Читать книгу "Дворецкий слишком много знал"

Мариша перевела глаза вниз. Нога Анны действительно застряла в дыре. Видимо, пол в этом месте уже прогнил, и Анна неудачно наступила на опасное место.

– Что за дом такой! – продолжала причитать она. – Пройти спокойно и то нельзя!

Эрик помог женщине встать и молча наклонился над дырой.

– Нехорошо так говорить о покойных, – продолжала она, уже сидя на стуле, – но я и раньше Зеленского не уважала, а теперь и подавно не буду! Надо же так запустить жилище!

– Какая интересная дыра! – подал голос Эрик и наклонился еще ниже. – Ну-ка, а если сделать вот так!

Он засунул руку в щель и что-то там дернул. С громким щелчком часть пола, которая прилегала к окну, отодвинулась, открыв довольно большое пространство.

– Ничего себе! – присвистнул Голубев и тоже встал на колени.

Мариша и Анна, ни слова не говоря, приблизились к мужчинам.

– Вот тебе и скромный дворецкий! Да тут такой схрон, что можно спрятать несколько человек. И никто никогда об этом не догадается.

Эрик опустил голову в яму и издал торжествующий возглас.

– Что там? – заволновалась Мариша, а Голубев попытался заглянуть внутрь.

– Вот вам и место, где спрятал деньги Артемьев.

– Откуда вы знаете? – заволновался следователь.

– Тут не надо быть семи пядей во лбу. Вот оно, доказательство.

Эрик высунул руку из ямы и бросил на пол пачку купюр.

– Все, что осталось. Я думаю, здесь около ста тысяч, – сказал он, критически оглядев пачку.

– Но как она туда попала? – вдруг стал заикаться Голубев.

– Как, как… Очень просто. Артемьев сложил сюда деньги и дал Зеленскому определенные указания.

– А где же деньги теперь?

– Вот это интересный вопрос! Наверняка об этом знает тот, кто был вчера в этом домике.

– Осталось только его найти… – задумчиво пробормотала Мариша.

– Именно! – широко улыбнулся Эрик. – А вам, Анна, большое спасибо!

– За что?

– Ну как же! Если бы вы не провалились, мы могли бы и не найти этот тайник. В таком бардаке сложно что-нибудь обнаружить.

– А может, все это и создавалось для отвода глаз? – произнесла Мариша.

– Что – это? – спросил Голубев.

– Этот бардак. Чтобы ни у кого не было желания копаться в этом доме.

Голубев пожал плечами и ничего не ответил.

– И все-таки я не могу понять, как мы смогли обнаружить тайник, – не унималась Мариша.

– Анна провалилась в щель, рядом с крышкой тайника, – пояснил Эрик, возвращая панель на место. – Кто-то, видимо, очень торопился и не успел как следует ее закрепить. Так что все вышло очень удачно!

– Удачнее некуда, – проворчала женщина, потирая ногу.

– Я не имею в виду вас, – уточнил Эрик. – Просто теперь мы сможем быстрее найти преступника.

– Да? – усомнился Голубев. – Что-то я пока не представляю, чем нам это поможет. И очень сомневаюсь, что мы найдем отпечатки пальцев. Скорее всего, убийца далеко не дурак. Если у него хватило ума найти тайник, то об отпечатках пальцев он наверняка позаботился.

– Это вопрос спорный, хотя я тоже думаю, что отпечатков мы не найдем. Но характер преступника потихоньку вырисовывается.

– И какие черты вы уже разглядели? – ехидно поинтересовался Голубев.

– Это человек смелый, решительный, – невозмутимо принялся перечислять сыщик, – умный, любящий риски и при этом умеющий держаться в тени.

– Под такую характеристику можно записать всех наших знакомых.

– Предположим, не всех…

– Ну, многих.

– Возможно. Да! Я думаю, что он должен быть хорошим актером.

– А это еще почему?

– Чтобы носить маску, скрывающую его настоящую личность.

– А почему вы говорите «он»? Вы считаете, что преступник – мужчина?

– Нет, совсем необязательно. Это может оказаться и женщина. Просто слово «он» более приемлемо в таких ситуациях. Он – значит преступник.

– Но я видела именно мужчину! – вмешалась в разговор Анна.

– Или высокую женщину, одетую в мужскую одежду.

