Текст книги "Как приручить лорда, или Все способы соблазнения"

Глава 17

Король Англии Эдуард III, представитель династии Плантагенетов, мерил широкими шагами галерею, изредка останавливаясь у окна, чтобы посмотреть, как продвигается строительство. Он категорически отказался покинуть резиденцию и остался, чтобы лично наблюдать за ходом работ. Большая редкость для королей. Эдуарду исполнилось тридцать восемь лет, из которых двадцать три года, он носил корону. Наследство, доставшееся от отца, не радовало. Слабый безвольный правитель доверил управление государством своему любовнику, Хью Диспенсеру, за что и поплатился. Сколько лет понадобилось, чтобы вернуть стране былое величие! И теперь, несмотря на затянувшуюся войну с Францией, у короля дошли руки и до собственного замка. Ещё его дед в 1277 году особым указом окончательно закрепил за Виндзором статус королевского боро и формально подтвердил имевшиеся у него привилегии. Виндзор стал одним из самых богатых городов Англии. Постоянные капиталовложения в развитие замка привлекли лондонских торговцев: ювелиров, виноделов, бакалейщиков и галантерейщиков. И теперь перестройка стала жизненно необходимой, к тому же, многие жители Виндзора были заняты именно на этом строительстве. В 1348 Черная смерть сократила население города почти вдвое, однако продолжавшаяся реконструкция поспособствовала притоку населения, как из других районов Англии, так и из континентальной Европы, и быстрому восполнению городского населения.

Эдуард улыбнулся. Королеве понравится его задумка, а ещё он готовил для неё сюрприз. В окрестностях замка должны появиться первые сады.

– Ваше Величество! Лорд Чандлер прибыл.

Король вздрогнул и посмотрел на смущённого секретаря. «Вечно этот парень умудрялся подкрасться тихо и сбить плавный ход мыслей».

– Пусть отправляется в малый зал.

Постояв ещё несколько минут у окна, король прошёл в переговорную.

― Да, Чандлер, ты прав. Вести торговлю сейчас небезопасно. Корсары всех национальностей распоясались дальше некуда. Но с тобой нам повезло. Ты регулярно пополняешь нашу казну, а это очень важно во время войны. И всё же… Теперь нам нужен твой опыт ведения морских баталий. Наши флотоводцы готовят несколько операций, и ты должен принять в них участие.

Лорд кивнул.

– И ещё… Весь Лондон гудит о твоей женитьбе на дочери моего несчастного Антуана. Почему ты до сих пор прячешь от нас это сокровище?

Джеймс помрачнел. Он хотел просить развод, но участие в военном походе могло стать для него последним, что он сделает в жизни. Зачем же лишать молодую жену привилегий вдовы? Что ж, он разберётся с этим, если останется жив.

– Ладно, вернёмся к этому позже, а пока ты поступаешь в распоряжение адмирала Морли.

Лорд улыбнулся. Он хорошо знал Роберта. Десять лет назад они уже сражались вмести при Слёйсе.

– Сколько времени понадобится, чтобы переоборудовать «Леди Блу» и переправить её в Сандвич?

Джеймс задумался.

– Думаю, пара недель, не больше.

– Чудесно. Нам стало известно, что большой кастильский флот стоит в портах Фландрии. Мы перехватим его на обратном пути. Мы лично будем участвовать в этом сражении.

– Тогда, с Вашего разрешения, я вернусь в Дувр и начну приготовления.

Король милостиво кивнул и жестом дал понять капитану, что больше его не задерживает.

Джеймс лежал в своей каюте и, несмотря на усталость, не мог сомкнуть глаз. Луиза! Его маленькая жена, такая красивая, такая нежная. Именно он разбудил в ней страсть, о которой девочка даже не подозревала. Капитан закрыл глаза и застонал. Даже сейчас он ощущал на своей груди её тёплое дыхание. Их последняя ночь была восхитительной…

Преодолев смущение, малышка взяла инициативу в свои руки.

– Я х-хочу д-доставить тебе радость, Джеймс. П-позволь мне.

Лорд внимательно смотрел в зелёные, подёрнутые дымкой глаза.

– Что ты имеешь в виду?

Луиза провела тонкими пальчиками по груди, легонько оцарапала живот и остановилась на члене, который тут же начал увеличиваться в размерах. Джеймс застонал.

– Поцелуй меня и… и не останавливайся.

