Читать книгу "Где умирают сновидения?"

– Что вас насторожило?

– Автомобиль ехал медленно, а когда я оборачивалась, он останавливался.

– Номера разглядеть удалось?

– Нет, машина не приближалась на близкое расстояние.

– Почему же вы решили, что это по вашу душу?

– Так на улицах в это время уже пусто. Иногда я вообще брожу в одиночестве. Не считая Феликса, конечно.

– И не боитесь?

– А чего бояться? – женщина пожала плечами. – У нас район тихий.

– Но тем не менее автомобиль вас насторожил?

– Естественно! В свете последних событий меня настораживает даже собственная тень.

– Что за автомобиль, можете описать?

– Только в общем. Небольшой, черный или темно-серый. Больше ничего сказать не могу.

Мариша вздрогнула и хлопнула Эрика по плечу. Именно такой автомобиль видели возле дома Василия.

– У вас есть идеи, почему могли убить товарища Никиты? – поинтересовался сыщик, не обращая внимания на Маришу.

– Да вы что! – всплеснула руками Ангелина. – У меня это просто в голове не укладывается! Сплошной сумбур. Даже не верится, что все происходит наяву. О подобных происшествиях я раньше читала в газетах и считала, что это из ряда вон выходящие случаи, и уж со мной-то точно ничего такого не произойдет.

– У нас есть мысль, что Василий что-то увидел или подметил в день смерти Никиты. Как вы считаете, может такое быть?

– Увидел? – Ангелина задумалась. – Не знаю, не размышляла об этом.

– Так поразмышляйте!

– Если бы он что-то увидел, то наверняка сказал бы об этом. Вася не стал бы ничего скрывать. Они очень дружили с Никитой. Хотя… – она сделала паузу.

– Что – хотя?

– Возможно, что-то такое и было, – медленно проговорила женщина. – На следующий день после смерти Ника, когда вы собрали нас в кабинете, Вася был очень задумчивым. А на него это совсем не похоже.

– Мы считаем, что убийство совершил один из вас, – сообщил Эрик. – Отрицать это было бы глупо. Других возможностей просто не было. Вы с уверенностью говорите, что в половине шестого сейф еще не был подключен к электричеству, а после вашего ухода Никита погиб. Значит, манипуляции с сейфом произведены именно в этот промежуток времени. И Василий мог что-то видеть.

– Мне нечего на это сказать, – пожала она плечами. – Раз вы говорите, значит, так оно и есть. Вот только ума не приложу, кому это было нужно и что мог заметить Вася.

– Может, вы введете меня в курс дела, так сказать, с другой стороны? – вкрадчиво произнес сыщик.

– С какой другой? – удивилась Ангелина.

– Кому была выгодна Никитина смерть?

– Выгодна? – уставилась на него женщина. – Да что вы такое говорите! На его дне рождения собрались самые близкие ему люди!

– Однако это не отменяет наличия разногласий или недовольства. Ведь люди иногда ссорятся, выясняют отношения, таят друг на друга обиды.

– Это конечно, – согласилась Ангелина, – но ведь не все убивают друг друга.

– Вы любили Никиту? – тихо спросил сыщик.

– Я уже говорила об этом, – ответила женщина. – Ник был мне вместо сына.

– Тогда постарайтесь взглянуть на ваших товарищей объективно. С кем Никита ссорился, кто получал выгоду? В общем, все, что придет в голову. Это в ваших же интересах. Если, конечно, Никита был вам действительно дорог.

– Но я не знаю, о чем говорить, – растерялась она.

– Давайте начнем с вас. Вы унаследовали компанию. Кстати, она приносит хороший доход?

– Мы не жаловались, – сухо ответила Ангелина.

– Про Василия можете не говорить, он сам стал жертвой преступника. Так что у нас остаются только Савелий и Вика. Что они выигрывают от смерти Никиты?

Ангелина бросила на сыщика гневный взгляд и тяжело вздохнула.

– Вика сама готова в петлю залезть и отдать последнее, лишь бы Ник был рядом. Они очень любили друг друга!

– То есть Никита ей ничего не оставил?

– Вообще-то есть кое-что, – нехотя ответила женщина. – Викуся получит Никитину квартиру и машину.

