Читать книгу "Охотник и вампирша"

27

Харвард шлепнул служанку по заду. Та, как и положено, взвизгнула. Харвард, как и положено, довольно усмехнулся.

Конечно, жизнь хозяина гостиницы легкой не назовешь. Угоди тому, угоди этому, дай на лапу одному, дай на лапу другому, потом третьему, а после этого можешь начинать все по-новой. Однако были и кое-какие преимущества, небольшие, но очень ценные радости.

Например – служанка.

Безусловно, она может вертеть хвостом перед кем угодно, а также завлекать, намекать и строить глазки. Сколько угодно. Он был не против. Даже, наоборот, поощрял, поскольку все эти женские фокусы шли на пользу делу. Она могла, если хотела, подняться в номер к особо настойчивому постояльцу. Он понимал и это. У нее тоже должен быть свой приработок. И если там, в номере, что-то пойдет не так, он ее, конечно, выручит. Один раз. Однако если скандал повторится… Нет, он выручит ее и вторично, но день второго скандала станет последним днем ее работы в этой гостинице.

Прежде чем взять служанку на работу, он ей все это и объяснил. Просто и ясно, без подходов и намеков. Тогда же он ей объяснил и про свое собственное право. Тоже просто и ясно. Он всегда разговаривал со служанками именно так, раз и навсегда уверившись, что с ними можно только так.

Его право. Оно было незыблемо. В любой момент, как только ему захочется, она придет и выполнит все, что он от нее потребует. Даже если он захочет, чтобы она отдалась ему именно сейчас, прямо под стойкой.

Харвард взял со стойки стакан и задумчиво провел по нему пальцем.

Чистый, но не очень. Можно было бы помыть его и более тщательно. Со старой Фреей надо поговорить. Последнее время она моет посуду не так тщательно, как когда-то.

Может, ее пора выгнать? Взять на ее место молоденькую, готовую на все девчонку…

«Ну уж нет, – подумал Харвард. – Это было бы ошибкой. Это могло повредить делу».

Он еще раз провел по краю стакана пальцем, и тот тихо, едва слышно загудел.

А стекло хорошее. Надо будет прикупить в лавке еще штук двадцать. Да наливать в такие стаканы вино лишь приличным покупателям. Целее будут. Хотя поди пойми, кто из них приличный, а кто нет. Бедняки частенько обращаются с посудой бережнее, чем богачи. Как же, за разбитое ведь надо платить. А богатым деньги считать не нужно.

Служанка притиснулась к нему крутым боком и медовым голоском сказала:

– Пришли мальбы-охранники.

Харвард кивнул.

В другое время он, пожалуй, мог бы поручить переговоры с ними и служанке. Но только не сейчас. Ходят слухи, что горные мальбы выступили в поход. Если наймешь кого попало, можно и погореть.

– Присмотри тут, – бросил он служанке.

Трое мальбов ждали неподалеку от гостиницы. У одного из них шерсть на плечах уже поседела, но выглядел он еще достаточно крепко. В отличие от своих товарищей, вооруженных крупнокалиберными пулеметами, старичок сжимал в лапах здоровенную винтовку, ложе которой было украшено разноцветными ленточками, а также серебряными гвоздиками и набойками.

– Этот не пойдет. – Харвард указал пальцем на старого мальба.

– Это почему? – спросил тот.

– Стар. Да и оружие неподходящее. Дракона таким не отпугнешь.

– Еще как отпугнешь, – ухмыльнулся старик, показав желтые сточенные клыки. – Из моего ружьеца как раз на драконов и охотиться.

Харвард недобро прищурился.

– Значит, шутки сюда шутить пришли?

– Никаких шуток, – проговорил старик. – Мое ружьецо, может, и не такое скорострельное, как пулемет, но зато дракона, если надо, уложит за милую душу.

– Каким образом? Может, увидев его, он помрет от смеха?

– Нет, не от смеха. Это ружье уже убило двух драконов. Хочешь знать как?

Старик многозначительно поднял палец к небу – так, словно там сейчас кружили те самые два якобы убитых дракона.

– И как же? – мрачно спросил Харвард.