Луиза дотянулась до лица лорда и легонько прикусила его нижнюю губу. Её руки плавно скользили по бархатистой коже, так трогательно и осторожно, что мужчина вдруг осознал, что опыта в ласках у его жены нет. Он обхватил её ладонь, показывая, как будет правильно. Девушка уселась между ног мужа, открыв рот от удивления. Мужской член увеличивался в размерах в её ладонях. Склонившись, она провела языком по атласной головке. Лорд застонал и дёрнулся навстречу.

– Возьми его в рот, сомкни губки и немного приласкай язычком. Так, умница! Теперь втяни. Да, так. А руку не убирай.

Лорду казалось, что он теряет рассудок. Даже с Элис у него не было таких эмоций.

Боясь, что вот-вот кончит, он потянул жену за плечи.

– Сядь сверху. Я помогу.

Приподняв Луизу, он начал медленно насаживать её на себя, пока не погрузился целиком в такое прекрасное податливое тело.

– Двигайся. Двигайся вверх и вниз, как будто, ты скачешь. Вот так…

Когда девушка уловила ритм, он убрал руки с нежных бёдер и обхватил полукружья груди. Да, грудь Луизы налилась и стала больше. Теперь она уже не помещалась в его ладонях целиком. Нащупав соски, мужчина стал нежно сжимать их. Его жена вскрикнула и выгнула спину. Ей движения стали более резкими. Схватившись за его предплечья, она поднялась, практически выпуская мужскую плоть из себя, и опустилась в последний раз, даря лорду долгожданную разрядку.

Джеймс завыл. Воспоминания были так остры и болезненны. С кем теперь его жена? А ведь он даже не поговорил с ней.

Луиза провела весь день в саду. Прошла уже неделя после отъезда мужа, но горечь и обида никак не проходили.

Лорд уезжал ранним утром. Восседая на своём огромном жеребце, он даже не взглянул в её сторону. Она стояла на ступенях, сжимая пальцы, не зная, что сказать. Зато Шер подсуетился.

– Милорд, не знаю, чем заслужил Ваш гнев, но я бы хотел поговорить с Вами.

– Не время, парень.

– Тогда просто дайте разрешение на мою помолвку.

Лорд посмотрел на Шервуда с такой болью, что у меня сжалось сердце.

– Ты не присягал мне, я не твой господин, а, значит, моё разрешение тебе не требуется. Делай так, как считаешь нужным.

Он направил коня ко мне.

– Надеюсь, ты будешь счастлива, девочка. Я сделаю всё, чтобы король разрешил нам развестись. Прощай.

– Я… я…

Он не дал мне ничего сказать. Просто развернул коня и вылетел прочь из замка.

Я прорыдала всю ночь, а потом ещё одну и ещё пару одиноких тоскливых ночей. Впрочем, чего было ожидать от каменного истукана, от человека, который вообще не имел сердца? Я не могла понять лорда. Если он так любил таинственную островитянку, которую кроме него никто и в глаза не видел, зачем настаивал на близости со мной, а, если ему была нужна я, почему даже не поговорил? Нужно взять себя в руки. В очередной раз. И я взяла.

Шер и Лора были расстроены не меньше. Они предлагали миллион вариантов, как встретиться с упрямцем, но ни один из них не подходил. В конце концов, я даже не знала, жив ли лорд. Будь проклята эта война!

– Миледи! Вы должны отпустить меня.

Я вздрогнула и обернулась.

Шер стоял под деревом с таким несчастным видом, что моё сердце сжалось.

– Куда?

– В море.

– Я не понимаю, о чём ты?

Шервуд тяжело вздохнул.

– Я должен выйти в море вместе с капитаном.

– И как ты себе это представляешь? Он даже разговаривать с тобой не желает.

Шер тряхнул головой.

– У меня есть собственный корабль. Я отправлюсь за лордом и буду сражаться с ним рядом, а потом он будет вынужден выслушать меня.

Я задумалась. И как я могла забыть, что у Шервуда был свой корабль? Решение возникло внезапно.

– Передавай свои обязанности Натану. Вечером мы отбываем.

– Что значит «мы», миледи?

Я улыбнулась, как можно шире.

– Капитан, ну, чем помешает Вам на корабле маленький юнга, готовый драить палубу и лазать по мачтам?

Мне показалось, что Шервуд был готов лишиться чувств.

