но я же тебя починю. Нормально все будет. Я люблю тебя.

– И я тебя очень.

– Вот и не надо от меня больше ничего скрывать. Идем купаться?

– Голыми? – округляет глаза, задрав голову.

– Если хочешь, можешь одеть свое свадебное платье, – заявляю с серьезным видом. – Пойдем, – снимаю ее с колен, поднимаюсь, протягиваю руку.

Она вкладывает в мою ладошку свои пальчики. Помогаю ей подняться, потянув на себя.

Мягкая трава приятно холодит и щекочет босые ноги. Улыбаясь, доходим с ней до озера. Вхожу в воду первым. Разворачиваюсь к озеру спиной, беру олененка за обе руки и продвигаясь спиной вперед тяну за собой. Дохожу до места, где мне уже по пояс, а ей по самую грудь.

Собираю теплую воду в ладонь, поднимаю выше и распрямляю пальцы. Она капает Лайле на плечи, вызываю мурашки, разбегающиеся по смуглой коже. Все повторяю. Прозрачные капли стекают по груди, задерживаются на соске.

– Красиво… – любуюсь ей. – Моя жена. Вау… Это звучит даже круче, чем оргазм, – специально ее смущаю, чтобы вообще все лишнее сейчас из головы выбросила.

– Мой муж – тоже ничего, – смущенно хихикает.

– Согласен! – рывком прижимаю ее к себе и бережно целую. – Мне все нравится, когда ты рядом. Я дышать без тебя не могу. Никогда во мне не сомневайся.

Эпилог

– Мам, а братик спит? – заглядывает в детскую кроватку Амин, подтянувшись на носочках.

В ней его трехмесячный братишка сосет соску и улыбается во сне. Только покормила. Теперь мечтаю тоже поспать хотя бы пару часов. У няни сегодня выходной, Равиль с утра умчал на работу, и я осталась одна с двумя детьми. Если бы не беспокойная ночь, все было бы отлично.

– Нам почитать с тобой надо, – погладив сына по волосам, вспоминаю я, радуясь, что у него нет ревности к малышу.

Очень этого боялась, все же Амин много времени был только со мной, а потом нашел папу и купался в нашем внимании и заботе. Всю беременность мы с Равилем рассказывали сыну, что братишка – это здорово. Когда Данис подрастет, они будут вместе играть.

Рав намекал, что было бы неплохо позже подарить парням еще и сестренку. Он хочет большую семью, а я… Я пока не уверена, что готова.

Сонно ищу книжку, сажусь на диван в гостиной и хлопаю ладошкой рядом с собой. Амин садится, с важным видом забирает у меня тяжелый том со сказками, ищет, где мы остановились. Водя пальчиком по строчкам, начинает складывать слоги в слова.

В детском саду мы попали в отличную группу. С детками занимаются по всем направлениям. Сыну нравится учиться, а у меня душа радуется. Когда мне было пять, со мной никто вот так не читал сказки в красивых книжках. Хочется, чтобы у детей жизнь была во всем лучше, чем моя. Равиль старается нам ее обеспечить.

Бизнес окреп и начал расти. Мужу приходится много времени отдавать работе, чтобы семья никогда ни в чем не нуждалась, но вечера, если он никуда не уехал, исправно проводит с нами. Дает мне возможность отдохнуть, забирая на себя мальчишек. Он даже памперсы Данису менять научился. Амина три раза в неделю возит на бокс. Меня на тренировки не допускают. Равиль сказал, это их мужское и мне там делать нечего.

Если не может сам, просит Корнилова из команды Виктора. Они после всего, что случилось три года назад, стали очень хорошими друзьями. Своих детей у Игоря пока нет, но он любит повозиться с нашими, когда забегает в гости. Завьянов тоже старается уделять время племянникам, но у него у самого годовалый сын и пока чаще всего мы встречаемся в их загородном доме, куда уезжаем на выходные два-три раза в месяц.

– Мам, я закончил, – теребит меня за руку Амин. – Ты уснула, – хихикает он.

