Читать книгу "Баба Яга не против!"

Глава 6 Знакомимся с невестами

В общем, не учла я того, что пол в тронном зале скользкий, а валенки Бабы-Яги очень и очень неустойчивые, а потому с первого же моего шага нога поехала, и я с протяжным «УУУХ!» растянулась на гладком полу. Хорошо, хоть шуба мягкая и шапка тёплая удар смягчили. А заодно и мысль умная в голову пришла. Вот как упала, так сразу и пришла.

А зачем, собственно, я сама замуж за этот холодец пойду? В замке можно и по-другому поводу остаться. А там, глядишь, и порыскать в свободное от... кхм… работы время получится. Авось, найду и зеркало в другой мир, и способ вернуть себе красоту неземную и родные двадцать с маленьким хвостиком лет…

Теперь главное – самого хозяина убедить в моей профпригодности.

Тяжело сглотнув, я пару секунд собиралась с мыслями и пялилась в высокие своды потолка, с которого угрожающе нависали над ничего не подозревающими путниками длинные сталактиты, пока обзор на них не закрыла весьма и весьма недовольная физиономия вышеобсуждаемого мужчины. И как только подбежал так быстро?

Представила, как великий Кощей подскакивает со своего каменного трона и галопом несётся через зал, чтобы подать мне ручку. Её-то я и протянула в сторону мужчины.

Однако он, похоже, и не собирался поступать по-джентльменски.

– Что вы делаете? – осведомился этот субъект, оглядывая моё лежащее тело как что-то весьма неприятное. – Зачем пришли? Я вас не звал!

Рядом охнул обманутый мною Гриб-Боровик, а я поджала губы.

– Не забывайте, вы мой должник, – без помощи мужчины я перевернулась на живот, а потом с кряхтеньем поднялась на ноги.

– Я не оставляю долгов, – уверенно заявил он.

– Ой ли? А Ёршик мой где?!

– В лучшем мире. Не беспокойтесь о нём.

Где-где он?!

– Это те, кто с каменным сердцем, могут не беспокоиться. А я – живая и очень даже беспокоюсь, – пронзив мужчину злым взглядом, я подняла подбородок и постаралась переключиться на дела насущные. – В общем, помочь я вам пришла. Так и быть, отбор ваш проведу. У меня опыт корпоративов большой, – ну, как, большой… Целых один и тот по знакомству достался, но вот этого упоминать совершенно излишне, – а то вы, вероятно, как настоящий мужчина начнёте не мозгами выбирать.

– А чем? – нахмурился он.

– Логикой мужской, – постучала я пальцем по собственной шапке. – А она для такого дела совсем не подходит. Так что, если не хотите ошибиться с выбором жены, лучше доверьтесь профессионалам. Ведь не зря же я образование получала.

– Нет, не нужно, – попытался он было отмахнуться от меня.

– Ещё как нужно, – заявила я в ответ и, чуть понизив голос, добавила: – Говорят, вы тут правитель с безупречной репутацией. Только я вот знаю, что вы людей с других миров крадёте. Бедных пёсиков на верную смерть обрекаете. А я – личность скандальная, договор подписала пожизненный. Не захотите меня брать – я вам так репутацию попорчу, что вовек помнить будете!

Блефовала ли я? Несомненно! Тряслись ли у меня поджилки, когда пыталась казаться очень дерзкой? Конечно! Но кто не рискует, тот всю жизнь в морщинах ходит, да ещё и без собачки!

Ровно три секунды мы мерились взглядами. Оба – сердитыми. А потом нас отвлёк манерный голос одной из гостий.

– Ваше Темнейшество, мы же ждём.

Высокая, под два метра ростом, девица в синей меховой шубке поправила огромный кокошник, который недовольно бряцнул бусинами, соглашаясь с хозяйкой.

– Ладно, – процедил еле слышно Кощей.

А я, довольно улыбнувшись и решив не ломать себе голову, почему ТАКОЙ мужчина согласился на мои условия, радостно раскинула руки да пошла на претенденток сердца, почек и прочего ливера Кощеева. Если оно там имеется, кто знает, что в Кощеевском нутре находится.

