Читать книгу "Земля обетованная"

Абусе

 
Один весёлый мальчик
В нос засунул пальчик.
И, представьте, пальчик он в носу сломал.
 
 
Тут заплакал мальчик,
Жалко стало пальчик.
Но что и как исправить, мальчик тот не знал.
 
 
Может кто подскажет
И нам всем расскажет,
Что же ему делать и как ему помочь?
 
 
Может должен мальчик
В нос вновь засунуть пальчик
И, не вынимая, там держать всю ночь.
 
 
Девочки и мальчики,
У вас у всех есть пальчики
И вы конечно знаете, как нужно поступать.
 
 
Что ни в какие дырки
И в горлышко бутылки
Не нужно ваши пальчики прелестные совать.
 

2014 г.

Не вздыхай

 
Не вздыхай, и охать не к чему.
Всё ведётся, как велось.
Без худого – оно легче бы,
Что поделать, так сошлось.
 
 
Если же захороводится,
Душу распалит жара,
То тогда воды колодезной
Выпей прямо из ведра.
 
 
По траве, косой не тронутой,
Босяком с утра пройдись
И со всем, что было омутным
На пути том разойдись.
 
 
Так, чтоб с тем уже не встретиться
В этом мире никогда.
Станет ярче с каждым месяцем
Путеводная звезда.
 

2014 г.

Мнение

 
Куда ни взгляни —
Пусть ума и палата,
Но ночи, и дни
Не представишь без мата.
 
 
Непечатное слово
В печатном издании —
Сегодня так ново
Сверх ожидания.
 
 
В любом разговоре
И в каждой беседе,
В горячечном споре
Друзья и соседи,
 
 
Супруг и супруга,
Бомжи, олигархи
Не от недуга,
Не по запарке
 
 
По матери слово,
Как верное средство,
К месту, толково,
Без лжи и кокетства
 
 
Используют денно,
Используют нощно.
Оно неизменно
Действует мощно.
А всё потому,
Что вокруг поцевато,
И Русь по уму
Не представить без мата.
 

2014 г.

Нельзя

 
Нельзя конфеты, шоколад,
А также сладкое печенье.
Вам вместо всех этих услад,
Как леденец – стихотворение.
 
 
Для тех, кто сладостей не ест,
Хотя с рождения сладкоежка,
У них единственный протест —
На лицах горькая усмешка.
 
 
Простите, но давать совет —
Лишь только голову морочить.
Тут потерять авторитет
Ну, как два пальца, между прочим.
 
 
Сочувствие, а что с него?
Весьма сомнительное ложе.
В нём не получишь ничего,
Как и отдать не сможешь тоже.
 
 
Не ешьте сахар, раз нельзя!
Ведь он ничем не лучше соли.
Врачи советуют не зря,
Возможно, они с кем-то в доле.
 

2014 г.

Нельзя, нельзя

 
Нельзя, нельзя, нельзя так, господа,
Рубить с плеча, ведь это не капуста.
Быть может это чья-то голова,
А может быть, что это чьи-то чувства.
 
 
Прости того, кто, встав не с той ноги
Нечаянно сказал худое слово.
Одним простым пожатием руки
Порою можно сделать очень много.
 
 
Нельзя, нельзя, нельзя так, господа,
Рубить с плеча. За что такая кара?
Обида ещё вовсе не беда.
Она пройдёт, как дым после пожара.
 
 
И что тогда? Назад нельзя никак —
Без визы перешли через границу.
Вот так и остаются в дураках,
Не удержав в своих руках синицу.
 
 
Нельзя, нельзя, нельзя так, господа,
Рубить с плеча, забыв про всё на свете.
Опасно, что-то делать сгоряча,
Ведь после появиться могут дети.
 

2014 г.

Журавль

 
Курлычь, курлычь, журавль.
Ты с севера на юг
По курсу, как корабль,
Спешишь от зимних вьюг.
 
 
Весной летишь ты тоже,
Но к себе домой.
Ведь только там ты сможешь
Обзавестись семьей.
 
