Читать книгу "Над Канадой небо синее…"

Святослав I

В начале апреля утром принесли шифрограмму из Нововыборга, зашифрованную личным кодом Насти, в ней они с Андреем просили разрешить им сочетаться браком. Я показал расшифровку Тане, и она вздохнула:

– Вот это здорово! Гора с плеч! Кстати, придется опять идти туда. Все это надо обставить так, чтобы свадьбы и медовый месяц на островах стали популярны. Без красивого фоторепортажа не обойтись. Так что, дорогой, будь готов исполнять роль отца невесты. Этим мы и статут островов поднимем.

В вопросах рекламы и серьезного отношения к любым мелочам с Татьяной проще не спорить. Она списалась с молодыми и начала сооружать костюмы для нас и молодоженов, продумывать сам праздник и чем удивить гостей. Было решено разослать приглашения королям Испании, Португалии, Дании и Франции. Требовалось оформить самозахват островов и добиться юридического признания их заморскими территориями Выборга и России. Члены Госсоветов Выборга и России тоже получили соответствующие приглашения.

Ранее мы не выделяли особо Настену как нашу приемную дочь, пришла пора использовать и этот потенциал, тем более что задание она выполнила: город, карьер и завод построены, нашла хорошего мужа себе, и в их руках Нововыборг засверкает самыми яркими красками. Так сказать, тропическое ожерелье России.

Татьяна размахнулась с праздником – почти полтора миллиона талеров, но тут же показала, что через полгода все окупится за счет членов Госсовета и увеличения потока туристов.

– Так что, дорогой, это инвестиции. Кстати, подумай о подарке девочке, ей будет особенно приятно получить его из твоих рук. Она ж вздыхала о тебе столько лет!

Озадачила! Терпеть не могу выдумывать подарки.

Мероприятие, которое придумала Татьяна, длилось целых полтора месяца, так как их величества отказались воспользоваться быстроходными выборгскими судами, а прибывали самостоятельно. Правда, вместо Людовика XIV прибыла его мамаша с кардиналом Мазарини, а инфанту заморские территории они решили не показывать. Короли собираются долго.

Но, наконец, все собрались. Настя успела к тому времени благополучно залететь, чему радовалась, как ребенок. Похоже, что она втрескалась в своего муженька надолго и всерьез. Глаз с него не сводит. Даже мне похвасталась, что они ждут маленького. Платье, сшитое в Выборге, пришлось малость переставлять, но все выглядело очень пристойно, и вторую беременность она переносила хорошо.

Пышная процедура, множество подарков и ордена Полуночной Луны от меня. Больше я ничего не смог придумать. Правда, Настя всего меня обслюнявила и залила слезами после подарка. Я и сам растрогался. Украшенный «дрессированными светлячками» губернаторский дом в Кронштадте, бал до утра, несколько дуэлей в парке пришлось прекратить гвардейцам. Затем их величеств пересадили на быстроходные катера и показали свежеотстроенные отели и дома отдыха.

Мазарини запричитал что-то о блуде и вертепе, но конечным пунктом путешествия стал «ма-а-аленький домик» на атолле Полуночной Луны, отделанный розовым ракушечником и каррарским розовым мрамором и старинными скульптурами. Его весь год ускоренными темпами строили. Переливающаяся голубая вода бассейна под нестерпимым тропическим солнцем приманивала к себе так, что купальные принадлежности были быстренько разобраны. Их несравненные величества разоблачились и полезли в воду, затем испробовали и морские ванны. Ну, а когда две Дианы на стрелах вынесли из пены морской приличного размера каменных окуней и рыб-бабочек, то восторгам королей не было предела.

Татьяна хоть и ругается на себя, что потолстела и расплылась, но по сравнению с окружающими у нее великолепная фигура для сорокапятилетней женщины. Здесь они уже все разваливаются к этим годам. И практически незаметно, что у нее трое детей. Ну, а с Насти вообще можно Афродиту рисовать. Кстати, все придворные художники оставили им приглашения.