– Мои дорогие участницы! Рада приветствовать вас на отборе! Как вы знаете, вас ждут испытания, и одно из них уже началось. С чем вас и поздравляю!

– Это какое ещё? – скривила длинный острый носик всё та же девица, которую я мстительно окрестила про себя «дылдой». Уж очень взгляд у неё … презрительный…

– Ну как же, какое? – я остановилась в паре метров от пяти желающих замуж дев и, уперев руки в бока, радостно улыбнулась кривыми зубами. – Мы проверяем вашу доброту и любезность. Вот, человек пожилой упал на ваших глазах! Что вы сделали? Правильно, ничего. А должны в таком случае были помочь, подсобить. За это всем минус балл.

– Я бы попросил… – начал повышать голос Кощей.

– Цыц! – оборвала я. – Так что подумайте хорошенько, дамы красавицы! Вот останетесь без баллов и без мужа – придётся ему меня в жёны брать!

Кощей позади хекнул, явно не ожидая такой радости, а я довольно улыбнулась. Первое правило хорошего актёра – ври уверенно, и не важно, о чём именно.

– Как это? – пробасила пышущая жаром румяная девушка, нахмурив ярко-рыжие брови. – Вы же старая.

– Я не старая, а опытная, – парировала я, измеряя претендентку снисходительным взглядом. – Я прекрасно знаю, что мужчинам надо и где у них слабые места. И даже готова с самыми перспективными из вас знаниями поделиться. Но… – сделав театральную паузу, таинственно проговорила: – Это не для всех. А лишь для избранных!

– Хорошо, беру вас, – почему-то совсем не к месту усмехнулся Кощей, и в глазах всех девушек ценность моей фигуры сильно выросла. В этот раз я получила уже весьма и весьма потеплевшие взгляды… – Лесной Царь, должность передавай Яге и можешь обратно к роли писаря возвращаться.

Гриб-Боровик закивал и как-то подозрительно облегчённо вздохнул. Неужто знает что-то?

Только вот додумать мне было не суждено, потому как работа, то есть девицы не ждут…

Что ж, тогда приступим!

Для начала выставила всех желающих замуж в ряд. А повелителю замка указала кивком головы на кресло.

– Дорогой работодатель, вы бы сели. Отдохнули бы, ножки свои вытянули. От того, что дышите мне в спину, я усерднее работать не стану.

Мужчина хмыкнул и послушно забрался на свой пьедестал.

Я же, заложив руки за спину, начала сурово ходить взад-вперёд перед своим девичьим войском.

– Так, дамы, красавицы, претендентки! Начинаем операцию по окольцеванию Кощея Бессмертного! Это вам не простые смотрины, это Отбор! Так что, начиная с первой, рассказываем о себе коротко, по делу и называем цель визита.

Первой я подошла к дылде.

– Ну вот, с тебя, краса, и начнём.

– А почему это с неё? – возмутилась стоявшая с другого края мелкая и довольно пронырливого вида девчонка.

Я бы не дала ей и пятнадцати лет из-за роста, только вот хитрые-хитрые глаза выдавали, что она куда старше, чем кажется. – Начало с меня идёт!

Первая дева глянула на претендентку, словно плюнула, и, гордо вскинув глаза к небу, начала вещать:

– Царевна-Лебедь я. Прибыла из Озерного края далёкого, города славного Круглая Ладоть.

– Ага… – кивнула я, вспоминая, что что-то такое когда-то читала. Но, хоть убейте, не помню, чем сказка кончилась. Наверное, свадьбой, но кто ж точно скажет? – А цель визита?

– Узнал отец-батюшка мой, что отбор здесь ведётся славный, да отправил меня, наказав, чтобы стала царицею главной.

– А… – тут я повернулась к Кощею и уточнила: – А у вас статус, уважаемый, какой?

Видя, что меня не понимают, пояснила:

– Ну, вы царь, король, князь или, может, император?

– Я – Кощей Бессмертный, – хмыкнул мужчина.

