Текст книги "«Русский дневник» Джона Стейнбека в советской оптике"
![](/books_files/covers/thumbs_240/russkiy-dnevnik-dzhona-steynbeka-vsovetskoy-optike-200145.jpg)
Автор книги: Лия Жданова
Жанр: Языкознание, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Материалы, освещающие вопросы свободы творчества, будут даны в четвертом разделе плана «Советская культура»: «Великие деятели культуры об идейности и тенденциозности подлинного искусства», «Критика современного буржуазного индивидуализма», «О репертуаре советского театра», «Стандартная продукция Голливуда», «Зависимость американского кино от капиталистического предпринимательства» и в ряде других.
9. Показать, как лозунг «национальной культуры» демагогически используется буржуазией империалистических стран для проповеди шовинизма, национальной исключительности и национальной ненависти и в то же время в странах, зависимых от иностранного финансового капитала, последний попирает и подавляет развитие демократических национальных культур этих стран.
Показать, что в противоположность этому в СССР создана культура, социалистическая по содержанию, национальная по форме, благодаря чему обеспечен быстрый подъем культуры каждого народа СССР и ее взаимное обогащение опытом других национальных культур.
Эта тема будет освещена в ряде статей и материалов в разделе «Советская культура», а также в материалах, посвященных 30-летию советской власти.
10. Показать духовное превосходство советских людей и советской социалистической культуры над буржуазным. Показать истоки этого превосходства, объясняя, что вклад каждой нации в сокровищницу мировой культуры, историческое значение ее культуры обусловлены участием этой нации в освободительной борьбе против «своих» и иноземных поработителей и эксплуататоров, ее ролью в общем поступательном движении всего человеческого общества от низших к высшим ступеням развития – к социализму и коммунизму.
Показать, что высшим достижением русской и мировой культуры является ленинизм и его дальнейшее развитие в трудах товарища Сталина. Объяснить мировое значение выхода в свет томов собрания сочинений И. В. Сталина.
Эти положения будут отражены в статьях и материалах, посвященных советской социалистической культуре и классическому наследию в разделах плана «Советская культура» и «Юбилейные даты».
18 января 1947 г.
№262
Один экз. уничтожен путем сожжения
Размножено 70 экз. (см. планы)
(изд. 54 л. 460)
Работа ВОКСа в 1947 году предусматривает:
а/ Подготовку материалов общих для всех /или большинства/ стран: статей, выставок, материалов для докладчиков и т. д. Эту работу производят так наз. функциональные отделы ВОКСа: отдел Печати, отдел Культуры, отдел Выставок. В подготовке этих материалов учитываются общие задачи нашей пропаганды, сформулированные в прилагаемой «Объяснительной записке» к «Плану подготовки материалов ВОКСа для зарубежных стран на 1947 год», а конкретное обозначение материалов отражено в этом же плане.
б/ Подготовку материалов, специально предназначенных для каждой страны в отдельности /или для нескольких близких друг другу стран/: статьи, специально подобранные комплекты книг, тематические фотоочерки и т. д. Эту работу производят так наз. территориальные отделы ВОКСа – отдел США, Английский, Дальневосточный, Ближневосточный, отдел Скандинавских стран, Центрально-Европейский, отдел Балканских и Славянских стран. В подготовке этих материалов учитываются конкретные особенности и запросы каждой страны и специфические задачи нашей пропаганды в ней. Эта работа планируется в прилагаемых планах территориальных отделов, которые также посылают материалы, общие для всех стран и подготовленные другими отделами ВОКСа, исключая из них те, которые для стран данного отдела не представляют интересов.
в/ В планы территориальных отделов входит также реферативная и организационная работа по странам, входящим в каждый отдел. В планы отдела культуры входит работа с секциями ВОКСа.
Москва (29 июля—5 августа 1947)
Сбор информации и составление программы поездки
31 июля – 2 августа 1947 – составление плана пребывания в СССР Стейнбека и Капы1717
ГАРФ. Ф. 5283.с.2. Оп. 22с. Ед. хр. 26. Л. 172—174.
