Текст книги "Судьба Темного Меча"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sudba-temnogo-mecha-3468.jpg)
Автор книги: Маргарет Уэйс
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
ПРОГАЛИНА
Они стояли на гребне горы и смотрели вниз, на заросший густым лесом склон. Утреннее солнце, которое должно было бы светить им прямо в лицо, с той стороны, куда они шли, поднималось к зениту откуда-то справа.
«Мы идем почти точно на север, к Шаракану», – понял Сарьон.
Мерилон – если они по-прежнему намеревались добраться туда – находился гораздо дальше к востоку. Может быть, Джорам образумился, переменил решение и в конце концов передумал идти в Мерилон? Может быть, он слишком горд, чтобы признать перед всеми, что был не прав? Или, может, он принял новое решение, обсудив его с остальными, а Сарьон был слишком измучен и просто не обратил внимания? Каталист попытался припомнить, не слышал ли он, как Джорам говорит о том, чтобы повернуть в другую сторону. Но последние пять дней он так сильно уставал, что все воспоминания о них были смутными и нечеткими.
Чтобы не выглядеть глупо, Сарьон решил не поднимать этот вопрос, надеясь, что какой-нибудь случай вскоре поможет ему во всем разобраться. Симкин повел их вниз по склону, в лес. Поначалу все обрадовались, что впереди – не болото, а густой лес. Однако, когда они оказались среди деревьев, радость быстро угасла. Хотя стояла зима, деревья здесь почему-то были покрыты листвой. От этих листьев, неприятного коричневого цвета, несло вонью разлагающейся плоти. Тропинку, по которой шли путешественники, перегородили переплетенные лианы с толстыми коричневыми листьями, свисающие с высоких деревьев.
– Что-то было такое насчет этого растения... Но точно не помню, что именно с ним не так, – сказал Симкин, разглядывая лианы. – Дайте подумать... Наверное, оно съедобное...
Мосия бодро шагнул прямо в сплетение лиан. Внезапно листья обернулись вокруг его лодыжек, лиана дернулась, свалила юношу с ног и потащила в глубь зарослей.
– Помогите! – отчаянно закричал Мосия. На лианах появились длинные шипы и вонзились в тело юноши. Мосия завопил от боли. Выхватив Темный Меч, Джорам принялся рубить растение на куски. Соприкасаясь с лезвием меча, листья мгновенно чернели, высыхали и сворачивались в трубочки. Лиана явно неохотно выпустила свою жертву. Друзья вытащили Мосию на открытое место. Юноша был весь в крови, но большого вреда кровожадное растение ему причинить не успело.
– Оно сосало мою кровь! – сообщил Мосия, дрожа от пережитого потрясения и в ужасе глядя на растение.
– А, я забыл! – сказал Симкин. – Это же лиана Киджа. Она считает, что это мы – съедобные. Ну, я же говорил, что это имеет какое-то отношение к еде, – добавил он, оправдываясь, когда Мосия смерил его убийственным взглядом.
Путешественники побрели дальше. Джорам шел теперь впереди и расчищал путь Темным Мечом.
Сарьон внимательно наблюдал за юношей, надеясь уловить какой-нибудь намек относительно его планов. Джорам и Мосия, судя по всему, полностью полагались в выборе пути на Симкина. Симкин же, беззаботно шагая в своем «Грязно-болотном» или «Пыльно-грязном» костюме, уверенно вел всю компанию, ни разу не засомневавшись в выборе направления и не подавая виду, что заблудился. По тропинкам, которые он выбирал в густых зарослях лиан Киджа, было очень легко идти – даже слишком легко. Мосия несколько раз замечал кости, разложенные явно таким образом, чтобы отметить направление. В замерзшей грязи довольно часто попадались следы кентавров. Однажды путешественники набрели на такое место, где все лианы были примяты к земле, а несколько больших деревьев поломаны, словно прутики.
– Великан, – пояснил Симкин. – Как удачно, что нас здесь не было, когда он проходил мимо. Они не слишком сообразительны, знаете ли, и хотя и не опасны, но... ну, им слишком нравится забавляться с людьми. К сожалению, у великанов есть дурная привычка ломать игрушки.
