Читать книгу "Дворецкий слишком много знал"

– Слушайте его больше! – фыркнул Краснов. – Я же говорил, что он любит выпить.

– А вдруг он выслеживал ночного посетителя? – вмешался Голубев. – А теперь отсыпается после бессонной ночи.

Краснов скроил кислую мину.

– Маришка, сбегай посмотри, чем он занимается, – попросил девушку Голубев, – опросим его и поедем по домам.

Мариша кивнула и стала пробираться к домику дворецкого. Вокруг были лужи и грязь, и девушке пришлось немало попотеть, прежде чем она добралась до другого конца участка. Конечно, можно было бы пойти напролом и вывозиться в грязи, но ей было очень жаль новые кроссовки, купленные буквально на прошлой неделе.

Она взошла на крыльцо, потопала ногами о пол и негромко постучала в дверь. «Если хозяин не спит, – подумала она, – то непременно откликнется».

Однако ответом ей была тишина. Она постучала громче и прислушалась.

– Может, он глуховат? – спросила у себя Мариша и снова постучала.

От сильного стука дверь немного приоткрылась.

– Эй, господин Зеленский! – позвала она, просовывая голову в проем. – Вы здесь?

В домике по-прежнему было тихо. Мариша огляделась. Как и рассказывал Краснов, вокруг царил ужасающий беспорядок. Одежда была кучей навалена на диван, стоящий около входа. На столике – груда грязной посуды. На полу вперемежку с обувью валялись газеты и журналы. Здесь же стояла оконная рама с треснутым стеклом и сломанный стул.

– Жуть! – пробормотала Мариша и заткнула нос. – Еще и воняет чем-то! Как можно жить в таком бардаке! Господин Зеленский! – снова позвала она. – Вас хочет видеть следователь!

«А может, его и нет? – подумала она несколько секунд спустя. – Может, он ушел в магазин, а мы тут его ждем! Да, наверное, так и есть! Я сейчас только загляну в комнату, чтобы убедиться в этом, и пойду назад».

Мариша, перешагивая через груды разных вещей, осторожно направилась вперед. Прихожая, в которой она находилась, заканчивалась небольшим коридорчиком с единственной дверью. Девушка преодолела пару метров за несколько секунд и еще раз постучала. На этот раз в дверь комнаты. Убедившись, что ей никто не отвечает, Мариша толкнула дверь.

В следующее мгновение она почувствовала, как ноги прирастают к полу, язык во рту отказывается шевелиться, а ладони покрываются холодным потом. Марише захотелось убежать из этого места, но она не могла даже двинуться! Следующие мгновения показались ей вечностью. Она пыталась заставить себя двигаться, но безуспешно. А когда ей наконец это удалось, Мариша развернулась и что было духу побежала назад, туда, где были люди.

Девушка бежала по грязи, падала, поднималась и снова падала, спотыкаясь о кочки. Она не видела ни буераков, ни ям, глаза ей застилала пелена ужаса.

Первым ее заметил Голубев и настороженно следил за ее вывертами.

– Что случилось? – заорал он, когда Мариша буквально упала к его ногам.

– Там, там… – задыхаясь, начала она.

– Что?

– Там…

– Ну, говори скорее!

– Там Зеленский! – Мариша ловила ртом воздух, пытаясь отдышаться.

Вокруг нее уже столпились все, кто был на участке.

– Что с ним? Ему плохо?

– Да, очень плохо! – кивнула она, по-прежнему шумно дыша.

– Да говори же скорее!

Эрик махнул рукой и, не дожидаясь Маришиного ответа, помчался к домику.

– Он мертв! – наконец смогла ответить она и вцепилась в Маргаритину руку.

– Ты уверена? – испуганно спросила девушка.

– Да!

– А отчего он умер? Сердце?

Мариша покачала головой.

– Не знаю, но там все в крови.

– В крови?! – Маргарита зажала рукой рот. – Но почему? Его убили?

– Не знаю, – тупо повторила Мариша и опустила голову.

Она вспоминала, как год назад нашла Николая с простреленной головой. Такого страха, как в прошлый раз, она не испытывала никогда. Ей казалось, что не может быть ничего ужаснее того, что с ней тогда произошло. Марише долго снился сон, что она заходит на кухню, а там он – безжизненный, с дыркой в голове. Но оказывается, могло быть хуже. Например, пять минут назад.