Он уже понял, что от старика отделаться не удастся. Таким образом, этой ночью его гостиницу будут охранять снаружи всего лишь два охранника. А платить ему придется троим. И избежать этого невозможно. Если он отошьет старика, то, возможно, уйдут и два других мальба. Скорее всего они его сыновья. А то и внуки. Учитывая, что родственная солидарность для мальбов вещь нерушимая, они так и сделают. Ему же, если он будет настаивать на своем, придется за полдня найти новых охранников. Перед ночью драконов – вещь почти невозможная.

«Вот дьявол, – подумал Харвард. – Вечно эти мальбы выкидывают какие-нибудь фокусы».

Конечно, он мог обратиться к дэвам. Но только не сейчас. Ходили слухи, что с гор спустился отряд диких мальбов. Если они надумали напасть на город, то лучше бы его гостиницу охраняли именно мальбы. Вряд ли горцы нападут на дом, охраняемый соплеменниками.

Конечно, мальбы-охранники с горцами не якшаются, но все же… так будет вернее.

Старик между тем вытащил из ствола допотопной винтовки толстый, увенчанный чудовищных размеров пулей патрон.

– Вот чем! – гордо заявил он.

– И что же это?

Харвард тяжело вздохнул и подумал, что сегодня, похоже, не очень удачный день. Может, даже совсем неудачный.

– Это, между прочим, – заявил старый мальб, – свинцовая пуля, начиненная прахом василиска. Дракона враз уложит. Если, конечно, попасть в особое место. Ну да я это место знаю. Можешь не сомневаться.

«Нет, точно он меня считает за дурака», – подумал Харвард.

– Прах василиска-то у тебя откуда? – спросил он.

Старик хитро прищурился.

– Дедушка-то мой был известным словознатцем. От него и остался рог с прахом.

– Понятно, от дедушки, значит, – сказал Харвард.

«Чего я дурака валяю? – подумал он. – Все равно придется эту троицу нанимать. Так зачем зря терять время? Пусть охраняют гостиницу снаружи, а внутрь я их не пущу. Там будет караулить Имбец. Поскольку он тоже мальб, то уж как-нибудь за своими соплеменниками проследит. Конечно, туповат он, но дело свое знает туго».

– Ну так что, договоримся? – поинтересовался старик мальб.

– Ладно, пусть будет так, – неохотно проговорил Харвард.

Он объяснил охранникам их обязанности и отсчитал им задаток. Мальбы заверили его, что с наступлением темноты будут на месте, и ушли в сторону ближайшей забегаловки. Харвард проводил их обеспокоенным взглядом и, озабоченно сплюнув на мостовую, подумал, что мальбы могут и напиться.

«В таком случае, – решил он, – остальной платы они у меня не увидят как своих ушей».

Воспользовавшись тем, что оказался на улице, он заглянул в норку к кликсу-дворнику и сунул ему пару медяков. Это чтобы мостовую возле гостиницы подметал потщательнее. Иногда богатого клиента может отпугнуть такая мелочь, как плохо выметенная мостовая.

Вернувшись в гостиницу, он подозвал служанку и вполголоса ей сказал:

– Отправь мальчишку к Имбецу. Пусть напомнит ему, чтобы тот пораньше пришел на работу. Все-таки ночь драконов – не хухры-мухры. И пусть приглядывает за теми, кто будет охранять гостиницу снаружи, в оба глаза.

Служанка обеспокоенно спросила:

– А что, не понравились тебе охранники? Вроде ничего. Бравые ребята. Дедок у них вон даже ущипнуть меня попытался. Вполне крепенький дядька.

– Ох и глупая ты девка, – нахмурился Харвард. – И вообще с каких это пор ты позволяешь всяким грязным мальбам себя трогать?

– А я и не позволяю, – улыбнулась служанка. – Я же сказала «попытался ущипнуть», а не «ущипнул». Я-то знаю, кому меня позволено трогать.

Сказав это, она вроде бы случайно привалилась к Харварду теплым округлым плечом.

– Ладно, давай топай, обслуживай клиентов. Да мальчишку отправить не забудь.

– Не забуду, – хихикнула служанка и пошла на кухню, похоже, за очередной порцией тушеного мяса.

Харвард проводил ее взглядом до самой двери кухни.

