Читать книгу "Поэзия Древнего Египта"

A buddy of mine

 
«I am a thug,»
The tattoo said:
«I can plug
You and behead».
 
 
This man of band
Grabbed my hand
And felt its grip
Capable of clip..
 
 
He was a smartass
In the game of chess,
But I made a guess
In order to surpass.
 
 
A buddy of mine
In the jail to confine.
 

Тысяча Абрамов
(пьеса)

 
«Это – болезнь капитала
Для быка-симментала»,
Как сказал бы Максим Горький.
Приключилось то в Нью-Йорке.
 
 
Сцена 1. Улица. Сара, Ада и их дети
Сара
Ах, Ада, сколько лет, сколько зим!
Ты помнишь, я водилась с ним?
Видишь, поработал он не худо,
Сделал не ребёнка – просто чудо!
(выталкивает вперёд мальчика)
Губки бантиком, глазки голубые,
Носик пуговка, волосы льняные.
Ада
Ах, Сара, я ужасно рада
Видеть тебя без того гада!
Он тебя видел только раз
И потом сразу покинул нас.
Как он успел… Что я вижу!
Твой сын – копия, мой Чиж.
(выталкивает вперёд мальчика)
Губки бантиком, глазки голубые,
Носик пуговка, волосы льняные.
 
 
Ада и Сара (вместе):
Чудо-юдо-чудеса,
Чудный мальчик родился!
Как они похожи,
Миленькие рожи!
Сцена 2. Приёмная доктора Абрама. Сара и Ада
Сара
 
 
Нечаянная встреча, Ада,
Поговорить нам надо…
Ты к врачу зачем пришла?
Что-нибудь в себе нашла?
Ада
Сара, милочка, привет!
Обожаю я минет,
Он детей не производит,
В огорченья не заводит.
За советом пришла к Абраму,
Чтоб не попасть в какую-то яму.
 
 
Входит доктор Абрам.
Абрам
Дамы, по порядку, прошу вас!
Вы же здесь не первый раз.
 
 
Сара и Ада (вместе):
Врач, Вы очень хороши
В кабинетной тиши.
Губы бантом, волосы льняные,
Нос пуговица, глаза голубые!
 
 
Сара заходит ко врачу, потом Ада.
 
 
Сцена 3. На улице, после приёма у врача. Сара и Ада
 
 
Сара:
Ада, честно мне скажи,
Без утайки расскажи,
Не будь хамом,
Ты спала с Абрамом?
На него твой сын похож,
Также как и он пригож.
Ада
Сара, этот же вопрос
У меня к тебе возрос.
Я с Абрамом не спала,
А лишь сперму взяла.
Совершенно без гонора
Он сказал, она от донора,
Якобы большого учёного,
Не простого хрена мочёного!
Я хочу гениев любить,
Ну, а где же их добыть?
Сара
Моя история – та же,
Просто удивительно даже!
Я теннисистов обожаю.
Абрам, мою любовь уважая,
Продал сперму самого Марата,
Многих титулов лауреата!
 
 
Ада и Сара (вместе):
Он мошенник, он вор,
Это – наш приговор!
Давай в суд пойдём,
Управу на него найдём.
Сцена 4. Приёмная судьи. Судья Адам. Сара и Ада
Сара и Ада (вместе):
Судья, Абрам нас надул,
Он нас просто обманул!
Он нам вешал лапшу…
Судья Адам
Я вас очень прошу
Не шуметь. Спокойно!
Не нужны нам эти войны.
Вы попали в его сети,
У вас его дети?
Он вам не сказал,
Что свою сперму продал?
 
 
Сара и Ада (вместе):
Его надо судить,
Его надо посадить!
 
 
Судья Адам (смотрит в свои бумаги):
Так, заявлений всего сколько…
Немного, одна тысяча только.
Тысяча детей – у одного Абрама
И ни одного – у бедного Адама…
Ай-ай-ай! Придётся судить,
Дальше нам нельзя мудрить.
 