И, предупреждая моё, уже готовое вырваться возмущение, добавил:

– Это титул, госпожа распорядитель. Он передаётся по наследству.

– Оу-у, – всё, что смогла выдавить из себя.

А я-то думала, это имя-фамилия! А вот оно как!

– Теперь понятно, Ваше Темнейшество. А какой титул передадите супруге вашей?

– Жена Кощея.

– Умно, – кивнула я.

Действительно, зачем придумывать лишнее. Есть Кощей, есть жена Кощея, потом сын и дочь Кощея, внук Кощея, зять Кощея – красота! И, главное, ничего лишний раз не перепутаешь.

Повернувшись обратно к претендентке, я заметила:

– Получается, что вы ошиблись – на этом отборе царицей не станете, это вам к Грибу-Боровику надо с предложением о свадьбе приходить.

Примостившийся в самом уголке помощник Кощеев, который на входе список гостей сверял, вздрогнул и со страхом поднял взгляд, оценивая свои перспективы в возможном союзе. Сидящие рядом с ним Кот и Колобок дружно фыркнули и с интересом продолжили наблюдать за представлением.

– Нет, – поморщилась Царевна-Лебедь, поправляя белоснежную косу на груди. – Цари Лесные меня не интересуют. Хорошо, раз другого не дано, согласна на жену Кощея.

Я закашлялась, а Кощей попытался скрыть улыбку.

Согласна она! Чую, не сойдёмся мы с этой дамой.

– Какая женщина… – восхищённо выдохнул со своего места Гриб-Боровик, в лучшем случае еле достававший Царевне до пояса.

Я улыбнулась. Похоже, у мужчины есть явный фаворит…

Тем временем пошла дальше. Только остановилась перед румяной сдобной барышней, которая до этого привлекла моё внимание ярко-рыжими бровями, как опять активировалась возмущавшаяся до этого девчонка с другого края.

– Это нечестно! Я с начала очереди стояла! Почему опять не туда пошли?

Переглянувшись с рыжулькой, я с тяжёлым вздохом направилась в другую сторону.

– Хорошо, краса ненаглядная. Давай, ты следующая. Кто и откуда?

– Я – Лисица-Сестрица! – важно вытянулась она, по примеру старшей товарки задрав нос кверху.

Тонкие длинные ноздри с силой втянули воздух, а затем их обладательница вытащила из-за спины… хвост! Огромный, пышный лисий хвост!

Да, она тоже была рыжая, но… если дородная дева сияла словно солнышко яркое, то Лисичка казалась несколько полинявшей, что ли…

– А лет тебе сколько? – осторожно уточнила я.

Я, конечно, понимаю, сказки, всё дела, раннее взросление, но договор в моём мире заключался, да и гражданство я не меняла. А там выдача замуж малолетних – дело подсудное, так что лучше сразу перестраховаться.

Лисичка нахмурилась, нос вниз отпустила и, сверкнув на меня злым взглядом, еле слышно выплюнула:

– Тридцатник недавно минул.

– Ах! – выдохнула шеренга невест.

Я поражённо моргнула, но потом уважительно покачала головой.

– Тогда я потом вечерком подойду, про уход косметический твой разузнаю. Думаю… – при этих словах пальцы как-то сами собой пригладили морщинки на лбу, – мне оно надо…

Претендентка кивнула, а потом довольно быстро завершила свой рассказ:

– А пришла я на отбор, потому что младшая в семье, приданого за мной нет, замуж Серый Волк меня не взял. Выбрал Бьянку, сестрицу мою, – у неё хвост пышнее.

– Ну, хвост – это аргумент, – кивнула я.

– Неудачница, – фыркнула Царевна-Лебедь.

Лисица зашипела и оскалила острые клыки, готовая пойти в атаку на дылду.

– Так, дамы, спокойно! – попыталась было разнять девушек я. – Вам ещё в одном котле вариться неделю… или сколько там отбор у вас идёт… Не нужно доводить ситуацию до кипения, иначе мы тут все заживо сваримся, как лягушки в кипятке. Стойте спокойно, давайте следующую.

Я указала на девушку, стоящую после Лисицы.

