Читать книгу "Хозяйка «Белой усадьбы»"

Глава 10

Я проследила за Тодором и заметила, как он взял одну из книг, и сел на небольшой диванчик недалеко от детей.

Ребятишки с радостью возились с игрушками.

Даже близнецы и те не устояли перед новшествами. Они хоть и пытались делать вид, что им всё равно, всё же взрослые уже парни, однако, любопытство брало своё.

А мой сын уже вовсю объяснял принцип действия простых головоломок Цедрику, который вовсе не стыдился задавать кучу глупых вопросов.

Чуть позже Алекс высыпал пазлы на пол и начал объяснять всем, как их собирать.

И все, даже Крила с Флиной втянулись в работу.

Тодор держал в руках книжку и с интересом смотрел за детьми.

А я, впервые за эти несколько дней, просто отдыхала душой и сердцем, чувствуя, насколько же сильно была напряжена до этого момента.

Не хотелось ни о чем думать, а хотелось просто сидеть и смотреть на то, как дети возятся с пазлами, что я и делала.

Рядом появился белый призрачный пес, положил свою большую голову мне на колени, и я, зарывшись в его мягкую теплую шерсть, почесывала его за ушком.

Пес шумно дышал и наслаждался лаской.

Так я и сидела какое-то время, пока не заметила, как Флина с Крилой нет-нет да поглядывают в мою сторону.

Я поманила девочек пальцем, но отважилась подойти, только Крила.

Она приблизилась и тихонько спросила.

– Абака?

– Да, – кивнула я, – это собака. Какого цвета её шерсть?

– Беая, – ответила девочка.

– Можно Крила тебя погладит? – Осторожно спросила я у пса.

На что тот лениво повернулся к ребенку и наклонился.

– Погладь его, – улыбнулась я девочке.

Крила очень осторожно протянула руку, и дотронулась сначала до носа призрачного паса, а затем и осторожно погладила его по уху.

Пес подался чуть вперед, подныривая под руку Крилы.

– Ой, – улыбнулась она.

– Погладь его за ушком, – я протянула руку и показала, как это делается, – ему очень нравится.

Пес и правда прикрыл глаза от удовольствия.

Крила осторожно повторила за мной, и начала гладить и чесать за ушком магическое животное.

Флина не сдержалась и тоже подошла ближе.

Пес улегся на пол, а девочки уселись на корточки. Крила деловито взяла руку своей подруги и положила её на голову пса.

– Так тесы, – сказала она.

– А ты у пса спросила? Вдруг ему не понравится? – решила, на всякий случай, остановить я девочек, а то мало ли, это же не настоящая собака, да и настоящая могла бы воспротивиться.

– Мозно, она погадит тебя? – тут же с ориентировалась Крила.

На что пес кивнул, как самый настоящий человек, позволяя себя трогать.

Я мысленно выдохнула.

Вроде сердцем понимаю, что он ничего малышкам не сделает, и все равно мозг до конца еще к чудесам этого мира не привык.

Пес ведь полупрозрачный. Еще и эта легкая дымка вокруг него… Это не то, что пугает, но в то же время слегка настораживает.

Другие дети, собирающие пазл заметили, что девочки что-то делают, но судя по их удивленным лицам они не видели пса.

– А кто там? Что они трогают мам? – громко спросил Алекс.

– Это призрачный пес, вы его не видите? – я посмотрела внимательно на детей, и все отрицательно покачали головой.

– Тодор, а ты, видишь его? – повернулась я к мужчине.

– Нет, – коротко ответил он. – Я вижу, что девочки просто гладят воздух и всё.

– А он большой мам? – Алекс поднялся и подошел чуть ближе.

– Большой, на лабрадора похож, – ответила я сыну.

– А почему мы его не видим? – спросил Цедрик.

А у меня в голове мгновенно возник небольшой план, и я ответила:

– Потому что он показывается, только тем детям, которые не ссорятся ни с кем, ни на кого не злятся, ни на кого не держат зла, и обо всех готовы заботиться, даже о своих самых ненавистных врагах.

– Тогда мне его точно никогда не увидеть, – ответил Цедрик.

– Почему это? Попробуй не ссориться ни с кем, ни на кого не злиться, ни держать зла, обо всех заботиться, даже о врагах, и увидишь. Это же не сложно! – бесхитростно ответил мой сын.

