Читать книгу "Скандал в Институте благородных девиц"

– Разве ты не спросишь причину, по какой его ищут? – выгнул бровь Ленар.

– Я полагала, что законники охраняют тайны клиентов. Все, что сказано в кабинете стряпчего, останется в кабинете стряпчего.

– Мы же не исповедники.

– Почему ты его ищешь? Бевис Броз задолжал кругленькую сумму? – надеюсь, он расслышал в моем голосе иронию, а не страх.

– Это действительно закрытая информация, и я искренне верю, что ты не из болтливых. Эвара Норберг, дочь мэра Аскорда, заявила, что ждет ребенка от господина Броза, – не сводя с меня пристального взгляда, объявил Ленар.

На некоторое время после абсурдного заявления в кабинете поселилась настороженная тишина. Я пыталась переварить новость о том, что несуществующий мужик заделал кому-то наследника.

– Ждет ребенка – в смысле беременная? – уточнила для ясности.

– Других смыслов у моих слов просто нет, – отозвался Ленар.

– В таком случае уверяю тебя – это абсолютно невозможно!

Изменения в Кристофе произошли мгновенно. В глазах появился хищный блеск, лицо застыло. Тут я поняла, что по-глупому, как девчонка, попалась в расставленную ловушку.

– Откуда такая уверенность?

И снова в кабинете воцарилось молчание, острое и напряженное. На стене тикали круглые часы, такие были развешаны по всему замку. Говорили, что три сотни похожих на блины ходиков подарил институту отец одной из выпускниц, хозяин часовой мануфактуры.

– Бевиса Броза не существует. – Я не верила, что произносила правду вслух. – Он всего лишь литературный псевдоним. Но, полагаю, это ты уже выяснил.

– Верно. Имя философа, фамилия поэта. Чей это псевдоним?

Не отводя глаз, я спокойно вымолвила:

– Мой.

Кажется, пауза длилась бесконечно долго. Неожиданно Ленар поднялся с кресла и направился к столу. Загремели старые ящики. Мужчина вернулся, и передо мной легла знакомая доверенность и перо.

– Подписывай, – с непроницаемым видом скомандовал он.

Послушно перевернув лист, я поставила быстрый росчерк. Семейная печать, перешедшая ко мне после смерти родителей, хранилась в ячейке монетного двора, так что пришлось приложить большой палец. В воздухе заструился едва заметный дымок, а на бумаге остался выжженный отпечаток. Соглашение было узаконено по всем правилам.

– А теперь, господин Ленар, мне пора. Знаете, вдруг появилось ужасно много дел, связанных со сменой семейного стряпчего…

– Не торопись, – мягко прервал он. – Тебя не волнует, что неизвестный господин воспользовался твоим псевдонимом и попортил благородную девицу?

– Я же не мать этой благородной девицы, – дернула я плечом. – Меня сейчас больше беспокоит, что придется оплачивать стряпчему отступные.

– Подумай, София. Этот человек точно знает, что ему не предъявят претензий за обман.

И тут до меня действительно дошло.

– Ему известно, кем на самом деле является Бевис Броз, – договорила я, и проблема с передачей дел стремительно отошла на второй план. – Но о псевдониме знали только я и Иветта, моя младшая сестра. Я всегда была предельно осторожна.

– А твоя сестра?

– Кому она расскажет? Единственный, с кем она общалась вне пансиона, – Тео… Постой, ты же не пытаешься меня убедить, что Теодор ди Ланс выдает себя за Бевиса Броза и портит девиц?

– Поможешь мне разобраться? – изогнул брови тот.

– Тебе уже заплатили за поиск будущего зятя ди Норберга.

– Но тебя же оскорбляет благотворительность. Считай помощь платой за услуги одного из лучших законников Аскорда.

– Лучший законник Аскорда? – фыркнула я и, поднявшись, оправила юбку. – Пожалуй, убедил. Теперь мне действительно стоит уйти. Я нахожусь в кабинете больше пятнадцати минут, это может вызвать подозрения.

Он больше не стал меня задерживать, но когда я взялась за ключ, чтобы отпереть замок, вдруг позвал:

– София!

– Да? – оглянулась я.

