Читать книгу "Мистер Невыносимость 3 – За гранью бездны"

Глава 4

Следующие дни я снова погрузилась в работу. Доктор Вальтер полностью разделял мнение Лоурена насчёт Виктории. Лоурен попросил меня не вмешиваться – и я не вмешивалась. Пусть это будет на его совести.

Я не смогла увидеться с Вики до её транспортировки в Америку. «Заботливый» Лоурен запретил нам встречаться. Точнее, это было постановление опекунов, чтобы обезопасить её от моих «россказней». Я бы и без этого ничего ей не сказала, хоть по-прежнему считаю, что так делать неправильно. И я не верю, что у Лоурена получится врать ей вечно. Вокруг него и так полно лжи. В конце концов, он в ней утонет. Но это тоже не мои проблемы.

Я передала Вики письмо через доктора Вальтера, в котором желала ей сил и выздоровления и, конечно, напутствия слушаться врачей. Когда она оправится после операции, ей его передадут.

Мне не хватало Вики – её улыбки и манеры умничать. Работа снова стала просто работой. Но знание того, что она выздоровеет, грело мне сердце. Она сможет осуществить свои мечты, сможет ходить в школу, завести друзей и влюбиться.

– Слышал, для Виктории нашёлся донор, – я перевела взгляд на Натана. Мы шли рядом. Он провожал меня с работы домой. Это был первый раз, когда мы встретились после его предложения выйти за него замуж. Мне совсем не хотелось видеться с ним сейчас. Эмоции не остыли. На всё это наслоились переживания за Вики и американские горки с Лоуреном, но увиливать от встреч смысла нет. Через две недели или месяц будет всё то же самое.

На улице сильно похолодало. С неба сыпался колючий мелкий снег, который сразу таял, падая на землю. Уже приближался декабрь. Как же быстро летит время!

Я поёжилась на холодном ветру и потёрла онемевшие руки. Натан больше мне их не грел. Наша любовь угасла так внезапно, что мне до сих пор в это не верилось.

Я бросила на него короткий взгляд. Сейчас Натан казался мне совсем далёким и чужим. Или я просто специально себя так настраиваю, чтобы оградить от боли, которая всё равно неизбежна.

Как же всё это печально. В итоге произошло то, чего я так боялась. Мы начали встречаться – и у нас не получилось. Когда я отказала ему в первый раз, шесть лет назад, мой отказ не спас нашу дружбу. Но и теперь, когда мы стали любовниками, у которых не сложилось, дружбу тоже не вернуть. Есть ли у нас вообще шанс хоть на какие-то отношения?

– Да, – подтвердила я односложно. – От Лоурена узнал? – спросила наугад.

Он промолчал.

Всё понятно.

Я горько усмехнулась.

– Дай угадаю, как. Ты тоже участвовал в этой авантюре?

Натан потупил взгляд.

Этого стоило ожидать… но за моей спиной. Опять. Сначала молчал про Аннету, теперь про Вики ничего не сказал. Собственно, это не сильно удивило, но всё равно задело.

– Я всего лишь помог освободить сестру Вики из тюрьмы, – поспешил оправдаться он. – Всё остальное – не моя инициатива. Прости, что не получилось сказать тебе раньше. Адвокатская этика. И Лоурен запретил. Ты, наверное, испытываешь огромное облегчение теперь, когда Виктория получила шанс на выздоровление. Я знаю, как ты её любишь.

Мужчины, похоже, думают, что обычное «прости» и «так вышло» прощают всё на свете. Мне уже противно слышать от Натана эти его «адвокатская этика» и «Лоурен запретил», словно он школьник какой-то. Карьера Натана завязана на Лоурене. Теперь это будет преследовать меня по пятам, пока мы близки, и продолжать ранить.

– Ты же специализируешься на финансах. Зачем взялся за криминал?

– «Обычные» преступления тоже могу разрулить. Я хотел помочь.

– И заработать, – съязвила я. Уверена, Лоурен щедро оплатил его помощь.

– Лина, прошу тебя! Это работа. Но я правда взялся за неё в первую очередь не из-за денег…

Мне нечего было сказать на это. Повисла неприятная пауза. Натан откашлялся. Он изо всех сил пытался поддержать беседу, а я просто хотела уйти.

