Читать книгу "Мистер Невыносимость 3 – За гранью бездны"

Глава 9

Помутнённое сознание вернулось ко мне в машине. Я перевела взгляд на Натана, который вёл машину. Он был чернее тучи.

Мне стало очень горько. Натан видел то, что не должен был. Я снова ранила его чувства, ведь он по-прежнему меня любит. Возможно, теперь это изменится. Ему должно стать противно. Так же, как и мне сейчас от самой себя.

– Прости, что тебе пришлось смотреть на это, – прошептала я охрипшим от стонов голосом.

Он бросил на меня короткий взгляд.

– Тебе не нужно извиняться. Ты не виновата. Ты жертва. Но всё равно… – он сделал паузу, неприлично выругался и продолжил: – Как ты оказалась у него дома?! Чем ты думала, когда шла к нему?!

Я усмехнулась краем губ. Действительно, мою беспечность ничем не оправдать.

– Сама не знаю. Видимо, я себя переоценила.

Натан снова взглянул на меня.

– Он так просто не отвертится! Мы припрём его к стенке! Я всё для этого сделаю! – пообещал он.

Мне сейчас было точно не до планов мести. Хотелось просто провалиться куда-нибудь и забыться.

Через пять минут машина остановилась. Я думала, Натан везёт меня домой, но мы припарковались на незнакомой мне улице. Я встревоженно посмотрела на него.

– Где мы?

– У клиники. Здесь работает мой хороший друг гинеколог. Он осмотрит тебя. Нужно зафиксировать факт насилия.

Я резко выпрямилась. От этого закружилась голова.

– Я не пойду! – о таком я не просила.

– Пойдёшь! Мы подадим в суд на Гроссмайера!

И вот снова мной управляют, используя мою слабость.

– Я же сказала, что нет! Лоурен меня не насиловал!

Натан невесело рассмеялся:

– Ты серьёзно? Посмотри на себя! Невооружённым глазом видно, что с тобой случилось!

Я запнулась. Со стороны всё действительно выглядит как насилие. Но я в этом тоже участвовала. И это было не просто участие. Моё тело отвечало ему оргазмами. Я получала наслаждение от процесса. Смешно, но это так. Как бы моё сознание ни противилось, я всегда знала свои тайные мысли.

Конечно, это не оправдывает Лоурена. Он навязал мне то, с чем я боролась и с чем не была согласна. Он оказал на меня психологическое давление, но что я буду говорить в суде? Что я его хотела? Что мучительно больно было сопротивляться своим желаниям, и что я не сдержалась?

– Разворачивай машину и отвези меня домой. Если ты этого не сделаешь, я поеду сама.

– В таком виде?

Только в этот момент я заметила, что на мне лишь одна длинная майка Лоурена. Ни обуви, ни верхней одежды, а на дворе начало зимы.

Натан, видимо, понял, что давит на меня, и ретировался:

– Послушай, нельзя оставлять этого подонка безнаказанным. Просто сходим на осмотр. Дальше я всё сделаю сам.

– Натан, не надо! Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

– Я понимаю. Но Лоурен не оставит тебя в покое. По крайней мере, давай сходим хотя бы для того, чтобы у тебя был против него козырь. Ты сможешь использовать это как оружие, если он не угомонится.

– Натан, нет. Потому что нечего будет использовать.

Он заскрежетал зубами и в этот момент кинул на меня такой взгляд, от которого похолодело внутри.

– Ты пойдёшь. В этот раз я вынужден настоять. Можешь злиться, но, пожалуйста, в последний раз сделай так, как я говорю. Потом обещаю, что больше никогда ни о чём не попрошу. И не буду лезть в твои дела.

Я закрыла глаза и стиснула кулаки. До чего же это тяжело! Мне так плохо, и ещё Натан заставляет проходить через бессмысленные моральные и физические пытки. Он делает это не для меня, а для себя. Не хочет меня слышать, как и Лоурен. Лучше бы просто молча побыл рядом, чем рвался мстить. Его праведный гнев заставлял меня чувствовать себя совсем ничтожной.

