Читать книгу "Бетани поёт второй"

– Эй! – окликнула её вчерашняя девушка с малиновыми волосами. Бетани в панике стала оглядываться по сторонам. Вряд ли она пропустила свою остановку – не могла же она заснуть стоя!

Девушка рассмеялась, как будто прочитав её мысли:

– Нет, всё нормально. Тебе ещё ехать и ехать. Ты, я смотрю, замечталась, ничего вокруг не замечаешь. А у меня для тебя кое-что есть. – Она стала рыться в очень красивой соломенной сумке, украшенной цветами. – Он где-то здесь, погоди. Ага, вот! – Она вытащила из сумки какую-то книжку. – Ты вчера так быстро выскочила из автобуса, что забыла учебник.

– Мой учебник французского! – обрадовалась Бетани. – Спасибо!

Кажется, жизнь потихоньку налаживалась.

– Не за что. Ты учишься в какой-то особенной школе? Я заметила, ты каждый день ездишь в такую даль. Правда, мне в университет ещё дальше, но ты всё-таки ещё школьница.

Бетани с гордостью кивнула:

– Я учусь в «Дебюте». Это театрально-музыкальная школа. В Блумсбери.

Девушка улыбнулась:

– Теперь понятно, ради чего столько усилий. Я слышала про «Дебют». Это очень хорошая школа. А ты уже где-то снималась или играла?

Бетани чуть покраснела. И почувствовала себя очень крутой.

– Нет, пока нет. Но скоро я буду петь в большом гала-концерте «Звёзды горят для детей». Это благотворительный концерт в Альберт-холле. Мы поём с Джасмин Дэй, нас будет несколько человек из «Дебюта».

Девушка с малиновыми волосами восхищённо присвистнула.

– И как ты ещё успеваешь учиться? – спросила она с искренним любопытством. – В смысле, и репетиции, и выступления, и школа – и ещё куча времени уходит на дорогу!

Бетани растерянно уставилась на неё. Она совершенно об этом не думала, хотя должна была подумать. Действительно, как она будет всё успевать? И репетиции, и домашние задания, которые она и так-то вечно не успевает доделать, и поездки через полгорода до школы и обратно… Сейчас она возвращается из школы около половины шестого, уже почти вечером, а мистер Харви сказал, что репетиции для концерта будут после уроков. И когда же делать уроки?! Тем более что поздно вечером автобусы ходят с огромными перерывами. Бетани испуганно заморгала, и девушка с малиновыми волосами не на шутку встревожилась.

– Эй, ты чего? Я сказала что-то не то? Я просто спросила…

– Нет-нет, всё нормально, – пробормотала Бетани. – Просто я сама ещё толком об этом не думала. В смысле, как всё успевать и как делать домашние задания. Нам только вчера сообщили, что мы поём на концерте.

– Я уверена, что всё будет в порядке. Да и кого волнуют домашние задания?! – Девушка улыбнулась и подмигнула Бетани.

Бетани попыталась улыбнуться в ответ, как бы соглашаясь, но она знала, что выбора у неё нет. Хочешь не хочешь, а волноваться из-за домашних заданий ей надо. Тем более что в последнее время учителя не очень-то ею довольны. Даже страшно подумать, но… может быть, ей придётся отказаться от участия в концерте.

Глава третья
Выход есть

Бетани вышла из автобуса и уныло поплелась в школу. А самое неприятное во всей этой истории: она не может поделиться своими проблемами с Хлоей, Лили и Сарой. Иначе придётся сказать им всю правду, а она ещё в самом начале решила никому не говорить, что школа даёт ей стипендию. Ещё неизвестно, как к этому отнесутся одноклассники, и ей не хотелось, чтобы кто-то узнал, что у её мамы нет денег оплачивать обучение в «Дебюте».

Она знала, что бабушка Сары платит половину за её обучение – но вовсе не потому, что у родителей не хватило бы денег: просто они не хотят тратиться на школу, которую не одобряют, считая несерьёзной. А бабушка, бывшая профессиональная танцовщица, наоборот, очень обрадовалась, когда Сару приняли в «Дебют». У родителей Хлои и Лили трудностей с оплатой школы явно не было. Бетани точно не знала, но почему-то была уверена, что стипендии в «Дебюте» даются лишь одному человеку на класс, то есть родители всех её одноклассников совершенно спокойно оплачивают обучение своих детей, и ей не хотелось, чтобы все узнали, какая она бедная.