– Я догадываюсь, чем именно ты сейчас займешься. Начнешь придумывать запасной план, – ответил он на мой вопросительный взгляд. – Не стоит. Ты можешь мне доверять.

– Но ты не исповедник, – напомнила я, уклоняясь от уверений в вечной дружбе и доверии.

– Не в твоем случае.

– Как ты связал меня с Бевисом Брозом?

– Именно ты открыла почтовый ящик, на который приходили письма от издателя.

Мне вспомнилось дождливое воскресенье, когда мы с Ленаром столкнулись в здании городской почты. Я не нашлась что сказать. В институте никто не знал о том, что я арендовала отдельный почтовый ящик, даже Рита.

– Признаться, я несколько ошеломлен, потому что считал тебя помощницей Бевиса Броза. – Привычным жестом он спрятал руки в карманы брюк. – Ради хороших рекомендаций выпускницы часто помогают состоявшимся авторам. Я даже допустил, что именно ты придумала псевдоним. Впрочем, именно в этом не ошибся.

– То есть… – Я кашлянула. – Ты обвел меня вокруг пальца? Как несмышленую институтку?

– Извини. – Ленар сверкнул широкой обаятельной улыбкой.

– Это даже оскорбительно, – фыркнула я.

* * *

Едва я появилась в учебном крыле, как ко мне бросились девушки. Рассеянно уверив, что заявление было благополучно доставлено до адресата, я спряталась в общежитии и написала Тео записку с вопросом, позаботился ли он о моей бандероли. Загремев рамами, я открыла окно. На улице царила дивная весенняя погода, ветер был нежен и пах свежестью. Едва я протянула пустую ладонь, чтобы с помощью магии привлечь голубя, вместо милой птахи откуда ни возьмись пронеслось крылатое глазастое чудовище с длинным хвостом.

– Крысеныш, ты опять сбежал?! – возмутилась я.

Дракон проехался по подоконнику и по инерции затормозил только на столе, попутно сбив стаканчик с самописными перьями. Глядя на разгром, я только вздохнула. На шее свободолюбивого создания болталось металлическое кольцо с перекусанной цепочкой. Отмахнувшись от дракона, я снова выставила ладонь. Наконец, привлеченный магическим зовом, с остроконечной крыши сорвался голубь и ринулся в нашу сторону. Не успела я и глазом моргнуть, как дракон рванул навстречу птице.

– Не сметь! – рявкнула я, но было поздно. С довольным видом Суслик возложил на подоконник голубя со сломанной шеей и заглянул мне в лицо безнадежно восторженными глазами.

– Усыплю! – с досадой пригрозила я. – Летаргическим сном!

Дракон мне достался явно с придурью, потому как на угрозу ринулся вылизывать лицо. Пришлось закрыть Суслика в стенной нише, заменявшей в общежитских комнатах шкафы, и снова вылавливать птицу. Я тянула руку, крысеныш шуровал в вещах, явно раздирая шляпные коробки, где Рита хранила чулки. Не спрашивайте, где логика. Ри – лесная фея, у них все не как у нормальных людей.

Тут фея собственной персоной зашла в комнату, услышала шорох в шкафу и полюбопытствовала:

– Ты закрыла там Сусличка? Он сгрыз твои туфли?

Откровенно сказать, я испытывала такое раздражение, что была сама готова сгрызть чьи-нибудь туфли.

– Поймай мне голубя, – сдалась я. С приманиванием зверья у фей всегда было лучше, чем у наследниц магических родов.

Соседка забралась на подоконник и деликатно поморщилась. Мертвая птица полетела с высоты третьего этажа, а Ри, раскрыв ладонь, тихонечко просвистела сбивчивый мотивчик. В следующий момент с крыши сорвалась стая голубей и стремительно рванула к нашему окну.

– Ой, – прокомментировала лесная фея.

– Закрывай окно! – командным голосом приказала я.

Мы стремглав загрохотали фрамугами. Кто-то с лету ударился клювом о стекло, и мы синхронно вздрогнули. В комнату злобно заглядывала курлыкающая сизая банда, словно прикидывая, как до смерти заклевать двух благородных девиц.

– Что с нами не так? – простонала я. – Мы даже с голубями не можем договориться.