Еще одна пьянка на острове, и, наконец, королям и присутствующим первым министрам и регентшам подсунут договор, признающий право Выборга и России на эти земли. Само собой, что отказать в такой мелочи хозяевам невозможно. Нововыборгские Багамские острова без единого выстрела перешли от Испании к России. Если не считать немного пощипанную Англию, но борьба с пиратством – вот что вынудило нас занять это разбойничье гнездо! Флот Выборга и России разметал пиратов, и в Карибском бассейне за два года не было ни одного страхового случая, связанного с морским разбоем.

Много говорили о необходимости создания международного права, целостности европейского дома и других «общечеловеческих ценностях», намекая на то, чтобы им отдали разработки, сделанные у нас. Фиг вам, это не индейская хижина! При свечах посидите. Но необходимо соблюдать внешнее приличие и видимость того, что ты уважаешь их интересы.

По возвращении в Выборг получил обиженное письмо из Стокгольма, почему не пригласили. Пришлось выкручиваться и говорить о том, что посчитал, что приглашение на свадьбу для королевы-девственницы будет не слишком приятным делом, а вот просто на острова – всегда пожалуйста, могу немедленно предоставить быстроходный корабль для этого. Кристина ответила, что была бы рада посетить Новый Свет в следующем году, но с тем условием, что я и Татьяна будем там – есть необходимость провести двухсторонние переговоры по торговым отношениям. Конечно есть! Мы же им всю малину вытоптали! Они жили за счет того, что производили железо, а кому оно теперь нужно, если у нас и дешевле, и лучше? Если первое время из-за серы наша сталь была менее устойчива к ржавлению, чем шведская, то после того как мы добрались до нововыборгской руды, последнее, чем могла бы гордиться Швеция, ушло в небытие. Тем более что мы начали выпускать большое количество безопасных бритв, вытесняя всех и с этого рынка. К тому же наши лезвия изготавливались из нержавеющей стали, которую никто не выпускал в те годы. Мелочь, казалось бы, но этой мелочью половина населения Земли пользуется. Бороды, с нашей легкой руки, начали стабильно брить все, кроме беднейших слоев населения. А с легализацией купания еще и многим дамам придется покупать эти устройства. А у Швеции очень серьезные проблемы с финансами. Во-первых, королева – жуткая мотовка, упадок во внешней торговле и очень серьезный отток населения из Финского удела. Похоже, что риксрод решил избавиться от Финляндии как таковой и теперь думает, что можно получить с этого.

Фредерик III сумел усидеть на троне и победить своего врага, тот сбежал в Швецию, а его жена сидит в монастыре под арестом. Капиталы им полностью вывезти не удалось. Внешне малоподвижный Фредерик оказался ловким политиком и отличным фехтовальщиком. В Кронштадте и на островах мы с ним отлично пообщались. Он готовит новую войну со Швецией и зовет в союзники, но мне это не выгодно. Я не буду воевать с Кристиной. Наоборот, поддержу ее усилия против Польши. Мои люди полностью восстановили и уложили камнем и бетоном каналы, ведущие на Днепр, и мне теперь мешает Смоленск и поднепровские магнаты и шляхтичи. Госсовет не возражает, что пора возвращать потерянное во время смут. У многих там уделы были. Швеция и Польша живут как кошка с собакой, постоянно мелкие стычки. На нас поляки не задираются, попритихли после Полтавы. Финский удел и будет той ценой, которую я попрошу у Кристины за помощь ей в войне с поляками.