– Я не думаю, что это была женщина… – с сомнением произнесла она.

– Когда мы поймаем убийцу, тогда узнаем точно, – подмигнул ей Эрик и улыбнулся.

Анна заулыбалась в ответ и автоматически поправила прическу. Мариша покачала головой.

– Что ж, здесь нам делать больше нечего. Сегодня я имею в виду, – поправился Эрик. – А вас – благодарю за помощь. – И он галантно поклонился Анне.

– Не стоит! – слегка покраснела она. – Всегда рада помочь!

«Рада, как же, – желчно подумала Мариша. – Тебе бы только сплетни собирать да с красивыми мужиками флиртовать!»

Анна быстрым шагом направилась к выходу, а Мариша тут же устыдилась своих мыслей. Очень некрасиво с ее стороны думать о людях плохо. Нормальная женщина. Всегда готова услужить. А то, что она улыбается Эрику, – так это вполне объяснимая реакция. Ему все улыбаются. А ревновать – глупо и бессмысленно. Эрик ей ничего не обещал и, скорее всего, никогда не пообещает. Так что долой из головы черные мысли!

Мужчины попрощались с Анной, и та пошла к своему участку. Голубев вместе с Эриком отошел к воротам, а Мариша застыла посреди участка, обдумывая последние мысли. Около обгоревшего дома по-прежнему возилась Марго.

– Мариша! – услышала она ее голос и обернулась. – Как дела? Что-нибудь выяснили?

– Спроси у Голубева, – отозвалась она, совершенно не зная, что допустимо ей сказать.

– Значит, что-то нашли! – удовлетворенно кивнула Марго и отошла от кучи. – Может, ты мне все-таки скажешь?

– Спроси у Голубева, – повторила Мариша. – Он ответит, если посчитает нужным.

– Случайно не деньги?

– Не знаю!

– Какая ты скрытная! – надулась Марго.

– Я не скрытная. Просто я и в самом деле не знаю, имею ли я право разглашать информацию.

– Из-за чего спор? – поинтересовался Эрик, как всегда подкравшийся совершенно незаметно.

– Что нашли в домике? – прямо поинтересовалась Маргарита.

– Голубев, ты не будешь возражать, если мы скажем госпоже Зотовой, что обнаружили?

– Нет, – пожал тот плечами. – Все равно завтра все узнают.

– Мы нашли тайник, где ваш дядя спрятал деньги.

– Нашли?! – Марго даже задохнулась от возбуждения. – А деньги там были?

– Только одна пачка. Там тысяч сто, наверное, не больше.

– А… остальные?

– Увы, но они исчезли в неизвестном направлении.

– Как жаль! Ольга очень расстроится.

– А вы?

– Мне тоже жаль, что деньги пропали, врать не буду, но я всегда могу заработать себе на жизнь. Так что особой скорби по этому поводу я не испытываю. Вот сестре придется хуже! Она работать не любит!

– Зато молодой человек у нее вполне надежный. Наверняка заработает на хлеб с маслом.

– Вы намекаете на то, что мой Володя ни на что не годится? – сразу вспыхнула Маргарита.

– Помилуйте! – развел руками Эрик. – Я и не думал об этом. Мы говорили исключительно о вашей сестре. Кстати, наберите-ка вашу подругу. Может, она уже вернулась домой?

Маргарита вынула телефон и принялась звонить Римме. К этому времени уже стемнело, и Мариша подумала, что сегодня все визиты становятся уже не вежливыми. Хотя в таком случае, как убийство, скорее всего, правила этикета не действуют.

– Я когда-нибудь выскажу ей все, что о ней думаю! – в сердцах воскликнула Марго, убирая трубку от уха и ставя телефон на громкую связь. Из динамика послышался приятный мелодичный голос: «К сожалению, в данный момент я не могу с вами поболтать. Но если вы позвоните завтра, то я с удовольствием уделю вам несколько минут!»

Голубев сплюнул, а Эрик спокойно произнес:

– Сегодня в любом случае уже не время для разговоров. А завтра, с самого утра, мы отправимся к Римме и все у нее разузнаем.

– С самого утра, говоришь? – переспросил Голубев, и настроение его заметно улучшилось.

– Да, с утра пораньше! Ночь поспишь, а завтра с новыми силами рванешь в бой!