– Хорошо, – согласилась в итоге. – Только в этот раз. И потом я сама решу, что делать с заключением врача. Ты ничего не будешь предпринимать без моего согласия. Понял?

Он мрачно кивнул.

– Пошли, – сказала коротко.

Собравшись с последними силами, открыла дверцу машины. Натан снова взял меня на руки, чтобы мне не пришлось идти босиком до больницы.

В клинике меня приняли сразу. Медсестра провела прямо в смотровую комнату. Не пришлось ждать в общем коридоре. Перед этим я получила одноразовые тапочки и халат.

Обследование было очень тщательным. Врач взял мазки и кровь на анализ. Потом мне дали таблетки для экстренной контрацепции. Доктор был очень деликатен. Он не спрашивал ни о чём, кроме моего самочувствия. После осмотра выдал направление к психотерапевту и мягко пояснил, насколько это важно в моём состоянии.

И так бывает. Я врач, а теперь ещё и жертва насилия. Но мне не нужен психиатр. Мне никто не поможет. Психиатр нужен Лоурену. Только сомневаюсь, что он когда-либо лечил голову, иначе бы так не поступал.

Накинув халат и обувшись в тапочки, я пошла в туалет. Слава Богу, всё закончилось. Мне очень хотелось спать. Нужен сон для восстановления тела и нервов.

Когда вернулась, Натан разговаривал с доктором на правах моего адвоката.

Я спряталась за углом, чтобы послушать, о чём они говорят.

– Ну, что скажешь? – спросил Натан с нетерпением в голосе.

Скептичный вид гинеколога говорил сам за себя.

– Будет сложно доказать факт изнасилования в суде. У госпожи Краус есть небольшие синяки в районе запястий, но в остальном мало что указывает на насильственные действия. Также имеются припухлости в области ануса и влагалища, но всё это едва ли послужит неопровержимым доказательством. Нет трещин, кровоподтёков или других серьёзных повреждений. С врачебной точки зрения физическое состояние в пределах нормы. Не похоже на грубое или жестокое обращение. Подсудимый будет утверждать, что следы на теле жертвы – это следствие многократных половых актов на добровольной основе. Свидетелей, как я понимаю, тоже не было. Возможно, заключение психиатра будет более обнадёживающим.

Натан заскрежетал зубами.

– Не может быть! Нет! Я этого так не оставлю!

Доктор вздохнул и мягко добавил:

– Ты лучше меня знаешь закон и как сложно в нашей стране доказать насилие. Я понимаю твои чувства, но тебе стоит поговорить с госпожой Краус и подготовить её к реальности, если она решится пойти в суд. Её протащат через ад, а результат, скорее всего, будет не в её пользу.

Я опустила взгляд в пол. Мне не нужно рассказывать про реальность. Я её знаю лучше, чем кто-либо другой. А вот для Натана экспертное мнение было необходимо. Хорошо, что доктор сказал всё, как есть. Больше всего я боялась, что мне снова придётся спорить и доказывать. У меня нет сил испытывать ненависть, нет сил кого-то наказывать и обвинять. Может, позже я ещё захочу мести, но суд – это точно не то, что поможет мне чувствовать себя лучше. Потому что там придётся говорить правду, а значит признаться в том, как я получала удовольствие. Дальше начнутся насмешки, буллинг и угрозы. Ведь Лоурен знаменитость. И даже если бы это было полноценное изнасилование, его бы всё равно оправдали, как бы жестоко это ни звучало. Если мстить, то точно не так. Судом я наврежу себе, а не ему.

Натан стоял молча. Он тоже это понимал, просто из-за эмоций не хотел признавать.

Доктор похлопал его по плечу.

– Мой совет не останавливаться на этом и пройти полную экспертизу. Попробовать решить проблему в обход суда. Это будет лучшим решением.

Натан печально усмехнулся:

– Имеешь в виду денежную компенсацию как возмещение морального ущерба? Думаешь, это восстановит справедливость?

Доктор сжал губы в тонкую линию и засунул руки в карманы халата.

– Конечно, нет, но это лучше, чем совсем ничего. Судебное разбирательство тяжело прежде всего для жертвы.