Татьяна закончила работы над топливными элементами. Получилось очень удачненько! В этом мире еще никто не знает о том, какую ценность имеют платина и металлы платиновой группы. Она носит презрительное название «серебришко», и мы с легкостью скупили ее в Мексике и в Перу. Метанол мы производим давно и научились получать его с высокой степенью очистки. У нас никто метанол не пьет, все знают, что топливо – ядовито. Поэтому заправка топливных элементов не вызывает ни у кого желания отхлебнуть маненько для храбрости. За счет этого получили устойчивую связь на железной дороге, в армии и в представительствах судоходной компании за рубежом, без раскрытия секрета механической генерации электрического тока. А скопировать протонообменную мембрану ученым семнадцатого века не по зубам. Плюс каждый топливный элемент снабжен уникальным номером и выдается с соблюдением правил работы с секретным оборудованием. Если, по каким-то причинам, катализатор отравился, то приезжает или приходит специалист, изымает элемент из прибора или орудия и заменяет новым. Старый возвращается на фабрику и там восстанавливается или ремонтируется. Перевели все электрические «Элероны» на них, получили трехкратное увеличение дальности при том же весе и двукратное увеличение полезной нагрузки при неизменной дальности полета. Большое распространение в армии и на флоте получили и светодиоды. С лампочками накаливания их просто не сравнить. Хотя производим и то и то. У каждого своя ниша.

В России ударными темпами строится железная дорога в Крым и в Сибирь. В Сибирь, к Магнитной горе, уехал Винниус. Мужичок он в металлах разбирающийся. Он, единственный из всех, побывал на железной дороге еще в периодее строительства, поездил на дрезинах, приехал в Выборг, записался на прием ко мне. Вошел, перекрестился по-православному, показал подписанный Морозовым-старшим и скрепленный печатью Госсовета документ о принятии российского подданства.

– Государь, я и моя семья – твои подданные. Свободных Провинций более не существует, и мы навсегда остаемся здесь, в России. Прими на службу и поручи мне дело. Ты же знаешь, что я – рудознатец и понимаю в горном деле. Клянусь верой и правдой служить тебе и России. И за сынка прошу в приеме в университет не отказать, на горный факультет. Ему через три года можно будет поступать.

– Ну, хорошо, Андрей Денисович, в Сибирь поедешь. Вот сюда. Подготовишь там площадку под новый завод, который будет больше моего завода в несколько раз. Мне уже доложили, что ты был на дороге, поэтому понимаешь, что металла нужно много, очень много. Вот и начнешь. И дорогу оттуда начнешь, а я, через два месяца, подключу остальных к этому и начну ее от Москвы. Тульский завод я у тебя выкуплю, потому как гирей на ногах у тебя висит.

– Есть такое, доходов никаких не приносит. Сплошной убыток.

– Там завод будешь строить тоже государственный. Будешь его управляющим, а построишь – станешь директором. И с людьми аккуратнее, чай, не скоты.

– Как скажешь, государь. А что по сыну решил?

– Сдаст экзамены – пусть поступает. Проблем не вижу, только…

– Домишко в Выборге я прикупил, и его, и супругу свою сюда отправлю. А службу тебе отслужу, государь, не сомневайся.

Усселинкс уже докладывал мне, что Винниус прекратил какие-либо контакты с голландской Немецкой слободой, которую хотели возродить в Москве. Денег он им не дал, а бывшего посла палками прогнал со своего двора. Видимо, дошло, что я с него не слезу, пока не разорю. Завод он мне продал всего за двадцать тысяч, вместе с половиной работяг. Вторую половину забрал с собой на Урал-реку.

Я перебросил в Тулу Алексеева, моего заместителя на заводе, который начал работы по реконструкции металлургического и оружейного завода там. Со специалистами стало немного проще, так как университет делает неплохие выпуски. Затем выпускники отрабатывают у меня и Татьяны на фабриках, заводах, верфях и в лабораториях, их знания и умения проверяются на практике, и они получают задание.

Заданий множество, и дефицит кадров только растет. Каждое новое производство тянет за собой целый ворох проблем. Одни только железные дороги поглотили сто пятьдесят инженеров, и это капля в море. А впереди мосты через Волгу, Каму и великие сибирские реки, тоннели и горные местности. Требуется тяжелая строительная техника. В Новгороде заложил такой завод.