 
На юг спешу я тоже,
Однако извини,
В одном с тобой несхожи —
Лечу я от семьи.
 

2014 г.

Антисемитка

 
– Я антисемитка, но не настолько,
Чтоб с евреем не спать.
Глоток коньяка, лимонная долька,
Пожалуй, в кровать.
 
 
На пол сбросив халат,
Она предстала нагой.
Ты что, мальчик, не рад?
Поспеши, дорогой.
 
 
Как красива чертовка,
Без сомнения, была.
И мне стало неловко,
Едва нашёл я слова.
 
 
– Ты, как пери из сказки персидской,
Но во мне нет огня.
К сожалению, член мой семитский
Не стоит на тебя.
 
 
– Дурачок, это не больше, чем шутка.
Ты обиделся зря.
– Шутка впору была б для проститутки,
Только не для тебя.
 
 
И ушёл, этой шутки ей не простил.
Но трепетала душа,
Может быть всё же я поспешил?
Уж больно она хороша!
 

2014 г.

ЧМ в Бразилии

 
Сошлись тридцать две команды
По двадцать три игрока.
Голландцы испанским грандам
Уже намяли бока.
 
 
Кот-Дивуар и Гана,
Хорватия и Гондурас.
Мексика, как не странно,
Бразилии не сдалась.
 
 
Матч получился красивым.
Хотя счёт остался сухим.
Играли команды на диво —
Отличный пример другим.
 
 
Англия с Уругваем
За выход из группы игра.
Бразилию покидает
Проигравшая сторона.
 
 
Весь стадион, как лава —
Матч начался едва.
Но Англия проиграла
Со счётом, увы, – один – два.
 
 
Трибуны зашлись от крика.
Сегодня одна из двух:
Италия или же Коста-Рика
Выходит в следующий круг.
 
 
Гол – это очень круто!
Восторг захлестнул стадион —
Больше одной минуты
Гремело со всех сторон.
 
 
Забили коста-риканцы
И вышли сразу вперед.
У них отличные шансы
Теперь удержать этот счёт.
 
 
Они удержали — лихо!
Снят с повестки вопрос.
С победой тебя, Коста-Рика,
Италию жалко до слёз.
 
 
С Аргентиной Иран по сути
На равных два тайма был,
Но на последней минуте
Месси» всё же гол забил.
 

2014 г.

Два бугая

 
Сошлись в кругу два бугая.
Никто не уступает.
Один: – А я, другой: – А я,
Мгновенно отвечает.
 
 
Мычат, у каждого рога —
Супруги постарались.
Они не даром на юга
За годом год мотались.
 
 
У всех детей не русский вид
И кожа их смуглее.
Вот тот, что в стороне стоит,
Бесспорно, от еврея.
 
 
А бугаи — в плечах сажень,
Бодаются по пьяни.
И каждый раз такая хрень —
Вся жизнь в одном стакане.
 

2014 г.

Жаль, адрес твой потерян

 
Я знаю, было б классно
Нам встретится б с тобой.
Ты юна и прекрасна,
Я снова молодой.
 
 
Всё то, что неумело
Творили ты и я,
Сейчас иное дело —
Пусть не спешит заря.
 
 
И повода не станет
Расстаться в этот год,
Ничто души не ранит
И чувств не обожжёт.
 
 
Я вполне уверен,
Что было бы всё так.
Жаль, адрес твой потерян
В прошедших врозь годах.
 

2014 г.

Воет ветер

 
В эту каменную чашу
Все ветра с окрестных гор
Сходятся, поют и пляшут,
Здесь звучит их дикий хор.
 
 
То завоют, то затихнут,
То вдруг кто-то вновь начнёт.
Трудно к этому привыкнуть
Тому, кто там не живёт.
 
 
Дирижёр у них не очень —
Стройности нет никакой.
Ладно днём, а то средь ночи
Вдруг раздастся этот вой.
 
 
Будто жалуется кто-то
Непонятно на кого.
Из семи нот лишь две ноты,
В песнопении его.
 

