Текст книги "Скажи мне «да»"

– Хорошо, – теперь ответил Сол и неожиданно протянул руку, заправив светлую прядь, выбившуюся из косы, ей за ухо. – Тогда придем.

– Спокойной ночи. – Триинэ не стала уворачиваться – мимолетное прикосновение было приятно.

Потом еще раз зевнула, махнула и поднялась на крыльцо. А взгляды, которые она чувствовала спиной, уже не заставляли ежиться. Напротив, открывая дверь постоялого двора, Трин поймала себя на том, что улыбается. Добравшись до своей комнаты, Снежинка кое-как стянула сапоги, безрукавку и упала на кровать. Надо бы умыться, переодеться и лечь нормально под одеяло, но… она позволила себе немножко поваляться, вспоминая прошедший день. Он удался, и, если завтра все будет так же, это просто здорово! Ей нравилось общаться без всякого смущения, стеснения и тревожных мыслей. Они просто занимались. Правда, Трин оказалась должна Огненному и его Проводнику желание, однако никто не стал говорить чего хочет, и вообще она поняла, что ожидание их сюрприза наполняет приятным волнением, а не раздражением.

С легким вздохом Трин заставила себя выпрямиться и сесть на кровати. Пора спать, завтра еще один насыщенный день. Снежинка потянулась, сладко зевнула и только собралась идти умываться, как раздался стук. Брови девушки поползли вверх: кто это к ней на ночь глядя? Неужто Керстен?.. Или Сорел? А может, Альши снова чего-то хочет? Трин недовольно вздохнула и направилась к двери: в любом случае, кто бы из трех мужчин там ни был, она намерена лечь спать!

Однако в коридоре оказалась та женщина, что была сегодня на площадке и просилась к ним с Альши в помощники. Трин напряглась и даже вспомнила ее имя – Вальда.

– Добрый вечер, – прохладно поздоровалась Снежинка и вопросительно посмотрела на нежданную посетительницу. – Что случилось?

– Понятия не имею, – пожала та плечами, – но Лингар хочет тебя видеть.

«Так поздно?..» Вслух конечно же Триинэ этого не произнесла. Если хочет, значит, по важному делу.

– А зачем, не сказал? – решила она уточнить на всякий случай и снова надела куртку.

– Он мне не отчитывается. – Вальда окинула Трин пренебрежительным взглядом и поправила перевязь. – Но просил поторопиться.

Пару секунд поколебавшись, хранительница холода решила меч оставить. Если что, и магия неплохо защитит, а к этому клинку она еще не настолько привыкла, чтобы мастерски с ним управляться. И вообще, идти к главе Мерхилдов с оружием смешно. Захочет – скрутит в два счета. Трин загасила свечу и вышла за Вальдой в коридор. Они вышли на улицу, и наемница широким шагом направилась вперед, даже не оглядываясь. Снежинке пришлось чуть ли не бежать за ней. Дорогу к центру Рисдора она уже более-менее выучила и немного удивилась, когда Вальда свернула в какой-то переулок.

– Нам разве сюда? – поинтересовалась Трин, догнав проводницу.

– Здесь короче, – бросила Вальда через плечо.

Сомнения зашевелились в душе Снежинки, она на мгновение замешкалась, но наемница уверенно шла вперед, и Триинэ молча последовала за ней. Переулок, узкий и темный, доверия не внушал, и девушка слегка отпустила магию, стряхнув с пальцев несколько снежинок. На всякий случай. Вроде у Вальды не было причин желать Трин зла, но кто их знает, этих наемников… Опять же если эта воительница имела виды на Альши, а он ее игнорировал, а тут еще Триинэ рядом, и несомненный интерес Ластона к беленькой… Снежинка тряхнула головой и отогнала тревожные мысли. В любом случае Вальда ничего не сможет ей сделать, Лед отлично защитит против прямого нападения.

Они опять свернули, в следующий проулок, проводница все так же уверенно шла вперед, Трин – за ней. Стало совсем темно, она почти ничего не видела и подошла вплотную к широкой спине Вальды.

– Слушай, а мы точно… – договорить ученица Альши не успела.