Каждый раз, выходя на прогалину, где за кронами деревьев было видно солнце, Сарьон замечал, что они по-прежнему идут на север. И никто ни слова не сказал по этому поводу.
Каталисту вдруг пришло в голову, что Джорам и Мосия, возможно, просто не представляют себе, где находится Мерилон. Они оба выросли в поселке чародеев за пределами Внешних земель. Джорам умеет читать – его научила грамоте Анджа. Но видел ли он когда-нибудь карту мира? Значит, он безоговорочно доверяет Симкину?
В это трудно было поверить – Джорам не доверял никому. Но чем больше Сарьон наблюдал и слушал, тем более он склонялся к мысли, что все так и есть. Его молодые спутники разговаривали почти все время о Мерилоне.
Мосия пересказывал детские сказки о хрустальном городе, который парит над землей при помощи магии. Симкин потчевал юношей еще более невероятными историями о жизни при императорском дворе. В тех редких случаях, когда Джораму хотелось поговорить, он тоже рассказывал свои истории о Мерилоне – те, которые услышал от Анджи.
Сарьон прожил в Мерилоне много лет, и его очень растрогали истории Анджи. В них была печаль и мучительная боль – воспоминания об утраченном, от которых город вставал перед глазами каталиста, как живой. В этих историях был тот Мерилон, который он знал и помнил, и он резко отличался от сказок Мосии и порождений богатого воображения Симкина.
Но если Джорам не переменил своего решения, почему тогда Симкин ведет их не туда, куда надо?
В который уже раз каталист стал внимательно присматриваться к Симкину, шагая за ним через лес. Сарьон пытался понять, какую игру он ведет, что он задумал? И, как и прежде, каталист вынужден был признаться в своем поражении. По поведению молодого щеголя совершенно невозможно было понять, какие карты у него на руках. Более того – каталист своими глазами видел, что Симкин способен вытаскивать козырь буквально из воздуха.
Симкин был для Сарьона неразрешимой загадкой. Старше, чем другие двое юношей, – ему, наверное, было чуть больше двадцати, хотя при желании он мог вести себя и как четырнадцатилетний мальчишка, и как семидесятилетний старец, Симкин рассказывал о своем прошлом истории настолько же разнообразные, насколько разнообразной была его одежда. Магия мира бурлила и искрилась в нем, словно вино. Со своим обезоруживающим очарованием, чужеземными рассказами, которые казались выдумками, и совершенно непочтительным отношением ко всему в жизни, включая саму смерть, Симкин нравился всем подряд – но ему никто не верил.
«Никто не воспринимает его всерьез, – подумал Сарьон, – и я подозреваю, что очень многие успели об этом сильно пожалеть – если им, конечно, так повезло». Эти тревожные размышления помогли каталисту собраться с мыслями.
– Я рад, что ты передумал идти в Мерилон, Джорам, – негромко сказал Сарьон на следующий день, когда они остановились передохнуть и пообедать.
– Я не передумал, – ответил юноша и пристально посмотрел на каталиста, сразу же исполнившись подозрений.
– Но тогда мы идем в неверном направлении, – мрачно сказал Сарьон. – Мы идем на север, к Шаракану. Мерил он находится почти точно к востоку отсюда. Если бы мы сейчас повернули, мы бы...
– ...угодили бы прямиком во владения королевы эльфов, – перебил его Симкин. – Возможно, наш бритоголовый каталист, давший обет безбрачия, мечтает снова побывать в ее ароматном будуаре...
– Нет! – резко возразил Сарьон, и его лицо вспыхнуло, да и, признаться, вся кровь в жилах забурлила от воспоминаний о необузданной и прекрасной полуобнаженной Элспет.
– Мы можем повернуть на восток, если тебе так хочется, о бесстрастный каталист! – продолжал Симкин, невозмутимо глядя на вершины деревьев. – А еще здесь есть тропинка, совсем неподалеку, она приведет тебя обратно в болото, которое тебе так понравилось. Я могу проводить тебя и к ведьминым кругам грибов, а по пути мы можем заглянуть в самое сердце страны кентавров – чтобы немного полюбоваться этими потрясающими свирепыми созданиями. Конечно, тебе не долго придется ими любоваться – только до тех пор, пока они не вырвут твои глаза. А если ты останешься после этого жив, можно будет еще прогуляться по любопытной тропинке к драконьим логовам, пещерам химер, гнездам грифонов, заглянуть в логова вивернов и в жилища великанов... Не забывай также про фавнов, сатиров и прочих чудовищ...