[Закрыть]
Вх. №913/оп
Резолюция тов. Вышинского:
Согласен. /А. Я. Вышинский/
I. VIII. 47 года
Вх. 7237-ая. КопияСекретно. Экз. №I№1686/с31.VII.47 г.
Товарищу Вышинскому А. Я.
Прибывший в Москву американский писатель Джон Стейнбек и сопровождающий его фотокорреспондент Роберт Капа во время беседы в ВОКСe (запись беседы т. Караганова со Стейнбеком и Капой прилагается) просили оказать им содействие в ознакомлении с жизнью и трудом советских людей, в собирании материала для книги Стейнбека о Советском Союзе и для их корреспонденций в «Нью-Йорк Геральд Трибюн». Стейнбек и Капа намерены пробыть в СССР два месяца.
Стейнбек и Капа просили:
1. Организовать их поездку на Украину.
2. Организовать поездку на Волгу и посещение Сталинграда.
3. Дать им возможность пожить некоторое время в сельской местности для более глубокого и всестороннего ознакомления с тем, как работают, живут и отдыхают простые советские люди, как идет уборка урожая.
4. Помочь им глубже и подробнее ознакомиться в сентябре – после поездки в колхозы – с Москвой, с подготовкой и проведением 800-летнего юбилея Москвы, с культурными учреждениями Москвы.
5. Выделить им переводчика, который бы мог их сопровождать в поездке и при ознакомлении с Москвой.
6. Разрешить Капе пользоваться фотоаппаратом во время их поездки, выдать ему корреспондентскую карточку.
7. Разрешить им оплату пребывания в СССР в советской валюте – за счет гонораров, причитающихся Стейнбеку за издание его произведений в СССР.
Обсудив просьбы Стейнбека и Капы, вносим на Ваше усмотрение следующие предложения:
1. Ограничить поездки Стейнбека и Капы по СССР Киевом, Сталинградом, двумя колхозами и одним совхозом – согласно прилагаемому проекту программы.
2. Отказать Капе в разрешении производить фотосъемки в Москве. Снабдить Капу фотографиями Москвы. Разрешить ему пользоваться фотоаппаратом под контролем нашего работника в колхозах, куда они поедут.
3. Разрешить Стейнбеку и Капе оплату пребывания в СССР за счет гонораров Стейнбека, причитающихся ему за издание его произведений в СССР.
4. Прикрепить для работы со Стейнбеком и Капой переводчика-референта ВОКСа.
Докладываем на Ваше решение.
/А. Фадеев/ /В. Кеменов/ /В. Василенко/
Верно: Марченко
Основной экз. уничтожен за ненадобностью
Проект
Программа пребывания в СССР американского писателя Джона Стейнбека и сопровождающего его фотокорреспондента Роберта Капы /на август-сентябрь/
1. Осмотр Москвы.
2. Завтрак в ВОКСе.
Поездка в Сталинград
1. Осмотр города и исторических мест сталинградской битвы.
2. Осмотр тракторного завода и восстанавливаемых жилищ и культурно-бытовых учреждений в заводском городке.
3. Беседа в Горисполкоме о разрушениях города, о ходе и перспективах восстановления.
4. Поездка в один из пригородных колхозов на 2—3 дня/осмотр полей, животноводческих ферм, уборочных агрегатов, беседа с председателем колхоза, с бригадиром и т.д./
Поездка в Киев
1. Осмотр города
2. Посещение украинских театров оперы и драмы
3. Беседа с А. Корнейчуком
4. Поездка в колхоз
5. Поездка в совхоз
Пребывание в Москве
1. Посещение Союза Советских Писателей. Беседа с Фадеевым, Симоновым, Эренбургом, Леоновым
2. Посещение музеев: Ленина, Третьяковской галереи, Останкинского
3. Посещение МГУ
4. Посещение средней и начальной школы
5. Посещение библиотеки им. Ленина
6. Посещение детского сада
7. Посещение Дворца культуры завода имени Сталина
8. Осмотр исторических и художественных памятников Кремля
9. Обед в Союзе Советских Писателей
Секретарю ЦК ВКП /б/
тов. Суслову М. А.