– Ну, шутник! – захихикал он и похлопал сыщика по плечу.

– Не понимаю, что тебя так развеселило.

– Как что! Ваша прекрасная память! Вы, как мне припоминается, никогда ничего не забываете?

– Это так!

– А как же крестины, которые назначены на завтрашнее утро?

– Крестины! – застонал Эрик и беспомощно оглянулся по сторонам.

– Крестины! – широко улыбаясь, подтвердил Голубев.

– У меня совсем вылетело из головы. Маришка, ты слышишь? Нам завтра на крестины.

– Слышу, – кивнула она и добавила: – Ой, мама!

– Крестины – это здорово! – вмешалась в разговор Марго. – Конечно, с Эрькой можно ожидать разных казусов, но с маленькими детьми так часто бывает!

– Спасибо, успокоила! – проворчала Мариша. – Поехали домой, завтра у нас трудный день.

– Голубев, – тихо сказал Эрик, отведя следователя в сторонку. – Оставь еще на день охрану. Мало ли что… А завтра нужно еще раз обыскать домик. Вдруг мы чего-то недоглядели?

– Хорошо, сделаем, – отозвался тот и добавил: – Может, привести еще раз Зотовых и их мужчин? Вдруг совместными усилиями обнаружим что-то важное?

– Попробуй. Да, и еще! Проверь на всякий случай финансовую ситуацию банка Хлопковых. Хоть они и говорят, что этот миллиард, который изъял Артемьев, на их положение никак не повлиял, но ведь все может быть.

– Хорошо! А к Римме поедем вместе?

– Желательно бы. Давай завтра созвонимся.

– Наберите меня, как только все закончится, – попросил Голубев и, не сдержавшись, захихикал.

Примерно в это же время Антон Хлопков с хмурым видом сидел на кухне и ковырял вилкой в тарелке.

– Невкусно? – озабоченно спросила Настя и потрогала лоб мужа.

– Вкусно, – вяло отозвался тот и отложил вилку в сторону.

– Что случилось? – насторожилась девушка и подвинулась поближе к мужчине.

– Ничего, я же говорю…

– Так… – протянула она тоном, не предвещающим ничего хорошего. – Быстро рассказывай все, что есть!

– Настенька, нечего рассказывать, поверь мне!

– И хотелось бы, – усмехнулась она, – да у тебя на лбу написано, что случилось что-то из ряда вон выходящее.

Антон покачал головой и уткнулся носом в тарелку.

– У тебя появилась другая женщина? – грозно спросила Настя и встала в полный рост, нависнув над мужем, словно скала.

– Ты что! – возмущенно воскликнул тот и замахал руками.

– Ну вот! Хоть какие-то эмоции, – удовлетворенно отметила девушка. – Давай рассказывай! Все равно ведь не отстану!

Антон тяжело вздохнул.

– Настя, у нас неприятности.

– Какие именно? Если это не связано с женщиной, то все остальное ерунда!

– Это не связано с женщиной, но поверь мне, что все очень серьезно!

– Все живы?

– Что ты имеешь в виду?

– Никто не умер, я спрашиваю?

– А… ты про это… Нет, все живы. У нас неприятности в банке.

– Что-то связанное с теми деньгами, которые вывел Артемьев?

– Да. Понимаешь, мы не смогли собрать такую сумму наличными. Все-таки это огромные деньги. Поэтому пришлось залезть туда, куда не следовало. Отец надеялся, что Артемьев вернет деньги через день-другой, поэтому не особенно волновался из-за этого. Но деньги пропали, и теперь нам нечем покрывать недостачу.

– Если вы не найдете деньги, банк придется закрывать?

– Боюсь, что да. У нас просто отзовут лицензию.

– А если привлечь инвестора?

– Я думал об этом, но пока никто не спешит вложить в наш банк деньги.

– А когда это нужно сделать?

– До конца года. Если не будет внеплановой квартальной проверки.

– Так время еще есть! Вы обязательно что-нибудь придумаете!

– Это только так кажется. Папа уже близок к панике. Я никогда его таким не видел. А на моем веку работы в банке было всякое…

– Не расстраивайся! – Настя потрепала его по голове. – Я тебя не брошу. И даже буду выдавать тебе сухой паек. Иногда. За хорошее поведение!