– Вот как? – казалось, сыщик совсем не удивился этому известию. – И давно он распорядился своим имуществом?

– Около двух недель назад. После того, как его совсем замучили сны. Сходил к нотариусу и все оформил.

– Вика об этом знала?

– Да, он сообщил ей. Правда, Викуся тогда очень испугалась, говорила, что это плохая примета, но Ник сказал, что все уже решил и менять ничего не собирается.

– Вот видите! – повеселел Эрик. – А вы говорите, что не о чем рассказывать. В нашем списке остался Савелий.

– Савва? – Ангелина постучала пальцами по столу. – Если честно, то я всегда считала, что он недолюбливает Никиту. Эта дружба казалась мне односторонней.

– Что вы имеете в виду?

– Никита очень искренне относился к Савелию. Жалел его, говорил, что он очень одинокий и закрытый человек. А Савва… – она помолчала, – Савва этим пользовался и эксплуатировал Ника. Все время ныл и жаловался на жизнь. Никита пытался ему помочь, хотел устроить на работу, но тот все время отказывался, говорил, что выше этого. Однако машину на день рождения принял без разговоров.

– Значит, Савелий просто пользовался этой дружбой?

– Я считаю, так. Во всяком случае, рядом с Ником ему было некомфортно, это слишком явно бросалось в глаза. Никита был лучше во всем. Савва на его фоне казался гадким утенком. Кроме того, все девицы, с которыми худо-бедно знакомился Савелий, тут же перебегали к Нику. Я сто раз ему говорила – не води девушек в общую компанию, сам видишь, что из этого получается, но Савва каждый раз наступал на одни и те же грабли. Вы уже знаете, что Вика тоже перебежала от Савелия? – она посмотрела на сыщика. – Он тогда будто с ума сошел. Накинулся на Никитку с кулаками. А Ник-то в чем виноват? Девушки сами делают свой выбор.

Эрик медленно кивнул.

– Савелий ненавидел Никиту? – тихо спросила Мариша.

– Почему ненавидел? – вскинулась женщина. – Завидовал, расстраивался, если случались неприятные ситуации, но никак не испытывал к нему ненависти. Иначе они бы не дружили столько лет.

– Иногда люди испытывают друг к другу болезненную зависимость, ругают себя за эту слабость, но ничего поделать с этим не могут, – ответил Эрик. – Такая дружба своего рода наркотик. И бросить невозможно, и дружить тяжко.

– Вот и у них было что-то подобное, – кивнула Ангелина. – Правда, Никита дружил совершенно искренне. Он считал Савву за младшего брата. Отстаивал его, защищал, не обижался, когда тот говорил откровенные гадости.

– В общем, игра в одни ворота, – констатировал сыщик.

– Вовсе нет, – вскинулась Мариша. – Никита отбивал у него девушек. Как еще он должен был относиться к товарищу?

– Девушки… – ухмыльнулся сыщик. – Все основные неприятности всегда происходят из-за них. Ищите женщину, как говорится!

– Хотите посмотреть Никиткины фотографии? – вдруг предложила Ангелина. – Правда, у меня их не так много, – и, не дожидаясь ответа, посеменила в комнату.

Мариша повозилась на стуле. Ей уже не терпелось уйти отсюда. Женщина почему-то стала ей неприятна. А теперь еще придется листать никому не интересные снимки.

– Вот, – сказала та, возвращаясь и передавая сыщику тонкий альбом. – Иногда Никитина мама дарила мне его фотографии с утренников и выпускных, а потом и сам Ник стал преподносить мне снимки.

Эрик открыл альбом, Мариша пристроилась рядом. Фотографий и в самом деле было немного. Штук десять из детского сада и школы. На каждой из них Никита выступал в роли какого-нибудь сказочного героя. Мальчик оказался весьма привлекательный – вихрастый, с блестящими глазами и улыбчивым лицом.

Затем был довольно большой промежуток во времени, потому что следующая фотография отражала уже вполне взрослого парня с дипломом в руках.

– Это Ник закончил институт, – пояснила Ангелина, – здесь ему двадцать три. А тут он отмечает свое тридцатилетие. Кстати, вот я, – она ткнула пальцем в следующий снимок.

