Читать книгу "Пророчество из моего сна"

Глава 10

Холодный осенний ветер треплет полы пальто и кусает пальцы, сжимающие переброшенный через плечо рюкзак с учебниками. Мельком я с тоской вспоминаю о перчатках, забытых в аудитории университета.

Позади меня раздаётся шорох крадущихся шагов. Тихую поступь выдаёт шелест опавшей листвы, щедро рассыпанной по тёмному двору. Сердце пропускает удар, я резко оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с мужчиной в чёрной спортивной куртке. Капюшон надвинут так низко, что лица не разобрать.

Я нахожу в кармане пальто ключи и судорожно стискиваю их. До дома остаётся совсем немного…

Я ещё успеваю подумать, что, возможно, стоит кому-нибудь позвонить, а в следующее мгновение на моей шее смыкается что-то хлёсткое – удавка. В лёгких резко заканчивается воздух, а сделать новый вдох мне уже не дают.

Тьма – холодная, затягивающая, как чёрный омут, – обступает меня. Она повсюду, но прежде всего – в глазах моего убийцы.

– Не-е-ет!

Я резко села в постели. Сердце колотилось, как сумасшедшее. На лбу выступила холодная испарина.

– Рель, что случилось?

Я испуганно дёрнулась, когда мне на колени спикировал (скорее, просто рухнул) Бред. Крылья за спиной подрагивали, словно он был готов в любой момент ринуться в драку.

– Ничего, – пробормотала я и облизнула сухие губы. – Просто приснился плохой сон.

– Кошмар или…

– Кошмар.

Бред понимающе кивнул и одним прицельным плевком зажёг свечу. Её неяркий свет разогнал блуждающие по комнате тени. Дышать сразу стало легче. Я потянулась к стоящему на тумбочке графину с водой и трясущимися руками налила стакан.

– Снова тот убийца?

Я осушила стакан и молча кивнула. Бред помялся, а затем покружил на месте, как кошка, которая устраивается спать, и лёг на мои колени поверх одеяла.

– Это уже в прошлом, – непривычно мягко проговорил он. – Больше такого с тобой не случится.

Я криво усмехнулась.

– Правда?

– Конечно. Ведь я рядом.

В глазах защипало. Борясь с желанием разрыдаться от смеси страха, усталости и благодарности я потрепала его по шипастой голове.

– Спасибо, – тихо пробормотала я и легла обратно. Хотелось свернуться калачиком и спрятаться под одеяло, но я сдержалась. Вместо этого подложила руку за голову и спросила:

– Что ты почувствовал, когда понял, что твоих родных уже нет в живых?

Бред на мгновение замер. Он выпустил когти из подушечек лап, а затем, словно очнувшись, снова спрятал их.

– Не отвечай, – тут же сказала я. – Прости, не знаю, зачем я спросила…

Я уставилась на танцующий огонёк свечи. Её шипение и запах воска успокаивали, но не затягивали ран прошлого. Я старалась не думать ни о родителях, ни о друзьях, ни о том, что мне было так дорого… в том мире.

В мире, где моя жизнь оборвалась так резко и жестоко.

Вдох-выдох. Концентрируйся на настоящем, Мира. Я так сильно погрузилась в тяжёлые мысли, что не сразу расслышала голос Бреда.

– Безнадёжность, – после паузы проговорил он. Его оранжевые глаза вспыхнули, а затем потускнели. – Холод, отчаяние, пустоту… Но сначала – гнев.

Бред одним текучим движением переместился с моих колен на подушку. Его мордочка оказалась напротив моего лица.

– Становится легче, когда понимаешь, что кто-то тоже это испытывал, – негромко заметила я.

Бред больше не сказал ни слова, но больше и не требовалось. Какое-то время мы так и лежали молча, а затем меня всё-таки сморил сон.

К счастью, без кошмаров.

* * *

– Рина Аурелия, я слышала, что на балу вы упали в обморок?