– А вы у нас кто?

– Царевна-Лягушка, – немного заторможенно ответила она, а потом с некоторым страхом уточнила: – Простите, Баба-Яга, а это обычай у вас такой… в кипятке купать?

Упс…

Сделав вид, что оговорки не было, я мило улыбнулась родственнице той, что меня сюда отправила (ну не может же тут быть много семей Царевен-Лягушек?!), и поинтересовалась:

– Расскажите о себе.

– Я вообще хотела замуж за Ивана-Царевича, – вдруг разоткровенничалась девушка. – Он, значит, пустил стрелу, ну... я и поймала.

– Ага… – кивнула я. – Это имеет какой-то смысл?

– Конечно! – возмутилась Царевна. – Жениться он должен! Я ему говорю, так, мол, и так, давай расплачивайся. А он…

– А что он?

– А он – в камыши!

– Сбежал? – как-то мне очень тяжело представлялась эта картина: Царевич сверкая пятками бежит по болоту… Или где там она его поймала?

– Почему сбежал? – Царевна-Лягушка достала платочек и страдальчески в него высморкалась. – Утонул!

– Опа…

Я с небольшим страхом сделала шаг от претендентки.

– Что, прямо с концами утонул?

– А что, бывает без концов? – огрызнулась она. – Встретил там Русалку и тут же пообещал ей, что будут вместе икру метать! А я, между прочим, надеялась!

– Негодяй! – припечатала Царевна-Лебедь.

– Подлец, – кивнула Лисичка-Сестричка.

– К лошади его привязать да в чисто поле пустить! – гаркнула дородная дева, сжимая кулаки.

– Так, дамы! – постаралась я восстановить хрупкое равновесие. – Давайте не будем поминать былое! Сгинул и сгинул, видать, судьба такая. А на отбор-то вы как попали?

– Так родственница моя, работающая в подборе персонала, мне сказала, что Кощей жену ищет, – развела руками девушка. – Вот я и пришла. Надо личность сменить после столь гнусного предательства.

Кинув быстрый взгляд на Кощея, я попыталась по выражению его лица определить: послышалось мне или нет? Та самая родственница? Но так как на бесстрастном лике не промелькнуло ни одной сколько-нибудь полезной для меня эмоции, то постаралась всё интересуемое уточнить у претендентки.

– Скажите, а ваша родственница не питает случайно любви к ярко-красным помадам? Да и лет ей сколько? Я не для себя, мне так, для знакомой узнать…

Царевна-Лягушка посмотрела на меня удивлённо и уже было хотела ответить, как вмешался хозяин замка:

– Продолжайте отбор.

– Но мне надо узнать…

– Или уходите, – жёстко закончил он, сверкнув на меня ледяным взглядом. Я поёжилась.

Сидящие возле Гриба-Боровика Колобок и Кот всеми силами показывали мне знаками, что не стоит злить Его Темнейшество. Это совершенно чётко читалось по их гримасам.

– Ладно! – рявкнула я раздражённо и, вместо того, чтобы пойти по порядку налево от Лягушки, всё же вернулась к рыжей сдобной девице. Будем считать, что идём одновременно с двух сторон в центр.

На самом деле, мне захотелось узнать, кто она. Ведь последняя девушка не отличалась… ничем. Ни красотой, ни поведением, так что её я решила оставить напоследок, справедливо полагая, что иначе забуду её имя, как только отойду.

– А ты у нас кто? – обратилась я к рыжульке.

– Я-то?! – обрадовалась девица и, выкатив внушительную грудь колесом, чуть не снесла меня с ног своим гордым пятым или даже всем шестым размером. – Настасья Микулишна я!

– Богаты-ыр-р-ша… – внезапно протянул Кот Баюн, с каким-то раздражением глядя на претендентку. – Ты когда, девка необразованная, мою цепь на дубу починишь?!

– Так я виновата, что ли, что ты дорогу мне отказался указать?! – возмутилась Настасья, уперев руки в бока.

