Читать книгу "Sensation. Кому он нужен, этот секс"
И вот умением найти ту самую точку вполне можно овладеть.
И если мужчина ежедневно упражняется, полностью уделяя свое внимание языку тела партнерши (или партнерш – смотря со сколькими женщинами он практикует ОМ), тем самым он подкрепляет теорию о мозге – о его лимбической системе. Наблюдая, внемля, проявляя терпение и внимание, мужчина развивает сексуальную эмпатию. У него формируется представление и отношение к тому, что она ЧУВСТВУЕТ. И пока он это делает, задача женщины – просто лежать, наслаждаться, фокусироваться на удовольствии и направлять его к наиболее чувствительным точкам.
В теории звучит неплохо. В ней я и буду разбираться. Некоторые из присутствующих мужчин практикуют ОМ уже довольно долго. У них и техника развита, и лимбическая система. Так что у них я буду учиться, а потом испытывать новые знания с Ти.
* * *
В субботу утром жизнь стала налаживаться. Я брожу по улицам неподалеку от места проведения конференции и ищу какою-нибудь кофейню, где кофе подают в чашках, а не в пластиковых стаканах, и, наконец, нахожу. Случайно я слышу разговор организаторов конференции, касающийся интересующих меня вопросов. Меня это радует.
Полагаю, вопросы «жестких» и «мягких» продаж должны подниматься в любой организации. Особенно когда людям нравится продукт, когда он им нужен.
Но стоит понимать, что когда продукт относится к новым формам доступа к сексуальному наслаждению, дело заходит довольно далеко.
Женщина в футболке «УанТейст» выглядит недовольной:
– То, что мы продаем, – это для женщины ни много ни мало – путь к ее собственному оргазму, а для мужчины – возможность установить с ней совершенно особенную связь. Мы не должны активно продавать никакие из наших курсов, это неправильно. Продукт сам себя продает тем, кто в нем нуждается.
Кажется, она говорит с тем членом организации, который продает курс «Мастер», и его продвижение реализовано как раз тем самым неподходящим способом. Она продолжает:
– Нам совершенно не нужно ни на кого давить. Продавать курс может любой, потому что тот, кому он нужен, сам придет и спросит. Мы не должны продавать. Мы должны предлагать.
– Да, – отвечает ей собеседник. – А тебе не кажется, что в данном случае мы так и делаем?
– Нет.
Подслушанный разговор обнадежил меня. Организация определенно «монетизирована», как говорят в Америке. Вокруг мероприятия шумиха, они продают курсы, используют обычные фокусы вроде «для первых пятнадцати записавшихся…» и все такое. С другой стороны, им надо оплачивать работу и перелеты тренеров и коучей. Расходы и билеты. У них много бесплатных продуктов – можно пройти всю практику по одной только книге Николь. Кто знает, сколько пар наслаждаются ОМ и даже не знают о существовании сообществ? Мы с Ти несколько месяцев так провели.
Клуб ОМ тоже бесплатный. Йога вот не бесплатная! Медитация иногда бесплатна, а иногда курсы стоят довольно дорого. Так что, раз люди изучают женский оргазм, то они должны работать бесплатно? Думаю, нет. В любом случае, я рада, что подслушала эту беседу. И что кто-то считает, что другой понял его неправильно. Это, по-моему, хороший знак. Любому сообществу нужны здоровые дискуссии. А еще я согласна: мы слишком сильно напираем на продажи.
* * *
Здесь очень активно обсуждается желание. Я сходила на мастер-класс, но понятнее не стало. Сложный вопрос. Вот вы чего желаете? Мы идем от осознания чисто телесного вожделения – той силы, которая накрывает одну мою подругу, когда та вдыхает запах кожи своего парня, – к вожделению в самом широком смысле.
Мне напомнили, что желание, любое желание, производит энергию. Я знаю, что могу пройти пятьсот километров пешком просто для того, чтобы увидеть лицо важного для меня человека. Вот вам желание – вот вам энергия.
В контексте этой книги и с учетом того, что именно делает секс лучшим в мире, особенно в моногамных отношениях, тему стоит раскрыть. Если в отношениях изначально присутствует то самое животное желание – как с ним обращаться?