Я подняла взгляд на тётушку Майкла и постаралась, чтобы в моей ответной улыбке не проскользнуло отчаяние. Айда Абрамс, сестра матери Майкла, обладала невзрачной внешностью и бульдожьей хваткой. В сочетании с неуёмным любопытством коктейль получался поистине взрывоопасным.

Я промокнула губы салфеткой и отложила приборы в сторону. Тарелка с жарким осталась нетронутой.

– Да, рина Айда, мне стало нехорошо. Но не стоит волноваться, я прекрасно себя чувствую.

Тётка окинула меня быстрым многозначительным взглядом. На пухлом лице с сеткой тонких морщин проступило лукавое выражение. Башня из высоко забранных чёрных волос с проблеском седины на её макушке угрожающе качнулась в мою сторону. Я невольно подивилась, как Айда носит это громоздкое добро, усеянное шпильками. Тяжело же, наверное. А уж сколько сил и времени уходит на то, чтобы сделать причёску!

Впрочем, к сорока годам Айда так и не вышла замуж. Так что весь свой пыл она тратила исключительно на собственные развлечения.

– Ну что вы, дорогая, в вашем положении абсолютно нормально падать в обмороки. Мы с Ванессой будем только счастливы, если…

Я порадовалась, что не успела ничего запихнуть в рот, а то бы подавилась. Майклу повезло меньше: он как раз сделал глоток вина за секунду до слов тётушки. Вытаращив глаза и так и не проглотив напиток, он вопросительно посмотрел на меня и расслабился, когда я молча покачала головой.

Это уже не первый намёк за сегодняшний вечер на мою возможную беременность, но определённо самый жирный.

За столом возникла напряжённая пауза. Даже Бред перестал таскать бекон из тарелки и с интересом уставился на моих будущих родственниц в ожидании продолжения.

Повезло ещё, что семья Майкла собралась не в полном составе: две его замужние сестры не смогли приехать, а дядя, ректор Ной Абрамс, задержался в академии и сомневался, что успеет разобраться с делами до ужина. А то вопросов и завуалированных намёков было бы намного больше…

– Тётя, ну что за глупости! – Майкл поморщился. – Мы с Аурелией соблюдаем правила приличия. Все разговоры о наследниках только после свадьбы!

Бред, конечно, не мог смолчать и на попугайский манер выдал:

– Честная девушка! Хорошая девушка!

Угу. С таким женихом сложно быть другой.

– Айда, не смущай Аурелию.

Я приободрилась. Мама Майкла, Ванесса Берч, редко вступалась за меня на общественных сборищах. Обычно она занимала отстранённую позицию мирового судьи: сама склоку не затевала, но выносила решение, определяя победителей в споре. Услышать от неё такие слова равносильно выигрышу в схватке.

Как оказалось, я поспешила с выводами.

– Если ей будет чем с нами поделиться, она непременно это сделает. Верно, дорогая?

Ванесса взглянула на меня так выразительно, что я невольно сглотнула. По ощущениям, на меня наставили лампу и с улыбкой увеличивали яркость света, чтобы хорошенько изучить. Ладно, что хоть за напильником и утюгом не сбегали.

Видимо, на моём лице отразились все высокодуховные страдания, которые я испытывала (возможно, сдобренные нецензурными словами), потому что Майкл поспешил спасти положение и переключить внимание на себя.

– В тему новостей. Её величество, похоже, сменило гнев на милость. Тётушка, вы можете готовиться к новому сезону охоты.

В глазах Айды вспыхнул искренний, какой-то детский восторг.

– Правда? Боги, дорогой! Как ты этого добился?

Он пожал плечами и сделал большой глоток вина. Слуга, коршуном стоящий за его спиной, поторопился заново наполнить бокал.

– В этом нет моей заслуги. Тебе стоит поблагодарить Аурелию.

Вообще-то, Оуэна, потому что без его перевода с королевского на человеческий я бы никогда не поняла, что имела в виду Изабелла и не смогла бы предупредить Майкла, но… Выражение лица Айды стоило того, чтобы промолчать и ничего не уточнять.