Вальда вдруг резко развернулась, ухватила Триинэ за руку и втолкнула в какую-то совсем узкую щель, в ней едва могли разминуться два человека.

– Точно, точно, – прошипела женщина изменившимся, злым и неприятным голосом. Между стенами прокатилось эхо снисходительного смешка. – Ну до чего ты доверчивая дурочка! Юрд, мы пришли!

Трин задохнулась от накатившей волны страха, сорвавшийся с привязи холод сдавил внутренности ледяными тисками. Перед ней, закрывая проход, возвышалась массивная фигура, и хотя разглядеть в темноте почти ничего было нельзя, Триинэ вспомнила, что так звали наемника, который испугал ее своим сходством с Ингором.

– Я вижу, – донесся его довольный голос. – Ну что, проверим, так ли крепок твой Лед, малышка?

Хранительница холода сглотнула, паника грозила лишить последних остатков самообладания, но Триинэ кое-как взяла себя в руки и до хруста стиснула зубы. Ей никто не поможет, ведь никто не знает, где она. Альши давно дома, Сол и Нель тоже. Меч остался в комнате, значит… Трин шевельнула пальцами, и ладонь ощутила знакомый холод гладкой ледяной рукояти хлыста. Пусть здесь мало места, но ей хватит. Ничего ей не сделают ни Вальда, ни Юрд! Никто из них не обладает Огнем, а говорить, что этот громила способен пробудить в ней страсть, вообще не стоит. Трин молча отступила к стене, стараясь держать в поле зрения обоих, как учил сегодня Альши.

– Ты смотри, смелая какая, – с издевкой произнесла Вальда и сделала шаг к Снежинке. – Думаешь, поможет твоя веревочка снежная?

Трин не стала тратить время на разговоры и сделала резкое движение кистью – наемница легко поймала плеть, но не учла, что на ней мелкие острые ледяные шипы. Льдинка рванула хлыст на себя, и переулок огласился проклятиями, а Вальда отскочила, тряся рукой. И тут же к Трин метнулся Юрд, с удивительной для такой массивной фигуры проворностью. Она отскочила, дернула хлыстом, и кончик обвился вокруг запястья нападавшего. Снежинка снова сделала резкое движение, и теперь зашипел уже наемник.

– Думаешь, это тебе поможет? – неожиданно прямо за спиной раздался по-прежнему злой голос Вальды, и рот Трин зажала ладонь, скользкая от крови – ледяные осколки сильно поранили ей руку.

От медного привкуса Снежинку затошнило, магия смела все барьеры, и хлыст распался невесомыми хлопьями. А кожа стала стремительно покрываться прозрачной броней, что крепче любого доспеха…

– Отошла от нее, быстро. – Вот этот голос с новыми жесткими нотками Трин никак не ожидала услышать.

Неужели Нель следил за ней?! Впрочем, какая разница, главное, что он здесь. От облегчения у Снежинки ослабли коленки, и если бы не Вальда, державшая ее, она бы шлепнулась на землю. Глаза защипало, но Трин запретила себе поддаваться эмоциям и, воспользовавшись тем, что Вальда застыла от неожиданности, начала действовать. Наступила с силой каблуком на ногу наемнице, вывернулась из ее рук, оттолкнула. Бросила в лицо Юрду снежную горсть и скользнула в сторону, прижавшиь к стене и зажмурившись. Сердце колотилось так сильно, что дыхание прерывалось, в душе бушевала вьюга, и пальцы уже потеряли чувствительность, скованные Льдом.

– Нападение на Мерхилдов может выйти боком, – раздался вкрадчивый голос Юрда, и Трин вздрогнула – снова мелькнула мысль о схожести с Ингором, даже в голосе.

К сожалению, он говорил правду – наемники на своей земле и слушать будут их. Кто же поверит, что Мерхилды напали на Снежинку, которая собиралась стать одной из них?! А вот приезжих уже заподозрили в стремлении вернуть Триинэ. Поэтому драться с местными в любом случае не стоило.

– Если вы сейчас тихо-мирно уйдете отсюда, не оглядываясь, все останутся довольны. – А это Сол.

– А если нет? – насмешливо поинтересовалась Вальда и, медленно вытащив меч, скользящим шагом придвинулась к Триинэ.

