Читать книгу "Хозяйка «Белой усадьбы»"

Глава 8

Селяне собрались толпой и кого-то закидывали камнями.

Я сама от себя не ожидая, кинула на этого кого-то защиту, и брошенные людьми камни полетели обратно в толпу.

– Я же говорила, что она ведьма! – завизжала одна из женщин, и вновь кинула камень, который отлетел ей же в лоб, и похоже прилично приложил, потому что женщина упала и потеряла сознание.

Все селяне резко замолчали и разошлись в стороны, боясь подходить к той женщине, и автоматически образовали коридор, сквозь который я увидела сидящую на земле скрюченную фигуру в темном пыльном платье, и её тихие всхлипы.

Я заёрзала, пытаясь слезть с лошади, но Тодор спрыгнул первым, снял меня, и я рванула смотреть кого там местные пытались убить.

Тодор шел за моей спиной, но я, на всякий случай, нас обоих тоже обволокла защитной магией, вдруг эти психи и в нас начнут камнями бросаться.

Пробежав вдоль людского коридора, я мельком глянула на визгливую женщину, и заметив, что она дышит, перевела взгляд на того, кто так жалобно всхлипывал.

Это была женщина, она сидела на коленях и что-то закрывала руками, какой-то сверток.

Волосы у женщины плотной темной вуалью лежали на земле, и толком не давали мне рассмотреть, что она защищает, как и её лицо.

Я осторожно присела рядом с бедняжкой, и тихонько ей сказала:

– Милая, встать можешь?

Она осторожно повернула голову, и сквозь её волосы, я поняла, что это не женщина, а совсем молоденькая девчонка. Её губа была разбита, а половина лица была синей. Похоже, что люди еще и по лицу её били.

– Кто вы? – спросила она меня дрожащим голосом.

– Я… Хозяйка Белой Усадьбы, – с заминкой ответила я, вспомнив о словах Тодора.

В этой ситуации мне точно не стоит скрывать кто я такая.

Все вокруг ахнули, и девчонка в том числе.

Она схватила свой сверток и прижала его к груди, а я заметила, кого она защищала – это был младенец.

У меня сердце сжалось от страха за ребенка.

И я просто пожелала, чтобы они оба исцелились.

Из моей руки буквально выстрелил белый свет, от чего девочка шарахнулась от меня в сторону, и даже вскрикнула.

Но свет тут же погас, а ребенок закряхтел.

– Ты как? – посмотрела я на девушку.

Она какое-то время зачем-то осматривала себя, но я уже видела, что с ней всё нормально. Лицо полностью очистилось от гематом, а губа больше не кровила.

– Давай малыша проверим? – спросила я её, потому что она была в ступоре и пока плохо понимала, что происходит.

Еще бы… после такого стресса, я бы тоже так тормозила.

Но девчонка плотнее прижала ребенка к себе, и начала осматриваться по сторонам, явно боясь селян.

– Не бойся их, – мягко улыбнулась я. – Они не смогут ничего тебе сделать. Это твой малыш?

Девчушка кивнула, и тихо прошептала:

– Девочка, это Яра.

– А твоё имя?

– Тарила, – еще тише ответила она, и уложив ребенка на дорогу, осторожно начала разворачивать свёрток.

Малышке на вид было не больше месяца. Розовенькая, маленькая, беззубая. Она улыбалась нам обеим, и явно чувствовала себя хорошо. Кожа чистая, без каких-либо гематом.

– Ох, спасибо вам! – Тарила не вставая с колен, упала головой, пытаясь кланяться, и быстро забормотала: – Я думала, что уже всё… думала, что моя девочка уснула навсегда. Вы её разбудили…

– Это они её тронули? – осторожно спросила я девушку.

– Нет, – покачала она головой. – Яра заболела, я пришла в село, хотела попросить знахарку, чтобы она посмотрела, и встретила Хану.

Тарила кивнула ну ту самую женщину, которая лежала без сознания.

– А дальше? – подтолкнула я её.