– Выпустим Суслика? – с индифферентным видом предложила Ри.

– Выпускай, пока они не загадили подоконник, – вздохнула я, смиряясь, что записку придется передавать с посыльным, раз с заговоренной птицей не сложилось.

Письмо согласилась отвезти девушка из соседней комнаты. За доставку я заплатила пару шиллингов и посулила договориться с Ри, что та подвинет курьершу в очереди на чтение новой «Золушки» Шарли Пьетро.

Вечерние дилижансы, доставившие студенток из Осно обратно в замок, я встречала на улице. Прихватила из спальни учебник по изящной словесности, но отвлечься от тревожных мыслей и дурных предчувствий, точивших меня изнутри, он не помог. Осознав, что десятый раз перечитываю первый абзац на странице, я закрыла книгу и начала таращиться на замковые ворота, словно пристальный взгляд мог ускорить время или заставить кареты с ученицами приехать раньше. Когда первый дилижанс остановился возле института, я вскочила со скамьи и бросилась встречать посыльную. И меня ждало острое разочарование. Днем Тео не оказалось дома, и записку пришлось передать старенькому лакею, открывшему дверь.

Глава 7. Поймай меня, если сможешь

На следующий день я напоминала лунатика: на вопросы отвечала невпопад, забывала в учебных аудиториях письменные принадлежности, а в середине дня обнаружила себя возле бального зала, хотя направлялась в туалет. Лекция по семейному праву шла самой последней. Едва Ленар вошел в кабинет, как объявил, что законоведческие мучения закончились. Девушки пришли в восторг и даже на радостях зааплодировали, чем вызывали в преподавателе язвительную усмешку.

– Госпожа Вермонт, останьтесь, – велел он, когда студентки спешно покидали аудиторию.

Дождавшись, когда учебный класс опустеет, я спустилась к преподавательской кафедре.

– Что случилось? – тихо спросил Кристоф.

– Тео Ланс пропал.

– Ты всегда так волнуешься за господина ди Ланса? – сыронизировал он.

– Нет, но в субботу я отдала ему бандероль с новой рукописью, – вдруг страшно разозлившись, нарочито мягким тоном пояснила я. – И как понимаешь, сейчас меня чуточку беспокоит тот факт, что он второй день не выходит на связь.

– София, ради всех святых, почему ты доверилась именно ему?

– Решила, что хороший друг не сбежит с готовой книгой, даже если поведет себя не как хороший друг и вскроет на посылке печать с магическим знаком.

– Я разберусь с ди Лансом, – бросил Ленар. – А ты просто постарайся не беспокоиться.

Во время обеда столовая гудела сплетнями. Девушки с восторгом обсуждали, что новый преподаватель по семейному праву отменил абсолютно все лекции и, наплевав на гнев ведьмы Ру, спешно укатил в город, позаимствовав ректорский экипаж.

Через полчаса я стояла в просторном холле и отчаянно жалела, что Кристоф покинул стены замка. У каменного подоконника, придерживая рукой зажатый под мышкой объемный сверток в коричневой бумаге, меня дожидался Тео Ланс.

– Как ты прошел мимо привратника? – резковато вымолвила я.

– В субботу декан Орди дала мне разрешительную грамоту, – пояснил он. – Нам надо поговорить.

Я невольно огляделась. С любопытством поглядывая в нашу сторону, сновали хихикающие студентки. Парочка законниц косилась из противоположной стороны холла, где в алькове прятались широкие скамьи. Таращились спускавшиеся по лестнице девчонки-старшекурсницы. Бывшая королевская резиденция казалась огромной: запутанные коридоры, учебные классы, хозяйственные башни и гулкие рекреации, но спрятаться было негде. Даже стены в Институте благородных девиц имели глаза и уши.

– Не здесь, – зло пробормотала я и, развернувшись на каблуках, направилась к парадным дверям.

Без пререканий Тео последовал за мной и вышел на улицу. Снаружи светило солнце, но ветер задувал ледяной, а потому двор практически пустовал. Пока мы пересекали въездную площадь, направляясь к раскрытым настежь воротам, приятель держался на два шага позади меня. Покинув территорию замка, я прошла несколько ярдов возле каменной стены и остановилась.