– Ты хочешь сказать, что ведешь нас по этой тропе, потому что так безопаснее? – нетерпеливо перебил его Мосия.
– Ну конечно же! – сказал Симкин и обиженно надулся. – Мне не настолько нравятся прогулки по лесу или твое общество, мой милый мальчик, чтобы я намеренно затягивал это путешествие. Обойдя реку, возле которой водится большинство этих чудовищ, мы сберегли свои шкуры, хотя и истрепали обувку. Вот когда дойдем до северной окраины Внешних земель – тогда и повернем на восток.
Даже Мосия признал, что это очень веские доводы, и Сарьону больше нечего было возразить. Но тревожные мысли не оставили каталиста. Он не мог понять, знал ли Джорам обо всем этом или просто слепо следовал за Симкином.
Молчаливый юноша не сказал ни слова, и создалось впечатление, будто они с Симкином заранее обо всем договорились. Однако Сарьон заметил вспыхнувшую в темных глазах Джорама тревогу, когда каталист только начал расспрашивать Симкина. И он понял, что Джорам, как в той поговорке, «спал с открытыми глазами» и не замечал ничего вокруг. И еще Сарьон понял, что такое больше не повторится – по тому, как сурово сжались губы Джорама, когда Симкин заговорил снова.
Они углубились еще дальше в лес, и на седьмой день путешествия по Внешним землям все как-то упали духом. Солнце больше не показывалось, как будто считало эту землю слишком мрачной и зловещей, недостойной того, чтобы ее освещать. Всем уже страшно надоело день за днем брести под свинцово-серым небом. Унылые серые дни сменялись непроглядной чернотой ночей.
Казалось, высокие деревья, повсеместно заплетенные убийственными лианами Киджа, никогда не закончатся. Не было слышно никаких звуков, издаваемых лесными обитателями, – никакое животное не прожило бы долго среди смертоносных плотоядных растений. Но всех путешественников не оставляло стойкое ощущение, что за ними наблюдают, и они то и дело оглядывались через плечо или внезапно оборачивались, чтобы встретиться взглядом с чем-то неизвестным, чего на самом деле не было.
О Мерилоне больше не говорили. И вообще, разговаривать стали совсем мало – только по необходимости. Джорам был мрачен и угрюм, Симкин, как всегда, невозмутим, Сарьон испуган и несчастен, а Мосия зол на Симкина. Все устали до предела и стали нервными и раздражительными, у всех болели ноги. По ночам двое спали, двое по очереди дежурили, со страхом вглядываясь во тьму, которая, казалось, тоже смотрела на них.
День тянулся за днем. Лес все никак не заканчивался. Лианы Киджа не упускали ни малейшей возможности пронзить плоть и высосать кровь. Сарьон брел по тропинке, уныло повесив голову и опустив плечи, не оглядываясь по сторонам – все равно он не увидел бы там ничего такого, чего не было в прошлый и позапрошлый дни. И вдруг Мосия, который шел впереди него, резко остановился и громко сказал:
– Отец!
– Что такое? – Сарьон вскинул голову, вздрогнув от испуга.
– Смотрите! – Мосия указал рукой. – Вон там, впереди! Кажется, это... солнечный свет!
Сарьон присмотрелся. Джорам, который шагал рядом с каталистом, тоже посмотрел туда, куда указывал маг.
Вокруг них стеной стояли высокие деревья, густо оплетенные лианами Киджа. Наверху, в просветах между древесными кронами, виднелось унылое, тускло-серое небо. А впереди, совсем недалеко – может быть, всего в полумиле отсюда, – сквозь густую листву сочился теплый, ясный, желтый свет.
– Я думаю, ты прав, – негромко сказал Сарьон, словно боялся, что от громкого звука чудесное видение может растаять. До этой минуты каталист даже не сознавал, насколько он истосковался по солнечному свету, не понимал, как ему хочется согреться в теплых солнечных лучах, которые прогнали бы холод из его костей. Сарьон оглянулся на Симкина и спросил, показывая вперед: – Что это? Значит ли это, что мы, наконец, достигли края этого кошмарного леса?