– Дальше, – Тарила всхлипнула, и опустив голову вниз начала рассказывать: – Хана устроила крик, начала меня обвинять в том, что я её мужа опоила, и дочку от него родила. Потом выбежали все остальные и…

Дальше девушка запнулась и опять начала всхлипывать. Видимо осознала, что люди, чуть не забили её до смерти…

Я резко поднялась и посмотрела на так и стоящих вокруг нас селян, которые до сих пор молчали и не могли прийти в себя. На лицах некоторых я с удовольствием заметила гематомы, и даже кровь. Неплохо им камнями прилетело.

– Кто тут старший? – громко спросила я.

Но все почему-то начали опускать головы, и отводить взгляды, пока сквозь толпу не протолкался какой-то седой мужик.

– Вы чего тут утворили!? – зло и растерянно спросил он, – Тарилка, ты чего на земле, вставай быстро! Ребенка застудишь! – Он повернулся к кому-то конопатому мужичонке. – Мит, что случилось тут, говори быстро!

– Так это, – начал он, опустив голову вниз, – Хана закричала, что Тарила Стежича опоила. Что та ребенка от него народила, ну мы и…

– Расправу решили учинить над беззащитной девочкой, – закончил за него Тодор, помогая Тариле подняться на ноги.

– Ты готовить умеешь? – спросила я девочку, не став дальше слушать, о чем говорят вокруг люди.

– Да, мама научила, – растерянно ответила Тарила.

– Пойдешь ко мне кухаркой работать? Надо готовить на десятерых. Десять взрослых, плюс ты сама, остальные дети. Завтрак, обед, ужин. Но взрослых скоро станет меньше. Два выходных в неделю. Отпуск тридцать дней. Плачу один золотой в месяц.

– Что вы! – замахала она на меня руками. – Какой золотой. Я забесплатно готова работать, без выходных, но при условии, что я бабушку заберу с собой, она у меня болеет. И от Яры я тоже не откажусь.

Последние слова она произнесла очень тихо, прижав ребенка к себе чуть сильнее.

– Ладно, – кивнула я. – Потом разберемся тогда с графиком работы и с твоей зарплатой. У тебя тут какие-то дела еще есть?

– Нет, – покачала он головой, и добавила: – Я же Яру приходила полечить. А она теперь выздоровела, благодаря вам.

– Тогда пойдем, покажешь, где живешь.

– Так мы бы позже приехали, бабушка не ходячая, надо бы на телеге её, – растеряно пробормотала Тарила. – Да и живем мы не в селе, а в лесу.

– Нет уж, – покачала я головой. – Я тебя одну не оставлю, поехали, сразу вас заберем. Телега, лошадь есть?

– Лошади нет, телега есть.

– Попробуем в нашу запрячь, я Тодора попрошу, – сказала я, и повернувшись к селянам громко крикнула:

– Уважаемые!

Все сразу замолчали и перевели на меня свои напуганные глаза.

– Я еще раз хочу пояснить кое-что. Я – Хозяйка Белой усадьбы! – я сделала паузу и обвела взглядом всех стоящих людей, чтобы убедиться, что меня все слушают, – вся эта земля принадлежит мне! И я не потерплю, чтобы кто-то на моей территории учинял расправу над невинной девочкой и младенцем! Если я еще раз замечу, что на моей территории происходят подобные вопиющие случае, когда людей без суда и следствия в чем-то голословно обвиняют, и вы над ними учиняете расправу, я просто выгоню вас со своей территории! Идите куда хотите! Но здесь, я не позволю так себя вести. Второй раз я повторять не буду! Все свободны!

После произнесенной речи, я, взяв под руку девушку, повела её к нашей лошади, которая щипала травку в сторонке.

Краем глаза заметила, что Тодор идет за нами.

– Нам бы еще денщика, да садовника, – сказал мужчина, когда мы отошли от толпы селян, которые так и продолжали молча смотреть в нашу сторону.

– Тот мужчина, который только-только пришел, – обратилась я к Тариле, – он главный в деревне?