Мариша закрыла глаза и сразу увидела картину, представшую перед ней совсем недавно. Грязная захламленная комната. На полу валяются какие-то тряпки, под столом несколькими стопками громоздятся книги. Посреди комнаты лежит большая железная лейка, а на столе красуются два начищенных кирзовых сапога. Чуть дальше, на диване под окном, лежит застывшее тело дворецкого. Его руки безжизненно свисают, а вокруг много-много крови… Ей казалось, что эта кровь везде – и на стекле, и на стенах, и на полу… Много-много крови… Ей чудилось, что вся ее одежда тоже забрызгана кровью!

Мариша опустила глаза и осмотрела кроссовки. Они были покрыты толстым слоем грязи. То же самое можно было сказать и об одежде. И джинсы, и куртка выглядели так, словно она проползла по вонючей жиже пару километров.

– Ну почему это случается именно со мной?! – всхлипнула она. – Почему с Настей не бывает таких казусов?! А потому что она не лезет не в свое дело, – тут же прозвучал ее внутренний голос. – Тебе говорили, что не нужно заниматься расследованиями. А ты все лезешь и лезешь…

Мариша всхлипнула еще раз и кое-как поднялась с земли.

– И как я теперь поеду домой? – растерянно спросила она непонятно у кого.

Народ уже переместился к месту происшествия. Маргоша стояла около домика дворецкого, не решаясь туда войти. Через несколько секунд на пороге появились Ольга и Краснов. Очевидно, их попросили выйти. Или они сами приняли такое решение… Находиться на месте убийства и подготовленному человеку невероятно страшно, а простому обывателю и подавно! Мариша пригляделась. Ольга была бледна, хотя на цвет лица никогда не жаловалась. А Краснов растерян и подавлен. Да, это зрелище не для слабонервных!

Мариша огляделась по сторонам. Где же Курицын? Он оказался там же, где и был до этого. Сидел на груде кирпичей и, казалось, ничем не интересовался, кроме окружающей его природы.

«Трус! – с презрением подумала она. – Я не могу осуждать Марго, она девушка. Но Ольга и то сходила в домик, наверное, опознавала труп. А Курицын боится и шаг сделать. Правду сказала Ольга, перевелись в наш век настоящие мужчины!»

Следом за Красновым на крыльцо вышли Голубев и Эрик. Они были невероятно серьезны и тихонько переговаривались. Голубев вынул телефон и принялся куда-то звонить.

– Наверное, своим! – решила Мариша и побрела искать место, где бы можно было присесть. В нескольких метрах от забора она обнаружила пенек и с облегчением упала на него. Руки и ноги двигались с трудом. Сначала Мариша подумала, что это от пережитого шока, но затем поняла, что грязь начала засыхать и скоро она совсем не сможет разогнуть свои конечности.

– Какая странная грязь! – пробормотала Мариша. – Как будто не грязь, а глина… Хотя глина и есть! – добавила она, присмотревшись повнимательнее. – Ржавого цвета, вязкая, совсем как рассказывали на уроке географии. Марише вдруг вспомнилась школьная учительница, которая любила выводить весь класс на природу и наглядно показывать им рельефы местности и все остальное.

– Мариша, девочка моя! – послышался голос Эрика.

Она подняла глаза.

– На кого ты похожа? Просто чудовище какое-то! Ты себя в зеркало видела?

– Пока нет, но примерно представляю себе, как я выгляжу, – проворчала она.

– Как домой-то добираться будешь?

– В каком смысле? – нахмурилась она.

– В самом прямом! Я тебя в машину не посажу, жаль обивку. Да и ни одно такси тебя не возьмет!

– Я тебе не посажу! – воскликнула она и показала сыщику кулак. – А если совесть все-таки позволит тебе так поступить с бедной измученной девушкой, пойдешь ночевать в гостиницу. Для предателей у нас места нет!

– Фу! – выдохнул он. – Значит, оклемалась! Все в порядке?

– Ах ты! Издеваешься, да?

– Не издеваюсь, а провожу тесты на крепость нервов.

– Ну и как?

– Тесты показали, что все в порядке. Только в машину все равно не посажу! – добавил Эрик и усмехнулся.

– Я в багажнике доеду, – буркнула она. – А будешь сопротивляться – обрежу усы!