И что теперь делать? Бетани совершенно не представляла, как подойти к мистеру Харви и объявить, что она, скорее всего, не сможет участвовать в гала-концерте. Наверное, если ему объяснить, он поймет, но сначала точно рассердится. Ещё как рассердится! Даже страшно представить! Нет, надо поговорить с кем-то, кто поймет её сразу. С кем-то из преподавателей, которые наверняка и так знают, что она получает стипендию на обучение. Бетани шла по школьному коридору, пытаясь сообразить, с кем лучше поговорить. Она уныло смотрела себе под ноги и не заметила мисс Джаспер, их преподавательницу балета, пока не наткнулась прямо на неё.

– Осторожнее! – К счастью, мисс Джаспер не рассердилась и даже схватила Бетани за плечи, чтобы та не упала. – Ты меня чуть не убила. У тебя всё в порядке? – с тревогой спросила она, присмотревшись к девочке повнимательнее.

Бетани очень старалась не разреветься, но глаза у неё все равно покраснели. Вчера она была на седьмом небе от счастья, когда узнала, что будет петь с Джасмин Дэй, но после сегодняшнего разговора в автобусе она поняла, что не сможет участвовать в концерте, и теперь ей хотелось просто выть в голос. Но чтобы кто-то заметил, как ей плохо, или подумал, что она ведёт себя как маленькая, ей точно не хотелось.

Бетани шмыгнула носом. Мисс Джаспер была слишком доброй, и это стало последней каплей. Вернее – первой слезинкой, скатившейся по щеке Бетани.

– У меня всё в порядке, – пробормотала она и даже попробовала улыбнуться.

И тут её осенило. Конечно, мисс Джаспер никак не участвует в подготовке к концерту – но, может быть, она что-нибудь посоветует или даже поговорит с мистером Харви вместо неё? Но если честно, Бетани неловко признаваться кому бы то ни было, что она собирается отказаться от шанса, который выпадает раз в жизни. Она снова шмыгнула носом и огляделась, думая, куда бы сбежать.

Мисс Джаспер по-прежнему держала её за плечи. Не говоря больше ни слова, она отвела девочку в ближайший пустой класс, усадила за парту и села рядом.

– Теперь рассказывай, – твёрдо проговорила она, понимая, что не стоит даже пытаться утешать Бетани, потому что будет только хуже. – Что стряслось?

Как ни странно, но её деловитый и даже слегка строгий тон успокоил Бетани, и ей удалось сдержать слёзы. По возможности кратко она рассказала мисс Джаспер о своих проблемах, ужасно смущаясь, когда пришлось говорить о стипендии и о трудностях с подготовкой домашних заданий. К счастью, мисс Джаспер, похоже, совсем не заботило, успевает ли Бетани делать уроки.

– Понятно, – задумчиво проговорила она, когда Бетани закончила свой сбивчивый рассказ. – Проблема действительно есть, и её надо как-то решать, но отказываться от концерта – это точно не выход, Бетани. В конце концов, ты здесь учишься как раз для того, чтобы петь и играть на большой сцене.

– Так что же делать? – спросила Бетани, с надеждой глядя на преподавательницу. – С этими репетициями я вообще ничего не буду успевать. – Она секунду подумала и тяжело вздохнула. – Тут уж ничего не поделаешь.

– Ну почему же? – улыбнулась мисс Джаспер. – Бетани, ты не единственная, у кого такие проблемы. Многие наши ученики ездят в школу издалека. У нас двум девочкам из седьмого класса вообще пришлось переехать жить к родственникам, когда они поступили в «Дебют». Они ездят домой только на выходные. И я думаю, твоя проблема решается очень просто. Хотя бы на время пока идут репетиции для концерта. Если ты будешь жить ближе к школе, ты будешь всё успевать. Ты согласна?

Бетани настороженно кивнула. Да, это было бы очень здорово.

– Но… где же я буду жить? – с беспокойством спросила она.