2014 г.

Бесконечность, вечность, слава

 
Как следует из этого,
А может из того —
Ну кто об том ведает.
Нельзя же знать всего.
 
 
В пространстве бесконечности
Возможность есть всегда.
Но жизнь в сравнении с вечностью
Есть мелочь, ерунда.
 
 
Порой под микроскопами
Её не рассмотреть.
Родившись, пьем и лопаем,
Чтоб после умереть.
 
 
От этой безысходности
Спасение – запой.
Здесь ни к чему подробности —
У каждого он свой.
 
 
К нему приводит чувство —
То в пьянство, то в разбой.
Один идёт в искусство,
В религию другой.
 
 
Как не судите, слава
Есть у добра и зла.
Увы! На вечность право
Даёт только она.
 

2014 г.

Простите

 
Простите, простите, простите,
Что был недостаточно смел,
Что не был я в центре событий,
Был чаще вообще не у дел.
 
 
Простите, что власть не узнала
Какое ж из мнений моё.
Простите, что сделал так мало,
Ни разу не встав под ружьё.
 
 
Простите, что сослан я не был,
В тюрьме не сидел даже дня,
Что в клетку не видел я неба,
Пытать не пытались меня.
 
 
Простите и спорить не смею,
Что стал я кому-то в пример.
Ведь я был обычным евреем,
Прожившим всю жизнь в СССР.
 

2014 г.

Кто в ответе?

 
Кто властвует – тот здравствует.
Устроено так в мире.
Кто здравствует – тот царствует
На воле и в сортире.
 
 
Демократичность – фикция,
Примочки демагогии.
Достаточна лишь дикция
И склонность к болтологии.
 
 
Там белые, тут красные,
Зелёные и желтые.
И те, и те ужасные,
Все сытые, упёртые.
 
 
У каждого ничтожества
Теперь своя есть правда.
Вместо единой – множество,
А что же будет завтра?
 
 
А что? – Ответ в прострации.
Вся куплена Фемида.
Готовность нынче к акции
Есть только у шахида.
 
 
Так что же, люди добрые,
Вы есть ещё на свете?
Ложь нынче стала нормою,
И кто за всё в ответе?
 
 
Одно с другим не вяжется,
Толковых действий нет
Мне почему-то кажется —
Нам всем держать ответ.
 

2014 г.

Израильские плачи

 
Конечно без вопроса —
Мир смотрит на нас косо,
Чтобы оставить с носом, не вышибая клин.
 
 
Наша соседка Газа
Под сапогом Хамаса,
Который без прикраса, грозит нам, сукин сын.
 
 
И у него основа
Не матерное слово,
Что было бы не ново, а тысячи ракет.
 
 
И как Израильтяне
Должны от этой дряни
Избавиться без брани, когда такой сосед?
 
 
Они — за меч! У двери,
Принявший образ пери,
Не кто-нибудь, а Керри, чтоб передать привет.
 
 
От самого Обамы
Нам, как от строгой мамы,
Чтобы без всякой драмы блюли мы паритет.
 
 
Но в этот раз — о, чудо!
Не приняли мы блюдо.
Впервые вместо блуда, мы показали нос.
 
 
Пусть будет мир и благо
Под бело-синим флагом
И, Биби Нетаниягу, с тебя за это спрос.
 

 
В Израиле война.
Как тяжелы печали.
Бессмертная душа,
Но сердце не из стали.
 
 
И кровь в уплату здесь —
Прискорбнее нет дани.
За жизнь страны и честь
В бою Израильтяне.
 
 
Мальчики! Нет слов
Утрату чтоб умерить
Всех матерей и вдов
И каждого еврея.
 
 
Здесь боль на всех одна
И всем нести утрату.
Запомнит вся страна
Их имена, их плату.
 
 
Живых долг побеждать,
Во чтобы то не стало,
Чтоб павших не предать,
У гада вырвав жало.
 