«Всем хороша девка, – подумал он. – Тело пышное. Шибко умной не назовешь, да и дурой тоже. Нрав веселый. Женской сучности, этой самой подлой расчетливости, вроде не замечалось. Эх, а не жениться ли мне на ней? В самом деле, старость не за горами. Будет кому кружку воды поднести». Он тряхнул головой. Ну нет, не те это мысли, не те. Если и жениться, то на вдовушке с приданым. Все эти веселые служанки, стоит им попасть в дамки, разительно меняются. Откуда что берется. Уж он-то знает. Был как-то женат. Целых полгода. Харвард мечтательно улыбнулся. И все-таки Сюзэн была великолепна. А какой темперамент! Формы!

И надо же было тому волшебнику заглянуть в его гостиницу… Впрочем, не появись этот волшебник, ее мог увести кто-то другой. Богатый купец, гость из другого мира, чиновник Ангро-майнью. Ей просто на роду было написано променять его жалкую гостиницу на что-то более великолепное.

На роду? А если нет? Кто знает, может быть, не появись тот волшебник в своем шитом золотом халате, все могло остаться и по-прежнему? Он бы стоял за стойкой, а Сюзэн, весело напевая, сновала бы от кухни к столам постояльцев…

Служанка тихо толкнула его бедром и показала глазами на крайний столик.

Недовольный тем, что его оторвали от размышлений, Харвард взглянул в указанную ею сторону и замер.

Компания, устроившаяся за столиком, выглядела очень подозрительно. Шестеро довольно опасного вида мужчин и подросток, почти мальчик.

Понаблюдав за подозрительными постояльцами с минуту, Харвард кивнул и осведомился у служанки:

– Надеюсь, ты сказала им, что у нас все комнаты заняты?

– Нет. Ничего не получится.

– Почему?

– Потому что они зарезервировали комнаты. Помнишь тот заказ на четырнадцать человек? Его сделали они.

Харвард плеснул в стакан перебродившего эюпсного сока, сделал несколько глотков, потом осторожно спросил:

– Значит, вскоре заявятся еще семеро?

– Угу.

До служанки, кажется, тоже дошло.

– Ой-ой-ой, – сказал Харвард. – Это что же получается, к вечеру здесь будет четырнадцать головорезов?

– Получается, – согласилась служанка. – Те бутылки с дорогим вином со стойки, значит, убрать?

– Немедленно. И еще кое-какую посуду. Сама знаешь какую.

– Я сейчас.

Служанка метнулась выполнять приказание. «Стоп, – сказал себе Харвард. – А не слишком ли рано я начал паниковать? Ну да, ребята, похоже, в гостинице остановились страшненькие. Эти если разойдутся, то мальбов-охранников сметут не моргнув глазом. Однако с каких это фиников они должны устраивать бучу? Все чин чинарем. Заказали комнаты, других постояльцев пока не трогают. Может, пронесет?»

Он еще раз взглянул на подозрительных постояльцев. Один из них встал и в сопровождении подростка направился к выходу.

«Ага, двое решили осмотреться, – подумал Харвард. – Их осталось пятеро. Может, самое время послать за дэвами?»

Он тщательно обдумал эту мысль и решил, что пока за дэвами идти рановато. Нет, лично для него – так в самый раз. Пока не случилось какой-нибудь беды. Вот только дэвы первым делом начнут задавать разные вопросы. И первый из них будет: что плохого сделали эти постояльцы? Пока ничего, ответит он. После этого дэвы лишь пожмут плечами.

Он, безусловно, начнет им объяснять, что кожей чувствует – от этих ребят можно ожидать чего угодно. Ну один, ну два… Парочка подозрительных личностей ему не опасна. С ними справится и Имбец. Но аж четырнадцать человек!

Харвард снова посмотрел на крайний столик. За ним пока царили мир и спокойствие.

«Ладно, – с неожиданной злостью подумал хозяин гостиницы. – Пусть только рыпнутся».

Он как бы мимоходом заглянул под стойку. Там у него лежал короткоствольный кавалерийский карабин. Наклонившись, Харвард снял его с предохранителя. Положив оружие так, чтобы взять его не составило никаких проблем, Харвард почувствовал себя несколько лучше.

«Именно так, – подумал он. – Если эта компания попытается тут слегка поразвлечься, для того, чтобы вооружиться, мне достаточно будет слегка наклониться и протянуть руку».