– У школы есть собственное ученическое общежитие, оно здесь рядом, буквально на соседней улице. Обычно там живут ученики старших классов, когда пишут дипломы, – сказала мисс Джаспер. – Думаю, на пару недель тебе смогут выделить комнату. Так обычно и делается. Я поговорю с твоим классным руководителем, и она позвонит твоей маме. Договорились?

Бетани молча кивнула, совершенно ошеломлённая таким поворотом событий. Мысль о том, чтобы жить где-то не дома, её пугала, но самое главное… самое главное – теперь она всё-таки сможет участвовать в гала-концерте!

* * *

Когда она медленно, словно во сне, вышла из класса, кто-то выскочил ей навстречу:

– Бетани! Ты говорила с мисс Джаспер? О чём? – Это была Хлоя, ещё более оживлённая, чем обычно. Со вчерашнего дня, когда стало известно о её участии в гала-концерте, она буквально светилась от радости.

– Мы пытались придумать, как мне всё-таки выступить на концерте… – начала было Бетани, но Хлоя её перебила:

– «Всё-таки»? Что значит «всё-таки»? Разве ты не сможешь? Почему? Что-то случилось?

Бетани улыбнулась, глядя на испуганное лицо подруги. Приятно знать, что кому-то не всё равно, будешь ты петь в концерте или не будешь.

– Хлоя, успокойся! Ничего страшного не случилось. Просто сегодня в автобусе я поняла, что если репетиции у нас будут после уроков, а мне потом ещё ехать домой, я просто ничего не успею… делать уроки, ну и вообще.

Хлоя удивлённо уставилась на неё. Она сама совершенно не переживала из-за каких-то уроков, и ей было странно, что Бетани так сильно тревожится по такому пустячному поводу.

– У меня и так были проблемы с учёбой на этой неделе, – объяснила Бетани. – Я боюсь, что, если учителя скажут, что я не справляюсь, меня исключат из списка участников.

Это была почти правда…

Вот это Хлоя понимала.

– Да, это будет кошмар, – пробормотала она. – Так что, мисс Джаспер что-нибудь подсказала, что может помочь?

– Да, она говорит, что пока идут репетиции для концерта, меня поселят в школьное общежитие. Это здесь, совсем рядом. Она поговорит с мисс Джеймс, и та позвонит моей маме. И сестра будет рада, что наша комната достанется ей одной. Пусть и на время.

– А как же ты будешь совсем одна? – Хлоя даже опешила. – Я бы, наверное, побоялась жить в общежитии без родителей. Когда у меня были съёмки, я жила в пансионате при студии, но со мной была мама. Правда, мне тогда было всего девять.

Бетани пожала плечами:

– Ну, наверное, будет немножко непривычно. А может, и весело. И я буду там не одна. Ведь много детей нашего возраста живут и учатся в интернатах и как-то справляются, да? Надеюсь, мама не будет против.

Прозвенел первый звонок, и им пришлось со всех ног бежать в класс, чтобы не опоздать на перекличку. Там их уже дожидались Сара и Лили, и Бетани поделилась с ними новостями.

Саре даже стало немножко завидно. Хотя её мама уже вроде бы и смирилась с тем, что дочка будет учиться в «Дебюте», она по-прежнему этого не одобряла и всегда очень придирчиво проверяла, как Сара делает домашние задания и какие у неё оценки.

– Она всегда проверяет, что нам задают, чтобы убедиться, что нас учат по той же программе, что и в её глупой общеобразовательной школе, – сердито хмурилась Сара. – И, наверное, так и есть. На прошлой неделе она пролистала мой учебник по естествознанию и, похоже, была жутко разочарована. В смысле, что даже не из-за чего повозмущаться. – Сара секунду подумала и улыбнулась. – Бетани, я скажу бабушке, что ты будешь жить в общежитии. Когда она работала танцовщицей, то тоже часто жила в общежитиях. Она говорит, бывало по-разному: и хорошие общежития, и не очень. Там всё зависит от комендантши. Бабушка рассказывала, что иногда попадаются такие вредные старушенции, что следят, сколько воды ты расходуешь за день!

Лили кивнула. Её мама тоже много рассказывала об актерском житье-бытье в общежитиях и гостиницах.

– Да, однажды мамин театр был на гастролях, и их всех поселили в пансионат, где всю неделю на завтрак давали одну только овсянку. Они жили на одних бутербродах, а пансионатскую еду отдавали кошке.