– Да, миледи. Остаётся только подобрать подходящую одежду.

Глава 18

Мне было немного жаль своих волос. Лора плакала, когда обрезала их по плечи. Шмыгнув носом, она собрала огненную копну в охапку.

– Сделаю накладку. Тогда Вы сможете прикалывать её, пока Ваши чудесные локоны снова не отрастут.

Повертевшись перед зеркалом, я осталась довольной. Невысокий подросток со вздёрнутым носом, покрытым веснушками, озорно улыбнулся мне и подмигнул.

– А плавать-то Вы умеете, миледи?

Шер спрашивал меня об этом уже сотню раз, и сотню раз я отвечала, что неплохо держусь на воде, равно, как и под водой. Отец научил меня нырять и надолго задерживать дыхание. Это была наша любимая игра, благо и озеро, и речка находились в нескольких шагах от замка.

– Тут больше нет «миледи». Зови меня Луи, как мы и договорились.

Мужчина покачал головой.

– Что мы делаем? Кэп голову с меня снесёт, когда узнает…

– Лора прекрасная портниха. Она быстро пришьёт её к прежнему месту.

Мы рассмеялись.

– Ну, что? Вперёд, мой капитан?

– Вперёд, мой маленький юнга!

Когда мы прибыли в Дувр, «Леди Блудница» уже покинула акваторию. Шервуд оставил меня на постоялом дворе, приказав никуда не высовываться, а сам направился в порт. Я обошла крохотную, довольно чистую каморку и оглядела стены и постель на предмет мелких тварей. Бельё оказалось выстиранным, а тюфяк пах свежим сеном. Что ж, можно было смело задержаться здесь на ночь, не боясь, что к утру всё тело покроют укусы блох и клопов. Но ночевать здесь мне не пришлось. Шер вернулся ближе к вечеру.

Выглядел он весьма озадаченно.

– Что случилось?

– Лорд отплыл в Сандвич сегодня утром. Он будет сражаться под началом адмирала Роберта Морли. Я уже отослал письмо с просьбой зачислить «Марту» в состав эскадры. Думаю, ответ придёт в течение недели.

– Боже! Целая неделя! А что в это время буду делать я?

Шервуд положил мне на плечо тяжёлую ладонь.

– Теперь ты на обучении, парень. Сегодня вечером тебя посвятят в мужчины. Иначе никак нельзя.

Я забилась в угол кровати.

– Но я же не могу… Я же женщина…

Шер рассмеялся.

– Обещаю, что избавлю тебя от шлюх, но пить всё равно придётся!

«Толстуха Марта» стояла в порту уже две недели. Она ходила по транссахарскому морскому пути в обход арабских территорий в северную Африку. Слоновая кость, орехи кола, страусиные перья, золотые украшения… Это был не полный список того, что судно доставляло в Англию. Низкий входной сбор для каравелл делал торговлю выгодной, пополняя, как казну страны, так и сундуки владельцев парусников. Многие матросы служили ещё с Биллом, поэтому появление его сына на борту, стало приятным сюрпризом. Шервуд осмотрел состояние корабля и остался доволен. Предстояло полностью освободить трюмы под боеприпасы и укрепить дополнительные пушки.

– Добро пожаловать, сынок! ― старый боцман Том обнял мужчину. ― Наконец-то лорд обрезал пуповину и доверил тебе управлять «Мартой».

Шервуд рассмеялся.

– Боюсь, лорд Чандлер даже не догадывается о том, что «Толстуха» последует за ним и присоединится к эскадре.

Он вытащил меня из-за спины, где я пряталась, и отвесил лёгкий пинок.

– Этот рыжий ― мой дальний родственник. Парень совсем недавно остался сиротой. Так что, поставь мальца на довольствие, Том! А вечером нас ждёт полное погружение.

Матросы радостно засвистели и заулюлюкали, подкидывая в воздух шляпы и фуражки.

– За работу!

Когда все эти жуткие огромные бородатые мужчины разбежались в разные стороны, я схватила капитана за руку.

– Что значит, «полное погружение»? ― не знаю почему, но это мне не понравилось.

– Увидишь, чуть позже.

Шер провёл меня по палубе, любуясь собственным кораблём.