И вот тут мы переходим к влечению. Влечение – это нечто вроде магнетизма. Что заставляет нас желать близости другого человека? Мужчина или женщина излучают энергию такой силы, что нас непреодолимо тянет к ним. Что именно привлекает нас? Их гармония с собой? Позитивное отношение к другим людям, чувство юмора? Способность принимать вызовы судьбы и не терять бодрость духа? Жизнелюбие? Умение ценить все вокруг? Потребность быть похожим на этого человека кажется мне одним из главных механизмов. Разве нет?
Но все это не есть желание. Можно найти потенциального партнера, который будет восхищать нас как личность, будет умным, забавным, с массой других достоинств, но он не пробудит в нас желания сорвать с него одежды и незамедлительно повалить на кровать. А кто-то другой нас бесит, но мы все равно его хотим.
Чтобы отношения долго сохраняли свежесть, нам нужны оба этих ощущения, не так ли? Давайте начнем с влечения. Хорошо бы испытывать влечение не только первые несколько месяцев отношений, когда мы еще проецируем чувства друг на друга, а всю жизнь. А это возможно? Да. Я заметила, что такое чаще бывает у пар, которые не имеют детей. То есть за семью полагается расплата? Нет. Я думаю, дело в том, что пары без детей больше времени уделяют своим планам и страстям.
А в семьях с детьми один или оба родителя часто фокусируются на детях. В этом, конечно, нет ничего плохого, если они при этом не отказываются от собственных желаний и не превращаются в обслугу. Очень часто их так изматывает однообразие задач – отвести ребенка в школу, сходить в магазин, сделать уборку и т. д., что к вечеру они просто падают перед телевизором и ничего не хотят. Они перестают интересоваться собой должным образом. Они перестают восхищаться тем, что живут, и фокусируются только на своих детях. Непросто испытывать влечение к тому, кто утратил восторг бытия.
Так, конечно же, быть не должно. Вполне возможно сочетать семью и сохранять вкус к жизни – если ты не становишься заложником роли «мамы» или «папы». Эта роль вас не ограничивает, ведь вы – это по-прежнему вы, и вы любите жизнь. Это привлекает. Любовь к жизни – вот что привлекательно. Для меня, по крайней мере.
Теперь перейдем к физическому желанию. Это другое. Бьюсь об заклад: чтобы быть желанным, нужно уметь прислушиваться к чувствам. На элементарном уровне – трудно желать человека с дурным запахом изо рта и ароматом грязного тела. Чтобы тебя желал твой партнер, тут, полагаю, понадобится определенная уверенность в своей сексуальности, а это уже сопряжено с влечением. Если мужчина или женщина знают, что умеют получать и дарить удовольствие, если он или она уверены в своей сексуальности, это делает их желанным объектом, не так ли?
Желание активируется животной частью нашего мозга – достаточно лишь увидеть желанный объект, ощутить запах кожи, услышать голос. Тело запрограммировано ассоциировать сексуальное удовольствие с этим человеком. Мы недалеко ушли от собак Павлова, у которых слюна текла уже при звуке колокольчика, а не при виде еды. Так что по моему непосильным трудом нажитому мнению, единственная для нас возможность понять удовольствие и желание – это отбросить все несущественные детали и перейти непосредственно к сексуальному опыту, уделяя особое внимание женской сексуальности. Именно это мы и будем изучать на конференции по ООМ. Для этого мы и прибыли.
* * *
Я посещаю другую группу ОМ. Я выбрала этого мужчину, потому что от него не исходит никакой угрозы. Я пока не осмеливаюсь позволять мужчинам выбирать меня. Я ощущаю энергию, а этот человек кажется уравновешенным и хорошим.
Мне тяжело. У нас практика «не имеет цели», но меня окружают женщины, явно испытывающие множественный оргазм. Может, это и не так, но звуки, которые они издают, усугубляют мое чувство собственной неполноценности. Одна женщина даже довольно громко сказала: «О боже мой!»
Но я делаю успехи. Я сосредоточиваюсь на ощущениях, и в какой-то момент я чувствую, будто в моей груди что-то открылось, а по рукам и ногам растекается удивительное тепло. Мягко, как шелк.
Он тоже говорит о теплоте в груди и о некоем сиянии, поднимающемся по его руке от кончиков пальцев вверх.