– Помоги мне, – попросил он вдруг.

Я покосилась на него исподлобья. Он выглядел подавленным, хоть и улыбался.

Я вздохнула.

– Давай сменим тему.

Всякий раз, когда в разговоре всплывает Лоурен, я раздражаюсь.

Натан радостно закивал. Он даже не понял.

– Как прошёл твой день? – этот обыденный вопрос ещё больше вогнал меня в уныние. С Натаном всегда было легко и весело общаться, но не теперь. В груди начало жечь.

– А твой? – ответила я вопросом на вопрос.

Он в общих чертах рассказал, чем занимался, и резко замолк, поняв, что это пустое. Тогда он зашёл с другой стороны – правдой в лоб, как часто это делаю я.

– Неужели теперь всегда так будет? Я стараюсь изо всех сил, Лина! Мы всегда понимали друг друга с полуслова, и я знаю, что не мог стать для тебя пустым местом. Я оступился с тем предложением руки и сердца. Признаю, что в панике поторопился! Но пойми меня, пожалуйста!

Я всё понимаю. И даже сейчас чувствую его отчаяние, но внутри по-прежнему глухо и пусто.

Я остановилась и посмотрела ему в глаза. После всех событий, произошедших за последние месяцы, наша ссора на благотворительном ужине, с которой начался крах наших отношений, казалась чем-то несущественным. Да, он виноват. Но я виновата ещё больше. Моей любви не хватило, чтобы преодолеть этот кризис. Она была слишком слаба и угасла – медленно, постепенно, пока не превратилась в холодные угли. У меня к Натану больше не осталось романтических чувств.

Это тот самый момент, когда пора подводить черту. Но сделать это так сложно, даже если любви больше нет.

В глазах встали слёзы.

– Натан, я целовалась с Лоуреном…

Он дрогнул, но не подал виду, что ему больно.

Я скажу всё как есть. Честно, до конца. Только так он отпустит. Потому что я тоже его предала.

– Поцелуем всё не ограничилось. Мы почти переспали.

Натан должен понять, что продолжать нет смысла. В моей жизни снова воцарился хаос. Порвать с ним – лучшее, что я могу для нас сделать.

Теперь выражение его лица изменилось. Сразу стало видно, как сильно его поразило моё признание. Он стиснул зубы и кулаки, стараясь не показывать гнев и ревность. Глубоко вдохнул и выдохнул:

– Что значит «почти»? Давай уточним. Ты сама этого хотела или Лоурен тебя заставил?

Мне было бы легче, если бы он разозлился и вышел из себя, а не расспрашивал о деталях. Его дипломатичность давила и вызывала ощущение моей ущербности. По сути, я ему изменила, но вины не чувствую.

– Какая разница.

– Для меня очень большая! – повысил он голос.

Мне бы хотелось сказать, что мне жаль, извиниться… Но мои извинения ничего не дадут, потому что будут неискренними.

– Меня к нему влечёт, и этому очень сложно сопротивляться, – продолжила я сжигать мосты.

– Значит, ты хочешь вернуться к нему? – бросил он с явным пренебрежением.

– Нет. Но я не хочу скрывать, что у нас с Лоуреном дошло до интима. Этого бы не случилось, если бы я тебя любила. Дальше так не может продолжаться. Давай поставим точку, – произнесла я монотонно.

Если подумать, я ведь ни разу прямо не сказала ему «люблю». И сейчас, расставаясь с ним, чувствую себя ужасно. Как будто всё наше счастье было подделкой. Но это не так. Каждый момент с ним был особенным и незабываемым – просто всё это осталось в прошлом.

Натан нервно провёл рукой по густым волосам и выдохнул холодный воздух. Его глаза гневно блестели, но он мастерски держал эмоции под контролем.

– Я не согласен, – парировал он ровно.

Из меня вырвался безнадёжный стон. Упрямец! Я была уверена, что, когда признаюсь в измене, он меня возненавидит. Но совсем не ожидала отрицания.

– Пойми, дальше лучше не станет. Я перегорела. Мой мозг перегружен, а в сердце беспорядок. Не могу делать вид, что всё хорошо, когда это не так.