 
Лишь ради народного блага
И враги устрашились дабы,
Задал вопрос Нетаниягу
Начальнику главного штаба:
 
 
– Задействованы танки? – Задействованы.
Также пушки и самолеты.
У Хамаса положение бедственное.
Наконец-то сведем с ними счеты.
 
 
Ответ прозвучал, как надо:
Весомо, уверенно, четко.
Готовьтесь вручать награды,
Читайте военные сводки.
 
 
И терпит народ ракеты
Полсотни дней и ночей
И то, что пропало лето,
И гибель своих сыновей.
 
 
– Но, почему стало тише?
– Стреляют! – Но это в Сирии.
В домах веселятся мыши,
Почувствовав перемирие.
 
 
Печально считать потери
И в чёрном стоять у могил,
Не зная, кому же верить,
А ложь терпеть нету сил.
 
 
Хамас отмечает победу
В разрухе, среди обломков.
Евреи оставили беды
Опять для своих потомков.
 

 
Без танка, без пушки, без самолёта —
Лишь врукопашную наша пехота,
Должна разобраться с хамасовцем в Газе,
Считает Европа, ООН и Бенгази,
 
 
Чтобы нечаянно всех «непричастных»
Локтем не задеть в сраженьях ужасных.
Представьте себе, даже антисемиты,
Тогда на Израиль не будут сердиты.
 
 
Ну как вам такая задачка, евреи,
Которую задали нам прохиндеи?
Доколе же лиху глумиться над нами,
Свинцовыми нас поливая дождями.
 
 
Быть может пора нам, избранным Богом,
Самим упереться, как водится, рогом.
Да так, чтобы все языки прикусили
И тявкать на нас навсегда позабыли.
 

 
Спит Израиль, слава Богу,
Тишина.
Хайм об ногу чешет ногу.
Рядом спит жена.
 
 
Снится Хайму сон о мире,
Без ракет.
Что в разбомбленной квартире
Марафет.
 
 
И что Мойша вдруг вернулся
В дом родной.
Вражий снайпер промахнулся.
Сын живой.
 
 
Снится будто Нетаниягу
В бой ведет.
В его руке сверкает шпага,
Перекошен рот.
 
 
Он кричит: – Шиндец Хамасу!
Не щадить!
С ними рядом нет уж спасу
Больше жить.
 
 
А за ним и все министры
Рвутся в бой.
И те, что на руку нечисты
Спешат в строй.
 
 
Хайм проснулся и конечно
Явь признал.
И так горько безутешно
Зарыдал.
 

 
Стихли пушки и ракеты
Не жужжат над головой.
От заката до рассвета
Ночь гордится тишиной.
 
 
Страна спит, Цахал не дремлет,
Зорко смотрит часовой,
Чтоб не смог на нашу землю
Кто-либо прийти с враждой.
 
 
Сколько крови, слёз, печали
Отдал мой народ войне,
Чтобы просто не мешали
Мирно жить моей стране.
 
 
Сколько жизней самых юных
Поглотил огонь войны.
Полегли в песчаных дюнах
Наши лучшие сыны.
 
 
До какой поры так будет:
За войной опять война,
Жизнь под грохотом орудий,
Ночь тревожная без сна?
 
 
Что же будет? Как же будет?
Не хватает каких мер?
Дать ответ не могут людям.
Ни раввин и ни премьер.
 

2014 г.

 
Здесь из мрамора скульптуры
И все сделаны с натуры.
Вот скульптура из трёх пальцев —
Её сделал Юрий Мальцев.
 
 
Справа парные скульптуры —
Изваял их тоже Юра.
Большой палец – вверх и вниз
Жить, не жить —таков сюрприз.
 
 
Слева палец – одинок,
Как бы нечто между ног.
Удивительное сходство —
Выражает превосходство.
 
 
Тут четыре накрест пальца.
Да, вы правы, скульптор Мальцев.
Называется «Итог»
Всех путей и всех дорог.
 
 
Пальцы, сжатые в кулак —
Это сексуальный знак,
Что огонь уже, как плазма, —
Пол секунды до оргазма.
 