– Ага, конечно, – зло пробурчал Дин. – Мы вон и так уже об этих заботимся, – он кивнул в сторону выхода, – так что нам точно будет не сложно.

– На них еще нельзя злиться и ненавидеть, – ответила Сатия, явно заинтересовавшись сильнее остальных детей, и подойдя ближе, попробовала провести рукой там, где гладили малышки, но её рука нащупала лишь воздух, а Крила с Флиной заметив, как рука девочки прошла сквозь пса, попробовали тоже на это место надавить, вот только их руки уперлись в мягкий мех.

Обе девочки явно были озадачены.

– У нас полно времени, – вмешалась я в разговор между детьми. – Думаю, что скоро ваша злость уляжется, вы все успокоитесь, поймете, что опасность ушла, и сможете поиграть с нашим новым другом.

Близнецы сразу же потеряли интерес и вернулись к пазлам, Мариша несколько мгновений поколебалась, но затем тоже пошла собирать пазлы, следующим ушел Цедрик, а вот Алекс с Сатией остались рядом с малышками и начали их расспрашивать где находится пес, и попытались его тоже гладить.

Я внимательно наблюдала за магическим животным. А этот хитрец просто лежал на полу и наслаждался тем, что его в четыре руки почесывают дети.

В конце концов Алекс пошел за мячиком, принес его девочкам и предложил покидать псу.

Крила взяв мячик бросила его, и, что удивительно тот заинтересовался, вскочил исчез, оказался рядом с мячиком, взял его в зубы, и опять исчезнув вернул его девочке.

Она тут же засмеялась, и опять бросила.

– А вы что сейчас видите? – заинтересовано спросила я у мальчишек.

– Мячик исчезает, и тут появляется, – выдохнул удивленно Алекс. – Магия, настоящая, – добавил он.

– А можно я попробую? – спросил Алекс, подойдя к Криле и прося у неё мячик, она сразу же без разговоров отдала его моему сыну.

Алекс бросил его, и пес принес ему мяч, отдав прямо в руки.

– А я, я тоже хочу, можно? – спросила Сатия.

– Конечно, – улыбнулся Алекс и отдал её мяч.

Девочка бросила, и через пару минут мяч оказался в её руках.

– Вы его видите? – спросила я детей, но те враз отрицательно покачали головой.

Однако эта игра им очень понравилась.

Дети передавали друг другу мяч, кидали его, а призрачный пес им его возвращал.

Крила даже хлопала, а Флина улыбалась и весело смеялась.

Я завороженно смотрела на малышек. Неужели уже оттаяли?

Взрослые дети нет-нет да поглядывали на то, что происходит, но присоединиться к игре, пока не желали.

Я не стала на них давить, потому что мне не хотелось бы увидеть разочарование в их глазах, если пес не захочет им приносить мяч, поэтому просто с улыбкой наблюдала за игрой.

Алекс принес еще несколько мячиков, и вскоре ребятишки бегали друг за другом, бросались мячиками, а призрачный пес их возвращал.

Шум, гам, веселье, хохот.

Что ж, начало положено…

Накричавшись и набегавшись, дети вернулись к игрушкам и пазлам, а призрачный пес, лизнув на прощание малышек, растворился в воздухе.

Я заметила, что дети настолько устали, что начали зевать.

Отлично, значит пора им умываться и отдыхать.

Взяв обеих девочек за руки, я повела их из комнаты.

– Мы умываться и спать, а у вас еще есть один час, – крикнула я старшим детям. – За собой не забудьте все игрушки убрать!

– Я прослежу, – сказал мне Тодор, оставаясь со старшими детьми, за что я была ему благодарна.

Искупав малышек в своей большой ванной, и дав им вовсю наиграться с пеной и игрушками, я вытащила их, нарядила в теплые пижамы и унесла в их комнаты.

Уснули они сразу.

Когда я вышла из комнаты Флины, то отправилась проведать наших новых жителей – Торилу с Ярой и бабушкой Гусей.

На кухне я девушку не нашла, но там она уже навела порядок и, наверное, отправилась отдыхать.

В своей комнате девушки тоже не было, тогда я отправилась к бабушке Гусе, и действительно нашла её там. Удобно иметь внутренний навигатор в голове, не надо бегать по всему дому и всех искать.