– Да, – кивнула она. – Староста – Кимир.

– Тодор, ты мог бы с ним поговорить по поводу денщика и садовника? А то у меня что-то сил уже нет с ними разговаривать?

– Конечно, – кивнул мужчина, – я быстро, вы пока подождите меня тут.

– Мы пойдем потихоньку в сторону домика Тарилы, ладно, догонишь нас?

– Нет, я не могу тебя оставить одну, – нахмурился мужчина, – давай лучше вы у меня на глазах постоите тут, ладно?

Я задумалась и посмотрела на девочку.

– Я готова сколько надо ждать, – сказала она, – я хорошо себя чувствую. Яра тоже.

– Ладно, тогда ждем тебя, – нехотя согласилась я.

Если честно, то чувствовала я себя очень отвратительно, и не хотелось бы показывать свою уязвимость. Поэтому приходилось крепиться.

Я ведь в жизни не видела подобных ужасов. Читала да, в кино видела, но вот так вот воочию, когда люди без суда и следствия на кого-то нападают.

– Скажи, – посмотрела я на Тарилу, – а кто отец ребенка?

Девочка сразу же побледнела и опустила глаза вниз.

– Стежич, муж Ханы, – прошептала она, но всё же сказала правду. – Вы меня теперь не будете брать, да?

Я с шумом выдохнула. Этой Хане на вид было не меньше сорока лет. А сколько тогда её мужу? Я положила руку девушке на плечо и легонько сжала.

– Тарила, я не собираюсь тебя осуждать, просто мне надо знать. Он насильно тебя сделал беременной, или у вас всё по любви случилось?

Она еще сильнее сжалась и шепотом ответила:

– Он часто к нам ходил. Как родителей не стало. Стежич нам взялся помогать. Крышу латал, иногда продукты приносил. Меня бабушка научила кое-какие травы в лесу собирать, я в обмен ему отдавала. А он однажды пришел и… Я не хотела, правда. А он сказал, что больше нам никто кроме него не поможет. Помрем мы без его помощи. Но я всё равно не хотела…

Дальше она уже не смогла говорить.

Бедный ребенок.

Мало того, что изнасиловал беззащитную девочку, так еще и жена его её попыталась убить с помощью других селян.

Господи, что за мир то такой, а?

Неужели никто не мог за неё больше заступиться?

И что было бы, если бы я не вмешалась вовремя?

Я осторожно обняла её, чтобы ребенка не придавить и уверенно сказала:

– Больше тебя никто не обидит, а если попытаются, скажи мне, хорошо?

Я заглянула ей в глаза, и заметила слезы на щеках Тарилы.

– Хорошо, – пробормотала она.

– Всё успокаивайся, Тодор уже идет, сейчас пойдем к тебе домой, собираться и бабушку собирать, – предупредила я утирающую слезы девочку.

– У вас все нормально? – спросил мужчина, когда подошел к нам и заметил, что у нас обеих глаза на мокром месте.

Я стерла влагу со щек и уверено кивнула.

– Да, уже нормально. У нас будут работники?

– Я договорился, – кивнул Тодор. – Староста сказал, что пришел тех, кого сегодня здесь не было.

– Я надеюсь мужа Ханы он не пришлет? – на всякий случай уточнила я.

– Нет, – покачал головой мужчина. – Староста не дурак, сам всё понял. Клянется, что если бы был поблизости, то не допустил бы расправы.

– А где его носило? – недоверчиво спросила я.

– Говорит, что ездил на отчет к управляющему землями.

– Управляющему? – нахмурилась я, не понимая, о чем речь.

– Да, – кивнул Тодор. – Помнишь я про барона рассказывал. Это село стоит на его земле.

– Подожди, а как же усадьба?

– Бывший хозяин, тот, что был еще дедом нашего работорговца, давно проиграл все эти земли барону. Он бы и усадьбу проиграл, да это по закону невозможно сделать, она передается или по наследству, или следующему белому магу.

