Читать книгу "Страх и голод 4"

Петя (Мамкин пирожочек)

Что происходит? Куда я попал? Точнее, место, куда нас привезли, я уже не только видел, но и бывал тут ранее. Но кто же знал, что под этим странным заводом находится целый подземный комплекс.

Все так хорошо складывалось, база, уважение, вседозволенность, я почувствовал себя человеком, но счастье длилось совсем недолго. Леший, сука, предал меня! Это я понял позже, когда не увидел его среди задержанных, он просто оставил меня в качестве приманки, а сам смог ускользнуть! Коля тоже послал меня куда подальше, не поверив, потом какой-то мужик в форме долго и въедчиво расспрашивал меня о жизни, а потом я встретил Лизу, но и она отказала мне в помощи. Кругом одни предатели, все меня бросили и послали. Ну ничего, я выжду момент и обязательно сбегу отсюда, и тогда отомщу всем и каждому.

После массы анализов меня увезли куда-то вниз на лифте, провели по мрачному коридору и завели в небольшую камеру примерно три на три метра, где помимо меня было еще пять человек в таких же робах. Кровати тут были в два яруса, а в уголке за перегородкой было расположено отхожее место.

– Вечер в хату, бродяги. – неуверенным тоном произнес я, стоя на пороге.

– Кино насмотрелся? – хохотнул один из местных, что лежал на кровати.

– Ну типа того. – согласно кивнул я.

– Да это же Пирожок пришел. – обратил на меня внимание еще один мужичок, его лица я не помню, да и видно было плохо, так как освещение тут ни к черту, но голос был знакомый.

– Вы это, извините меня за мое поведение. – понимая, что меня тут знают, начал давать заднюю, так как пытался оправдаться в глазах Коли.

– Бог тебе судья. – отмахнулся тот самый мужчина. – Ты главное сейчас не раскисай и держи ухо востро, при первой же возможности нужно будет рвать отсюда когти. На прогулку поведут или в столовку, подмечай все, что только можешь. – пояснил он мне.

– Закройте рты, идиоты! – послышался еще один голос. – Вы еще не поняли, куда попали? Это вам не зона! Тут не будет никаких прогулок, ничего больше не будет! И тот, кто выйдет через эту дверь, сюда больше никогда не вернется, выход – это билет в один конец. Тут лаборатория, где изучают зомби-вирус, а так как он не действует ни на кого кроме людей, то место лабораторных крыс заняли мы.

От такой новости у меня подкосились ноги, и я уселся пятой точкой на пол.

– Откуда ты это знаешь? – скептически спросил мой знакомый.

– Потому что я тут работал, но напился и подрался с одним работягой, и этого было достаточно, чтобы сослать меня сюда. Так что забудьте про побег и прочее, на вас всем плевать, ты теперь просто биоматериал, а не люди. – поправив подушку под головой, ответил мужчина и перевернулся на другой бок.

Каждое его слово било по голове, словно молот, вызывая во мне паническую атаку, мне вдруг стало тесно, страшно и тяжело дышать. Я начал громко кричать, бить изо всех сил по двери и требовать того, что бы меня выпустили отсюда. И это помогло, дверь открылась, и перед собой я увидел крепкого мужчину в белом халате, а затем его кулак перед лицом, и наступила темнота.

Глава 5

Иван Михайлович

Так уж сложилось в моей жизни, что я никогда не соприкасался с авиацией, как-то интереса не было, да и случая. Летал я всего один раз в молодости и по пьяни. А вертолеты так вообще видел только в небе, и никакого восторга они у меня не вызывали, скорее наоборот, так как больно шумно работали.

Издалека вертушка выглядела вполне крупной, но это только на первый взгляд, когда же мы, расталкивая орду зомби, приблизились к ней, я аж присвистнул от удивления.

– Вот это мастодонт! – восхищенно произнес я, понимая, что наш КАМАЗ меркнет на фоне данного воздушного титана с огромными лопастями.

– Ага, был мастодонт, но, кажется, спекся. – скуксившись от досады, произнес Гаврилыч, припав к окну, внимательно разглядывая технику.

