Текст книги "К западу от Эдема. Зима в Эдеме. Возвращение в Эдем"
![](/books_files/covers/thumbs_240/k-zapadu-ot-edema-zima-v-edeme-vozvraschenie-v-edem-187475.jpg)
Автор книги: Гарри Гаррисон
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 22 (всего у книги 76 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]
![](i_045.png)
Это был первый лук Харла, и он страшно гордился им. Дядя его, Надрис, взял мальчика в лес. Там они выбрали нужное деревце с тонкой корой и упругой прочной древесиной. Выбрал Надрис, но Харл сам срубил тонкий ствол, не сразу одолев упругую сердцевину. Затем под тщательным руководством Надриса он содрал зеленую кору, обнажив белую влажную поверхность. А потом пришлось ждать, и это было хуже всего. Надрис повесил палку сушиться в своем шатре. Там она и висела, пока наконец не высохла. Тогда началась работа, и Харл молча следил, как Надрис строгает палку краем острого камня. Он обтесал концы лука, прорезал в них бороздку для тетивы, которую свил из длинных и прочных волос, взятых из хвоста мастодонта. Но и тогда, когда тетива оказалась на месте, Надрис не был удовлетворен: попробовав натянуть лук, он снова снял тетиву и принялся строгать.
Наконец все было закончено. Лук делали для Харла, и право выстрелить из него первым принадлежало ему. Изо всех сил он натянул, а потом отпустил тетиву. Стрела полетела прямо, не вихляя, и с громким стуком вонзилась в ствол дерева.
Это был самый долгий и счастливый день в жизни Харла. Теперь у него есть лук, он выучится стрелять, скоро его возьмут на охоту. Этот первый, самый важный шаг уводил мальчиков-тану из детства в мир охотников.
…Рука его устала, пальцы он успел сбить, но мальчик не останавливался. Его лук, его праздник.
Он хотел побыть наедине со своим оружием, а потому ускользнул от мальчишек в небольшую рощицу неподалеку от стоянки. Весь день он провел подкрадываясь к затаившейся среди деревьев воображаемой дичи, всаживал стрелы в ни в чем не повинные стволы, словно в оленей.
Когда стемнело, он с неохотой опустил лук и пошел к шатрам. Он проголодался и думал теперь только о жареном мясе. Скоро он сам пойдет на охоту добывать мясо. Олень – прыг, стрела – вж-ж-ж, бах! Готово! Скоро.
В ветвях над головой что-то зашелестело, мальчик замер. На фоне темнеющего неба виднелся силуэт. Он пошевелился, вновь послышался тот же шорох. Большая птица.
Противиться искушению просто не было сил. Он мог промахнуться во тьме, мог потерять стрелу. Но ведь он сам ее сделал и всегда может смастерить такую же. Но если он попадет, птица станет его первой добычей. Первый день с луком, первая добыча. Мальчишки совсем по-другому станут относиться к нему, когда он гордо пройдет между шатрами со своим трофеем.
Он медленно и неторопливо наложил стрелу на тетиву, согнул лук, поглядел вдоль стрелы на темный силуэт среди ветвей и разжал пальцы.
Вскрикнув, птица свалилась вниз. Зацепилась крылом за сук над головой Харла и повисла на тонких веточках. Встав на цыпочки, он едва сумел достать ее концом лука. Наконец сбросил птицу на землю. Стрела пробила туловище, круглые мертвые глаза птицы глядели на него. Испуганно охнув, Харл отступил на шаг.
Сова… Он убил сову…
И почему он сперва не подумал? Мальчик даже застонал от ужаса. Как это он не догадался? Ну кто же еще летает по ночам? Сов нельзя убивать, а он убил. Прошлым вечером старый Фракен копался в извергнутом совой меховом шарике, трогал крошечные косточки, и они говорили ему о будущем, об удачной охоте. За гаданием старик все толковал о совах – единственных птицах, летающих по ночам, что провожают тхармы мертвых охотников на небо.
Сову нельзя убивать.