Я не прибегала к радикальным словам и не говорила, что он мне больше не нужен, или что я просто пользовалась им, пока было удобно. Это выше моих сил. Ведь я всё ещё испытываю к нему огромную привязанность. Не представляю, как потерять его навсегда. Мне мучительно больно рвать отношения на корню и заставлять его страдать.

Всегда думала, что больно только тому, кого бросают. Оказывается, другой стороне тоже бывает неимоверно плохо. Это новый урок для меня.

Возможно, когда Лоурен расставался со мной, чувствовал что-то подобное. Не думала, что однажды окажусь на стороне «плохих». Но это всего лишь догадка. Не все испытывают угрызения совести. Большинству плевать. Они легко забывают и начинают всё сначала. Слова Лоурена о том, что он сожалеет, могли быть лживы. Я всё ещё ему не верю.

Никогда не поступлю так бессовестно, как он. Не допущу, чтобы Натан чувствовал то же, что я тогда, когда Лоурен вышвырнул меня, словно мусор: жалкой, никчёмной, униженной – а потом сказал, что это было во благо нам обоим.

Натан схватил меня за плечи.

– Мы можем вместе со всем разобраться! Мне всё равно, что у тебя там с Лоуреном, я люблю тебя!

Его отчаяние било по мне, как хлыст.

Перед глазами встала сцена, как я, позабыв о гордости, просила Лоурена остаться. Эхо прошлого вернулось, заставляя снова проживать ту боль.

Я закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Нужно как можно мягче дать ему понять, что это конец.

– Тебе не должно быть всё равно. Мой поступок ужасно гадкий.

– Если хочешь, теперь мы квиты. Я тоже поступил с тобой гадко, – поспешил он сровнять счёт.

Я аккуратно, но решительно сняла с себя его руки.

– Это не месть. И я больше не злюсь на тебя за твоё предательство. Я вообще не имела права предъявлять тебе претензии, ведь мы не встречались на момент твоего договора с Лоуреном. Натан, не вини себя ни в чём. Может быть, это наша судьба. Ты ещё не понял, но, думаю, я не тот человек, который должен быть с тобой до конца. Надеюсь, когда ты найдёшь того, кто тебе предназначен, мы сможем снова стать друзьями. Спасибо за всё! Этот год с тобой был самым спокойным и самым светлым в моей жизни.

Да. Именно так. Это мои чувства. Я испытываю безмерную благодарность за счастье, которое он мне дарил. Чтобы Натан смог снова полюбить, испытать подлинное счастье, я должна освободить место рядом с ним.

Я отвернулась и пошла прочь, пока он не заметил мои слёзы. Иначе он продолжит меня уговаривать, а я, возможно, поддамся.

Сначала с ресниц сорвалась одна капля, потом две, а дальше поток уже было не остановить.

Возможно, больше никогда у меня не будет таких тёплых и правильных отношений, как с Натаном. Тем не менее, я искренне надеюсь, что они будут у него. И тогда он сделает всё правильно.

Я шла пешком. Долго. Через какое-то время слёзы иссякли. Я посмотрела на своё отражение в тёмной витрине закрытого магазина. Меня встретили мутные очертания худенькой девушки с растрёпанными волосами и потухшим взглядом. Широкое пальто смотрелось на мне до безумия нелепо – как и я сама.

Я никогда не считала себя красивой, а сейчас презирала себя ещё больше.

В метре от меня открылась дверь парикмахерской. Оттуда выпорхнула девушка со свежей стрижкой и укладкой. Волосы блестели.

Мне бы тоже не помешало преображение, – промелькнуло в голове.

На автопилоте я вошла в салон.

Там меня встретила парикмахер с широкой, дружелюбной улыбкой: модная, с дерзко уложенными короткими волосами необычного бело-фиолетового оттенка. Она выглядела самоуверенной и смелой.

– Добро пожаловать! Вы записаны?

– Нет, – промямлила я мрачно.

Девушка-мастер взглянула на наручные часы.

– Вам нужна просто стрижка или окрашивание тоже? Если окрашивание, давайте назначим на другой день. Скоро конец рабочего дня.

– Стрижки будет достаточно. Если можно, то сейчас. Я только что рассталась с парнем.

На жалость давить не собиралась. Само по себе слетело с губ.

– Оу… – отозвалась мастер в замешательстве, а потом добавила: – Мне очень жаль! Тогда давайте обновим вас, чтобы вы поскорее забыли мерзавца, а он пожалел, что бросил такую красотку.