 
Сцена 5. Суд. Судья Адам и Абрам
Судья Адам
Тысячу женщин ты провёл
И тысячу Абрамов завёл!
Что мне делать с тобой?
Это же разбой!
Абрам
Я как будто лысоват
И по виду староват,
Но во мне такая сила
(У кого б такое было?),
Что могу я без труда
Ловить рыбку из пруда.
 
 
Зачем людям силы тратить?
Я могу мир обрюхатить!
И зачем парням крутиться?
Я могу сам потрудиться!
 
 
Не надо никому мараться,
Я могу сам постараться!
У кого же есть подруга,
Будет всё моя заслуга.
 
 
За такую людям службу
Предложите Вашу дружбу!
 
 
Судья (выносит вердикт):
Абрама – освободить
И тысячью жён наградить!
 
 
Это – реальная история, произошедшая в Нью Йорке
Марат Сафин, известный теннисист.
 

Сталин и Буденный

 
«Ежов, покажи этому фую,
Где раки зимуют!»
 
 
«Товарищ Сталин, враги
Наступают! Прошу, помоги!»
Буденный дрожал от страха.
Как бы не дать маха…
 
 
На чердаке своей дачи,
С женой за спиной, в плаче,
Он держал ручку пулемета,
Строча по наступавшей роте.
 
 
«Маршал, тебя обижяют?»
Голос вождя за сердце хватает
«Кто нападает? Ты же герой!
Пачиму такой разбой?»
 
 
«Белобандиты! Подходят!
Уже под окнами бродят!»
Буденный в истерику впал.
Видно, уж теперь пропал…
 
 
«Кто же эти молодци?
Наверно, это Якира бойци?
Он же твой близкий дрюг!»
Голос посуровел вдруг…
 
 
«Что Вы, этого-то гада
Расстрелять давно бы надо!
Да я… не то что не люблю,
Я башку ему срублю!»
 
 
«Ежов, прекрати атаку,
Ти прикурил ему сраку!»
 

Страсть

 
Люблю тебя я как могу
И чуточку сильнее,
Теперь ни слова, ни гугу,
Разденься поскорее!
 
 
Конечно, вместе навсегда,
Конечно, ты прекрасна,
Любовь – не ерунда,
Ужель тебе не ясно?
 
 
Гонит острую стрелу
Тетива той страсти
И вонзает как иглу
В скоротечно счастье.
 

Size matters

 
The hummingbird flaps wings all-time
To move and thrive alive,
The eagle waves just once to prime
To get the hunting drive,
Which makes a difference in size
Of deeds and people as well,
Even if you close eyes
And make the dear life a hell.
 
 
It is women dream about,
Size does matter, no doubt!
 

Вы так молоды

 
Вы так молоды, так юны,
Что никак нельзя
Распускать на Вас мне нюни…
Такова стезя.
 
 
Позабыть бы про желанье
И зажать в кулак,
После этого лобзанья
Не могу… дурак.
 

Я – крестьянин, не король

 
Я – крестьянин, не король:
Я встаю с восходом солнца,
Проклиная свою роль,
Пью я рюмочку до донца,
А потом даю гастроль,
Поедая солнца стронций.
В выходные же изволь
Погасить на сердце боль,
Выпить водочки стаканчик,
Завести с женой романчик,
Завалить её в кровать,
Чтоб пружины колебать.
 
 
Таких много, мы – не ноль,
Не хмыри, хотя и голь.
 

Super-penetration

 
Super-penetration
Is a nuts man dream
To get rid of frustration
And low self-esteem.
 
 
The bigger – the better
Is not always right
But I am not a setter:
Judge is the darkest night.
 

Не буду думать о тебе

 
Не буду думать о тебе,
Не буду строить замки,
Не хочу попасть в чепэ,
А также в эту ямку!
 
 
Хоть ты очень хороша,
Свобода мне дороже,
Но горит моя душа…
Спаси меня, Боже!
 
 
Где укрыться от тоски,
От огня-пожара,
Не бежать же воровски
От страстей угара?
 
 
Что же делать, подскажи,
Никуда ни деться,
Хоть бросайся на ножи,
Мне не отвертеться!
 