– «А не будут брать – отключим газ!» – ответил Эрик фразой из известного фильма. – Значит, так! Сейчас я отвезу тебя домой, ты переоденешься, примешь душ, а потом мы все вместе приедем и поговорим об этом деле. Договорились?

– А мне нельзя остаться с вами? – робко поинтересовалась Мариша.

– Вы только посмотрите на нее! – возмутился Эрик. – Вся грязная, чумазая, с потрепанными нервами, а все туда же! Нет, моя дорогая! Сейчас домой, а позже встретимся и все обговорим.

– Ладно! – проворчала девушка. – Но это только потому, что мне нужно сменить одежду. В противном случае я бы ни за что не уехала!

– Кто бы сомневался! – И Эрик быстрыми шагами направился к машине.

Мариша поплелась за ним. Он открыл багажник, вытащил покрывало и бросил его на заднее сиденье.

– Садись, да смотри аккуратнее. Бежевую кожу не так просто отмыть.

– А что это за покрывало? – полюбопытствовала Мариша.

– Это из набора для пикника.

– А ты ездишь на пикники?

– А как же!

– И с кем?

– С женщинами, конечно! А ты думала с кем?

– С женщинами? – Мариша растерялась.

– Ну, не с мужчинами же! Я на ориентацию не жалуюсь!

Девушка замолчала и надулась. Вот, значит, как! Сам говорит, что ни с кем не состоит в серьезных отношениях, а сам ездит на пикники! И, видимо, часто, раз покрывало всегда лежит у него в багажнике. Предатель! Ее и близко к себе не подпускает, а какую-то кралю вывозит отдыхать!

– Ты что, обиделась? – весело поинтересовался Эрик.

– Нет, – буркнула она.

– Да я же пошутил! Это покрывало всегда лежит в моем багажнике. Мало ли как ситуация повернется. Например, придется подвезти кого-нибудь, такого же грязного, как ты сейчас. У меня еще много чего есть. Набор джентльмена, сухой паек, комплект одежды…

– У тебя шуточки…

– Должен же я тебя как-то подбадривать, чтобы ты отошла после увиденного.

– Хороший же ты выбрал способ!

– Так клин клином вышибают! Слышала такую пословицу?

– А что такое джентльменский набор? – проигнорировав последнее замечание, спросила Мариша.

– О! Это очень интересный набор. Бутылка виски, шампанское, шоколад!

– А это еще зачем?

– А вдруг повезет и придется подвезти симпатичную девушку… Да шучу, шучу, – рассмеялся Эрик, заметив вытянувшееся лицо Мариши. – Никак не привыкнешь к моим шуткам?

– По тебе не поймешь, шутишь ты или говоришь серьезно!

– Шу-чу! Поняла? Кроме тебя у меня нет никаких других женщин. И девушек тоже!

– Значит, никого нет! – хмуро констатировала Мариша.

– А себя ты не считаешь?

– В том смысле, который я вкладываю в словосочетание «есть женщина», не считаю.

– Ну и зря! А вдруг у нас что-нибудь получится!

– Ты серьезно? – недоверчиво посмотрела на него Мариша.

Эрик аж закудахтал от смеха.

– Опять шутишь! – с горечью произнесла она.

– Смотри-ка! А ты начала во мне разбираться! Глядишь, и узнаешь меня всего, от и до. Что я тогда с тобой буду делать?

Мариша поджала губы и отвернулась к окну. Ей не хотелось разговаривать с Эриком. Он все время пытается над ней посмеяться. И что за мужик такой! Интересно, он только с ней такой или вообще? Если со всеми, то становится понятным, почему еще ни одна девушка его не закабалила. Кому понравится, когда над ней все время потешаются?

– Эй! Не дуйся. Я не хотел тебя обидеть! – серьезным тоном произнес Эрик. – Я и в самом деле хочу только одного – чтобы у тебя не случилась шоковая реакция. Так часто бывает после потрясения. Сначала человек ничего не ощущает, а потом испытывает на себе все прелести перенесенного удара.

– Я уже и не знаю, что для меня больший удар – это убийство или твои вечные шуточки!

– С тобой точно все в порядке?

– Точно.

– Хорошо. Мы приехали. Выходи и постарайся не напугать Настю. Ждите нас часа через три-четыре.