С Польшей тянули до последнего, так как московская казна была пуста, а мои средства массово уходили на строительство дороги и двух, а потом и трех поселений в Америке. Но работы по восстановлению каналов и судоходства по Великой, Ловати и Каспле продолжаются уже четыре года. Многое, очень многое сделано, остался небольшой отрезок, который ведет непосредственно к Катыни. Но это место принадлежало Польше. Ни на какие переговоры Владислав IV и сменивший его Ян II, кстати, Ваза, не шли, наоборот, начал кампанию по легализации лже-Шуйского. Но страх перед гвардейцами был велик, поэтому лже-Шуйский даже в Смоленске не появлялся, отирался в районе Варшавы и Кракова.

Через полгода после свадьбы Андрея и Анастасии «ЛК-2» подошел к замерзшему фьорду у Нюнесхамна. Там на «Татьяну Выборгскую» высадился целый десант шведов во главе с королевой Кристиной. Она потащила с собой всех своих любимцев и одну любимицу – Эббу Спарре. Присутствовал и посол Испании в Швеции, ненавидимый всеми, Пиментель. Из «нужных людей» присутствовал губернатор Лифляндии Клас Тотт и «губернатор Великой Польши и Мазурии» Бенгт Габриельсон Оксеншерна, младший сын нашего старого врага.

Год назад Кристина была официально коронована, но недовольство ею ширилось, упадок ощущался во всем, а шикарнейший двор поглощал все больше и больше финансов. А тут еще и «официальный визит» придумали. Риксрод был в бешенстве, но сделать ничего со своевольной королевой не мог. На совещании в нем королева заявила, что благодаря действиям риксрода ее даже на свадьбу не пригласили, видимо, посчитали неплатежеспособной, потому что кроме призывов к экономии она от риксрода ничего не слышит. А позиции на южных пределах постоянно подвергаются нападениям, поэтому требуется помощь могущественного Выборга, у которого есть и свои собственные интересы по разделу Польши. В итоге визит был одобрен, и, несмотря на странное по времени приглашение, двор выехал в Нюнесхамн, где был поражен гигантским ледоколом. Посольство прошло через кормовую палубу на борт флагмана. Там состоялся небольшой парад. Затем обед, и корабли двинулись к проливам.

И без того большие глаза Кристины широко раскрылись, когда она лично увидела канал за ледоколом. Не поднимая парусов, за ним двигался крейсер. Вышли на чистую воду через час, и лишь после этого были подняты паруса.

Переход на атолл Полуночной Луны занял шесть дней, в течение которых обсуждались в основном торговые вопросы. Швеция желала сближения экономических отношений и говорила о поставках своей руды на комбинат в Выборге, дескать, это будет дешевле, чем таскать руду через океан, но они слабо представляли объемы, которые перерабатывал Выборг. А поднимать еще один карьер, да еще и в замерзающей Ботнике, мне было совсем не интересно. Тем более что этим я начну помогать конкуренту. Мне было проще полностью умертвить металлургию у шведов и занять их другими делами. Но вся их экономика крутилась вокруг железа и оружия. Когда у меня была надобность в руде, они ее продавать отказались. Теперь, когда все проблемы сняты, у них вдруг нашлась руда. Даже не смешно.

Сама Кристина в этих разговорах участия не принимала. Она почти безвылазно сидела в своей каюте вместе Эббой Спарре или доктором Бурдело. Поговаривали, что у нее роман с обоими. Не знаю, все может быть, свечку не держал. Переговоры начали заходить в откровенный тупик, выхода из которого вообще-то не было. До тех пор, пока в дело не вмешался Оксеншерна. Он переключил внимание всех на то обстоятельство, что общие интересы России, Выборга и Швеции находятся не в Ботническом заливе, а на той земле, которую ему подарила королева. Своя рубашка всегда ближе к телу. Польша! Давайте ее разделим, и всем будет хорошо! Особенно ему. Ему уже «подарили» всю Польшу и Мазурию. Вот это размах! Вот это – по-королевски! А он готов поделиться некоторыми уделами, особенно теми, которые ему не взять. Поляки еще не знают о подарке, поэтому что-то не горят платить товарищу Бенгту налоги. Они просто не понимают неизбежности этого акта!