– Это очень по-взрослому – жить одной в общежитии, – добавила Сара. – Думаешь, мама тебя отпустит?

– Я же буду там не одна, – повторила Бетани. – Там есть воспитатели, которые присматривают за детьми, и мисс Джаспер сказала, что, возможно, туда поселят ещё кого-то из тех, кто участвует в гала-концерте. Хотя вряд ли кого-то из нашего класса. Джейд, Дейзи и Эйдан живут не так уж далеко. Интересно, а где живёт Сэм?

– Он-то как раз далеко, по-моему, – задумчиво проговорила Хлоя. – Он вечно ворчит, что его электричка всегда опаздывает.

– Если честно, я бы поостереглась жить под одной крышей с Сэмом, – сморщила нос Сара. – И каждый раз проверяла бы сумку – нет ли там паука или ещё чего-нибудь.

– Я понимаю, о чём ты, – согласилась Бетани. – Но всё равно было бы здорово, если там окажется кто-то знакомый. Я, кстати, так и не знаю, кто ещё будет петь вместе с нами. Мистер Харви вроде бы говорил, что кто-то из шестого?

Сара кивнула:

– Да, может быть, Эми и Иззи, которые были со мной на пробах для «Мэри Поппинс». У них очень хорошие голоса. Да они и сами хорошие. Я спрошу у Натана, если увижу его сегодня.

Натан учился в шестом классе и тоже участвовал в «Мэри Поппинс» – в роли Майкла Бэнкса, брата Джейн Бэнкс, которую играла Сара.

Хлоя хихикнула:

– Его будет сложно не увидеть. Он всегда где-то поблизости! И в столовой всё время садится с нами, как будто специально сидит в засаде и ждёт тебя.

Сара густо покраснела.

– Совсем и не всё время! – возразила она, но как-то неубедительно. – Честно сказать, я не знаю… Иногда мне кажется, что я ему нравлюсь – но, может, ему просто хочется поговорить о спектакле?

Подружки расхохотались, и она покраснела ещё сильнее.

– Да он влюблён в тебя по уши! – твёрдо проговорила Бетани. – Просто боится признаться: а то вдруг он пригласит тебя на свидание, а ты скажешь «нет» – а вам ещё вместе работать.

Хлоя её поддержала:

– Твой долг – избавить беднягу от тяжких страданий!

* * *

Мисс Джаспер успела переговорить с мисс Джеймс ещё до начала уроков, и та, войдя в класс, сразу сказала:

– Бетани, на следующей перемене я позвоню твоей маме, и тогда уже будем решать, что и как.

– Спасибо, мисс Джеймс, – благодарно улыбнулась Бетани. Всё происходит так быстро! Она никак не могла понять, что чувствует на самом деле, зная, что ей предстоит жить не дома. Единственный раз, когда она уезжала из дома надолго – это на два дня, на экскурсию в другой город в прошлом году. Но тогда они ездили всем классом, вместе с учительницей. Впрочем, чего гадать: скоро она всё узнает. Конечно, она волновалась, но волнение было скорее радостным, и это, наверное, хороший знак.

В конце перемены мисс Джеймс, перехватив Бетани в коридоре, сообщила, что только что говорила с её мамой и та не возражает, чтобы Бетани пожила в общежитии, пока идут репетиции для концерта. Получается, в дни репетиций, то есть в понедельник, вторник, среду и четверг, Бетани будет ночевать в общежитии, а по пятницам ездить домой. И ещё надо будет специально приехать на две репетиции в выходные перед концертом, но об этом сообщат дополнительно.

Бетани только кивнула. Как хорошо всё решилось! Хотя мама, наверное, будет скучать. И она тоже будет скучать. Серена и Бетани всегда были очень близки с мамой, особенно с тех пор, как остались втроём. Но ничего. Это всего на две недели, а потом Бетани Адамс выйдет на сцену вместе с Джасмин Дэй!

Сара щёлкнула пальцами перед носом у Бетани и рассмеялась:

– Бетани, проснись! Мы идём на историю. Ты что, уже планируешь бешеные полуночные вечеринки в своём новом доме?