– И что, стоило дубиной мою цепь разрывать?! – перешёл на ультразвук Кот. – Силища есть, ума не надо! Да мне у Бабы-Яги всю зиму придётся кантоваться, потому что я в дупло залезть не смог!

– Ты ещё пообзывайся! – засучила рукава богатырша и, наклонив голову, словно бык перед схваткой, пошла на таран Кота.

– Куда, куда? – перехватила я деву поперёк талии. Валенки упёрлись в пол, только вот этого словно бы и не заметил никто. Настасья Микулишна шла вперёд, словно ледокол, видя перед собой лишь мохнатую цель.

– Хватит, – раздался негромкий и очень спокойный приказ от кресла Кощеева. И словно всё вокруг заледенело. Аж воздух остановился, а потом испуганно задрожал, как зайчонок под кустиком.

Богатырша, словно очнувшись, резко затормозила, а я по инерции, проехав ещё немного, потеряла равновесие и снова завалилась на спину, как неваляшка.

– Да чтоб вас всех! – выругалась недовольно, пытаясь подняться на ноги.

– Следующая, – недовольно сморщил тонкие губы Его Темнейшество. Я со своего ракурса это прекрасно заметила.

– Следующая так следующая, – с помощью присмиревшей Настасьи Микулишны я поднялась на ноги и похромала к последней претендентке. В конце концов, кости уже не молодые, постоянных падений могут и не выдержать. Надо хоть галоши, что ли, для валенок достать… А то, того и гляди – без копчика останусь…

– Хорошо, дамы, почти закончили, – жизнерадостно объявила я, подходя к участнице, стоявшей в центре тише всех остальных претенденток.

На вид девушка выглядела… никакой… Серые волосёнки завязаны в низкий хвост, глазки в пол опущены, а маленькие ручки сложены на скромном фартуке.

– Ну, а вы кто? – с поддерживающей улыбкой обратилась к ней и с удивлением увидела, как две пары девушек с обеих сторон от нас дружно сделали шаг в сторону, подальше от претендентки.

И пока я хлопала ресницами, девушка подняла взгляд, а потом как полыхнула ярко-красными глазами, да так, чтоот неё во все стороны искры полетели.

– Жар-Птица я. Прилетела на отбор, чтобы с силой совладать. Говорят, жена Кощеева в награду перстни и браслеты волшебные получит. Мне они нужны – пламя обуздать и стать сильнейшей в роду.

– Ага… – медленно повторила я за остальными девушками шаг назад. – Приятно познакомиться… Не волнуйтесь, думаю, если что, найдём мы вам противогаз… Ой, то есть браслеты!

Ну вот, и определилась самая перспективная претендентка на сердце и почки Кощея. Не знаю, как он, но я бы поостереглась такой девушке отказывать…

Оглядев девичий зоопарк, состоящий из Царевны-Лебедя, Царевны-Лягушки, Лисицы-Сестрицы, Жар-Птицы и одной богатырши, я несколько менее уверенно, чем раньше, предложила:

– Может, пообедать пора?

Глава 7 Что-то замок шалит...

Обед плавно перетёк в ужин.

Если бы я знала, что в этом сказочном дворце принято есть, пока не лопнешь, я бы не уплетала пироги от Скатерти в избушке.

Кстати сказать, здесь тоже имелись в наличии… и Скатерти, и пироги. Но так как желудок возмущался и требовал разнообразия, то я пошла во все тяжкие.

Признаю… Мне даже в какой-то момент стало стыдно, но не очень.

Долгое, постоянно полуголодное студенчество приучило есть, когда можешь, и спать, когда дают.

Так что очнулась я, обгладывая очередного карпика, запеченного в сливочном масле, и запивая его медовым сбитнем.

– Вы закончили? – как-то подозрительно устало вздохнул Кощей с другой стороны дли-и-инного стола.

Я огляделась. Кроме меня и хозяина замка в пышном обеденном зале никого не осталось. Кажется, я даже помню, как уходили невесты, правда всё это виделось словно в тумане.

– А… Да… – осторожно положив хвостик обглоданного карпика на тарелку, я немного смущённо вытерла жирные ладони краем Скатерти. И тут же услышала от неё злобное шипение. – Ой, простите!

