Текст книги "Наступите мне на уши"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nastupite-mne-na-ushi-229575.jpg)
Автор книги: Екатерина Гейзерих
Жанр: Детская проза, Детские книги
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
– Ухух, – ответил тролленок.
– Откуда у тебя такие длинные ушки?
– С детства, – Ухух растянул одно из них, чтобы было лучше видно.
– Можешь ли ты для нас собрать в ушки то, что принесут тролли?, – ласково попросила Тэя. Получив согласие, она выпрямилась навстречу толпе, – Мы отдадим вам девяносто процентов от того, что соберем за билеты. Завтра вечером, как стемнеет, зажгутся эльфийские факелы у Мохового камня. Мы ждем всех.
Потом Тэя развернулась и ушла в сторону леса. За ней последовали остальные эльфы. Тролли, воодушевленные прибылью (а они были не очень сообразительные, как мы можем наблюдать), побежали скорее искать по домам все, что можно отнести на поляну. Ведь они получат девяносто процентов, и уже завтра!
Только папа Ух, ведя семейство, шел не спеша. С утра нужно было помочь старым друзьям развернуть лагерь.
Хухлик подло украден среди бела дня.
– Мама, можно я отнесу эльфам завтрак? Я сам не буду есть.
– Ухух, на всех хватит! Папа Ух просил передать им инструменты для ремонта колеса. Вот, держи, – мама Ушиха положила рядом с дверью корзину с пирожками, маслом, ветчиной и сушеной рыбой, пока Ухух натягивал курточку. Из гостиной вышел дед Ухундий и довольно усмехнулся. Он держал в лапах два кольца, похожих на золотые венки из терновника.
– Передай Тэе мой подарок.
– Ого, а почему два, дедушка?, – с любопытством вертел в лапах кольца.
– Сам потом узнаешь. Ну, беги.
Как вихрь, несся Ухух вдоль заборов и оград. Сзади послышалось топотание троллиных лап – это Уша и Хухлик, не сговариваясь, тоже спешили к эльфам. Друзья кивнули друг другу и побежали дальше.
– Подождите меня!, – раздался сзади крик Бату. Он тащил с собой авоську с яйцами и два пакета молока.
Друзья остановились, переводя дыхание.
– Ты молодец, Бату, – сказала Уша. Неясно было, то румянец на её щеках или следы довольного смущения.
Вчетвером они добежали до поляны у Мохового камня. Подготовка шла полным ходом: уже выставили скамьи для зрителей и повесили флажки с номерками сидений. Палатку разместили в центре поляны. Сцена была открыта, на ней сидели эльфы и болтали ногами. Они подшивали занавес и проверяли, не проела ли моль дырки по дороге. Шершень рубил дрова поодаль, задавая ритм работе.
– Тэя, Тэя!, – восторженно голосили троллята. Лунное платье мелькнуло в лесу.
– Это Тиэль?, – дернула Уша Ухуха за лапу.
Из леса вышел седой старик и направился на запад. Через мгновение на поляне появилась красавица Тэя с лукошком ягод.
– Мы принесли вам еды, – Ухух поставил корзину рядом со сценой, – Только не нужно отдавать проценты. Это подарки.
Уша с Бату примостили припасы рядом с корзиной. Тэя выглядела спокойной и счастливой.
– Спасибо! Когда стемнеет, мы начнем спектакль. А пока присоединяйтесь к позднему завтраку.
– Это не за спектакль, – серьезно ответил Ухух, – мне жаль, что мэр города так поступил. Вы делаете хорошее дело и заслуживаете угощения.
– Ты вырастешь хорошим троллем, Ухух. Мы любим твоего отца и всегда будем рады вашей семье.
Ухух потупил глаза, собираясь что-то сказать. Хухлик уже залез в корзину, а Уша с Бату достали тосты и спорили, как резать ветчину. Ухух потянул Таю за локоток, давай понять, что хочет поговорить наедине. Тэя отошла с ним в тень.
– Возьмите меня с собой, когда все закончится.
– Почему?, – взгляд Тэи заискрился смехом, но потом она поняла, что Ухух не шутит.
– Вы видели, что вчера произошло. В городе троллей мне не рады.
Ухух потянул за одно ухо, но так и не смог приподнять его край над землей. Ухо повисло, как пушистое живое одеяло.
– Я не такой, как все. У меня есть друзья, но я не хочу, чтобы их дразнили в школе из-за моих ушей. А мы совсем скоро пойдем в школу.
Тэя рассмеялась.