Тарила помогала бабушке умыться и сменить нечто напоминающее подгузник – по сути же простые тряпки.

В четыре руки мы очень быстро управились, если бы еще бабушка Гуся не стеснялась так сильно меня и не пыталась откреститься от моей помощи, то вообще было бы супер.

Когда мы уложили старую женщину спать, то я вместе с Торилой отправилась к ней в комнату, чтобы объяснить некоторые хозяйственные аспекты, а именно, как и где стирать и сушить пеленки.

Благо девочка была понятливая, и запомнила всё с первого раза.

Как я и думала, у неё в ванной стояла машинка, с сушилкой для белья.

Я показала Тариле, как всё работает, и она смогла повторить не без моей помощи.

После, я своим новым особенным зрением проверила, где дети, оказалось, что все уже в своих комнатах.

Вспомнила, что хотела их тоже научить стиральной машиной пользоваться, но поняв, что все уже спят, решила этот вопрос отложить на завтра.

Смачно зевнув, я отправилась к себе.

Стоило лечь в постель, и закрыть глаза, как я сразу же оказалась в белой комнате.

Заглянула под стол, чтобы проверить нет ли там малышек, но те, видимо слишком устали, и не пришли.

Я улыбнулась, вспомнив о том, какие они были веселые сегодня, а затем пошла искать информацию о том, как мне вылечить Тодора и поднять бабушку Гусю на ноги.

Всё оказалось не так просто, как мне хотелось бы.

Я вылечила Яру на одних инстинктах, сырой магией, хотя могла и убить случайно. И только чудом, девочка жива и здорова.

Изучив первый кристалл, я поняла, что не стоит в следующий раз так действовать. Это очень опасно.

В итоге, в библиотеке я провела почти всю ночь. И то, это были не все знания по медицине, а лишь десятая часть. Но мне на пятом кристалле стало так плохо, что я поняла, если не остановлюсь, то просто потеряю сознание. Слишком уж болезненная это была процедура – получать знания.

Вернулась в своё тело и мгновенно уснула.

А проснувшись, отправилась сразу же к бабушке Гусе.

И опять я проспала всё на свете.

А меня никто не стал будить.

Время было уже почти обед, когда я открыла комнату к бабушке.

Мне хотелось, как можно быстрее применить свои новые знания на практике, да и женщине хотелось помочь.

– Ой, – удивилась она, когда я вошла, и даже попыталась сесть.

– Так, не двигайтесь, я пришла вас диагностировать, – успокоила я старую женщину. Хотя по её виду нельзя было, так сказать. По-моему, я её еще больше напугала.

– Если будет больно, говорите, не терпите, потому что это очень важно, хорошо? – спросила я старую женщину, и та часто-часто закивала.

Я села на табуретку возле её постели, прикрыла глаза и начала прощупывать ноги женщины руками, а заодно осторожно пускать магию.

Осторожно не получилось.

Магия полилась таким огромным потоком, что я резко убрала руки и отскочила от бабушки на полметра, проверяя жива ли она вообще.

– Вы как? – спросила я, чувствуя, что моё сердце сейчас выскочит из груди от страха.

– Да вроде нормально, – пожала плечами женщина, прислушиваясь к себе, а затем я увидела, как шевелятся её пальцы, до этого она не могла ими пошевелить.

– Ох, неужели я их чувствую? – чуть не плача спросила она меня, и осторожно согнула ногу в колене.

– Так, подождите, не торопитесь! – быстро подбежала я к женщине, помогая осторожно разогнуть ногу. – У вас атрофированы все мышцы, и сразу их нагружать нельзя, надо постепенно.

Я рассказала всё, что попало мне в голову для реабилитации пациентов после длительного лежания, и запретила бабушке строго-настрого даже пытаться встать на ноги.

– Это не конец, лечить еще придется не меньше недели, а восстанавливаться и того дольше, предупредила я женщину.

– Это чудо, – только и смогла сказать она, явно разволновавшись.

– Сырая магия, – ответила я.

На самом деле, я бы не смогла так быстро её вылечить, если бы не единственный источник магии во всем мире, на котором мы все находились.

Бабушка Гуся заснула, и я, поправив её покрывало, пошла искать Тодора.

