Читать книгу "Бракованная жена. Хозяйка приюта неугодных"

Глава 17

Солнце припекает макушку, пока я наблюдаю за детьми, собирающими ягоды в саду. Прошло несколько дней после того инцидента в классе, но странное молчание Клаудии по этому поводу до сих пор не даёт мне покоя.

Ни слова упрёка, ни намёка на выговор, словно ничего и не произошло.

Да и Арчи избегает разговоров. Воровать еду, кстати, он перестал. По крайней мере, Нелли больше его не гоняла скалкой.

С детьми немного хуже. Если с малышами я более-менее нашла контакт, то подростки старательно меня игнорируют. А у меня, между прочим, испытательный срок идёт. Мне нужна эта работа.

– Леди Марианна, смотрите, сколько я набрала! – Люси, маленькая веснушчатая девочка, гордо демонстрирует мне полную корзинку малины.

– Молодец! – улыбаюсь я, проводя рукой по её рыжим кудряшкам. – Смотри, вон на том кусте есть ещё немного спелых ягод.

– Я мигом! – улыбается Люси и бежит собирать оставшиеся ягоды.

Дети разбрелись по саду небольшими группками. Кто-то старательно собирает ягоды, кто-то украдкой пробует их, измазав щёки красным соком. Близнецы – Оливия и Оливер – как всегда, держатся особняком, методично наполняя свои корзины. Их движения удивительно синхронны, будто они части одного механизма.

Киран, тот самый подросток, который с первого дня смотрит на меня с плохо скрываемой неприязнью, демонстративно развалился с книгой под яблоней. Хотя я замечаю, как он временами бросает в мою сторону настороженные взгляды.

Что-то сегодня не так. Я чувствую это всем телом, каждой клеточкой. Мурашки бегут по спине, несмотря на тёплый день. Может, это потому, что мы находимся слишком близко к лесу? Вдруг какой-нибудь бешеный хищник выбежит?

Хоть Клаудия и говорит, что на территорию приюта никто из зверей не сунется, всё равно как-то жутко.

– Леди Марианна! – Звонкий голосок Сары, беловолосой девчушки лет семи, выводит меня из задумчивости. – Попробуйте, какая вкусная ягодка!

На её маленькой ладошке лежит крупная чёрная ягода, похожая на чернику. Наклонившись, я принюхиваюсь: запах сладкий, приятный. Внимательно рассматриваю ягоду – ничего подозрительного.

– Она ведь съедобная? – спрашиваю я.

– Конечно, леди Марианна. Это наша местная ягода, в городе таких нет. Вот вы и не пробовали её.

Ну, в самом же деле, Марианна, не будут же тебя дети травить!

Отбросив все сомнения, я отправляю ягоду в рот. И тут же замечаю довольную ухмылку на лице Кирана Что-то не так…

Но мысли о странной реакции подростка прерывает детский крик. Обернувшись, я вижу, как Питер, самый младший из воспитанников, шагает к лесу. Слишком целеустремлённо для четырёхлетнего ребёнка.

– Всем оставаться на местах! – кричу я, срываясь с места. – Питер, стой!

Мальчик не реагирует, продолжая идти в самую гущу деревьев. Я бегу изо всех сил, но расстояние между нами сокращается недостаточно быстро. До леса остаётся метров тридцать…

Я должна успеть!

Внезапно нога проваливается в какую-то яму. Резкая боль пронзает лодыжку, но я не обращаю на это внимания. Двадцать метров… Пятнадцать… Десять…

Последним рывком дотягиваюсь до Питера, хватаю его на руки. Боль в ноге становится невыносимой, но я прижимаю мальчика к себе и, хромая, поворачиваю обратно.

Обошлось! Хвала небесам, я успела. Страшно представить, что могло бы случится, если бы я не заметила пропажи Питера.

– Нельзя ходить в лес, малыш, – шепчу я, с трудом переставляя ноги. – Сколько раз повторять…

– Но тям такие класивые бабоцки, – виновато щебечет Питер. – Я хотел посмотлеть.

– Давай договоримся, что в следующий раз, когда ты захочешь посмотреть на бабочек, ты скажешь мне и мы что-нибудь придумаем? – говорю я. – Только не уходи в лес. Обещаешь?

