Текст книги "Конец всех песен"
![](/books_files/covers/thumbs_240/konec-vseh-pesen-228822.jpg)
Автор книги: Майкл Муркок
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава пятая
В ЦЕНТРЕ ВРЕМЕНИ
Не веря глазам своим, Амелия смахнула слезы и присмотрелась.
– Это начинает смахивать на чертов Брайтон, – сказал неодобрительно инспектор Спрингер. – Сначала все казалось таким нетронутым. Что за шум создает этот катер?
– Они спасли корзину, – сказала она. Две фигуры поднимали корзину на борт. Катер раскачивался под мощными ударами акулы. Несколько предметов остались в воде. Оба спасателя были одержимы своим занятием, стараясь вернуть все, что было в корзине. Не жалея усилий, они догнали и подхватили жестяную кружку. Наконец, суденышко направилось к берегу.
Джерек никогда не видел ничего похожего на костюмы вновь прибывших, хотя они напоминали одежду космических путешественников, всю из одного куска ткани, блестящую и черную, подпоясанную широким ремнем, сплошь унизанным всевозможными инструментами. На спасателях были плотно обтягивающие шлемы из того же материала с очками и наушниками и черные перчатки.
– Мне не нравится их вид, – пробормотал инспектор. – Может, они диверсанты?
Он с беспокойством оглянулся на холмы.
– Они здесь не к добру. Почему они не показывались раньше?
– Возможно они не знали, что мы здесь, – ответил Джерек рассудительно. – У них необычный интерес к нашей старой корзине. Может, мы видим ее в последний раз.
– Они подъехали, – сказала спокойно миссис Андервуд. – Не стройте пустых предположений раньше времени. Будем надеяться, они знают английский, или на худой конец французский.
Дно лодки заскрипело по гальке, мотор заглох, два пассажира вытащили маленькое судно на берег из воды, взяли корзину и понесли ее к застывшим в ожидании миссис Андервуд, Джереку Карнелиану, инспектору Спрингеру, капитану Мабберсу и трем уцелевшим Латам. Джерек различил двух особей мужского и женского пола одинакового роста. Высокие воротники и темные защитные очки скрывали их лица. Приблизившись на пару ярдов, они остановились и опустили корзину. Женщина сняла очки, и путники увидели на красивом овале лица огромные серо-голубые глаза, спокойные и чистые, как у миссис Андервуд. Миссис Андервуд приняла ее за француженку.
– Бон жур… – начала она.
– Эй, – прервала ее женщина без оттенка иронии, – вы же англичане.
– Не все, – внушительно возразил инспектор Спрингер. – Те, маленькие, латвийцы.
– Меня зовут миссис Персон. Разрешите представить капитана Бастейбла, – мужчина поприветствовал их, тоже подняв очки. Красивое лицо его было смуглым от загара.
Амелия продолжила знакомство.
– Миссис Андервуд, мистер Карнелиан, инспектор Спрингер, капитан Мабберс. Боюсь, что не смогу представить остальных. Я не знаю их языка. Они похожи на космических путешественников из далекого будущего. Правда, мистер Карнелиан?
– Латы, – уточнил Джерек. – У нас всегда были сомнения по поводу их происхождения. Но они прибыли в Конец Времени на космическом корабле.
– Вы из Конца Времени, сэр? – Джерек уловил в голосе капитана Бастейбла легкие знакомые интонации девятнадцатого столетия.
– Да.
– Вы – Джерек Карнелиан, – предположила миссис Персон, – друг Герцога Квинского и Лорда Джеггеда, правда?
– Вы знакомы с ними? – пришел в восторг Джерек.
– Я знаю немного Лорда Джеггеда. О, так это вы влюблены в эту леди, это и есть ваша Амелия?
– Моя Амелия!
– Я не «ваша Амелия», мистер Карнелиан, – отрезала миссис Андервуд и с подозрением посмотрела на миссис Персон.
Миссис Персон смутилась.
– Я забыла, что вы из 1896 года. Тысяча извинений, но я так много слышала о вас, миссис Андервуд. Ваша история – одна из самых великих легенд нашего времени. Это огромная честь для нас – лицезреть вас во плоти.
Миссис Андервуд нахмурилась, подозревая сарказм, но не находя его.
– И что вы слышали?…
– Нас очень немного, и мы иногда сплетничаем. В минуты редких встреч мы делимся своим опытом и рассказываем друг другу истории. Обычно мы собираемся в Центре времени.