На этом разговор был окончен. Врач ушёл. Я подождала немного, а потом вышла к Натану. Мы покинули больницу и через пару минут снова сидели в машине. Натан молчал и не заводил мотор. Я бросила на него короткий взгляд. Казалось, он ждал, что я что-то скажу.

– Я не буду подавать в суд на Лоурена, даже если тебе этого очень хочется, – выдала в конце концов.

– Ты всё слышала? – спросил он.

Вздохнула и кивнула.

– Я не пойду к психиатру. Не надо больше никаких врачей и дополнительных обследований.

– Эй! Нельзя опускать руки! – возмутился Натан.

Я потихоньку начала терять терпение. Он упорно отказывался видеть ситуацию трезво. Придётся назвать вещи своими именами.

– Ты слышал, что сказал гинеколог? Нет следов насилия. И я тебе уже говорила в самом начале, но ты проигнорировал: Лоурен меня не насиловал. Я этого тоже хотела. Даже если тебе не хочется в это верить, я ему разрешила.

Натан окинул меня презрительным взглядом. Он испытывал омерзение. И пусть. Может, тогда он перестанет лезть.

– Ты такая же двинутая, как и Лоурен.

– Ты прав, – согласилась я. Это безумие, которое мне ещё предстоит переварить. – Мы больше не пара, Нэйт. Не забывай об этом. Не нужно так остро реагировать. Я устала. Хочу просто отдохнуть. Пожалуйста, отвези меня домой.

Мы разошлись совсем недавно. У нас были образцовые отношения. Я знаю, Натан переживает за меня. Но мы больше не настолько близки, чтобы бросаться друг за другом в пекло. Ему не нужно взваливать мои проблемы и переживания на свои плечи. Мне это в тягость.

Натан молча завёл машину, и мы поехали. Когда он остановился у моего подъезда, лишь сухо сообщил, что мы на месте. Не смотрел на меня и не пытался помочь выйти из машины. Моя резкость его задела, но я не испытывала вины. Может быть, так даже лучше.

– Спасибо, что приехал забрать меня от Лоурена, – поблагодарила я его формально. – Пока.

Тихонько открыла дверцу и вышла наружу. Потом услышала:

– Позвони профессору Вальтеру. Он рвёт и мечет. Ты не вышла на работу и никого не предупредила.

– Я всё сделаю, Нэйт. Спасибо.

Он окинул меня безразличным взглядом. Я больше не медлила, захлопнула дверь автомобиля и пошла домой.

Когда осталась одна, наконец выдохнула.

Первым делом пошла в душ. Долго стояла под ним. Я была чистая, но не могла избавиться от чувства, что больше не хозяйка своего тела. Оно будто стало чужим.

Я переоделась в удобные домашние вещи, сделала себе кофе и позвонила на работу. Доктор Вальтер знатно меня отчитал, но разрешил взять недельный отпуск. Вряд ли мне этого хватит, чтобы снова войти в колею, но для начала хотя бы так.

Я всячески пыталась себя занять: приготовила ужин, сделала лёгкую уборку, почитала, но пришло время ложиться спать. Больше я не могла убежать от мыслей. Как только закрыла глаза, перед моим внутренним взором стали всплывать сцены секса с Лоуреном – одна за другой. Мои мольбы и стоны. Я замычала и схватилась за голову.

– Прекрати, остановись! – приказала я своему подсознанию. Сколько нужно времени, чтобы воспоминания поблекли?!

Горло стянуло будто верёвкой, и захотелось плакать.

Уехать бы подальше. Сбежать, чтобы Лоурен меня не нашёл. Возможно, в другую страну. И тут же насмешливый разум возразил: «Он везде тебя найдёт». Это недолгосрочное решение. Бегством я только продемонстрирую свою никчёмность. Но на противостояние с ним тоже больше нет сил.

Я уткнулась лицом в подушку и разрыдалась. Будь ты проклят, Лоурен Гроссмайер!