Немного подумав, Питер с важностью кивает и произносит:

– Обесяю, леди Малина.

Ох уж эта леди Малина. Некоторые дети не могут выговорить моё имя и называют леди Малиной. Слышала, что за глаза и ребятня постарше так говорят. Малинка – это ещё не худший вариант. Пока делаю вид, что не знаю о таком прозвище.

– Что здесь происходит?

Этот холодный голос я узнаю из тысячи. Господин Дарквуд собственной персоной, которого я не видела с того самого дня. И судя по выражению его лица, он совсем не рад нашей встрече.

Осторожно опускаю Питера на землю, он, словно очнувшись от транса, испуганно жмётся к моей юбке.

– Дети, немедленно в дом, – строго приказывает Дарквуд. – Все до единого.

– Все хорошо, – успокаиваю я испуганного Питера. – Ступай с остальными.

– Да, леди Малина.

Малыши торопливо подхватывают корзины с ягодами. Даже Киран, забыв о своей показной независимости, поспешно ретируется. Только близнецы задерживаются на мгновение, глядя на меня странными фиолетовыми глазами, прежде чем исчезнуть в дверях приюта.

Я остаюсь наедине со злющим Дарквудом, едва удерживаясь на подвернутой ноге. По его потемневшим глазам понимаю, сейчас начнётся…

Ну что с этим мужиком не так? Он изначально принял меня в штыки. И почему, когда происходит какая-то неприятность, свидетелем обязательно будет этот господин Большое Эго?

– Леди Марианна. – Лёд в тоне Дарквуда пробирает насквозь. – Как вы…

– Господин Дарквуд, а церберы случайно не ваши родственники?

Глава 18

Глядя, как непонимающе хмурится мужчина, я едва сдерживаю усмешку. Кажется, господин Большое Эго и не в курсе, кто такие церберы.

Вот же я дура, ещё немного, и я бы поделилась с Дарквудом всеми тонкостями греческой мифологии. Надо быть осторожнее.

– Леди Марианна, – холодно бросает он. – Вам стоит быть более внимательной.

Ну как можно таким быть? Он вообще человек? Может понять: дети такие шустрые, что даже за одним сложно уследить, а уж если их больше десяти?

Хотя это не оправдание. Нужно и правда быть внимательнее, особенно рядом с этим лесом.

– Я поняла вас, господин Дарквуд.

– Какая вы проблемная, леди, – раздаётся тихо.

Я даже не уверена, что правильно расслышала.

Дарквуд стремительно сокращает расстояние между нами. Не успеваю я опомниться, как оказываюсь в его руках.

– Что вы… – начинаю я возмущённо, но слова застревают в горле.

Руки мужчины крепко держат меня, и я невольно отмечаю, какие они тёплые. От Дарквуда пахнет лесом и чем-то неуловимо приятным.

Боги, о чём я думаю?!

– Не дёргайтесь, – командует он. – Если не хотите и вторую ногу подвернуть.

Я замираю, не зная, куда деть руки. Неловко обхватив Дарквуда за шею, чувствую, как краска заливает щёки.

Почему-то вспоминаются романы, где героиню носят на руках… Стоп! Какие ещё романы?! Это же Дарквуд – человек, который меня терпеть не может!

Он уверенно шагает к пансионату, будто я не тяжелее пёрышка. В холле мы сталкиваемся с Клаудией, которая при виде нас приподнимает бровь.

– Леди Марианна повредила ногу, – кратко сообщает Дарквуд не останавливаясь.

Мы поднимаемся по лестнице, и я чувствую на себе любопытные взгляды детей, выглядывающих из-за дверей. Щёки горят ещё сильнее. Но это не только от смущения… Что-то не так. В висках начинает пульсировать, а всё тело охватывает странный жар.

Я поднимаю глаза на Дарквуда. В голове туманится, но почему-то именно сейчас мне хочется получить ответы на все вопросы.

– Почему вы меня так ненавидите? – вырывается у меня. – Что я вам сделала? И зачем взяли на работу, если не доверяете?

Он удивлённо смотрит на меня, но продолжает идти.

– И вообще. – Язык заплетается, но остановиться я уже не могу. – Вы, конечно, ужасный самовлюблённый зануда, но… чертовски привлекательный зануда.