Молодой мужчина засмеялся.
– Не думаю, что они понимают тебя, Уна.
– Я заболталась. Вы будете нашими гостями?
– У вас есть здесь машина? – у миссис Андервуд зародилась надежда.
– Здесь база. Разве вы не слышали о ней? Значит, вы не члены Гильдии?
– Какой Гильдии? – сдвинула брови миссис Андервуд.
– Гильдия вечных искателей приключений, – пояснил капитан Бастейбл. – ГВИП.
– Никогда не слышала ничего подобного.
– И я тоже, – сказал Джерек. – Почему вы объединились?
Миссис Персон пожала плечами.
– Наша задача – обмен информацией. Это избавляет профессиональных путешественников от многих трудностей и опасностей, – она улыбнулась застенчиво. – Это очень рискованное занятие.
– Действительно, – согласился он. – Спасибо за приглашение.
– Благодарю вас, миссис Персон, – ответила миссис Андервуд, все еще настороженная.
– Мы вернемся в два этапа. Сначала Освальд отвезет инспектора Спрингера и Латов, а потом приедет за нами.
Капитан Бастейбл кивнул головой.
– А вы пока проверьте корзину. Все ли на месте?
– Разумеется. Посмотрите, миссис Андервуд, может что-нибудь пропало?
– Пустяки. Я думаю…
– Это крайне важно. Если что-нибудь потеряно, мы будем искать до тех пор, пока не найдем. Наши приборы могут обнаружить любую мелочь.
Миссис Андервуд заглянула в корзину и рассортировала ее содержимое.
– Все здесь.
– Ну и прекрасно. Время все еще терпимо к нам, однако мы не должны злоупотреблять его лояльностью.
Капитан Бастейбл, Латы и инспектор Спрингер были готовы к отплытию. Взревел мотор, вода закипела, и они скрылись из виду. Миссис Персон повернулась к Джереку и миссис Андервуд.
– Прекрасный день. Вы давно здесь?
– Наверное, с неделю, – миссис Андервуд оправила свое изорванное платье.
– Все прекрасно, если не заходить в воду. Многие забираются в поздний девон просто отдохнуть. Он был бы самым совершенным, если бы не эти эриптиды – водяные скорпионы. Это самый миролюбивый период палеозоя, в нем так много всевозможных приятных анахронизмов.
Выражение глаз миссис Андервуд выдавало надежду, что ей не придется увидеть все это еще раз.
– Может вам скучно, – по-своему истолковала намек миссис Персон. – Но если кто-нибудь хочет расслабиться, обдумать заново свою жизнь, лучшего периода не сыскать, – она зевнула. – Как только закончится наше дежурство, мы с Бастейблом будем рады снова отправиться в путь, в какое-нибудь из двадцатых столетий.
– Вы не оговорились? Разве их несколько?
– Сколько путешественников – столько версий истории, – улыбнулась миссис Персон. – Вся сложность в том, чтобы оставаться в постоянном цикле. Если путешественнику это не удается, его приспособление к окружающей среде обречено на провал. Надломленный потрясением человек в конце концов сходит с ума. Как вы думаете, среди помешанных много искателей приключений во Времени? Мы никогда не узнаем, – она рассмеялась. – Капитан Бастейбл, например, оказался на грани сумасшествия из-за своей собственной небрежности (и такое иногда случается). Мы едва спасли его. Первое, что он обнаружил – это то, что будущее не соответствовало прошлому, а это, согласитесь – страшно.
Джерек с трудом улавливал смысл ее слов, а миссис Андервуд и вовсе была сбита с толку, однако робко подхватила диалог.
– Вы хотите сказать, что тот странник с площади Ватерлоо и я совсем из разных времен. Но это невозможно. Неужели моего времени больше не существует, потому что?…
– Ваше время существует. Оно нетленно, миссис Андервуд. Простите мне мои слова, но вы кажетесь особенно неподходящей для подобных путешествий. Как случилось, что ваш выбор пал на поздний девон?
– Мы ничего не выбирали, – ответил Джерек. – Мы были уверены, что вскоре окажемся в Конце Времени, но машина забарахлила и высадила нас здесь.
– Возможно, так оно и было.
– Что было?
– По всей вероятности, вы прошли полный цикл, прибыли к его концу и продолжили свой путь к началу.