Не сразу поняв, о чем речь, я последовал его примеру, и первое, что я увидел, так это огромное, уже засохшее масляное пятно под самолетом, на котором толпились мертвецы и периодически поскальзываясь падали. Двери вертолета были раскрыты нараспашку, и внутри также было много зомби. По борту вертушки были видны две отчетливые линии из пулевых отверстий, и, судя по тому, как был изогнут металл, стреляли изнутри. А стекла в кабине были черными, словно наглухо затонированы, но это была сажа от пожара, также краска на фюзеляже от высокой температуры местами вздулась и осыпалась на землю.

– Пу-пу-пу. – почесав затылок, произнес летун и отпрянул от окна.

– Насколько все плохо? – прямо спросил я.

– Мы живы, здоровы, зомби нас не достать, еда и выпивка имеется, а также транспорт и патроны, в целом все в ажуре. – хохотнул Гаврилыч и начал зажимать пальцами папиросную гильзу.

– Я не об этом. – нахмурив брови, произнес я.

– Да понял я, не дурак, дурак бы не понял. – тяжело вздохнул старик, откинувшись на спинку кресла, зажал папиросу губами и, чиркнув спичкой по коробку, прикурил ее, отчего по кабине поплыли клубы едкого дыма.

– Ну?! – нетерпеливо добавил я.

– Что ты нукаешь? – вспылил летун. – Сдох Бобик! Все, отлетался, даже смысла нет заходить в него. – добавил он.

– А починить? Генка у нас мастер на все руки! – предложил я.

– Нет, тут так не работает. – отмахнулся летчик. – Весь борт как решето, а там жгуты с проводами и приводы управления, кабина горела, я, если честно, удивлен, что он потух, а не вспыхнул как спичка. Там проводки, мама дорогая, вовек не восстановишь. И еще, это же тебе не машина, тут одна ошибка, и ты камнем с неба на землю полетишь. В общем, чтобы оживить эту птичку, нужны специалисты. – пояснил он.

– А ты кто?

– А я летчик, так, конечно, много чего знаю и умею, но этого недостаточно, да и запчасти нужны, где их взять-то? Такие вещи в магазине не хранятся, в общем, гиблое дело, только время потратим.

– Печаль. – огорченным тоном ответил я и тоже закурил папиросу. – А ты где служил раньше? Может, нам в часть твою наведаться, как знать, может, там есть чего летающего и целого? – озвучил я новую идею.

– Может и есть, точнее, точно есть, вот только служил я на Сахалине. – хохотнул Гаврилыч.

– Да чтоб тебя, старый хрыч! Никакого прока! – вспылил я.

– Ты поосторожнее на виражах! Я ведь и обидеться могу, и в грызло съездить! – показал он мне свой могучий кулак.

– Извини, это я так, в сердцах, эмоции, нервы, сам понимаешь. – признал я свою неправоту.

– Я так понимаю, это теперь музейный экспонат, а не рабочая лошадка? – из динамиков раздался голос Гены.

– Все верно, не повезло. – активировав микрофон, ответил я.

– Ху… Хм, досадно.

– Смотрите, там на ангаре! На десять часов. – вдруг оживился Макс, указывая нам направление.

Посмотрев в сторону, я увидел большой ангар, на крыше которого стоял какой-то мужчина в синих брюках и такого же цвета футболке. Он что-то нам кричал и размахивал белой тканью в разные стороны. Гаврилыч сразу схватил с приборной панели бинокль и начал через него рассматривать пляшущего человечка.

– О! Так это же Димка! – радостно заявил он.

– А кто у нас Димка? – уточнил я.

– Пожарный местный, молодой парнишка толковый. Надо бы подсобить, вытащить его оттуда. – предложил летун.

– Ну вот еще! – возмутился я. – Спасали мы уже людей и в деревнях, и в ангарах, а все одно и то же! – поделился я опытом.

– Да будь ты человеком! Видишь, парнишка в беде, а может, он и не один. – возмутился Гаврилыч.

– Слушай! – вдруг осенило меня. – А раз тут вертушка, значит, тут и специалисты по ремонту должны быть? – уточнил я.