– Это очень мило, дорогая, – кисло проговорила тётушка.

Майкл мне подмигнул. Его лежащая на столе ладонь обхватила мою.

– Мне очень повезло с невестой.

Я тепло ему улыбнулась. От его поддержки даже дышать становилось легче. В этом бою мы бились спиной к спине.

Ванесса дала знак прислуге. Неужели мы дошли до десерта? Я думала, этот обед никогда не закончится! Что ж, я легко…

– Да, не каждая невеста может похвастаться тем, что учится в магической академии, – с обманчивым дружелюбием заметила Ванесса. – Обычно невесты предпочитают не тянуть со свадьбой в угоду образованию.

…отделалась. Ладно, я рано расслабилась.

С губ едва не сорвался протяжный вздох, но я сумела его подавить. Права была Ариана: стоило кусать первой. Если хочу выжить в этом мире, мне всё равно придётся отрастить зубы и когти.

Наверное, проблема была в том, что мне сложно было воспринимать родственниц Майкла как врагов. Я слишком хорошо понимала их мотивы: они боялись остаться без мужской защиты. Майкл, как единственный сын, после смерти отца унаследовал его состояние. Но если с моим женихом (на минуточку, с боевым магом – с человеком, который постоянно рискует собой) что-то случится, всё движимое и недвижимое имущество перейдёт к старшему брату почившего отца. И это, к сожалению, вовсе не доброжелательный Ной Абрамс, ректор моей академии. Он, как брат Ванессы, к деньгам не имеет никакого отношения. Нет, наследство достанется Галену Берчу – довольно прижимистому и неприятному типу, с которым ни Майкл, ни его близкие предпочитали не связываться.

Я видела его как-то раз. От него так и веяло чем-то холодным и скользким, как от лягушки. Такой вряд ли выделит щедрое содержание тёте или сёстрам, как это каждый месяц делает Майкл.

Из размышлений меня вырвал его беззаботный голос:

– Моя невеста оригинальна во всём. Это одна из причин, по которой я влюбился в неё без памяти.

Клянусь, но Айда раздосадованно крякнула. Можно было не обладать семью пядями во лбу, чтобы понять: выбор племянника её не особо радует. Чисто теоретически, со связями своей семьи Майкл и правда мог найти невесту получше: побогаче или хотя бы более покладистую.

Майкл чуть сжал мои пальцы, и я, очнувшись, включилась в спектакль.

– Ваши слова заставляют моё сердце петь.

Бред хрюкнул, выплюнул бекон и сделал вид, что вытирает кончиком хвоста выступившие слёзы. Айда с Ванессой в унисон вздохнули, но промолчали. Майкл хмыкнул, а затем широко улыбнулся, как сытый кот.

– Взаимно, любимая. – Он встал из-за стола и, протянув мне руку, обратился к матери и тётушке. – Прошу нас простить. Я обещала Аурелии, что мы прокатимся верхом до того, как ей придётся вернуться в академию.

– Милый, но как же десерт? – искренне удивилась Айда.

– Заверните с собой, – деловым, абсолютно нормально голосом сказал Бред, выпадая ненадолго из образа попугая.

– Я не голодна.

Надеюсь, моя фраза прозвучала не слишком радостно.

Лучше лишиться пудинга, но отвязаться наконец от будущих родственниц Майкла. Судя по ухмылке жениха, мне не удалось скрыть торжество в голосе.

Проходя мимо библиотеки на первом этаже, я чуть замедлила шаг. Моё внимание привлекли несколько картин, которые снимали со стен.

– Вы меняете интерьер? – поинтересовалась я.

Майкл с недоумением обернулся, посмотрел в нужную сторону и покачал головой.

– Нет, – негромко ответил он, сразу становясь серьёзным. – Избавляемся от портретов тех людей, кого недавно казнил король.

Я вздрогнула, услышав это объяснение. Его величество не обладал кротким нравом, но мне было не понять бунтовщиков. И всё же… Я старалась не думать о том, что наши с Оуэном видения подписывают смертный приговор всем несогласным с политикой короны.