Уснула я тяжёлым сном. Меня мучили кошмары. Утром еле встала с постели. Голова разрывалась на части, и даже таблетка обезболивающего не помогла. Я пропустила завтрак. Закутавшись в одеяло, рухнула на диван и пялилась в телевизор, по которому шла какая-то тупая передача.

После обеда в дверь раздался звонок. Я проигнорировала, но непрошенный гость не сдавался и начал трезвонить без остановки.

– Да иду я, иду! – проворчала себе под нос и отворила дверь. Там стояла Аннета. Она была запыхавшаяся и взъерошенная.

– Ты… – я не успела договорить, как она бросилась ко мне и крепко обняла. Сначала я остолбенела от неожиданности, но потом обняла её в ответ, уткнувшись ей в плечо. Она всё знает. Нет сомнений.

– Я кастрирую этого ублюдка! – прорычала она злобно. – Оторву ему яйца! Он больше ничего не сможет!

Угроза звучала вполне правдоподобно.

Я не сдержала улыбку. Мне сразу полегчало от присутствия подруги. Как же хорошо, что она пришла!

Постояв в обнимку на пороге, мы в итоге вошли в квартиру. Я забрала верхние вещи Аннеты и повесила их в гардероб в прихожей.

– Почему не позвала меня сразу? – спросила она в сердцах.

– Я была никакая. Просто хотела побыть одна, – ответила честно.

Она фыркнула:

– Повариться в собственном соку ты ещё успеешь. Не пытайся строить из себя сильную!

– Не пытаюсь, но совсем расклеиться тоже не могу.

– Можешь! Для этого я и тут!

Это так мило с её стороны. Столько тепла и заботы!

Я благодарно улыбнулась:

– Спасибо, но нюни распускать всё равно не буду. Где дети? – попыталась я сменить тему.

– Тебе не о моих детях сейчас нужно переживать, а о себе. Они у моих родителей. Поэтому я останусь с тобой столько, сколько нужно.

– Удочеришь меня? – хохотнула я.

– Слишком проблемная дочка, – поддела меня Аннета. – Рассказывай, что произошло у Гроссмайера!

– Это Натан попросил? – с подозрением уточнила я. Наверняка именно он уведомил Аннету о том, что случилось, и просил проведать.

– Нет. Он сказал, что ты не хочешь его помощи, но она тебе нужна.

– Натан преувеличивает. Всё не так уж плохо.

Аннета оглядела меня с прищуром.

– Ну-ну. Ты в зеркало смотрела? Ладно, – сдалась она в итоге. – Пошли на кухню. Там поговорим.

Я села на стул. Аннета самостоятельно достала нам чашки из шкафа и заварила чай. Когда принесла всё на стол, пришло время откровений. Даже если бы я хотела, то не смогла бы описать все подробности того, что делал со мной Лоурен. Но я постаралась донести до неё свои чувства.

В конце Аннета протяжно простонала:

– Боже… Лоурен на тебе помешался! Нет, и раньше было понятно, что у него от ревности срывает предохранители, но такое… Заставить тебя заниматься с ним сексом, чтобы ты не смогла его забыть и не ушла к другому? Он совсем шизик!

– Он обычный тиран. Утверждает, что любит, но разве это любовь?

Аннета сделала глоток чая, потом посмотрела на меня с жалостью.

– Ты постоянно тыкала меня, что я читаю много романов. Но только в романах мужчины жертвуют всем ради героини, даже готовы отдать её другому, лишь бы она была счастлива. Для меня любовь выглядит именно так. Давай мыслить трезво: это не про Лоурена. Я не буду говорить, что ты поступила глупо, поехав к нему домой. Ты сама это знаешь. Тем не менее, он не имел права принуждать тебя силой к интиму. Но Лоурен явно тебе небезразличен. И, если честно, я в шоке от вас обоих.

Нельзя винить Аннету в том, что она так думает.

– Как можно испытывать к человеку какие-то чувства после такого? – скривилась я.

На секунду Аннета посмотрела в сторону, чтобы собраться с мыслями, и потом сказала не колеблясь:

– Только твоё сердце знает ответ. Ваши отношения – это что-то за пределами понимания обычных людей. Почему бы тебе на время не уехать и не освежить голову?