И хотя Снежинка знала, что ничего ей наемница не сделает оружием – ледяная броня уже заключила тело в прозрачный панцирь, с кончика светлой косы плавно падали снежные хлопья и таяли, не достигая земли, – волна страха облила с ног до головы могильным холодом. Трин моргнула, и на щеки с ресниц упало несколько кружевных звездочек, застыв на светлой коже капельками воды. Переулок вдруг озарился багровым – на ладони Неля расцвел огненный лепесток, осветив застывшие черты лица, плотно сжатые губы и глаза, в которых метались оранжевые всполохи. Сол стоял чуть позади, его рука лежала на плече Огненного, а внимательный, цепкий взгляд переходил с Юрда на Вальду и обратно.

– Убить не убью, но прическу попорчу, – равнодушно ответил Керстен, и лепесток распался на несколько, которые стали расти. – Трин, иди сюда, – уже гораздо мягче обратился он к застывшей у стены Снежинке.

Она скованно кивнула и осторожно, по стеночке, вжимаясь в холодный камень спиной и не выпуская из вида наемников, двинулась вперед, к неожиданным спасителям. Чувства застыли острыми ледяными кусками, в голове кружила вьюга, заморозив все мысли, и Трин отстраненно отмечала события, даже не пытаясь сообразить, что происходит и как так получилось. Воздух, казалось, только не потрескивал от напряжения, сделай кто хоть одно лишнее движение, и полетят искры. Хоть наемники и были уверены в своей безнаказанности, они не рискнули удержать Трин, понимая, что Огненный настроен решительно и спустит свою магию с цепи при первом же их движении. А объяснять Ластону внятно, откуда появились ожоги, учитывая, что он прекрасно распознавал ложь, ни Вальде, ни Юрду не хотелось.

Снежинка миновала державшую меч в руке Вальду, но сил отойти от стены не нашлось. Ноги подкосились, и Трин сползла вниз, глядя перед собой. Да, Лед бы защитил… А вдруг нет?! Вдруг тот же Юрд знает что-то такое, что… могло победить магию холода?! Триинэ сглотнула, с трудом протолкнув в горле вязкий, горький комок. После откровений Альши об особенностях ее магии уверенность Трин в собственной безопасности упала. А ведь он предупреждал, что найдутся желающие проверить прозрачную броню Снежинки.

– Думаю, нет нужды повторять, чтобы не появлялись рядом с ней, – продолжил Нель тем же ровным голосом. – Я причин выяснять не буду. Так что предлагаю разойтись и забыть об этом происшествии.

Триинэ осторожно покосилась на Вальду и Юрда, и ее окатила новая порция холодной дрожи: очень уж выразительный взгляд бросила на нее наемница. Потом они молча развернулись и направились к противоположному концу узкого переулка. Пока двое не скрылись в темноте, Сол и Нель не шевелились и не произносили ни слова. Снежинка так же молча сидела у стены, стиснув зубы и обняв колени, в голове билась мысль, что если бы не ее бывший жених и Проводник, от Вальды и Юрда она бы не ушла. Да, Лед защитит от насилия… Но к ней бы прикасались чужие руки и смотрели чужие глаза. Одежду-то можно снять, магия охраняет только тело.

– Льдинка? – Голос Сола доносился словно издалека, и его осторожного прикосновения к плечу она не почувствовала. – Эй, Трин, хорошая моя, они ничего не успели…

Она наконец медленно перевела взгляд, в темноте светлые глаза казались черными провалами из-за расширенных во всю радужку зрачков.

– Н-нет, – с трудом выдавила Триинэ, побелевшие губы едва шевелились. – Мне х-холодно… – прошептала она, чувствуя, как от переизбытка магии тело начинает бить мелкая, противная дрожь.

– Шш, – на лице Проводника мелькнула тревога, он сжал ледяные пальцы Трин, не сводя с нее пристального взгляда, и поднес их к губам, желая согреть.

У него совсем вылетело из головы, что вернуть им чувствительность, просто осторожно подув, как обычной девушке, не получится. На светлой коже уже поблескивал Лед.