– В тебе я не сомневаюсь! – едко заявил Антон и уже другим тоном добавил: – Я беспокоюсь об отце. Как бы не случилось чего.

– Не волнуйся за него. Сергей Александрович сильный и умный. Он обязательно что-нибудь придумает!

Антон снова вздохнул.

– Или тебя еще что-то беспокоит? – Настя заглянула мужу в глаза.

– Беспокоит. Вчера я пытался дозвониться до папы и не смог.

– И что? Почему тебя это волнует?

– Я названивал ему с половины десятого до десяти, а потом плюнул и перестал звонить. Он не брал трубку.

– Мало ли где он был! В конце концов, он взрослый человек!

– Ты не поняла. Вчера в начале одиннадцатого убили Зеленского. И пока неизвестно, кто это сделал.

– Ты думаешь, что это… – Настя широко раскрыла глаза.

– Ничего я не думаю, просто волнуюсь.

– Но твой папа не мог! Он не такой человек!

– Я тоже так считаю.

– И все равно волнуешься?

– Волнуюсь! – кивнул Антон и допил чай.

– Не бойся, у нас есть Эрик. Он никого не даст в обиду.

– Только в том случае, – усмехнулся мужчина, – если этот человек невиновен. Иначе он церемониться не будет.

– Твой отец ни в чем не виноват! – твердо ответила Настя и встала из-за стола. – Запомни это и никогда не забывай. Понятно?

– Понятно! – улыбнулся Антон.

– А теперь сотри с лица следы печали. Скоро приедут наши гости.

В поселке Летний Эрик и остальная компания загрузились в машину. Марго тоже поехала с ними, попросив, чтобы ее высадили где-нибудь поближе к центру. Прошло около двух часов с того момента, как они приехали в поселок для разговора с Риммой.

Эрик развернул машину и неторопливо покатил к выезду. Все это время возле окна коттеджа напротив стоял мужчина и наблюдал за всем происходящим. Он не отошел ни на минуту, пока на территории соседнего участка находились люди. Он удовлетворенно отметил, что в руках людей, вышедших из домика Зеленского, ничего не было, а значит, деньги по-прежнему могли оставаться в доме. Вот только где?

Артемьев говорил, что спрячет их в надежном месте. Только где оно, это надежное место? А может, он врал? Хотел сбить его со следа? Нет, не может этого быть. У них с Артемьевым всегда были очень доверительные отношения. И несмотря на то, что много лет назад Артемьев поступил не совсем правильно, он не держал на него обиды, потому что понимал, что в то время это был единственный выход. Да, обиды не держал, но все помнил. Ничего не забыл. Ни единой мелочи! Он так надеялся все эти годы, что хоть под конец жизни поживет богато, но и тут не повезло. Денег он так и не нашел. Неужели все было зря?

Глава 14

Мариша проснулась от громкого детского крика. Крик был настолько оглушительный, что ей показалось, будто ее голова сейчас взорвется. Мариша положила сверху подушку и изо всех сил прижала ее к ушам. Крик стал чуть тише, но все же проникал в ее сознание и буквально сводил с ума.

Мариша сжала зубы и вдруг вспомнила – сегодня же крестины! Они с Эриком будут крестными мамой и папой этому «очаровательному» ребенку. Мамочка! А что будет, если он так же закричит во время церемонии? Через несколько мгновений крик стих и воцарилась заветная тишина. Мариша убрала подушку с головы и со страхом прислушалась – не повторится ли еще раз этот ужасный крик. Но все было тихо и спокойно. Очевидно, Эрька получил свою порцию еды.

Мариша с сожалением слезла с кровати и направилась в душ. Часы показывали восемь ноль-ноль. Через час начнется таинство крещения, и они с Эриком примут на себя огромную ответственность за маленькое беспомощное существо. Девушку немного пугала эта незнакомая доселе ответственность. Что им предстоит? Каковы будут их задачи? Наверное, периодически нужно будет приезжать и проведывать малыша. Хотя если они будут это делать вместе с Эриком, то она согласна.

Мариша выключила воду, завернулась в пушистое полотенце, подошла к зеркалу и принялась укладывать волосы. Ей хотелось быть очень красивой в честь такого важного события. Минут через пятнадцать она была готова. Девушка натянула брюки, легкий свитер и спустилась вниз.