Интересно девка пляшет

 
Интересно девка пляшет,
Аж встаёт мой стерженёк,
Так и хочется милашку
Взять скорей за передок!
Тело жаркое от пляски…
Не жалея каблуков,
Эта милая фугаска
Зазывает в свой альков.
 
 
Всё готово для пожара,
Чтоб сгореть дотла,
Не спрятаться от жара…
На шее уж – петля!
 
 
Сгореть и возродиться
Для жизни без забот,
Судьба так насладиться
Дорогу нам даёт.
 

Хотца

 
Друзья, мне очень хотца
Жить и не тужить,
За счастье не бороться
И орден заслужить
 
 
Мне хотца быть богатым
И в потолок плевать,
Иль знатным бюрократом
Что надо воровать.
 

Never finish first

 
I spin a deadly sin
And now comes the worst:
My shoot is gonna burst
To hit your sexy gin.
 
 
What’s under foreskin
Will get soon emersed,
It will quench your thirst
As it has always been.
 
 
Don’t care a pin,
My dear versed,
I never finish first
And so always win.
 
 
It is too simple to perplex,
Lovely work’s akin to sex!
 

Ах, охальник, ах ты, шалый

 
Ах, охальник, ах ты, шалый,
Что ты хочешь, озорник?
Зачем рвёшь мой лифчик алый
И туда рукой проник?
 
 
Ах, зачем ты грудь тугую
Жмёшь безжалостно рукой?
А не хочешь и другую
Приласкать… на мой покой?
 
 
Ты зажёг во мне желанье
И всю страсть я покажу,
Но лобок – не для лобзанья!
Что я мужу расскажу?
 
 
Начинай скорей работу,
Постарайся, дуралей,
Прояви свою заботу,
Только рано не сомлей!
 
 
Ух, какой здоровый бык,
Чешешь как машина!
Уж не то что твой язык,
Настоящая дрезина!
 
 
Ты уже дрожишь в истоме,
Притомился и устал…
Отдохни немного в дрёме,
Положи всё на причал.
 
 
Наконец-то пробудился,
Потянулся, завозился…
Почему такой унылый?
Начинай всё снова, милый!
 
 
От такой-то простоты
Я не вижу срамоты!
 

Индианка

 
Настоящая скво
Красная как медь.
Послушное руно,
Если захотеть.
 
 
Бутылка вина,
Костра дымок,
Кругом тишина,
Лёгкий ветерок.
 
 
В тени вигвама,
На шкуре бизона,
Совсем без пижамы,
У моего трона.
 
 
Ушло куда-то
Души волненье,
Осталась дата
Исполненья.
 
 
Скалистые Горы
Как Кавказ,
Страсти-воры
Губят нас.
 

Скво – Индианка

Скалистые Горы – Rocky Mountains

Кто не скачет, тот москаль

 
Кто не скачет, тот москаль,
Украину просто жаль,
Она скачет под шарманку
Как цыганка-голодранка,
Просит ей подать кусок,
От фашистов ищет прок,
Но уже готов мужчина
Проститутку-дурачину
Посадить врагу на крюк
И убрать долою с рук.
 
 
Не желает жизни вместе,
Ждёт её позор без чести.
 

Я на всё имею право

Признаю, я – жид пархатый,

Я хочу, чтоб жизни сок

Мне достался без дебатов:

Повелел так наш пророк.

Живу там, где жизнь пригожа,

Где закон не так суров,

Где всегда для моей рожи

Есть хороший клёв.

Я на всё имею право

На что ляжет глаз,

Не поможет вам держава,

Не спасёт иконостас.

Случай

 
Когда, помнишь, прибежал
К тебе на свидание,
Тот баран тебя барал
Вплоть до содрогания.
 
 
Ошалелый как дурак
Я зрил на колебания,
А потом вот-так без драк
Устроил бичевание.
 
 
Но ты не растерялась,
Барана прогнала
И снова распласталась,
Была не была!
 
 
Мне было очень стыдно,
Но я не пренебрёг
И вовсе несолидно
Всадил тебе меж ног.
 
 
До сих пор тот случай
Очень меня мучает!
 

Хочу больше

 
Я дала ему тем летом,
Всё случилось невзначай,
Он сказал мне по секрету:
«Давай юбку расстегай!»
 