Бетани покачала головой:

– Нет, просто задумалась о концерте. – И она задумчиво посмотрела на Сару: поймёт ли подруга, если Бетани попытается рассказать ей о своих переживаниях? Хлоя и Лили ушли вперёд, и у Бетани появилась возможность поговорить с Сарой наедине. – Я очень рада, что меня выбрали выступать.

– Ну ещё бы!

– В смысле, вы все уже получили такие хорошие роли… А меня никуда даже не приглашали, ни на одни пробы. Я чувствовала себя неудачницей.

– Ты балда! – Сара крепко её обняла. – Хотя я тебя понимаю. Я бы, наверное, чувствовала то же самое. Но тут во многом решает везение. Ты ведь сама знаешь, что у тебя замечательный голос. Я уверена: этот концерт – только начало.

* * *

После разговора с Сарой Бетани окончательно впала в мечтательное настроение, а это плохо: ведь мистер Таунсенд был недоволен её прошлой домашней работой – он поставил ей тройку, да и то, как он сказал, с натяжкой, – и наверняка рассердился бы ещё больше, если бы заметил, что Бетани не слушает его на уроке. Она изо всех сил старалась сосредоточиться и еле дождалась конца урока.

– Смотрите, кто здесь! – хихикнула Хлоя, когда они все вчетвером пришли в столовую на перемене. – Какой сюрприз, Сара!

Натан прошёл мимо их столика, старательно делая вид, будто их не замечает.

– Натан, привет! Иди к нам, – окликнула его Сара, и он тут же поспешил к ним. – Как раз и спросим, кто из его класса поёт в концерте. Он наверняка знает, – шепнула она подругам.

Натан кое-как втиснулся с края стола, чтобы сесть поближе к Саре, хотя Хлоя ехидно заметила, что рядом с ней куча свободного места.

Бетани спросила, знает ли он, кто из их класса поёт в концерте.

Натан кивнул:

– Наших четверо. Эми… ты её помнишь, да, Сара? Мой друг Итан, классный парень. И… э… – Он умолк, почему-то замявшись.

И тут кто-то похлопал Бетани по плечу. Бетани вздрогнула от неожиданности и испуганно обернулась. Она так внимательно слушала Натана, что даже не слышала, как к ней кто-то подошёл.

У неё за спиной стояла Лизбет, вредная шестиклассница, которая чуть было не сорвала пробы Сары для «Мэри Поппинс».

– …Лизбет и Надя, – закончил Натан, виновато пожав плечами.

– Слушай, Бетани, – проворковала Лизбет приторно-сахарным голоском, – похоже, ближайшие две недели мы с тобой будем жить в одной комнате. Представляю, как будет весело!

Глава четвертая
Под одной крышей с врагом

Это было как гром среди ясного неба. Новость, что Лизбет тоже будет жить в общежитии, да ещё в одной комнате с Бетани, чуть (но не совсем) не испортила Бетани всю радость от будущего концерта. Как Лизбет попала в список участников? Наверное, потому, что она симпатичная и у неё, надо признать, очень хороший певческий голос – чистый, сильный и звонкий.

– Я не знала, что Лизбет живёт так далеко от школы, – в ужасе проговорила Лили.

Бетани молча, всё ещё не оправившись от потрясения, наблюдала, как Лизбет с победным видом выходит из столовой в сопровождении своей неизменной свиты во главе с Надей.

– Да и откуда нам было знать? – пробормотала Сара. – Да, Бетани, это кошмар! Даже не знаю, как ты это выдержишь.

– Может, сказать мисс Джеймс, что будешь жить дома? – предложила Хлоя. – Ведь даже если ты не успеешь сделать какие-то домашние задания, это всё-таки не смертельно. Лучше уж нахватать двоек, чем жить две недели в одной комнате с Лизбет.

Бетани стиснула зубы и улыбнулась – гримаса получилась слегка жутковатой: она стала похожа на милого, но свирепого пушистика, готового всех покусать.

– Не думаю, что всё так страшно. Ну что она может мне сделать?

У всех остальных явно были сомнения на этот счёт, особенно у Натана, который учился с Лизбет в одном классе и знал, на что она способна.

– Ты даже не представляешь, – угрюмо пробормотал он.