– Я уже думала об этом. Нет, бежать бесполезно. И что я скажу сестре? Ей скоро рожать!

– Про Натана она тоже не знает?

Я не стала отвечать. Ответ и так очевиден.

Аннета схватилась за голову.

– Лина, не к добру все эти недомолвки и секреты! Помнишь, чем закончилась твоя скрытность шесть лет назад? А про появление Лоурена она вообще в курсе?

Я покраснела до ушей и покосилась на подругу исподлобья.

– Нет, – робко пробормотала я.

Аннета чертыхнулась.

– Она беременна! Стресс для неё опасен! – тут же поспешила я оправдаться.

– А случайно узнать правду не опасно? – парировала подруга.

Мне не хотелось признавать, что опасения Аннеты вполне оправданы. Но я просто не могла сейчас омрачить её счастье. Не имела права.

– Держи рот на замке! – приказала я строго.

Я сумею оградить сестру от этого дурдома. Всё сделаю для этого.

Аннета подняла обезоружено руки.

– Моё дело предупредить. И как ты собираешься поступить дальше?

Я облокотилась на спинку стула, скрестила руки за головой и отчаянно посмотрела в потолок.

– Не знаю. Ничего не знаю. Хочу, чтобы этот ублюдок страдал, как и я! Чтобы ему тоже было плохо!

Когда я произносила эти слова вслух, то даже не думала, что моё желание очень скоро сбудется. И как!

Иногда действительно стоит несколько раз подумать, прежде чем желать кому-то зла.

Глава 10

Визг Аннеты поверг меня в панику. Я вылетела из ванной, даже толком не одевшись. С мокрых волос капала вода. Аннета сидела возле телевизора, уставившись выпученными глазами в экран.

Она жила у меня уже три дня, и все попытки выдворить её восвояси заканчивались провалом. Она уходила на пару часов проведать детей, а потом возвращалась. Я пыталась намекнуть, что не сделаю с собой ничего плохого, моя жизнь слишком ценна, чтобы прощаться с ней из-за Гроссмайера, но она игнорировала меня и делала по-своему.

– Иди, иди сюда! Скорей! – подозвала Аннета нетерпеливо рукой. – Послушай! – она нажала на кнопку пульта и прибавила звук. Я подошла ближе. По телевизору шли новости.

– Как сообщают наши коллеги, которые сейчас находятся на месте происшествия, убийство произошло позавчера между восьмью и девятью вечера. Жасмин Ротбергер, личный секретарь Лоурена Гроссмайера, была заколота в своей квартире. Тело обнаружили родители жертвы только вчера, так как их дочь долго не выходила на связь.

У меня кровь застыла в жилах, подкосились колени, и я осела на пол. Репортёр продолжал:

– По предварительным данным к смерти привела большая кровопотеря после ножевого ранения в живот. Главный подозреваемый – Лоурен Гроссмайер, владелец крупного акционерного общества Grossmayer Bau AG. Его видели незадолго до смерти жертвы, выходящим из её квартиры. Показания свидетелей подтвердили записи с камер наблюдения дома, где проживала госпожа Ротбергер. Мотив убийства пока неизвестен. Главный подозреваемый находится на допросе.

– Это неправда! – у меня начали трястись руки. Я вскочила на ноги. Аннета тоже встала, подошла ко мне и обняла со спины.

– Успокойся. Всё хорошо.

– Жасмин умерла! – выдавила я дрожащим голосом и всхлипнула. – Тут ничего не хорошо!

Это моя вина! Мне нужно было раньше обратиться за помощью! Почему в её убийстве обвиняют Лоурена?! Он никогда бы этого не сделал! Это же Жасмин! Господи, да что тут происходит?

Я сбросила с себя руки подруги и ринулась к телефону. Судорожно начала набирать номер Натана. Он должен что-то знать. Натан же работает на Лоурена.

Но всё было напрасно. Он не ответил.

Мы с Аннетой продолжили следить за новостями. Я не выпускала сотовый из рук. Звонила Натану каждые десять минут. Меня всю трясло от шока.