 
Я подумала, мой милый
Что-то хочет рассказать,
И решила всё, что было,
Ему смело показать.
 
 
Он совсем не удивился,
Что-то вставил мне туда,
А потом недолго вился
То туда, а то сюда.
 
 
Когда кончил все движенья,
От усталости, поди,
Он сказал без сожаленья:
«Снова завтра приходи!»
 
 
Я хоть маленькая ростом,
Мне уже 15 лет,
Оказалось, что так просто
Разгадать секрет.
 
 
С той поры мы по два раза
Повторяем каждый день
Эти милые проказы…
Хочу больше – ему лень!
Хотя я не дурачина,
Но вам точно не скажу,
Не пойму эту причину,
Почему к нему хожу.
 

The law of reciprocity

 
If I scratch your back,
You will scratch mine,
And if I fuck your wife’s crack,
You do same to my wife as fine.
 
 
This law of reciprocity
Is good for English men
But looks as tortuosity
For Russian supermen.
 
 
Those barbarian men
Who are not yet polite
Would tear your back as hymen
And fuck you, English knight!
 

Хорошо ль Васе живётся

 
Народ вылез из конурк,
Начал делать йогу,
А бандитский Петербург
Вышел на дорогу.
 
 
Заграбастал быстро власть,
Посадил жигана,
А теперь стругает всласть
Васю-истукана.
 
 
Всем как будто оттого
Ни шатко ни валко,
Только Васе для того
Своей жопы жалко.
 
 
Он хоть ёжится, но так
Нужно господину,
Подвывает, вот чудак…
Да, попал в трясину!
 
 
Хорошо ль тому живётся,
Кому тихо выть неймётся?
 

One day

 
She loved me, the dunce,
When I fucked her once,
But to make more spice
I did all that twice.
 
 
To stop this clown
She pulled me down
And got beyond doubt
Fucked me all-out.
 

Милая Елена

 
Ночь-полночь, лежим мы в дрёме,
Слышу вдруг звонок…
Кто такой ещё на стрёме,
Кто этот щенок!?
 
 
Моя милая Елена
Встаёт не спеша:
«У меня к уродам, Гена,
Не лежит душа!»
 
 
У двери – Струминский Вова,
Сзади – жив-здоров,
Смирно как корова
Венка Мясников.
«Что вам надо, х… есосы?
Черепанов спит.
Ваш, цыплята желтоносы,
Неприятен вид!»
 
 
За окном бушует вьюга
И трещит мороз,
Парни с перепуга
Кинулись вразброс.
 

Перуанка

 
Губы яркие – присоски,
Руки жёсткие – матроски,
Тело крепкое – атлета…
Всё готово для минета.
 
 
«Дорогой ты мой амиго,
Я страшуся мужа ига,
Но мне это нравится,
Не могу исправиться!»
 

Рандеву

 
Хорошо мне вместе с милкой,
Ещё лучше быть с бутылкой,
Вместе с ними рандеву
Было будто наяву.
 
 
Вот лужок, а вот трава…
Не спуская рукава,
Позабыв про всё на свете
Ищу счастья в том кювете!
 

Бьют памяти укоры

 
Хорошо жить на просторе,
В Европе ж духота,
Куда нос не сунешь с горя,
Всюду теснота.
 
 
На Руси ж не видно моря,
В жизни – простота,
Хоть красивые там зори,
В сердце – маета.
 
 
Но бьют памяти укоры,
Бередит мечта,
Убежал к тебе бы вскоре,
Если б не лета!
 

Недолго живут русские и быстро умирают

 
Недолго живут русские
И быстро умирают
Они в алкогольной нагрузке
Счастье обретают
 
 
Жак Лаллан и в девяноста*
Замутить мог воду
А жене в постели просто
Не давал отхода
 
 
Однажды Жак престарый
Хотел пойти в атаку
Когда ровесник шалый
Вызвал Лаллана на драку
 
 
Бой девяностолетних
На ринге, увы, не состоялся
Так как суд авторитетный
Уговорам не поддался
 

Jack La Llan (1912—2009), основатель современной fitness-школы бодибилдинга, умер от воспалеия лёгких. В возрасте 70 лет пловец Лаллан смог пробуксировать большой корабль через Калифорнийскую бухту.