Мне кажется, что глаза мужчины закатились, но возможно, вполне возможно, что виновато плохое освещение зала, и на самом деле он мне улыбнулся…

– Вы скажете, где моя собака? – завела я свою старую шарманку. Весь вечер Кощея допекала, но он каждый раз уходил от ответа.

– Если отбор провести сможете, так, чтобы невесты не обиженные уехали, то узнаете судьбу своего питомца.

– Это произвол! – возмутилась я.

– Нет, это сухой расчёт на результат.

Руки сами собой сжались в кулаки. Начистить бы эту неэмоциональную физиономию, только вот толку от этого никакого. Так я ни Ершу не помогу, ни домой не попаду. Нет, с Его Темнейшеством придётся ладить.

– Хорошо… Тогда что планируем на вечер? – постаралась вернуть беседу в деловое русло. Даже тон взяла максимально строгий и важный. – Я могу устроить конкурс стихов, рисунков или…

– Спать, – отрезал мужчина.

– Как спать?! – удивилась я. Честно говоря, слово «спать», когда на улице не так давно стемнело (а на дворе зима, и темнеет рано, прошу заметить!), для меня казалось чем-то крайне непонятным. Привыкла к полуночному образу жизни.

– А жену когда вам искать?

– Завтра, поутру, – Кощей поднялся и строго посмотрел на меня сверху вниз. – Я завтракаю затемно. Опоздаете – и пойдёте проводить отбор голодной.

– Погодите, дайте мне хоть критерии отбора, – спохватилась несколько запоздало. – Я, конечно, и сама выбрать могу, но всё же: чего вы от супруги ждёте?

– Чтобы под ногами не путалась.

– О, так заведите Кота! – обрадовалась я. – У меня как раз есть, я с собой привезла!

Оглянулась в поисках соседей по избушке, но их нигде не оказалось. И, хоть убейте, не помню, в какой момент я их потеряла. – В общем, Кот у меня есть. Картавит немного, но упитанный и мягкий. Когда захотите, ему можно шёрстку погладить или за ушками почесать. А не захотите – то будете только во время приёмов пищи и видеть!

Почему-то Его Темнейшество не проникся моей гениальной идеей так, как следовало бы.

Он бросил на меня крайне неодобрительный взгляд и, развернувшись, вышел из огромного зала, оставив всю грязную посуду на столах…

– А как же… – я растерянно огляделась, понимая, что села в лужу. Надо было раньше уходить, вот балда! Тут как в общежитии – кто замешкался, тот и моет посуду.

Ругаясь всякими неприличными словами, я ухватила большой таз из-под молочного поросёнка и, полная решимости свалить в него все тарелки и кружки, уже было потянулась к приборам.

– Не трожь! – рыкнула на меня Скатерть.

– Так я же прибраться хочу!

– Не трожь, сказано тебе! – пуще прежнего рассердилась она. – Сами уберём!

– Так как же вы уберёте, коль у вас ручек нет? – недоумевала я. Хотела объяснить, что в избушке я сама всё убирала и посуду мыла, но не успела.

– Тушёные баклажанчики, какая бестолковая! – продолжала скандалить тряпка на столе. – Мы, в отличие от некоторых, не просто Скатерти, а Самобранки!

– И Само-убранки? – не поверила я. – Вот прямо сами всё намоете?

В ответ на меня снова зашипели, так что, решив не нарываться на скандал, я поставила таз на место и, неопределённо махнув головой, что должно было означать «спасибо-извините», подхватила свою шубу, лежащую на стуле, и посеменила на выход, туда, где скрылась спина Кощея.

И лишь попав в длинный, тёмный коридор, расходящийся в обе стороны от дверей, осознала – я же не знаю, куда идти!

В столовую-то мы попали сразу из тронного зала – там дверца за троном есть. Не огромные дубовые ворота, а такая, небольшая, почти неприметная. Оно и правильно – в любой ситуации у местного правителя должен быть короткий проход на кухню… ну, или в столовую. А то работаешь, работаешь, на троне сидишь целый день, пятую точку отсиживаешь на неудобном кресле… Обязательно должен быть перерыв на обед!