Между тем пятеро так заинтересовавших его постояльцев продолжали мирно беседовать.

Служанка, как раз убиравшая наиболее дорогую посуду, заметив его манипуляции с карабином, осторожно спросила:

– Может, дать знать дэвам?

– И что ты им скажешь? – с иронией сказал Харвард. – Что у нас постояльцы, которых мы подозреваем в нехороших намерениях? Знаешь, что они тебе на это ответят?

Служанка развела руками.

– Ты хозяин, тебе и решать.

«Это точно, – подумал Харвард. – Я хозяин. Если что – мне и отвечать. С другой стороны, если я подниму ложную тревогу, отвечать тоже мне. Вот так. Жизненный путь хозяина гостиницы отнюдь не устлан розами».

Чтобы успокоиться, он прошелся по залу, улыбаясь постояльцам, спрашивая то у одного, то у другого, довольны ли они обслуживанием, то и дело незаметно поглядывая в сторону подозрительного столика.

Там пока все было тихо и спокойно. Опасные парни ели, пили и вполголоса разговаривали, судя по выражениям лиц – о пустяках.

Харвард вернулся за стойку, оценил проделанную служанкой работу. Стойка почти не изменила свой вид. Наверное, только завсегдатай мог определить, что на месте дорогой посуды стоят дешевые бутылки, стаканы и кувшины. Спустя несколько минут подозрительные постояльцы расплатились за обед и поднялись по широкой деревянной лестнице на второй этаж, в свои комнаты.

Провожая их взглядом, Харвард подумал, что, может быть, все еще обойдется. Наверняка обойдется.

Эта мысль его несколько успокоила, и он занялся своими привычными делами. Вскоре вернулся мальчишка, которого посылали к Имбецу, и доложил, что охранник согласился прийти пораньше. Это известие успокоило Харварда окончательно. Он был из тех редких счастливцев, которые умеют забывать о грозящих неприятностях. На время, до того момента, когда потребуются конкретные действия. Вспомнил он о них через несколько часов, когда постояльцы спустились поужинать. К этому времени те двое, уходившие на прогулку, присоединились к своим товарищам. До наступления ночи оставалось часа полтора. Зал был переполнен. Однако, несмотря на это, Харвард выделил подозрительную семерку из числа постояльцев моментально. Досадливо поморщившись, он подумал, что эта проблема, похоже, так же как и беременность гимназистки, сама не рассосется. Надо было что-то делать. Или не делать ничего. Вот такой выбор.

«А собственно, чего ты волнуешься? – сказал он себе. – Безусловно, постояльцы выглядят как люди, способные на что угодно. Однако ведут они себя тихо-мирно, никого пока не обидели».

Пока. Впереди еще ночь. И если они что-то задумали, то осуществят свой план именно ночью, когда небо будет гудеть от крыльев драконов. Вот тогда уже точно о помощи дэвов можно будет забыть. Следующие пятнадцать минут он усиленно обдумывал эту проблему, но так и не смог ни на что решиться. Потом произошло событие, уничтожившее все его сомнения. В обеденный зал с улицы проскользнули два человека. Они тотчас же уселись за стол, за которым уже сидели семеро подозрительных постояльцев. Судя по всему, произошло что-то неприятное, поскольку за столом, за которым сидели теперь уже девять человек, начался оживленный разговор. Харвард обратил внимание на внешний вид новых постояльцев. Честно сказать, он был неважнецкий. Одежда у них была во многих местах порвана и запачкана кровью. Похоже, им пришлось выдержать нешуточную драку. Причем совсем недавно. Харвард убедился в этом, прогулявшись по обеденному залу и постаравшись пройти недалеко от стола, за которым сидели подозрительные постояльцы. Кровь на их одежде была совсем свежей, причем, судя по всему, не только чужой.

Вернувшись за стойку, Харвард жестом подозвал служанку. Бросив быстрый взгляд в сторону подозрительных постояльцев, она спросила:

– Ну а теперь что ты скажешь?

– Что я скажу? – пожал плечами тот. – Беги за дэвами. Пора положить этому конец.

Когда служанка, делая вид, будто проверяет, все ли в порядке за столами, двинулась к выходу, он заглянул под стойку. Карабин был на месте. Оставалось только протянуть руку и взять его.