Он, Харл, убил сову.
Быть может, никто не узнает, если он просто зароет птицу. Он судорожно заскреб ладонями по земле, потом остановился. Не к добру. Совы узнают. Совы запомнят. И его собственный тхарм когда-нибудь не найдет провожатого, потому что звери не забывают никогда. Со слезами он склонился над мертвой птицей, потянул за стрелу. А потом нагнулся, вглядываясь в распростертое тело.
…Когда прибежал мальчишка, Армун сидела у огня. Он стоял и ждал, пока она обратит на него внимание, но она не торопилась замечать его и долго возилась с огнем. Теперь она была женщиной Керрика и узнала тепло и радость. Женщина Керрика. Мальчишки не осмеливались теперь смеяться над ней, ни один палец не показывал в ее сторону. Лицо она более не прятала.
– Ну что? – спросила она, стараясь быть строгой, но все-таки не сумела не улыбнуться от переполнявшего ее счастья.
– Это шатер маргалуса? – дрогнувшим голосом проговорил Харл. – Не поговорит ли он со мною?
Керрик слышал их голоса. Он медленно поднялся на ноги – сломанная нога срослась, но еще болела, когда он наступал на нее, – и вышел из шатра. Харл повернулся к нему. Лицо мальчика осунулось и побледнело, на щеках виднелись следы слез.
– Ты маргалус и знаешь все о мургу, так мне говорили.
– Чего ты хочешь?
– Пожалуйста, пойдем со мной, это важно. Я должен кое-что тебе показать.
Керрик знал, что вокруг много странных зверей. Мальчик, должно быть, нашел что-то совсем непонятное. И поначалу Керрик хотел отослать его. Потом передумал. Быть может, мальчик нашел что-нибудь опасное, надо взглянуть. Керрик кивнул и последовал за мальчиком. Когда они отошли так, что Армун не могла их услышать, Харл остановился.
– Я убил сову, – сказал он дрогнувшим голосом.
Керрик удивился, потом вспомнил истории, которые рассказывал о совах старый Фракен, и понял, почему так испугался мальчик. Надо как-то подбодрить его, но только не подрывая веру в откровения Фракена.
– Это плохо, – проговорил Керрик, – только не надо так горевать.
– Я не об этом. На сове есть что-то еще.
Харл нагнулся и потянул из-под куста за длинное крыло тело совы, потом поднял, чтобы ее было видно в свете ближайших костров.
– Поэтому я пришел к тебе, – проговорил Харл, указывая на черную шишку на ноге птицы.
Керрик нагнулся поближе. Свет костра отразился во внезапно открывшемся глазе.
Керрик медленно выпрямился и обеими руками взял птицу у мальчика.
– Ты сделал правильно, – произнес он. – Сов нельзя убивать, но это не такая сова, которых мы знаем, – это сова мургу. И ты правильно сделал, что убил ее и принес мне. А теперь – беги, быстро отыщи охотника Херилака и приведи к моему костру. Расскажи ему, что ты увидел на ноге этой совы.
Услыхав про добычу мальчика, пришли Хар-Хавола и Сорли, ставший саммадаром вместо Улфадана. Они глядели на мертвую птицу и на живого марага, черными когтями охватившего ее ногу. Глаз открылся, поглядел на них и закрылся вновь – Сорли поежился.
– Что это значит? – спросил Херилак.
– Это значит, что мургу знают, где мы, – ответил Керрик. – Они больше не посылают рапторов выслеживать нас, потому что огромные птицы часто не возвращаются. А сова летает ночью, видит во тьме. – Он ткнул пальцем в черную кожу, дрогнувшую от прикосновения. – Этот мараг тоже видит во тьме. Он видел нас и сообщил мургу. Он видел нас много раз.
– И это значит, что мургу могут быть уже в пути, что они уже готовы напасть? – угрюмо проговорил Херилак.
Керрик мрачно качнул головой:
– Не могут – готовы уже. Здесь тепло, несмотря на зимнее время. Они разыскали нас: совы донесли им, где лагерь. Они будут мстить, в этом не приходится сомневаться.