– Сол, не так, – рядом присел Нель и аккуратно отобрал безвольные ладони Трин в свои. – И не здесь, – добавил он и обратился к Снежинке. – Маленькая, пойдем? – ласково позвал Керстен, встал и легонько потянул Трин за собой. И хотя сейчас она ничего не чувствовала, он все равно тихонько погладил тонкие пальцы, вцепившиеся в него мертвой хваткой.

Триинэ кивнула, ее уже заметно трясло, снежинки непрерывно сыпались с волос и ресниц. Проводник покачал головой, тревога за девушку становилась все сильнее. Нель обнял несостоявшуюся жертву насилия за плечи, и Трин не сопротивлялась, светловолосая голова бессильно прислонилась к его плечу. Хранительница холода высвободила ладонь и обняла себя руками, сознание потихоньку оживало, и облегчение грозило вылиться в позорные слезы. А то, что оказалась так доверчива, поверив на слово едва знакомому человеку, вызывало такой жгучий стыд, что даже магия не могла заглушить его жар. Трин сильно прикусила губу и зажмурилась, погрузившись в запоздалые переживания о том, что могло бы быть, если бы Сол и Нель так удачно не появились.

Как дошли до постоялого двора, Триинэ не помнила. Лед оставался на коже, и девушка уже стучала зубами, от холода казалось, кровь превратилась в ледяную кашу, забившую все вены, и сердце вот-вот остановится. Оно и так билось через раз, медленно, с трудом разгоняя жалкие остатки тепла по телу, но легче Трин от этого не становилось. Сол, глядя на ставшее совсем белым лицо девушки, нахмурился и совсем помрачнел.

– Нель, ты знаешь, что с ней? – негромко спросил он друга, пока они шли к постоялому двору. – Я никогда ее такой не видел.

– Она просто сильно испугалась, – пояснил Керстен. – И поскольку еще не слишком хорошо контролирует магию, сама сейчас справиться не может. – Огненный покосился на посверкивавшую инеем в тусклом свете ущербной луны макушку, и Сорел заметил, как на губах Неля промелькнула нежная улыбка. – Я знаю, что делать, – уверенно заявил он.

– Надеюсь, – пробормотал Проводник, он в магии Снежинок не очень разбирался.

Были вещи, которые рассказывали только магам, и, видимо, этот секрет из таких. Они подошли к постоялому двору, поднялись по ступенькам. Трин за всю дорогу не произнесла ни слова, ее тело продолжала сотрясать дрожь. Хозяин, увидев необычное сопровождение постоялицы, проводил их настороженным взглядом, но, видя, что Триинэ не возражает, встревать не стал. Они поднялись на второй этаж, и Нель спросил:

– Куда дальше, Трин?

Она вяло махнула рукой в сторону двери своей комнаты, сознание охватило странное оцепенение, и стало клонить в сон. Тела Снежинка почти не чувствовала, передвигая одеревеневшие ноги, чтобы не упасть. Хорошо еще, Нель поддерживал. Холод не получалось загнать вглубь, магия цепко держала ее в своих ледяных руках. В комнате Огненный усадил трясущуюся девушку на кровать, зажег свечу с помощью Сорела, и внимание мужчин сосредоточилось на замерзающей Триинэ.

– Что мне делать? – Проводник вопросительно глянул на друга, отдав в этой ситуации право руководить ему, хотя обычно в их паре главным считался Танберт, который был старше мага на несколько лет.

– Сядь с ней и обними, – скомандовал Нель, а сам присел и начал снимать с Льдинки сапоги.

Проводник, не выказав удивления, безропотно опустился на кровать и пересадил Трин к себе на колени, обняв за талию. Она никак не отреагировала на его действия, ее ресницы, покрытые пушистым инеем, медленно опустились, а в голове крутилась только одна мысль: спать. Во сне не чувствуется холод…

– Так? – кратко уточнил Сол.

– Да, – последовал краткий ответ.

Потом Нель отошел, отыскал в вещах Снежинки плащ и, вернувшись к кровати, укутал теплой тканью маленькие ступни.

– А теперь будем греться. – Он мягко улыбнулся и аккуратно сжал ледяные ладошки Трин между своими широкими. И тут же, заметив, что хранительница холода закрыла глаза, с тревогой добавил резким, громким голосом: – Трин, не спи!