2 августа 1947 г.Секретно. Экз. №2№1703/с
Направляю на Ваше утверждение программу пребывания в СССР американского писателя Джона Стейнбека и сопровождающего его фотокорреспондента Роберта Капы.
Программа разработана ВОКСом совместно с Союзом Советских Писателей и Отделом печати МИДа СССР.
МИД СССР /тов. Вышинский А. Я./ программу одобрил.
Приложение:
1. Программа
2. Запись беседы т. Караганова со Стейнбеком и Капой
Председатель Правления ВОКСа
/В. Кеменов/
31 августа 1947 – разговор Стейнбека и Капы с зампредседателя Правления ВОКСа А. В. Карагановым1818
ГАРФ. Ф. 5283.с.2. Оп. 22с. Ед. хр. 21. Л. 144—151.
[Закрыть]
«31» VII 1947 г.Секретно. Экз. №6№1687/с
Из дневника А. Караганова
Запись беседы с американским писателем Джоном Стейнбеком и сопровождающим его фотокорреспондентом Робертом Капой 31 июля 1947 г.
31-го июля принял Стейнбека и Капу. В начале беседы я спросил Стейнбека о дороге. Он ответил, что они летели через Стокгольм, что в дороге все было в порядке. Я выразил сожаление, что Интурист не был вовремя извещен о дне и часе приезда Стейнбека и Капы и не подготовил для них номеров. Капа сказал, что они временно устроились в номере американского корреспондента Ньюмена и просят оказать содействие в том, чтобы достать им номера. Я сказал, что разговаривал с представителями Интуриста по этому вопросу и они меня спросили, в каком качестве Стейнбек и Капа приехали сюда – в качестве туристов или корреспондентов – и как будет оплачиваться их обслуживание. Капа сказал, что их, по его мнению, пригласил сюда Союз писателей. Вопрос об оплате не столь существен. Главное, что бы они сейчас хотели – обсудить в ВОКСе, как лучше организовать их поездку по СССР с тем, чтобы они принесла максимум пользы в работе Стейнбека и Капы над корреспонденциями для «Нью-Йорк Геральд Трибюн» и над книгой об СССР. Стейнбек просил оказать им помощь в этом деле. Стейнбек заметил, что они хотели бы оплатить свое пребывание в СССР за счет гонорара за его книги, изданные советскими издательствами. Эти деньги должны быть на его счете в советском банке. Я обещал это пожелание передать администрации «Интуриста». Что касается помощи Стейнбеку и Капе в их работе во время поездки, то я выразил надежду, что Союз советских писателей и ВОКС смогут им оказать необходимую помощь.
Я попросил Стейнбека рассказать о его планах и намерениях, связанных с поездкой в СССР, о том, что его интересует в нашей стране.
Стейнбек ответил: «Урожай. Я имею в виду не общие цифры, не статистику. Я хочу посмотреть урожай, от которого очень многое зависит в жизни простого человека. Я хочу посмотреть жизнь обыкновенных советских людей, посмотреть, как они работают, как отдыхают, шутят, что читают, что поют. Как живут их дети. В Америке написано много книг о Советском Союзе, но эти книги чаще всего посвящены общим политическим вопросам. Я бы хотел написать книгу не об общих вопросах политики, а о советских людях. В связи с этим я хотел бы совершить поездку по Украине, поехать на Волгу, посмотреть сельские местности, деревни, пожить там некоторое время, чтобы глубже почувствовать советского человека, увидеть его труд и повседневную жизнь. Нас интересует также вопрос возвращения человека с войны и восстановления жизни в разрушенных районах. В этой связи мы хотели бы посмотреть Сталинград. Я хотел бы эти поездки совершить как можно скорее, сейчас, чтобы посмотреть урожай и его уборку». Капа добавил, что после такой поездки, в сентябре, они хотели бы побыть в Москве с тем, чтобы посмотреть подготовку и проведение празднования 800-летнего юбилея Москвы, познакомиться с жизнью города, побывать в учебных заведениях, музеях и других культурных учреждениях.