– Что же нам делать? – спросил Хар-Хавола, оглядывая звездное небо. – Уходить на север? Но до весны еще далеко.
– Наверное, придется, весна там или нет, – ответил Керрик. – Следует подумать об этом. А пока позаботимся, чтобы нас не застали врасплох. Вдоль реки на юг пойдут быстрые скороходы. Они сделают один, даже два дневных перехода и будут следить за рекой. Если покажутся лодки мургу, они немедленно известят нас.
– Сигурнас и Переманду, – произнес Хар-Хавола, – самые быстрые в моем саммаде. Они гоняли оленей в горах и бегают быстрее оленя.
– Пусть уйдут на рассвете, – решил Херилак.
– Не все мои охотники вернулись, – сказал Сорли. – Они зашли далеко и заночевали. Нельзя уходить, пока они не вернутся.
Керрик смотрел в огонь, словно пытался найти в нем ответ.
– Я чувствую, больше ждать нельзя. Мы должны уходить на север сразу, как только вернутся твои охотники.
– Там все замерзло, охота плохая, – возразил Хар-Хавола.
– Пища у нас есть, – отвечал Керрик. – Мясо, добытое нами, и мясо в пузырях, отобранное у мургу. Съедим его, будем жить. Но если мы останемся, они убьют нас. Я чувствую это, я знаю это. – Он показал на мертвую сову и существо, приникшее к ее ноге. – Они следят. Они знают, где мы. Они придут, чтобы убить нас. Я знаю их, знаю ненависть мургу. Мы погибнем.
В эту ночь тану спали тревожно, и с первыми лучами солнца Керрик проводил Сигурнаса и Переманду. Берестяные поножи защищали ноги стройных и высоких охотников от низких веток.
– Оставьте копья, чтобы они не мешали вам, – велел Керрик. – Возьмите копченого мяса и эккотаца на три дня. Копья не нужны – вам не придется охотиться. Вы будете наблюдать. У вас будут луки и хесотсаны для защиты. Пойдете на юг вдоль реки, даже если этот путь будет длиннее. Идите с утра и дотемна и ночуйте возле реки. Возвращайтесь на третий день, если мы не пошлем за вами раньше. Мы не задержимся здесь. Все время следите за рекой и сразу же возвращайтесь, если увидите мургу. Торопитесь, если вы их увидите.
…Охотники бежали легким размеренным шагом. Небо заволокло тучами, день был прохладным, бежать было приятно. Они рысили вдоль берега широкой реки; когда приходилось – пересекали отмели или лезли на крутые берега. Но не сбивались с пути ни на шаг. На реке никого не было.
Когда солнце поднялось высоко, вспотевшие охотники остановились, напились воды из чистого ручья, падавшего водопадом по каменистому берегу и окунулись в реку. Омыв лица, пожевали копченого мяса, задерживаться они не стали.
После полудня они добрались до места, где река выписывала широкую дугу по равнине. Вся петля была отлично видна с берега.
– Можно сократить путь, если пересечь излучину здесь, – сказал Сигурнас.
Переманду стер пот с лица тыльной стороной ладони.
– Можно… но так мы не увидим воду. Они могут проплыть мимо, а мы не заметим. Надо держаться реки.
Поглядев на юг, они заметили ползущее по земле облако пыли. Оно приближалось, росло… Такого им еще не приходилось видеть.
– Что это? – спросил Сигурнас.
– Пыль, – отвечал Переманду, известный острым зрением. – Облако пыли. Не стадо ли утконосых… большое стадо?
– Сколько охочусь, такого не видел. Слишком большое, слишком широкое и быстро приближается.
Облако пыли подступало, и наконец охотники различили перед ним спасавшихся бегством животных. Некоторые звери забежали далеко вперед, и Переманду, прикрыв ладонью глаза, пытался разглядеть их.
– Это мургу! – внезапно закричал он с ужасом. – Мургу со смертоносными палками! Бежим!