– Как скажешь! – вздохнула Мариша и пошла звонить в дверь.

Глава 12

– Батюшки мои! – всплеснула руками Настя. – На кого ты похожа?

– Настя, только не начинай! – скривилась Мариша. – Сначала Эрик издевался, а теперь ты…

– Разве я издеваюсь? Мне просто хочется знать, что произошло.

– Я упала в грязь…

– Что, ни с того ни с сего?

– А… – Мариша махнула рукой. – Мне даже говорить не хочется…

– Что стряслось? – не отставала подруга, поднимаясь следом за Маришей на третий этаж. – Рассказывай, все равно ведь не отстану!

– Кто бы сомневался!

Мариша вошла в комнату, прошла в ванную и принялась осторожно стаскивать с себя одежду.

– Вот что теперь с ней делать? – уныло спросила она, разглядывая испорченные брюки.

– Выкинуть! Что же еще?

– Но они совсем новые!

– Ерунда, купишь еще. Будут абсолютно новые.

– Ладно. В машинке их все равно нельзя стирать?

– С ума сошла! Здесь же сплошная глина! А у меня машинка дорогущая! Да дело даже и не в этом… Она встроенная, и если сломается, придется половину шкафа разбирать.

– Хорошо, выкидывай! Только чтобы я не видела. У меня сердце кровью обливается, когда я что-то выбрасываю.

– Так нельзя! – упрекнула ее Настя. – К вещам привязываться грех. Слышала древнюю мудрость? «Что к себе привязываем, тем себя и связываем».

– А в этом что-то есть… – задумчиво протянула Мариша, включая душ и вставая под горячую струю.

– Конечно, есть! – подхватила Настя. – Древние люди – очень умные! Особенно философы. Условия для жизни у них были не ахти, поэтому на ум приходили разные мудрые вещи.

– Ты считаешь, что бедным живется проще?

– В каком-то смысле – да! Конечно, им сложнее выживать, зато почти нечего терять!

– Интересная мысль!

– В общем, суть моей речи – не привязывайся к вещам, – не стала развивать свою теорию Настя. – Завтра поедем и купим тебе новые джинсы!

– Слушаюсь, товарищ командир!

– Вот так! Такой ты мне больше нравишься! А теперь рассказывай, что у вас там произошло.

Мариша вышла из душа, завернувшись в большое махровое полотенце, и забралась на кровать.

– А что рассказывать-то? – пожала она плечами. – Зеленского убили!

– Кого?

– Дворецкого, того самого, который жил вместе с Артемьевым.

– Ничего себе!

– А я его нашла! Правда, мне везет на такие находки?

– Мариша… Бедняжка моя! Ты сильно перепугалась?

– Посмотри еще раз на мою одежду, и все будет понятно.

– Я все-таки не пойму, почему она у тебя такая грязная.

– Почему, почему… Я вошла в его домик, заглянула в комнату, а он там лежит. На диване, в крови. Сначала я не могла ни дохнуть, ни пошевелиться, а потом как побегу! А нужно сказать, что участок у Артемьева весь в ямах и кочках. Кругом одна грязь и жижа. Так вот, я бежала, не понимая, куда вообще бегу. Сколько раз упала по дороге – не помню. Очнулась только тогда, когда Эрик понесся к домику.

– Так это что получается… – медленно заговорила Настя, – Артемьев погиб не случайно?

– Видимо, так. Скорее всего, взрыв кто-то подстроил, а Зеленский об этом знал.

– Страшно-то как! Но кто мог это сделать?

– Есть одна идея…

– Какая?

– Только ты никому пока не говори.

– Клянусь!

– Вчера дворецкий приходил к Голубеву. Вернее, приходил-то он к Эрику, но в кабинет Голубева, и поведал интересные вещи…

– Ну, рассказывай, не томи!

– Якобы Артемьев подозревал, что его хотят убить, и даже поручил Зеленскому в случае его смерти разыскать Эрика и попросить его найти убийцу.

– Что-то такое я вчера слышала, – кивнула Настя.

– Я считаю, что речь идет о ком-то близком. Поэтому Артемьев и не хотел огласки, – сообщила Мариша.

– Интересная идея, – протянула подруга. – Я бы поставила на партнера по бизнесу. Все-таки общие дела и все прочее.