Я спросил Стейнбека, интересуют ли его в Советском Союзе только вопросы жизни и труда в деревне, в какой степени интересует его город. Стейнбек ответил, что он хотел бы познакомиться глубже и подробнее с Москвой. Но главный интерес его – простой человек сельской местности. Стейнбек заметил: «Видите ли, в промышленности я ничего не понимаю и поэтому не собираюсь писать о ней». Капа добавил, что, конечно, по ходу дела, будучи в городах или сельских местностях, они хотели бы посмотреть и имеющиеся там предприятия. Капа просил дать ему возможность в поездках делать фотоснимки, выдать ему соответствующее разрешение, может быть, корреспондентскую карточку.
Стейнбек попросил выделить в помощь им переводчика, который бы их всюду сопровождал.
Выслушав все пожелания Стейнбека и Капы, я сказал, что сообщу об этих пожеланиях руководителям Союза советских писателей, и мы совместно с ними обсудим, что можно сделать в помощь Стейнбеку и Капе. Я добавил, что для обсуждения программы их пребывания в СССР потребуется некоторое время, так как сейчас в Союзе советских писателей нет никого: Фадеев только через 2—3 дня вернется из больницы, Симонов приедет только в начале августа из отпуска. Стейнбек и Капа просили, чтобы мы сделали все возможное для ускорения организации их поездки, и высказали пожелание, чтобы дни, которые им предстоит пробыть в Москве до отъезда, были использованы для ознакомления с Москвой. Капа сказал, что они пробудут в СССР два месяца и хотят это время использовать с максимальной пользой.
Я спросил, нет ли у Стейнбека и Капы других вопросов и пожеланий. Они ответили, что нет. Тогда я попросил разрешения Стейнбека задать ему несколько вопросов об американской литературе, развитие которой меня очень интересует. Стейнбек сказал, что он с удовольствием ответит на мои вопросы.
Я спросил: «Война кончилась победой над силами фашизма, однако, несмотря на триумф над врагом, в американской литературной критике наблюдается очень широкое распространение пессимистических настроений и концепций. Чем объяснить этот пессимизм американской послевоенной литературной критики, отражающий, очевидно, настроения, широко распространенные в американской литературе?» Стейнбек ответил: «Вы правы. Пессимизм в послевоенной критике и литературе очень широко распространен. Пессимизм существует, однако, не только в литературе, но и во всей американской жизни. Объясняется это тем, что люди не уверены в завтрашнем дне. Они с тревогой ожидают нового кризиса. Кроме того, несмотря на всякие правительственные реформы, связанные с введением и отменой контроля над ценами, цены быстро растут. У многих американцев до последнего времени были сбережения, оставшиеся от военных лет. Сейчас эти сбережения кончились. Положение тяжелое, надежд нет».
Я сказал, что читал за последнее время ряд американских литературных и литературно-критических журналов и пришел к убеждению, что пессимизм и проповедь пессимизма является одной из преобладающих и характерных черт современной американской литературной критики. Прав ли я, думая так? Стейнбек ответил: «Да, вы правы. С пессимизмом связано распространение в литературе мистики, религиозных мотивов и т. п.» Капа добавил: «Это правда, мы выиграли войну, одержали победу, но мы не знаем, что с этой победой делать. Состояние неуверенности и страха за завтрашний день усугубляется атомной бомбой».