И они побежали назад вдоль берега, такие заметные в невысокой жухлой траве. Позади них слышались хриплые вопли, топот тяжелых ног, резкий треск.
Сигурнас споткнулся и упал. И Переманду успел заметить иглу, воткнувшуюся в его шею сзади.
Спасения не было. Переманду упал – засохшая глина обломилась под его ногами. Он падал с высокого обрыва. Перевернувшись в воздухе, его тело с плеском ушло под воду.
Два огромных зверя замедлили бег на краю обрыва, наездницы иилане’ слезли с высоких седел и постояли, вглядываясь в мутную воду. Ничего не было видно. Но они смотрели долго. Потом первая направилась назад к таракасту.
– Передай Вейнте’… – сказала она. – Скажи ей, что нам попались два устузоу. Оба мертвы. Остальные не узнают о нас. Мы нападем на них внезапно, как она приказала.
15![](i_046.png)
Далекие крики мгновенно разбудили Керрика. Он сел, вглядываясь в темноту из-под полога. Армун тоже шевельнулась. Что-то пробормотав во сне, она всем теплым телом прижалась к нему. Крики стали громче. Керрик отодвинулся от женщины, на ощупь отыскал среди шкур одежду.
Откинув полог, он увидел бежавших к нему охотников. Они держали факелы, двое из них тащили что-то тяжелое.
– Это Переманду, – произнес Херилак. – Он бежал весь день и большую часть ночи.
Переманду был в сознании, но совершенно обессилел. Его поднесли к Керрику и осторожно усадили на траву. В пляшущем свете факелов кожа его казалась бледной, вокруг глаз чернели круги.
– Идут… – хрипло выдавил он. – С юга… Сигурнас погиб.
– У реки выставлена охрана? – быстро спросил Керрик.
Переманду вяло качнул головой.
– Не по воде. По берегу.
– Бегите! – приказал Херилак охотникам, принесшим Переманду. – Разбудите всех! Саммадаров скорей сюда!
Выскользнув из шатра, Армун склонилась над Переманду, поднесла к его губам чашу с водой. Он жадно осушил ее и быстро заговорил.
– Мы следили за рекой, но они пришли по суше. Сперва было облако пыли, громадное, мы еще не видели такого. А в нем – мургу, их нельзя сосчитать, и они бежали, а на спинах сидели мургу со своими разящими палками. Другие мургу с палками ехали на верховых мургу впереди, эти были и покрупнее, и побыстрее. Мы побежали, нас увидели. Сигурнаса убили. А я нырнул в реку и, задержав дыхание, поплыл вниз по течению. Выбрался из воды, когда они ушли. Я долго сидел под водой.
Пока он рассказывал, поспешно подошли саммадары, собирались охотники, все молча слушали. Свет факелов освещал мрачные лица.
– Когда я вылез из воды, их уже не было. По долине катилось облако пыли. Они удалялись очень быстро. Я последовал за ними. Они оставили за собой широкую полосу вытоптанной травы, обильно усеянную пометом мургу. И я бежал, пока не опустилось солнце. Тогда я увидел, что они остановились у реки. Остановился и я, но близко не подходил. Маргалус говорил, что они не любят ночей и в темноте не ходят. Вспомнив об этом, я дождался темноты. И когда стало темно, я обошел их с востока. Больше я их не видел. Я бежал не останавливаясь. И я прибежал, и я здесь. А Сигурнас мертв.
Утомленный долгой речью, он вновь опустился на землю. Слова его рождали ужас, все слушали с трепетом, ибо смерть шла к стоянке.
– Они нападут на нас, – сказал Керрик. – Нападут на рассвете. Они точно знают, где мы. Они все тщательно продумывают заранее. Они спрятались неподалеку и нападут на рассвете.
– Надо защищаться, – сказал Херилак.
– Нет! Здесь оставаться нельзя. – Керрик говорил быстро, почти не думая, слова сами срывались с языка.