– Вы считаете, что время циклично?
– Допускаю, – улыбнулась она. – Известно о его спиралеобразности. Никто из нас не понимает этого достаточно глубоко, мистер Карнелиан. Пока мы просто собираем всю информацию. Нам удалось разработать основные принципы самозащиты. Но вряд ли кому-нибудь удастся разгадать тайну природы времени, слишком она подвижна и изменчива. Теория Хроноса, столь популярная в некоторых цивилизациях, оказалась несостоятельной, хотя до сих пор не все отказались от нее. В вашей собственной теории Морфейла масса достоинств, однако она не в состоянии разрешить все сложности и противоречия. Главное же ее заблуждение – в утверждении, что время имеет лишь одно измерение, как если бы и пространство имело только одно. Вы понимаете, мистер Карнелиан?
– В какой-то степени… Она улыбнулась.
– Я сама понимаю все зто лишь в «какой-то степени». Нет экспертов в вопросах времени – это единственная аксиома, которой учит Гильдия новых членов. Все мы пытаемся с помощью случайных открытий и исследований отыскать возможность выживания. Некоторые теории предполагают, что с каждым новым открытием о времени мы создаем две новые загадки. Для времени никогда не может быть составлен свод законов, как и для пространства, потому что с каждой крупинкой информации наши размышления и действия, основанные на ней, вносят свой вклад в расширение границы возможного, дополняют и обогащают теорию времени. Мои слова достаточно пространны потому, что я затронула область непознаваемого, возможно, метафизического. Время – это сон или кошмар, от которого никогда нельзя очнуться. По сути, путешественники во времени – мечтатели, случайно разделяющие общие переживания… Гильдия была создана для того, чтобы помочь нам сохранить себя, не потерять ощущения смысла жизни – это очень важно для путешественников. Вам повезло, что вы не дрейфуете по полипространству, как пришлось капитану Бастейблу, иначе бы вы стали похожи на тонущего человека, который отказывается плыть, но барахтается – ведь каждая волна, которую вы создаете в море времени, имеет привычку становиться целым океаном со своими собственными законами.
Миссис Андервуд выслушала ее с явным беспокойством. Она подняла крышку корзины и, открыв фляжку, предложила миссис Персон глоток бренди.
– Восхитительно, – сказала миссис Персон, отпив глоток. – После двадцатого века больше всего мне нравится девятнадцатый.
– А вы сами из какого? – полюбопытствовал Джерек.
– Из середины двадцатого. Я немного знакома с вашим предком, его сестра – моя лучшая подруга, – миссис Персон заметила, что это озадачило его. – Разве вы не знаете его? Странно. Хотя Джеггед… ваши гены, – она пожала плечами.
Джерек был заинтригован. Возможно, в ее словах таился ответ, который он искал у Джеггеда.
– Джеггед не был откровенен со мной, – объяснил Джерек. – Он отложил разговор до моего возвращения. Если вы прольете свет на эту тайну, я буду вам очень признателен.
Но она прикусила губу, поняв, что только что была на грани нечаянного предательства.
– Увы, – с сочувствием сказала она. – Я не могу говорить без его согласия. Наверное, у него были какие-то причины…
– Интересно, какие, – резко перебила миссис Андервуд. – Кажется, это он подстроил нашу встречу. Теперь мы почти уверены, что он – причина наших бед…
– И наших удач, – мягко добавил Джерек, чтобы быть справедливым. – Он утверждает, что не замешан в этом, но я уверен…
– Я не в силах помочь вам, – извинилась миссис Персон. – А вот и капитан Бастейбл.
Катерок подпрыгивал на волнах, быстро приближаясь к ним и оставляя за собой белопенную дорожку в нескольких шагах от берега. Бастейбл развернул лодку и заглушил мотор.
– Вам не повредит небольшая водная процедура для ног? Скорпионов нет поблизости, вы в безопасности.
Они по воде подошли к лодке и влезли на борт, поставив корзину на дно. Миссис Андервуд посмотрела на воду.
– Я не представляла, что могут быть насекомые таких габаритов. Динозавры – да, но скорпионы…
– Они обречены, – сказал капитан Бастейбл, вновь заводя мотор. – В конце концов, эти гигантские рыбы вытеснят их. Через миллион лет в этом море будет много перемен, – он улыбнулся. – Мы должны предотвращать любое самовольное вмешательство во время, – он показал назад на воду. – Мы не оставляем после себя ни малейшего следа нашего присутствия.