– А?.. – сонно встрепенулась она и отстраненно взглянула на Огненного. – Я так устала… – прошептала Снежинка побелевшими губами и прислонилась затылком к плечу Сола. – И мне холодно… – почти неслышно добавила Триинэ. – Почему тут так холодно, Нель?.. – Голос затих, и ее глаза снова закрылись.

Керстен резко втянул воздух и бросил на Проводника один короткий взгляд. Тот понял без слов и сжал запястье друга. Нелиам сложил ладони лодочкой, не выпуская рук Трин и не сводя с нее напряженного взгляда, потянулся к Огню внутри и ощутил, как откликнулась магия, а от руки Сола пошло ответное тепло.

– Не давай ей спать, – попросил Нель и медленно выдохнул воздух, наполненный крошечными оранжевыми искорками, между ладоней.

Глава 10

Эзор стоял перед зеркалом, наблюдая сцену в Рисдоре, и задумчиво поглаживал подбородок. Эльри в Обители не оказалось, к легкой досаде Покровителя Реффердов, но перед поисками неугомонного бессмертного Эзор решил еще разок глянуть на Снежинку и Огненного с Проводником. Его порадовало, что благодаря случаю Триинэ чуть сблизилась с женихом и его другом, и хотя рано говорить об уходе хранительницы холода от Мерхилдов, Покровитель был уверен – это дело времени. Ну а если эти двое и дальше станут вести себя со Снежинкой так же осмотрительно, у них есть надежда уговорить ее вернуться в клан, а значит, дойти до Обители. И Эзор выиграет спор с Шаине.

Бессмертный позволил себе едва заметно улыбнуться. Пожалуй, власть над Лэйрами займет его на некоторое время, развеет скуку. Взгляд Покровителя Реффердов скользнул по Триинэ, и, заметив, что Проводник осторожно прижался губами к изгибу шеи Снежинки, Эз, уже собравшийся уходить, задержался. «Какой интересный способ согреть хранительницу Льда», – внутренне усмехнулся Эзор. Только он сильно сомневался, что, когда Триинэ очнется от сна, навеянного магией, она согласится продолжить. Но Нель все делал правильно… Бессмертный повел ладонью, изображение пропало. Покровитель направился к Зале Перехода – пора идти к Ростенам, за Эльри. Перед тем как выйти из Наблюдательного Зала, Эзор вдруг подумал, а действительно ли кожа Снежинок гораздо прохладнее, чем у обычных людей, как говорили? И почувствовала ли Триинэ, когда Сол поцеловал ее в шею? И еще, его посетило странное желание полюбоваться на узор Снежинки на теле. Для этого пришлось бы снять с нее одежду, и… эта мысль бессмертному понравилась.

Эз переступил порог Залы Перехода и сосредоточился на главной задаче: найти Эльри в землях охотников Ростенов. Ингор уже почти добрался до Фегера, пора действовать.

Ингор неторопливо ехал по шумному центральному проспекту Фегера, рассеянно оглядываясь по сторонам – отделение наемников, где принимали заказы, располагалось в неприметном переулке, хотя и в центре города. В последний раз Огненный Лэйр пользовался их услугами давно и теперь размышлял, где надо свернуть с главной улицы. Экипажи и повозки аккуратно объезжали его – по обнаженным до локтей рукам вились темно-оранжевые лепестки татуировки, отсутствие Проводника и отливавший ровным красным цветом знак чуть выше запястья говорили о том, что Ингор инициированный. Огненных старались не задевать лишний раз, потому что не все из них умели держать себя в руках. Из-за жившей в магах силы большинство обладало вспыльчивым характером.

Мелькнула смутно знакомая вывеска ювелирной лавки, и Ортол уверенно повернул на перекрестке – память услужливо подсунула нужное воспоминание. Переулок через несколько домов сворачивал под прямым углом, там и располагался нужный Ингору дом: на деревянной табличке был изображен мешочек с деньгами и поверх него меч. Ортол спешился, привязал коня и вошел в помещение. В небольшой комнате мебели почти не было, только стол у стены, небольшой шкаф, и в углу маленькая дверь. За столом сидел массивный мужчина, кривой бугристый шрам через всю левую половину лица да еще глаз, прикрытый повязкой, говорили о том, что он – Мерхилд. При появлении Ингора наемник отложил перо и отодвинул лист, на котором что-то писал.