Я рассказал, что недавно читал статью Генри Кестена в «Сатердей ревью оф литерачур», в которой Кестен пишет о новой эре романтизма и о том, что атомная бомба является «голубым цветком» этого романтизма. Я напомнил о том, что Кестен не одинок, что в американских журналах наблюдается настоящий атомный психоз. Я спросил Стейнбека, не кажется ли ему, что некоторые журналы и газеты сознательно преувеличивают всякого рода атомные страхи. Стейнбек ответил, что возможно имеются такие, которые преувеличивают эти страхи. Но факт таков, что страх перед атомной бомбой – это реальность. И эта реальность усугубляется тем, что сами ученые-физики, работавшие в области атомной энергии, преисполнены страха перед своим созданием. Стейнбек вспомнил, что в Париже несколько раз встречался с Жолио Кюри, который также разделяет этот страх. «Я сам боюсь. Этот страх – одна из причин пессимизма в американской литературе, в американской жизни». Капа заметил, что наряду с произведениями напуганных людей, – в Америке есть книги, юмористически освещающие вопросы, связанные с атомной энергией. Такова, например, книга "Мистер Адамс"».
Я спросил, как Стейнбек оценивает современную американскую литературную критику. Стейнбек ответил: «В Америке нет литературной критики. В Америке есть ревью и легкие статейки».
Я напомнил Стейнбеку, что в Америке редко, но все же иногда появляются большие литературно-критические книги, посвященные исследованию национальных корней американской литературы. Такова, например, книга Альфреда Казина «На национальной почве». Считает ли Стейнбек подобную книгу исключением, не характерным для состояния американской критики? Стейнбек ответил, что он книгу Казина знает, книга, по его мнению, очень хорошая, но такая книга – исключение.
Я спросил, каково мнение Стейнбека о критике, пишущей о его собственных произведениях. Стейнбек ответил, что он своих критиков не читает. Капа добавил: «Все дело в том, что литературная критика в США постепенно превратилась в бизнес. Раньше литературные критики писали серьезные статьи и работы по литературе. Сейчас они пишут ревью и рекламные обзоры для книжных клубов для того, чтобы навязать ту или иную книгу читателям».
Я сказал, что не имел времени и возможности полностью прочитать последнюю книгу Стейнбека «Своенравный автобус». Но некоторые отрывки из этой книги я прочитал. У меня сложилось впечатление, что общий дух пессимизма американской литературы нашел отражение и в этой книге. Стейнбек заявил: «Это безусловно так. Это связано с тем, что я пишу о людях, об их истории, об их жизни. Преобладание пессимизма в жизни отражается и в моей книге, которая правдиво воспроизводит то, что есть в жизни».
Я спросил Стейнбека, какая из его собственных книг кажется ему лучшей, как он относится к своей книге «Гроздья гнева», которая пользовалась и пользуется такой популярностью в СССР. Стейнбек ответил, что он всегда считает лучшей книгой ту, которую он в данный момент пишет. Стейнбек заявил, что последняя книга «Своенравный автобус» кажется ему одной из лучших книг. Что касается книги «Гроздья гнева», то все дело в том, что искать в этой книге. Этим определяется отношение советского читателя к этой книге. Но «Гроздья гнева» – это вчерашний день. «Своенравный автобус» – это день сегодняшний.
Я спросил мнение Стейнбека об американских писателях Синклере Льюисе и Джоне Херси. Стейнбек сказал, что Синклер Льюис – плохой писатель и чем дальше, тем пишет хуже. Херси, наоборот, способный, растущий писатель и чем дальше, тем пишет лучше. На вопрос о романе Синклера Льюиса «Гидеон Плениш» Стейнбек и Капа ответили, что они этого романа не читали.
Далее я задал следующий вопрос: «Во время войны в американском мнении и даже в американской прессе зачастую выражались симпатии по отношению к советскому народу. После войны советский народ не изменился. Однако отношение к советскому народу в американской прессе, а также в какой-то части общественного мнения изменилось коренным образом. Чем вы это объясняете?»
