Читать книгу "Хозяйка «Белой усадьбы»"

– Вы разбираетесь в этом?

– Да, – кивнул мужчина. – Мой отец был целителем, и многому обучил. Поэтому я разбираюсь в том, какой у человека сон. Здоровый или нет. Вы просто спали. И я решил, что стоит воспользоваться ситуацией. И еще раз прошу за это прощение.

Я отвернулась, не желая говорить ему да или нет.

Откровенно говоря, держать обиды в себе я не привыкла. Поэтому особых эмоций по отношению к мужчине не испытывала. Даже злость прошла, потому что во всей случившейся ситуации виновата я сама.

Не поговорила с близнецом, отложила на потом, а он в порыве своей юношеской горячности ушел и брата своего увел.

Отправила Тодора совсем одного на поиски парней, хотя до этого видела, что вокруг усадьбы неспокойно, и могла бы обратиться к барону за помощью. Почему нет? Он ведь предлагал… Но я даже не подумала об этом.

А потом истратила всю силу.

Хотя могла бы остановиться и не вливать магию в близнецов. Видела же, что их раны не сильные, что мальчишки и так смогут дойти, но нет же, хотелось, чтобы вообще не царапины на них не было.

И вот результат…

Во всей сложившейся ситуации виновата я сама. И только мне отвечать за последствия.

На месте Раста мог быть кто угодно.

А я, не подумав, подвергла опасности остальных детей…

Но это не значит, что я расскажу об этом Расту.

И уж точно «прощать» его не собираюсь, поэтому повернувшись ответила:

– Ваше предложение научить меня кататься на Леди, еще в силе?

– Конечно, – кивнул мужчина.

Вот и отлично.

Эпилог

Урок от Раста мне понравился. Он действительно прирождённый наставник. Я слышала, что у людей бывает педагогический талант, у Раста этот талант прослеживался в каждом движении в каждом слове. Да и Леди вела себя, как настоящая леди. Чувствовала мою неуверенность и компенсировала её своим спокойствием и идеальностью.

Мы сделали несколько кругов вокруг нашего лагеря, и где-то на пятом круге я поняла, что дико устала.

Никогда не думала, что неспешная прогулка на лошади может так сильно вымотать.

Нужно ведь и осанку правильно держать и лошадью управлять.

Мне еще повезло, что седло было самым обычным. Не знаю, толи в этом мире не существует понятия «дамское седло», толи его просто не было в наличии. В любом случае я была рада.

Издали я иногда наблюдала за княжичем и ощущение складывалось такое, будто ребенок родился в седле. Он очень уверенно управлял своим громадным скакуном, однако слуга все равно шел рядом для подстраховки. И я замечала с какой иногда злостью посматривает на него Мишиас. И нет-нет да делает всякие пакости, пытаясь заставить своего красавчика ехать быстрее.

Тот явно одобрял пакости своего наездника и переходил на более быстрый шаг, из-за чего слуге приходилось бежать рядом.

К концу такой поездки слуга вымотался изрядно, запыхался и пот лился с него в три ручья, а княжич был полностью удовлетворен прогулкой и с хитрой улыбкой шалопая посматривал на слугу.

Я покачала головой.

Мда, это не ребенок, это настоящий тиран.

Я не понимаю, как его магия приняла вообще?

Перед сном я вновь посетила библиотеку.

Алекс с девочками ждали меня в игровой комнате. Флина с Крилой опять бросились обниматься. Обе девочки меня совсем не боялись и наоборот сильно скучали. Крила даже имя моё назвала, правда букву «р» выговорить так и не смогла, и я получалась у неё «Иной», а не Риной.

Флина так и не заговорила. Но она еще не такая большая (всего лишь два года), чтобы начинать беспокоиться по этому поводу.

Сын рассказывал о том, что происходит в усадьбе.

Он даже к бабушке Гусе пару раз заходил.

У неё все хорошо, женщина потихоньку встает, но соблюдает все мои инструкции беспрекословно.

Работорговцы накормлены и выглядят всегда чистыми и здоровыми.

А еще постоянно говорят правду. Это выглядит очень смешно, и дети иногда устраивают им настоящую пытку, заставляя рассказывать что-то личное и постыдное из своей жизни.

Я заметила, что когда сын рассказывал об этих детских проделках, то сильно хмурился.

– А ты тоже смеялся над ними? – спросила я Алекса.