В гостиной все уже были в сборе. Настя с Антоном накрывали на стол. Ира с ребенком на руках удобно расположилась в кресле. Рядом с ней – Сергей, вернувшийся из командировки рано утром. Эрик в темной рубашке и таких же брюках. Мариша даже подивилась, как же он расстался со своими любимыми джинсами!

– Ну что! Быстренько завтракаем, и вперед! В девять мы должны быть в церкви, – провозгласила Настя и жестом пригласила всех к столу.

Завтрак прошел довольно быстро, в полной тишине. Видимо, сказывалось общее волнение. Даже Ира очень волновалась. Это сильно бросалось в глаза, хотя девушка изо всех сил пыталась это скрывать. Она чаще, чем обычно, поглядывала на сына и постоянно прижимала его к себе. Сергей бросал быстрые взгляды на обоих и слегка бледнел при этом. Даже Эрик был более сосредоточен, чем обычно. На какой-то момент Марише стало смешно оттого, что эти взрослые люди переживают из-за предстоящей церемонии. Но она тут же вспомнила, что самое волнительное предстоит все же ей, и сразу сделалась серьезной.

– В путь! – наконец сказала Ирина, вставая из-за стола.

В церковь они приехали без пяти девять. Регистрация малышей почти закончилась. Эрик с Маришей остались последними в этой череде крестных и крестников.

– Идите, оформляйте Эрьку, – подтолкнула их Ира.

– Куда? Что оформлять? – хором спросили Мариша и Эрик.

– Идите, там вам все скажут.

– Давайте документы на ребенка, – попросила маленькая пухлая женщина, которая занималась оформлением.

Мариша заглянула в пакет, который ей сунула Ира, и обнаружила там свидетельство о рождении.

– Пожалуйста.

Женщина кивнула и принялась что-то писать.

– Как зовут вашего младенца?

– Эрик.

– Эрик… Редкое имя, нужно будет спросить у батюшки, как его записать. Наверное, Эдуард…

Крещение прошло на редкость спокойно. Малыш мирно дремал на Маришиных руках и ни разу не проснулся.

– Не понимаю, чего мы боялись? – в который раз спрашивала Мариша, вернувшись домой. – Он – умничка! Правда, Эрик?

– Правда, – усмехнулся сыщик.

– Значит, говоришь, на тебя произвела большое впечатление процедура крещения? – задумчиво протянула Настя.

– Ага! – кивнула Мариша, облизывая ложку.

– Может, и мне стать у кого-нибудь крестной? Маришка, ты не собираешься в ближайшее время обзавестись младенцем?

– Я?! – та подавилась и закашлялась. – Нет!!! Ты уж присмотри кого-нибудь другого!

– А можно поучаствовать и в другой церемонии, – мечтательно продолжила Настя.

– В какой?

– Например, венчания! Я думаю, это тоже очень волнительно и торжественно!

– А кто будет венчаться? – подозрительно спросила Мариша и искоса поглядела на Эрика.

– Можем сначала мы с Антоном. А потом и ты с кем-нибудь.

– С кем?

– С кем-нибудь! – с нажимом ответила Настя. – Найдем с кем, было бы желание.

– Ну если найдем… Тогда я согласна.

Эрик хмыкнул. Его жутко умиляли попытки девушек намекнуть ему на возможность нечто большего, чем это было на самом деле. Хотя мысль побывать на церемонии венчания он разделял целиком и полностью. Самое главное, чтобы венчание было не его.

– Хорошая идея! – кивнул он. – А я могу пойти свидетелем.

Ответить Марише помешал телефонный звонок. Эрик взял трубку и озорно подмигнул ей. Она надула губы и отвернулась. Вот так всегда! Опять она осталась в дураках. Зря Настя старается. Ничего у нее не выйдет. Эрик крепкий орешек.

– Что ж, дела не ждут! – оптимистично заявил сыщик, засовывая телефон в карман. – Кто со мной?

Мариша тяжело вздохнула и поплелась за курткой.

Голубев уже ждал их на улице. Завидев в машине Маришу, он поднял глаза к небу, но ничего не сказал.

– Есть новости! – с нажимом произнес он и покосился на девушку.

– Выкладывай! – кивнула она.

– Я думаю, пока не стоит… – многозначительно сказал следователь и покосился на Эрика.