Фактически Швеция сейчас правит в Польше, но почему-то они не желают унии со шведами. Происходящие из одного королевского рода и считающие друг друга узурпаторами, короли и королевы никак не могли поделить этот кусочек, и дрались родственнички между собой с завидной регулярностью, но почти безуспешно. А тут появилась возможность договориться с соседушкой и на пару отоварить родственничков. Так что, Святослав свет Игоревич, диктуйте условия, я записываю.

И я начал диктовать. Оксеншерна понял, что губа у меня не дура, и начал торговаться. Препирались мы с ним две недели, и лишь на обратном пути ударили по рукам. Первый раздел Польши, пока еще на бумаге, произошел. Наверно, в нашей истории его бы назвали каким-нибудь пактом Молотова – Риббентропа, но нам было все равно. Победителей не судят. Оксеншерна получал больше. Мне сама Польша была не нужна. Пусть он с ними бодается. Они его быстренько отравят.

Королева оживилась лишь на острове, а потом долго выговаривала Пиментелю, что Испания могла бы ей тоже подарить такой островок, или продать. Не понимает, умная женщина, что без некоторых технологий на этой земле только индейцы могли выжить. И мы от них в конечном итоге получили здесь приличные урожаи той же земляники или ананасов. Испанцы, которые не захотели использовать эти технологии, потеряли эти земли, и те стояли брошенными целый век. А теперь законно перешли к более рачительным хозяевам.

Татьяна была не в восторге от необходимости общаться с этими двумя девицами (вторая тоже еще не замужем), так как они довольно сильно повернутые на религии, но выдержала. Отпуска, к сожалению, не получилось, все время съели гости. Мы вернулись в Выборг и продолжили заниматься подготовкой к освобождению Украины, Смоленской и Виленской областей. По договору со Швецией граница между нами будет проходить по Бугу и Западной Двине.

Первыми удар нанесли переяславские казаки, собравшиеся по команде на долгожданный сход и провозгласившие: «На вечные времена с Россией и Рюриком!» Они тут же осадили Полтаву, дождались подхода подмоги из Белгорода и Курска, пришедшей вместе с двумя ротами гвардейцев и несколькими батареями новеньких скорострельных 76-миллиметровых пушек. Левобережная «Польша» и недели не устояла. Ян Второй двинул войска на юг и получил осаду Смоленска и прорыв из-под Невеля на Вильну. А королевская морская пехота, по договоренности с Пруссией, на судах Выборга была высажена у Альтштадта, быстро продвинулась вперед и осадила Познань и Вроцлав. Одновременные и согласованные действия трех держав поставили в тупик короля Яна, или Джона Второго, который еще несколько месяцев назад требовал себе престол шведский. Не много не мало. На юге подвижные казачьи сотни брали город за городом, и гарнизоны практически не сопротивлялись. Войска России взяли Смоленск за семь дней, а предательство гетмана Януша II Радзивилла, который перешел на сторону Хмельницкого, поставило Польшу на колени. Магнаты польские признали власть королевы Кристины, и король Ян был вынужден бежать в Силезию. Ликвидация Польши всего за пять месяцев не входила ни в какие ворота для остальных государств Европы, но со всех сторон действовало девять гвардейских батальонов с 18-ю батареями, которые выкашивали упрямившихся защитников городов и крепостей.