– Так это, что же получается, я зря тут орала, что эти земли мои?

– Нет, – хмыкнул Тодор. – Эти земли твои. И барону придется волей не волей, но подвинуться. Думаю, что очень скоро он нагрянет.

– Вот уж не хотелось бы, – печально вздохнула я. – Ладно, поехали, надо быстрее помочь собраться Тариле.

Мы двинулись за девушкой.

Пока шли я рассматривала местное селение.

Заборы перекошенные, дома старые, выглядят неопрятно. Дорога грязная. Запахи неприятные. Везде помойные кучи.

Такое ощущение, что помои прямо на дорогу выливают.

Нас сопровождали грязные дети, бежали в отдалении, о чем-то между собой хихикали, тыча в нас пальцами.

Взрослые тоже выходили из домов и провожали нас кто удивленными, кто недоверчивыми, кто напуганными, а кто-то злыми взглядами.

Злые взгляды я решила запомнить.

Мне тут враги совершенно не нужны. Еще не хватало, чтобы эти люди, как-то навредили моим детям.

Общая обстановка мне не особо понравилась.

Люди угрюмые, одеты в какие-то лохмотья. Уставшие.

Мда уж…

– Тодор, а что у вас тут и ведьмы имеются? – тихо спросила я мужчину.

Тарила убежала далеко вперед, и не слышала наш разговор.

– Нет никаких ведьм, – ответил мужчина. – Максимум – знахарки в селениях, которые в травах и ядах разбираются.

– А чего же тогда та женщина кричала?

– А, – Тодор махнул рукой. – В отдаленных селениях, такое случалось, к сожалению. Редко, но, бывало. Страдают обычно молодые ученицы знахарок. Самих-то их не трогают, понимают, что могут остаться без помощи. Наши пытались разобраться. Говорят, что это воду мутят бродячие артисты. Ходят по селам, истории всякие про ведьм рассказывают, театральные постановки ставят. А люди верят в эти сказки.

– Мне кажется, что дыма без огня не бывает, – задумчиво ответила я.

– Мне тоже так кажется, – устало вздохнул мужчина. – Я изучал историю. Подобные случаи участились последние лет пятьдесят. Как раз, когда хозяин Хайрук потерял свою жену и постепенно утратил интерес к окружающему миру.

Я же нахмурилась, вспомнив о том, что Хайрук был последним из белых магов. Но знают ли об этом другие люди?

– Тодор, ты знал, что Хайрук был последним Хозяином? – почти шепотом спросила я мужчину, и его шокированный взгляд сказал мне многое.

– Он никому не говорил, а из других государств подобной информации не поступало, – пробормотал он. – Наши шпионы докладывали, что там всё без изменений.

– Скрывали, – пожала я плечами.

Тодор замолчал, а мы уже прошли целое поле и дошли до леса. Тарила неслась впереди, иногда дожидаясь нас, чтобы мы её не потеряли из виду.

Наконец-то мы дошли до хибары, в которой жила девушка.

Мда… дом выглядел очень убого.

Не представляю, как она с ребенком, да еще и с больной бабушкой тут выживала…

Бедная девочка.

Я увидела ту самую телегу, про которую говорила Тарила.

– Ты сможешь запрячь в неё нашу лошадь? – спросила я Тодора.

– Попробуем, – пожал он плечами.

Из дома выбежала запыхавшаяся девушка, в её руках была люлька с Ярой, и какой-то тюк с вещами, она осторожно поставила обе ноши на телегу.

– Вы проходите, я сейчас морс налью, у меня есть, – засуетилась девушка, заметив, что мы пришли.

– Какой морс, – махнула я рукой. – Давай быстрее собираться, ужинать будем уже у нас дома. Пойдем познакомишь меня с бабушкой.

Мы вошли с Тарилось в дом. Что порадовало, так это чистота. И приятный запах трав.

Отлично, не надо будет её контролировать. Надеюсь, что и кухню она будет содержать в чистоте.