– Что ты хотел мне сказать? – повернулась я к хмурому Тео.

– Я был пьян, а бандероль, которую ты попросила отправить, упала в грязь, – начал он. – Я решил, что неловко пересылать ее в таком виде.

– Ты вскрыл магическую печать, – непрозрачно намекнула я о том, что для этого нужно являться или магом, или получателем. Ни тем ни другим Теодор ди Ланс, естественно, не был.

– Я как-то говорил, что вместе с особняком мне от дядьки перешел камердинер. Глухой и вредный старикан, но он неплохо управляется с магией…

Тео примолк. Мы встретились глазами.

– Все эти книги под именем Бевиса Броза пишешь ты! – резко вымолвил он. – Самый известный писатель эротики – выпускница Института благородных девиц. Чистое безумие! Как ты умудрилась скрываться все эти годы?

– Не понимаю, что именно мы обсуждаем, – оборвала я. – Верни мне рукопись.

– Нет.

– Что?! – опешила я.

– Разве ты не видишь, София? Я тебе нужен! – Он сделал широкий шаг, пытаясь приблизиться, и инстинктивно я попятилась. – Когда-нибудь Бевис Броз должен выйти из тени, ты не сможешь его скрывать до конца жизни. Кого ты покажешь? Но посмотри на меня. Я молод, богат и хорош собой. Прекрасное лицо для самого скандального писателя королевства!

– Видимо, именно прекрасное отражение в зеркале заставляет тебя терять связь с реальностью! – отбрила я. – Бевиса Броза не существует. Он плод моей фантазии. Когда я захочу, он исчезнет. Точка. Просто верни мне проклятую рукопись!

– Я расскажу, что за именем Бевиса Броза стоит наследница Вермонтов, – неожиданно спокойным голосом пригрозил Тео. – Как ты считаешь, что подумают люди, знакомые с твоими романами? Ты будешь уничтожена, София! Полагаешь, что сумеешь устроиться на приличную службу или найти удачную партию? Издатель откажется публиковать новые романы, но как без гонораров ты собираешься доучивать сестру? Признаться, я давно ломал голову, каким образом ты находила деньги на дорогой пансион Иветты, если вы беднее канцелярских мышей…

И вот зря он нас с сестрой сравнил с мелкими наглыми грызунами! Я когда-нибудь упоминала, что больше ручных драконов ненавидела только крыс и мышей?

Тео продолжал говорить, губы кривились, а я не слышала ни слова. Размахнулась и влепила пощечину. Магический разряд, вложенный в удар, отбросил приятеля на землю. Он бухнулся в прошлогодние листья и взвыл от боли, диковато тараща глаза:

– Какого беса ты творишь, София Вермонт?!

На щеке расплывался ожог в форме женских пальцев. Я же не виновата, что хозяйственная магия у меня получалась лучше всего, практически на уровне инстинкта. Например, заклятье глажки.

– С этой минуты я разговариваю с тобой только через законника! – прошипела я.

Смотреть на то, как Тео ковырялся в листьях, пытаясь подняться после тяжелого магического удара, было неприятно. Трясущейся рукой он схватился за каменный забор, кое-как начал приподниматься с земли. Проходя мимо, я подхватила сверток с вещами Ленара. Честно говоря, хотела уйти без напутствий, но почувствовала, что взорвусь от злости, как переполненный воздушный шар.

– Что б тебя пробрало проклятьем несварения, Теодор ди Ланс! – с достоинством прокляла я и пошагала по тропинке обратно к воротам.

– Ты не обратишься к законнику, София, – проскрипел Тео в спину. – Побоишься предать дело огласке.

– Мне и не придется, – оглянулась я через плечо.

Когда на замок опустилась темнота, во внутреннем дворе зажгли фонари, а Кристоф не вернулся из города, я перестала делать вид, будто сохраняю хладнокровие. Наплевав на правила приличия и канон о поведении благородных девиц в стенах института, я мерила шагами коридор перед входом в мужское общежитие.

– Госпожа Вермонт, что вы делаете в столь поздний час возле преподавательских апартаментов? – раздался насмешливый голос. Эхо в коридорах почти пустого общежитского крыла было знатным, и от страха я даже подскочила. Резко развернулась и увидела Ленара с перекинутым через руку пальто. Он держал знакомую папку с рукописью. От облегчения меня резко покинули силы. Я выдохнула и закрыла лицо ладонями.