Попробую и его тоже полечить. Хотя не в чем не уверена. Пластической хирургией в этом мире вообще никто не занимался, и никаких теоретических или практических знаний я по этому вопросу не нашла.

Поэтому придется действовать наобум.

Поиски заняли у меня буквально пару минут.

Оказалось, что Тодор на улице, возле ворот, разговаривает с двумя старыми мужичками. «Мужички» – именно это слово пришло мне на ум, когда я рассмотрела их со всех сторон. Низенькие, еще и голову вжимают в плечи, на вид от сорока до шестидесяти лет. Какие-то блеклые и зашуганные.

Мне они не понравились. От слова – совсем.

Было в них что-то неприятное, настолько, что… я не сразу смогла понять, что именно, но явно что-то отталкивающее.

Взгляд у обоих мужичков был напуганный и бегающий, как будто они чего-то сильно боялись и готовились чуть что, бежать.

Я инстинктивно осмотрела близлежащий лес, который, к слову, начал зеленеть (пока, только трава), но не выглядел уже столь удручающе, как вчера, и поняла, что в лесу прячутся еще несколько таких же «мужичков». Где-то человек десять не меньше. Лежат на земле, и осторожно выглядывают из-за кочек.

Они не были похожи на головорезов, скорее на обычных селян.

Но взгляды у них были не особо добрыми.

И зачем они пришли?

Я обратила внимания, что среди них были те, что вчера нападали на Тарилу, и чуть не забили девчонку на смерть вместе с ребенком.

А еще среди них был староста.

Они пытались прислушаться к разговору, но понятно, что ничего у них не получалось, единственное, что они могли, так это только видеть.

Тодор не спешил выходить за ворота и общался с пришлыми через калитку.

Вообще-то у него разрешение на выход было, может сам чувствовал опасность?

Мало ли, вдруг что-то староста худое задумал и Тодор это понял?

Я не стала прислушиваться к разговору, и отправив Тодору защитные чары, на всякий пожарный случай, быстро побежала по лестнице на выход.

На улице я заметила близнецов.

Мальчишки стояли с хмурыми лицами не далеко от Тодора и внимательно наблюдали за «посетителями».

– Доброго, – громко сказала я, проходя мимо близнецов, те в ответ кивнули мне, но глаз с незнакомцев не сводили, и еще и пошли следом за мной.

Я приостановилась и тихонько спросила у мальчишек:

– Это кто?

– Да вроде из деревни, от старосты. Говорят, один денщиком хочет работать, а второй – по хозяйству. Кем возьмут, – ответил мне Ромик.

Надо же, похоже я научилась их отличать. Дин был более молчаливым и серьезным, говорил, только строго по делу, и решал все важные вопросы, а Ромик говорил много, и почти ничего не решал.

– Вот только войти они так и не смогли, – тихо добавил Дин, и хмыкнул.

– Худое что-то задумали, – добавил Ромик, и посмотрел на меня, – правильно Рина? Охранка так и работает да? Плохой не войдет?

– Да, – коротко ответила я, и пошла быстрее, мальчишки отстали на несколько шагов.

– Тык мы енто, могли бы тута пожить, а? Рядом-то, хоть? – спрашивал один из мужичков у Тодора.

– Это не мне решать, – ответил Тодор.

– Хозяюшка! – мужики, заметив меня через крупные прутья калитки, отвесили низкие поклоны прямо до земли, и даже сняли свои шапки.

Мне было дико смотреть на подобные поклоны.

В моем мире кланяются, только азиатские народы и то, я в тех местах не бывала и видела по телевизору. То есть в близи, чтобы кто-то кому-то кланялся, а уже тем более, мне – такого не бывало.

Справившись с удивлением, я сказала:

– Здравствуйте.

– Мы тут на работу пришли, как вы вчера просили, нас староста отрядил, – зачастил один из мужиков. – Я, значитца, денщиком, а это кум мой, он по хозяйству. Где, что прибить, приколотить. У него руки золотые, хозяюшка. Пусти нас, будем тебе верой и правдой служить, за еду. Нам и платить не надо, хозяюшка.

Я хмуро посмотрела на мужчин.

Глаза они от пола не поднимали, боясь смотреть на меня в упор.