После каждой ОМ партнеры обычно описывают свои переживания, а потом просто говорят друг другу «спасибо». И расходятся.
* * *
Вечером Николь выступает на главной сцене. Предполагалось, что она расскажет о сексе на основе ОМ, но она в ударе, так что вместо этого отвечает на вопросы аудитории. Сегодня было шесть групповых сессий ОМ. Я посетила три из них и еще несколько лекций. Мне показалось, что многие пропускали лекции, если в это же время проходила групповая ОМ. А если женщина способна испытывать множественный оргазм и делает это, допустим, дважды за медитацию (совершенно непреднамеренно) и при этом посетила все шесть ОМ… Что ж, остается лишь надеяться, что ее партнеры правильно ее «приземлили». Воздух буквально пропитан окситоцином и дофамином. Все счастливы, все под кайфом, но наркотический эффект идет изнутри наших тел. Нигде нет ни капли алкоголя.
Какая-то женщина спрашивает Николь:
– Как сделать секс таким же классным, как ОМ?
Николь отвечает:
– Во время ОМ вы смещаете свой центр тяжести так, чтобы получить возможный максимум удовольствия. Обычно женщины так не делают во время секса. Половой акт – это практика высшего уровня, а люди относятся к нему так, словно это самое простое занятие для начинающих. Вот они и получают простой секс уровня начинающих.
Она говорит и говорит. Я не записываю вопросы. Я записываю так быстро, как могу, фиксирую все, что может принести кому-нибудь хоть какую-то пользу.
А как быть созависимым людям?
«Секс, при котором два человека пытаются что-то получить друг от друга, похож на общение двух сирот, которые пытаются друг друга усыновить».
Ой!
А вот еще, очень провокационное. «То, что мы называем любовью, иногда является всего лишь сокращением мышц, привычной реакцией на потребность в защите».
Ой!
«Моногамия зачастую несостоятельна. Во время родов женщина вырабатывает окситоцин, и – только подумайте – у нее может быть более одного ребенка». Все смеются. Ну правда же – мы можем любить более чем одного ребенка, так почему мы можем любить только одного мужчину? Исторически брак – это подтверждение мужского права собственности на женщину. Но сегодня в ловушку попадают оба – и мужчина, и женщина, так почему такое положение вещей до сих пор допустимо?
Она говорит:
– В том, что мы здесь делаем, мы лучшие. Конференция называется ООМ, потому что это – ОТЛИЧНЫЙ экстремальный спорт. Здесь вам никто не предложит уподобляться заезженной пластинке.
Я лихорадочно записываю. Чернила в ручке заканчиваются, и как только я заменяю стержень, Николь произносит:
– Священные жрицы утомили воинов на ложе страсти и отпустили их обратно в мир нести любовь.
Она рассказывает отличные истории о том, какой ужасный секс у нее случался.
– Мужчины, запомните – не надо совать свой член в мою киску до тех пор, пока она как следует не разогрелась.
Женщины смеются.
– Я знаю женщину, которая боролась с проблемами ментального характера. Она целый год практиковала ОМ, и эта дрянь просто исчезла из ее головы. Ее выбило из системы.
Заявление, конечно, смелое. Но мы наблюдаем, как большие ежедневные дозы сексуального наслаждения, получаемые в безопасной среде и без каких-либо обязательств, улучшают самочувствие женщин в очень многих смыслах. Когда твоему телу ежедневно хорошо… ну, я всегда считала, что тело, разум и дух взаимосвязаны. В основном я говорила о теле в контексте здоровья и питания, но если дважды в день наполнять организм окситоцином и дофамином, то на физическом уровне ощущение счастья заметно возрастает. Долго ли опечаленный разум будет оставаться опечаленным, если его купают в счастье?
Я записываю еще две реплики Николь. «Я хочу так разогреть свое тело, чтобы ловить кайф с кем угодно. Я не хочу, чтобы мое удовольствие зависело от обстоятельств».
Радикальная дама, определенно.