– Удобно, когда на тебя работает лучший законник Аскорда? – промурлыкал Кристоф, неожиданно оказавшись возле меня.

– Я отправлю благодарственное письмо в «Рейсон, сыновья и Ко», – промычала я в ответ и посмотрела в смеющиеся глаза мужчины.

– Мне кое-что надо тебе отдать, зайдешь? – спросил он.

– Если приглашаешь, – неожиданно даже для себя согласилась я, хотя Кристоф вполне мог отдать мне любую вещь завтра в собственном кабинете, при этом не вызвав никаких кривотолков.

– Держи, – он вручил мне пальто и папку, а в следующую секунду подхватил на руки и прижал к груди.

В смущении я уткнулась лбом в крепкое плечо. От Ленара одурительно вкусно пахло мужским благовонием, и я вдруг представила себя героиней собственного романа. Не «мужиконедельки», упасите святые угодники! Героиней из относительно приличных историй Бевиса Броза.

Я почти представила, что Ленар пересечет весь коридор и откроет дверь пинком, но он лишь перешагнул через порог общежития и опустил меня на пол. До комнаты я добиралась, как приличная девица, на своих двоих.

Спальня выглядела скромной. Казенная мебель, узкая кровать (странно, как в нее умудрялись забираться неудачливые соблазнительницы). Возле стены стоял открытый дорожный сундук.

– В пятницу приезжает ди Норберг. Как только я его встречу, то сразу уеду. Билет на дракона уже заказан, – пояснил Кристоф, заметив мой взгляд. – Придется начинать поиски фальшивого писателя заново. Не забудь составить список тех, кто мог бы оказаться в курсе твоей работы.

– Хорошо, – пообещала я. – Как ты сумел забрать рукопись у Тео?

– Он просто ее вернул. Не пожелал брать на себя ответственность за ребенка госпожи ди Норберг и предпочел откреститься от любой связи с Бевисом Брозом. Кстати, чей ты копировала почерк, когда писала артефакторным пером?

– Отца.

– Умно, – согласился Ленар.

– Знаю.

– Твоя ладошка красуется на физиономии ди Ланса? – улыбнулся Ленар.

– Он попытался мне грозить, и я разозлилась.

– Ожог выглядел серьезным.

– Я сильно разозлилась, – дернула я плечом.

На некоторое время нас окружила тишина. В практически пустой комнате пансиона вдруг показалось ужасно тесно и почему-то жарко.

– Что ты хотел отдать?

Ленар прошел к полке с книгами и вытащил фолиант с обложкой, обернутой плотной коричневой бумагой.

– Я обязан вернуть методическое пособие Бевиса Броза. Полагаю, что теперь понимаю, для чего ты выдрала из него картинки.

Он говорил о трактате «О плотских утехах». Хорошо, что в спальне горел только один световой камень, и тот в ночнике на стене. Темнота не давала заметить, как у меня вспыхнули щеки.

– Поверь человеку с опытом, никогда не пытайся использовать советы из этой опасной книги на практике, – подколол Ленар, когда я забирала фолиант, изрядно похудевший после воровства иллюстраций.

– Учту на будущее, – буркнула я, вдруг почувствовав ужасное разочарование. – Проводишь?

Перед пологом охранного заклинания, поблескивающим в воздухе, словно тончайшее полупрозрачное полотно, Ленар подхватил меня на руки, перешагнул через порог общежития в коридор… Где мы буквально нос к носу столкнулись с ведьмой Ру. Не иначе как старая швабра страдала бессонницей и бродила по коридорам замка, подобно призраку черной вдовы.

Пауза была поистине оглушительной. Мы трое застыли в оцепенении. На лице декана сменялись эмоции, от изумления до гнева, и когда она открыла рот, чтобы высказаться, я выпалила:

– Благословите, наставница Ру! Мы хотим пожениться!

Странно, что Ленар не швырнул меня на пол, словно прокаженную, а, наоборот, решительно прижал покрепче к широкой груди и стиснул посильнее ноги. Думаю, что представлял шею.