– Зачем селяне прячутся в лесу? – строго спросила я.

Второй, который «кум» в шоке уставила на меня.

А первый тут же затравлено затараторил:

– Не ведаем мы хозяюшка. Мы, как велено было пришли вот, служить тебе. А что за люди в лесу, не ведаем.

Тодор зло скрипнул зубами, и посмотрев на меня, качнул головой в сторону.

– Ждите, – коротко сказал он мужикам, и подойдя ко мне, взял меня аккуратно под локоть и отведя в сторону от ворот, тихо спросил: – сколько их, кто такие?

– Десять человек, староста и те, кто вчера на Тарилу напал. Оружия у них в руках нет, но я всё равно чувствую от них угрозу и от этих тоже, – я кивнула в сторону стоящих мужиков, которые нервно оглядывали ограду, но подходить ближе не смели.

Тодор с шумом выдохнул.

– И чего им спокойно не живется? – процедил он, и еще тише добавил: – неужто барон засуетился…

– Мы и сами могли бы ухаживать за лошадьми, у нас отец держал несколько породистых, научились, – вдруг высказался Ромик, подойдя к нам ближе.

– Мы умеем, и по хозяйству тоже, – добавил Дин. – Если надо научимся. Не нужны эти тут. Надо их прогнать. Видно же, что худое что-то задумали.

Мальчишка недовольно кивнул в сторону мужиков.

– Спасибо, мальчики, хорошо, что вы у нас есть, – тепло улыбнулась я близнецам, и добавила: – Буду очень благодарна за вашу помощь.

Дин с Ромиком тут же просияли глазами.

– Мы тогда пойдем, делом займемся? – спросил Ромик.

– Конечно, только на обед вовремя приходите, – сказала я уже в след убегающим в сторону конюшен мальчишкам.

Тодор опять с шумом выдохнул, привлекая моё внимание.

– Этих я точно не пущу на нашу территорию, – сказала я, и внимательно посмотрела на Тодора. – Может быть у тебя в столице есть проверенные люди?

– Есть, – кивнул мужчина, и неуверенно добавил: – Но ручаться за них не могу, кто-то все же из них меня предал.

– У нас есть возможность это узнать, – ответила я. – Если защита их не пропустит, значит они явно не чисты на руку.

– Да, – кивнул Тодор, переводя взгляд на мужичков. – Пойду отправлю этих двоих.

Я не стала вмешиваться в разговор между мужчинами, и медленно пошла в сторону дома, думая о том, как сейчас расскажу Тодору, что готова попробовать вернуть ему его внешность.

Когда Тодор нагнал меня, я, улыбнувшись, решила обрадовать мужчину:

– Тодор, я сегодня всю ночь изучала в библиотеке архивы целителей, и попробовала исцелить бабушку Тарилы, и у меня получилось!

– Что, неужели на ноги уже поставила её? – спросил меня мужчина.

Под его тряпичной маской, я не видела выражения лица, а по голосу не могла понять интонации, Тодор умел ловко скрывать свои эмоции. Вот и сейчас было непонятно удивлен он, или просто для проформы задает вопрос.

– Нет, – покачала я головой, – сразу на ноги она где-то через пару недель встанет, у неё мышцы атрофированы, но согнуть ногу в колене и даже пошевелить пальцами она смогла.

– Это замечательно, – ответил мужчина, опять не выразив голосом ни каких эмоций. – Будет за ребятней следить, да внучке своей помогать не делом, так советом.

– Да ну, ты чего, я же не из-за этого, – посмотрела я на Тодора с укоризной. – Если не захочет работать, то и не надо. Я же просто так, чтобы она не мучалась и не страдала.

В ответ он лишь покачал головой, и со вздохом пробормотал:

– Как же я забыл, что ты тоже белый маг.

– И что это значит? – не поняла я.

– А то, что вы всем и всегда готовы помогать просто так, безвозмездно.

– Но это же нормально, – с удивлением ответила я. – Если это в моих силах, то почему нет? Человек страдает, мучается, а я, мимо что ли должна пройти? Да неужели ты бы не помог?

Тодор притормозил и посмотрел на меня внимательно, а затем ответил:

– Тратить свою энергию и время на не эффективного для меня человека я бы не стал.

Я прищурилась:

– Ну-ну, а зачем же ты, поехал детей спасать от работорговцев?