– Если мы тронемся с места – они атакуют нас на ходу, – возразил Херилак. – Мы не сможем защищаться, и нас убьют, едва мы побежим. Лучше остаться здесь.
– Слушайте все! – объявил Керрик. – Мургу хотят, чтобы мы оставались на месте. Они все предусмотрели. Можете не сомневаться, они продумали все, во всех подробностях и деталях, чтобы перебить нас всех до единого. Давайте подумаем, как нам уцелеть. О чудовищах, на которых они ездят, я не слыхал. Но это ничего не значит. Мир мургу велик. В нем наверняка есть неведомые нам мургу, о существовании которых мы понятия не имеем. Но теперь мы знаем о них, мы предупреждены… – Он огляделся. – Мы остановились здесь, потому что тут легче сдерживать атаку со стороны реки… А по воде они не идут? Лодок не видел?
– Нет, – ответил Переманду. – Не видел. Их много, как птиц, собравшихся осенью к отлету. Их не пересчитать, словно листья в лесу.
– Нашу терновую ограду можно затоптать, – сказал Керрик, – и нас вместе с ней. Надо немедленно уходить на север, здесь нельзя оставаться.
Воцарилась тишина. Никто не хотел говорить, слишком уж неожиданным оказалось это событие. Люди смотрели на вожаков. Саммадары смотрели на Херилака. Решать предстояло ему. Лицо его было суровым и строгим: он отвечал за всех. Оглядев собравшихся, он встал и тупым концом воткнул копье в землю.
– Уходим. Маргалус прав. Если останемся, то всех ждет смерть. В следующий раз выберем для стоянки место получше. Осталась половина ночи. Надо использовать темноту. Собирайте шатры.
– Нет, – перебил его Керрик. – На это уйдет время, которого у нас и так мало. К тому же под тяжестью шатров травоисы станут неповоротливыми, и мы не сможем идти быстро. Берем только оружие, одежду, еду, и ничего больше.
Женщины со страхом слушали, некоторые начали голосить.
– Шатры сделаем новые, – произнес Керрик. – А жизни? Сажайте на травоисы детей. Пусть шатры остаются. Мургу не знают, что в них никого нет. Они нападут на них, потратят иглы впустую. А у нас прибавится времени. Я сказал.
– Делайте, как велел маргалус! – приказал Херилак, поднимая копье. – Идем!
Просыпаясь, мастодонты жалобно трубили, их расшевеливали жестокими ударами по губам. Перед шатрами торопливо разожгли костры и при свете пламени быстро запрягали слонов в травоисы. Керрик велел Армун грузить волокушу, а сам поспешил в голову собиравшейся колонны к Херилаку.
Он указал на север:
– Помнишь, там земля поднимается, холмы поросли лесом, повсюду скалы, камень гор протыкает небо. Идем туда, если нас не настигнут на полпути. Там можно отыскать и место для обороны.
Взошла луна, и рассвет заметно приблизился. Тану двинулись цепочкой. Мастодонты недовольно повизгивали, когда их заставляли бежать. Охотники бежали рядом. Они долго охотились здесь и знали каждый холм и ложбину. Саммады шли на север самым коротким и удобным путем.
Когда забрезжил рассвет, никто уже не бежал. Мастодонты устали и шагали с трудом, усердно переставляя огромные ноги. Охотники то и дело оглядывались, но позади никого не было. Пока. И поход продолжался.
Люди шли долго и устали, наконец Херилак велел остановиться.
– Пейте, отдыхайте, – приказал он, ожидая, пока подтянутся последние. И поманил к себе Переманду. – Ты знаешь, как далеко были мургу от нашего лагеря. Как ты думаешь, они уже добрались до него?
Поглядев на юг, Переманду задумчиво прищурился:
– Я потратил много времени, но они двигаются быстрее. Скоро они будут там.
– А потом и здесь, – мрачно проговорил Херилак. Он взглянул на восток. – Там, – показал он, – там найдется и место для обороны. Идем.