– Нет, – покачал он головой. – Мне не нравится это делать. И спрашивать их тоже не нравится. И я не слушаю, ухожу.

– Почему? – спросила я, заметив, с каким любопытством слушают нас девочки.

Алекс в своей манере сразу же начал теребить ухо, чтобы правильно сформулировать мысль. А я, как обычно, убрала его руку, и поправила волосы, успокаивая.

– Мне кажется это неправильно, – сказал он, смотря на меня. – Нельзя так делать. Если бы меня вот также кто-то заставил говорить всю правду, мне было бы очень неприятно и обидно.

Я мысленно порадовалась, что мои уроки не прошли для сына даром. Потому что я всегда говорила ему, чтобы он ставил себя на место другого человека, чтобы понять, что он чувствует в той или иной ситуации.

Вот и сейчас сын делал то, о чем я ему часто говорила.

Алекс с шумом выдохнул, и продолжил:

– Я пытался говорить об этом Цедрику, но он не слушает. Говорит, что я уже забыл, как они над нами издевались.

– А ты что?

– А я и правда почти забыл, – пожал плечами сын. – Не знаю, как-то стерлось всё. Нет, – он покачал головой. – Я помню, просто не думаю, что это так уж важно.

– Ты молодец, – сказала я. – Я тобой горжусь. – И приобняла сына за плечи. – А на Цедрика не злись. Ему тяжело, может быть когда-нибудь он сможет измениться.

– Сомневаюсь, – Алекс покачал головой. – Я иногда вижу что-то черное у него внутри головы и груди. Мне хочется стереть это. Я думал, это какая-то болезнь, искал в библиотеке, спрашивал его о самочувствии, но он сказал, что нормально себя чувствует, а в библиотеке об этом ничего нет.

Я с удивлением посмотрела на сына.

– А еще ты выдел у кого-нибудь эту черноту, кроме Цедрика?

– Видел, – кивнул сын. – У работорговцев, у близнецов, у Мариши. У Сатии тоже есть, но мало совсем, иногда вообще не вижу. У бабушки Гуси – немного, у маленькой Яры – вообще нет, у Крилы с Флиной тоже нет. У девочек наоборот что-то светится, как будто. У Тодора есть черное, и много. У Тары тоже есть. У петуха с козлом замечал, что тоже появляется, когда они драться хотят. А когда спокойные ходят, ничего нет. У коз с курами ничего нет. У лошадей тоже ничего нет.

– Надо же, – покачала я головой. – А я ничего такого не видела.

– Крила с Флиной тоже не видят, – ответил сын, печально вздохнув. – Я у них спрашивал.

– Может просто не понимают тебя, пока? Они же маленькие совсем, – предположила я, видя, что сын немного расстраивается.

– Всё они понимают уже, – махнул он рукой. – Просто говорят плохо.

Я улыбнулась.

Рассказала о том, какую красоту мы все вместе сотворили. Дети порадовались. Алекс точно, а Крила с Флиной опустили глаза вниз и просто заулыбались.

Я отправила ребятишек отдыхать, а сама решила найти кристалл, который поможет мне открыть участки памяти по воспитанию таких детей, как Мишиас.

Я помню, что читала подобную литературу, готовилась ко всему, но Алекс у меня получился идеальным ребенком, и с ним вообще проблем почти никаких не было, поэтому ненужные знания просто забылись.

Но сейчас стоит попробовать всё вспомнить, чтобы понять, как правильно общаться с ребенком дальше.

Здесь нужен более профессиональный подход. Конечно, до детского психолога мне, как до луны пешком, но в наличии такого нет. Есть только я, со своими поверхностными знаниями. Поэтому придется лепить из того, что есть.

Нужный кристалл я нашла очень быстро.

И сразу же постаралась применить заклинание для разблокировки собственной памяти.

Благо срабатывал он не на всю память и можно было делать это выборочно. Достаточно мысленно сформулировать вопрос для самой себя, а дальше появлялась информация.

Процесс этот оказался не самым приятным, но нужные данные я получила. Правда ощущение было такое, будто внутри головы что-то чешется. А достать и почесать это что-то, невозможно.

Хорошо, что длилось это ощущение всего несколько минут. Потерпеть можно.

Теперь мне надо было наблюдать и собирать информацию по ребенку, чтобы получить правильную картину, а дальше уже от неё и плясать.