Это не меня бросили, и мерзавка тут я. Если бы Натан был негодяем, мне бы сейчас не было так паршиво. Но это уже тонкости, которые постороннему человеку знать не обязательно.

Пока я снимала одежду и садилась в кресло, невольно подумала, – неужели после стрижки станет легче? Если да, то почему я не сделала этого раньше, когда рассталась с Лоуреном?

Всегда считала подобные поступки жутким клише, как и другие стандартные стереотипы – вроде того, что на свидание нужно дарить плюшевых медведей или цветы и ходить в кино. Ведь это всего лишь кем-то придуманные действия, которые не несут никакого смысла. А потом они становятся масштабом, как правильно, а как нет. Наверное…

Девушка надела на меня накидку и расправила сверху волосы.

– У вас шикарная шевелюра. Ни разу не окрашивались?

– Да, – подтвердила я.

– Ну и правильно. Многие мечтают о таком насыщенном каштановом цвете. Длина обалденная, и густота тоже. Давайте придадим вашей копне форму. Не сомневаюсь, уже завтра толпа мужчин будет стоять в очереди, чтобы с вами познакомиться.

Как раз этого я и хотела избежать. Но я понимала, что мастер просто хотела меня ободрить.

– Нет. Хочу покороче. Как у вас.

Она в шоке округлила глаза.

– Простите, но я не могу подстричь вас так радикально. Возможно, вы завтра об этом пожалеете.

– Это просто волосы, – возразила я равнодушно. – Отрастут.

– Всё равно. Давайте вы пару деньков подумаете, действительно ли вам нужно такую стрижку, а потом снова придёте.

Я вздохнула.

Посторонняя девушка жалеет мои волосы, а мне на них наплевать. Но я не стала это озвучивать. Просто хочу, чтобы их обстригли.

Они действительно сильно отросли. Если раньше были чуть ниже плеч, то теперь уже доставали до пояса. Давно пора было их обкромсать. Волосы тяжёлые. Собирать в хвост сложно. Все резинки для волос постоянно рвутся. А на работе нельзя ходить с распущенными волосами.

– Тогда сделайте что-нибудь на ваше усмотрение, но как можно короче. Пожалуйста, срежьте их уже, – настояла я.

Мастер улыбнулась неуверенно. В итоге сдалась и приступила к работе.

Хорошо, что она всё-таки не отослала меня – иначе я бы, наверное, сама себя обкорнала, и тогда это была бы полная катастрофа.

Парикмахер помыла мне голову, сделала приятный массаж, потом расчесала меня и начала стричь. Прядь за прядью падали на пол, но я ничего не чувствовала – ни сожаления, ни облегчения.

Когда она закончила и уложила мне волосы, я посмотрела на себя обновлённую в зеркало. Покрутила головой в разные стороны.

– Ну как? Это удлинённое каре. Вам очень к лицу. Глаза кажутся ещё больше и выразительнее.

Я осторожно провела рукой по волосам. Действительно неплохо. Смело, игриво и легко. Мне нравится.

Я слабо улыбнулась своему отражению и произнесла про себя: «Здравствуй, другая я. Давай подружимся!»

– Спасибо, – поблагодарила я мастера наконец и встала, чтобы заплатить.

Она засуетилась:

– Надеюсь, вы будете с радостью носить свой новый образ.

Я открыто улыбнулась.

– Однозначно. Мне повезло сегодня попасть к вам.

– Очень рада, что вы довольны моей работой. Приходите ещё, – она тоже ответила улыбкой и уверенно пожала мне руку.

После этого я покинула салон.

Выйдя на улицу, я встряхнула головой. И вот оно! Я почувствовала лёгкость. Да, стало действительно легче!

Надо же. Клише, оказывается, рабочее. Хотя, возможно, я романтизирую, потому что новая стрижка мне действительно понравилась. А на самом деле, тяжесть исчезла, так как волосы срезали. Вот и всё. Но и на сердце будто стало немного легче. «Всё хорошо, – успокоила я себя. – Я всё сделала правильно. Когда-нибудь и Натан поймёт, что это к лучшему. Первый шаг уже сделан».