– Слушаю, – скрипучим голосом произнес мужчина, единственный глаз смотрел равнодушно.

– Заказ на ограбление каравана, – ответил Огненный Лэйр и присел на стул перед столом.

– Где, когда, кто? – Мерхилд взял чистый лист и окунул перо в чернильницу.

– Ростены, по пути в Фегер, на их землях, когда – не имеет значения. – Ингор помолчал. – Одно условие, – продолжил он. – Кто-то должен остаться живым и сказать своим, что среди нападавших видел людей из Реффердов. – Ортол пристально взглянул на наемника. – И ему должны поверить.

– Понял, – невозмутимо кивнул Мерхилд, продолжая писать, и лист перед ним покрывался ровными строчками – невероятно аккуратный почерк для толстых пальцев, загрубевших от долгого использования меча. – Еще что-нибудь?

– Нет, все, – кратко отозвался маг.

– Имя, подпись. – Листок подвинулся к Ингору.

Тот безропотно подписал, зная, что эти сведения дальше наемников не уйдут – они строго хранили тайну заказчиков. Там же, на договоре, стояла сумма заказа. Огненный Лэйр молча выложил на стол деньги, Мерхилд так же молча смахнул золото в ящик стола.

– Вас найдут и сообщат, когда и где, – тем же равнодушным голосом сообщил Мерхилд и потерял к заказчику всякий интерес, вернувшись к предыдущему листку.

Маг кивнул, поднялся и вышел из помещения. Дело сделано, осталось ждать. Из Реффердов у Лингара наверняка только Триинэ, ее и отправит на простенькое задание. Однако стоит проверить, действительно ли Снежинка добралась до Мерхилдов или по пути изменила решение. Ингор выехал на центральную улицу, миновал почти весь Фегер и оказался в бедных кварталах. Чтобы обитатели этой части города не докучали остальным, по соседним улицам даже днем ходил бдительный патруль, но Ортола не пугала репутация квартала. Конечной целью его путешествия стала невзрачная двухэтажная таверна с окнами, затянутыми грязью, и покосившимся крыльцом. Окинув зорким взглядом улицу, Ингор спешился, привязал лошадь и вошел. Он надеялся, все любопытные увидели татуировки и не рискнут оставить мага без верхового животного.

Хозяин скучал за стойкой, протирая щербатую тарелку полотенцем, больше похожим на тряпку.

– Доброго дня, – обронил он, окинув посетителя цепким взглядом. – Чего желает господин?

– Господин желает кружку кваса, – небрежно обронил Ингор и подбросил монетку.

Рука трактирщика змеей метнулась вперед и поймала монетку, поднесла к глазам. Обычная, казалось, на первый взгляд серебрушка. Но… В таком месте всего за кружку – неслыханная щедрость. А еще изображение Покровительницы Лэйров на монетке было только с одной стороны. Вторая оставалась гладкой. Глаза хозяина заведения блеснули, он едва заметно кивнул.

– Сию минуту. – Он скрылся в дверях кухни, а когда вернулся с заказанным питьем, Ингор уже ушел.

Но странная монетка отправилась по нужному адресу, и вечером Ингора ждала нужная встреча на постоялом дворе, где он снял комнату на пару дней. И те самые сведения, которые подтвердили его догадки. Триинэ Оннорд находилась у Мерхилдов. Засыпал Ингор с довольной улыбкой: как только ему скажут, что отряд выехал в земли Ростенов, он тут же покинет Фегер. Надо подготовиться к долгожданной встрече со Снежинкой Реффердов. С этой сладкой мыслью Игнор и уснул.

…После ухода заказчика одноглазый наемник поспешил в комнату, скрывавшуюся за дверью в углу. Там, на многочисленных полках, лежали различные амулеты – Мерхилды постоянно покупали их у Дорриков, не скупясь на оплату. Посередине стоял небольшой стол и стул. Наемник взял с полки обычное зеркало и крупный многогранный кристалл и сел, положив предметы перед собой. Кристал занял место как раз в центре зеркала и через несколько секунд мягко засветился голубым, а на поверхности зеркала медленно проступило изображение кабинета Лингара в Рисдоре.