– Рассказывай, – махнул тот рукой. – Все равно в этом деле долго хранить секреты не удается. То одни женщины пристают чуть ли не с ножом к горлу, то другие…

– Ну, смотрите! Потом не говорите, что я не предупреждал. А ты, Мариша, держи рот на замке, пока тебе не разрешат его открыть.

– Ты меня обижаешь, Голубев! Я ведь уже почти настоящий следователь! Даже с трупами дело имела…

– Ну, раз так, – желчно заметил следователь, – тогда конечно. В общем, у Хлопковых большие проблемы после того, как Артемьев забрал деньги.

– Я так и думал, – кивнул Эрик.

– Да? Опять логические цепочки?

– Почему же? Вовсе нет. Здесь и логику включать не надо. Если из банка вывести разом такие деньги, то без проблем никак не обойдешься! А откуда пришла информация?

– Есть у меня один человечек… Сказал совершенно определенно, что Сергей Александрович, то бишь папа нашего Антона, два дня подряд и дневал, и ночевал на работе. И при этом чуть ли не волосы на себе рвал!

– Интересно!

– Еще как!

– А вчера вечером он слышал разговор между отцом и сыном. Хлопковыми, я имею в виду.

– Мы тебя поняли, продолжай.

– В общем, отец говорил, если они не найдут инвестора, то банк почти наверняка закроется.

– А почему? – встряла Мариша. – Ведь этот миллиард наверняка был у них не последний?

– Понятно, что не последний. Но там есть свои тонкости. Как я понял, в каждом банке должна быть определенная сумма денег, практически неприкасаемая, уставный капитал, по-моему. Если эта сумма меньше той, которую установил Центральный банк, то у банка могут отозвать лицензию.

– Но почему?

– Банк будет считаться неблагонадежным. Так вот, чтобы выдать этот миллиард Артемьеву, Хлопков-старший залез в эти закрома. И если вдруг сейчас нагрянет проверка, им мало не покажется. Но в любом случае в конце года они должны подтвердить свои активы. Если этого не произойдет, то Хлопковым придется очень туго.

– Интересная информация, – задумчиво протянул Эрик. – Это приводит нас к определенным мыслям…

– Ну, меня-то уж точно приводит! Особенно если учесть, что Хлопков знал, где Артемьев спрятал деньги.

– Знал? – изумленно закричала Мариша.

– Знал, – кивнул Голубев и удовлетворенно уставился на спутников. – Что, не ожидали такого поворота?

– А эту информацию тоже подслушал твой человек? – поинтересовался Эрик.

– Ага! Только не вздумайте сказать об этом Насте или ее мужу. Это сугубо конфиденциально.

Эрик фыркнул.

– Конечно, я имею в виду не вас, – добавил Голубев, – а Маришу! Ведь Настя ее лучшая подруга! Собственно, поэтому я и не хотел говорить об этом при ней.

Мариша растерянно посмотрела на следователя. По идее, она должна была сейчас дать Голубеву обещание, что не проболтается Насте об этом разговоре. Но, с другой стороны, она не может не сказать ей об этом! Отца Антона подозревают в… – Она попыталась было придумать, в чем его подозревают, но на ум ей так ничего и не пришло. «Ладно, какая разница, в чем, – решила она, – самое главное, что за этим что-то кроется!»

– Ну и чего молчим? – поторопил ее Голубев. – Или ты не в состоянии дать такого обещания?

– Конечно, не в состоянии, – фыркнул Эрик. – Они языками чешут быстрее, чем мы думаем!

– Я постараюсь ничего не сказать, – выдавила из себя Мариша. – Хотя считаю, что это не по-товарищески.

– Не по-товарищески парня у подруги уводить, а это называется тайна следствия.

– Ладно, я ничего не скажу.

– Вот это другое дело! – повеселел Голубев. – Тогда с этим все ясно.

– А мне не все понятно, – задумчиво проговорил Эрик. – Как же твой человек умудрился все это услышать?

– Да так… – смутился Голубев, – мимо проходил.

– В банке? В вечернее время? Когда все сотрудники уже ушли по домам?

– Ну да… Он там работает охранником.

– Ох, Голубев, – погрозил ему пальцем Эрик. – Опять ваши запрещенные приемчики? А как же работа головой? Нужно хотя бы иногда напрягать свои серые клеточки!