– Ты считаешь, что Сергей Александрович к этому причастен? – предположила Мариша.

– Антошин папа? – удивилась Настя. – Нет, конечно, я не его имела в виду.

– А кого же?

– Ну, не знаю. Наверняка Артемьев еще с кем-то общался. – Она немного подумала. – Или, например, Зотовы.

– Их тоже можно рассмотреть, – согласилась Мариша. – Правда, они искренне удивились и расстроились, узнав, что денег нет.

– Да, особенно переживает Ольга.

– А Курицын вообще никак не реагирует.

– Ладно, хватит об этом, – решительно заявила Настя. – У меня от этих разговоров уже голова разболелась. Пошли пить чай.

Через три часа джип Эрика резко затормозил перед домом Хлопковых. Из него высыпал все тот же состав, только в более мрачном, чем утром, настроении. Следом за ними подъехала еще одна машина, на этот раз полицейская. К компании присоединились еще два человека.

Мариша, дежурившая у окошка, поспешила открыть дверь. Вся компания дружно прошествовала в дом. Настя, выглянувшая в гостиную, скривилась, но тут же взяла себя в руки. Она недолюбливала Голубева и тем более не обрадовалась паре полицейских, но как гостеприимная хозяйка была вынуждена смириться с ситуацией. Конечно, ей не очень нравилось, что из ее дома устроили штаб, но ради Мариши была готова потерпеть. Подруге так нравилось все это расследование. И особенно то, что оно происходило рука об руку с Эриком.

– Раз, два, три… – начала считать она гостей.

Всего получилось десять человек. Они с Маришей уже пообедали, значит, осталось накормить восемь голодных ртов.

– Садитесь, – крикнула она. – Сначала пообедаем.

– Что-то у меня нет настроения, – вздохнула Маргарита.

– Не хочешь – не надо, – пожала плечами Настя. – Насиловать никого не буду.

– Пожалуй, не хочу! – И Марго опустилась на диван.

– Значит, семеро! – подытожила хозяйка. – Или кто-то еще хочет отказаться?

Все остальные переглянулись друг с другом, но отказываться никто не спешил.

– Хорошо! Мойте руки, а я пока накрою стол.

– Господа, – заговорил Эрик минут через двадцать, когда все было съедено, а на столе наведен порядок. – Мы с вами собрались здесь, чтобы обсудить детали сегодняшнего дела. По идее, мы были бы должны собраться в кабинете у Голубева, но там маловато места для всех. Да и разговаривать в домашней обстановке гораздо удобнее. Кстати, давайте поблагодарим хозяйку этого дома за предоставленные удобства!

И он низко поклонился Насте. Она против своей воли широко улыбнулась и тут же перестала дуться на Эрика и всю остальную компанию.

– Итак! Прошлой ночью был убит Зеленский Андрей Юрьевич. Или дворецкий, как он себя называл. Случайным убийством здесь, естественно, не пахнет. На участок не так просто попасть. Но и не очень сложно, как оказалось. В конце поселка есть небольшие ворота, которыми пользуются местные жители, чтобы попасть на озеро. О них знают только те, кто живет непосредственно на этой линии. Собственно, по их инициативе эти ворота и были сделаны. Дело в том, что если идти к озеру от центрального входа, то нужно делать большой крюк, почти в целый километр. А это неудобно. Зато если выйти из этих ворот, то попадаешь сразу на тропинку, которая ведет напрямую к озеру. Я пока ясно объясняю? – И Эрик оглядел аудиторию.

Ответом ему были активные кивки.

– Тогда продолжим. Поселок молодой, и видеокамеры установлены пока не везде. Около этих ворот их нет. Но еще раз повторю, что, по сути, они там и не нужны. С улицы войти в ворота невозможно, если нет ключа. А замок довольно хитрый. Поэтому прошлой ночью войти в ворота мог только тот, у кого был ключ. Это понятно?

– А через забор нельзя перелезть? – подала голос Мариша.

– Попробуй перелезь! Три метра высоты и колючая проволока по всему периметру. Нет, забор отпадает. Охрана тоже говорит, что никого из посторонних они не зафиксировали. В ту ночь после грозы никто в поселок не приезжал.

– И что это значит? – поинтересовалась Ольга, до этого внимательно слушавшая Эрика.

– Это значит, что на территории участка вашего дяди мог быть только свой. Понятно?