28

Лисандра ругалась на чем свет стоит. В городе, на какой-нибудь крыше или карнизе, она вполне могла устроиться со всеми удобствами. Но в лесу!

Она вдруг осознала, что за последние три сотни лет почти не была в лесу. Конечно, ей частенько случалось над ним пролетать. Но и только. Что ей делать в лесу? Люди там встречаются довольно редко. Все больше лесовики да охотники. Найти их трудно. Да еще к тому же в отличие от городских жителей они гораздо лучше чувствуют опасность. Стало быть, подобраться к ним труднее.

Нет, в лесу ей делать нечего. В обычное время. А сейчас…

Дерево, на котором Лисандра устроилась, было жутко неудобное, сучковатое, все усеянное какими-то наростами и длинными острыми шипами. Прежде чем найти подходящее место, Лисандра несколько раз поранилась об эти шипы. Обычно такие ничтожные раны были ей как слону дробина, но только не сейчас. Как выяснилось, шипы гнусного дерева были смазаны очень жгучей клейкой смолой. Попав в ранки, она вызывала неприятный зуд. Лисандра села на сук поудобнее, в очередной раз чертыхнулась и стала прикидывать, стоит ли ей перебраться на другое дерево. Стоит-то оно, конечно, стоит. Однако…

Она еще раз огляделась.

Нет, все верно. Это было единственное дерево, которое как нельзя лучше подходило ее целям. Оно росло на одной из вершин окружавшей долину с трех сторон горной гряды. С него удобнее всего было наблюдать за выходом из долины, начинавшимся на краю обширного пустыря.

Почему-то Лисандре казалось, что наиболее интересные события должны произойти именно на этом пустыре.

«И все-таки что тут должно случиться?» – в который уже раз спросила себя вампирша.

Ответ на этот вопрос мог быть только один: поживем – увидим.

Неделю, не меньше.

Лисандра представила, что ей придется просидеть на суку этого дерева в окружении отравленных шипов целую неделю, и содрогнулась.

Амулет, конечно, штука хорошая, но не слишком ли дорогой ценой он ей достанется?

Лисандра принялась было размышлять на эту тему, но тут же укололась еще об один шип, и ее мысли невольно приняли другое направление.

«Решено, – подумала она. – Так и быть, эту ночь я как-нибудь промаюсь. Но днем обязательно нужно обломать все ближайшие шипы и устроить себе что-нибудь типа насеста».

Она представила, как соорудит себе из ветвей уютную площадку, и почувствовала себя лучше. Удобная площадка из веток. Вот то, что ей нужно. Прямо сейчас. На худой конец – завтра.

Конечно, она не заменит ей ее любимый, очень удобный гроб, но поможет как-то перекантоваться неделю.

«Неделю? – подумала Лисандра. – Всего-то? А если завтра пойдет дождь и будет лить день за днем?»

Она поежилась.

Вот этого не надо. Пусть всю неделю стоит хорошая погода. О великий нетопырь, покровитель всех вампиров, сделай так, чтобы дождя не было!

Вампирша посмотрела в сторону долины. Ее обитатели, похоже, зашевелились. Человек пятнадцать направились к росшему посреди долины огромному дереву.

Вообще поначалу Лисандра приглядела именно его. На вершине этого дерева можно было устроить очень удобный наблюдательный пункт. С него она могла увидеть все что угодно, а если повезет, то и что-нибудь подслушать. И еще, на этом дереве не было никаких колючек. Вместо них росли большие круглые плоды. А листья у дерева были длинные, широкие. За такими очень удобно прятаться. Короче, устроив на этом дереве наблюдательный пункт, она выигрывала многое.

Проигрывала она только в одном. В том случае, если вдруг ей понадобится уносить ноги, сделать это незаметно будет невозможно. Поразмыслив, Лисандра решила пренебречь удобствами в пользу безопасности. Конечно, это было мудрое решение.

Для того чтобы лучше рассмотреть заинтересовавшее ее шествие к дереву, Лисандра слегка передвинулась влево и тут же укололась о шип.

«Может, все-таки стоило выбрать удобства? – подумала она. – Рискнуть на авось?»