Дарквуд едва не спотыкается на ровном месте. В его глазах мелькает что-то, похожее на… изумление?

Разрази меня гром! Я это сказала? Как так вышло? Да я бы даже под пытками такого не ляпнула!

– Что вы ели? – резко спрашивает он, толкая дверь моей комнаты.

– Ягодку… Чёрненькую такую… Меня угостили.

– Проклятие! – Мужчина осторожно опускает меня на кровать. – Кажется, это была ягода истины. Она не растёт в саду.

Меня прошибает холодный пот. Ягода истины? О нет… Если он начнёт расспрашивать… Я же всё выболтаю!

Беда!!! Нужно спасаться бегством!

Дарквуд поднимает руку, и я завороженно смотрю, как его пальцы чертят в воздухе странные символы, светящиеся голубоватым светом.

– Спите, – тихо говорит он.

Мои веки тяжелеют.

Последнее, что я вижу, перед тем как провалиться в сон, – его озадаченный взгляд.

…Просыпаюсь я оттого, что кто-то настойчиво тычется холодным носом мне в щёку.

– Арчи? – сонно бормочу я, открывая глаза.

– О, наконец-то! – Скунс устраивается рядом на подушке. – Ты едва не попалась, дорогуша. Повезло, что Дарквуд догадался усыпить тебя. Действие ягоды всего пять часов, и ты благополучно их проспала.

– Почему он это сделал? – задумчиво уточняю я, садясь в кровати. Голова ясная, и нет больше того странного желания выложить все свои тайны.

– Может, потому, что не хотел слушать твои приставания? – ухмыляется Арчи.

Животные вообще могут так делать? Жуть!

– Какие ещё приставания? Что ты несёшь? – возмущаюсь я.

Проклятие! Я сказала, что Дарквуд привлекательный. Гореть мне в диком пламени! Ладно, этого уже не исправить, чего уж посыпать голову пеплом попросту…

– Кстати, – вспоминаю я, – нужно поговорить с Сарой. Узнать, откуда у неё взялась эта ягода…

– Да в лесу мелкие пакостники её взяли, – невзначай произносит скуобраз. – Но поиски виновного придётся отложить. – Арчи многозначительно смотрит на мою забинтованную ногу. – Тебе предписан постельный режим минимум на два дня. Распоряжение господина Большое Эго.

– Но дети…

– О детях позабочусь я. – Арчи выпячивает грудь. – Ну и Клаудия. А ты лежи и думай о чём-то приятном. Например, обо мне, ну или о привлекательном зануде.

– Ах, ты! – шиплю я.

Но скунса и след уже простыл. Вот же хитрец!

Два дня постельного режима тянутся бесконечно долго. Клаудия приносит мне книги из библиотеки, малыши иногда заглядывают узнать о моём самочувствии, а Арчи развлекает язвительными комментариями обо всём на свете.

На третью ночь меня будит странный звук. Приподнявшись на локте, прислушиваюсь – топот маленьких ножек эхом разносится по коридору. Что ребёнок делает там в такой час?

Осторожно встав, я проверяю ногу: почти не болит. Выглядываю за дверь как раз вовремя, чтобы заметить мелькнувший за углом подол белой ночной рубашки.

Крадусь следом и стараюсь ступать бесшумно. В голове проносятся десятки вопросов: «Кто это? Почему не спит? Куда направляется?»

Ребёнок сворачивает к парадной гостиной. Странный выбор для ночной прогулки. Подойдя к приоткрытой двери, я застываю на пороге, не веря своим глазам.

Глава 19

Толкнув дверь, я замираю на пороге. Гостиная преобразилась до неузнаваемости. Повсюду развешаны бумажные гирлянды, а на стенах – детские рисунки с поздравлениями. У камина громоздится целая гора коробок, перевязанных разноцветными лентами.

Дети, заметив меня, вздрагивают как один. Малышня прячется за старших. Киран выступает вперёд, загораживая остальных. Боги, как же он смотрит. В его глазах плещутся злость и вызов.

– Что, прикажете всё убрать? – сквозь зубы цедит он.

От кухни тянет приятным ароматом свежей выпечки. Глубоко вдохнув запах корицы и ванили, я чувствую, как рот наполняется слюной.