– И вы считаете, что дядя тоже погиб не случайно?

– Да. Для этого у нас есть некоторые основания, – влез Голубев.

– Но ведь экспертиза подтвердила, что взорвался газ!

– Мы еще раз все перепроверим.

– Простите, а что вас заставляет думать, что дядю убили? – осторожно поинтересовалась Ольга.

– Некоторые вновь вскрывшиеся факты.

– А вы не могли бы нам сказать об этом конкретнее?

– Пока нет. Но обязательно расскажу немного позже.

Ольга открыла было рот, посмотрела на сестру, на Краснова и снова закрыла.

– И все же что за факты? – решил уточнить Краснов. – Это как-то связано с Зеленским?

– Несомненно. А как могло быть иначе? Сначала взрыв, потом убийство…

– Не знаю, не знаю… Я вообще не доверяю Зеленскому. Может, это он ответственен за взрыв? Все-таки рядом живет. Что ему мешало подстроить все это?

– Вы забываете, что его самого убили! А значит, он не имеет отношения к взрыву.

– Да, я как-то упустил это из виду. А может, ему кто-то отомстил за смерть Артемьева?

– Кто? Может, вы?

– Нет, мы даже не знали, что этот взрыв не случаен.

– Тогда не говорите глупостей, – не выдержал Голубев.

– Я пытаюсь вам помочь, а вы… – обиделся Краснов.

– Не будем отвлекаться, – постучал пальцами по столу Эрик. – Вы, Евгений, бывали в доме дворецкого?

– Да, заходил несколько раз.

– Тогда давайте сравним нашу информацию. Вспоминайте все, что было в доме Зеленского. Может, что-то пропало.

– А что могло пропасть? Разве у него были ценные вещи?

– Вполне вероятно. Наша задача – уяснить для себя мотив убийства. Сначала отбросим версию ограбления.

– Да что у него красть-то! – воскликнула Ольга. – У Зеленского же и гроша за душой не было! Дядя его полностью содержал!

– Тем не менее, чтобы отбросить эту версию, нам необходимо убедиться, что ничего не пропало.

Ольга недовольно пнула ножку стола, а Краснов принялся разглядывать потолок, желая всем своим видом показать, что все это ему порядком уже надоело. Курицын откровенно зевал и вообще закрыл глаза, очевидно, надеясь, что ему удастся немного вздремнуть. А вот Маргарита подвинулась поближе, чтобы ничего не пропустить. Видимо, ей одной было небезразлично все, что происходило вокруг ее дяди.

– Эрик, – шепнула Мариша, дернув его за рукав. – Мне тоже версия с ограблением кажется странной. У Зеленского действительно ничего не было!

– Ты забыла про деньги, – невозмутимо ответил тот.

– Какие деньги?

– Где чемодан с миллиардом долларов? – вопросом на вопрос ответил сыщик.

– Не знаю, – растерялась девушка.

– Вот и я не знаю. А очень хотелось бы узнать!

– Ты думаешь, он был у Зеленского?

– Это единственный возможный вариант. В доме денег точно не было. Закапывать их Артемьев тоже бы не стал. Остается только одно – отдать их надежному человеку. Зеленский ведь намекнул на это, когда приходил к нам.

– Верно. А я и забыла!

– То-то! А еще хочешь стать сыщиком!

Он обвел присутствующих взглядом и снова заговорил:

– Давайте я еще раз напомню о том, что мы увидели, а вы подумаете, что вас царапнуло.

– Царапнуло? – нахмурилась Ольга.

– Да. Царапнуло, задело. Может, вы считали, что эта вещь должна быть на шкафу, а она оказалась под столом. Примерно так. Понятно?

– Понятно.

– Итак, мы нашли Зеленского на диване около окна. С большой долей уверенности могу сказать, что тело не трогали. А значит, его убили там же.

– Почему вы так решили? – заинтересовалась Марго.

– Если бы тело переносили, остались бы следы. Если вы заметили, крови было очень много. Но никаких следов волочения или того, что тело передвигали, нет. Иначе мы бы обнаружили следы крови и в других местах. В руке у Зеленского был нож. Он тоже в крови, и мы пока не знаем, успел ли дворецкий воспользоваться ножом или нет. Мы нашли несколько четких отпечатков пальцев и следы от сапог. Причем один из них – в луже крови. И последнее. Окно в домике было открыто. Видимо, Зеленский предпочитал спать с обилием свежего воздуха. Но и он сам, и все вещи вокруг были насквозь сырые от дождя. А это значит только одно… – Эрик сделал паузу.