В историю эта война вошла как «русско-шведский потоп». Король Испании и Священной Римской империи выступил в роли посредника, и за Польшей закрепили две небольшие провинции неподалеку от него. Ее столицей стал город Стрый. Особенно удачно действовали казачьи дивизии регулярного Великого Войска Донского и переформированные и прошедшие обучение на Дону и на Белгородчине казаки Запорожского войска. Мобильные и целеустремленные, они выполнили львиную часть работы, особенно на юге, проявили высокую мобильность и, как ни странно, дисциплинированность! Вот что удалось сделать гвардейцам с бывшей бандой. А насчет Швеции я особо не волновался! У нас есть в запасе Фредерик… А риксрод очень опасается войны на два фронта. Думаю, что на следующий год мы с Кристиной поделим оставшееся – шведскую часть Польши. Делить будем поровну: ей Швецию, а мне все остальное.

К сожалению, из-за этой войны очень обострились отношения с Испанией и Римской империей. Король Испании Филипп IV сильно испугался союза между нами и Швецией, которую он считал весьма сильной державой. Он отказался встречаться со мной перед началом переговоров в Бреслау и настаивал на сохранении Польши, пусть и в урезанном виде. Сказалось то обстоятельство, что Польша была католической страной, даже и с тремя церквами, свободно действовавшими на ее территории. Он посчитал ее разгром опасным прецедентом и уперся.

На переговорах у меня был задействован не слишком сильный дипломат, но отличившийся в боях граф Василий Петрович Шереметев, племянник заболевшего князя Якова Черкасского, который командовал взятием Смоленска и Вильны и который стал первым после освобождения губернатором Смоленска. Борис Иванович Морозов, которого я послал на переговоры, на них не успел. Василий Шереметев, почему-то оставшийся без связи, сплоховал, и по настоянию четырех сторон переговоров против одной договор был подписан. Борис Иванович сгоряча даже плеткой отходил Шереметева, но было поздно. Кстати, ни один из королей лично на этих переговорах не присутствовал. Все очень торопились, и было ясно видно, что предстоит большая работа в Вене и Испании, чтобы окончательно не испортить отношения. Между Испанией и Францией было подписано мирное соглашение и прекращена Тридцатилетняя война. Почти гарантированно готовился союз против России и Выборга. Так что затягивать с решением вопроса по Швеции не стоило.

Позже стало известно, что до Филиппа дошли слухи о золоте в Перу, и он понял, что с ним просто играли, как с котенком, но изменить уже ничего не мог. Стрешнев в Перу сидит прочно, и в случае чего они с Андреем могли покончить с заморскими колониями Испании так же быстро, как с Польшей. Поэтому я не стал уклоняться от празднования победы в Стокгольме, и мы с Татьяной, Александром и Русей посетили все мероприятия, посвященные победам «шведского оружия». Было немного смешно это слушать, так как я четыре года готовил этот «блицкриг». Победу обеспечили двенадцать бронекатеров и более шестисот парусно-моторных ладей и громадное количество барж, с помощью которых войска Швеции, России и Выборга быстро доставляли к местам будущих боев. Пешая армия Яна просто не успевала подтянуться, была разбита на маршах и на неправильно организованных бивуаках. Конница попыталась что-то предпринять, но что она может сделать против картечи и шрапнели? Артиллерия выбивала ее задолго до того, как та могла дотянуться до пехоты. Гвардейцы перемещались еще быстрее, и их доля в победе была решающей. Но больше всего наград и премий получили впервые примененные казацкие дивизии. Немного аванс, конечно, но требовалось отметить людей, которые четыре года терпеливо готовили вместе со мной этот поход.

Зато через дипломатические каналы уже знакомого Пиментеля удалось переправить письма во Францию Мазарини и Людовику и в Испанию первому министру герцогу Альба, где я подробно описал, что притеснений для католиков не будет, во всяком случае на моей территории. Общие для всех правила. Не знаю, подействовало или нет, но послов ни Франция, ни Испания не отозвали. И приняли приглашение на открытие пути из варяг в греки на будущий год. С поездкой по рекам и каналам до Крыма. Правда, кто приедет, еще не решено.