Мариша сфокусировала взгляд на фотографии. Никита выглядел вполне довольным жизнью. Он обнимал двух женщин, в одной из которых девушка сразу узнала Ангелину. Вторая, видимо, была матерью парня. Сразу бросались в глаза общие с Никитой черты – круглое лицо, блестящие глаза и широкий улыбчивый рот.

– А это мама Ника, – грустно сказала Ангелина. – Здесь она еще не болела. Кто бы мог подумать, что пройдет всего несколько лет и ее не будет в живых…

Эрик перелистнул последнюю страницу. Здесь картинка была иная – Никитина мама на фоне изумительной природы. Она обнимала вековой дуб, а позади нее мирно текла небольшая речушка. Мальчишки, видимо, местные, стояли практически посредине реки и удили рыбу. Мариша даже задохнулась от подобной красоты.

– Где это она? – поинтересовался сыщик у Ангелины.

– Не знаю. Никита снял на лето домик в деревне, и Ира провела там все лето.

– А мы уже видели похожее фото. Только на нем были запечатлены Никита и Василий.

Мариша выругала себя за невнимательность. Точно! Как она могла этого не заметить?

– Ник и Вася там и познакомились, – кивнула Ангелина. – В тот год Ирина как раз заболела. Ей поставили неутешительный диагноз и предупредили, что это может быть ее последнее лето. Тогда Никита собрал все деньги, которые у него имелись, и снял на все лето дом. Кстати, сам он тоже там жил, чтобы мама не скучала. Каждый день мотался в город. Иногда он не успевал вернуться, и тогда ему помогал Василий – он жил в соседнем доме. Носил воду, бегал в магазин.

Иногда дружба вспыхивает буквально ни с чего и длится всю оставшуюся жизнь. Вот и у Никиты с Васей так получилось. А теперь ни того, ни другого нет. Наверное, они были бы довольны, узнав, что и в смерти оказались рядом, – и женщина криво усмехнулась. – Простите, я несу какой-то бред. У меня в свете последних событий голова совсем не соображает.

– Тогда не будем больше вас задерживать, – решил откланяться Эрик. – Отдыхайте. И будьте осторожны. Не гуляйте в одиночестве.

– Вы думаете, что мне может что-то угрожать? – испугалась Ангелина.

– Все возможно. А если снова увидите ту машину, постарайтесь разглядеть ее получше. Но близко не подходите, хорошо?

– Хорошо, – кивнула она.

Глава 18

На улице снова пошел снег. Он падал пушистыми белыми хлопьями и наполнял все вокруг каким-то особым смыслом. Мариша застыла посреди улицы и подставила лицо снежинкам. Они опускались на ее щеки и тут же таяли, оставляя мокрые следы.

– Долго ты еще будешь мечтать? – прикрикнул на нее Эрик. – Поехали.

– Иду! – крикнула она и подбежала к машине.

Позади нее метнулась тень. Она оглянулась, но ничего подозрительного не заметила. Улица была пуста, если не считать темного автомобиля, припаркованного метрах в ста от нее.

Сыщик выехал на дорогу и не спеша покатил вперед. Мариша настороженно поглядывала в зеркало заднего вида и все время хмурилась.

– Что такое? – не выдержал сыщик.

– Видишь вон ту машину, – она мотнула головой.

– Вижу. А что с ней не так?

– Я готова поклясться, что она поджидала нас возле дома Ангелины. А теперь едет следом.

– Что ж, проверим, – кивнул сыщик и вдавил педаль газа.

Машина взревела и рванула с места. Мариша вжалась в сиденье. За несколько секунд они проехали пару сотен метров. Деревья быстро мелькали за окнами. Хорошо, что дорога была почти пуста, а автомобили, двигающиеся в попутном направлении, тут же перестраивались на первую полосу, узрев мчащийся внедорожник.

– А теперь поглядим, кто ты такой, – пробормотал Эрик, сделал невообразимый маневр и оказался у тротуара встречной полосы.

Он погасил фары и стал всматриваться в проезжающие навстречу машины. Примерно через минуту показались два автомобиля, которые не спеша ехали по дороге. Причем одно авто явно старалось держаться в тени своего «соседа». Мариша напрягла зрение.

– Сейчас мы его сделаем, – сообщил Эрик и включил ближний свет.

Однако автомобиль тут же вильнул в сторону, свернул на боковую дорогу и скрылся во дворах.