Глава 5

Утром моё положение уже не казалось таким трагичным. Я снова одна, но сожаления не пришли. Напротив – я зауважала себя чуточку больше за то, что смогла преодолеть неуверенность и освободить нас обоих от отношений, которые окончательно зашли в тупик.

Я больше не плакала из-за Натана, но мне всё ещё было паршиво на душе. А ещё такой поворот, несомненно, обрадует Лоурена. Именно поэтому я не собиралась никому сообщать о переменах в статусе моей личной жизни. По крайней мере, потяну с этим как можно дольше.

Стоило только вспомнить про Лоурена, как мой телефон запиликал. Я напряглась, увидев на дисплее его имя. У него точно радар на мои мысли.

Несколько секунд я раздумывала сбросить звонок или нет, но потом всё же ответила.

– Что надо? – гаркнула я вместо приветствия.

– Вот это я понимаю чудесное расположение духа! И тебе доброе утро, – поздоровался он с сарказмом.

– Оно было добрым до твоего звонка.

– Уверен, после оно будет ещё лучше, чем до. Спорим?

Я многозначительно промолчала. Лоурен вздохнул.

– Вики успешно прооперировали, – сообщил он по-деловому.

Я оживилась.

– Когда? Почему не сказал раньше?

– Вчера я до тебя не дозвонился.

Логично. Я вчера отключила телефон. Не хотела наткнуться на просьбы Натана ещё раз подумать о своём решении.

– Как она? – просто спросила я, без лишних пояснений.

– Всё прошло отлично. Когда Вики придёт в себя, то наверняка захочет поговорить с тобой. Пожалуйста, будь благоразумна, – попросил он с намёком.

Я фыркнула.

– Успокойся. Мой рот на замке. Но не думай, что я делаю тебе одолжение. Просто сейчас выздоровление Вики в приоритете. А дальше ври ей сам. Если она спросит напрямую о доноре, я не стану прикидываться незнающей.

– И на том спасибо, – съязвил он.

После наших разборок каждый из нас остался при своём мнении.

– Ты собираешься её навестить? – спросила я. Когда Вики очнётся, ей понадобится поддержка. Медицинская помощь и забота близкого человека – не одно и то же.

– Пока не получится. Я очень занят. За ней присматривает Агнес. Она была экономкой в нашем с Леони доме, а потом в моём. На неё можно положиться. Агнес хорошо позаботится о Вики. После выписки, на период реабилитации, я планирую вернуть её обратно в Германию.

При упоминании бывшей Лоурена у меня зачесалось всё тело. Раньше он не нанимал домработниц, потому что терпеть не мог, когда к его вещам прикасаются чужие люди. А теперь за его почти дочерью ухаживает левая женщина. Быстро же он переобулся, когда женился! Хоть и развёлся в итоге.

– Я могу слетать, – предложила вполне серьёзно.

– Нет, – тут же отрезал он.

– И почему? – процедила с раздражением.

– Потому что я так сказал.

Я закатила глаза. Уже чуяла приближение новой перепалки.

– Прошу, не перечь мне и не спорь, – предупредил он жёстко. – Твоя позиция мне понятна. Однако напомню, что я отец Вики. Пока побудь в стороне.

«И не мешайся под ногами», – добавила про себя.

– Лина, – вдруг обратился он мягко. – Я не объявлял тебе войну. И то, что случилось в машине…

На этом я его резко остановила:

– Не хочу об этом говорить!

Лицо начало пылать при одном замечании. Я не собиралась обсуждать то, о чём жалею. Даже думать не хочу. Если бы не он, этого бы не произошло.

– Лина, – повторил он моё имя со снисхождением. – Ты не можешь бегать от меня бесконечно. Давай просто…

Я снова перебила:

– Забудем. Этого не было. Как и того поцелуя. Всё, Лоурен. Хватит. Ты перешёл все границы. Нам придётся общаться ради Вики – не усложняй мне жизнь. Прекрати свои домогательства!

Не дожидаясь ответа, я просто отключила звонок. Твёрдо и бескомпромиссно. Теперь только так.

После того как я рассталась с Натаном, у меня появилась уверенность, что смогу поставить на место и Лоурена. Нужно бороться за себя и свой покой. Отстаивать позицию. Чётко, без колебаний. А ещё – дистанция. Так я буду в безопасности.