Стейнбек начал объяснять, но Капа его перебил /вообще на протяжении всей беседы Капа врывался в беседу и старался отвечать за Стейнбека, оставляя за Стейнбеком лишь подтверждение высказанных им, Капой, мыслей/ и сказал: «Чем это объясняется – вы знаете лучше нас: тут нужно учесть причины экономического и политического характера». Стейнбек поддержал и добавил, что большую часть в раздувании антисоветской кампании играет предвыборная истерика. После выборов все постепенно успокоится. «Вы надеетесь?», – спросил я. – «Да», – ответили Стейнбек и Капа. Капа добавил: «Хотя этому нет гарантий». Я заметил, что нас, советских людей, часто удивляют такие факты, когда перемена линии в прессе изменила и линию многих американцев – людей американской культуры. Я напомнил в этой связи бессовестную, двуличную политику Бруса Аткинсона, который в СССР говорил одно, а, вернувшись в США, начал писать другое. Капа сказал, что Аткинсон, очевидно, мелкий человек. Капа добавил, что коррупция коснулась многих людей – таких как Аткинсон.
Далее я спросил, что думают обо всем этом американские писатели и, в частности, Стейнбек. Стейнбек ответил: «Я не знаю, что думают американские писатели. Американские писатели не встречаются друг с другом. Я считаю это ужасным. Раздувание антисоветской кампании в Америке – это большое несчастье для дела мира. Но, к счастью, американский народ не верит прессе Херста, Мак-Кормика, Патерсона». Капа сказал, что в Америке есть много писателей, которые хотели бы написать книги о Советском Союзе, разоблачающие антисоветскую клевету, но не имеют возможности приехать в СССР. «Вот почему мы здесь. Мы хотим написать такую книгу. Что касается реакционной прессы – ее поведение понятно. Когда я был в Испании – она поливала грязью Испанскую республику. Сейчас она поливает грязью СССР. Но это – не народ, народ не идет за прессой».
Я напомнил Стейнбеку и Капе книги американских корреспондентов Эдгара Сноу, Мориса Хиндуса, Эллы Уинтер о Советском Союзе. Стейнбек сказал: «Эти книги посвящены общим проблемам, а я хочу написать такую книгу, которая рассказывала бы о простых людях. Такая книга будет ближе и понятнее американцам».
Далее Стейнбек еще раз вернулся к той мысли, что американская пресса не отражает мнение американского народа и в качестве иллюстрации привел пример выступлений Уоллеса, которые пользуются в Америке, по его словам, потрясающим успехом. Еще никогда в Америке не было такого случая, чтобы на платные митинги собиралось столько народа, сколько собирались слушать Уоллеса. Я спросил мнение Стейнбека об Уоллесе и его политике. Стейнбек ответил, что он считает политику Уоллеса правильной, единственной политикой, которая может предотвратить войну.
Я спросил Стейнбека и Капу, кто, по их мнению, будет президентом США после готовящихся выборов. Стейнбек ответил: «Боюсь, что Трумэн. Республиканская партия, – продолжал Стейнбек, – своей политикой скомпрометировала себя. Она обещала, что отмена контроля над ценами приведет к их снижению, а цены, наоборот, поднялись. Она обещала, что закон Тафта прекратит забастовки, а забастовки увеличились. Трумэн за последнее время приобрел большую популярность». Капа добавил, что, вместе с тем, политика республиканской партии усилила объединение американских профсоюзов, которые были до этого времени очень аполитичными и разрозненными.