* * *
Последней в этот вечер выступает Наоми Вульф. Наоми известна своей смелой феминистической позицией, а ее книга «Миф о красоте», опубликованная в 1991 году, принесла ей широкую известность. Ее последняя книга, «Вагина», которую я уже упоминала, оказалась вызывающей, чрезвычайно важной, полной неизмеримой храбрости, и мне даже хочется защитить эту дерзкую нью-йоркскую феминистку, которая в моей защите совершенно не нуждается. Сегодня, стоя перед зрителями, она выглядит счастливой. На нее никто не нападет. Ее просто будут слушать, и все, что она скажет, аудитория непременно оценит.
Выступление Наоми увело слушателей в ту сторону, в какую их не уводил ни один предыдущий оратор. Она подняла жуткую тему зависимости от интернет-порнографии, и она однозначно попала в цель.
Я знаю это, потому что у «УанТейст» есть своя соцсеть, и я читала посты мужчин, которые слышали ее слова и решили резко завязать с сетевой порнографией сразу после конференции. После выступления Наоми одна мать написала, что по возвращении домой поговорила со своим семнадцатилетним сыном о сетевой порнографии. Она думала, что ему не найти бесплатного контента. Она ошибалась. В процессе беседы он раскололся и все выложил – как он начал смотреть порно в двенадцать лет, как с годами сильнее и сильнее привыкал. Как ему нужны были все более и более жесткие картинки, чтобы испытывать сильные ощущения, и как у него теперь – в семнадцать лет – пропала эрекция. Как он боится иметь дело с реальными женщинами. До этого разговора его мать только читала о пагубных последствиях порнозависимости – теперь же ей предстояло помочь сыну избавиться от этой привычки и научиться общаться с живыми женщинами. Это страшно. Так что если у вас есть сын, вы можете инициировать такой разговор, отбросив заблуждения, что «мой мальчик такое не станет смотреть». Еще как станет! Не в вашем доме, так у друзей.
Помимо этой своевременной и актуальной проблемы, Наоми говорит о том же, о чем пишет в своей книге, – о связи мозга и вагины, которую сильно недооценивают. Она сообщает, что «именно вагина транслирует мозгу состояния, которые мы называем уверенностью, раскрепощением, самореализацией и даже мистицизмом».
Говоря о вагине, Наоми имеет в виду не только влагалище, но женские гениталии вообще. Но Наоми здесь не для того, чтобы учить нас получать удовольствие. Она обсуждает с аудиторией то, о чем не говорили предыдущие ораторы на конференции.
Одним из важных пунктов книги Наоми является утверждение, что нейронные пути у разных женщин различны. Наоми опросила нескольких врачей, и они объяснили, что у некоторых из нас больше нервных окончаний в клиторе, у других – во влагалище, еще у кого-то – в промежности или анусе. Если я все правильно поняла, Николь с этим не согласна. В «Уан-Тейст» постоянно утверждают, что в верхнем левом квадранте клитора сосредоточено восемь тысяч нервных окончаний. Спор мне неинтересен, мне интересно понять, как все устроено. Когда Наоми утверждает, что точка «джи» – это просто другая часть того же проводящего нервного пути, который связан с клитором, я достаю ручку и записываю. Она отвечает на вопросы, на которые не смог ответить Интернет, когда мы с Джо-ванной обсуждали нефритовые яйца и точку «джи».
Как вам, например, такое заявление Наоми: «Девяносто процентов женщин в лабораторных условиях, с незнакомыми мужчинами, достигают оргазма при одновременной стимуляции точки “джи” и клитора». С незнакомыми? В лабораторных условиях? Девяносто процентов?
Я улыбаюсь, подумав о том, сколько мужчин в зале поймали себя на мысли: «Хмм. Интересно, о какой такой “стимуляции” идет речь?» Многие из этих мужчин могут найти неуловимый клитор примерно за то же время, за какое я могу найти мужской пенис. И еще они знают, как правильно гладить его в пределах зоны шириной в миллиметр. Наоми часто повторяет, что «наша модель представлений о женской сексуальности уже сорок лет как устарела», но эта аудитория – исключение.
Еще она говорит о так называемой активации. Это то, что нужно женщине, чтобы завестись. Тут прослеживаются параллели с теорией «УанТейст» о центре контроля в мозге.
Стресс оставляет отпечаток на вегетативной нервной системе, говорит Наоми. То есть когда женщина злится на своего мужчину, она попросту не заведется. Это не потому, что она обидчивая зануда, – просто у нее стресс, а при стрессе ее центр контроля отключить невозможно, из-за чего ей сложно возбудиться. Я надеюсь, вы сейчас внимательно читаете.