В 2010 году умер последний американский ветеран Первой мировой войны. Ему было 108 лет.

Life and death

 
Death is the darkness underground,
Life is a little light of candle
That fights to conquer all around
Even what it cannot handle.
 
 
I believe life will be forever
And death will go away
But I’ll miss seeing the endeavor
To win the battle and get the sway.
 
 
Death is evil, life is joy,
To the full, I can’t enjoy.
 
 
(see a pessimistic version below)
 
 
Смерть – это мрак везде и всюду,
А жизнь – слабый свет свечи,
Что бьётся как чудо-юдо
В бою с армадой саранчи.
 
 
Жизнь как хитрый таракан,
Прячется от хозяйки-смерти,
Храбрецы бегут в капкан,
Выживают лишь трусы и черти.
 
 
Жизнь подлеет час от часу,
В ней нет места контрабасу.
 

Неприкасаемый

 
Посмотри, какое чудо,
Тот, что впереди сидит,
Уж в правительстве, паскуда,
Неприкасаемый, бандит!
 
 
Ведь ещё совсем недавно
Убивал да воровал,
А теперь он полноправно
Уж над нами кардинал.
 
 
Нагулял свиное рыло,
Разбух от водки да икры,
Дружок Димы-педофила
Стал затычкой у дыры.
 
 
Неприкасаемые люди—
Те, что сидят наверху,
Им ничто за нас не будет,
Держись с ними начеку!
 

Другу-предателю

 
Ты считался моим другом,
Мы вместе слагали стихи,
А ты продал меня с испугу
И дружбу бросил в лопухи.
Ты не поэт, а лишь паскуда,
И если враг пойдёт войной,
В разведку не пойду, Иуда,
С тобою вместе, за спиной!
 

Наживка

 
А ему уж сорок семь,
Он умён, но не совсем
Видит он, но то не awesome,
Лишь наживу перед носом,
А когда приходит темь,
У него опять бед семь:
«Разглядеть бы, что под носом
И не мучиться поносом!»
 
 
Так и ходит очумелый:
Где найти бы бизнес спелый?
А нажива, вот паршивка,
Не добыча – лишь наживка!
 

Вор в законе

 
Вор – не ишак и не зараза,
Не крыса, жлоб и не шнурок,
Он – кореш настоящий, без отказа,
И клёвый у него вилок.
 
 
Мента он по культурному замочит,
Но в академию копыта он не точит,
А если надо, будет гнать туфту,
Чтобы водить вола вальту.
 
 
Он – авторитет и вор в законе,
Ему мужик, шестёрка – не чета,
Как кит и академик – масть не та,
Его не проколешь даже в шмоне.
Не лезу на рога я, божья тварь,
Ишак, бродяга – не букварь.
 

Ишак – работяга; зараза – предатель; бродяга – заключённый; букварь – интеллигент; крыса – тайный доносчик среди своих; жлоб – жадный человек; шнурок – мелочный человек; кореш – друг; вилок – голова; академия – тюрьма; мужик – простой зэк; гнать туфту – валять дурака; водить вола – обманывать; валет – дурак; кит – вор-рецидивист; академик – опытный преступник; точить копыта – идти; шмон – обыск; лезть на рога – врать, выдумывать, дурачить кого-то; авторитет, вор в законе – атаман воров, с большой властью и влиянием в преступном мире (воровской язык).

Попал

 
Попал в компанию лжецов,
Тошнит от вашей вони,
На идиотов и скопцов
Уж чешутся ладони.
 
 
Но побить всех подлецов
Не хватает мочи,
Потому в конце концов
Опускаю очи.
 

Кукареку

 
Кислых щец бы похлебать,
Потом ёнку – потеснее,
А моя жена опять
Просит любви с нею.
 
 
Куда деться старику,
Нельзя её уволить,
Хоть кричи кукареку,
Кого бы приневолить?
 