– Что? – шепотом спросила Маргарита.

– Зеленский был убит до того, как начался дождь. Иначе он успел бы закрыть окно. – Сыщик замолчал и оглядел присутствующих. В комнате стояла полнейшая тишина.

– А теперь я прошу всех рассказать о том, что могло бы помочь следствию. Вы были на месте преступления и наверняка заметили то, что могло вас насторожить. Я прошу вас.

– Можно мне сказать? – подняла руку Маргарита.

– Пожалуйста.

– Я никогда не была в том домике. И понятия не имею, что там находилось. А вчера вечером я рано легла спать. Оля с Евгением подбросили меня до дома, я выпила чаю и буквально рухнула в кровать.

– А ваш молодой человек? Он бывал в домике?

– Нет, господин сыщик, – подал голос Курицын. – Я и в большом-то доме был всего один раз.

«Надо же, а он умеет говорить!» – заметила про себя Мариша и хихикнула.

– Значит, вы ни разу не были у Зеленского? – уточнил Эрик.

– Ни разу.

– Жаль, вы тоже не сможете нам помочь…

– Кстати, как и я! – заметила Ольга. – Мне тоже не приходилось бывать в этом домике.

– В общем, повезло одному мне! – усмехнулся Краснов.

– Получается, что так. У него всегда был такой бардак? Или там что-то искали?

– Всегда! Я еще вчера об этом говорил. Именно поэтому он и не жил в большом доме. Артемьев ненавидел беспорядок.

– Значит, проверить версию с ограблением будет очень непросто… – задумчиво произнес Эрик. – Свидетелей того, что могло находиться в его доме и где это лежало, нет.

– Получается так, – развел руками Краснов.

– А я вообще не верю, что дядю убили, – вдруг сказала Маргарита. – По-моему, эти два дела никак не связаны между собой. Баллоны могли взорваться самостоятельно. Тот же Зеленский не проверил вовремя их состояние, вот вам и взрыв. А самого Зеленского мог убить кто угодно. Например, поссорился с соседями, они и треснули его по голове.

– Маловероятно, – покачал головой Голубев. – Очень сомнительно, что Зеленский общался с кем-то из соседей. Там люди занятые, деловые, с простым работягой якшаться не будут.

– Все равно нужно поспрашивать соседей. Вдруг кто-то что-то видел.

– Поспрашиваем, не волнуйтесь.

– Господин следователь, а можно мы уже пойдем? – робко спросила Марго. – Если я сейчас же не рухну в кровать, то упаду прямо здесь.

– Я думаю, нам уже можно заканчивать наше собрание, – ответил Эрик. – Я только попрошу вас сообщить, где вы были в период с двадцати ноль-ноль до начала одиннадцатого.

– А почему именно этот промежуток? – поинтересовался Курицын.

– Все просто. От врача еще нет никаких сведений. Точное время смерти неизвестно. Но предположительно, это период с шести часов вечера до полуночи. В восемь вечера вы еще были у нас. А дождь пошел в двадцать два пятнадцать. Зеленский был убит до дождя, значит, именно этот период нас и интересует.

– Я была дома, спала, – тут же отозвалась Маргарита. – Я вам уже об этом говорила.

– Кто-то может это подтвердить?

– Нет. Я была одна. Или вы считаете, что я могла убить дворецкого? – В глазах Марго появился неподдельный ужас.

– Мы не отвергаем такую версию, – невозмутимо ответил Эрик.

– Да вы что! Вы серьезно считаете, что я могла прийти к Зеленскому и стукнуть его палкой?

– Почему бы и нет? Смотря зачем вам это было нужно.

– Ну, знаете ли! – задохнулась от возмущения девушка. – По-моему, вы не думаете о том, что говорите!

– Почему же? Вполне обычная версия для такой ситуации.

– И зачем же мне было нужно убивать Зеленского? Ну-ка, озвучьте ваши домыслы.

– Ну, например, он мог что-то видеть… Или кого-то. А вы не захотели, чтобы он это озвучил.