– Вам удалось преодолеть эффект Морфейла, – восхитился Джерек.
– У нас другая терминология, – прервала его миссис Персон. – Спокойствие времени зависит от спокойствия анахронизмов. Вот почему мы так старались спасти вашу кружку – это чужеродный след. Все наше оборудование из очень нестойких материалов. Оно служит нам, но не больше столетия. Наше существование ненадежно – нас может вышвырнуть из этого века в любой момент, и мы можем оказаться не только разделенными, возможно навечно, но и в среде, неспособной поддерживать человеческую жизнь даже в самим элементарном.
– Вы играете с огнем, – заметила миссис Андервуд. – Но зачем вам нужно подвергать себя опасности?
Миссис Персон засмеялась.
– Привычка. Постепенно входишь во вкус, вам, наверное, это тоже знакомо.
Залив начал сужаться между покрытыми мхом берегами, и вдали показалась деревянная пристань с двумя лодками у причала. За пристанью, в тени густой листвы, угадывалась какая-то темная масса.
Светловолосый юноша помог им встать на причал. На нем был такой же костюм, как у миссис Персон и капитана Бастейбла. Он приветливо кивнул Джереку и миссис Андервуд, когда те выпрыгнули на пристань.
– Ваши друзья уже внутри, – сказал он.
Все четверо прошли по заросшей мхом скале к черным ровным стенам с запахом теплой резины. Миссис Персон сняла капюшон, распушив короткие темные волосы, придающие ей мальчишеский вид. Грациозным движением она коснулась стены в двух местах, заставив дверь скользнуть в сторону, чтобы впустить их. Они прошли внутрь.
Перед ними находилось несколько похожих на коробки зданий. Миссис Персон повела их к самому большому. Внутрь проникало немного света, но по всей окружности стены бежала постоянная полоска искусственного освещения. Земля была покрыта тем же, слегка прогибающимся, темным материалом, и у Джерека сложилось впечатление, что весь лагерь может быть сложен за несколько секунд и транспортирован как единый груз. Он представил себе Центр как большой корабль времени, так как тот имел определенное сходство с машиной, в которой Джерек путешествовал в девятнадцатое столетие.
Капитан Бастейбл встал сбоку от входа, пропустив поочередно миссис Персон и миссис Андервуд, Джерек был последним. В помещении находились панели с приборами, экранами, мигающими индикаторами – все примитивно-очаровывающего вида, который Джерек сравнил с далеким прошлым.
– Великолепная работа, – похвалил он, – все так искусно сливается с ландшафтом.
– Спасибо, – улыбнувшись себе, сказала миссис Персон. – Здесь Гильдия хранит всю информацию. Эти приборы обнаруживают движение спутников вдоль мегапотока, как его иногда называют. Между прочим, мы не засекли вашу машину времени. Разве вы были не в машине?
– Наверное, она осталась где-то на пляже.
– Мы не нашли ее.
Капитан Бастейбл расстегнул молнию своего костюма. Под ним была надета простая военная форма серого цвета.
– Машина могла быть настроена на автоматическое возвращение, – предположил он. – А если это была неисправность, ваша машина сейчас может находиться где угодно, движение ее хаотично.
– Машина работала ужасно, – информировала его миссис Андервуд. – В наши планы не входил поздний девон. О, капитан, моя признательность будет безгранична, если вы поможете нам по крайней мере вернуться в девятнадцатое столетие.
– Это, в принципе, не сложно, – ответил он. – Другое дело, сможете ли вы там остаться? Если человек однажды путешествовал во времени, он навсегда становится странником, неужели вы не слышали об этом? Это наша судьба.
– Я понятия не имела…
Миссис Персон положила руку на плечо миссис Андервуд.
– Среди нас есть те, кто предпочитает какое-то одно столетие множеству иных. Но есть и эпохи, близкие к Началу или Концу Времени, которые редко отвергают желающих остаться там. Гены, я считаю, играют не последнюю роль в этом. Никто лучше Джерека не знает этого, это его любимый конек. Он и вам, наверное, уже ох как наскучил своим разглагольствованиями.
– Неправда! – горячо возразил Джерек. Миссис Персон поджала губы.
– Может, чашку кофе? – спросила она.
Джерек повернулся к миссис Андервуд. Он знал, что она не откажется.