– Милый тролленок. Ты так чист, как утренняя роса! Я бы взяла тебя с собой, но ты не сбежишь от себя.
Эльфийка наклонилась к Ухуху и поцеловала его в лоб прямо между желтых глаз.
– Ты всегда будешь особенным. Это дар. Тяжелый дар, но редкий и весьма полезный.
– Чем же он полезный? Собирать в уши яблоки? Или прикрываться ими от дождя?, – расстроенный Ухух хлопнул ушами.
– Вот увидишь – ты нужен городу троллей. Пусть кто-то над тобой смеется и показывает пальцем. Есть те, кто тебя оценит. А есть, кто просто любит, будь ты хоть в пупырышку или с рогами. Твои друзья всегда с тобой – Уша, Хухлик и даже Бату, хоть вы недолго знакомы, встанут за тебя горой. А если над вами будут смеяться – они не испугаются. Ты для них важнее остальных.
– Тэя, куда нести птиц? О, привет, ушастый!, – подмигнул Ухуху Мох. В его руках было несколько клеток с белыми голубями.
– Повесь на дерево рядом со сценой. Мы подарим их троллям.
– Зачем?, – удивился Ухух.
– Птица – непростой символ, малыш. Она всегда знает, куда лететь, даже если это её первый полет. И некоторым троллям нужно вспомнить, что пора отпустить прошлое и отправиться дальше. Но не тебе – ты уже нашел свое место, – Тэя улыбнулась, хотя в её глазах сквозила легкая грусть.
– Тэя, дед просил передать тебе кольца, – Ухух вытянул лапу с двумя терновыми венками.
– О, как здорово. Он не забыл, хотя я упоминала о них вскользь, – Тэя повертела кольца в руках, а потом спрятала в маленькую сумочку на поясе.
– Но почему два?, – повторил утренний вопрос Ухух.
– Где Хухлик?, – вмешалась в разговор Уша. Она дрожала от бега.
– Уша, не переживай. Он всегда бегает где-то в окрестностях, ищет жуков или сидит в траве, – попытался её успокоить Ухух.
– Мы с Бату разговаривали, а потом внезапно раз – и Хухлика нет. Мы звали его, обычно Хухлик подбегает, если зовешь, – Уша не унималась.
– Ху-у-у-ухлик!, – набрал Ухух в легкие воздуха и позвал друга. Но только лесное лихо вернуло в ответ пару звуков, остальные забрав себе.
– Хухлик! Хухли-и-и-и-к!, – повторила Уша.
– Крикни мне в ухо, – предложил Ухух.
– Ты же оглохнешь!
– Сверни его, как рупор, и крикни.
Имя Хухлика теперь услышал весь лес вплоть до владений леших, но Хухлик не отзывался. Даже Тэя выглядела взволнованной.
– Он приходит. Он всегда приходит, – в глазах Уши стояли слезы, – Мы потеряли Хухлика.
– Мы зажжем огни поярче, – кивнула Тэя, – И поищем в окрестностях. А вы вернитесь на дорогу и зовите его. Малыш мог пойти домой к матушке Иве и потеряться.
Но ни на дороге, ни в окрестностях леса не было Хухлика. Ухух и Уша искали его, а Бату периодически кричал в рупор из ушей Ухуха. Но тщетно.
Дома у матушки Ивы было тепло и солнечно, но Ухуха не было. Только лимоны одиноко качались на ветках.
– Может, возьмем пару и разотрем в лапах?, – спросила Уша, – Хухлик любит лимоны.
Друзья пахли кислотой и чесались, пока бегали по городу и поднимали всех на уши. Через час все тролли, кто не работал на заводе, ходили по улицам и звали тролленка. Мэр города ворчал: «Напасть за напастью!». Он с трудом переоделся из пижамы в костюм и даже пропустил ежедневный обеденный кофе с гренками.
«Хухлик! Хухлёночек!» – раздавалось над городом. Даже на мусорном заводе заглушили моторы, чтобы Хухлик услышал зовущих его. Тролли возвращались с завода домой и звали Хухлика.
– Мама! Папа! Хухлик потерялся, – кричал Ухух дома, пока взбегал по лестнице. Разумеется, папа Ух уже все знал, но Ухух должен был начать с чего-то разговор.
– Ты обязательно должен что-то предпринять, – опустил папа Ух газету, – И как можно скорее. Ведь если мы не ищем друзей, мы их не находим.
Ухух остановился на полпути и задумался. Но только на минутку. Хорошая идея пришла в его голову сразу.