– По обслуживанию – да, по ремонту – нет. – опроверг он мою догадку.

– Вот все не слава богу! – отмахнулся я.

– Старшой, что делаем? – опять раздался голос Гены из динамиков.

– Поехали, узнаем, чего он там хочет, может, просто поздороваться решил. – снисходительно ответил я.

Сломанный вертолет и так уронил настроение ниже фарватера, так еще и очередные пострадавшие, что просят о помощи, не думаю, что этот парнишка там один в ангаре сидит, хотя, может и так.

КАМАЗы, рыча моторами и выплевывая клубы сизого дыма из выхлопных труб, синхронно двинулись вперед, расталкивая скопление зомби, что облепляли технику, словно пиявки.

При приближении к ангару мы обнаружили, что плотность мертвецов возросла в разы, это только подтверждало мою догадку по поводу группы людей в ангаре. Растолкав зомби, мы приблизились к стене здания, и я передал Максу рацию, которую он метко закинул на крышу прямо в руки мужчине.

– Спасибо вам большое за то, что откликнулись! – сразу же раздался благодарный голос из динамиков.

– Ага, кушайте, не обляпайтесь! – недовольным тоном фыркнул я. – Чего хотел?

– Ну так это. – замялся парень. – Помощи попросить хотел, мы зажаты в ангаре, и положение критическое, у нас не осталось еды и даже воды, среди нас есть дети. – начал он давить на жалость.

– Чего конкретно ты хочешь? И сколько вас? – уточнил я.

– Нас двадцать пять человек, помогите выбраться отсюда. – сразу же отчитался он.

– И как ты себе это представляешь? К нам в машины столько не поместится.

– Да нам и не нужно! У нас в ангаре стоит два обычных ПАЗика, горючка есть, но пробиться сквозь зомби мы не сможем. Пробейте нам путь, а мы следом за вами пойдем. – предложил он.

– Что ты думаешь то? – зашипел на меня Гаврилыч, словно старый змей, и выхватил у меня микрофон.

– Здорово, салабон! – поприветствовал он старого знакомого.

– Гаврилыч, ты что ли? – удивился он.

– А кто же еще! – хохотнул он. – Бегом грузитесь в свои автобусы, мы вас сейчас вытащим, как будете готовы, свяжись по рации, и мы приступим! – добавил он.

– Сделаем, дай пару минут!

– Давай, ждем! – ответил он и вернул мне микрофон.

– Слышь, летун, а ты ничего не попутал? – возмутился я, глядя на него.

– Я? – нахмурившись, тыкнул он себя пальцем в грудь. – Я при ребенке твой авторитет подрывать, конечно, не хочу! Ты это ты, сука, что-то попутал, раз раздумывать начал, когда тебя о помощи нормальные люди попросили!

– Ты вот вроде до седых волос дожил, а сейчас рассуждаешь, как наивный пацан! Не всем помощь нужна, и далеко не все ее ценят! – ответил я.

– Человеком нужно всегда оставаться, если есть возможность, то помоги. Я же не дома сижу, самогон попивая, а тут с вами, потому как могу вам помочь, уяснил? – суровым тоном заявил он мне.

– Эх, жаль Степановна не дожила до нашей с тобой встречи, прям два сапога пара! Голос совести и разума, итить вашу мать! Спелись бы, да еще и поди поженились до кучи. – хохотнул я, отмахнувшись от летуна.

– Алина рассказывала про нее, говорит, хорошая баба была, тебя, уголовничка, крепко в узде держала. – рассмеялся в ответ летун.

– Не держала, но свое мнение у нее на любую ситуацию было. – согласился я. – Только где она теперь?

– Там, где она, вас нет, а могли бы вместе лежать или еще того хуже, рабами ходить. У вашего брата это не в чести, а у нас, у военных, не зря говорят: «Сам погибай, а товарища выручай».

– Знаешь, Гаврилыч, пьяным ты мне больше нравился. – честно признался я.

– Да и мне тоже пьяным больше быть нравилось, всего этого дерьма не видел. – рассмеялся он в ответ.

– Мы готовы! – раздался голос из динамиков.