– Прости, пожалуйста, – треплю его по волосикам.

– Ничего, – вздыхает он, – я же все понимаю, – заявляет с деловым видом.

– Папа сегодня пораньше обещал прийти. Посмотришь мультики, пока я ужин готовлю?

Еще бы он отказался! Находит пульт, щелкает каналы, а я, протирая лицо ладонями, иду на кухню. Умываюсь холодной водой, смывая сонливость. Чищу овощи, пока в микроволновой печи размораживается мясо. Спасибо Элине, интернету и вечно голодным мужчинам – готовить я научилась.

Сегодня будет обычное рагу, томлёное в собственном соку в кастрюле с толстым дном. Его можно и сыну, и мужу, и даже кормящей матери. Да и если быть честной перед собой, самое простое, что пришло мне сегодня в голову. Возиться со сложными блюдами нет никаких сил.

Нарезаю мясо крупными кубиками, овощи режу чуть крупнее него, чтобы в итоге они уварились и стали все примерно одного размера. Закидываю все в тяжелую кастрюлю с очень плотно закрывающейся крышкой и ставлю на плиту, предварительно кинув туда немного соли. Остальные специи добавлю позже, когда все уже будет практически готово. А пока меня ждет ежедневная суета. Запускаю стирку, убираю разбросанные игрушки, навожу порядок в комнате мальчишек.

– Папа приехал! – слышу крик из гостиной.

Ого. И правда раньше вернулся. Он и уехал часов в шесть утра сегодня. Встречал кого-то важного в аэропорту.

У меня Данис уже во всю хлопает глазищами. Беру его на руки, идем встречать папу.

Рав проводит ладонью по головке младшего сына, целует его в лоб, а потом нежности достаются и мне.

– Как ты сегодня с ними одна? – беспокоится он, сглатываю слюну.

Рагу пахнет очень вкусно на всю квартиру. У меня и у самой желудок урчит, напоминая, что пора бы поесть.

– Они умнички, – устало улыбаюсь. – Амин прочитал мне сказку.

– Ага! И мама уснула, – сдает меня с потрохами старший сын.

– Ты, я надеюсь, дал ей отдохнуть? – включается строгий папа.

– Я забыл, – малыш виновато опускает взгляд в пол.

Равиль присаживается перед ним на корточки, касается пальцами подбородка, заставляя Амина смотреть на него, и очень серьезно говорит сыну:

– Маму надо беречь. Пока меня нет, ты старший мужчина в доме. А мужчина отвечает за женщину.

Вот так он его и воспитывает, делая в глазах детей из мамы принцессу, которую надо любить, уважать и всячески ей помогать. Рав сам так ко мне относится и считает именно эту модель правильной в отношениях. Напоминая, что мужчина – это сила, надежность и верность. А женщина хрупкая, она нуждается в защите мужчины, в его заботе.

В нашей большой дружной семье этим принципом пользуется не только мой муж. Виктор так относится к Элине. И я уверена, что его младший брат, Антон, будет таким же, когда переживет тяжелый разрыв с женой и сможет снова влюбиться.

– Я помню. Прости, пап, – опустив темные густые ресницы, отвечает отцу Амин.

– Я не ругаю тебя, просто напоминаю, – Равиль обнимает сына, хлопает его по спинке.

Муж уходит в душ. Я устраиваю Даниса в переносной люльке в гостиной и накрываю на стол. Амин, впечатлившись замечанием отца, помогает мне расставлять посуду, относит корзинку с нарезанным хлебом, ставит в центр стола салфетницу.

Равиль выходит к нам в одних светлых домашних штанах, с влажными волосами и полотенцем на шее. Любуюсь им… По телу поднимается приятная волна тепла, низ живота наполняется тяжестью. Ему нравится и моя реакция, скрывать которую пока не выходит, и картинка, которую он видит в целом.

Наша семья. Неидеальная. Ничем не выделяющаяся среди тысяч других по всему миру. Если только историей, которая никогда не забудется.

КОНЕЦ

06.07.2022