– Папа, дай мне кусок обоев.
Ухух спустился, а потом вновь взлетел к себе в комнату и вынул фломастеры из пенала. Черный для контура, зеленый, синий… Всего через полчаса кропотливой работы был нарисован портрет Хухлика. Он получился немного неровным, но главное – похожим. Рядом с нарисованным Хухликом Ухух написал:
«Пропал тролленок Хухлик. Ростом с куст брусники. Не разговаривает».
Над головой Хухлика Ухух написал «Вирус». Так Ухух решил назвать свою листовку, чтобы она распространялась быстрее.
Потом Ухух ненадолго задумался и решил, что интерес будущих сыщиков нужно подогреть. Ведь многие не знают Хухлика так хорошо, как знает Ухух, и не будут искать так тщательно. Внизу на обоях оставалось место. Ухух написал:
«Однажды медведь напал на Хухлика, но Хухлик не испугался и не убежал. Хухлик – бесстрашный. Хухлик всегда поможет. Ради друзей Хухлик готов на все. Пожалуйста, найдите Хухлика».
Ухух был очень доволен. Он прикрепил кнопками портрет к стене и принялся за работу. Нужно было сделать много, очень много копий «Вируса» и успеть до вечера. Мама нашла его спящем. На лбу Ухуха красовались подтеки из фломастеров.
– Надо помочь малышу.
Но внезапно в дверь затрезвонили. Колокольчик выбивался из сил, чтобы оповестить хозяев дома.
– Может быть, они нашли Хухлика?, – обрадовалась мама Ушиха и спустилась к входной двери. Едва открыв, она еле успела отойти в сторону. С крыльца в дом ввалились Уша с Бату, а также почти все троллята города. Не хватало только Фивы и Хазы.
– Мама Ушиха, мы к Ухуху.
Мама Ушиха только показала лапой на лестницу. Троллята живым комком заклубились на второй этаж. Они снесли дверь в комнату Ухуха и гурьбой рассыпались по полу.
– Тссс!, – приложила коготь ко рту Уша, увидев Ухуха спящим, – Мы должны ему помочь.
– Кто здесь?!, – заорал Ухух и наставил фломастер на троллят.
– Бату встретил деда Ухундия по дороге, он сказал, что у тебя есть идея, как найти Хухлика, – выпалила Уша.
– А где Бату?, – потер глаза Ухух, чтобы быстрее проснуться.
– Я не знаю, – губы Уши дрогнули, – Он пошел искать Фиву и Хазу, сказал, что здесь что-то не чисто.
Уша огляделась по сторонам и заметила портрет Хухлика на стене. Она подошла поближе.
– У тебя есть еще зеленые фломастеры?, – спросила она Ухуха.
– У меня есть кое-что получше, – ответил Ухух и достал несколько упаковок с гуашью. Троллята принялись за дело.
Как только пекарь Бабур распахнул ставни булочной, он ахнул. С улицы на него смотрел Хухлик. Нет, их было десять, двадцать, сотня Хухликов! С каждого дерева и угла дома, даже со скамейки смотрел Хухлик на прохожих. Тролли останавливались и читали историю про него.
– Хороший, должно быть, малыш!, – потер усы мэр.
– Самый лучший малыш!, – бойко ответила матушка Ива, – Таких еще поискать.
Но нигде не было Хухлика. Как будто он провалился сквозь землю! Целый день его искали и звали. Даже сорвали несколько портретов со стен и сверяли их с прохожими лицами. Даже дедушку Ухундия внимательно изучили – не Хухлик ли это.
– А что здесь написано?, – присмотрелась матушка Ива к одному из портретов рядом с фонтаном. На белом фоне зеленкой красовалась надпись:
ВЫКУП 5 МИЛЛИОНОВ МНОГО ТРОЛЛЕТ
ХУХЛИК ЖИВ ЗАБИРАЙТЕ НАМ НЕ ЖАЛКО
ФИВА ХАЗ_______
После имени Хазы вилась вниз длинная линия – видимо, дописывали они послание в спешке. Матушка Ива покачала головой и позвала остальных троллей к плакату.
– Они спрятали его и требуют выкуп!, – озвучил очевидное мэр.
– Чьи они?, – дед Ухундий был вне себя от ярости.
– Найти и высечь!, – разозлился пекарь Бабур.
– Бабур, мы живем в цивилизованном мире, – матушка Ива сурово взглянула на пекаря, и тот съежился, – И никого сечь не будем. Но поступок и правда подлый.