Если бы я один схарчил Польшу, то союз против меня абсолютно точно состоялся бы, а так: один Ваза поколотил другого Вазу. Семейные разборки. Ну, а территориальные уступки в пользу России – это обычная практика союзников. Бесплатно никто не воюет.

В общем, скандал в благородном собрании удалось зажать и перевести в нужное продуктивное русло, однако необходимо проверить боеготовность у Стрешнева, хотя он – калач тертый, и его на мякине не проведешь, а воевать в пустыне пока никто не умеет, а у Стрешнева большое преимущество в маневренности и в вооружениях. Черт возьми, хоть воздушные авиалинии открывай! Хотя, может быть, это и имеет смысл? Самолеты не потянуть, а вот дирижабли с мягкой оболочкой получиться могут. Но по-моему, несколько рановато все-таки. Поговорил с Татьяной, она тоже против.

– Не потому, Слава, что рано, а потому, что тебя вечно заносит в своих мечтаниях. Улетишь куда-нибудь, а тут такое начнется, что мама не горюй. Не забывай, что у тебя на плечах не полковничьи погоны, а два государства.

Жаль, а я уже в мечтах начал конструлить эдакий «Zeppelin». Но пришлось вернуться на землю грешную и городить бульдозер. Да-да, обыкновенный бульдозер. Несмотря на паровой двигатель, с редуктором и мощным скрепером. Без них уже не обойтись. Требуется увеличить скорость прокладки трасс для дорог. Их будут выпускать в Новгороде.

Вторая важная задача сейчас решается во вновь приобретенных землях. Как шведы в Новгороде, мы дали всем «шведам», то есть дворянам-полякам и литовцам, принявшим подданство от Кристины, четырнадцать суток на то, чтобы покинуть территорию России. Крестьянам объявили, что все они находятся в государственной крепи, а земли переходят в собственность государства. Перераспределить наделы есть совершеннейшая необходимость. Земли здесь богатейшие, сплошной чернозем, и ссылочки на то, что это кому-то даровано еще королем Кристианом, Владиславом или Яном, проходить не должны. Проще колхозы образовать, чем повторять ошибки царей Николая и двух Александров, которые натащили к себе всяких «ских», а они им потом бунты и революции устраивали, стоя во главе всего безобразия, происходившего в России в девятнадцатом – двадцатом веках. Пусть катятся к Кристине и там шумят. Пока не далеко. А желающих получить здесь наделы будет немало и среди наших подданных.

Томас направил туда большой отряд своих подчиненных – проследить за исполнением указа. Обратно в подданство тех, кто переметнулся при смуте, приказано не принимать. Плодить предателей мне ни к чему. И так штат «господ» раздут до предела. Кстати, местные показали большие пальцы, когда узнали о содержании указов. Им конкуренты тоже за безнадобностью.

Еще до холодов первый караван судов прошел возрожденным путем. И оттуда потянулись кораблики с различными грузами. Посол турецкий Азамат-шах заговорил об увеличении поставок муки на следующий год. В ответ будет поставлять кофе, хлопок и мрамор по новому пути. Годится. В устье Южного Буга заложили город, долго думали, как назвать, стал Малороссийском.

А передо мной замаячила еще одна проблема: топливо для новых земель. С одной стороны, я в курсе, что есть Донбасский угольный бассейн, а с другой стороны – куча проблем, которые потянет за собой этот самый уголек. В том числе и в Англии, чье развитие мы уже несколько подзадержали, если не остановили. Их активность в этом году была совсем маленькая. Одна небольшая попытка немного повоевать с Францией, и все. Правда, район Нововыборга мы довольно сильно укрепили, а ставка на пиратство лопнула, после того как Андрей частым гребешком прошелся по пиратским гнездышкам.