Но это не здесь. Это уже в усадьбе, где не будет слуг. Все эти люди очень сильно помешают мне хоть немного продвинуться в своих планах.

Надеюсь, что Раст мне не будет ставить палки в колеса, надо будет с ним обсудить многие моменты.

На следующий день, после завтрака мы опять отправились в путь.

Чтобы не скучать, я отправилась в библиотеку, и продолжила изучать геополитическую обстановку в стране. Спасибо Хайруку он очень подробно рассказал всё, что знал. Причем из всех возможных сфер деятельности.

От последних законов принятых в Софире, до погодных условий на всем континенте.

Я уже сообразила, что страна, в которой я живу, находится в умеренном поясе. Климат очень комфортный. Зимы теплые, а лето не слишком знойное. Фермеры по три урожая за год снимают. Но это ближе к столице. А чем дальше от неё, тем хуже.

Оказывается Хайрук раз в три-пять лет путешествовал по странам и даже жил в каждой из усадеб по две-три недели, поддерживая «заплатки», а заодно восстанавливая хорошую погоду. Не такую хорошую, как в Волавии, конечно, но всё же.

В этот момент я мысленно тормознула.

Ну вот… теперь и мне придется этим вопросом заниматься. Неизвестно, что случилось с другими усадьбами после смерти мага. Вдруг они в таком же плачевном состоянии находятся?

И как это узнать, как связаться с правителями других стран?

Хайрук в своих дневниках указал, что сам ездил и следил за этим вопросом. И путешествовал всегда инкогнито. Чтобы в пути не было проблем. И поэтому никто не знал, что мужчина покидал усадьбу. Все считали, что маг находился в ней всегда.

У него даже карта для безопасных путешествий осталась. В которой он расписал весь свой маршрут.

Я посмотрела эту карту внимательно и вздохнула.

Вполне возможно, что мне придется очень скоро отправиться в это путешествие…

А я-то радовалась, что буду сидеть постоянно за безопасными стенами своей усадьбы и никуда не ездить.

А всё оказалось не так-то и просто.

Наверное, Хайрук специально мне об этом не рассказал, чтобы я не пугалась. А может просто не успел. У него ведь оставались считанные мгновения…

На обед мы не останавливались.

Перекусили прямо в экипажах. А вот вечером опять поставили лагерь.

И вновь был ужин и недовольная мордашка княжича.

Ели мы молча, а затем Раст опять предложил мне уроки с Леди.

Я с радостью согласилась. По белой красавице я уже успела соскучится.

В этот раз мне было уже чуть полегче, и Раст говорил намного меньше, так, лишь поправлял изредка, если я делала что-то не так.

При этом я еще старалась посматривать на то, как ведет себя Мишиас.

Оказалось, что ребенок не ко всем слугам относится плохо. Сегодня ему помогал другой мужчина и с ним мальчик даже о чем-то разговаривал и улыбался.

Значит конкретно тот слуга ему чем-то не угодил, и мальчик на нем отыгрывался. Я сразу же задала этот вопрос Расту.

Он с удивлением посмотрел на своего ученика, и задумчиво покачал головой.

– Этот слуга приехал с нами из дворца, в котором они жили с матерью, – сказал он спустя несколько мгновений. – Я и внимания не обратил бы, если бы вы Рина мне об этом не сказали.

– Это важно? – удивилась я.

– Не знаю, – ответил Раст. – Я не старался оградить княжича полностью от его старого окружения, но мне казалось, что он относится к новому окружению спокойно.

– Как видите не очень, – хмыкнула я.

Видимо Мишиас скрывал подобные моменты от своего учителя. Интересно, он осознано это делал, или нет?

– Я объяснял наследнику, что нельзя отталкивать людей и настраивать их против себя, особенно тех, что находятся очень близко – охрана, слуги. Это ни к чему хорошему не приведет в будущем. Он соглашался, и мы рассмотрели с ним несколько жизненных примеров. Он отвечал правильно на поставленные задачи.

– А ведет себя совсем иначе, – закончила я.

– Мне казалось, что и ведет он себя правильно, – покачал головой Раст, и устало выдохнул. – Но теперь я вижу, что нет. Работы нам предстоит очень много.

– Если удалить от него всё лишнее окружение, то станет проще менять и мировоззрение ребенка. Главное – это понять его психотип. И от этого уже плясать.