Но Бетани знала, что выбора у неё нет. Если она нахватает двоек, её наверняка исключат из списка участников. Значит, придётся как-то уживаться с Лизбет… Хотя это будет непросто.

* * *

Когда мама пришла с работы, Бетани не знала, что ей сказать. Мама наверняка волновалась, что её младшая дочь уезжает из дома на несколько дней, и тревожить её ещё больше очень не хотелось: а то вдруг она передумает – и тогда не будет никакого общежития, а значит, и никакого концерта. Этот концерт Бетани нельзя пропустить ни за что в жизни! Но как скрыть свою собственную тревогу, зная, что тебе предстоит две недели жить в одной комнате с Лизбет? Бетани попыталась поговорить об этом с Сереной, но та ничем ей не помогла. Ведь обычно Бетани не волновало, что о ней скажут другие, и Серена никак не могла понять, почему сестра так боится какой-то Лизбет. Она сказала, что всё это глупости. Может быть, просто от нервов. И, конечно, она была рада, что их общая комната две недели будет в её полном распоряжении.

Мама все выходные стирала и гладила вещи Бетани и укладывала их в сумку. Казалось, что эти сборы волновали её больше всего: похоже, она решила, что если дочь не возьмёт с собой весь гардероб, случится вселенская трагедия. Бетани даже всерьез испугалась, что мама заставит её снять домашнюю кофту и брюки, чтобы их тоже закинуть в стиральную машину, и придётся ходить по дому завернувшись в полотенце.

– Мам, мне не нужно столько вещей! – попыталась возразить она, наблюдая, как мама пытается запихнуть в сумку очередную стопку выстиранной и отглаженной одежды. – В основном мне нужна только школьная форма. Как я всё это потащу?!

– Никогда не знаешь, что тебе понадобится, – отозвалась мама.

Бетани подумала, что, наверное, мама так рьяно занялась стиркой и глажкой, чтобы не волноваться обо всём остальном. Она подошла к маме и крепко-крепко её обняла:

– Все будет хорошо.

Бетани была почти одного роста с мамой – чуть-чуть пониже, и от этого чувствовала себя очень взрослой – и в то же время маленькой и испуганной. Она привыкла делиться с мамой своими тревогами, но сейчас рассказать ей о Лизбет и о своих страхах не могла. Не нужно, чтобы мама распереживалась ещё сильнее. И Бетани, ничего не сказав, обняла маму ещё крепче.

* * *

В понедельник дорога в школу была совершенно безумной: помимо рюкзака со школьными принадлежностями и мешка с одеждой для танцев Бетани тащила с собой и огромную сумку, которую мама собрала ей для общежития. Ей так и не удалось убедить маму, что столько вещей ей не понадобится. Пассажиры в автобусе, натыкаясь на её сумки, мешающие им пройти, сердито смотрели на неё, и ей хотелось крикнуть «Я не виновата! Думаете, мне охота тащить на себе столько?!». Конечно, она молчала, но и так было понятно, что она жутко нервничает. А впереди ещё целый день в школе – целый день, прежде чем она доберётся до общежития! Бетани совершенно не представляла, как выдержит этот день, если так психует уже с утра.

В довершение ко всем радостям Лизбет словно нарочно поджидала её в коридоре на всех переменах и каждый раз, проходя мимо, улыбалась ей кровожадной акульей улыбкой.

К счастью, Бетани было на что отвлечься. После первого урока миссис Шоу отдала Хлое и Лили их экземпляры сценария «Маленьких женщин», и конечно же все одноклассники на всех переменах норовили подсесть ближе к ним, чтобы хоть краем глаза взглянуть на текст. Лили свой сценарий вообще не выпускала из рук – и даже когда не листала его, то мечтательно поглаживала обложку.

– Ого! У тебя на этой странице столько реплик! И на следующей тоже! И здесь! – Сэм, приятель Хлои, уселся с ней рядом в столовой и забрал у неё сценарий. – Ты точно всё это выучишь, Хлоя? Если судить по тому, как ты учишь уроки… – Он в шутку пригнулся, как бы опасаясь, что Хлоя сейчас его стукнет, но она лишь улыбнулась:

– Учить роль – это не то же самое, что учить уроки. Роль же интереснее. – Она повернулась к Лили. – А репетировать можно вместе. Вдвоём веселее.