Прохиндей

 
Аспирант Подлых Андрей
Надул всех и даже босса:
Этот ушлый прохиндей
Выдал мышку за барбоса,
В диссертации смухлевал,
Кандидатом стал обманом
И повсюду (вот нахал!)
Представлялся атаманом.
 
 
Плевал он тайно и не раз
В наставника протянутую руку,
Исполняя тех приказ,
Кто его взял на поруки.
 
 
Что сказать мне про того,
Возводит кто напраслину?
Дурно пахнет от него,
Хоть лицо намаслено.
 

Русский Ваня любит сказки…

 
Русский Ваня любит сказки
(Про жизнь где-то, не свою)
И кататься на салазках
Самокатом, по ветру.
 
 
Ему нужен добрый папа
И здоровый ремешок,
Чтобы больше на арапа
Не надеялся дружок.
 
 
Тут без слёз не обойдёшься,
Как ты планы ни крути;
Так давай, папа, не ёжься
И не бойся клеветы!
 
 
Из-под ёлки, из-под палки
Жизнь подвинется опять,
Если русскую смекалку
Снова в дело запрягать.
 

Pussy riot

 
Пусси-вульвочке мятежной
Захотелось бунтовать,
Чтобы сладостью промежной
Весь народ околдовать.
 
 
Пусси-вульвочка раскрыла
То, что принято скрывать,
И тотчас большая сила
Стала пусси корчевать.
 
 
Пусси-кошечка решила,
Что пора дело кончать,
И в политику распила
Превратила благодать.
 
 
От внимания людского
Закружилась голова
И у всех на полшестого
Опустились жернова.
 

Любовь по-русски

 
О Вас много говорят,
И хулят, и бить хотят?
Значит, силы у Вас много,
Далека Ваша дорога.
 
 
Но любовь по-русски
Что хвост трясогузки,
Сегодня трясётся,
Завтра унесётся.
 
 
Куй пока горячо…
Русь, на плечо!
 

Старанье

 
Твоё старанье так спуста
Из жопы лезет как глиста.
Думай сам своим кочаном,
Тогда будешь атаманом.
 
 
Позабудь про страх, балда,
Это – жизни ерунда.
Белый саван для урода
Тот же, что для воеводы.
 

Знатный вор

 
Парень прямо на подбор,
На груди – наколка,
Говорит: «Я – знатный вор,
Берегитесь волка!»
 
 
Я видал тогда в тюрьме
Таких, сбитых с толку,
И на нарах, в полутьме,
Мечтающих про тёлку.
 
 
К ним красавицы подряд
Ходят на свиданку,
И у них глаза горят
На любви приманку.
 

Охота

 
Я с Вами почти незнаком,
Но Ваша красота
Свела с ума меня при том,
Что Вам я не чета.
 
 
С тех пор я сам не свой
И есть мне неохота,
Но зато я Вас с лихвой
Люблю… мне так охота.
 

Место старикам

 
Режут уши сопляка
За оскорбленье старика,
А когда то повторится,
Чести может он лишиться.
 
 
Тот закон, что был тогда,
Позабыт уж навсегда.
Старикам сегодня место
У камина, без присеста.
 

Мальчик для битья

 
Ты стоишь всегда вторым,
Впереди – начальство,
Ты не можешь быть крутым,
Так всегда, сызмальства.
 
 
Отвечаешь за работу
И за все просчёты,
А начальник без заботы
Раздаёт щедроты.
 
 
Для битья – хороший,
Для жены – пригожий,
Легко облапошить
И к ноге стреножить.
 

Утешение

 
Опять дела, какая скука,
Где поэтический размах,
Куда девалась сердца мука,
Что же со мною не в ладах?
 
 
Когда вопросов слишком много,
Не жди ответа, жди подлога;
Для души капкан не нов,
Не стесняйся, мухолов!
Как в той опере щелкунчик,
Поплевав на потолок,
Всё измерив на глазок,
Бодр всегда будь, попрыгунчик!
 
 
Натура наша такова—
Ждёт утешения слова.
 