– Все прекрасно, миссис Андервуд. У них есть ларек. Вы чувствуйте себя как дома!
Глава шестая
БЕСЕДЫ И РЕШЕНИЯ
Капитан Мабберс и его соплеменники плотным рядком сидели на скамейке, прикрывая локти и коленки, выставленные напоказ с тех пор, как Латы уничтожили свои пижамы. Когда миссис Персон и миссис Андервуд вместе с остальными вошли в комнату, лица пигмеев покрылись сливово-пурпурными пятнами, они не знали, куда деть глаза. Инспектор Спрингер сидел сам по себе в шарообразном кресле, в котором его колени почти касались лица. Его попытка встать при появлении двух леди, закончилась тем, что он расплескал кофе на свои брюки. Пробурчав слова полупротеста-полуизвинения, он снова плюхнулся в кресло.
Капитан Бастейбл подошел к черной машине с какой-то надписью.
– С молоком и сахаром? – спросил он миссис Андервуд.
– Благодарю вас, капитан.
– Мистер Карнелиан? – капитан Бастейбл нажал какие-то кнопки. – Что будете вы?
– То же самое, пожалуйста, – Джерек оглядел маленькую комнату отдыха. – Он совсем не похож на лондонские ларьки, правда, капитан Бастейбл?
– Какие ларьки?
– Мистер Карнелиан имеет в виду кофейные ларьки, – объяснила миссис Андервуд. – Пожалуй, это его первый опыт в отношении кофе.
– Разве его пьют везде?
– Как и чай, – сказала она.
– Сколько недоступного моему пониманию в вашем утонченном веке! – Джерек принял бумажную чашку от капитана Бастейбла. Он отхлебнул с любопытством.
Вероятно, они заметили его разочарование.
– Может лучше чай, мистер Карнелиан? – спросила миссис Персон. – Или лимонад? Или бульон?
Он покачал головой, но улыбка его была натянутой.
– Не будем торопиться с новыми экспериментами. Так много свежих впечатлений… Конечно, я знаю, вам все это кажется знакомым и наскучившим – но для меня это так необычно. Погоня! Скорпионы! А теперь эти бараки! – он мельком посмотрел на Латов. – Остальные трое до сих пор не вернулись?
– Остальные? – озадаченно спросил капитан Бастейбл.
– Он имеет в виду тех, кого сожрали скорпионы, – начала миссис Андервуд. – Он верит…
– Что они будут восстановлены! – просветлела миссис Персон. – Конечно. В Конце Времени нет смерти как таковой, – сказала она Джереку извиняющимся тоном. – Боюсь, у нас нет ни необходимой технологии, чтобы вернуть Латов к жизни, мистер Карнелиан, ни мастерства. Вот если бы мисс Браннер или один из ее людей были на дежурстве – но нет, даже тогда это было бы невозможно. Вы должны смириться с потерей этих несчастных. Единственное, чем вы можете себя утешить – мыслью о том, что они отравили нескольких скорпионов. К счастью, их так много, что это не нарушит равновесия природы, и мы сможем сохранить свои корни в позднем девоне.
– Бедный капитан Мабберс, – посочувствовал Джерек. – Он так старается, но неудачи преследуют его. Может, мы как-то поможем ему, создадим условия, чтоб поднять его моральный дух, заставим поверить в успех. Нет ли здесь чего-нибудь под рукой, что можно украсть, капитан Бастейбл? Или кого-нибудь, чтобы изнасиловать?
– Боюсь, здесь такого нет, – покраснел капитан Бастейбл, пытаясь сладить с интонацией.
Миссис Персон улыбнулась и сказала.
– Мы не очень хорошо экипированы для развлечения космических путешественников, мистер Карнелиан. Но мы сделаем все, чтобы отправить их туда, откуда они пришли в ваш век – как можно ближе к их кораблю. Скоро у них появится возможность вернуться к любимым занятиям. Они смогут грабить и насиловать сколько душе угодно.
Капитан Бастейбл поперхнулся, миссис Андервуд буравила взглядом кушетку. Миссис Персон сказала, опомнившись.
– Я забылась. Кстати, капитан, вы и миссис Андервуд почти современники. Освальд, кажется, из 1901 года?
Он кивнул.
– Приблизительно.
– Что озадачивает меня больше всего, – продолжала миссис Персон, – так это то, как много людей прибыло сюда в одно и то же время. Самое плотное движение во времени на моей памяти. И две партии без всяких машин. Жалко, что мы не можем поговорить с Латами.