– Ну... – Симкину явно было как-то не по себе. – Я не совсем уверен. Лучше я сперва проверю! – И прежде чем кто-нибудь успел его остановить, Симкин исчез, весь целиком: и плащ, и одежда, и перо на шляпе – все исчезло.
– Я знал! – мрачно сказал Мосия. – Он завел нас в дебри, заблудился и не хотел в этом признаваться! Ну, теперь уже все равно. Я не собираюсь торчать в этом жутком лесу ни одной лишней минуты.
Мосия и Джорам с новыми силами двинулись вперед, яростно прорубаясь через сплетения лиан. Сарьон поспешил за юношами.
Чем ближе они подходили, тем ярче становился свет. Сейчас был почти полдень, и солнце должно было стоять прямо в зените. Каталист страстно желал почувствовать тепло солнечных лучей и выбраться наконец из-под гнетущих, мрачных деревьев, заплетенных кровожадными лианами Киджа. По мере приближения к ясному свету до путешественников стали доноситься приятные для слуха звуки – плеск воды в ручье, струившемся по камням. Там была чистая вода, а значит, могли быть и съедобные растения – ягоды и орехи. Значит, больше не придется давиться неуклюже наколдованным сухим, безвкусным хлебом, не придется пить воду, которая на вкус напоминала сок лиан Киджа.
Отбросив всякую осторожность, трое путешественников спешили вперед, не заботясь больше об ощущении, будто за ними кто-то следит. Сарьону казалось, что он готов отдать жизнь только за то, чтобы снова почувствовать на лице тепло солнечных лучей – пусть даже и в последний раз.
Пробившись через заросли, путешественники остановились, потрясенные зрелищем, которое им открылось.
Солнечный свет лился с безоблачного неба сквозь большую прогалину в кронах деревьев. Солнце искрилось в струях чистой голубой воды, падавшей с высокого утеса, солнечные блики плясали на глади подернутого мелкой рябью широкого ручья. В брызгах под водопадом играли и переливались маленькие радуги. Ручей тек по лесной прогалине, поросшей высокой травой и прекрасными цветами.
– Хвала Олмину! – выдохнул катал ист.
– Нет, постойте! – Внезапно из ниоткуда появился Симкин. – Не ходите туда. Этого здесь быть не должно.
– Значит, этого здесь быть не должно, да? Ну и ладно! – пробормотал Мосия.
Все трое – Мосия, Джорам и Сарьон – развалились на мягкой густой траве, и наслаждались ее теплым, сладким ароматом, и ели чудесные фрукты, которые нашлись на кустах, окружавших теплый источник.
– По-моему, это место гораздо более настоящее, чем он!
Однако Симкин отказался даже выйти на прогалину.
– Говорю же вам, здесь этого не было в прошлый раз, когда я... – говорил он, но его никто не слушал.
Джорам, Мосия и Сарьон решительно вознамерились остаться на ночь на прогалине, у чудесного источника.
– Мы не будем шуметь, – нетерпеливо сказал Джорам, когда неопределенные устрашающие намеки Симкина стали казаться прямо-таки смехотворными. – На самом деле, здесь, в траве, даже безопаснее. Мы заметим любого – что бы это ни было – задолго до того, как оно до нас доберется.
Симкин умолк и нахмурился. Он все-таки прошел вслед за остальными на прогалину, рассеянно отрывая головки с цветов. Остальные вволю напились прохладной воды из водопада, искупались в теплом источнике и принялись жадно поедать сочные фрукты. Потом они втроем расстелили свои одеяла под гигантским деревом на краю прогалины и улеглись среди высокой травы. Чувство единения и теплой дружбы охватило их с новой силой.
А Симкин все это время беспокойно расхаживал по краю прогалины, тревожно посматривая на траву или вглядываясь в чащу леса, и постоянно менял отделку на своей одежде.
– Не обращайте на него внимания, – сказал Мосия, заметив, что Сарьон следит за молодым щеголем и явно обеспокоен.
– Он ведет себя странно, – ответил каталист.