И вот тут самые внимательные из вас думают: раз женщине так необходимо расслабиться, тот как это соотносится с рассказами женщин о сексуальных фантазиях, в которых фигурирует жесткий секс? Ответ такой: женщина может мечтать о чем угодно, если она находится в своей собственной спальне, где ее окружает абсолютная уверенность в безопасности. Это фантазии, она полностью контролирует ситуацию. Они не означают, что она жаждет агрессивного обращения. Вот отсюда и начинается недопонимание.
То же самое относится к БДСМ. Возьмем для примера Кристиана Грэя из «Пятидесяти оттенков серого» (признаюсь, я прочла только первую книгу). Кристиан внятно дает понять Анастейше, что она может уйти в любой момент. У них есть кодовое слово, и каждый раз, когда она его произносит, игра прекращается. Она взволнована – да, но она не испытывает стресса. Это разные вещи. О ней заботятся – стресс нулевой.
Забота о женщине, низведение уровня ее стресса до нуля, не раздражая ее при этом, являются важной частью «активации», утверждает Наоми. Мужчины, пожалуйста, если вы хотите, чтобы женщина была довольна вашей сексуальной жизнью, делайте все возможное, чтобы ее не нервировать! Для вашего же блага.
Во время ОМ тот, кто ласкает, обязательно говорит «сейчас я к тебе прикоснусь», прежде чем прижаться к ногам женщины для установления энергетической связи. Это тщательно продуманный прием, чтобы ни на йоту не ошеломить женщину своими действиями. А перед тем мужчина должен «свить гнездо», то есть найти подушки и все необходимое, чтобы партнерше было абсолютно комфортно.
Если бы Наоми изучала ОМ, они бы узнала все эти приемы «активации», необходимые еще до того, как партнер только начнет возбуждать женщину. Это важный момент, а в контексте книги – вообще одна из самых главных вещей, о которых она ведет речь. Что бы вы сделали в первую очередь, чтобы ваш партнер захотел заняться любовью с вами? И вот тут мы возвращаемся к желанию. Картинка понемногу начинает складываться.
Я с огромным удовольствием наблюдаю, как Наоми сама постепенно расслабляется перед этой чудесной аудиторией. У нее на руке красный браслет. Это означает, что в рамках конференции она посетила тренинг по ОМ. Молодец, Наоми, набралась духу перейти от теории к практике! Определенно это место делает людей довольными и счастливыми.
В какой-то момент Наоми теряется в своих записях и говорит: «Сбилась с текста, но не беда».
– Это точно! – кричит кто-то из зала, и все радостно подхватывают. Зрители в восторге от ее смелости. Они обожают ее за то, что она храбро выступает перед огромной аудиторией и ведет речь о сексуальности и наслаждении.
Я уж не знаю, что именно они для нее организовали, участвовали ли в этом наиболее опытные члены Клуба ОМ, чтобы показать ей, о чем вся эта шумиха. Но у нее на руке красный браслет, и она выглядит совершенно счастливой.
* * *
Когда я прихожу в воскресенье утром, вокруг царит суета: люди со значками «пригласи меня на ОМ» беззаботно болтают, пьют кофе, флиртуют. Не успела я обрадоваться, как меня ловит Николь:
– Привет! Рада видеть вас здесь! Ну как вам?
– Привет, Николь. Тяжеловато вообще-то.
– Твою киску нужно чаще ласкать, Изабель. Я организую тебе приватную ОМ. (О господи, мне нужно срочно провалиться сквозь землю.)
Чуть поодаль стоит весьма симпатичный мужчина. Она что-то ему говорит, он смотрит на меня, я на него.
– Ну вот (я краснею), кажется, все улажено.
– Хотите заняться ОМ? – улыбаясь, спрашивает он по протоколу, так что соглашаться я вовсе не обязана.
– Э…
Тут меня накрывает ощущение удара под дых. Господи, я до сих пор паникую, когда делаю это с Ти, а тут отрекомендованный незнакомец!
– Я буду здесь к одиннадцати часам, – он, заигрывая, снова улыбается.
Пытаюсь вдохнуть.
– Да, спасибо.