 
Шесть – открытый в банке счёт.
Ну а семь – скинхедов слёт.
Восемь – это нечто сдуру.
Мальцев чувствует скульптуру
 
 
Девять – символ разобщения
И отсутствия влечения.
Не указаны причины,
Но все девять тут мужчины.
 
 
Там, где десять пальцев вверх,
Смысл – пленённый человек,
А с ним рядом десять вниз —
Это человек без риз.
 
 
Постамент совсем без пальцев
Тут, как дух представлен Мальцев.
Все считают поголовно,
Что Мальцев гений безусловно.
 
 
Продаются все скульптуры,
Как объекты поп-культуры.
Процедуры здесь простые —
Цены все договорные.
 

2014 г.

 
О! Женщина – исчадие ада,
Но без неё жизнь немила.
Поёт душа, безумно рада,
Когда сплетаются тела.
 
 
Но блекнут за оргазмом краски.
И то что было божеством
Пред нами предстает без маски
С таким бесчувственным лицом.
 
 
Ведь только что мы не делили
Весь мир ни вдоль ни поперёк
И в одной лодке вместе плыли,
Но тех восторгов срок истёк.
 
 
Вновь всё так буднично, безлико,
И в клетку небо за окном.
Глядишь, а рядом с тобою лихо
Сидит с обиженным лицом.
 

2014 г.

 
Я тоску твою развею,
Разгоню твои печали
И в объятиях согрею
Лучше самой тёплой шали.
 
 
Покажу тебе рассветы
Красоты необычайной,
На вопросы дам ответы,
Все тебе открою тайны.
 
 
Расцелую все веснушки,
Ни одной не пропуская,
На коленке и за ушком —
Всю от края и до края.
 
 
Напою тебя медами
Своей нежности и ласки.
Всё, что будет между нами
Не предам вовек огласке.
 

2014 г.

 
Алёнушка, Алёна —
Произношу я в слух.
Мелькают перегоны,
Аж замирает дух.
 
 
Как будто поезд скорый
Спешит: тук-тук-тук-тук
Через леса и горы,
Мчась с севера на юг.
 
 
Алёнушка, Алёна —
Я повторяю вслух
И, обогнав вагоны,
Уносит эхо звук.
 
 
Алёнушка, Алёна —
Несется по долам
Снежинки с тихим звоном
Дробятся пополам.
 
 
И вот уже «Алёна»
Звучит над Ангарой,
Заснеженной и сонной
Под бледною луной.
 
 
Но не прибудет только
Тот поезд на вокзал.
Как это всё не горько,
Ещё ни рельс, ни шпал
 
 
Сюда не проложили
До наших Палестин.
Не то чтобы не в силе,
Но не было причин.
 
 
Алёнушка, Алена.
Ответом – тишина
В этом мире сонном,
Где властвует зима.
 

2014 г.

 
Ну, что там день — все дни отдам,
Не только лишь восьмое марта
Зато тепло, что дарят нам
Наташа, Катя, Эльза, Марта.
 
 
Но как же быть, когда от них
Идёт коварство и измена,
А из красавиц расписных —
Царица хищников – гиена.
 
 
И хочется от них тогда
Бежать аж к чёрту на кулички.
Страшнее божьего суда
Порой бывают эти птички.
 
 
Всё точно так. Однако — но
Без них нет жизни продолжения,
Без них безрадостно вино,
Нет ни любви, ни вдохновения.
 

2015 г.

Коротко о разном

 
Здравствуй, Солнце! Здравствуй, Ваше
Необъятное количество!
Ничего на свете краше
Нету Вашего Величества.
 

 
Лучше одиночество
Без имени и отчества,
Нежели общение
Без всякого почтения.
 

 
Хуже некуда тогда —
За бедой, когда беда
Бесконечной вереницей.
Выход лишь один – напиться.
 

 
Хорошо, кому направо,
А налево – далеко.
Тут, имея даже право,
Сделать дело нелегко.
 