Сыщик включил сигнал поворота, но сразу пересечь дорогу ему не удалось, пришлось пропустить несколько автомобилей. А когда он наконец въехал в правый поворот, темной машины и след простыл. Эрик покрутился по дворам, но безрезультатно.

– Черт! – сквозь зубы произнес он и стукнул по рулю. – Ты разглядела его номер?

– Нет, – покачала головой Мариша. – Мне вообще показалось, что он был залеплен грязью.

– Похоже, это наш неведомый товарищ. Чего он хочет?

– Наверное, интересуется нашими передвижениями.

– А зачем? Если это человек из нашего круга, он и так знает обо всех наших шагах. А если нет, то кто это может быть?

Мариша пожала плечами.

– Ладно, двинули, – Эрик медленно поехал по дороге. – Рано или поздно мы об этом узнаем.

Возле дома прыгала высокая худощавая фигура. В свете фар она показалась Марише комичной и какой-то нереальной, но уже через несколько минут девушка признала Голубева.

– Где вы бродите? – проорал он, едва сыщик остановился около ворот. – Я уже замерз. Два часа здесь жду.

– А что случилось? – удивился Эрик. – Мы не договаривались о встрече.

– А разве друзья должны заранее созваниваться? – фальшиво удивился следователь. – Мне всегда казалось, что встречаться нужно по зову души.

– И твоя душа позвала тебя сюда? – усмехнулся сыщик. – Что ж, у нее хороший вкус.

– Нечего ржать, как сивый мерин, – отрезал Голубев, вперед всех забегая в дом. – Дружбой нужно гордиться, а не пренебрегать ею.

– Полностью с тобой согласен, – серьезно ответил сыщик, но в его усах промелькнула улыбка. – Что привело тебя в нашу скромную обитель?

– Скромную… – фыркнул тот. – Да по сравнению с моей хаткой у тебя просто дворец!

– Да уж! Мы хотя бы иногда убираемся, а у тебя форменный свинарник.

– Я не о том, – проворчал он.

– Так зачем приехал? – переспросил Эрик, сняв куртку и пройдя в гостиную.

– Вот, – сообщил следователь и театральным жестом бросил на стол газету.

– Очередная заметка о твоих подвигах? – лениво поинтересовался Эрик и развалился на диване.

– Нет, в этом выпуске протаскивают главврача местной больницы.

– А к тебе это как относится?

– Ко мне никак. А вот к нашему делу даже очень.

Глаза у следователя заблестели. Ему не терпелось поделиться новостями, а Эрик, похоже, вовсе не горел желанием его слушать. Мариша подняла газету и пробежалась глазами по заметке. Ничего особенного в материале она не обнаружила. Несколько жалоб от жителей района о некачественном обслуживании со стороны медицинского персонала и бездействии главного врача.

– Ерунда какая-то, – пожала она плечами и тут же исправилась: – То есть совсем не ерунда, но я не понимаю, что тебя могло здесь заинтересовать.

– Да ты на дату посмотри! – воскликнул Голубев.

– И что не так с датой?

– Не понимаешь?

– Нет.

– Мозгами нужно шевелить, а не просто носить их в черепной коробке.

Эрик громко фыркнул и протянул руку за газетой.

– Ну, что там?

Он бросил взгляд на дату и прикрыл глаза.

– Газета вышла на следующий день после смерти Никиты.

– Вот именно! – воскликнул Алексей.

– И на какие мысли тебя это навело?

– Очень простые мысли, – с едва сдерживаемым торжеством сообщил Голубев. – Писаки – народ творческий. А творческие люди всегда оставляют работу на потом.

– Сам придумал или подсказал кто? – ухмыльнулся сыщик.

– Все об этом знают. Просто некоторым людям иногда нужно смотреть телевизор, – сообщил следователь и со значением поглядел на Эрика. – В связи с этим очень велика вероятность того, что Калюжный сидел допоздна в своем офисе, сдавая выпуск. Чуешь, к чему я клоню?

– Чую, – усмехнулся тот. – Ты хочешь сказать, что у него была возможность пробраться в кабинет Савинова и прикрепить к его сейфу оголенный провод?

– Что-то типа того, – кивнул Голубев.