– Напрягай не напрягай, а быстрый результат – это самый лучший результат!

– Не скажи… Лучший результат – это верный результат! А быстрый и верный – это далеко не одно и то же.

– А что за способы-то? – нетерпеливо спросила Мариша.

– А это ты у Голубева спроси.

– У нас есть свои методы, а на войне все средства хороши!

– Смотри, чтобы об этих средствах не узнал Хлопков! А то он покажет вам… небо в алмазах.

– Может быть, меня кто-то просветит, как наша полиция добивается результатов? – не успокаивалась девушка.

– Да прослушку они ставят, вот и все!

– Эрик, зачем вы об этом сказали?

– Просто не люблю я эти нечестные методы. Одно дело, когда человек стопроцентно виноват, ты в этом уверен и просто ищешь доказательства, и совсем другое – когда в голове у тебя пусто и ты начинаешь таким образом вычислять преступника. Поверь мне, такие методы далеко не всегда приносят результаты. Гораздо выгоднее работать собственной головой!

– Не дают результатов, говоришь? – рассердился Голубев.

– Конечно, не дают! Ну, узнаешь ты разные сплетни, нужные и ненужные. Скорее всего, даже заподозришь кого-нибудь, потому что люди любят делиться друг с другом разными подозрениями. Но это не значит, что ты сделаешь при этом правильные выводы. Чаще бывает наоборот. Многие люди либо недоговаривают, либо придумывают. Редко кто говорит правду. Так какие же выводы можно сделать, если правды ты так и не услышал?

– Вы закончили свою пронзительную речь? – едко осведомился Голубев.

– Закончил.

– И считаете, что ничего полезного я не узнал?

– Почему же, ты узнал массу важных фактов. Только что тебе это дает?

– Мне это дает основание для подозрения Хлопкова-старшего в убийстве.

– Да? И каким же образом? Только потому, что они изъяли деньги не из того источника? Так им гораздо выгоднее, чтобы Зеленский был жив. По крайней мере, они бы могли попытаться уговорить его положить деньги обратно в банк!

– И все-таки я настаиваю на том, что эти, как вы называете, незаконные методы получения информации очень полезны. Особенно в этом деле.

– Что же полезного вы для себя уяснили? То, что у Хлопковых проблемы с деньгами?

– Уже нет! – торжественно сообщил Голубев и широко улыбнулся.

– В смысле «уже нет»?

– Нет проблем!

Эрик нажал на тормоз и оглянулся на следователя. Мариша тоже недоуменно поглядывала на Голубева.

– Объясни, что ты хочешь сказать. Похоже, я чего-то не понял, так есть проблемы или нет?

– А вы напрягите свои серые клеточки, – съязвил следователь.

– Ты хочешь сказать, – медленно начал Эрик, – что вчера проблемы были, а сегодня их уже нет?

– Именно! – еще шире улыбнулся тот.

– Как это? – нахмурилась Мариша. – У них появились деньги?

– Совершенно верно! Вот теперь я вижу, что вы начали соображать. Сегодня у Хлопковых нет никаких проблем. У них есть деньги, и та финансовая дыра, которую они должны были залатать, полностью залатана!

Эрик какое-то время недоверчиво смотрел на Алексея. Тот явно наслаждался своим триумфом. Видеть растерянного сыщика ему еще ни разу не приходилось.

– А где они взяли деньги? – спустя несколько минут поинтересовалась Мариша.

– Хороший вопрос, – кивнул Голубев, – но вот этого я как раз и не знаю.

– А как же твои эффективные методы работы? – не удержался Эрик.

– Ну, мы тоже не боги, – скромно заметил Голубев. – Не все удается узнать. Даже такими способами.

– Значит, у Хлопковых появились деньги, – медленно проговорил Эрик и завел мотор. – Это наводит на размышления…

– А чего тут размышлять? Все и так понятно. Хлопковым нужны были деньги. Они надеялись, что Артемьев вернет их назад. Но он погиб. А у банка возникли большие проблемы. Позавчера убили Зеленского, который знал, где хранятся деньги, а сегодня все проблемы Хлопковых исчерпаны. Возникает естественный вопрос… – Голубев сделал паузу.

– Да, вопрос возникает, – по-прежнему задумчиво сказал Эрик.

– Где Хлопковы взяли деньги? – предположила Мариша.