– Почему не можем? Стоит вам только пожелать, – сказал Джерек.
– Вы говорите по-латовски?
– Проще. У меня остались переводильные пилюли. Я говорил о них прежде, но никто не заинтересовался. В кафе «Роял», помните, инспектор?
Инспектор Спрингер пребывал в таком же помрачении духа, как и капитан Мабберс. Он, казалось, потерял всякий интерес к беседе. Временами он издавал скорбный, полный жалости к себе, вздох.
– Я слышала об этих пилюлях, – сказала миссис Персон. – Их можно применять не только в ваших Городах?
– О, вполне. Я пользовался ими всюду. Биологические ингредиенты, которые они содержат в себе, влияют на часть мозга, связанную с речью. Вы заметили, как я владею вашим языком?
Миссис Персон еще раз оценивающе посмотрела на Латов.
– Они могут рассказать нам больше, чем инспектор Спрингер?
– Вряд ли, – ответил Джерек. – Они все попали сюда в одно и то же время.
– Тогда не стоит тратить пилюли. Придержим на крайний случай.
– Прошу прощения, – сказала миссис Андервуд, – если кажусь назойливой, но мне хотелось бы знать наши шансы на возвращение в нашу собственную эпоху.
– В вашем случае – очень незначительные, миссис Андервуд, – посочувствовал капитан Бастейбл. – Я сужу по своему опыту. Вы можете выбрать какой-нибудь период своего будущего или «вернуться» в настоящее, однако, оно может оказаться радикально, фактически неузнаваемым. Наши приборы воспринимают все виды разрывов флюктуации, случайных всплесков в мегапотоке, которые предполагают, что происходит более сильное, чем обычно, искажение. Плоскости многообразия движутся в какую-то точку пересечения.
– Это Слияние Миллиона Сфер, – пояснила миссис Персон. – Вы слышали о нем?
Джерек и миссис Андервуд отрицательно покачали головами.
– Существует теория, полагающая, что пересечения случаются при активности многообразия. Она предполагает, что многообразие является конечным – оно может содержать конечное число континуумов, и когда в перемещении во времени задействовано слишком много континуумов, происходит полная переорганизация. Многообразие приводит себя в порядок, если можно так выразиться.
Миссис Персон направилась к выходу из комнаты. – Хотите посмотреть какую-нибудь из наших операций?
Инспектор Спрингер, все еще в плену угрюмого забытья, промолчал, а Латы были слишком смущены, чтобы двигаться, поэтому Амелия Андервуд и Джерек Карнелиан последовали за хозяевами через короткий соединительный туннель в комнату, наполненную особенными экранами, на которых ярко раскрашенные демонстрационные модели двигались в трех измерениях. Самым замечательным было колесо с восемью стрелками, постоянно изменяющее свои размеры и форму. За консолью под этим экраном сидел низкий смуглый бородач, иногда он что-то регулировал.
– Добрый вечер, сержант Глогер, – капитан Бастейбл наклонился над плечом мужчины и всмотрелся в приборы. – Какие изменения?
– Хронопотоки три, четыре и пять показывают значительную аномальную активность, – сказал сержант. – Это соответствует информации Фаустафа, но противоречит его автовосстановительной теории. Посмотрите на зубец номер пять! – показал он на экран. – А ведь это всего лишь грубое измерение. Мы не можем рассчитать факторы парадокса на этой машине, хотя это и не имеет смысла из-за скорости, с которой они увеличиваются. Такого рода всплески происходят повсюду. Это чудо, что мы не затронуты. Активности больше, чем мне бы хотелось. Я предложил бы общее предупредительное сообщение-чтобы каждый член Гильдии вернулся в сферу, место и столетие своего происхождения. Это может помочь стабилизации. Если только все происходящее имеет к нам отношение вообще.
– Слишком поздно выяснять, – сказала миссис Персон. – Я все еще придерживаюсь теории пересечения. Но как это затронет нас, можно только гадать, – она пожала плечами. – Полагаю это может помочь поверить в перевоплощение.
– Мне очень не нравится ощущение неуверенности, – сказал Глогер.
Джерек внес в беседу свой вклад.
– Они очень красивые. Напоминают мне о некоторых вещах, которые все еще могут делать Руинные Города.