Меня бросает в жар, а еще приходит то самое, похожее на тошноту, чувство, которое бывает перед дракой или перед взлетом. А потом я убегаю. Правда, добегаю только до ресепшн.
Врезаюсь в группу людей, выходящих из зала после групповой ОМ. Одна женщина двигается с помощью ходунков на колесиках. Смелая. Улыбаюсь ей.
– И как вам? – спрашиваю я ее.
Она читает мой бейджик.
– Изабель, мне пошел восьмой десяток. В тысяча девятьсот восемьдесят девятом я окончила Институт глубокого изучения человеческой сексуальности, у меня серьезные проблемы со спиной, и мне на все плевать.
– Правда?
– Я никогда не думала, что буду в таком возрасте гоняться за новым опытом. Но было потрясающе. А теперь прошу меня извинить – я спешу на лекцию.
И она укатила на своих колесиках.
* * *
10:45 утра. Через пятнадцать минут у меня встреча с тем незнакомцем. Я должна помнить: нужно расслабиться, раскрыться, дышать. Это ВСЕ, что мне нужно помнить. Что тут сложного? Почему я так боюсь? Я ловлю представителей команды «УанТейст» и спрашиваю, чего я боюсь. «Желания», – говорит один. «Перемен», – говорит другой. Мне кажется, они оба не угадали. Но в чем дело, я тоже не представляю. Фраза «глаза боятся, руки делают» сейчас выходит для меня на новый, доселе непонятный уровень. Сфокусируйся на ощущениях, которые дает тебе страх, – только на ощущениях.
Я заглядываю в карие глаза мужчины:
– Я ничего не ожидаю и не тяну одеяло на себя, потому что это все – идея Николь.
– Это будет просто ОМ. Практика без конкретной цели.
– Я так далеко вышла за пределы зоны комфорта, что напряжена до предела.
– Что вас напрягает? – улыбается он.
– Понятия не имею.
И я ложусь. Думаю, как бы так полегче сдаться. А потом перестаю думать. По мне словно мед растекается.
* * *
ОМ захватывает. Я забыла, как тонок этот процесс. Видимо, страх таится в моих собственных ожиданиях. Он не спешит. Не торопит. Не беспокоится. Не пытается произвести на меня впечатление. Он действительно «ласкает для своего собственного удовольствия», – как учат здесь мужчин, – но в самом высоком смысле этого слова, в большей степени изучая меня, устанавливая связь со мной. В какой-то момент он перестает меня гладить, и мне хочется рассмеяться, потому что эта неподвижность заставляет меня ждать продолжения.
Чем меньше он делает, тем сильнее он подогревает мои желания. Но сперва он сближается со мной. Он прижимает палец к самой чувствительной точке и гладит медленно и мягко. ОМ у него отлично получается. Если проще – он знает, что делает.
Я замечаю, как напряжена моя шея. Это постоянное явление, но тут меня накрывает волной тепла, а потом начинает чертовски болеть.
То я рыдаю, как вчера. То я переживаю, что даю недостаточно указаний. То меня наполняет тепло и боль. И все это накапливается, создает ментальные блоки, эмоциональные блоки, физиологические блоки… все это можно изучить. Через удовольствие. Как необычно, да?
Я чувствую, что могла бы счастливо жить с этим мужчиной в Нью-Йорке целый месяц, исследуя опыт ОМ как феномен. Это первая моя ОМ с момента появления здесь, когда я ощущаю, что могу повторять это с ним еще сотни раз.
Теперь я понимаю, как эго с легкостью встает на пути опыта. Мужчины хотят «хорошую ОМ» (как практику без конкретной цели) в каком-то смысле для того, чтобы повысить свою самооценку. Нет ничего плохого в том, что мужчина хочет доставить удовольствие женщине или просто знать, что он способен это сделать, – но мне казалось, что именно этот мужчина выше подобного, что он не задействует свое эго во время ОМ, он просто присутствует. Намного легче практиковать ОМ, которая просто тянется сквозь пространство и время. Я никогда больше не увижу этого мужчину, так что проще плыть по течению и наслаждаться ощущениями. Мне не приходило в голову давать ему какие-то указания, потому что его не нужно было учить меня удовлетворять. Я просто лежала и наслаждалась.