– С каких это пор вас это удивляет? Он все время ведет себя странно, – возразил Мосия. – Лучше расскажите нам о Мерилоне, отец. Из нас только вы один жили там когда-то – а до сих пор вы не сказали ни слова. Я знаю, вы не одобряете наше стремление попасть туда...
– Я знаю. Я был таким же угрюмым, как Симкин. – Сарьон улыбнулся. Ощущая приятную усталость, он начал неторопливо рассказывать о том Мерилоне, который остался в его воспоминаниях, – о прекрасном хрустальном соборе и чудесах волшебного города. Он описывал причудливо украшенные экипажи, в которые были запряжены огромные белки, или павлины, или лебеди. Рассказывал, как эти экипажи парили в воздухе на крыльях магии, неся своих благородных пассажиров ввысь, за облака, на дневной прием в хрустальном императорском дворце. Он рассказал о роще, в которой стоит гробница Мерлина, великого волшебника, который привел свой народ в этот мир. Рассказал о волшебных рассветах, о погоде, которая всегда либо весенняя, либо летняя, о дождях из розовых лепестков, которые сыплются с неба, придавая воздуху в городе сладостный аромат.
Мосия сидел, опираясь спиной о ствол дерева, и слушал, разинув рот. Джорам лежал навзничь на земле, глядя на небо. Суровое угловатое лицо юноши было необычайно мягким и спокойным. Он слушал с наслаждением, его темные глаза стали мечтательными – Джорам явно воображал, как едет в одном из таких чудесных экипажей, о которых говорил Сарьон.
Внезапно Симкин выглянул из-за дерева и стал пристально вглядываться в траву на прогалине. Каталист замолчал.
– Ложись уже, ты сводишь нас с ума! – раздраженно сказал Мосия.
– Если я лягу, то никогда уже не встану, – мрачно пошутил Симкин. – Как только наступит ночь, я весь застыну, как герцог де Гранди после одной из речей императора. Нам пришлось окунуть его в чан с вином, чтобы снова привести в чувство.
– Рассказывайте дальше, отец, – попросил Мосия. – Расскажите нам еще о Мерилоне. Не слушайте этого дурака.
– Вам и не придется меня слушать, – надменно сказал Симкин. – Потому что я ухожу. Говорю же вам – это место мне не нравится!
Кивнув напоследок головой, которую теперь украшала островерхая зеленая шляпа с длинным фазаньим пером, свисающим на спину, окутанную зеленым же плащом, Симкин покинул место стоянки и быстро скрылся в чаще леса.
– Какое у него странное настроение, – задумчиво сказал каталист. Заметив, что у него под одеялом оказался выпирающий из-под земли корень дерева, Сарьон встал и передвинул постель на более ровное место. – Наверное, нам не следовало бы его отпускать...
– И как вы предлагаете его остановить? – лениво спросил Джорам, бросая крошки хлеба ворону.
Птица сидела на ветвях того дерева, под которым они устроили лагерь, и теперь слетела вниз, со снисходительным видом принимая предложенное угощение. Всем было так хорошо здесь, что никому из троих не пришло в голову задаться вопросом: откуда здесь взялась эта птица, если за много дней пути через лес им не встретилось никакой живности, ни птиц, ни зверей?
– Да с Симкином все в порядке, – сказал Мосия, с улыбкой глядя на птицу, которая подбирала крошки важно и с достоинством. – Он бесится потому, что заблудился и не хочет в этом признаваться. Расскажите еще про Мерилон, отец! Расскажите о летающих каменных платформах и гильдейских домах...
– Если он заблудился, то и мы тоже заблудились! – Умиротворенное настроение Сарьона растаяло словно дым. Солнечные лучи на прогалине внезапно показались ему слишком жаркими, слишком яркими. От этого у каталиста вдруг заболела голова.
– Только не начинай снова про Симкина, каталист! – недовольно проворчал Джорам. Юноша вдруг помрачнел и швырнул в птицу хлебной коркой. Возмущенно каркнув, ворон снова взлетел на дерево, уселся на ветку и принялся деловито чистить перья. – Как же вы оба мне надоели!..
– Тихо!