То и дело поглядывая на процессию, она тщательно обдумала этот вопрос и пришла к выводу, что лучше подождать. Если за пару дней не произойдет ничего опасного, она переберется на дерево в центре долины. А два дня она вытерпит и на этом наблюдательном пункте, как бы плох он ни был.

Что-то опасное…

Почему она, собственно, решила, будто ничего опасного в этой долине не произойдет? Почему? Сын змеи, например, думает наоборот. Произойдет. И нечто очень важное. Иначе не стал бы он прилагать столько усилий, чтобы послать ее сюда, не стал бы давать ей амулет. Она хмыкнула.

Возможно, он даже не ошибся. Особенно если учесть, что в Мравене она видела Хантера. Этот типус на мелочевку не разменивается.

А может, все-таки совпадение? Хантер был в Мравене по каким-то своим делам. Она же, увидев его, вообразила невесть что и запаниковала.

Кстати, а почему? Чем могла быть ей опасна эта встреча? Вообще Хантер должен быть ей признателен. Хотя бы за то, что она помогла ему справиться с черным магом. Она же, кретинка, помогла ему во второй раз. И что за это получила? Едва не погибла. Спаслась буквально чудом. Из-за того, что погода случилась ненастная. А то гореть бы ей от солнечных лучей, как сухое березовое поленце…

Жители долины между тем подошли к дереву на достаточное расстояние и пали на колени.

«Ну конечно, – подумала Лисандра. – Теперь они будут о чем-нибудь просить своего идиотского бога. Потом, может быть, принесут ему жертву. А после, с чувством выполненного долга, отправятся заниматься всякими глупостями, как и положено обычным людям».

Обычным?

Она вгляделась в охватившее дерево полукольцо людей в черных плащах с капюшонами.

Не нравились они ей. Да и как, собственно, ей могли нравиться черные маги? Особенно если учитывать, что они ее пару раз чуть не прикончили.

Лисандра подумала, что все-таки понаблюдать, как они ведут себя в быту, было бы забавно. За свое долгое трехсотлетнее существование в обличье вампира она встречала немало сектантов, мелких религиозных общин, сатанистов и прочих… прочих… Как-то раз ей даже попалась секта, поклонявшаяся великому вампиру. Входившие в эту секту чудики пришлись ей по вкусу. Кровь у них была вкусная, питательная. Лисандра провела с сектантами полгода. По истечении этого времени некоторые из них прозрели. А поскольку секта состояла в основном из детей больших чиновников, купцов и знати, когда кое-что выплыло наружу, за своих чад вступились их богатые и могущественные папаши. Лисандре, конечно, удалось унести ноги, но все-таки был момент, когда ее чуть не поймали. Именно после этой истории она зареклась иметь дело с сектантами.

Те, что сейчас собрались возле дерева, совсем не походили на обычных неврастеников, как правило, составлявших основной костяк всяческих мелких сект.

Ну да, еще бы! Все-таки черные маги.

«Может, Хантера тоже заинтересовала эта долина? – подумала Лисандра. – А если так, то в одиночку он сюда не сунется. Возможно, он торчит в Мравене потому, что ждет еще нескольких приятелей, таких же, как и он, охотников?»

Охотников?

Ну конечно. Разве может охотников не заинтересовать долина, в которой живут черные маги?

Лисандра вполголоса выругалась.

«Ах ты, сукин сын, – почти ласково подумала о сыне змеи Лисандра. – Втравил-таки меня в историю, в которой вероятность погибнуть больше, чем у спелого яблока рано или поздно упасть на землю. Старый чешуйчатый ублюдок. Надул, словно малолетнюю девчонку. Чтоб первый же кусок мяса, который ты надумаешь съесть, превратился в твоей глотке в камень».

Она еще раз взглянула на полукруг коленопреклоненных людей вокруг огромного дерева.

Скорее всего охотники скоро заявятся в эту долину, и тогда начнется светопреставление. Черные маги против охотников, и она, дура набитая, – посреди этой войны. Причем так просто черные маги не сдадутся. Вероятно, у них тут святилище, в котором они совершают свои религиозные обряды, а также обучают молодежь. И она, дура набитая, сунулась в это осиное гнездо! Поддалась на обещания подлого сына змеи…

«Стоп, – сказала она себе. – Хватит эмоций. Давай-ка еще раз обдумаем все, причем очень спокойно и очень расчетливо».