– Нет, что вы, – мягко улыбаюсь я. – Но, может быть, вам нужна помощь?

Дети переглядываются с недоверием. Первой не выдерживает маленькая Люси:

– Правда-правда? Вы нас не будете ругать?

– Конечно нет. Если вы мне расскажете, к какому празднику готовитесь.

– У леди Клаудии день рождения. Мы хотим устроить ей сюрприз, – сообщает радостно малышня.

– А вы умеете делать бумажные цветы? – робко спрашивает Сара.

– Ещё как! Давайте покажу.

Несмотря на ноющую боль в лодыжке, я устраиваюсь на полу рядом с детьми. Показываю, как складывать бумагу, чтобы получились пышные розы. Малыши смотрят во все глаза, пытаясь повторить. Даже Киран украдкой поглядывает на мои руки.

Пользуясь моментом, я тихонько обращаюсь к Саре:

– Кстати, милая, помнишь ту ягодку, которой ты меня угостила в саду?

Девочка бледнеет и начинает дрожать.

– Я… я…

– Тише, тише, – успокаиваю я. – Я не сержусь. Просто в следующий раз не нужно так делать, хорошо?

Сара часто-часто кивает и убегает к другим детям. Замечаю, как Киран провожает её внимательным взглядом.

Время летит незаметно. Мы развешиваем гирлянды, расставляем подарки. Из кухни периодически доносятся звон посуды и приглушённые голоса. Мне сказали по секрету, что там девочки колдуют над праздничным пирогом.

Надо бы посмотреть, всё ли у них в порядке.

На рассвете на лестнице раздаются лёгкие шаги. Дети замирают, затаив дыхание. В дверях появляется Клаудия, и комната взрывается радостными криками: «С днём рождения! Поздравляем! Мы вас так любим, леди Клаудия!»

Даже Киран, обычно такой колючий, почтительно склоняет голову. А в глазах – неприкрытое обожание.

Клаудия счастливо прижимает руки к груди, а её глаза блестят от слёз.

– Мои дорогие… Какой сюрприз!

Мы отправляемся в столовую, где уже накрыт праздничный стол. И вот девочки выносят именинный пирог. Он немного кривоват, но украшен с такой любовью, что на такие погрешности и внимание не заостряешь.

Девочки, которые его пекли, нервно переминаются с ноги на ногу.

Клаудия торжественно разрезает пирог. Первый кусочек – ей. Она пробует и зажмуривается от удовольствия.

– Восхитительно!

Девочки расцветают от счастья, и пирог раздают всем присутствующим. Даже Киран бормочет с набитым ртом:

– А что, вкусно…

Я осторожно пробую свой кусок. Пирог определённо пересолен, но я старательно улыбаюсь и хвалю стряпню. Замечаю, что и остальные делают то же самое.

Внезапно меня накрывает понимание: это не просто приют. Это настоящая семья, где все защищают и поддерживают друг друга. Семья, в которую меня ещё не приняли, но я всё сделаю, чтобы это произошло.

После завтрака Клаудия, растроганно поблагодарив всех, отправляет детей в классные кабинеты. Мы с ней остаёмся вдвоём.

– Знаешь, Марианна, – говорит она задумчиво, – ты на верном пути. Завоевать доверие этих детей непросто. У каждого из них своя история, свои шрамы. Но, я уверена, ты справишься. И я ума не приложу, как такую, как ты, угораздило попасть в семейку моей сестры.

Я тоже не понимаю. Ох, а я уже и забыла, отчего бежала.

Войдя в классную комнату, подозрительно обвожу её взглядом. Я, случайно, не ошиблась дверью? В кабинете царит непривычная тишина. Дети сидят за партами, аккуратно сложив руки перед собой. Их внимательные взгляды устремлены на меня.

– Ещё раз доброе утро, дети! – громко произношу я, не веря своим глазам.

А где шум и гам, которым меня встречали каждый день?

– Доброе утро, леди Марианна! – отвечают они хором.

Урок проходит на удивление гладко. Ученики внимательно слушают мои объяснения, старательно выводят буквы в прописях, тянут руку, желая ответить на вопросы.

Я не могу скрыть улыбку: какая разительная перемена по сравнению с прошлыми занятиями!