– Прямо сейчас? – сухо уточнила ведьма.

– Думаете, стоит до утра подождать? – с достоинством отозвалась я, будто мы действительно собирались нестись под венец, да с такой проворностью, что юбки путались в ногах и брюки задирались до колен.

– Господин Ленар, София – юная неопытная барышня, но вы-то взрослый мужчина. Профессиональный законник! Объясните своей… благородной девице, что по ночам ратуша закрыта, а обрядники спят.

– Вы правы, госпожа Ру, – отозвался он непередаваемым тоном серьезного господина, не верившего, что попал в чудовищный конфуз.

– Как всегда.

Она поджала губы и, придерживая длинную юбку, начала подниматься по лестнице. В гробовом молчании мы провожали сухую высокую фигуру старухи.

– И еще, господа, – оглянулась она через плечо. – Завтра утром загляните ко мне в кабинет. Прежде чем по институту расползутся слухи.

Наконец наставница скрылась. Вокруг нас сгустилась тишина.

– Жениться на Бевисе Брозе? – с иронией уточнил Кристоф, осторожно ставя меня на пол.

– Сам бы придумал что-нибудь путное, – проворчала я, оправляя юбки.

– Я молчал, потому что обдумывал привлекательность сделки.

– А я-то решила, что ты проглотил язык от шока.

– Меня успокаивала мысль, что на самом деле Бевис Броз – очаровательная благородная девица и обрядник не наложит на нас анафему.

– О чем говорит этот мужчина? – с деланым недовольством пробрюзжала я и решительно отказалась прислушиваться к сердцу, екнувшему в ответ на широкую открытую улыбку. От нее на правой щеке Ленара появлялась маленькая ямочка, а вокруг глаз собирались тонкие лучики-морщинки. Проклятье, почему я замечала эти очаровательные мелочи?

* * *

Очную ставку устроили за закрытыми дверьми в кабинете наставницы Ру. Фальшивая невеста проснулась до звонка колокольчика из-за прилипчивого дракона, неведомым образом просочившегося в комнату, и по этому поводу пребывала в дурном настроении. Более того, вправлять мозги до завтрака, на мой взгляд, было бесчеловечно и следовало запретить на законодательном уровне. В отличие от меня, Ленар выглядел на раздражение свеженьким, а главное, сытым.

Ру Итар постучала пальцами по столешнице, смерила нас с Кристофом, сидевших по разные стороны стола, острым взглядом и без обиняков вопросила:

– Вы действительно собрались жениться?

Намеки я понимать умела. Наставница давала нам возможность пойти на попятную.

– Нет, – немедленно заявила я.

– Да, – ответил в унисон Кристоф.

Мы с законником обменялись выразительными взглядами.

– Просто господин Ленар вчера перетаскивал меня через магическую защиту, и вы застали нас врасплох, – покаялась я. – Мы не собираемся жениться.

– Хотим дождаться, когда София закончит учебу, – для чего-то соврал он.

– Я попросила его вести дела семьи Вермонт в качестве стряпчего, – сквозь зубы объявила я.

– Поэтому мы решили не составлять брачного договора, – добавил Кристоф.

Я состроила страшные глаза. Ведьма зло цыкнула, видимо, осознав, что не выйдет призвать к здравому рассудку людей, у которых здравый рассудок, похоже, отсутствовал.

– В силу того, что господин Ленар относится к преподавательскому составу весьма условно и скоро покинет институт, я не буду докладывать ректору об этом вопиющем попрании канона о поведении благородных девиц. Более того, сделаю вид, что его никогда не случалось, – давая понять, как сильно не одобряет нашего легкомыслия, объявила наставница Ру. – Но вы, господа, обязаны держаться друг от друга на уважительном расстоянии. Никаких встреч наедине, никаких приватных разговоров!

– Даже ночью? – промурлыкал Ленар.

– Особенно ночью! В любое время суток!

– Позвольте еще один вопрос, госпожа Ру. – Кристоф не пытался скрыть веселья. – Уточните, пожалуйста, какого размера должно быть уважительное расстояние? Вытянутая рука, десять ярдов, длина аудитории?