Итак, она осознала, что попалась в ловушку. Самое время смыться. Однако надо решить, сможет ли она это сделать. С сыном змеи заключено соглашение. Он свою часть обязательств выполнил. Дал ей вовремя правильный совет, вручил амулет и избавил ее от преследователя. Что будет, если она нарушит соглашение?

Конечно, неприятности. Но насколько серьезные? Что, собственно, этот сын змеи может ей сделать?

Ответ был неутешителен: да все что угодно! Дети змеи – самое таинственное племя этого мира.

Никто не знает, где они живут. Может быть, под землей, в непроходимых лесах или на вершинах гор, туда, куда не добираются даже мальбы. А вернее всего, они живут в каком-то другом мире, дорога в который известна только им. Время от времени они появляются среди людей, обделывают свои делишки и исчезают в неизвестном направлении. Иногда надолго, иногда – нет. Но как бы надолго они ни уходили, рано или поздно они появляются вновь. Какова конечная цель этих появлений? Неизвестно. Да и способны ли ее понять обычные люди?

Дети змеи…

Никто не ведает наверняка, что они умеют и на что способны. Не раз и не два они доказывали, что знают законы, по которым живет этот мир, гораздо лучше, чем люди. Наверное, если бы это было им нужно, с помощью своих знаний и умений дети змеи могли захватить мир и подчинить себе людей. Однако не захватили. То ли это им вовсе не нужно, то ли они этого не хотят, осознавая, что любая победа с течением времени обязательно оборачивается поражением. И все-таки что ей предпринять? Удариться в бега и всю оставшуюся жизнь скрываться от детей змеи? Выполнить свою часть сделки и с честью погибнуть?

Лисандра едва не застонала.

Выбор! Она всегда гордилась тем, что ни разу не нарушила своего слова. Если она обещала, то обязательно делала. С другой стороны, она два раза сталкивалась с черными магами и оба раза едва не погибла. Причем спасалась она лишь благодаря тому, что рядом был Хантер.

Сейчас она одна и в нескольких сотнях метров от долины черных магов, в которой вот-вот разразится жуткая бойня. Если ее заметят…

«Спокойно, – сказала она себе. – Давай без эмоций. Да, ты заключила соглашение. Однако сын змеи не поставил тебя в известность, насколько опасно выполнение твоей части сделки. Достаточно ли этого, чтобы посчитать соглашение расторгнутым?»

Ей понадобилось не так много времени, чтобы придумать ответ на этот вопрос.

Конечно, сын змеи будет настаивать на том, что она не выполнила свою часть соглашения. А стало быть, ближайшие три-четыре сотни лет жизни ей придется спасаться от преследования.

Вряд ли дети змеи откажутся от мысли найти и покарать ее раньше. Они мстительны, и у них чертовски хорошая память.

Поскольку с этого момента она с детьми змеи в состоянии войны, то амулет она оставит себе. Он дает дополнительный шанс на выживание. Было бы глупо его не использовать.

Уносить ноги надо прямо сейчас. Конечно, можно дождаться темноты. Однако, насколько она помнила, черные маги видят в темноте не хуже охотников. Таким образом, рисковать не стоило. Если уходить, то прямо сейчас. Пока чего не случилось.

Лисандра уже хотела было превратиться в летучую мышь и вдруг оцепенела. Ей показалось, что ее коснулось нечто. Невидимое, легкое, словно пух от одуванчика, почти неощутимое. Коснулось и исчезло.

Она просидела неподвижно еще несколько минут. Странное ощущение больше не возникало.

«Показалось, – облегченно подумала вампирша. – Вот сейчас спорхну с ветки и поминай как звали».

Выполнить свое намерение она не успела. У нее в голове зазвучал голос. Безжизненный и холодный, такой, каким могла бы разговаривать глыба льда.

– Ладно, – сказал голос. – Повеселилась – и хватит. А теперь лети сюда, ко мне. Видишь неподалеку от священного дерева большой дом? Вот к нему. У меня есть к тебе дело. Кстати, не советую пытаться удрать. Ты уже попалась. Так что не суетись. Бесполезно.