Занятие подходит к концу, и только я собираюсь отпустить детей на перемену, как раздаётся голос:

– Господин Дарквуд приехал!

Не дожидаясь моего разрешения, дети выбегают из классной комнаты, приветствуют покровителя приюта. А мне хочется бежать в обратную сторону от этого хама. Вот только жаль, что с моей больной ногой не убежать.

Выйдя в коридор, я едва не врезаюсь в господина Большое Эго.

– Вы должны быть в постели, – холодно бросает он. – Почему нарушили приказ?

Что? Приказ? Да он совсем уже с головой не дружит? Ладно, я бы по работе что-то не так сделала, но распоряжаться моим личным временем? Вот же истинный гад!

– Я смотрю, раздавать приказы у вас в крови, – в тон ему отвечаю я.

Проклятие! Лучше бы мне молчать. Взгляд мужчины вмиг темнеет. О нет! От страха у меня уже галлюцинации, всего лишь на мгновение показалось, что кожа на щеке Дарквуда потемнела.

Кажется, я и правда ещё нездорова.

– А вот я вижу, что вы как раз любите их нарушать. – Мужчина щурится. – У вас осталось чуть больше недели, леди. Помните?

– Прекрасно помню, господин Дарквуд. – Я гордо вздёргиваю подбородок. – Вот только как нарушение моего постельного режима относится к работе?

– То есть вы будете в состоянии присматривать за детьми? – Поднимает он бровь.

– Вполне, нога не болит, – нагло вру я.

И чтобы продемонстрировать этому хаму, что я вполне здорова, делаю несколько неровных шагов.

Ох, перед глазами аж мошки пляшут от боли. И всё же я перестаралась, но отступать уже поздно. Не дам слабину перед этим несносным человеком.

Внезапно позади меня раздаётся тихое рычание, а затем меня подхватывают на руки.

– Да что за невыносимая девчонка!

Едва слышу я у виска его слова.

– Что вы делаете?! – шиплю я, глядя на хмурого Дарквуда.

– Молчи… те, леди, – рычит он.

Ого, он и так умеет?

Я и молчу. Дарквуд вносит меня в мою комнату и опускает на кровать. Потом делает то, чего я совсем не ожидаю.

– Да как вы смеете?! – верещу я, когда этот гад задирает мою юбку.

– Какая срамота-а-а-а! – раздаётся сбоку визг Арчи.

Глава 20

– Какая срамота-а-а! – визжит Арчи, влетая в комнату. – Я думал о тебе лучше, Марианна! А ты… ты… предаёшься разврату средь бела дня!

– Что? – Я давлюсь воздухом от возмущения. – Арчи, это не то, что…

– А вы, господин Дарквуд! – продолжает распаляться скунс. – Как вы могли воспользоваться беспомощным положением леди? Она же больна! Ах, какой позор!

Я в полном шоке смотрю на своего компаньона. Он опять за своё? К чему этот спектакль?

– Вы должны на ней жениться! – заявляет Арчи, гневно топорща усы. – Немедленно! Иначе её репутация будет погублена навеки!

Что? Он совсем чокнулся? Я уже замужем, забыл, что ли?

Дарквуд всё это время стоит с непроницаемым лицом, даже бровью не ведёт. Только когда Арчи делает паузу, чтобы набрать воздуха для новой тирады, мужчина спокойно интересуется:

– Скунс, ты закончил истерить? Могу я приступить к лечению?

Арчи застывает с открытой пастью, так ничего и не сказав.

Сколько секунд до взрыва? Три… Два… Один…

– Скунс?! СКУНС?! – возмущённо пищит он. – Да как вы смеете! Я, между прочим, благородный зверь! И вообще… – Он поворачивается ко мне. – Смотри, Марианна, не вздумай предлагать ему массаж в качестве благодарности!

С этими словами Арчи гордо удаляется, напоследок махнув хвостом.

Чувствую, как краска заливает моё лицо. Боги, какой стыд! Краем глаза замечаю насмешливый взгляд Дарквуда.

– Массаж, значит? – невинно уточняет он. – Вы всем такие услуги предлагаете?

– Что? – шиплю я, задыхаясь от гнева. – Пожалуй, вам стоит уйти!

– И оставить вашу ногу без лечения? – Дарквуд приподнимает бровь. – Боюсь, это невозможно.