Жасмин… как же так вышло? Что могло случиться? Почему она мертва?!

Наконец, после энной попытки, он взял трубку.

– Натан! – выдохнула я сдавленным голосом. – Ты смотрел новости?! Пожалуйста, скажи, что это неправда!

На том конце повисло молчание.

– Натан, ты знаешь, что произошло? Ты сейчас где? С Лоуреном? – спросила я с надеждой.

– Да, – ответил он коротко на все мои вопросы.

Я глубоко вздохнула. Даже в груди стало больно – то ли от облегчения, то ли от того, что наконец услышала ответ, которого ждала. Хоть кто-то в курсе. Значит, Лоурен не один. Это хорошо.

– Нэйт, Лоурен этого точно не делал! – тут же бросилась я его защищать, будто Натан судья и может его отпустить.

– Я знаю, – отозвался он устало.

– Тогда почему? Почему они обвиняют его?!

– Потому что он последний, с кем она встречалась. Лоурен собирается признаться в убийстве.

– Что? – обомлела я. – Что ты имеешь в виду? Погоди…

– Это только начало, Лина. Сиди тихо и не высовывайся, – резко перебил он и сразу повесил трубку.

– Алло! Нэйт? Алло! – я беспомощно звала его, но в трубке уже шли гудки.

Моя рука, в которой я держала телефон, безвольно опустилась.

– Ну что? Что сказал Натан? – спросила с нетерпением Аннета.

– Лоурен собирается признаться в убийстве… – слабо повторила я то, что только что услышала. Аннета застыла, не зная, что сказать дальше.

Я швырнула сотовый в сторону, начала нервно грызть ноготь на большом пальце и метаться по комнате.

Без паники! Нужно понять, что творится.

Итак, домой я вернулась от Лоурена четыре дня назад. Аннета пришла ко мне на следующий день. Значит, Лоурен не откладывал дело в долгий ящик. Судя по всему, разговор состоялся в квартире Жасмин, не на работе. Но теперь его обвиняют в убийстве. Окей. Даже если он пришёл к ней последним, что за нелепые обвинения?! Какой у него мог быть мотив? И, ещё интереснее, почему он решил взять на себя преступление, которого не совершал?

Наверное, не совершал… Я сейчас сомневаюсь? В самом деле? Но Лоурен не мог. Точно не мог!

А если по ходу разговора он по какой-то причине вышел из себя и в порыве гнева лишил Жасмин жизни? Невозможно. Он заверял, что ничего ей не сделает. Даже не злился, а скорее беспокоился.

Тогда кто её убил? Кто на такое способен?.. Джим. Он. Этот отброс однозначно может совершить любое преступление. Но опять же, какая у него могла быть причина?

– Лина, остановись! – прикрикнула Аннета, и только тогда я вернулась в реальность. Подруга смотрела на меня с неподдельной тревогой. – Ты выглядишь так, будто выжила из ума!

Я глянула на своё отражение в зеркале. Всё ещё полуодетая, взъерошенные мокрые волосы торчали в разные стороны. Горящий взгляд и отгрызанный до крови ноготь дополняли картину.

– Давай обратимся к доктору! Натан дал адрес. Сейчас тебе точно нужна помощь специалиста.

– Не время, Аннета! – отрезала я. – Сейчас не время залечивать душевные раны! Жасмин мертва, а её убийца на свободе!

– О чём ты? – Аннета посмотрела на меня умоляющим взглядом. – Ты меня пугаешь! По телевизору каждые пять минут говорят, что это Гроссмайер! Даже Натан сказал, что Лоурен готов добровольно признаться. По нему давно тюрьма плачет!

– Может быть. – Я стиснула зубы. – Но не за то, чего он не совершал! Думаю, я знаю, кто убил Жасмин. Мне нужно срочно поговорить с Лоуреном.

– Нет! – решительно возразила Аннета и преградила мне путь, когда я снова бросилась к телефону. – Не лезь в это! Будет только хуже! Да и как ты хочешь к нему попасть? Он в СИЗО, там наверняка журналисты втискиваются в каждую щель!