Лили радостно закивала в ответ, и Бетани подумала, что ещё никогда не видела подругу такой счастливой.

– Да, конечно. А кому-то лучше бы помолчать, особенно мистеру Четыре правильных слова из двадцати. И осторожнее с кетчупом! Не облей сценарий!

Сэм лишь ухмыльнулся. Его явно не волновала плохая оценка за диктант по французскому. Бетани хотелось его пнуть.

Хлоя забрала у Сэма сценарий:

– Дай мне хоть самой немножко посмотреть. О, это сцена на улице. На снегу! Где, интересно, они возьмут снег? Или будут снимать прямо в студии, в павильоне? – Хлоя на секунду задумалась и расплылась в улыбке. – А я говорила, что часть сцен будет сниматься в Америке?

Все дружно взвыли, и Сара легонько пнула Хлою под столом:

– Говорила миллион раз. Хотя нет, всего полмиллиона.

Хлоя виновато улыбнулась:

– Ладно, я поняла. Больше не буду, честное слово. Умолкаю навечно.

– Не говори глупостей! – Бетани стало немного неловко за Сару. На месте Хлои и Лили любой бы пищал от восторга. – Можете хвастаться сколько угодно – имеете право. – Она лукаво прищурилась. – Правда, не факт, что дело дойдёт до съёмок. Может, мы придушим вас раньше… – Она хихикнула, заметив, как удивлённо Хлоя на неё смотрит. – Хлоя, я пошутила! Все за вас рады. Честное слово!

– Мы не сказали вам самую главную новость! – воскликнула Лили с довольным видом. – Угадайте, куда мы сегодня поедем.

– В Америку! – ухмыльнулся Сэм, и Хлоя с Лили сердито уставились на него.

– У тебя кетчуп на подбородке, – ледяным голосом проговорила Лили, но Сэм только пожал плечами:

– Ну, и куда?

– На фотосессию! – У Хлои горели глаза. – Мисс Шоу сказала, что киностудия начинает большую рекламную кампанию о сериале. Даже ещё до начала съемок!

– Вообще это рискованно, – с беспокойством пробормотал Сэм. Девочки непонимающе уставились на него, и он добавил, убедительно изобразив искреннюю тревогу: – Им же не хочется заранее распугать зрителей.

– Все, мне надоело! – Хлоя резко поднялась на ноги и, схватив поднос Сэма, переставила его на соседний стол, где сидела компания высокомерных семиклассников, слегка опешивших от такой наглости. – Это уже не смешно!

– Ты чего, Хлоя? Совсем шуток не понимаешь? – Сэм закатил глаза. – Теперь придётся упрашивать их, чтобы вернули мой обед. Эй! Он уже ест мой пудинг! – И под хихиканье Хлои и всех остальных он бросился спасать свой поднос.

* * *

Мисс Джеймс ещё утром сказала Бетани, что после уроков проводит её до общежития. И вот уроки закончились, и настала пора идти. Сара, Лили и Хлоя по очереди обнялись с Бетани, и у неё было такое чувство, словно они прощаются навсегда. Лизбет ждала у школьных ворот с комплектом очень красивых розовых сумок, которые Бетани бы даже понравились, если бы не принадлежали Лизбет.

– Вы знакомы с Лизбет, Бетани? – спросила мисс Джеймс с улыбкой. Она явно не знала об их острой взаимной неприязни. Да и откуда ей было знать? У Лизбет был настоящий талант донимать сверстников так, чтобы учителя этого не замечали.

Лизбет очаровательно улыбнулась мисс Джеймс.

– Я была на прослушивании вместе с Сарой, – проговорила она приторно-сахарным голоском. – И видела там Бетани.

Бетани внутренне ощетинилась. Все ясно. Если Лизбет заговорила о том прослушивании – значит, ни о каком перемирии речи нет. Лизбет прямо даёт ей понять, что будет война.

По дороге до общежития Лизбет вежливо беседовала с мисс Джеймс, не обращая внимания на Бетани, которая очень старалась не выглядеть угрюмым ребёнком, плетущимся следом за взрослыми.