Матушка Ива начала пятиться назад. Выглядело действо странно, и тролли завороженно смотрели на неё, пока матушка отступала к кустам у ближайшего дома.
– Подлый. И глупый, – повысила голос матушка Ива, – А еще если Фива и Хаза не отдадут Хухлика сами, мы отправим их… К водяному на перевоспитание!
Внезапно в лапах матушки Ивы оказались два коротких красных уха. Правда, каждое из них принадлежало разным владельцам. То, что рваное и с кольцом заканчивалось Фивой, а маленькое прыщавое ухо явно значилось за Хазой.
– Написали свою гадость и решили посмотреть, как отреагируют, да?, – трясла матушка Ива троллей за уши, – Где мой Хухлик? Отвечаем!
– Не скажем!, – пищал Фива сквозь слезы, – Мы хотим денег!
Матушка Ива в сердцах отпустила хулиганов, и те упали обратно в кусты. Пекарь с мэром увидели ведущие к кустам пятна зеленки и засмеялись. Матушка Ива отряхнулась, огляделась по сторонам и тоже начала смеяться. Весь город троллей смеялся и тыкал пальцами в кусты.
– Грабители! У-у-у, ворюги! Похитители! Хулиганы! Боюсь-боюсь!, – громче всех гоготал мэр, обрадованный тем, что основная проблема решена, – Ну, господа Фива и Хазу, пройдемте-ка на спектакль. Будете сидеть до рассвета, а если не расколитесь – квасить вам остаток лета капусту с водяным. Морскую!
Фива с Хазой вылезли из кустов и переглянулись. Им не улыбалась возможность провонять с ног до головы тиной и водорослями, но сдаваться так просто они не хотели. Горожане подхватили их под руки и повели на поляну к Моховому камню.
Ухух узнал от Уши, что Фива и Хаза похитили Хухлика и требовали выкуп. Но легче на душе не стало. Близилось время спектакля. Уже нужно было возвращаться к эльфам, чтобы собирать припасы за билеты. Тролль остановился на краю леса и обернулся на город троллей.
Ухух и не заметил, как пролетела половина лета. В воздух поднимались светлячки и мигали, наполняя лес звездным танцем. Вдалеке стрекотали сверчки, квакали лягушки и протяжно мычали огромные звери – коровы. Мир наполнялся ночной жизнью – кто-то готовился ко сну, а кто-то только начинал просыпаться.
Ухух вспомнил слова Тэи. Он и вправду нашел друзей. Было тяжело нарушить обещание, но он понимал, что если бы сам Ухух попал в беду, Уша, Хухлик и Бату поступились бы ради него всем. Ему не нужно было доказательств – он просто знал.
– Я не могу просто так взять и бросить Хухлика. Не хочу ждать, пока Фива расколется. Я залезу на гору и продолжу поиски.
Из долины гора казалась не такой крутой. Но в процессе Ухух тяжело дышал и хватался за камни, чтобы подняться. По дороге юный тролль встретил стадо коз. Они жалобно блеяли, ожидая, когда за ними вернутся хозяева.
– Ничего, ничего. И вас найдут, и Хухлика спасем.
Под горой зажглись огни – начиналось представление. Слышно было, как нежно поет флейта, вслед за которой разлился по вечерним лугам голос Тэи. История начиналась. Вот Мох зычным голосом кричал о солнце и луне. По обрывкам фраз Ухух понял, что эльфы ставили пьесу про отважного тролля, победившего Змея. Но Ухух не мог дольше слушать – нужно было лезть дальше.
Последние несколько метров, рывок – и, тяжело дыша, Ухух повалился на бок. Больно кололись колючки, но не было сил обратить на них внимания.
– Ху-у-у-хлик!, – закричал Ухух в темноте. Мир ответил ему призрачным эхом. Интересно, слышали ли его внизу? Нет. Спектакль разворачивался полным ходом. Ухух будто видел злобные лица Фивы и Хазы, подсчитывающие в уме троллеты.
– Ху-у-ухлик!, – второй раз позвал Ухух. Нужно забраться повыше – может, будет лучше слышно? Ухух заметил валун, но оступился, пока шел к нему. Последнее «ху» застряло у него в горле. Ухух лавиной катился вниз, забирая с собой щебень и колючки, попадая в каждый куст и влетая в каждый камень по дороге. Он летел прямо к поляне. Уже можно было сосчитать факелы по одному. Следом стали различимы лица зрителей, не подозревавшие об опасности. Вот матушка Ива крепко держит за уши Фиву и Хазу. Поодаль Уша с Бату сидят, периодически оглядываясь – видимо, все еще ждут Ухуха. Позади зрителей прислонился к шесту Тиэль. Он влюбленным взглядом смотрит на Тэю, играющую на флейте. Ухух видел декорации за сценой и снующих под пологом занавеса эльфов. Все замерло, будто в тумане. Секунды казались годами.