– Смотри, это каравелла-редонда. Она вооружена прямыми парусами на фок– и грот-мачтах и латинским на бизани. Раньше на «Марте» все паруса были латинскими. Это считалось эффективным при хождении против ветра вдоль побережья в качестве судна каботажного и речного плавания в собственных территориальных водах. Но, когда «Толстуха» стала бороздить океан, где преобладают постоянные попутные ветра, лорд приказал поставить прямые четырёхугольные паруса.

Я ровным счётом ничего не поняла.

– Каравелла! Красиво звучит.

Шер рассмеялся.

– Обшивка этого корабля набрана не внакрой, как это делали раньше, а в гладь: одна доска вплотную к другой. Этот способ назвали «карвель». Позже название обшивки перешло в название самого судна. Ладно, завтра всё осмотришь, а теперь, парень, нам пора погружаться.

Глубокое погружение состоялось в ближайшей таверне. Меня чуть не стошнило от запаха спиртного и жареной рыбы.

– Держись, Луи, мы все проходили сквозь это.

Я зло посмотрела на капитана. Чему он так радовался? Ведь я-то знала, что для него посвящение в мужчины прошло не слишком гладко. Шервуд не замечал моих косых взглядов. Он выкатил бочку в центр помещения и заставил меня залезть на неё. Тут же один из «сердобольных» матросов протянул глиняную кружку, по размерам напоминавшую ночной горшок, доверху наполненную чем-то тёмным и мерзким.

– Отличный капитанский ром! Пей, малыш!

Пить? Да я могла утонуть в такой ёмкости.

– Пей, не отравишься.

– Сделай, хоть глоток, птенчик!

– Не будь девчонкой!

Со всех сторон доносились громкие ободряющие смешки. Мужчины потешались.

Девчонкой? Нет, я не могла допустить разоблачения, когда цель была так близка. Прильнув к неподъёмной бадье, я стала пить большими глотками обжигающую горло жидкость. Моё дыхание остановилось, горячая волна накрыла с головой. Постепенно я перестала чувствовать мерзкий вкус пойла и столь же омерзительный запах.

– Хватит, малец! ― донеслось, как из тумана.

Но я продолжала жадно опустошать посуду, словно от этого зависела моя жизнь.

Меня качало из стороны в сторону. С трудом подняв свинцовые веки, я поняла, что лежу в какой-то сетке. Сделав несколько неловких движений, не только не выбралась, но ещё больше запуталась в широких петлях.

– Это гамак. Все матросы спят в таких штуках. Скоро привыкнешь, малыш!

Сфокусировав взгляд, я увидела боцмана. Он широко улыбался, показывая отсутствие нескольких передних зубов.

– Ну, ты и дал жару вчера! В первый раз видел, что бадью рома для всей команды опустошил тощий безусый юнец!

Так это было не для меня, точнее не только для меня? Проклиная Шера, я схватилась за гудящую голову и застонала.

– Ты так напился, парень, что отключился раньше, чем познакомился с умелой шлюхой. ― Том тяжело вздохнул. ― Ладно, не огорчайся. Когда компания закончится, я лично найду тебе самую сладкую девочку.

В моём плачевном положении это было единственной хорошей новостью. Даже не представляю, что могло случиться со сладкой девочкой, узнав она, что скрывается под моей рубахой.

– А теперь вставай. На воздухе быстро полегчает!

Том помог мне выбраться на свободу и подняться из кубрика на палубу.

Прошло семь дней

Я с ужасом смотрела на свои руки, покрытые кровавыми мозолями. Каждый вечер Шер приносил мне жир, обмазывал им ладони и заворачивал в чистое полотно, а утром всё начиналось сначала.

– Юнга! Тысяча чертей под хвост! Беспорядок на палубе!

Выскочив из-за бочки, я прошлёпала босыми ногами вдоль борта и выкинула деревянное ведро, привязанное к корме верёвкой. Ещё минута, и солёная вода вылилась на деревянную палубу к ногам боцмана. Схватив корабельную швабру, я ловкими движеньями стала растирать влагу вдоль досок.

– Гонец Его Величества!

Прекратив работу, я спряталась за ближайшую пушку, когда на палубе появился высокий худощавый мужчина. Я знала его. Граф Олиф Мидлтон, друг и соратник моего отца. Сэр Мидлтон часто гостил в ВайтХолле и видел меня не раз.

– Капитан Шервуд Брик!

Шер вышел вперёд и поклонился гонцу.

– Вам следует явиться в распоряжение адмирала Морли в течение двух недель. ― Он протянул папирус с королевской печатью.