– Это моя работа, – отвел свой взгляд мужчина в сторону.

– Чего же тогда другие этой работой не захотели заниматься? Ты же сам говорил, что тебе еще и палки в колеса вставляли, и даже вроде бы на взятки намекали, чтобы ты не вмешивался. Так в чем же эффективность?

Какое-то время Тодор молчал, а затем, все же ответил:

– Работорговцы – это опасный и противозаконный элемент, вносящие хаос в жизнь нашей страны. Эти дети могли бы стать жителями и налогоплательщиками нашей империи. Квалифицированными работниками, в конце концов. А их попытались вывезти за границу. К тому же это противоречит не только принципам моей морали, но и общечеловеческими принципами. Заставлять работать человека, тем более ребенка – запрещено. Точка!

– О! – подняла я палец вверх. – Значит принципы морали и общечеловеческие принципы у тебя все же есть, и не надо отнекиваться. Хотя они, как раз противоречат «эф-фек-тив-но-сти». – Последнее слово я специально выделила и произнесла по слогам. – Не забывай, что эти дети сироты, и не нужны своим родителям, или родственникам. Так какие же из них получились бы эффективные люди? Вон, даже Цедрика взять. Кем бы он стал, как думаешь? Правильно, вором, уже ведь начинал, – я требовательно посмотрела на мужчину.

– Есть, – нехотя кивнул мужчина, и усмехнулся: – Ты выиграла.

И развернувшись, пошел в дом.

Я какое-то время молча постояла и посмотрела ему в след, не понимая, к чему был этот спор вообще и быстрее пошла следом.

– Так вот, – нагнала я Тодора на крыльце, и он открыл мне дверь. – Я зачем тебе это рассказывала. Хочу попробовать твоё лицо полечить от шрамов, идем в мой кабинет, там будет удобнее всего, наверное. Хотя нет… лучше в твою комнату…

Я уже направилась вперед к лестнице, вслух рассуждая, где лучше лечить мужчину, когда заметила, что мой будущий пациент, почему-то остановился на пороге дома и за мной не пошел.

Я обернулась и с удивлением посмотрела на него.

– Ну что идем, попробуем?

– Нет, – ответил он.

– Да ты, не волнуйся, я только просканирую. Основное лечение даже не буду пытаться начинать, – затараторила я, решив, что Тодор переживает из-за моей некомпетентности. – Конечно, местные не придавали особо значения пластической хирургии, но у меня есть одна теория и я думаю, что у меня всё получится.

– Я уверен, что у тебя всё получится, – ответил Тодор.

И я тут же улыбнулась, все же было приятно, что в тебя вот так вот просто верят.

– Но мой ответ нет, – добавил мужчина, ввергая меня в недоумение.

– В смысле, – не поняла я, – ты же сам сказал, что веришь… или хочешь дождаться, встанет ли на ноги бабушка Гуся? Тогда да, можно подождать…

– Ты не поняла, – перебил меня Тодор. – Я не буду дожидаться эффекта от лечения. Я и так уже знаю, что женщина встанет на ноги. Ты – Хозяйка «Белой судьбы». Белый маг. У вас осечек не бывает.

– Тогда в чем же проблема? – хмуро посмотрела я на мужчину.

– Я просто не хочу, – коротко ответил он, и как ни в чем не, бывало, отправился к лестнице.

– В каком это смысле? – громко спросила я.

– В самом обычном, – вздохнул Тодор. – Не хочу, значит не хочу. Не надо меня лечить.

Он прибавил шаг и фактически сбежал от меня на второй этаж.

– Рина! – услышала я требовательный окрик Сатии. – Скажи Тариле, она все делает неправильно!

Девочка даже ногой притопнула от негодования и руки в бока уперла, как сварливая хозяйка.

– Я же говорю ей, что всё у нас в кладовой есть, а она заладила, что надо в деревню ехать, корову или коз для молока покупать. А еще птицу. Куда мы их денем? И кто ухаживать будет? Я толком не умею… так кто тогда?

Я задумчиво перевела взгляд на девочку, не сразу сообразив, о чем она вообще говорит.

Пришлось переспрашивать и выслушивать её недовольство, а еще идти и улаживать странный и ничем не обоснованный конфликт.