– Осторожнее!, – крикнул клубок из троллиных уш и лап актерам. Те расступились, и Ухух влетел прямо в циклораму, проделав огромную круглую дырку в полотне.
– А-а-а-а!, – выпрыгнул Ухух на сцену. Рядом замер Уж из цветной бумаги. В зубах бутафорского монстра застыл шар, изображающий украденное солнце.
– Вот тебе щит и меч, отважный воин!, – спохватилась Тэя и вынесла на сцену оружие, – Сражайся против Змея!
– Да! Наподдай ему!, – крикнули из зала.
– Давай, Ухух!, – послышался голос Бату.
Ухух схватил меч и занес его над головой Ужа. Он был так зол, что не справился с поисками Хухлика, что с удовольствием подрался бы с кем угодно. Змей был как нельзя кстати.
– Вот тебе, проклятый наглый змей, ворующий чужое! Получай, получай, получай!
– Так его!, – ревела восторженная толпа.
Змей открыл пасть. Сквозь ряд белых картонных зубов во все стороны брызнул свекольный сок. Голова змея со стуком упала на сцену. Зрители замерли на мгновение, а потом издали победные вопли. С падуги спускалось солнце, припрятанное на случай спасения.
– Мама, а не тот ли это Хухлик, которого?, – маленькая троллиха из зала ткнула пальцем на солнце. И действительно – на апельсиновом шаре сладко спал Хухлик. Он открыл один глаз и подозрительно оглядел толпу.
«Вот это меня разморило», – подумал малыш и соскользнул на сцену.
– Вот ты где!, – обрадовался Ухух. Он стиснул друга в объятиях, а затем повернулся к троллям, – Мы нашли его!
– Так вы оба лгали?, – повернулся мэр города к Фиве и Хазе. Те виновато потупили взор.
– Фива!, – на поляну вышел сухонький тролль с дипломатом. Кажется, это был отец Фивы, вечно пропадающий на заводе и засиживающийся допоздна.
– Хаза!, – следом появился его коллега, уставший отец многочисленного семейства, не помнящий имен всех своих детей.
– Что вы натворили?!, – хором закричали они и подбежали к сыновьям.
– Ваши шалопаи отправляются к водяному, – сурово ответила матушка Ива, – А вы, господа работники, в спешке доделываете все дела до конца лета и занимаетесь семьей.
Затем матушка Ива взяла Хухлика со сцены и закружила на лапах.
Остальные тролли выбежали на сцену и обступили актеров. Эльфов подняли на руки и понесли в зал. Воспользовавшись всеобщим восторгом, Ухух подошел к Тэе и протянул ей меч, облитый свекольным соком.
– Прости меня, Тэя. Я не собирал для вас подарки в уши, – извинился Ухух.
– Ты сделал для нас намного больше, Ухух. Да еще и сыграл главную роль, – подмигнула Тэя, как будто все произошло так, как она и планировала.
– Я передумал уезжать.
– Правда?!, – удивилась Тэя, но как будто и не была удивлена вовсе.
– Да. Может быть, в конце лета, – улыбнулся Ухух.
– Ты делаешь успехи, малыш. Хотя нет, не так. Вы делаете успехи, молодой и отважный тролль.
Тэя сделала реверанс. К ней подошел Тиэль и вручил букет незабудок. Потом они вместе взяли Ухуха за лапы и повели к зрителям праздновать победу.
Огни на поляне горели всю ночь – тролли и эльфы пировали в честь очередной победы над змеем. Выспавшись, Хухлик танцевал до упаду. Ухух с Ушей тоже плясали от души. Бату даже решился пригласить Ушу на пару танцев. А после праздника эльфы раздали белых птиц в клетках, чтобы те пели о дальних странах и напоминали о море. Под утро в городе троллей не осталось ни единой несчастной души. Подкралась вторая половина лета.
Сокровища семьи Ухов.
Троллята ютились в шалаше – Бату был старше остальных и всегда занимал много места. За день ничего особенно не произошло. В воздухе разливался июльский жар. Ухух и Уша молчали, а Хухлик мурлыкал песенку под нос и заплетал из травинок косички. Бату ел ягоды, размазывая по губастому рту. Его синий язык ненадолго стал красным.