– Заказ, – произнес Мерхилд, дождался кивка главы клана и продолжил: – Ингор Ортол хочет напасть на караван Ростенов, и так, чтобы они подумали на Реффердов.

– Принято, – скупо отозвался Лингар. – Сроки?

– Не оговорены, но не затягивать.

– Хорошо. – Собеседник наемника вопросительно посмотрел на одноглазого. – Что-то еще?

– Все пока.

На этом они расстались. Лингар с удовлетворением подумал, что вечером двое Реффердов получат свою информацию. Да, имена заказчиков Мерхилды держали в тайне… если этих сведений не требовал другой заказ.

Трин словно плавала в ледяном тумане, оседавшем на коже миллионами холодных хрусталиков. Вроде не спала, но и не бодрствовала: тело не чувствовалось, только смутно доносились тихие знакомые голоса. Они звали… А потом пришло тепло. Сначала робкое, неуверенное, оно коснулось кончиков пальцев, разбежалось огненными искорками и потекло дальше, по предплечью к локтю. Кто-то растирал ее ледяные ладони, возвращая им чувствительность, и туман отступал, нехотя отпускал, уползал вглубь тела.

– Трин, хорошая моя, открой глаза, пожалуйста. – Настойчивый, встревоженный шепот ворвался в сознание, и Снежинка отстраненно отметила: Сол.

Кажется, это у него на коленях она сидит, и так хорошо, так уютно в его руках… И его губы прижимаются к шее, с которой уже сошел Лед, и это приятно, чувствовать, как Проводник собирает капельки воды с кожи и его язык мягко скользит, вызывая щекотные мурашки. Они отгоняют остатки холода, а сильные теплые руки Неля греют ладони. Триинэ длинно вздохнула и чуть приоткрыла глаза, обведя полутемную комнату рассеянным взглядом. На столе горела свеча, отбрасывая желтый круг света, а остальное пространство окутывал уютный полумрак. Потом ее взгляд перешел на Неля, сидевшего перед ней и растиравшего ей руки. Время от времени он подносил их к губам и нежно, осторожно целовал пальцы. При этом взгляд Огненного не отрывался от лица Трин. И она ничего не имела против, потому что эти его прикосновения возвращали тепло и Лед отступал. Почему-то мысль о том, что Триинэ должна обижаться и держать их на расстоянии, застыла на границе сознания маленьким ледяным кристалликом и уже не казалась такой здравой. Да и огонек беспокойства в глазах Неля согревал не хуже его Огня. Трин слабо улыбнулась.

Заметив, что она пришла в себя, Керстен осторожно сжал ладони Снежинки и с облегчением улыбнулся в ответ.

– Ты как? – тихо спросил он.

– Н-нормально, – пробормотала Трин и чуть повела плечами – влажная рубашка неприятно липла к телу, но выбираться из рук Сола очень не хотелось.

И теперь его близость не смущала, как раньше.

– Что это было? – спросила Снежинка и прислонилась затылком к плечу Проводника, слушая его тихое дыхание около уха – оно успокаивало, так же как теплые прикосновения Неля. – Почему Лед не уходил?..

– Ты сильно испугалась, Льдинка, – пояснил Огненный и сел рядом, не выпустив ее рук из своих ладоней. – А холод до конца контролировать еще не можешь. Мы вовремя успели.

– А… как? – Она покосилась на мага.

Ответил Сол.

– Мы просто задержались и увидели, как ты уходишь с той женщиной. – Его рука чуть крепче обняла ее талию. – Нам показалось странным, что на ночь глядя ты пошла с незнакомым человеком, ну и… Дальше знаешь, – закончил он, и теплые губы снова коснулись шеи.

Трин зажмурилась, прикосновение подарило еще порцию тепла, разбежавшегося по телу юркими ручейками. И это было приятно. Опять потянуло в сон, но уже здоровый, от пережитого навалилась усталость, и захотелось заползти под теплое одеяло, свернуться калачиком и уснуть до утра. Глаза Трин стали закрываться, она протяжно зевнула.