– Принято, ждете команды. – ответил я в микрофон. – Алина, расчищаем путь и ведем транспорт за собой! Гена, Макс, следите в оба, стреляйте, если что, только гражданских не зацепите. – дал команду я, и мы приступили к выполнению спасательной операции.

Набрав скорость, мы раскидали сотни зомби в стороны, размазывая их по асфальту, тем самым позволили створкам ангара распахнуться, и оттуда, словно пробки из бутылки, выскочили два гражданских автобуса. Затем мы встали в колонну, первым ехал я, за мной автобусы, а прикрывали нас Алина и Гена, что стоял за пулеметом.

– Ехать куда? – спросил я у летуна.

– А мне откуда знать? – возмутился он.

– Эй, Димка, куда едем? – спросил я у парня.

– Понятия не имею, но туда, где нет зомби! – ответил он.

– Отлично! Можно подумать, я знаю, где это место! – негодуя, ответил я.

– Поехали дальше по трассе, обратно возвращаться все равно смысла нет! – предложил Гена.

– И то правда. – согласился с ним я. – А ты, Гаврилыч, пока думай, где новую птичку достать!

* * *

Веки уже словно свинцом налились, то и дело хотят упасть вниз часиков так на восемь, а в глаза словно песка насыпали. Дорога была крайне тяжелой и требовала максимальной концентрации.

На улице ни с того ни с сего ударил проливной дождь и поднялся шквалистый ветер. Узкие дороги были забиты ходячими мертвецами и брошенным транспортом. Летун корпел над картой и искал альтернативные маршруты, но куда бы мы ни сунулись, все кишило зомби. В сумерках при сильном дожде нам даже мощное дополнительное освещение толком не помогало, так как дороги просто не было видно из-за огромного количества мертвецов.

В какой-то момент их количество все же пошло на спад, и дорога постепенно стала куда более простой и спокойной. Димка связался с нами по рации и сообщил о том, что топливо в автобусах уже на исходе и надо бы найти место для остановки, что опять начало давить на меня. Я же не бесчувственный сухарь, и если на взрослых мне плевать, но в транспорте же есть дети, и в какой-то мере я чувствовал за них ответственность.

Проехав еще пару десятков километров, мы увидели в стороне пустое железнодорожное депо, около которого не было ни единого состава. Было решено разведать это место, и, оставив колонну на дороге, я повел грузовик в него. Перебравшись через железнодорожное полотно, я подъехал к цеху и осветил его фарами.

– Берегись! – закричал во всю глотку Гаврилыч и, схватив меня одной рукой за ворот кителя, а второй Макса за ногу, потащил вниз прямо из его пулеметного гнезда.

– Тише ты, это свои! – успокоил я летуна, заметив розовый кончик челки на голове парня, что стоял за утесом и целился прямо в нас.

– Здорово, малой! – приоткрыв дверь, поприветствовал я старого знакомого.

– Ля, Михалыч! Здрасти! – расплылся в улыбке тот и помахал мне рукой.

– Все сюда! Тут чисто, точнее почти, здесь, оказывается, Ил расквартировался. – произнес я в рацию.

– Кто? – уточнил Димка.

– Наш товарищ. – ответила за меня Алина.

Загнав машину в ангар, я был приятно удивлен следующему моменту: рядом с Илом ко мне шел здоровенный серый пес, с виду очень напоминающий волка, и весьма симпатичная девушка.

– А ты, я смотрю, времени зря не теряешь. – улыбнулся я и пожал парню руку.

– Да уж. – махнул он в сторону девушки. – Это Туз, мой шерстяной братишка, а это Герда, моя… – завис он на полуслове. – Короче, та еще коза. – улыбнувшись, добавил он и переключился на Макса.

– Здорово, братан. – поприветствовал его Макс.

– Привет-привет, а ты, я смотрю, все так же среди пенсионеров путешествуешь. Смотри так, раньше времени деменцию подхватишь, седеть начнешь, стручок завянет. – начал подначивать он паренька.

– Слышь, стручок! За языком следи, а то я тебе его укорочу. – рассвирепел Гаврилыч.