Гормон

 
«У тебя ума на донце,
Лишь танцульки да спортзал…»
 
 
Нищий негр, лежа на солнце
И не двигаясь, сказал:
 
 
«А я что делаю? Не то ли,
К чему стремишься ты в неволе,
Повязанный со всех сторон:
Дела, заботы. Где гормон?
 
 
Ведь от умственных усилий,
Слишком тяжких для мозгов,
Половых, уж будь здоров,
Наживёшь себе бессилий.
 
 
Богач не может просто так
Быть природой, вот дурак!»
 

Русский человек

 
Солнце прячется в испуге,
Когда русский человек
Бьёт лицо своей супруге,
Вспоминая прошлый век.
 
 
Он ведь шапкой закидает
Даже тех, кто на горе
На него мочу спускает
Из гигантского биде.
 
 
Он и пчёлок не боится,
Настоящий наш герой,
И готов за правду биться
Невзирая на их рой.
 

 
Государственное дело
Ему только по плечу,
Говорит: «Меня заело,
Я и в космос полечу.
А когда на Марсе стану
Я чечетку отбивать,
Мне и звёзды по-карману,
Буду их в кошелку брать.»
 

Родина

Conquest
(To M. Lermontov)

 
What lands and seas of the East and the West
Did resist the Russian conquest?
What kings and shahs across the board
Did not submit to the Russian sword?
 
 
The famous Slav Alexander the Great
Conquered Asia for the West to dominate;
The Russ defeated Hitler and Napoleon
As well as the terrible yoke the Mongolian.
 
 
Be humble, the West and the East,
Don’t awake the Slavonic beast!
 
 
Good luck will come to the home
And a new awesome Rome
Will give birth to a Caesar
Who is not a crowd-pleaser.
A time will come to your cell
And you will proudly tell:
«I am a slave of the boss
Of the Universe, all across.»
 

This poem was published also in «The International Who’s Who in Poetry», The International Library of Poetry (2007).

Где-то ждут меня…
(«Ingrata patria, ne ossa quidem mea habibis»)

 
Жизнь улетает тайком
Журавлём осенним в сини,
Прячется мысль о былом
В снежный саван простыни.
 
 
На душе неспокойно, тяжко,
Где-то ждут меня,
А я как жалкий бродяжка
Заблудился при свете дня.
 
 
У дома в родной стороне
Бурьяном всё заросло,
Но сердце бьётся впорожне,
Как раненой птицы крыло.
 

Дядя Миша

 
Крутой парень из Крутой,
Моей муромской деревни,
Где скакал Илья-ковбой,
Защищая русов древних.
 
 
Крепко сбит, как репа прост,
Послан нам был свыше,
Ты России – крепость, пост.
Помню тебя, дядя Миша!
 
 
Твои рассказы про войну,
Про подвиги бойцов былые,
Бередили душу в старину,
Пробуждали чувства удалые.
 
 
Четыреста тридцать пять—
Закоренелые фашисты…
Ты один смог всех унять,
Отправил в ад авантюристов.
 
 
Ты спас Россию от врагов,
Ты спас Россию от конфуза,
Михал Иваныч Буденков,
Крестьянский сын, Герой Союза.
 

Михаил Иванович Буденков, родственник поэта, Герой Советского Союза, один из лучших снайперов всех времён и народов, убил свыше 435 солдат и офицеров противника во время Великой Отечественной войны.

29 ноября 1942 года
(29 ноября 2012 года)

 
Семьдесят лет назад
Отец мой погиб в бою;
Жизнь отдал солдат
За Русь твою и мою.
 
 
Он победил большую гнусь,
Под его сапогом мир дрожал;
Я помню великую Русь,
Какую он нам дал.
 
 
Но застучали топоры
И горек стал имбирь.
Что стало с нею с той поры?
Русь сморщилась в Сибирь.
 
 
Та Русь нам матерью была,
Тебе и мне раз навсегда,
Кровь её у нас в жилах текла…
Теперь вместо крови – вода.
 
 
В иле спрятался карась,
За кордон бежит талант,
Побеждает всюду мразь,
Захватил всё оккупант.
 
 
Гулящей девкой в Амстердам
Сбежала Русь вчера;
Сегодня там, где некогда был храм,
Зияет большая дыра.