Услышав голос, который раздался как будто из воздуха, все вздрогнули от неожиданности. Мосия бросил испуганный взгляд на птицу, но, прежде чем он успел сделать что-нибудь еще, из воздуха материализовался Симкин – прямо посредине прогалины. Его щегольская зеленая шляпа съехала набок, красивое лицо с тонкими, изящными чертами стало смертельно бледным.
– Ну, что там еще такое? – Джорам вскочил на ноги и привычно схватился за рукоять Темного Меча.
– Ложись! Прячься! – прошипел Симкин и повалил юношу в высокую траву.
Остальные тоже припали к земле, распластались на животах среди густой травы, едва осмеливаясь дышать.
– Кентавры? – с ужасом спросил Мосия.
– Хуже! – прошипел в ответ Симкин. – Дуук-тсарит!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ПОПАЛИСЬ!
– Дуук-тсарит! – ахнул Мосия.
– Но это невозможно... – прошептал Сарьон. – Они никак не могли нас выследить – нас защищал темный камень! Ты уверен?
– Кровь Олминова, лысая башка! – яростным шепотом ответил Симкин из высокой травы. – Конечно, я уверен! Согласен, в темном лесу трудно что-то как следует разглядеть, особенно когда те, на кого ты смотришь, все носят черные рясы! Но если хочешь, я могу пойти и спросить у них...
В этот миг ворон, сидевший на ветке дерева, зловеще каркнул, словно насмехаясь, и улетел прочь.
– А еще лучше – спроси у него, – с мрачной иронией посоветовал Симкин. – Давно здесь сидела эта птица?
Сарьон покачал головой и вздохнул. Даже распластавшись в высокой траве, он чувствовал, что это укрытие ненадежно, и вжимался в землю, как будто надеялся зарыться вглубь. До леса было больше сотни шагов. Но все равно можно было попробовать добежать...
– Ради Олмина, что же нам делать? – спросил Мосия.
– Бежать! – быстро сказал каталист. – Надо поскорее убраться отсюда...
– Это не поможет! – возразил Симкин. – Они знают, что мы здесь, и они совсем близко – в лесу по ту сторону от водопада. Их там по меньшей мере двое. И они явно следили за нами глазами своего маленького пернатого друга. Куда мы можем сбежать так, чтобы они нас не увидели – если только не пойдем по Коридорам...
– Нет! – поспешно сказал каталист, мгновенно бледнея. – Так мы угодим прямо им в лапы!
– На этот раз я согласен со священником, – отрывисто проговорил Джорам. – Ты забыл, что я – Мертвый. Как только я окажусь в Коридоре, они меня сразу поймают.
– Но что же нам тогда делать? – дрожащим голосом спросил Мосия. – Мы не можем ни убежать, ни спрятаться...
– Значит, мы на них нападем, – решил Джорам.
Взгляд его темных глаз был холоден, полные губы изогнулись в полуулыбке. В лице юноши, прятавшегося в высокой траве, появилось что-то демоническое.
– Нет! – с чувством сказал Сарьон и содрогнулся.
– А по-моему, идея замечательная! – возбужденно зашептал Симкин. – Ворон сообщил им, что мы знаем об их присутствии и насторожились. Они рассчитывают, что мы бросимся бежать, и будут строить свои планы, исходя из этого предположения. А вот чего они от нас никак не ожидают – так это того, что мы зайдем им в спину и нападем сами!
– Мы говорим о Дуук-тсарит! – с горечью напомнил Сарьон.
– У нас есть эффект внезапности и Темный Меч! – не уступал Джорам.
– Блалох едва не убил тебя! – тихо простонал каталист, сжимая кулаки.
– И многому научил! Кроме того, разве у нас есть выбор?
– Я не знаю! – пробормотал Сарьон, сдаваясь. – Я просто не хочу новых убийств...
– Либо они, либо мы, отец. – Сложив ладони вместе, Мосия прошептал несколько слов. Воздух замерцал, и в руках у юноши появился лук и колчан, полный стрел. – Вот, посмотрите, – похвалился Мосия, гордясь собой. – Я изучал боевые заклинания. Мы все в поселке их изучали. И я умею этим пользоваться. К тому же вы можете дать мне Жизнь, а у Джорама есть его Темный Меч...