– Чего?! – тут же вспылил за секунду Ил. – Слышь, пенсия, я тебе сейчас абонемент на кладбище выпишу! – закричал Ил.

– Ах ты, маленький гаденыш! – возразил ему Летун.

– Маленького ты у себя в штанах увидишь! – парировал Ил и положил руку на приклад пистолета.

– А ну все, ша! – фыркнул я, приведя парочку в чувства, видя то, что наши знакомые въезжают в здание.

* * *

Изначально я, мягко говоря, был не в восторге от идеи помогать кому-то, и особенно в очередной раз вписываться в чье-то спасение. Но когда двери автобуса распахнулись и из него стали выходить люди, мое сердце больно кольнуло в груди. До взрослых, как всегда, мне было все равно, каждый сам волен выбирать свой путь, но дети, они ни в чем не виноваты и не могут сами за себя постоять.

Среди спасенных нами людей было семеро детишек в возрасте от пяти до десяти лет, четыре мальчугана и три девочки. Вид у них был не очень, нет, они были опрятные, чистые, но сильно истощенные, как говорят, кожа да кости. Взрослые тоже выглядели удручающе, все уставшие, измотанные, на нервах, дергались от каждого неожиданного звука.

Тут даже Ил не остался равнодушным и рванул на пару со спутницей в кузов своего пикапа за припасами, тут уже и мы не остались в стороне и тоже достали припасы для организации ужина.

– Я не понял! А где Галина Степановна?! – нахмурив брови, спросил Ил, вернувшись от наших машин.

– А это кто? – спросила у него Герда, что уже успела представиться нам.

– Это эталон русской женщины. – подняв указательный палец вверх, гордо заявил Ил.

– Ее больше нет с нами. – ответил за всех Гена, а Сережа, услышав имя бабушки, громко заплакал.

– Да не может быть! Как? Что, что случилось? – явно опешив от новости, уточнил Ил.

– Напали на нас, мы уходили от погони, прорывались через забитый зомби город. Степановну ранило осколком, в общем, она осталась нас прикрывать. – отведя взгляд в сторону, пояснил ему великан.

– Недурно. – всплеснув руками, ответил Ил. – Достойная смерть, судя по ее рассказам, она всегда защищала близких, так и ушла, выполняя свой долг. Жалко, конечно, но такова жизнь. – добавил он и, выхватив у Гены только что прикуренную сигарету, скрылся в темноте за пределами депо.

– Куда это он? – невинным тоном спросила Герда.

– А черт его знает, каждый по-своему переживает потерю знакомых людей. – пожав плечами, ответил я.

– Так он же социопат, ему на всех плевать. – возмутилась она.

– Может и так, а может и нет. – развел я руки в стороны и, заметив проходящего мимо Димку, подозвал его к себе. – Рассказывай, мой юный друг, как вы очутились в ангаре и какой одаренный человек угробил вертушку?! – злобно спросил я у него.

* * *

Рассказ Димки был недолгим, да и в целом ситуация была банальной, как сюжет дешевого фильма. Появились зомби, вокруг началась паника, и люди заметались кто куда, пытаясь уберечь себя от опасности. Сотрудники базы, осознав масштаб бедствия, сумели забрать своих близких и начали думать, как быть дальше, но зомби вмешались в их планы. На базу навалилась целая орда и даже сумела проломить заборы, загнав людей в здания, словно в ловушку. А дальше зомби начали ждать, и делать это они умеют.

В ангаре, где заперся Димка, изначально было пятьдесят человек, плюс около сотни людей было и в других зданиях. Среди выживших в ангаре был тот самый пилот, что лежал в больнице с циррозом, он как раз и предложил авантюрный план: добраться до вертолета и улететь на нем. Идея в целом была простой, у них помимо двух автобусов был еще обычный УАЗ, на нем они и решили добраться до воздушного судна, взлететь, а затем, зависнув над ангаром, забрать всех остальных.

Добровольцы нашлись, они забрали остатки оружия и поехали на захват. После открытия ворот ангара внутрь успело проскочить несколько зомби и укусить троих человек, до того как мертвецов окончательно упокоили. Собственно, это были первые потери, затем на захвате вертолета что-то пошло не так, и зомби проникли в него, оттуда и стрельба, и даже пожар. А водитель УАЗа попытался уехать, но машина, проехав пару сотен метров, просто увязла в плотности мертвецов, и водителя съели буквально по кусочкам.