Я чуть не разрыдалась от радости. Скоро я увижу лорда! Сэр Мидлтон уже собирался покинуть судно, как Шер опять всё испортил.

– Вина, Ваша Светлость?

Я молилась, чтобы Их Светлость испарилась, как можно быстрее, сославшись на дела, но она только кивнула.

– Пожалуй, да.

– Юнга!

Я натянула фетровую шляпу на глаза и кинулась в капитанскую каюту, где хранились запасы контрабандных французских вин, разлитых в маленькие бочонки. Когда я вернулась, граф удобно расположился на палубе, рассказывая проклятому капитану о предстоящей кампании. Поставив два кубка на бочку с порохом, я поспешила удалиться, но Олиф окликнул меня.

– Эй, парень, подойди сюда!

Я шмыгнула носом и поплелась навстречу разоблачению.

– Сними шляпу.

Я послушно стянула бесформенное убожество и уставилась на выпирающую доску палубы. Граф привстал и подошёл ближе.

– Скажи, юноша! А у тебя, случайно нет сестрицы?

Я только покачала головой. Ещё не хватало начать заикаться.

– Надо же, ты так похож на дочь моего друга… Хотя, о чём это я? У Антуана был единственный ребёнок, маленькая Луиза. Чертовски привлекательное создание.

Я покраснела, а Мидлтон расхохотался.

– Я вогнал в тебя в краску? Не смущайся. Ладно, ступай и займись своими делами.

Я натянула шляпу и исчезла в трюме, проклиная Шервуда в очередной раз.

Установка пушек была завершена. Шер считал эти новомодные штуковины совершенно бесполезными, так как ещё ни разу не видел, чтобы они нанесли хоть маломальски серьёзное повреждение противнику. Он рассчитывал на ближний бой, где матросы частенько сходились в рукопашной.

– Обещай, Луи, что, как только начнётся заварушка, ты спустишься в мою каюту и будешь сидеть тихо, как мышка.

Естественно, я пообещала. Но разве я могла пропустить такое зрелище! Когда ещё увижу?

Ранним утром «Толстуха Марта» подняла паруса. Судно шло носом против ветра, поэтому первым к небу взмыл косой латинский парус. Но, когда Шервуд вывел корабль из акватории и развернул его, огромный прямой парус грот-мачты затрепетал, поймав попутный ветер. Когда фал был вытянут до места, мы обтянули шкот, и корабль лёг на нужный курс. Мы пошли правым галсом, развернув третий парус на фог-мачте. Я подбежала к носу корабля, подставив лицо морскому бризу, жадно вдыхая волшебный запах приключений и свободы.

К месту мы прибыли 27 августа, накануне битвы. Корабли стояли на рейде, и я не сразу нашла «Леди Блу». Всю ночь к борту причаливали шлюпки. На палубу поднимались воины, вооружённые арбалетами, рыцари в тяжёлых доспехах. Я смогла подслушать, что пару недель назад король узнал, что кастильский флот под предводительством наёмника Карла Де Ла Серда захватил несколько торговых английских кораблей и перебил все экипажи. Эдуард дал приказ о подготовке ответного удара, и завтра утром мы отправимся к Винчесли, где и будем ждать кастильцев. Мы входили в состав пятидесяти английских кораблей. И сам король, и королева прибыли, чтобы воодушевить моряков. Королевский когг «Томас» произвёл на меня неизгладимое впечатление. Одномачтовый, с прямым парусом, он имел бойницы с зубчатым ограждением, где размещались воины и пушки. Вооружившись подзорной трубой, которую мне удалось стащить из капитанской каюты, я рассматривала корабли, пока в поле моего зрения не попала «Леди Блу». Минуту я скользила взглядом по палубе, обыскивая её на предмет нахождения капитанского мостика. Есть! Сердце пропустило удар. Возле огромного штурвала стоял мой любимый капитан. Широкая рубаха трепетала на ветру, как паруса. Густые каштановые волосы были стянуты в хвост кожаным ремнём. Джеймс, задумавшись, смотрел куда-то вдаль. Бог мой! Сейчас я бы отдала всё на свете, чтобы оказаться рядом с мужем. Одинокая слеза, солёная, как море, скатилась по щеке. «Дурёха! Опять мечтаешь о несбыточном? Ну, зачем ты ему? Он хочет получить развод и продолжить свои бесконечные поиски. Тебе ли тягаться с красавицей-островитянкой?» Лорд лишь на мгновение повернул лицо в мою сторону, и тут же, перепрыгнув через несколько ступенек, оказался на палубе и исчез из поля зрения.