 
Мальчик самоучка —
Золотые ручки.
Они могут всё сломать,
Стоит только в ручки взять.
 

 
Беден я, помилуй, боже,
Жаловаться мне негоже.
Я по-своему богат:
Дети, внуки– это клад.
 

 
Большое вам спасибо, бабы,
Что я сейчас вдали от вас.
Вы этому безмерно рады.
Я вместе с вами в этот раз.
 

 
Я должен заметить,
в журнале отметить
и вам указать:
Время настало,
Терпенье пропало —
пора всем в кровать.
 

 
Поделись со мной и я
Поделюсь с тобою тоже.
А без этого нельзя,
А без этого негоже.
 

 
На лице не налицо
Ваше собственное эго.
На нем всё заподлицо,
Чтобы быть белее снега.
 

 
Когда меняется погода,
А перемена каждый день —
Твоя кончается свобода,
Берёт тебя в полон мигрень.
 
 
И ты уже – в её тенетах,
О всем стараешься забыть:
О каше на плите, о детях,
Лишь хочется по-волчьи выть.
 

 
Сегодня нет тумана
И солнце рано, рано
Взошло на синем фоне,
Чтобы сидеть на троне.
 

 
Хотя всё это – сложно
Однако же, возможно
Не остаться в дураках,
Оказавшись на бобах.
 

 
Куда же вы уходите? Куда же?
Уже ли слова не скажете вы даже?
Как можно так без всякого прощания,
Без «будь здоров», без просто «до свидания».
 
 
Хотя бы даже тощее «пока»
Или без слов пожатая рука.
Ну что-нибудь! Призывы без ответа.
Видать, обида наложило вето.
 

 
Семидесятилетие
Горят дни, как поленья,
И дата в долголетие
Становится ступенью
 
 
Уходят вверх по лестнице,
Вздыхая от усталости,
Ровесники, ровесницы —
Рукой подать до старости.
 

 
Живу в горах, орлам под стать
Почти что вровень с облаками.
Жаль только, не могу летать
Над твердью той, что под ногами.
 

 
Как посмела взяться смело
Ты за дело неумело?
И, конечно, это дело
В результате прогорело.
 

 
Помилуйте, братцы,
приходится сдаться
иначе быть худу.
Нельзя отказаться,
нужно стараться —
вымыть посуду.
 

 
Видишь, бабка варит щи —
Не проси и не пищи,
И над ухом не трещи,
Лучше хлебца поищи.
 
 
С одной хлебной крошки
Будешь сыт без ложки.
 
 
И ответил воробей:
– Я хочу горячих щей.
С одной хлебной крошки
Протяну я ножки.
 

 
Когда же всё так здорово —
Просто и без норова.
Дело даже трудное —
Не такое нудное.
 

 
У меня уже нет мочи.
Только мочи, не мочи.
Ты меня всё время точишь,
Как древесные жучки.
 

 
До чего же хорошо,
Когда не очень плохо.
Можно сделать о-го-го!
Да к тому ж без «оха»
 

 
Откуда взгляд печальный у этой красоты?
Быть может это в осень увядшие цветы?
Быть может это листья, упавшие с берёз?
Быть может это ветви, намокшие от слёз?
Быть может не то слово сказали ей с утра?
Скорей всего, поэтому печальна красота.
 

2015 г.

 
К ним отношусь без пиетета.
Я стоек в этом убеждении.
Прошу простить меня за это
Имеющих иное мнение.
 
 
Их красота и к ним влечение,
Нас доводящее до страсти —
Бесовское есть наваждение,
Синдром болезненной напасти.
 
 
Все эти чуда в мини юбке —
Они как инопланетянки.
Их вкусы, помыслы, поступки
Не лезут ни в какие рамки.
 
 
При этом, рассуждая здраво,
Скажу — достоинств их не счесть.
И то, что есть за ними право
В миру свои права иметь.
 

2015 г.

 
Каблук для красивой женской ноги —
Как для алмаза огранка.
Вот девушка встала на каблуки
И поднята выше планка.
 