– Ну?, – нарушил он молчание, облизнув веки языком.
– Что ну?, – спросил Ухух.
– Ну что-то же ну, – возмутился Бату.
– В том что и дело, что ни ну. Я бы даже сказал, что ни нинушечки.
– Прекратите, – засмеялась Уша, – Какой ерундой вы занимаетесь!
– Не каждый же день искать сокровища, – пожал плечами Ухух и перевернулся на другой бок. В его шкурку впечатались мелкие камушки и травинки.
– Мама говорит, что везде есть сокровища. Мы просто их не видим, – возразила Уша, – Вот ты, Бату. Что для тебя самое важное?
– Еда, – не задумываясь, ответил Бату с полным ртом, – А еще веселье и чтобы ух… Захватывало! Ну знаешь, когда стоишь на краю доски и вот-вот сорвешься, а там внизу… Крокодилы! Или акулы! В общем, когда ты пират. Или путешественник. И опасность такая… Ба-бумс! И ты всех переиграл.
– Ясно, – Уша задумалась, чтобы переварить услышанное, – А для тебя, Хухлик?
Хухлик ничего не ответил, только выбежал из шалаша.
– Ухух?
– Я не знаю. Мне нравится разглядывать вещи из путешествий, что хранят дедушка с бабушкой. И я жду, когда выйдет книга отца.
– Вот видите – мы плохо искали, – Уша просияла, – Если каждый принесет из дома какую-то интересную вещь, это станет поводом для новых историй. А тому, кто принес лучшее сокровище, мы отдадим все собранные ягоды!
Хухлик вернулся в шалаш, держа в лапках ракушку. Вся её раковина была покрыта рябью, будто волна навеки застыла темными точками на роговой шкатулке.
– Очень красиво, Хухлик! Держи ягоды, мы еще насобираем, – засмеялись друзья.
– Время – до утра. Завтра вы отдадите мне все ягоды леса!, – Бату быстрее всех собрался и побежал к велосипеду.
– Подожди, подожди!, – кричали вдогонку Уша с Ухухом, но след Бату уже простыл.
– Бабушка, покажи сокровища!
Бабушка Ушба достала из комода резных слоников и расставила одного за другим. Слоны из красного дерева тянули хобот вверх. У старшего слова под хоботом висел гонг – Ухух легонько ударил по нему серебряной палочкой.
– Боммммммммм!, – зазвенело в ушах.
– Бабушка, а покажи ткани!
На пол полетели желтые, как глаза Ухуха, шелка с расшитыми цветами, бисерным дождем и кружевными узорами. Следом упал бархат, как февральский снег, покрыв пол густым винным полотном. Бабушка хранила платья из тканей, что давно уже не шьют, и шали, будто резные шкатулки с масляными розами. Шали щекотали бахромой и кололись от шерсти. Ухух долго водил коготком по вышитым буквам на шелку.
– Что здесь написано?
– Ты же учил эльфийской, – покачала головой бабушка, вертясь перед зеркалом в ярко-малиновым свитере с белоснежной вышивкой из жемчуга и перламутра.
– Как будто древний язык. Не понимаю.
– Тогда спроси у Тэи. Смотри, застывшие озера из гномьих подземелий!
На свет появились зеркала в оправах. Каждое зеркало было украшено странными существами с длинными волосами, в которых вили гнезда птицы.
– Бабушка, кто это?
– Девушки. Люди ушли из наших мест, но гномы еще помнят их лица.
– Сколько историй ты знаешь!, – восхитился Ухух. Он подставил зеркало солнышку и ловил солнечных зайчиков на потолок. Потом Ухух полез дальше в сундук и достал старые фотографии.
– Еще есть?, – потребовал он, насмотревшись.
– Какой ты ненасытный, – усмехнулась бабушка Ушба. Она забралась поглубже в шкаф и вынырнула с хрустальным флаконом.
– Ух ты!, – в восторге замер Ухух. Во флаконе светилась голубая вода.
– Вода северных морей, – гордо кивнула бабушка, – Твой дед подарил мне её на свадьбу.
– А зачем она нужна?, – широко распахнул глаза Ухух.
Бабушка Ушба ловкими движениями вскружила крышку флакона и капнула немного воды на сгиб локтя. В воздухе запахло солью и мхом, влажной травой под ногами и диким песком, криками чаек и звуками стылых надежд.
– Как красиво!, – восхитился Ухух. Он жадно втягивал ноздрями воздух.