– Ясно, – пробормотала я и отвела взгляд.

На конюшне нас уже ждали. Майкл взял себе породистого гнедого жеребца, нетерпеливо бьющего копытом, мне же досталась спокойная рыжая кобылка. Признаться, я не имела ничего против такого выбора.

Майкл быстро пустил своего коня во весь опор, и мне пришлось догонять его. Бред почти сразу взмыл в небо и пропал в его синеве. Пусть разомнёт крылья, ему полезно. Мне и так неловко, что он возится со мной, как с ребёнком.

Мы миновали подъездную аллею и устремились по петляющей между полей тропинке в лес. Я уже бывала здесь, поэтому сразу поняла, куда ведёт нас Майкл – к роднику, впадающему в узкую мелкую речушку. Красивое тихое место, где можно спокойно поговорить, не опасаясь быть подслушанными.

Зелень полей сменилась изумрудом листвы деревьев. Я глубоко вдохнула чистый свежий воздух, напоенный прохладой. Над головой пререкались птицы, где-то вдалеке пробежал заяц. Шелест воды становился всё громче.

Тропинка стала слишком узкой, и мы спешились. Идти бок о бок с Майклом было привычно. За три года мы столько времени провели вместе, что из разряда деловых партнёров я перевела его в друзья. Мне нравилось с ним разговаривать и держать его за руку. Не знаю, откуда в кинематографе и литературе возник этот карикатурный образ гея. Мужественности Майклу было не занимать. И в первый год мои мысли о нём периодически съезжали на романтику, но время всё расставило по своим местам.

– Поющее сердце – это сильно, – одобрительно заметил он. – Я впечатлён.

Я отмахнулась.

– Вычитала в каком-то дамском романе. Вообще-то я пыталась впечатлить не тебя, а твоих родных.

В воздухе появился запах воды. Из-за поворота вынырнула речушка. На её прозрачном дне поблёскивала мелкая острая галька.

– Маму с тётей сложно удивить, – заметил Майкл, отклоняя ветку так, чтобы та не попала мне по руке. – Они с детства вращаются в высшем свете. Но всё же победа сегодня за тобой: никто не ожидал, что её величество так быстро забудет инцидент на охоте.

– Как думаешь, почему она сменила гнев на милость?

– Не знаю. Я хотел поговорить о другом.

Перед нами замаячили ступени, ведущие к роднику, но мы не стали подниматься по ним. Там всегда был риск наткнуться на кого-то из местных. Вместо этого мы свернули налево и через пару шагов остановились на небольшой поляне с поваленным деревом. Я, не колеблясь, подобрала юбки и уселась на него, как на лавочку.

– Что-то случилось?

Майкл отвлёкся, чтобы привязать лошадей. Когда он снова заговорил, я уже подставила лицо солнцу и жмурилась от удовольствия.

– Нет. Я просто подумал, что нам пора пожениться.

Я на мгновение замерла. Сердце пропустило удар, но, кажется, мне удалось удержать лицо.

Всё правильно. У нас с Майклом был уговор, и, если я за три года привыкла к мнимой свободе, это исключительно мои трудности.

– Конечно, – после небольшой заминки спокойно согласилась я. – Но почему именно сейчас?

Майкл потрепал коня по холке и, отойдя от него, тоже опустился на поваленное дерево, но оседлал ствол, как стул. Поколебавшись, я последовала его примеру. Теперь мы сидели друг напротив друга. Задравшиеся юбки оголили ноги, но с Майклом можно было не беспокоиться по части приличий.

– Люди стали задавать слишком много вопросов, – со вздохом признался он и устало потёр шею. – Наша свадьба хотя бы ненадолго заткнёт им рты.

Я задумчиво провела указательным пальцем по бороздке узловатой, уже мёртвой коры дерева. Глаз я не поднимала.

– Разговоры всё равно будут, ты же знаешь. Когда я не смогу подарить тебе наследника…

До меня донеслось хмыканье Майкла.