Миссис Персон отвернулась от экрана.
– Ваши Города, мистер Карнелиан, непостижимы, как и само время.
Джерек согласился.
– Да, их возраст уходит в вечность.
Капитан Бастейбл оживился.
– Возможно, время само приближается к старости. Интересное сравнение.
– Лучше обойдемся без метафор, – строго сказал ему сержант Глогер.
– Это все, что нам остается, – капитан Бастейбл позволил себе небольшой зевок. – Есть какие-нибудь шансы переправить миссис Андервуд и мистера Карнелиана в девятнадцатый век?
– Стандартная линия? Капитан Бастейбл кивнул.
– Практически нет. Если они могут подождать…
– Нет, нам некогда, – перебила миссис Андервуд за них обоих. – Мы не хотим оставаться здесь.
– Как насчет Конца Времени? – спросил Глогера капитан Бастейбл.
– В точку отправления?
– Хотя бы приблизительно.
Сержант нахмурился, изучая окружающие экраны.
– Девяносто девять из ста.
– Ну что, поедете? – повернулся капитан Бастейбл к своим гостям.
– Конечно, какие могут быть разговоры, – сказал Джерек.
– Тогда попытаемся вас отправить.
– А как же инспектор Спрингер? – воспитание заставило спросить миссис Андервуд о случайных попутчиках. – И Латы?
– С ними мы разберемся позже и по отдельности. – Уна Персон потерла глаза. – Было бы неплохо связаться с Джеггедом, Освальд. Нам не помешал бы сейчас его совет.
– Я уверен, что он вернулся в Конец Времени, – сказал Джерек. – И охотно передам ему любое сообщение.
– Да, – согласилась она, – возможно, мы так и сделаем. Ладно, сейчас, когда вы уже перекусили, вы должны немного поспать. Мы пока займемся приготовлениями. Если ничего не случиться, вы отправитесь завтра утром. Это будет зависеть от количества энергии. Мы, к сожалению, лимитированы. В сущности, это только наблюдательный пост и место встречи для членов Гильдии. У нас практически не бывает излишков оборудования или энергии. Но мы сделаем все, чтобы помочь вам.
Покидая контрольную комнату, капитан Бастейбл предложил миссис Андервуд свою руку. Она приняла предложение.
– Конечно, после всех чудес Края Времени все, что вы видите здесь, настолько прозаично, – начал он светский разговор.
– Прозаично? – пробормотала она. – Скорее обескураживающе. Еще недавно в Бромли моя жизнь казалась такой устроенной, стабильной. Напряжение…
– Вы выглядите усталой, дорогая Амелия, – сказал Джерек позади них. Его беспокоили знаки внимания, которые оказывал капитан. Она не обратила на него никакого внимания.
– Все эти передвижения во времени приносят здоровью вред, – жеманно обратилась она к Бастейблу. – Я восхищаюсь вами, капитан. Вы так спокойны и уверенны.
– Знаете, человек привыкает к этому, – он погладил ее руку. – Я преклоняюсь перед вашим мужеством, миссис Андервуд, ведь это ваше первое путешествие в палеозой.
Она была польщена.
– Я нахожу утешение, – сказала она, – в мои молитвах. И в поэмах Уэлдрейка. Вы читали Уэлдрейка, капитан?
– Когда был юношей, я очень увлекался им. Это так уместно в вашей ситуации.
Она вскинула голову и, шагая по черному упругому коридору, начала читать медленно, плавным голосом.
Однажды я посмотрел на мира величие,
И узнал чистую красоту, свободную от Времени.
Узнал ничем не скованную Радость,
Ничем не сдержанную Надежду.
А затем, о трус, я бежал!
Капитан Бастейбл про себя повторял эти слова за ней.
– Совершенно точно! – воскликнул он и добавил.
Различим за нотой органа
Его стон, плач мехов.
То, что солнце делает великолепным,
Без Солнца просто красиво!
Слушая их, Джерек Карнелиан испытывал особенное и необычное чувство. У него возникло желание разделить их, прервать, схватить ее и унести прочь от этого красивого офицера, этого ее современника, который намного лучше Джерека понимал и мог доставить удовольствие, мог утешить ее. Джерек был в смятении.
Он услышал голос миссис Персон:
– Надеюсь, теперь, когда все встало на свои места, вам лучше?
Он ответил неуверенно:
– Нет, я думаю, что я «несчастен».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?