– Спасибо… – невнятно пробормотала Снежинка, поудобнее устраиваясь в руках Сола.

Мысли, как и чувства, шевелились вяло, думать над своими поступками не хотелось вообще. Все утром… Утром. Альши. Ох, если он узнает… Триинэ встрепенулась и посмотрела на Неля.

– Не говорите Ластону, ладно? – попросила хранительница холода. – Не надо ему знать… Выяснять начнет… – Она снова зевнула.

– Давай-ка спать, маленькая, – решительно заявил Сол и мягко отстранил Трин, уже приготовившуюся окончательно уснуть в его объятиях.

Она сонно кивнула, переместилась на кровать, подтянула колени к подбородку и обхватила их руками. Переодеться бы не забыть…

– Спокойной ночи, – мягко шепнул Нель, и его губы коснулись светлой макушки Трин. – Отдыхай, Снежинка.

Сорел заботливо заправил выбившуюся прядь за ухо, улыбнулся ей и, встав, направился за Огненным к двери. Девушка осталась одна. Она заставила себя подняться, переодеться в сухую ночную рубашку и наконец забралась под одеяло. Обняв подушку, Трин закрыла глаза, погружаясь в сон, и последнее, что мелькнуло прежде, чем сознание отключилось, – воспоминание о теплом дыхании Неля на пальцах и таких же теплых объятиях Проводника. Уснула она с довольной улыбкой на губах.

Когда они спустились вниз, в зал, Нель повернулся к другу и с решительным видом заявил негромко, глядя ему в глаза:

– Знаешь, я считаю, нам надо переехать сюда.

Танберт задумчиво посмотрел на собеседника.

– Не торопишься ли? Трин может не понравиться, что ее не спросили, – заметил он.

– А мне не понравится, если в следующий раз меня не окажется рядом и я не успею помочь ей, – отрезал Нель. – Да и Альши просил присмотреть, думаю, не зря.

Сол помолчал. С одной стороны, Лингару может не понравиться, что они крутятся рядом со Снежинкой, а с другой – она пока не его собственность, и Мерхилд связан заказом, так что ничего сделать не сможет. Трин же… Ему самому не хотелось оставлять ее одну после сегодняшнего неприятного случая, но согласится ли Трин принять их в качестве охранников?.. Она ведь хотела самостоятельности, когда удрала сюда, пусть даже под влиянием вспышки эмоций.

– Ладно, принесешь вещи? – Сол вопросительно глянул на него. – Я с хозяином пока договорюсь.

– Идет, – кивнул Нель и направился к выходу.

Он действительно переволновался сегодня за Трин, особенно когда увидел ее в том переулке, испуганную, замерзшую, но все же не растерявшуюся. Она пыталась защищаться, как умела, и не собиралась так просто сдаваться. Нель невольно улыбнулся: эта ее новая черта характера ему, пожалуй, понравилась. Только вот нельзя пока Трин слишком сильные эмоции испытывать, иначе в один прекрасный момент она может снова не удержать Лед, а поблизости не окажется ни Сола, ни другого Огненного. При мысли, что с ней может случиться что-то непоправимое, Огненного пробрал холодный озноб. И даже не потому, что тогда его магия навсегда останется запертой и без Проводника он ничего не сможет. Только представив, что Трин может… исчезнуть, Нелиам почувствовал, как грудь словно сдавило железным обручем. Ох, нет, если уж она действительно так сильно обиделась, пусть тогда у Мерхилдов остается, но живой! Или не у Мерхилдов, все равно.

Погруженный в такие сумбурные и беспокойные размышления, Нель быстро дошел до постоялого двора, где они с Солом снимали комнату. Подняться к себе не успел – его окликнул хозяин и протянул сложенный и запечатанный листок бумаги. Знак Мерхилдов заставил сердце Неля забиться чуть быстрее, он был уверен, что это весточка от Лингара. Сломав печать, Керстен в нетерпении развернул и прочитал всего одну строчку: «Ортол в Фегере и останется там еще несколько дней». В зеленых глазах Огненного загорелся оранжевый огонек, а губы растянула улыбка.