– Будем с самым несчастным видом сетовать на волю богов. Можно приступать к тренировкам перед зеркалом прямо сейчас.

Я с лёгкостью представила, как меня начнут осаждать родственники Майкла и просто сочувствующие тётушки, и вздрогнула. Не сомневаюсь, что на меня выльется ушат советов и рекомендаций на тему того, как можно быстро забеременеть. Без регистрации и SMS.

Надеюсь, мне не придётся отправляться в путешествие по святым местам и выстаивать бесконечные службы в храмах? Хотя у местных вроде нет такой традиции, но кто знает…

– Послушай. – Майкл накрыл мою ладонь своей. – Ничего не изменится. Всё останется так же, как сейчас. Тебя ведь это устраивает, верно?

Перед внутренним взором пронеслась картина из сна о нашей с Джейсоном свадьбе. Я кивнула, даже слишком поспешно. Определённо, спокойная жизнь рядом с Майклом нравится мне намного больше того туманного будущего, что я видела.

Я подняла взгляд и улыбнулась. Почти искренне.

– Когда ты хочешь устроить церемонию?

Майкл мгновенно расслабился. Только сейчас я заметила, что его широкие плечи под пиджаком всё это время были напряжены.

– Я думаю, конец лета подойдёт идеально.

Я кивнула. Что ж, значит, у меня почти четыре месяца на подготовку к этому событию.

– Отлично. Я как раз сдам экзамены за третий курс и смогу полностью сосредоточиться на свадьбе.

Видимо, энтузиазма в моём голосе было недостаточно, потому что Майкл фыркнул.

– Не волнуйся, всё, что от тебя потребуется – надеть белое платье, в котором венчалась ещё моя бабушка. Всем остальным займутся специально нанятые для этого люди.

– Прости, при чём здесь платье твоей бабушки?

– Семейная традиция. Тебя же это не смущает?

– Нет, не имею ничего против, – честно ответила я.

По большому счёту мне и правда было всё равно, в каком наряде выходить замуж. Конечно, хотя бы раз в жизни почти каждая девушка мечтает о том дне, когда она наденет платье невесты, но в нашем с Майклом случае такие грёзы могут только навредить. Уж лучше относиться ко всему происходящему как к элементу делового соглашения, требующего определённого дресс-кода.

Я нагнулась и, сорвав травинку, прикусила её кончик. Майкл откинулся назад и упёрся ладонями в сухую кору.

– Значит, решили, – подытожил он. – Кстати, что там было на балу? Газеты замолкли. Видимо, его величество недоволен, что слухи просочились за пределы дворца.

– Я даже знаю, как это произошло, – заметила я. Не сговариваясь, мы с Майклом одновременно выдохнули имя нарушительницы королевского спокойствия: – Ариана!

Именно её газета первой напечатала новость о погибшей собачке её величества, а остальные лишь разнесли сплетню дальше.

– Джонатан беспокоится, – проговорил Майкл. Его поза по-прежнему излучала беззаботность, но в голосе прорезалось напряжение. – Он явно не давал добро на такую авантюру.

Во взгляде Майкла заплескалось подозрение, и я тут же подняла руки.

– Я ничего ей не говорила. И если уж начистоту, тебя тоже не стану посвящать в события того вечера.

Майкл качнул головой.

– У Арианы везде свои информаторы, так что я не удивлён… Но в последнее время она ходит по краю. Это ни к чему хорошему не приведёт.

С реки подул холодный ветер, и я облизнула сухие губы.

– Это тебе Джонатан сказал?

Майкл невесело рассмеялся.

– Нет, конечно. Джонатан не отличается особой болтливостью, а уж когда дело касается его жены, и вовсе держит язык за зубами. Просто я давно его знаю, вот и наловчился делать выводы по его бесстрастному лицу. И как он умудряется всегда выглядеть таким равнодушным?

– Хороший вопрос, – рассеянно ответила я, думая о своём. Травинка вдруг начала горчить, и я выплюнула её. – Когда ты его видел?