– Размера вашей совести, господин Ленар! – вышла декан из себя. – Если вы не желаете подпортить реноме благородной девицы, то верните очки и дешевые костюмы. Они были отвратительными, но в них вы, по крайней мере, не походили на прожженного ловеласа!

И только тут мы оба поняли, что Кристоф в последние дни подзабыл, что впервые явился в институт в образе неуклюжего недоразумения в очках с роговой оправой и в плохо сидящем костюме. Какая беспечность! Похоже, в его кровать давненько не лазили полуобнаженные студентки. Совсем расслабился, как оплатил магическую охрану в мужском общежитии.

* * *

Теперь по вечерам в общежитии старших курсов творился настоящий хаос – студентки готовились к балу. В воздухе чувствовались волнение и восторженное ожидание, ведь обычно в институт привозили курсантов из местного военного училища. Благородные девицы превосходили жертв, в смысле молодых людей, численностью, и дележка партнеров по танцам начиналась задолго до самих танцулек. Красавчики распределялись мгновенно, и кокетки, оставшиеся ни с чем, страшно страдали и бесились. Гнев выливался в порчу чужих нарядов, исчезновение украшений и отламывание каблуков у дорогущих туфель, выписанных из столицы. В общем, ничего нового и интересного.

Мы с Ритой коллективным безумием традиционно не страдали и с нарядами разобрались давно. Фея приволокла платье из Волшебного леса еще в тот раз, когда бабуля Пиботи умирала, а не выходила замуж. У меня с финансами было негусто, новому бальному туалету пришлось предпочесть пальто (старое было позорно разодрано на институтском заборе). На праздник я собиралась надеть платье, оставшееся с осеннего бала, просто аккуратно с помощью магии перекрасила темно-зеленый цвет в густой оттенок «предгрозового неба». По крайней мере, именно так его называл хозяин текстильной лавки, где был куплен синий лоскут для образца. Получилось мило.

Заканчивался вечер среды, и до отбоя оставалось немного времени. Постепенно стихали скандалы, выходившие за пределы комнат. Стараясь не обращать внимания на шум, я пыталась готовиться к экзамену по изящной словесности. Из-за событий последних недель работа над книгой растянулась, и теперь приходилось наверстывать в учебе. Пока я билась над правилами пунктуации, Рита сидела в библиотеке и упорно переписывала любовный роман братьев Гриммальди. Больше финальных испытаний фею волновала подпольная библиотека. Кому передать детище? По всему получалось, что лучше самой Ри никто не управлялся с суматошным делом. Хоть магистратуру оплачивай! К слову, она уже беседовала с наставницей Орди, и та посоветовала оставить мысль о продолжении учебы.

– Тук-тук, – не стучась, открыла дверь Диара Арно и оглядела оскудевшую на обстановку комнату. – А у вас здесь стало пустенько. И бедненько.

– Зато не воняет мокрой псиной, – с непроницаемым видом заметила я, намекнув на отсыревший ковер.

Бывшая соседка кривовато улыбнулась, по-хозяйски пересекла спальню, посмотрела в слепое от темноты окно.

– Ты сделаешь это по-тихому или будешь уходить из института со скандалом? – спросила она, стоя ко мне спиной.

– Прости? – без преувеличений опешила я.

Ди повернулась. Глаза торжествующе блеснули.

– Я знаю твой секрет, София Вермонт!

– Похоже, ты знаешь больше меня, – хмыкнула я.

– Сегодня у папочки был званый ужин, и ведьма Ру позволила мне выйти в свет, – закатила глаза Диара. – Теодор ди Ланс тоже был приглашен. Выглядит он, конечно, отвратительно, да и налакался еще к середине вечера, но зато рассказал одну очень забавную шутку…

Тут я по-настоящему напряглась, хотя старалась не подавать вида. Откинулась на спинку стула и изобразила любопытство. Мол, интересно было бы послушать.

– Меня больше всего интересует одна деталь, – промурлыкала Ди. – Все эти пикантные сцены в эротических романах… Ты описывала исходя из собственного опыта, отличница София Вермонт, наследница древнего магического рода?

Только усилием воли я удерживала на лице ироничную усмешку. Спокойствие, София!

– Ди, ты тоже под хмельком?