Дальше – больше, люди поняли, что застряли в ловушке, и спасения ждать неоткуда. Несколько человек свели счеты с жизнью путем прыжка с крыши, а дальше было самое тяжелое, люди начали сходить с ума. Припасов еды и воды было совсем немного, и каждый это понимал, а умирать, разумеется, никто не хотел. Люди разделились на две группы, и какое-то время все сидели тихо и смирно, но потом, когда еда была уже почти на исходе, первые решили забрать себе все, не обращая внимания на то, что среди второй группы почти половина являлась детьми. Соответственно, завязалась потасовка с поножовщиной, и вторая группа одержала верх, не без потерь, конечно, но одержала. С тех пор они сидели в ангаре, а три дня назад у них закончились все припасы, и они сидели без еды и воды. После появились мы…

Глава 6

Леший

Двигаясь вдоль берега по мокрой высокой траве, я уже продрог до костей от утренней прохлады, а зомби все никак не заканчивались. Они стояли на берегу, глядя на меня своими белесыми глазами, и тянули ко мне руки со скрюченными пальцами. Вид был, мягко говоря, не очень воодушевляющий, а если ночью на них наткнуться в какое-нибудь полнолуние, то, как пить дать, можно будет сразу идти менять исподнее и остаться заикой вдобавок.

Но главный вопрос: кто и зачем это сделал? Что это вообще такое? При виде этой картины, в моей голове сформировалось только два варианта. Вообще, как тащить сюда живого зомби и при этом самому быть в безопасности? Так что, скорее всего, сюда они пришли еще людьми, да, дальше их просто заразили, и вот вам зомби на цепи, тем более со слов Пети сделать это несложно. Соответственно, делаем вывод: первый – это этакий извращенный заградительный отряд, сделанный кем-то из жителей уже захваченной базы. В целом рабочая схема, люди чаще всего убегают ночью, побежал, пересек реку – и привет. Предположение, конечно, притянуто за уши, но каких только уродов и маньяков среди нашей братии не встречается, особенно сейчас, когда они вообще ничем не скованы.

Второе предположение мне нравилось куда меньше: секта. Секты – это страшная сила, не каждая, разумеется. Помнится мне, в Питере я бывал в одной такой и глазам своим не мог поверить, что люди на это покупаются. Размалеванный как клоун и разодетый словно павлин по сцене бегал один мой знакомый и втирал людям какую-то дичь о том, как все мирское мешает нам жить, а нашей чакре раскрыться по полной и сделать нас счастливыми. Я слушал его выступление с открытым ртом, но не потому, что проникся, а потому, что уровень бреда, что он произносил в минуту, просто зашкаливал. Люди же внимательно слушали его, внимая каждому слову, а после продавали все, что только можно, и несли ему наличку, чтобы он почистил их чакру и раскрыл ее. Лидер секты был под нашей защитой, и порой мы отбивали его от недовольных родственничков, чьи мамы и папы, продав свои квартиры, отдали деньги какому-то шарлатану. Но апогеем истории стало то, что когда все вскрылось и менты нагрянули в эту секту, то не смогли найти организатора. Лидер всегда выступал в гриме, и никто из адептов не видел его настоящего лица. Так что мужичок потом укатил в закат с кучей денег, и никто не смог его найти, а после длительного отдыха переехал в другой город и начал все по новой.

Это только одна сторона медали, когда я чалился, один уважаемый арестант поведал нам про несколько иную секту, основатель которой был истовым фанатиком и считал себя живым воплощением бога. Люди к нему тянулись, также приносили пожертвования. Наши, глядя на такую жизнь живого бога, решили надавить на него, мол, делиться надо, но тот их послал и даже более, пригрозил, что прикончит их всех. Братва на такие заявления не повелась и решила забрать у него вообще все. Закончилось это тем, что сектанты один за другим начали нападать на братву везде, на улице, в лифте, в туалете, с ножами, битами, обрезками труб, в общем, кто с чем, и перебили немало народа. А когда состоялась вторая встреча руководства с фанатиком, тот взял и взорвал себя вместе с ними. Таким образом и секта, и местное ОПГ перестали существовать.