– Нам лучше поторопиться, – сказал Симкин. – Пока они не наложили каких-нибудь заклинаний-ловушек на саму прогалину.
– Если не хотите идти с нами, тогда даруйте мне Жизнь прямо здесь. Вы можете остаться...
– Нет, Джорам прав, – глухо сказал Сарьон. – Если вы настаиваете на этом безумии, я иду с вами. Я могу вам пригодиться для... для чего-нибудь еще. Я умею не только давать Жизнь, – добавил он, со значением глянув на Джорама. – Я умею и отнимать ее.
– Ну, тогда – за мной! – прошептал Джорам. Приподнявшись на локтях и коленях, он медленно пополз в сторону водопада.
– А ты где будешь? – спросил Мосия у Симкина, который на ходу изменял свое облачение.
– В самой гуще битвы, можешь мне поверить, – ответил Симкин глубоким, низким голосом.
Теперь он был с головы до ног затянут в чешуйчатую змеиную кожу – очень подходящий костюм для того, чтобы ползать по траве. К сожалению, общее впечатление портил железный шлем с забралом, которое закрывало лицо и сильно сужало обзор, а с виду этот шлем был очень похож на перевернутое ведро.
– Да, это Дуук-тсарит, все верно, – прошептал Сарьон.
День близился к вечеру. Солнце уже начало опускаться. Скорчившись в высокой траве на краю лесной прогалины, Сарьон ясно различил две фигуры в черных одеяниях. Каталист в отчаянии тяжело вздохнул. Он так надеялся, что это просто очередные «чудовища», выдуманные Симкином, которые успеют исчезнуть прежде, чем кто-нибудь их увидит.
Но это и в самом деле были колдуны – члены смертоносного ордена Дуук-тсарит. Они стояли неподвижно и как будто внимательно прислушивались. Как и положено, Дуук-тсарит держали руки сложенными перед собой, их лица были скрыты в тени остроконечных капюшонов. Если у кого-то и были еще какие-то сомнения, они развеялись при виде ворона, который сидел на нижней ветке дерева над головами двоих людей в черном. В солнечном свете, проникавшем сквозь кроны деревьев, глаза ворона зловеще отсвечивали красным. Глядя на этих двоих в черных рясах, Сарьон вспомнил о том, как однажды в Купели Дуук-тсарит застали его за чтением запрещенных книг...
– А это, наверное, их каталист, – прошептал Сарьон, поспешно отгоняя ужасные воспоминания.
Двигаясь очень осторожно, опасаясь, что колдуны услышат, как он поднимает руку, Сарьон указал на третью фигуру, закутанную в длинный дорожный плащ. Хотя под плащом не видно было, какого цвета ряса на этом третьем, выбритая тонзура на его голове показывала, что он священник. Каталист в плаще и еще один, четвертый, человек стояли чуть поодаль от двоих колдунов. Этот четвертый явно о чем-то горячо спорил с каталистом, оживленно жестикулируя. Именно четвертый человек больше всего заинтересовал Сарьона. Он был выше ростом, чем Дуук-тсарит и их каталист, его плащ был сделан из дорогой, очень хорошей ткани. Когда этот человек в очередной раз взмахнул рукой, Сарьон заметил блеск драгоценных колец на его пальцах.
Каталист указал на него своим друзьям.
– Я не уверен относительно этого четвертого... Он не Дуук-тсарит. Он одет не в черное...
– Может, еще какой-нибудь колдун? – спросил Джорам. Пытаясь перехватить поудобнее Темный Меч, юноша едва не выронил оружие, и с раздражением вытер потные ладони о рубашку.
– Нет, – ответил удивленный каталист. – Странно, но по его одежде я бы сказал, что это...
– Это не важно, раз он не Дуук-тсарит, – нетерпеливо перебил его Джорам. – Значит, нам надо позаботиться только о двоих из них. Одного я беру на себя. Вы с Мосией разберетесь со вторым. Где Симкин?
– Да здесь я, здесь, – отозвался приглушенный голос из-под шлема. – Надо же, как быстро темнеет...
– Подними забрало, дурак! Ты займешься этим четвертым.
– Какое забрало? – переспросил Симкин, вертя головой в шлеме из стороны в сторону. – Какой четвертый?