– Что ж, не будем сбрасывать сего господина со счетов.

– Ты серьезно? – вскинул брови следователь.

– Конечно, а что тебя смущает?

– Ну… ты же говорил, что войти в кабинет постороннему человеку было практически нереально.

– Говорил. И сейчас так же считаю. Но в нашем деле всегда следует иметь в виду случай. Может, Никита на минуту потерял сознание или заснул, а Калюжный тут как тут!

– Издеваешься? – с обидой произнес следователь.

– Издеваться над людьми нехорошо! – приложив руку к груди, заявил сыщик. – Максимум, на что я способен, это пошутить. Но в данном случае, – уже другим тоном добавил он, – я готов предоставить случаю шанс. Один из ста, что Калюжный мог приложить к убийству свою руку. Пусть не сам, а действуя через другое лицо, но такая вероятность есть.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Голубев.

Но Эрик только махнул рукой и уселся поудобнее.

– Лучше расскажи, что узнал о Василии.

– А что тебя интересует?

– Смерть действительно наступила от электрошокера?

– Наш эксперт готов съесть свои резиновые перчатки, если кто-то даст другое заключение. Здесь все очень прозрачно. Травмы, полученные мужчиной, типичны для поражения электрическим током. Так что можешь не сомневаться.

– Я и не сомневаюсь, я уточняю. Хотя мне было бы интересно поспорить с вашим медиком. Уж очень хочется увидеть процесс поедания резиновых перчаток.

– Не надейся! В этот раз все четко. Я бросил на это расследование асов.

– Верю, верю, – отмахнулся Эрик. – Вы уже выяснили, где Никита познакомился с Василием?

– Даже не пытались, – отозвался Голубев. – А зачем?

– Пошевели мозгами, если они есть в твоей черепной коробке, – вздохнул сыщик. – Неожиданно вспыхнувшая дружба меня обычно не настораживает, но вот смерть, которая уносит сначала одного товарища, а следом и другого, уже заставляет задуматься.

– А я не вижу в этом ничего странного.

– Вот как? – усмехнулся сыщик. – Значит, смерть тебя мало волнует. Ты уже не считаешь, что это нечто из ряда вон выходящее.

– Ты меня не так понял, – почесал подбородок Голубев. – Я считаю, что убийства сначала Никиты, а потом и Василия никак не связаны с их знакомством.

– Ты считаешь, а я хочу быть в этом уверенным.

– Хорошо, я проверю, – коротко кивнул тот, – что еще?

– Автомобиль, который стоял у дома в вечер убийства.

– Мои ребята опросили всех жильцов. Никто ничего не видел, – развел руками Голубев. – Да это и немудрено. Дом новый, никто друг друга не знает. На незнакомые машины внимания не обращают.

– Я так и думал, – кивнул Эрик. – А кем Василий работал?

– Водителем.

– Водителем? – сыщик приподнялся на диване.

– Да. Рейсового автобуса.

– Интересно… – протянул Эрик, и глаза его превратились в щелки.

Мариша насторожилась. Каждый раз, когда взгляд сыщика становился похожим на кошачий, это было следствием того, что он слышал нечто очень любопытное для себя. Вот только что может быть интересного в занятии Василия? Ну, работал мужик водителем автобуса. И что с того?

– А квартиру он когда купил?

– Квартиру? – Голубев растерялся. – Не знаю. А это важно?

– Пока не знаю. Сможешь по-быстрому выяснить, когда была куплена квартира и на какие шиши он ее приобрел?

– Не понимаю, зачем тебе это, – фыркнул следователь.

– И не надо. Только узнай, и все.

– Хорошо, – кивнул он, достал телефон и отдал распоряжения. – Что-то еще?

– Пока достаточно.

– И на том спасибо! – шутливо поклонился следователь. – А у вас что интересного?

Сыщик пожал плечами.

– Мы выяснили причины для убийства Никиты Савинова.

– Неужели? – оживился Голубев. – И ты молчишь?

– Почему же молчу? Говорю! Практически весь вечер не закрываю рта.

– Рассказывайте, – приказал следователь и закинул ногу на ногу.

Эрик коротко ввел его в курс дела. Голубев задумчиво почесал подбородок.

– Под подозрением все, а возможностей для осуществления этого преступления я так и не вижу. Возможно, Василий мог бы нам что-то поведать, но его уже нет в живых.