28 августа флот был уже у Винчесли. Целые сутки напряжённого ожидания. Я мерила шагами капитанскую каюты «Марты», в которой Шер грозился запереть меня, если я вздумаю подняться на палубу. Я собиралась, но только тогда, когда начнётся битва. В сундуке у стены, я даже нашла широкий короткий меч, который хорошо лёг в руку. Папочка! Не имея сына, ты тренировал меня, даже не представляя, что однажды это умение мне пригодится. Я тяжело вздохнула, вспомнив отца. Нужно было собраться. Я должна быть сильной!

29 августа. С утра дул восточный ветер, и испанский флот долго не появлялся. Корабли английской эскадры почти сутки лавировали в самом узком месте Па-де-Коле, поджидая противника. Потеряв ветер, мы застряли в сорока милях от Данджнесса. Единственной возможностью не упустить испанцев, было развернуть флот, спустив несколько парусов и идти параллельным курсом. Я не могла пропустить такое зрелище. Крадучись, пробралась на палубу и с облегчением вздохнула. Шер стоял на капитанском мостике, отдавая команды матросам, которым было не до меня. Определив удобную точку для наблюдения, я спряталась между пороховыми бочками, не привлекая внимания вооружённых арбалетчиков и рыцарей.

Стараясь не упускать из виду «Блудницу» и «Томаса» я зачарованно наблюдала за началом сражения. Совершая манёвр, шкипер королевского когга допустил роковую ошибку. Он подошел к самому близкому испанскому судну на слишком большой скорости и под очень острым углом. В итоге произошло непредвиденное: «Томас» на всех парах налетел на превосходивший его во много раз вражеский корабль и после столкновения с ним, получив течь, отскочил. Судно потеряло даже мачту. Это казалось маловероятным, но когг оставался на плаву, и шкипер всё ещё управлял им. Мало того, испанский корабль был взят на абордаж. Сначала английские лучники подавили стрельбу испанцев, а затем тяжеловооруженные воины перелезли через неприятельский борт и вступили в рукопашную схватку, повторив тактику, примененную десятилетием ранее, при Слейсе. Вскоре все английские суда последовали примеру «Томаса». Битва при Слейсе, о которой мне часто рассказывал отец, по своему характеру и результатам повторилась снова, разворачиваясь уже на моих глазах. Судно за судном захватывалось англичанами. Когда на 17 из них, не менее, поднялись английские штандарты, их снова отправили в бой, уже на другой стороне. Эдуард тоже поднял свой штандарт на одном из неприятельских кораблей. «Томас» из-за пробоины стал погружаться под воду и вскоре затонул. «Марта» не вступала в открытое сражение. Главной задачей каравеллы стало прикрывать с левого борта «Саль дю Руа», большой английский корабль, на котором плыла свита короля и принц Уэльский. «Саль» совершил головокружительный манёвр, повторив ошибку «Томаса». Я с ужасом наблюдала, как получив пробоину, судно начало тонуть, но, в отличие от отца, принц не захватил корабль неприятеля, который теперь находился справа от нас на очень близком расстоянии. Я видела, как Генрих Ланкастер, не занятый в тот момент непосредственной схваткой, направился к испанскому судну, стоявшему рядом с принцем Уэльским, но он был слишком далеко. Шер дал команду, и лёгкая «Марта» приблизилась к морскому гиганту. Удар, ещё удар, «Толстуха» буквально отскочила от испанского галеона. Матросы, вооружённые дощатыми мостиками и крюками, готовые к абордажу, полетели на левый борт. «Марта» сделала небольшой разворот и вновь приблизилась к испанскому кораблю. «Мачту! Нужно рубить мачту!» ― сквозь грохот пушек и свист стрел, я всё ещё слышала голоса. Нельзя было терять времени. Когда «Толстуха» подошла к галеону, я поняла, что для нас это столкновение может стать смертельным. «Попасть на корабль, срубить мачту!» Я разбежалась, оттолкнулась от подвязанных бочек, перепрыгнула через борт и оказалась на испанском галеоне как раз возле грот-мачты. Один удар, и паруса вместе с реями повалились на меня, лишив возможности дышать.