 
Высокий каблук вызывает экстаз —
Сердце бьётся в груди, как птица.
Шагает девушка вся напоказ
И шагом своим гордится.
 
 
Где ноги её начало берут,
Там же кончается юбка.
Взгляды мужчин уже тут как тут:
– Ах, так хороша, что аж жутко!
 
 
Ахи и вздохи вдогонку летят,
Кто посмелей – идёт рядом.
Сколько в этом бриллианте карат —
Оценить невозможно взглядом.
 
 
Ажиотаж, а она идёт,
Не замечая прохожих.
Зеваки стоят, разинув рот,
Готовые вылезть из кожи.
 
 
Бугатти Вейрон притормозил,
Мерсы и БМВ расступились.
Господа, умерьте свой пыл —
Ваши акции все обвалились.
 
 
Из Бугатти вышел – собою хорош
Красавец мачо, затмив Аполлона.
На девушку взгляд, острый как нож,
Он небрежно бросил с фасоном.
 
 
Она же мимо, не взглянув на него,
Прошла тем же шагом толпу изумляя.
Мачо удивленно произнес: – О-го-го!
Впервые оставшись без урожая.
 
 
Каблуки производят тогда фурор,
Когда само совершенство – ноги,
Что и подтвердил дифирамбов хор
Судей без корысти строгих.
 

2015 г.

 
Цфат не размером меряется,
А древностью своей.
Три тысячи лет! Не верится,
Но Господу видней.
 
 
Иду по узкой улочке —
Седая старина.
Пить можно кофе с булочкой
Здесь с раннего утра.
 
 
Кофейни, словно соты —
Они и там, и тут.
Встречают здесь с охотой,
Во мне еврея чтут.
 
 
Ивритских слов немало
Успел я заучить,
Но как пора настала
Их в деле применить —
 
 
Слова все врассыпную
И нужных не найти,
Но я не паникую:
– Эспрессо дабел ли
 
 
Везе им шоколадом.
Он принял мой заказ.
Всё получилось ладом
Сошло на этот раз.
 
 
Готов уже эспрессо
И булочка в печи.
Я чуть прибавлю в весе,
Но сброшу по пути.
 
 
«Шалом» при расставании
Хозяину сказал,
А он мне на прощание
Рукою помахал.
 
 
Иду по узкой улочке —
Радостью цвету,
Вкус шоколадной булочки
Чувствуя во рту.
 

2015 г.

 
Сижу на остановке,
На иврите – тахана.
И так мне тут всё ловко —
И шум, и тишина.
 
 
Автобус гость не частый
На остановке той
В день солнечный, ненастный —
Нет вовсе – в выходной.
 
 
Для лёгких воздух горный —
Им дышится легко.
Здесь всё пускает корни —
Лишь напои его.
 
 
Дышу я полной грудью,
Нет спешки никакой.
И места нет распутью.
Я сделал выбор свой.
 
 
Нигде так не дышалось,
Как на святой земле.
Тут в кайф даже усталость,
Прохлада в феврале.
 
 
Сижу на остановке
И в радости душа.
В России мне неловко
И также в США.
 

2015 г.

 
Вышел на прогулочку
Солнце, неба синь.
Иду по переулочку,
Взгляд куда ни кинь —
 
 
Всё вокруг зелёное
И это в феврале.
Нравится мне оное
На святой земле.
 
 
Небо ко мне с лаской,
Горный колорит.
Я назвал бы сказкой
Этот чудный вид.
 
 
Только мысль занозой
В голове сидит,
Как же быть с угрозой,
Что араб сулит?
 
 
Хизбалла с Хамасом,
Турция, Иран.
В Рамалле Абумазан,
Союз арабских стран
 
 
Били их нещадно
И крепко каждый раз,
Чтоб было неповадно,
Но черти снова в пляс.
 
 
В кофе на главной улице
Сижу я с мыслью той.
От солнца чуть прищурившись,
Любуюсь красотой.
 

2015 г.