Вики позвонила через два дня. Несмотря на незнакомый номер, я почему-то знала, что это она, и сразу ответила.

– Привет, доктор! Я живая, представляешь? – объявила Вики слабым, но бодрым голосом. У меня от радости встрепенулось сердце.

– Я же говорила, что ты выздоровеешь, разве нет?

Она хихикнула.

– Точно. Я поправлюсь. Операция прошла очень хорошо – так говорят врачи. Но пока я чувствую себя так, будто меня протащил за собой верблюд через всю пустыню.

Я улыбнулась. Раз может шутить, значит, действительно идёт на поправку.

– Тебе там не слишком одиноко? – побеспокоилась я.

– Совсем нет! Со мной Агнес, она от меня не отходит. Рассказывает, как будет откармливать разными вкусностями. В больнице еда так себе, и мне пока не всё можно. Она такая смешная! Всё время суетится и плачет украдкой. Наверное, ей меня жалко. Но я почему-то не злюсь. Агнес такая добрая! Как настоящая бабушка.

Конечно, жалко, подумала я. Вики сейчас выглядит примерно так же, как себя чувствует. Тут и у самого равнодушного сердце дрогнет. А зная её судьбу – тем более.

– Я рада, что ты там не одна! А ещё я очень жду твоего возвращения. Поэтому выздоравливай скорее! Мы наверстаем упущенное и обязательно сделаем всё, что ты только пожелаешь!

Она притихла.

– Что-то не так? – спросила я неуверенно.

– Да нет… Просто на самом деле мне не так уж много надо.

– Брось. Ты, можно сказать, вернулась с того света и начинаешь жить заново. Наверняка тебе столько всего хочется, что и не перечислить!

Она засмеялась.

– Сейчас хочу только одного – снова чувствовать себя хорошо и поскорее выписаться.

Я улыбнулась в трубку. После всего пережитого ей, наверное, всё ещё не верится, что больше не придётся жить в больнице.

– Скоро. Вот увидишь, – пообещала я. – Уже очень скоро ты будешь дома и забудешь о плохом.

Вики всхлипнула. Ну вот, плачет. Хотя это хорошо. Наконец-то она даёт волю чувствам. К счастью, операция уже позади.

– Мне было так страшно! – призналась она. – Я думала, что больше никогда тебя не увижу. И Лоурена…

– Мы чувствовали то же самое, Вики, но верили в тебя. А Лоурен даже не сомневался.

Она засмеялась сквозь слёзы:

– Ну разве он не классный!

Я скривила губы, будто укусила лимон. Классный врун – но это уже детали.

– Ага, – подтвердила я сухо. Мне нельзя проболтаться, поэтому лучше уйти от темы. – Ты большая молодец! Настоящий боец! Мы тебя очень ждём!

– Я быстро вернусь! Не скучай там сильно! Доктору Вальтеру привет и всем остальным!

– Передам. Звони почаще. Или пиши. Без тебя всё не то. Но я безумно рада, что теперь мы будем видеться не в больнице.

Вики захихикала по-детски:

– Я буду ходить к тебе в гости каждый день. Или ты к нам с Лоуреном!

– Лучше ты ко мне.

Повисла короткая пауза. Наконец она добавила:

– Вы что, до сих пор не помирились?

– Мы поговорили, но видеться без крайней необходимости мне с ним по-прежнему не хочется.

По звуку я поняла – она надула губы.

– Разберитесь уже между собой поскорей, как маленькие! Если не сделаете этого до того, как я вернусь, сама с вами разберусь! – пригрозила она.

Мне стало смешно от её попытки звучать взрослой. И в то же время грустно. Было бы неплохо, если бы кто-то действительно мог всё уладить за нас с Лоуреном. Я устала.

Мы попрощались с Вики тёплыми словами, и я подумала, что жизнь наконец-то налаживается. Трудности есть, но клубок начал потихоньку распутываться, даже если боль от расставания с Натаном ещё не утихла, а чувства к Лоурену по прежнему тревожат душу. И всё же чёрная полоса закончилась.

Но я горько ошиблась. Оказывается, она даже не начиналась. Разрушение уже подкарауливало меня за углом, потирая руки. Но я об этом даже не подозревала, наивно полагая, что двигаюсь в правильном направлении.