– Но самое интересное хранится у Ухундия в кабинете, – подмигнула бабушка и начала возвращать вещи в сундук.
– У дедушки?!, – удивился тролленок. Он вертел в лапах флакон.
– Да.
– А что там?
– Почему бы тебе самому не узнать?, – бабушка осторожно забрала флакон и вернула его вглубь шкафа.
– Бабушка, покажи еще вещей из поездок!
– На сегодня хватит. А то все увидишь – и будет неинтересно с бабушкой.
– Я тебя люблю без всего, просто так!, – воспротивился Ухух, крепко обнял бабушку и поцеловал в обе щеки. Ушба выглядела очень довольной.
– Ну все, все. Хочу навестить Анну и поиграть с ней в нарды. А ты пока иди гулять. Где твои друзья?
Бабушка пошла на кухню подкрепиться перед дорогой. Но Ухух не хотел идти к друзьям – он еще не нашел «то самое сокровище». И дело было даже не в ягодах – ему просто хотелось поделиться с друзьями волшебством.
За окном ярко светило солнце. Дедушка, скорее всего, работал в саду. Можно было приоткрыть дверь его кабинета и заглянуть одним глазком. Но Ухуха ждало разочарование. Дверь была приоткрыта. Из кабинета доносилось глухое ворчание. Значит, дедушка уже сварил крепкий кофе, отнес его наверх и уселся за широкий зеленосуконный стол. Он включил мраморную лампу и бережно достал из ящика альбом с марками. Надев очки, дедушка раскладывал пинцетом коллекцию и подписывал, где что лежит.
– Неужели марки?, – думал Ухух, – Но про них я и так знаю. Что имела ввиду бабушка?
Тролленок оступился и попал лапой на половицу, которая всегда противно скрипела. Дед Ухундий обернулся и уставился на внука намигающим взглядом. Он был похож на ворона.
– Чего тебе?, – каркнул скрипуче дед.
– Дедушка, я…
– Шпионишь за мной?!, – начал вставать Ухундий из-за стола, и устрашающее действо все не прекращалось. Дед Ухундий не любил тайн и секретов. Хотя он и был странноват по меркам троллей, он не хотел выставлять странности напоказ и предпочитал, чтобы его оставили в покое. Особенно в кабинете, который был тихой гаванью в повседневных сражениях с садом и бытовыми проблемами.
– Ну, подойди.
Ухух обмер, но еще опаснее, как ему казалось, было не послушаться деда. Ухухна цыпочках засеменил к столу.
– Смотри, ей сотня лет, – поднял дедушка пинцет и указал глазами на марку.
– Ой, а почему на ней такое большое пятно?, – расширил глаза Ухух. Его желтые блюдца были похожи на двойной закат солнца над зеленым морем сукна.
– Иногда в типографии допускают ошибки. И тогда такие марки становятся очень ценными. Тех, что я держу сейчас, не больше ста штук на весь мир.
– Наверное, они – твое самое главное сокровище?, – в надежде спросил Ухух.
– Хах. Что такое сокровище…, – задумался дед Ухундий. Он нежно положил марку в альбом и встал из-за стола. Слышен был цокот его треснутых когтей по паркету.
– Сокровище, сокровище…, – эхом отзывался дед и смотрел по сторонам, – Вот представь!
Дедушка Ухундий подскочил к Ухуху и поднял его на крепких жилистых лапах. У Ухуха дух захватило от неожиданности.
– Пожар! Огонь съедает все – и горы, и леса.
Дед Ухундий покружил Ухуха по комнате.
– Он реки вскипятит, заденет небеса,
Опустится под землю, на земле пройдет.
Заглянет в каждый дом и каждый дом…
– Лизнет!, – радостно ответил Ухух.
Дед Ухундий засмеялся и опустил внука.
– Лизнет, ха-ха. Хорошо, хорошо. Вот случись у нас пожар – что бы ты вынес первым делом?
– Тебя, дедушка. И бабушку. И маму с папой, – Ухух заметно погрустнел – он не любил выбирать.
– Зачем меня нести? Я сам спущусь. Но есть то, что само спастись не может. Вот марка – она ценная?
– Да! Ты спасешь марки?
– В первую очередь – нет. Потому что есть место, где хранятся десятки, сотни, тысячи марок.
– Альбомы?
– Хорошая догадка, но нет. Где еще?, – дед притворно нахмурил косматые брови, будто они действительно спасались от пожара.
– Не знаю, – сдался Ухух. Ему так не терпелось знать ответ!