Дальше Раст устроил мне целый допрос, и не отпустил, пока я не рассказала ему, всё, что знаю. А знала я не так уж и много. Всё же я по образованию бухгалтер, а не психолог.

Даже маркетологи и то могли бы больше рассказать о психологии, чем мы бухгалтера. Наша задача была простой – работать с цифрами, а не с людьми.

К вечеру я вновь общалась с детьми – Алексом, Крилой и Флиной. На этот раз даже смогла ввести в разговор Крилу. Она с удовольствием рассказала мне, что ела за завтраком, обедом и ужином, а еще о курочках и козочках. Тара давала им потрогать вымя у козочки. У Флины при этом воспоминании загорелись глазки, а Алекс сразу пояснил:

– Флина тоже потрогала, и после этого у козы молока стало в два раза больше, её теперь доят не три раза в день, а шесть, – сказал сын улыбаясь. – Мы все по очереди обеих коз доим. А то раньше, чуть ли не дрались.

– Молодцы, – улыбнулась я.

Следующие дни мало чем отличались от предыдущих.

Утром мы быстро сворачивались, весь день ехали, обедали в экипажах, а к вечеру выставляли лагерь, ужинали, и Раст учил меня ездить на Леди. А заодно допрашивал. Ведь я нет-нет да обязательно говорила ему всякие новые слова, о которых мужчина ничего не знал, и просил, чтобы я ему рассказала.

К концу поездки, я даже пробовала какое-то время ехать на Леди. Но темп был быстрый, и я, продержавшись в седле всего один час, ретировалась обратно в экипаж. Для более долгих и быстрых поездок, я еще была слишком неопытным наездником.

В дороге я изучила очень много архивных записей, который оставил Хайрук.

Настолько много, что голова кипела от знаний.

А еще узнала от Алекса, что Тодор и Лис вернулись обратно в усадьбу, так как сын в первый же день, когда со мной связался рассказал обо мне людям приставленным охранять детей.

Так что встречать меня будет целая делегация.

В последний день пути, особенно к вечеру, я «вышла» из своей библиотеки и даже хотела пересесть на Леди, но не стала больше рисковать и задерживать наш кортеж. Нетерпение было настолько высоко, что я готова была даже выносить трясучку.

Просто хотелось уже скорее увидеть всех детей, Тодора и даже Лиса.

Я ужасно соскучилась по дому.

Но тряска была, конечно, очень сильная. В дороге я попыталась на пальцах объяснить Расту о существовании амортизаторов. Даже рисовать пробовала. Хотя с меня инженер-конструктор тот еще…

Не знаю, понял ли что-нибудь мужчина, надеюсь, что понял и судя по его задумчивому взгляду, возможно попытается что-нибудь соорудить.

Раст был не только учителем, но еще и что-то вроде местного ученого.

Мужчина разбирался абсолютно во всех сферах.

К концу пути я поняла, что передо мной, что-то вроде местного Леонардо Да Винчи. Одни только часы в его собственном исполнении чего стоили.

Он мне ими похвастался и сказал, что сам лично соорудил весь механизм.

И вот, долгожданный момент.

Я уже даже почувствовала родные пенаты. Ощутила сильный прилив магии. Правда местность вокруг было совсем не узнать.

Если раньше тут были сплошные чернеющие остовы от сгоревших деревьев, да черная выжженная земля, то теперь на их месте появились во всю цветущие заросли.

Я увидела усадьбу, в окно, и еле сдержалась, чтобы не выпрыгнуть из экипажа.

Рядом с воротами находилось двое человек, в форме солдат Лиса. Один из них сразу же рванул вовнутрь, но навстречу уже выбегал Алекс.

Он почувствовал меня первым.

Я все же не сдержалась и выпрыгнула прямо на ходу из экипажа, и побежала навстречу сыну.

Мы встретились с ним на половине пути и крепко обнялись.

Кажется, мой ребенок еще немного подрос? А может мне показалось…

Следующими из калитки вышли близнецы, Цедрик и девочки.

Все дети, ринулись ко мне обниматься. И даже близнецы.

Я была немного в шоке от таково приема.

Приятном шоке.

Не ожидала, что по мне будут так сильно скучать.

Мы обнялись одной большой кучкой, малышки повисли у меня в ногах, и я поняла, что теперь-то я точно дома и всё будет хорошо.

Конец 21.05.2022