– Бред! – на этот раз заговорил Курицын. – Только сумасшедший может заподозрить Маргариту.

– Почему же?

– Да она и мухи не обидит! Марго творит только добро! А вы говорите, убила…

– Заметьте, мы ни разу не обвинили Маргариту в этом убийстве. Мы просто рассматриваем возможности каждого из вас.

– А мне показалось по-другому.

– Это ваши проблемы, что вам кажется. Скажите лучше, где были вы!

– Я занимался картиной. До половины девятого я был в галерее, а потом пошел домой.

– Вы живете отдельно от Маргариты?

– Конечно, ведь мы еще не муж и жена!

– Сегодня это мало кого останавливает.

Курицын вздернул подбородок.

– Я воспитан иначе, чем современная молодежь. Чтобы жить с женщиной, нужно сначала отвести ее в ЗАГС.

– Какие у него классические взгляды на жизнь, – прошептала Мариша Насте.

– А ведь ему не больше двадцати пяти, – задумчиво протянула подруга.

– Интересно, а спать он с ней тоже будет только после ЗАГСа? – захихикала Мариша.

– Не удивлюсь, если это будет так. И что Марго в нем нашла?

– Любовь зла…

– Итак, где вы были с половины девятого до начала одиннадцатого? – повторил свой вопрос Эрик.

– Дома, конечно! Сначала я хотел вместе с Марго куда-нибудь сходить, но она позвонила и сказала, что очень устала и поедет домой. Я не стал настаивать.

– Кто-то может подтвердить, что вы были дома?

– К сожалению, никто. Я рисовал.

– Может, вам кто-то звонил?

Курицын помотал головой.

– Когда я занимаюсь творчеством, то отключаю все телефоны.

– Очень удобная отговорка, – прошептала Мариша.

– Значит, у вас тоже нет алиби!

– При чем здесь алиби? Вы лучше скажите, какой у меня мог быть мотив? Я ведь и не знал этого Зеленского. Так, видел один раз…

– А это уже другой вопрос! Если есть мотив, то мы его обязательно обнаружим. Говорят, вы не ладили с Артемьевым?

– А это здесь при чем? – удивился художник.

– Как при чем? Может быть, он вас оскорбил, а вы не смогли простить ему обиды.

– Детский сад какой-то! – фыркнул Курицын. – Один у другого отнял совок. При чем тогда Зеленский, если мы ссорились с Артемьевым?

– А я уже говорил об этом. Он мог что-то видеть.

– Это все ваши домыслы, и ничего конкретного!

– Подождите, дойдем и до конкретики.

– Когда дойдете, скажите нам об этом! – заявила Маргарита и решительно встала с дивана. – Я больше не намерена выслушивать эти глупости! Если нас никто здесь не держит, то мы пойдем.

– Пожалуйста! – кивнул Эрик. – Все, что мы хотели узнать, мы узнали.

– Пойдем, Володя! – позвала Курицына Маргарита и взяла его за руку. – Не провожайте нас, мы найдем выход! – добавила она и, не оглядываясь, направилась к двери.

– Вы тоже свободны, – кивнул Голубев двоим полицейским. – Пожалуй, сегодня вы уже не понадобитесь.

– А как же мы? – шутливо разволновался Краснов. – Вы забыли спросить у нас, где мы были! А вдруг именно мы огрели старика палкой!

– Женя! – прикрикнула Ольга и сердито посмотрела на жениха. – Сейчас не время для шуток!

– Так где же вы были? – спросил Голубев. – Хотя я и так знаю ответ. После посиделок у Хлопковых вы поехали в клуб. Сначала завезли домой Маргариту, а потом отправились выяснять, не видел ли кто-нибудь что-то подозрительное в день смерти вашего дяди. Так?

– Так. А у вас хорошая память! По-моему, я обронил это мимоходом, а вы запомнили!

– Да, на память я не жалуюсь, – подтвердил Голубев. – Иначе какой бы из меня был работник! Кстати, во сколько вы уехали из клуба?

– В начале двенадцатого.

– Проверим.

– Что, не верите нам?

– Я никому не верю, пока не доказано обратное!

– Правильная позиция! – одобрил Краснов. – Я считаю так же. Кстати, могу подсказать версию для убийства Зеленского.

– Да? Очень интересно. А почему вы молчали раньше?

– А я только что об этом вспомнил.