– Вернусь-ка я в тронный зал! – решила, кивнув сама себе. – Сначала в столовую, а потом через дверцу в парадную залу. Оттуда я вроде помню, как на улицу попасть. Может, по дороге Гриба-Боровика встречу, спрошу, какую комнату мне выделили.

Уверенная в гениальности своей идеи, я развернулась и, полная решимости, распахнула дверь за спиной…

– Что это? – немного растерянно пробормотала, рассматривая уборочный инвентарь в малюсеньком чуланчике. Метёлки, швабры, тряпки, вёдра… и никакой столовой со Скатертями-Самобранками.

Закрыла дверь… подумала… открыла…

Та же картина…

– Да как так-то? Я же с места не сходила!

Не буду говорить, сколько раз я закрывала и открывала эту самую дверь. Во всяком случае, намного дольше, чем достаточно обычному человеку, который хочет понять, что столовой в этой каморке со швабрами нет.

– Так, всё! – заявила решительно, когда взгляд сам собой снова уставился на облезлую метёлку. – Просто меня в избушке укачало, вот я и не заметила, как отошла. Надо проверить все двери рядом.

Но дверей не оказалось. Ни рядом, ни где-то ещё…

Только длинный-длинный коридор. Снова остановилась у комнаты с инвентарём, думая, в какую сторону идти.

– Ну, логично, что если бы я зашла в столовую, то потом прошла вот туда… – я сама себе показала направо, – и попала бы в тронный зал. А дальше почти по прямой – на выход. Ну, значит, в ту сторону и пойду.

Решительно развернувшись вправо, зашагала по длинному, какому-то извилистому и тёмному коридору. Причём, с каждым новым шагом он казался всё сумрачнее. Уж на что я никогда не страдала клаустрофобией, но чувство дискомфорта росло с каждым пройденным метром.

– Не поняла… – я резко затормозила перед… стеной. Самой настоящей стеной в конце коридора. Ни поворотов, ни дверей. А так как стена оказалась того же цвета, что и стены коридора по бокам, я даже не сразу обратила на неё внимание. – Это что – тупик? И куда дальше?

А дальше только в обратную сторону.

Развернувшись, я зашагала налево. И вот что удивительно! Чем дальше я шла, тем светлее становился коридор. Лампочек, конечно, тут не имелось, но светились будто сами стены. Мягко, незаметно. Я бы и внимания не обратила на них – хорошо видно, да и ладно, – если бы не это заигрывание с освещением.

Пройдя мимо комнаты со швабрами, в последний раз с надеждой заглянула внутрь, а получив неутешительное подмигивание пустого железного ведра, направилась дальше.

И вот тут дело пошло повеселее! Коридор не петлял, не извивался, а шёл ровно вперёд. Начали попадаться даже окна, за которыми бушевала снежная вьюга. А я всё шла и шла… и наконец…

– Похоже, дошла, – прошептала тихонько, осторожно дотрагиваясь до ручки резной двери посреди стены.

Полотно тихо скрипнуло и само собой начало открываться. В образовавшуюся щель полился пучок света, а когда я осторожно сунула внутрь любопытный нос, мне впервые в жизни захотелось провалиться сквозь землю.

– Ой! – прошептала испуганно, широко раскрытыми глазами уставившись на Кощея, лежащего без кафтана и без… да, без всего! В огромной каменной чаше. Я бы назвала это ванной, но по размерам сооружение всё же больше напоминало мини-бассейн. В воздух поднимался горячий пар, закрывая обзор на уходящие вглубь помещения стены.

Мужчина расслабленно облокотился руками на каменный бортик и, запрокинув голову, лежал с закрытыми глазами, как если бы спал. Сейчас, когда я могла рассмотреть его фигуру не под кафтаном, оказалось, что он совершенно не тощий, а скорее жилистый, гибкий и будто состоящий из одних мышц.