На умы слабых людей всегда было несложно воздействовать, а в такое время и подавно, когда все ищут логического объяснения происходящего и защиты. Так что я не удивлюсь, если где-то поблизости уже успела зародиться секта имени конца света, и они сами уже крошат людей направо и налево или просто приносят друг друга в секту. В общем, как бы там ни было, с фанатиками шутки плохи, и держаться от них нужно как можно дальше.

После пройденного километра вдоль берега, зомби все же закончились, и на всякий случай углубившись еще на пару километров в лес, я пересек реку.

Солнце уже начало согревать своими лучами, и мне стало относительно комфортно, но мокрая трава так и не давала возможности просохнуть моей одежде, а комары и прочие насекомые только добавляли дискомфорта.

Есть хотелось просто невероятно сильно, но, как назло, мне не встречалось ни одного кустарника с лесными ягодами, ни одного деревца с плодами, а про охоту и говорить нечего. При желании, конечно, можно попробовать поймать какого-нибудь зайца или птицу, но что толку от них без огня. А тут не кино, с помощью двух палочек огня не добыть, нет, можно, конечно, но потратить на это придется весь день, а то и больше, а чтобы подготовить все необходимое, как минимум нужен хороший нож, которого у меня тоже нет. Лес, по которому я передвигался, был максимально заброшенным, все засыпано валежником, ни тропинок, ни дорожек видно не было, а это значит, поблизости нет ни одного населенного пункта, и грибники и прочие любители природы не баловали данную локацию посещениями.

* * *

Солнце уже было в зените, я уверенным шагом пробирался сквозь лесные дебри, осматриваясь по сторонам и реагируя на каждый посторонний звук. Наконец-то удача улыбнулась мне, я увидел уже изрядно заросшую, но дорогу. А дороги, как правило, ведут в поселение, где, возможно, я смогу разжиться пищей и хоть каким-нибудь оружием.

Место, куда я вышел, оказалось летней пасекой, тут было большое поле, засаженное клевером и массой ярких цветов, а еще было множество ульев. Но тут же поступил и тревожный звоночек, все ульи были перевернуты и разбиты, а пчел видно не было.

Осмотрев пару ближайших деревянных ящиков, я увидел на них характерные отметины от когтей. Тут же заозиравшись по сторонам, я начал высматривать медведя, что повадился сюда приходить и лакомиться свежим медком. Ни самого косолапого, ни его следов видно не было, что неудивительно при такой высокой траве. Может, он и спит где-то поблизости, кто этих зверей знает?

Сжав свою палку покрепче, я перешел на легкий бег и побежал по заросшей дороге, при этом не забывая озираться по сторонам. Вариантов спастись от медведя не много, особенно, когда из оружия у тебя лишь обычная палка. Убежать не выйдет, все же бегает он куда быстрее, один вариант – притвориться мертвым, шанс на удачу невелик, но он есть.

* * *

Время шло, солнце уже клонилось к закату, а я так и не нашел ни одного поселения, дорога петляла то по полям, то по лесочкам и вела меня в неизвестность. Навскидку я прошел километров тридцать-сорок, что в целом для местного региона не большое расстояние, все же плотность населения тут невысокая. Есть хотелось просто невыносимо, а еще пить, и это не говоря уже о никотиновой зависимости. В мыслях я злился на встречу с Бурым, надо же было нашим дорожкам пересечься, сейчас бы ехал и ехал себе, а не вот это все. Но, с другой стороны, ему сейчас однозначно хуже, чем мне, он либо мертв, либо уже сам в кандалах. Так что я еще легко отделался, пока что легко.

В вечерних сумерках я увидел вдалеке очертание домов и опять перейдя на бег, поспешил в ту сторону до наступления темноты. Добравшись до окраины поселка, я сначала даже обрадовался, что деревня цела, потом увидел, что на ее улицах неподвижно, словно пластиковые манекены, стоят зомби.