– Очень вовремя, не так ли? – усмехнулся Эрик.

– Парень наверняка что-то заметил в тот день. Эх, если бы он не молчал! И почему люди предпочитают держать язык за зубами? Ведь и ежу понятно, что это опасно. Преступник подсуетится и отправит тебя на тот свет вместе с нерассказанной тайной.

– Похоже, еж – самое умное в мире животное, – хихикнула Мариша.

– Почему это? – удивился следователь.

– Ему всегда все понятно.

– Ну и чушь ты несешь! – разозлился он. – Мы обсуждаем серьезные вещи, а тебе бы только зубы поскалить.

– Между прочим, про ежа ты сам сказал, – надулась Мариша.

– Я?! Никогда не говорю подобные глупости! Только бабы мелют языком, словно помелом! – выдал он.

Мариша хотела было обидеться, но решила, что дураки того не стоят, и просто пересела от следователя подальше.

– И к каким выводам вы пришли? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Ну-ка, Мариша, выдай нам свои умозаключения, – кивнул сыщик.

– Я сомневаюсь, что кто-то из Никитиных товарищей причастен к его смерти, – начала девушка, тут же забыв, что собиралась весь вечер обижаться на следователя.

– Между тем у всей компании была причина избавиться от Никиты! – возразил Голубев.

– Так у каждого из нас найдутся подобные основания в отношении своих близких, – фыркнула Мариша. – Но разве нормальные люди за это убивают?

– И за это в том числе, – с важным видом кивнул Голубев.

– Тогда у меня куча оснований, чтобы тебя задушить, – проворчала она. – Но ведь я этого не делаю!

– Ты слишком слабохарактерна, – фыркнул следователь. – Для подобных преступлений нужны решимость и мужество, а ты вечно идешь на поводу у Эрика.

Мариша задохнулась от возмущения. Видали? Она слишком безвольная, видите ли! Похоже, пора показать свой характер. И вообще, нечего было тащиться сегодня в шесть утра через весь город на помощь Голубеву. Пусть бы умирал от похмелья и ругал ее последними словами. Зато было бы не обидно.

– По-моему, господа, вы отклонились от темы, – невозмутимо произнес сыщик. – Душить друг друга будете потом. Сейчас работать надо.

– Кое-кто этого не понимает! – язвительно заметил Голубев. – Давай, Маришка, жги! Жду твоих умозаключений.

– В том, что кто-то из Никитиных товарищей причастен к его смерти, я сомневаюсь, – повысив тон, повторила она. – Эти причины слишком банальны. Вика убила из-за квартиры и машины? Бред собачий! Она бы и так все это получила, только чуть позже, когда бы вышла за Никиту замуж. И это было бы только начало. Парень неплохо зарабатывал и мог обеспечить свою будущую супругу с лихвой. Савва? Относительно него у меня больше всего подозрений. Зависть – плохое чувство. Рано или поздно оно может перерасти в ненависть. Но Савва единственный, кто ни разу за весь вечер не встал со своего места.

Эрик одобрительно крякнул.

– Ангелина тоже не вызывает у меня подозрений, – продолжила Мариша, ободренная его поддержкой. – Женщина была привязана к парню. Да и материальных проблем у нее не имелось. Да, теперь она сможет зарабатывать больше, но это сомнительный вопрос. Если Ангелина не умеет наладить связи с партнерами, как это делал Никита, то предприятие долго не просуществует. Это я вам как экономист говорю, – добавила она.

– Не факт, что Ангелина и в самом деле такая дурочка, какой захотела нам показаться, – хмыкнул Эрик.

– А я ей верю, – заявила Мариша и с вызовом посмотрела на сыщика.

– Ты забыла еще об одном мотиве, – сказал он.

– О каком?

– Каждого из наших подозреваемых могли купить. Сделать предложение, от которого кто-то не смог отказаться.

– Но зачем?

– А вот это нам и предстоит выяснить.

– Жаль, что Василий умер, – произнес Голубев. – Он бы наверняка смог прояснить ситуацию.

– Кстати, у меня появилась идея, – щелкнул пальцами сыщик.

– И ты, конечно, ею не поделишься, – мрачно констатировал Голубев.