Но вот хозяин замка приоткрыл один глаз, а затем потянулся за книгой, до этого лежащей позади его головы. В зоне видимости мелькнули накачанные плечи, крепкая спина, а потом, когда он приподнялся и…

– Мамочки… – крепко зажмурилась я, не готовая увидеть тёмнейший зад.

Рывком втянув голову в коридор, шумно задышала, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.

– Всё нормально, всё хорошо, это просто голый Кощей… – бормотала про себя, не желая хотя бы на секунду представлять то, что рассмотрела мельком. – Так, Ядвига, мы тут не для этого!

А для чего? Хороший вопрос.

Передо мной встал нешуточный выбор: либо опять петлять по этим хитро сделанным коридорам и пялиться в швабры да метёлки, либо нарушить покой Его Темнейшества и просить проводить в мою спальню, потому как его комната – это единственное, что попалось мне по пути. Кто вообще делает ванную прямо посреди центрального коридора?!

Глубоко вздохнув и задержав дыхание, я повернулась к двери и уже было занесла руку, чтобы постучать, как…

– Ты что здесь делаешь?! – недовольный голос Кота заставил вздрогнуть.

– О, Баюн! – я посмотрела под ноги и пожаловалась: – Я свою спальню найти не могу, хотела дорогу спросить…

Кот повёл носом по воздуху, нахмурился, а затем сунул морду в дверной проём. И почти сразу дёрнулся обратно.

– Совсе-ем уже кукуше-ечка уехала?! – зашипел он. – Развр-ратница!

– Что?! Нет! – воскликнула я, прикрывая щель, чтобы наши разборки не просочились в уши Кащея, и отходя подальше от двери. – Я вообще не то! Не так! Я выход искала, понятно?

– Оно и видно, – хмыкнул Баюн.

– Да ты послушай! Дверь в столовую исчезла! Я вышла за Кощеем в боковую дверь, а потом не смогла обратно зайти – там швабры уже и вёдра вские стояли.

– Поэтому подняла-ась на третий этаж и нашла омовницу прави-ителя?

Я зависла.

– Какой ещё третий этаж? Я всё время прямо шла! – резко развернувшись на злополучный коридор, я застыла с открытым ртом.

Это был… другой коридор! Другие ткани на стенах, большие арочные окна, кое-какая мебель по углам. Это явно жилой этаж! Да ещё и подсвеченный лампадками через каждые несколько метров.

– А как… – у меня даже слов не нашлось, чтобы описать произошедшее. – А что делать-то?

– Что де-елать, что де-елать… – проворчал Кот, обходя меня по кругу и обвивая хвостом лодыжки. – Пошли уже, гор-ре луковое-е.

Я словно во сне, медленно побрела вслед за кошаком.

– А куда? В мою спальню?

– Каку-ую спальню? – удивился Кот. – В избу-ушку. Нас никто на ночь в замок не пр-риглашал, так что неудивительно, что др-ревние стены тебя не пр-риняли и запутать пыта-ались. Гость ты для них незва-аный, – тут он задумался. – Пр-равда, обычно коридоры выводят путников либо нар-ружу, либо сразу в темни-ицы, а вот так, чтобы в умыва-а-альню…

Он подозрительно покосился на меня жёлтым глазом, а я тут же открестилась:

– Я ни при чём! Мне лучше в избушку.

– Вот и пойдём. Хорошо хоть по запаху тебя нашё-ёл, болезную, – проворчал он еле слышно.

Я кивнула и дальше уже старалась шагать за Котом след в след, боясь даже моргать, чтобы не потерять его из виду.

Ну, а дальше мы где-то полчаса ходили по коридорам и лестницам. Намного дольше, чем я одна шла! Поднимались, опускались, плутали… Пока, наконец, не вышли из больших входных дверей на улицу… на мороз.

Я поплотнее закуталась в шубу и, быстро-быстро перебирая ногами, засеменила через заснеженную дорожку скорее к своей родной избушке, в которой так уютно и гостеприимно горел свет в окне.

И лишь зайдя внутрь и захлопнув за собой дверь, я облегчённо стащила с головы шапку и первое, что услышала, – это оскорблённый вопль Скатерти:

– Ты что там, чужую еду ела?!