Вскоре местность начала повышаться, и усталые мастодонты замедлили шаг. Пришлось их подгонять. Путь пролегал по долине, по дну которой змеился ручей.
Херилака окликнул один из разведчиков, бежавших впереди.
– Дорога становится круче. Скоро по ней трудно будет идти.
Херилак на ходу подозвал к себе саммадаров и показал на крутой скалистый склон. Его верхушка поросла лесом.
– Вот куда нам надо забраться. Если мы засядем там, наверху, они не смогут напасть на нас с тыла. Они пойдут вверх по склону, по открытому месту, а мы спрячемся среди деревьев. Там мы разобьем лагерь.
Керрик выслушал саммадара с чувством облегчения. После долгой ходьбы нога его сильно разболелась, и теперь каждый шаг давался с трудом. Но времени на жалость к себе не оставалось.
– Хороший план, – одобрил он. – Звери устали и далеко не уйдут. Их надо завести поглубже в лес – чтобы поели и отдохнули. И женщин с детьми. Если мургу столько, сколько сказал Переманду, всех их не перебить. Хорошо, если мы остановим их. Что ты скажешь на это, Херилак?
– Я скажу, что слова твои для меня словно камень на шее. Но я согласен с тобой. Ты прав. Будем ждать нападения на опушке леса. А слоны уйдут дальше. Хар-Хавола! Пока еще светло, пошли лучших скороходов из твоего саммада искать путь через лес. Будем биться. Стемнеет – уйдем.
Люди с трудом поднимались по склону, когда один из охотников поднял тревогу, показывая на пыль, заклубившуюся у подножия холма. Вид клубов пыли словно подтолкнул людей, и они бросились бежать вверх по крутому склону.
…Свежий ветер шуршал в голых ветвях над головою. Керрик сидел возле Херилака на мягкой траве – полуденное солнце грело их лица – и тщательно набивал иглами свой хесотсан. Облако приближалось. Херилак поднялся и махнул охотникам.
– Прячьтесь! – приказал он. – И не жмите на палки, пока я не дам знак. Пусть они подойдут поближе, а потом убивайте всех без разбора. Убивайте, пусть громоздятся целые кучи трупов! И не отступайте, пока я не прикажу. Мы отступим потом, не все сразу, по очереди, по несколько человек. Прячьтесь за деревьями. Пусть они подходят. Пусть охотники прячутся и убивают. Пусть мургу умирают в лесу, если уцелеют на склоне. Помните, между мургу и саммадами только мы с вами. Они не пройдут!
Мургу были уже рядом. И облако пыли катилось по долине там, где недавно прошли люди.
Керрик спрятался за стволом большого дерева, уложив хесотсан на одну из ветвей. Ветерок шевелил траву на склоне. Из травы вспорхнули птицы и заметались над головами. Грохот приближался.
Вдруг у подножия холма появились темные фигуры. Они двигались медленно и осторожно. Керрик лежал неподвижно, вжавшись в землю, ощущая только глухие толчки сердца.
Верховые ящеры были громадными, они чем-то напоминали эпетруков и размашисто шагали на задних ногах, поводя над травою тяжелыми хвостами. У них на плечах сидели наездницы-иилане’. Они остановились, оглядывая склон и лес. Люди ждали.
Когда на откос выскочили невысокие странные ящеры с невероятным количеством ног, Керрик ахнул. На спинах сидели вооруженные фарги. С каждого бока у ящеров было по четыре лапы, всего восемь. Крошечные головки на толстых шеях. Их разводили для того, чтобы перевозить фарги на дальние расстояния. Ящеры остановились на миг, потом зашагали вперед.
Ветер доносил до людей крики иилане’, громкий топот, пронзительные вопли животных, кислый враждебный запах чужой плоти.
Все ближе и ближе, все выше по склону поднимались мургу к горстке охотников, прятавшихся среди деревьев. Уже были видны пятна на чешуйчатых шкурах. Предводительствовали иилане’ на своих высоких скакунах.
Громкий крик Херилака утонул в грохоте начавшейся атаки.
Затрещали палки.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?