– Книги, Ухух. Даже если мы что-то теряем – мы всегда сможем прочитать об этом. Смотри. Вот книга про все марки, существовавшие когда-либо в нашем мире.
Дедушка показал на алый фолиант с золотыми буквами.
– А вот – сказки для детей и взрослых. Там есть очень страшные сказки. А есть – добрейшие истории, что когда-либо случались. Книги дают нам надежду и спасают в трудную минуту, когда мы ищем ответ. Даже если весь мир погибнет или изменится до неузнаваемости, ты всегда сможешь дожить век, читая и мечтая о лучшем.
– Книги – твое главное сокровище?, – удивленно смотрел Ухух по сторонам.
– Конечно. В каждой семье главное сокровище – истории. А истории хранятся в книгах – и эльфов, и троллей, и леших, и даже существовавших когда-то людей. У всех нас есть общее – рассказы. И их нужно беречь, потому что с помощью историй мы понимаем, как мы тесно связаны между собой, и находим общий язык.
– Я понял, дедушка! И эльфы привозили с собой книги, только без обложки…
– Пьесы. Да, только они не для чтения. Некоторые истории записывают так, чтобы можно было собраться вместе и сыграть их.
– А почему тролли не передают друг другу истории?
– Тролли перерабатывают мусор, и им хорошо, комфортно.
– Почему?, – расстроенно повторил Ухух.
– Так вышло. Почему бы тебе не изменить это?, – подмигнул дедушка.
– Дедушка, можно я возьму одну книгу? Я покажу её друзьям, и мы попробуем устроить театр, как у эльфов!
– Книги очень-очень ценные, Ухух. И к ним нужно относиться с большим уважением, – покачал головой Ухундий. Он хитро прищурился и смотрел на внука с интересом.
– Что я могу сделать?, – Ухух был уже готов на все, лишь бы прочитать как можно больше историй.
– Я предлагаю обмен, – ответил дедушка и пошел в сторону лестницы.
– Обмен? У меня есть камушки, и ракушки, и еще трава, а мы с Ушей собираем ягоды, – Ухух бежал за дедом и запыхался, – А еще нам Бату обещал яблок! Они с мамой вырастили очень, очень много яблок!
– Нет, Ухух. Истории меняются только на истории, – на последней ступеньке дед Ухундий остановился и развернулся. Его глаза были как раз напротив глаз внука, – Напиши мне историю. У тебя так хорошо получилось с газетой – почему бы не продолжить писать дальше?
– Хорошо, дедушка!, – взволнованный Ухух, как ужаленный, обогнал дедушку на лестнице и вырвался из дома на улицу, сверкая пятками.
– Что ты ему такого сказал?!, – удивилась бабушка Ушиха, проходя мимо в облаке из духов и стихов.
– О, подожди еще. Сегодняшний день изменит всю его жизнь, – довольно потер лапки дед Ухундий.
Уша с Бату уже ждали Ухуха в шалаше. Они разложили сокровища на полу и рассматривали, как блестит заколка мамы Уши на солнце.
– Мама сказала, что мой подарок – главное сокровище нашего дома.
Видно было, что победа уже была безразлична Уше – слова мамы будто наполняли её изнутри светом.
Бату принес кожаную куртку отца. Тролленок почти не помнил его, но все равно надевал куртку, когда хотел почувствовать себя взрослым. К куртке прилагались пилотные очки, что с трудом натягивались на голову взрослого тролля. Видимо, они служили в качестве сувениров, а не предмета одежды.
– Аккуратнее, осторожно!, – вскричала Уша, когда Ухух вбежал, задыхаясь, в шалаш. Она нагнулась, чтобы убрать заколку.
– Ты ничего не принес?!, – удивленно спросил Бату. В лапах Ухуха и правда ничего не было.
– Я принес много всего. Только вот это не сокровище моей семьи, – Ухух выждал паузу, чтобы от нетерпения у друзей зачесались лапы.
– Не томи, – рассмеялась Уша.
– Дедушка Ухундий…
– Который ест улиток, – встрял Бату.
– Нет!, – хором ответили Уша и Ухух. В шалаш вошел Хухлик, видимо, задержавшись на обеде у матушки Ивы. Он испугался и попятился назад, но Уша жестом показала – «нет» предназначалось не ему.
– Дедушка Ухундий, – продолжил Ухух, выровняв дыхание, – говорит, что главное в нашей семье – истории. Записанные в книгах – чужие, но тоже ценные. И те, что мы запомнили для себя. Это самое ценное сокровище.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.