– Ты, наверное, думаешь, что мне не поверят? Я видела титульный лист рукописи! Мы прожили в одной комнате достаточно времени, чтобы я с легкостью узнала почерк, которым ты пишешь, когда используешь артефакторное стило. – С улыбкой ехидны она наклонилась ко мне и прошептала: – Ой, кажется, я поймала тебя, София Вермонт. Как будешь выкручиваться?

Выкручиваться? Ха-ха три раза! Я просто найду Тео Ланса и припечатаю ему вторую щеку заклятьем глажки, а пока он будет валяться без сознания, зашью рот нитками. По такому поводу не грех научиться держать в руках иголку. Ну, или просто натравлю Кристофа Ленара. Какое счастье, что у меня теперь есть профессиональный законник.

– Не вижу причины, – хмыкнула я.

Лицо Ди находилось очень близко, можно было оценить, насколько размазалась черная подводка на глазах. Бывшая соседка пахла густым жасмином, вызывавшим головную боль у любой обладавшей обонянием девицы. Никогда не понимала ее страсть к дешевым благовониям. Лучше пахнуть косметическим мылом, чем эссенцией за ломаный грош.

– А кто сказал, что он не отдал мне этот титульный лист? – изогнула она бровь. – У тебя время до завтрашнего вечера. Соберешь вещи и тихонечко покинешь стены нашего гостеприимного замка.

Она выпрямилась и с видом победительницы плавной походкой направилась к двери. Однако желание сказать гадость «на посошок» победило, Ди оглянулась на пороге и с ядом в голосе высказала:

– Не стоило подставлять меня перед ведьмой Ру. Я незлопамятная, знаешь ли. Отомщу и забуду. Как завтра увижу тебя с собранным дорожным сундуком, так сразу и забуду.

Правда, красиво выйти ей не позволила Рита. Фея, тащившая пирамиду из книг, папок и письменного набора, тяжело ввалилась в комнату, толкнув дверь ногой, и шарахнула незваную гостью. Та вмазалась в стену и оказалась немедленно отчитанной:

– Ты чего здесь забыла?

– С подружкой твоей поболтали, – фыркнула Диара и наконец убралась восвояси.

– Что хотело воплощение зла? – кивнула на дверь фея.

– Сама не поняла, – пожала я плечами и вернулась к зубрежке.

Утром Ди продолжила меня шантажировать. Столовая почти опустела, а я спокойно тянула из кружечки чай и читала классический средневековый роман о драконах. Откуда ни возьмись появилась Диара. Она оперлась ладонями о крышку стола и заглянула мне в лицо.

– Думала, что ты уже собрала вещи, – с улыбкой змеи вымолвила она.

Я захлопнула книгу с таким чувством, что Несс, что-то черкающая в блокнотике, испуганно подняла голову.

– Госпожа Арно, – пронзила я ледяным взглядом шантажистку, – ваша шутка перестает быть смешной и начинает меня утомлять.

– А ты думаешь, что я шучу? – Ди перекосило. – Ты сама напросилась, София Вермонт!

* * *

Мэр Норберг со свитой прибыл в замок во время последней лекции, точно специально подгадав к обеду. Они появились, когда мы пытались проникнуться интересом к новейшей истории королевства, но в последние десятилетия не происходило ровным счетом никаких потрясений. Паулин Третий властвовал уже четверть века и уступать трон, счастливо отбыв к святым угодникам, в обозримом будущем, похоже, не планировал. Куда веселее было читать газетные колонки о том, как кутили королевские наследники, нежели изучать реформы последних лет. Вдруг широко распахнулась дверь учебной аудитории, заставив сонных студенток встрепенуться и стряхнуть дрему, и появилась делегация.

Столичный мэр походил на громаду и превосходил ростом абсолютно всех чиновников, его сопровождавших. Кругленький, низенький ректор института и вовсе терялся на фоне степенного гиганта. В компании господ имелась и девица, высокая, худая, одетая с излишним для скромной провинции лоском. Столичная штучка по-хозяйски цеплялась за локоть Кристофа и что-то шептала ему на ухо. Неожиданно у меня в руках хрустнуло и развалилось на две половинки самописное перо. Некоторое время ректор рассыпался в объяснениях и представлениях, а потом делегация потянулась обратно в коридор. Дверь закрылась.