– Нет, у меня возник другой вопрос…

– Как другой? – опешил Голубев. – Разве может в этой ситуации возникнуть другой вопрос?

– Может, Алексей, может.

– И какой же?

– Почему проблема Хлопковым была решена только сегодня?

– Не вижу связи.

– Ну, как же… Если Хлопков убил Зеленского, чтобы завладеть деньгами, то его проблема должна была решиться вчера, а не сегодня. Почему он ждал целые сутки? Для него даже час промедления мог быть критическим.

Голубев захлопал глазами.

– А может, он не хотел, чтобы его подозревали? – наконец сказал Голубев. – Все-таки было бы очень подозрительно, если бы он вернул деньги в банк сразу. Только вчера у него были проблемы, а сегодня уже все в порядке. Согласитесь, что это выглядело бы подозрительно?

– Не соглашусь. Не забывай, что об их проблемах никто не знал. И не узнал бы, если бы не твой человек. Так что в их интересах было бы побыстрее вернуть деньги в банк! И не ждать целые сутки!

Голубев открыл было рот, но передумал и ничего не сказал.

– Но откуда тогда Хлопковы взяли деньги? – наконец выдавил он.

– А это уже другой вопрос!

– И все-таки я вижу здесь прямую связь. Вчера у банка были проблемы и Хлопков понятия не имел, где найти инвестора, а сегодня у них все прекрасно и банк снова работает, как прежде. Разве не логично, что они убили Зеленского, забрали у него деньги, а потом положили в банк?

– Если так рассуждать, значит, нужно признать, что и Артемьева они убили. Ведь мы увязали между собой эти два убийства, не так ли?

– Увязали, – нехотя кивнул Голубев. – Хотя, может быть, здесь есть что-то такое, что мы проглядели.

– Кстати, результаты экспертизы готовы? Взрыв был неслучаен? А то мы с тобой предполагаем, увязываем, а Артемьев, может, и в самом деле погиб абсолютно случайно! Я готов допустить некое совпадение.

– Неслучаен, – снова кивнул Голубев. – Эксперты практически признали это. Видимо, что-то произошло с вентилем газового баллона…

– Так я и думал… – Эрик задумчиво уставился в окно.

– Опять «так и думал», – шепотом передразнил его Голубев.

Мариша обернулась и с любопытством посмотрела на следователя.

– Что смотришь? – с горечью поинтересовался он. – Та же самая история! В прошлый раз Эрик «так и думал», но ничего не говорил. И сейчас то же самое. Почему бы ему раньше не сказать, о чем он думает, а?

– Методы у него такие! – серьезно ответила Мариша и отвернулась, чтобы не рассмеяться.

Ей было жаль Голубева. Тот всегда смотрелся очень бледненько на фоне Эрика. А когда начинал обижаться, то выглядел мальчишкой-подростком, которого взрослые учат, как себя вести, а он сопротивляется изо всех сил, пытаясь показать, какой он уже взрослый. Ну как над таким не посмеяться! Правда, если она сейчас себе это позволит, то Голубев обидится еще и на нее. И каковы будут последствия – неизвестно. Вдруг он запретит ей участвовать в расследовании?

– Не дуйся, – шепнула она ему. – Ты же знаешь Эрика. Он сам себе на уме. Даже я не знаю о его мыслях и планах.

– Что значит «даже я»? Тебе вообще об этом не положено знать! Ты с нами ездишь только в порядке исключения! Или у вас какие-то особые отношения? – насторожился Голубев.

Мариша прикусила язык. И в самом деле, что значит «даже я»? Кто она ему? Просто подруга! Он ей ничем не обязан и в свои дела не посвящает. Она и не должна ничего знать!

Около ворот артемьевского дома их ждал сюрприз – в виде семейства Зотовых в полном составе.

– Кто их сюда приглашал? – поинтересовался Голубев, с тоской поглядывая в окно.

– Не я! – покачал головой Эрик, и мужчины дружно посмотрели на Маришу.

– Что вы на меня смотрите, я даже не разговаривала с ними!

– Настя… – протянул Эрик. – Кроме нее, больше некому.

– А я-то радовался, что они меня не допекают! – с горечью произнес следователь. – Конечно! Зачем им разговаривать со мной и получать от ворот поворот, когда есть более легкий вариант!