– Почему же? С большим удовольствием. Мы рассматриваем только трех кандидатов в убийцы. А ведь есть еще один претендент.

– Калюжный? – с надеждой в голосе воскликнул следователь.

– Дался тебе этот журналист, – поморщился Эрик. – Нет, я говорю о другом человеке.

– О ком же?

– Не догадываешься?

– Нет.

– А ты пошевели вещество, которое ты называешь мозгами?

– Но ведь больше никого нет?

– Ты, случайно, не о Василии говоришь? – осторожно спросила Мариша.

– Молодец! – похвалил ее сыщик. – В твоей голове больше серого вещества, чем у нашего прославленного Алексея.

– Эй, а при чем здесь Василий, – нахмурился тот. – Если вы не забыли, то его убили.

– Вот именно! – торжественно произнес Эрик. – А что, если убийца – Снегов, а его ликвидировали за ненадобностью? Ну и чтобы язык не распускал. Этим, кстати, может объясняться его озабоченность. Он мог волноваться из-за того, что кто-то что-то увидел в тот вечер.

– Ты меня совсем запутал, – пожаловался Голубев. – Получается, что мы должны начинать сначала?

– А мы еще никуда и не продвинулись, – насмешливо отозвался сыщик. – Топчемся на месте, переваривая полученную информацию. Кстати, твой сотрудник что-то долго возится. Неужели так сложно узнать несколько простеньких фактов?

– Нормально. Мы тоже не боги. Как только что-то будет, он сразу позвонит, не волнуйся.

– Тогда в ожидании известий я пока попью кофе. А ты сообщи, когда твой сотрудник даст о себе знать.

– А мне кофе? – растерялся Голубев.

– Все вопросы к Марише. Может быть, по старой дружбе она и тебя напоит.

– Пожалуй, я начну воспитывать характер, – притворно вздохнула девушка. – Ты, Алексей, прав. Я слишком мягкотелая. Нужно брать себя в руки. Пожалуй, начну с того, что не буду идти у тебя на поводу. А то мчусь, как дура, с утра пораньше через весь город. А ведь могла бы и поспать лишний часок. Пошли, Эрик, – и она демонстративно взяла сыщика за руку.

– Зря ты так, – хихикнул он, оказавшись на кухне. – Голубев не со зла себя так ведет. Просто он слегка ограниченный.

– Дураков учить надо, – многозначительно сказала Мариша и включила кофеварку.

Но не успела она налить кофе, как в кухню ворвался счастливый Голубев.

– Звонит! – радостно воскликнул он и плюхнулся на стул.

– Кто звонит? – поинтересовался сыщик.

– Мой сотрудник! – и он передал Эрику телефон.

Тот отодвинул чашку и стал внимательно слушать собеседника. Время от времени он что-то уточнял и снова умолкал, переваривая информацию.

Мариша усмехнулась и налила Голубеву кофе. Интересно, ему просто повезло, и сотрудник позвонил вовремя, или он сам решил поторопить его?

– Докладываю последние известия, – сказал сыщик, откладывая в сторону телефон. – Твой сотрудник не смог узнать, где познакомились Никита и Василий, зато я теперь в курсе финансовых дел Снегова.

– Только не говори, что он тоже оставил кому-то завещание, – произнес Голубев, потягивая кофе.

– Про завещание мне ничего не известно. Но я практически уверен, что никому из нашей оставшейся троицы свою собственность он не завещал. Интересно другое.

– Что же? – поинтересовалась Мариша.

– Василий купил квартиру пару месяцев назад, причем заплатил за нее наличкой.

– Разве это удивительно? Миллионы людей покупают недвижимость именно таким способом, – пожала плечами девушка.

– А перед этим он продал комнату в коммуналке, которая принадлежала ему много лет. Для того чтобы было совсем понятно, поясню – комната ушла за восемьсот тысяч.

– Рублей?

– Рублей, конечно. А новая квартира обошлась Василию в четыре миллиона. Есть разница?

– Я тоже не понимаю, куда ты клонишь, – сообщил Голубев, блаженно щуря глаза.

– Никакой другой недвижимости за Василием не числится, – продолжил сыщик. – Единственная родственница – мать, живет в другом городе и имеет однокомнатную квартиру. Которая, кстати, все еще находится в ее распоряжении. Кредит Снегов тоже не брал. Твой сотрудник хорошо потрудился! – и сыщик откинулся на спинку стула.