– А бабушка где? – спросила я суетящуюся девушку, которая продолжала собирать что-то в тюки.

– Здравствуйте, – услышала я старческий голос и подняла голову.

Женщина оказывается лежала на печке.

– Здравствуйте, – улыбнулась я. – Меня Рина зовут. Я Хозяйка Белой усадьбы.

– Ой, батюшки, так это правда? – прошептала бабушка, уставившись на меня, как на неведому зверюшку. А затем спохватившись, представилась: – Простите, я думала, Тарила придумывает. Меня бабушка Гуся звать.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась я, подходя ближе.

– Вы простите, я сама не смогу слезть, – забеспокоилась она. – Тарилка то мне сказала, что вы её забираете с Ярой на работу, а я-то ладно, своё пожила…

– Что вы такое говорите? – удивилась я. – Мы вас троих заберем.

– Да как же, я же не ходячая, – покачала головой она, и я заметила, как глаза у женщины увлажнились.

– Всё будет хорошо, – постаралась успокоить я женщину, – сейчас Тодор с лошадью разберется, и мы вас снимем. Вы не беспокойтесь. Тарила давай устроим лежачее место поудобнее. Матрас есть?

– Конечно, – закивала девушка, – сейчас все найду.

Общими усилиями, мы смогли организовать для бабушки Гуси место в телеге.

А затем уже действовал Тодор.

Он с легкостью снял худощавую старушку и перенес её на телегу, Тарила сразу же укутала бабушку в старое одеяло, и подложила пару подушек ей под голову.

Яра тихо посапывала в люльке.

– Ну всё, – повернулась к нам Тарила. – Я всё забрала.

– Тогда поехали, – выдохнула я.

Мы с Тарилой забрались на край телеги, а Тодор на лошадь и наконец-то тронулись в путь.

Пока ехали, я вспомнила про детей, прикрыла глаза и начала их мысленно искать, дом мгновенно мне показал мальчишек. Близнецы тоже присоединились к Цдрику с Алексом в исследовании поместья.

Отправила еще и дополнительно защиту на рыжиков.

Мариша с Сатией уже проснулись, взяли с собой малышек и во всю хозяйничали на кухне. Флине с Крилой расстелили небольшой коврик на полу, и вручили кукол.

Вот умницы девочки, молодцы какие. Хозяюшки, и ответственные.

Надо будет обязательно их похвалить за то, что помогают. А мальчишек ругать не буду. В любом случае – это любопытство, и оно никуда не денется. Пусть изучают, может что-нибудь интересное найдут… Но и помогать девочкам надо их учить. Буду думать, как сделать так, чтобы они по своей воле это делали…

Открыв глаза, я заметила, что Тарила с интересом на меня смотрела, но заметив мой взгляд, тут же стушевалась.

Удивительно, что она так быстро оправилась после всего случившегося. Вот нервы железные у человека. Хотя… после всего, что она перенесла, нервы будут железными.

Не представляю, как бы я вела себя в её положении.

– Ты читать-писать умеешь? – спросила я Тарилу.

– Бабушка Гуся немного учила, – ответила девушка.

Я обернулась, чтобы проверить бабушку и заметила, что та спит, а может просто дремлет.

– А школы у вас в селе нет?

– Нет, – покачала головой девушка. – Кто побогаче детей в Стром отправляют. Там школа бесплатная, её Хозяин строил. Но это три дня пути, и там еще где-то жить надо.

– Стром – это какой-то город?

– Да. Самый ближний. Я там бывала несколько раз, еще когда родители живы были, мы ездили на осеннюю ярмарку.

В глазах девушки промелькнула застарелая боль.

– Мы раньше в деревне жили, пока не погорели, – тише добавила она. – Потом я у бабушки Гуси стала жить.

– Погорели? – удивилась я.

– Ага, – грустно кивнула девушка. – У нас пожар случился. Несколько домов погорело. Мои родители погибли, и не только они, а я как раз с бабушкой ходила в лес. Полотнянка зацвела, она быстро отцветает. Бабушка меня и позвала с собой, чтобы вместе мы побольше собрать смогли.