В этом году в Новом Амстердаме голод: корабли снабжения не пришли. Форт Чарльз вымер полностью. Акадцы помогать старым врагам не стали. Пришли уже ближе к лету и добили оставшихся в живых, так что более английских поселений на Акадийском полуострове нет. По всей видимости, мы ударили именно по тем кораблям, которые были выделены для снабжения этих колоний.

Мазарини же еще во время визита на Багамы подписал договор со мной о взаимопомощи и воспользовался нашим тоннажем для доставки как прямых, так и обратных грузов, и из Луизианы, и из Квебека. Нам это было на руку, поэтому возражать не стали. Тем более что таким образом все французы в Новом Свете стали воспринимать наше присутствие там гораздо лучше. Тем более что мы не мешали им заниматься своими делами: нас интересовала руда, а не меха. Никакой конкуренции не возникало, и всех все устраивало. Пока. Два раза за два года ледокол зимой перебрасывал в Квебек муку и свежие фрукты. Здесь, на Севере, цинга была довольно частым гостем.

Будучи крупнейшими покупателями как сахара, так и хлопка, и к тому же их перевозчиками, корабли Выборга-России часто заходили в Новый Орлеан, и там тоже их радостно встречали. В Новый Амстердам, уже переименованный в Нью-Йорк, но остававшийся на всех картах Новым Амстердамом, мы не ходили. По сведениям разведки, там велось строительство трех фортов, чтобы усилить его оборону, но из-за отсутствия снабжения все встало.

Английский посол отирался в Москве и верительных грамот мне еще не вручал. Все его внимание было направлено на Выборгский вокзал. Там он надеялся узнать все наши секреты. Мы же фактически блокировали остров, в основном экономическими методами: не хотите пускать наши кораблики в порты? Так это ж сказка! Мы ввели ответные меры, и ни один из портов не принимает их кораблики, науськали испанцев и португальцев. Берите товар где хотите, но дороже. Плюс фрахт. А финансы поют романсы, и ткани у вас никто не покупает… И металл дорогой, и сахар, а Франция лобстеров свеженьких лопает, а наглы – пролетают мимо, как фанера над Парижем, и свежие овощи-фрукты в Англию приходят после тройной перевалки на неспециализированные суда. Травись, народ Англии, и слушай товарища Кромвеля!

– Танюша, тут у меня дилемма возникает с этой Малороссией. Наши технологии там работать не будут. Они для северных широт, где воды много. А там болот нет почти. Понятно, что северные правобережные области можно запитать из района Мозыря, там торфа хоть отбавляй, а что делать с левым берегом? При условии того, что там есть уголь и его много. Но вот его добычу не спрятать. Плюс Криворожский железнорудный рядом. Может быть, все-таки забуриться и добыть газ? Не уголь, а именно газ?

– Ты там был? Не «тогда», тогда я и сама знаю, сейчас был? Много в Дикой степи народу?

– Почти никого.

– Вот и строй низконапорные станции, создавай запасы воды. Каналы, пруды. Водоросли сами появляются. Народ появится, тогда и думать будешь. А пока присмотрись к Мозырю. Скорее всего, там начинать придется, оттуда решение и придет.

– А Полтавщина?

– Хлеб. И успокойся. Рановато думать о будущем, когда еще до Москвы и Тулы газ не подвел. В Туле он гораздо нужнее и важнее. Косую Гору делать собрался?

– Ну, да.

– Деньги вкладываем, а топлива там еще нет. Так и будешь лес валить? В общем, разбрасываешься. И, я не слышала, чтобы ты давал указания на разработку торфа на месте. Торф там есть, а завод ты делать не хочешь или забыл об этом. Вот пять мест, где есть значительные запасы: в Венево, у Ясной горы, в Алексино, в Одоево и вот тут за Окой. Зачем тащить из-под Пскова, когда есть на месте? Плюс все то же самое можно сделать в Грызлово и Большой Михайловке, только там бурый уголь. А мне нужны смолы. Летать хотел? А как ты полетишь без углепластика?