– Человек, который стоит рядом с... Да ладно! – сердито проворчал Джорам. – Просто постарайся не путаться под ногами. Все, пошли. Мосия, ты забирай влево. Я пойду справа. Каталист, держись между нами.
Юноша пополз вперед через кусты. Мосия двинулся в противоположном направлении. Сарьон, с перекошенным от напряжения лицом, следовал за ними, держась позади.
– Это я виноват... – уныло бормотал Симкин под шлемом. – Жуткое приспособление этот шлем. Совершенно ничего не видно. Ничегошеньки. Не удивительно, что у Артура стол был круглый. Он же просто не мог видеть с такой штуковиной на голове! Наверное, постоянно на все натыкался и бился об углы. Я...
Но его причитаний уже никто не слышал.
Мосия приладил стрелу к тетиве. Руки юноши так дрожали от страха и возбуждения, что это удалось ему далеко не с первой попытки.
– Дай мне Жизненную силу, отец! – прошептал он.
В горле у каталиста пересохло. Он хрипло забормотал слова, которые собирали магию из мира и вливали в его тело. Сарьон никогда не обучался поддерживать боевых чародеев. Это требовало некоторых специальных умений, которых у Сарьона не было. Он мог усилить магию Мосии, тем самым позволив юноше использовать более мощные заклинания, чем те, которые были ему по силам, – так, как это случилось во время схватки в поселке чародеев. Но тогда они использовали магию против бестолковых наемников. На этот раз все будет по-другому. Теперь им предстоит сразиться с опытными колдунами. Ни Сарьон, ни Мосия прежде не участвовали в подобных сражениях и даже не представляли себе, как и что следует делать.
«Это безумие! – снова и снова повторял внутренний голос Сарьона. – Безумие! Прекрати это, пока все не зашло слишком далеко!»
– Все уже зашло слишком далеко... – пробормотал Сарьон. – У нас нет другого выбора.
– Отец! – требовательно прошептал Мосия.
Склонив голову, Сарьон положил ладонь на дрожащую руку юноши и произнес слова, которые открыли канал. Магия хлынула от каталиста к Мосии, словно искристое вино.
Глядя на лицо Мосии, озаренное солнечными лучами, Сарьон видел, как приоткрылись губы юноши, как вспыхнули его глаза. Он выглядел как ребенок, которому первый раз в жизни дали попробовать вкусную конфетку.
Сердце Сарьона дрогнуло, и он не выдержал.
– Нет, Мосия, подожди... Ты не можешь...
Но было уже слишком поздно. Прошептав слова, которые он узнал от чародеев, юноша выпустил стрелу в человека в черном облачении, который стоял ближе к нему. Он прицелился поспешно и неточно, но это не имело значения. Когда стрела сорвалась с тетивы, молодой маг наложил на нее заклинание, которое заставит ее найти и убить любое существо с теплой кровью, которое окажется на пути. Когда такие заклинания использовали чародеи древности, даже неопытные стрелки в битве разили врага без промаха.
Но только не в этой битве.
Что насторожило колдуна? Может быть, шорох одежды Мосии в траве? Может быть, скрип тетивы или свист взлетевшей стрелы? Или, может, тревожное карканье ворона – хотя нет, ворон каркнул слишком поздно.
Опередив стрелу, которая летела ему в сердце, человек в черном произнес заклинание и указал рукой на стрелу. Вспыхнуло пламя, и смертоносная стрела мгновенно обратилась в горстку пепла, которую тотчас же унес ветер.
Второй Дуук-тсарит действовал так же быстро, как и его напарник. Вскинув руки к небесам, он выкрикнул заклинание, и все вокруг мгновенно погрузилось во тьму. Ясный солнечный день внезапно сменился непроглядной ночью. Сарьон ничего не мог рассмотреть и беспомощно скорчился в кустах, боясь пошевелиться. Потом, когда глаза каталиста уже начали привыкать к темноте, лес внезапно наполнился странным серебристым лунным светом. Этот свет озарял все, что было в лесу, но человеческие тела при этом сияли необычайно ярко, излучая пронзительное багрово-белое свечение. Сарьон, сморгнув, смог очень ясно разглядеть потрясенные лица священника и четвертого человека, которые повернулись к ним.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?