– Вчера. Он приходил порталом: предупредил о том, что новость об одной моей шалости просочилась в общество. Пришлось срочно заткнуть пару ртов.

– Ты, кажется, расстроен, что тебя снова слегка разорили?

– Конечно, – серьёзно сказал он и вздохнул. – Хотя я сам подставился: попался там, где не должен был находиться.

Я сделала вид, что прикрываю уши руками.

– Даже слушать не хочу о твоих любовных похождениях. Но рада за вас с Бенни.

– Бенни был в прошлом месяце, – с улыбкой сытого кота откликнулся Майкл. – Теперь я с Редом.

Несмотря на то что мои мысли всё ещё были заняты Джонатаном и странным артефактом, я рассмеялась, а затем возвела глаза к небу.

– Господи, кто все эти люди?

Майкл не остался в долгу.

– Ладно, со мной всё понятно. А что насчёт тебя?

Я с недоумением посмотрела на него.

– Что насчёт меня?

– В последнее время до меня периодически долетают слухи о вас с…

В памяти снова возникла сцена из видения: небольшой храм, скромная церемония, мы с Джейсоном у алтаря… Нет! Об этом никто не мог узнать!

– …с Оуэном. Что у вас с ним?

Я выдохнула с облегчением. Суть вопроса дошла до меня через пару секунд, и только тогда я возмутилась:

– Мы с ним друзья. Ну и напарники. Те, кто болтает другое, идиоты!

Майкл явно поскучнел. Он всё ещё наблюдал за мной, но без прежнего интереса.

– Понятно. Ну, просто знай, что я, вообще-то, был бы не против.

Я как раз потянулась к фляжке, выглядывающей из стоящей у ног седельной сумки, поэтому едва не рухнула носом в траву.

– Прости, ты что?..

– Не был бы против, – терпеливо повторил он. – За три года ты ни разу не поднимала тему… своего досуга. Вот я и подумал, что, возможно, всё уже устроено, но ты опасаешься мне об этом говорить.

Над моим плечом пронёсся Бред. Он спикировал на поляну, а затем снова взмыл вверх. В его когтях подрагивала серая полевая мышь.

Вид трепещущего в лапах хищника грызуна почему-то заставил сжаться.

За три года, что я провела в этом мире, мне иногда приходили в голову мысли завести интрижку, благо при желании легко можно было бы найти нужного кандидата, но дальше чисто теоретических рассуждений дело не шло.

Я не боялась мужчин, чужие прикосновения не вводили меня в ужас, но после того вечера в подворотне, оборвавшего мою жизнь, мне стало сложно открываться людям. Возможно, свой отпечаток наложил ещё и дар: предсказателям нелегко жить в обществе.

Мы другие, как бы не хотелось думать иначе.

– Мне жаль тебя разочаровывать, но в слухах о нас с Оуэном правды не больше, чем в твоих историях про бордели и продажных женщин.

Майкл хмыкнул.

– Туше! Иначе моя репутация дамского угодника не выдержит такой атаки.

– Ты себя недооцениваешь.

Майкл дёрнул уголком губ.

– Возможно. – Он прошёлся ладонью по своим волосам и деловито продолжил: – Мне придётся отправиться к границе. Ничего интересного, рядовое задание. Но порталы в этой глуши не работают, так что в ближайшее время мы с тобой не сможем видеться.

Я заволновалась. Майкла и прежде отправляли на задания. В конце концов, он служил в гвардии Его Величества, но никогда его не отсылали так далеко – к границе. Поговаривали, там неспокойно.

– Это надолго?

– Нет, недели на три. Вряд ли больше.

На плечо рухнул довольный и немного потяжелевший Бред.

– Всё, – сыто сказал он. – Десерт сожран.

Мы с Майклом одновременно прыснули. Наши голоса, разнесённые по лесу раскатистым эхом, вспугнули сидевших на ветках птиц, и те, шумно хлопая крыльями, взлетели к чистому небу, пока не исчезли в его прозрачной синеве.