/А. Караганов/
1 – т. Вышинскому
2 – т. Базыкину
3 – т. Василенко
4, 5, 6 – в дело
№3512
ДЖОН СТЕЙНБЕК – один из крупнейших современных американских писателей. Родился в 1902 г. Уроженец Калифорнии. Отец – мелкий чиновник, мать – учительница. Окончив среднюю школу в Салинасе, Стейнбек четыре года учился в Стэнфордском университете, где занимался биологией /в частности, жизнью обитателей моря/. Его первые три книги не имели успеха, и долгое время Стейнбек очень нуждался. Некоторое время он работал репортером нью-йоркской газеты, но вскоре получил расчет, т. к. «вместо того, чтобы сообщать факты, он излагал свои мысли». Затем он был каменщиком, помощником маляра, учеником-химиком и, наконец, сборщиком плодов, подобно героям его «Гроздьев гнева».
Известность принесла Стейнбеку его, бесспорно, очень талантливая книга «Гроздья гнева» /1939 г./ Американская критика называла ее «Хижиной дяди Тома ХХ века», имея в виду общественное значение этого острого социального романа, где с большой силой показана судьба семьи разоренного бездомного фермера, превратившегося в безработного батрака – судьба многих соотечественников Стейнбека. Книгу эту, по словам критика Джейсмера, «сжигали и запрещали, одалживали, доставляли контрабандой, но, прежде всего и больше всего, покупали». Из «Гроздьев гнева» впоследствии был сделан фильм, имевший большой успех, несмотря на нападки реакции.
После успеха «Гроздьев гнева» привлек внимание критики и читателей США более ранний роман Стейнбека «О мышах и людях» /1937 г./ В нем на первый план выступает патологический момент, в той или иной степени присущий всему творчеству Стейнбека.
Большой шум вызвала повесть Стейнбека «Луна зашла». Писатель в ней изображает борьбу населения некоей северной страны, оккупированной немцами, с ее поработителями. Вокруг книги завязался в прессе США спор – ряд критиков справедливо считали неуместным давать столь нейтральные образы нацистских палачей, какие дает Стейнбек. «Луна зашла» была переделана в пьесу, но на сцене успеха не имела. Во время войны Стейнбек по поручению военного министерства написал брошюру в помощь подготовки кадров авиации «Сбросить бомбы».
В 1945 г. вышел небольшой роман Стейнбека «Консервный ряд», в котором он возвращается к первоначальным мотивам своего творчества /«Квартал Тортилла», 1935 г./ В этой последней книге Стейнбек, как отмечает американская критика, «уже не интересуется судьбой» своего народа, как то было в «Гроздьях гнева». Писатель превозносит пассивное отношение к жизни, философия его героев – брать жизнь такой, какая она есть, и максимально извлекать из нее простые радости вместо того, чтобы, наподобие рядовых американцев, заниматься погоней за богатством и комфортом. Наряду с этим в «Консервном ряде», как всегда в книгах Стейнбека, имеется некоторая болезненность, тяготение к патологии.
Роман «Гроздья гнева» вышел в переводе в СССР. В связи с изданием его у нас писатель переписывался с редакцией «Интернациональная литература» /роман был напечатан в этом журнале в 1940 г./ В интервью, данном Стейнбеком левой журналистке Андре Виоллис /1946 г./, писатель сказал, что на деньги, следуемые ему за издание «Гроздьев гнева» в СССР, он собирается оборудовать лабораторию для изучения жизни моря и подарить ее СССР.
Главные произведения Стейнбека «Золотой кубок» – 1929 г.; «Райские пастбища» – 1932 г., «К неведомому богу» – 1933 г., «Квартал Тортилла» – 1935 г., «О мышах и людях» – 1937 г., «Долгая долина» /сборник рассказов, куда входит и переведенный у нас в «Интерлите» в 1940 г. «Рыжий пони»/ – 1938 г., «Гроздья гнева» – 1939 г., «Забытая деревня» – 1941 г. «Море Кортеса» /о биологической экспедиции/ – 1941 г., «Луна зашла» – 1942 г., «Спускать бомбы» – 1942 г., «Консервный ряд» – 1944 г., переписка Стейнбека с его литературными агентами Макинтом и Отис – 1946 г.
Составлена Союзом советских писателей.
Верно: /подпись/
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?