Не слушая моих протестов, он садится на край кровати и осторожно касается моей лодыжки. Пальцы его такие тёплые и неожиданно нежные. От этого прикосновения по коже бегут мурашки.

Замерев, я не в силах отвести взгляд от его рук – сильных, но в то же время удивительно чутких. Дарквуд что-то делает с моей ногой: массирует, растирает какую-то мазь, но я почти не чувствую боли. Только тепло, разливающееся от его прикосновений.

Откуда у него взялась мазь?

Невольно подняв глаза, я встречаюсь с его взглядом. В тёмной глубине зрачков пляшут золотистые искры. Или мне кажется? Сердце пропускает удар, а потом начинает биться чаще. Что со мной происходит?

Дарквуд смотрит так пристально, изучающе, словно видит меня насквозь. От этого взгляда перехватывает дыхание. Воздух между нами словно наэлектризован. Ещё никогда я не чувствовала себя такой… живой. Уязвимой. Желанной?

Это помутнение какое-то!

Пальцы Дарквуда на мгновение замирают, затем медленно скользят выше по икре. Это прикосновение отзывается во мне дрожью. Кажется, температура в комнате резко повысилась. Или это просто я пылаю, как в лихорадке?

– Вот и всё, – неожиданно хрипло произносит он, убирая руки. – Завтра повторим процедуру.

Моргая, я прихожу в себя. Что это было? Почему я так остро реагирую на его прикосновения? Он же невыносимый, высокомерный… Господин Большое Эго!

– Отдыхайте, леди Марианна, – говорит мужчина поднимаясь. – И на этот раз постарайтесь следовать моим указаниям.

– Но у меня же испытательный срок. Мне нужно налаживать контакт с детьми, – возражаю я.

– Испытательный срок немного продлится на время вашей болезни, – нехотя сообщает мне Дарквуд.

Молча киваю, потому что я не доверяю своему голосу. Когда за Дарквудом закрывается дверь, я шумно выдыхаю. Сердце всё ещё колотится как бешеное, а кожа помнит тепло его рук. В голове туман, и мысли путаются. Что это за наваждение такое?

Я околдована?

Точно! Господин Большое Эго применил какие-то чары, не иначе!

Не успеваю я прийти в себя, как в комнату проскальзывает Арчи, довольный, как объевшийся сливок котяра, то есть скунс.

– А я молодец! – заявляет он, забираясь на кровать.

– О чём ты? – Я хмурюсь.

– Сам генерал попался на мой крючок!

– Какой генерал? – недоуменно переспрашиваю я. – Какой крючок?

Арчи раздражённо смотрит на меня.

– Как какой? Господин Дарквуд, конечно! Неужели ты не знала, кто он?

– Что?! – У меня челюсть отвисает. – Этот… этот высокомерный тип – генерал?!

– Ага! – радостно кивает Арчи. – И я его женю на тебе!

– ЧТО?! – Теперь я точно в шоке. – Ты с ума сошёл? Я уже замужем! Очнись!

– Пф-ф, – отмахивается скунс. – Это мелочи! Главное – вы идеально подходите друг другу. Ты видела, как он на тебя смотрит? А как ты краснеешь под его взглядом? Это же судьба! Слушай, я всё рассчитал…

– Так, стоп! – Я хватаю подушку, намереваясь запустить её в наглого скунса. – Прекрати немедленно!

– Ой, можно подумать, тебе не понравилось, как он лапал тебя, – хихикает тот, ловко уворачиваясь. – А как ты млела под его руками…Чуть сама не набросилась на мужика. Кстати, дорогуша, скромнее стоит быть. Не проявляй свой интерес так явно. Он охотник.

Я брежу или скунс и правда решил учить меня, как вести себя с мужчиной? А вообще, зачем я его ещё слушаю?

– Вон! – рявкаю я, чувствуя, как пылают щёки.

Арчи выскакивает за дверь, но напоследок высовывает мордочку.

– Между прочим, я всё устрою! Вот увидишь!

Со стоном падаю на подушки. Боги, за что мне это? Сначала этот невыносимый Дарквуд со своими… процедурами, теперь ещё и Арчи с безумными идеями! И почему при мысли о завтрашнем визите генерала (генерала!) внутри всё переворачивается?