– К чему ты это? – вдруг нахмурился Голубев. – У тебя явно что-то на уме.

– Естественно! В отличие от некоторых, я умею замечать очевидное.

– И что же тебе бросилось в глаза? – ехидно спросил следователь.

– Откуда у Василия такие деньги? – невозмутимо произнес Эрик.

Мариша задохнулась. А и правда? Где мужчина взял три миллиона двести тысяч? При зарплате водителя вряд ли можно накопить такую сумму.

– Не знаю, я не успел об этом подумать, – растерялся Голубев. – Это что же получается, кто-то дал Снегову денег? А за что?

– По-моему, это очевидно, – фыркнула Мариша. – Тот, кто заказал Никиту.

– Вы торопитесь, друзья мои, – сказал сыщик. – С чего вы взяли, что именно Василий убил Савинова?

– Но так получается, согласно твоей логике, – произнес следователь.

– Вовсе нет. Я не считаю, что именно Василий убил своего товарища. Скорее наоборот.

– Почему наоборот? – взвыл Голубев. – Ты меня совсем запутал. Объяснись!

– Немного позже.

– Опять твои штучки?

– На тебя не угодишь, – развел руками сыщик. – Если я молчу, ты обвиняешь меня в том, что я ничего не говорю. А когда я начинаю открывать свои мысли, требуешь, чтобы я разложил все по полочкам. Я пока не готов к этому. Делай свои выводы. Работай мозгами.

– Если честно, я тоже не поняла, что ты имел в виду. Зачем все эти разговоры о покупке квартиры, если оказывается, что это никак не относится к нашему делу, – развела руками Мариша.

– Ваши серые клетки, похоже, уснули, – вздохнул сыщик. – Я не говорил ничего подобного! Раскройте уши и научитесь слушать!

– Ну тебя, – обиделась Мариша и встала из-за стола. – Меня просто бесит, когда ты начинаешь умничать. Нет бы объяснить, что к чему. Но тебе обязательно нужно показать, какие мы безмозглые.

– Я видел и слышал то же, что и вы, – невозмутимо отозвался сыщик. – Вполне возможно, что мои выводы окажутся неверными. Так что надейтесь на себя.

– Думаю, что в этот раз ты действительно ошибаешься, – проворчал Голубев. – Я не вижу другой кандидатуры, кроме этого писаки, кто бы мог дать Василию денег. Да и какой в этом смысл? Легче ударить товарища по голове где-нибудь в подворотне, чем выкидывать на ветер такие деньжищи!

– Вот мы и вернулись к тому, с чего начали, – хлопнул в ладоши Эрик. – Почему Никиту убили в офисе? Что мешало избавиться от него более простым способом?

– Откуда я знаю? – вдруг заорал Голубев. – Чего ты пристал ко мне с этим офисом? Захотелось так нашему убийце, и все! В чужие мозги не залезешь! А ты со своей теорией скоро меня с ума сведешь.

– А надо залезть! – промурлыкал сыщик. – Именно этим и занимается хороший сыщик, вместо того чтобы пускать все на самотек. Просто так никому ничего не дается, понятно тебе? Учись думать, а не отмахиваться от непонятных для тебя мелочей. Пойду поразмышляю, – насмешливо сказал он и поднялся со стула. – А ты тренируй мозги, – и сыщик пружинистой походкой вышел из кухни.

– Иногда мне хочется его прибить! – устало произнес Голубев, глядя ему вслед. – Жаль только, что я не сумею скрыть своих следов.

– Пожалуй, я готова тебе помочь. Когда дойду до ручки, – хихикнула Мариша. – Одна голова хорошо, а две лучше.

– Хорошая из нас парочка получится, – проворчал он и похлопал себя по щекам. – Мне срочно нужно расслабиться! Все эти интеллектуальные беседы выбивают меня из колеи. Рядом с Эриком я ощущаю себя дураком-переростком.

– Не буду озвучивать, кем чувствую себя я, – грустно произнесла Мариша. – Но явно не царевной-лебедь.

– Мы должны помочь друг другу почувствовать себя значимыми! – с жаром заявил он.