– А что за пожар? – нахмурилась я.

– Так это барон Ярыл, сосед наш, мимо со своим войском проходил. Они и подожгли.

– Зачем? – в шоке уставилась я на девушку.

– А нам почем знать, – пожала она плечами, и утерла слезы. – Они поспорили о чем-то с нашим бароном.

– Так его не наказали?

– Кого? – с недоумением посмотрела на меня девушка.

– Так этого Ярыла? Он же столько людей убил!

– Да вы что! Это же барон! Кто ж его тронет?

– Король?

Взгляд у Тарилы стал огромным.

– Нет, за такое аристократов не наказывают.

– Ну хорошо, а ваш барон, что же? Не защитил вас?

– Он дает нам разрешение жить на его земле, – неуверенно пробормотала девушка.

– Мда, – в который раз за день выдохнула я.

И это наш мир я считала не справедливым?

Да тут вообще черте что творится, и никому дела нет… Какой-то псих поубивал кучу людей, и ему это всё сошло с рук.

– И когда это случилось?

– Так пять лет уже прошло.

– Понятно, – кивнула я.

После этого разговора, встречаться с местным бароном еще меньше захотелось. Что там за человек такой, который не способен защитить своих людей от соседа?

На его территории какие-то ужасы творятся.

Работорговцы детьми торгуют, сосед деревни сжигает… что еще тут происходит?

И мне наводить порядок?

И как мне нормально детей воспитать в таком обществе? Когда люди нападают на безобидную девочку с ребенком и пытаются её убить?

Или может раньше не так было и Хайрук просто всё запустил, из-за своей личной трагедии?

Интересно, а как тогда в других государствах живут? Если там уже давно Хозяев нигде нет… Или у них более цивилизованное общество?

Мы наконец-то доехали до ворот, я магией открыла их, въехали внутрь и я сразу же их закрыла.

Тодор подъехал поближе к большому крыльцу, чтобы удобнее было вещи вносить.

Тарила увидев дом, сразу же вся стушевалась, и смотрела на него огромными напуганными глазами.

Ну да, сейчас он, кстати выглядел уже очень даже прилично. Как будто только что, кто-то ремонт фасада сделал. Чистенькое сияющее белизной здание. С красивыми барельефами. Я обратила внимания, что из земли стала пробиваться зеленая травка. Что ж, это радует, возможно, что скоро тут всё зазеленеет, и усадьба будет выглядеть еще лучше.

Спрыгнув с телеги, я подошла к Тодору.

– На втором этаже были нормальные комнаты? – спросила я мужчину.

– Да, – кивнул он в ответ. – Более-менее нормальных парочку я приметил. Они в конце коридора. Напротив кабинета. Там и кровати, и шкафы есть.

– Хорошо, я тогда побежала вперед, посмотрю. – Я оглянулась и посмотрела на Тарилу, которая тоже слезла с телеги и прижимала к себе люльку с Ярой. – Тарила идем со мной, подготовим для бабушки Гуси комнату, да я тебя с детьми познакомлю. – Позвала я девушку.

Та в ответ робко кивнула, и вместе с люлькой пошла за мной следом.

Мы вошли в дом, и я заметила девочек, они все вчетвером стояли в холле и встречали нас.

– Знакомьтесь девочки, – улыбнулась я, – это Тарила с малышкой Ярой. Тарила будет нам готовить. С нами еще бабушка Гуся, Тодор её занесет. У неё ноги больные. А это мои девочки, – повернулась я к Тариле и по очереди всех представила. – Еще мальчишки где-то бегают, появятся, я их тоже тебе представлю, – добавила я.

– Хорошо, – прошептала девушка смущенно.

Яра в люльке захныкала.

– Она, наверное, кушать хочет? – спросила я Тарилу, которая принялась утешать ребенка.

– Да, – растеряно кивнула она.

– Пойдем тогда наверх, сразу в комнате и покормишь Яру.