Общежитие располагалось в узком высоком здании в двух кварталах от школы. Под окнами с симпатичными уютными занавесками висели наружные ящики для цветов. Когда Бетани, Лизбет и мисс Джеймс подошли к крыльцу, дверь распахнулась, и на улицу вышла компания смеющихся старшеклассников. Мисс Джеймс объяснила, что это студенты одногодичного дипломного курса, который «Дебют» набирает из учащихся старше шестнадцати лет. Она привела девочек в крошечный кабинет, где их встретила черноволосая женщина, говорившая по телефону. Она виновато взмахнула рукой и прошептала одними губами:

– Прошу прощения. Я скоро закончу. – Судя по тому, как она закатила глаза, ей самой не терпелось скорее закончить этот разговор. Наконец она положила трубку и поднялась из-за стола. – Лизбет и Бетани, да? Я миссис Роббинс, комендант общежития. Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату. Вам повезло – это очень хорошая комната.

Мисс Джеймс взглянула на часы:

– Девчонки, мне надо идти. Увидимся завтра. Приятного вечера!

Бетани с тоской посмотрела ей вслед. Да, математику она не любит, но с уходом мисс Джеймс рядом с ней не осталось вообще никого из знакомых. Разумеется, не считая Лизбет. Но её-то уж точно считать в числе знакомых не стоит.

Миссис Роббинс повела их вверх по лестнице, на ходу объясняя, что общежитие сейчас переполнено и им действительно повезло, что нашлись свободные места.

Их комната располагалась на втором этаже, и Бетани она сразу понравилась. Она оказалась гораздо просторнее, чем их с Сереной комната дома. А когда миссис Роббинс показала им примыкающую к спальне крошечную ванную, Бетани чуть не ахнула от восторга. Настоящая роскошь!

Лизбет огляделась по сторонам с таким видом, словно её поселили в свинарник. Бросив сумки на одну из кроватей и взглянув на дверь в ванную, она язвительно усмехнулась.

Миссис Роббинс дала им обеим по листу с распечатанным текстом:

– Извините, девчонки, но для младших учащихся у нас действуют определённые правила, и мы строго следим за их соблюдением. Ведь по сути в ближайшие две недели мы будем вам вместо родителей.

– Мои родители вовсе не строгие, – пробормотала Лизбет, с отвращением глядя на список правил. – Мы должны возвращаться сюда не позднее шести вечера?!

– Только в том случае, если у вас нет никаких мероприятий, – спокойно ответила ей миссис Роббинс. – Насколько я знаю, у вас будут вечерние репетиции, и конечно никто не станет придираться, если в эти дни вы вернётесь позже шести.

Бетани кивнула:

– И первая репетиция уже завтра!

Несмотря на присутствие кошмарной Лизбет, Бетани просто ликовала от восторга. Первая репетиция для её первого выступления на настоящей профессиональной сцене!

Когда миссис Роббинс ушла, оставив их «обустраиваться», Бетани присела на кровать, не занятую сумками Лизбет, и стала думать, что делать дальше. Через полчаса у них ужин, и в общежитии есть общая комната с телевизором, и здесь симпатично и очень уютно – но она всё равно жутко нервничала: она только теперь до конца осознала, что ей предстоит спать в одной комнате с Лизбет. Две недели в одной комнате с Лизбет!

– У тебя дома отдельная комната, или ты живёшь с кем-то ещё? – внезапно спросила Лизбет. Она по-турецки сидела на кровати в обнимку со старым плюшевым котёнком и смотрела на Бетани с каким-то жадным, пугающим интересом.

– Живу не одна, – осторожно ответила Бетани. Это глупо, конечно, но у неё было чувство, что с Лизбет лучше не откровенничать. Потому что это опасно. Очень опасно.

– С кем?

– С сестрой, – нехотя проговорила Бетани. – А почему ты спросила?

Лизбет пожала плечами и улыбнулась:

– Просто чтобы поддержать дружеский разговор. Раз уж нам предстоит вместе жить.

Бетани внутренне содрогнулась. Милая и дружелюбная Лизбет пугала даже сильнее, чем Лизбет в амплуа зловредной гадюки. Достаточно вспомнить, как она внезапно «прониклась симпатией» к Саре на прослушивании для «Мэри Поппинс» и что было потом.

– Значит, ты живёшь далеко от центра, – продолжала расспрашивать Лизбет. – А чем занимаются твои родители?