Деревушка была совсем небольшой, как говорят, вымирающей, три улочки по десять домов, и половина домов разрушенная, а некоторые бревнышки попилены на чурки, видимо, кто-то разобрал их на дрова. Остальные дома тоже выглядели не лучше, покосившиеся, кривые, лишь у некоторых симпатично выглядели свежепокрашенные оконные ставни и палисадники.

Сами зомби были одеты в стариковские одежды, длинные юбки в пол, платки, потертые камуфляжные костюмы, калоши и панамки. По моим подсчетам, зомби тут было не больше двадцати, что в целом не так уж и много, но оружия у меня по-прежнему не было. Мне бы дождаться утра, а после думать, как поступить дальше, но голод и жажда давали о себе знать, и спорить с ними было тяжело.

Пробежавшись глазами по постройкам, я приметил небольшой свинарник, около которого лежала куча навоза, а из нее торчали старые вилы. Решив, что из них выйдет весьма хорошее оружие против зомби, я все же решил рискнуть и на полусогнутых, тихонечко пошел вперед.

Продвигаясь вдоль дороги, я перемахнул через забор, что состоял из трех прибитых жердей к столбику, и добрался до свинарника, где и смог вооружиться древними трезубыми вилами с прочным черенком, но не успел я их вырвать, как слева от меня послышалось тихое, но жуткое шипение. Прихрамывая на одну ногу, на меня шла скрючившаяся зомби-старушка. На ее голове был платок, расписанный под хохлому, что застилал ей взгляд, а еще у нее совсем не было зубов, что отчасти забавляло меня.

– Старая, ну ты-то куда? Как ты меня вообще кусать собралась!? – хохотнул я, а потом сделал резкий выпад а-ля «Штыком коли» и пробил ее голову трезубцем.

Шипение тут же сошло на нет, и тело зомби обмякло, единственной проблемой было то, что вынуть вилы оказалось куда сложнее, чем вонзить. Наша возня привлекла внимание и остальных селян, и они уже, скомпоновавшись в одну группу, хлынули в мою сторону. Да, их много, но они медленные, а я быстрый, и в этом мое преимущество.

Выбегая на дорогу, по пути у забора я приметил лом, против которого еще не придумали приема. Схватив его аки копье, я тут же запустил его в голову самому шустрому старичку, но результат вышел не очень, лом ударил зомби по черепу, повалив того на землю, но не пробил его, и тот начал барахтаться, лежа на спине, словно жук.

Выманивая на себя мертвецов, я пятился спиной назад по сельской улице, и когда очередной лидер этой смертельной погони за свежим человеком вырвался вперед, я всадил в его голову вилы. Зомби упал, а вилы в нем застряли до такой степени, что даже когда я уперся подошвой берца ему в лоб, не смог их вынуть. Возиться дальше было нельзя, так как группа настигала меня, и я бросил свою затею и продолжил пятиться назад, высматривая для себя новое оружие.

Следующее, что я нашел, так это кучу сваленных чурок в одну горку, а рядом с ней лежал увесистый колун и топор. На этот раз дела пошли лучше, метнув топор, словно индеец Апачи свой томагавк, я буквально расколол череп очередному зомби, выведя его с дистанции. Колун тоже сработал как надо, проломив голову зомби-подростку с обглоданной до кости ногой.

Так я и кружил по улочкам, хватая все, что только под руку попадалось и могло нанести хоть какой-то урон. Перейдя на следующий круг, я подбирал все, чем пользовался ранее, и опять пускал в ход. Последний зомби был повержен увесистой кувалдой, что лежала у разобранного трактора. Раскрутив его, я швырнул молот изо всех сил, как это делал Тор в фильмах про супергероев. Кувалда влетела мертвяку в голову четко между глаз и даже сбила его с ног, и больше он не вставал.

– То-то же! – гордо заявил я и с чувством выполненного долга подошел к зомби, из головы которого так и торчали вилы, и все же вырвал их. Все зомби мертвы, но это на улице, однозначно кто-то еще может быть в доме или сарае, так что расслабляться было еще рано. Видимость на улице была худо-бедно сносной, и я продолжил зачистку поселка.