Читать книгу "Баба Яга не против!"

Глава 10 Изнанка правления, Или как Кощей Водяного слушал

– Что бы ещё такого придумать? – ходила я кругами по избушке.

Набегавшийся и теперь крепко спящий Ёршик сонно дёрнул ухом, но даже не открыл глаз, продолжая дремать на тёплой подстилке около печки.

– Ну что? – я в отчаянии плюхнулась за стол, где мне тут же был предложен чай от раздобревшей Скатерти.

– У тебя обязательно всё получится, – уверенно заявила она, – если ты даже самого Кощея смогла накормить моими блинчиками… Ох, силы небесные! Как подумаю об этом, так голова кругом. И ведь столько лет… столько лет…

– Подожди, пожалуйста, – взмолилась я, – мне уже скоро на обед идти, нужно придумать соревнование. Я потом послушаю о том, насколько ты рада.

Скатерть обиженно замолчала. И хоть лица у неё не было, и его выражение оставалось для меня загадкой, но как любая женщина она могла молчать так, что сомнений не оставалось – на тебя точат зуб. И хорошо, если этот зуб потом не окажется в твоей тарелке с супом.

– Может, предложить им убраться? – осторожно предложил Колобок. – Посмотрим, кто из них самая хозяйственная.

– Я думала об этом – но, боюсь, большинство из них сочтёт подобное задание унижением.

– Заче-ем ты вообще в это ввяза-алась? – лениво зевнул Кот. – Ты же хотела собаку свою получить – получила. Давайте домо-ой пойдём.

– Куда домой? В лес?

– Да-а, – Баюн явно не проникся дворцовой шумихой. – Заче-ем тебе этот отбор? Ябло-ок молодильных у Кощея всё равно не расте-ет, а так…

– Дело не только в яблоках… – на самом деле, про яблочки антивозрастные я всё же не забывала и не теряла надежды найти их в замке Кощеевом – что-то мне подсказывало, что обязательно есть такие. Но всё же не это главная причина моих сомнений. – На самом деле, я уже пообещала… пообещала, что проведу отбор. Пусть и ради Ёршика, но Кощей же его привёл ко мне – выполнил свою часть сделки, так что и я должна…

– Не должна-а…

– Ладно, не должна, потому что изначально договор кабальный, но всё же проведу. У кого есть дельные мысли по поводу следующего испытания?

Помощники переглянулись и дружно пожали плечами. Или тем, что имелось вместо плеч.

Я трагически вздохнула и потопала надевать валенки.

– Ты куда-а? – поинтересовался Кот.

– Пойду, всё же попытаюсь ещё раз поговорить с Тёмнейшеством. Пусть помогает – в конце концов, его свадьба, почему я должна думать, кого именно ему надо в жёны подобрать?

Сказано – сделано.

Зайдя в замок, я отправилась по знакомой дороге в тронный зал.

Только вот коридоры опять начали играть со мной в свои игры. Внезапно широкий холл сузился до размеров маленького, почти кукольного тоннеля. Все арочные окна, которые я проходила по пути, пропали, как и двери, которых в этой части замка я в прошлый раз видела немало.

Какое-то время я шла всё дальше и дальше… сначала думая, что может сама заблудилась, а потом надеясь, что у замка проснётся совесть.

Не проснулась.

– Да что же это такое! – наконец, топнула ногой. – Ты что творишь?!

Подойдя к ближайшей стене, от души пнула её носком валенка.

– А ну – показывай мне дорогу! Я здесь по распоряжению Кощея! Не советую со мной шутки шутить!

Ноль реакции.

– Вот если ты мне помогать не начнёшь, то Кощей ваш без жены останется. Не нарожают они маленьких Кощейчиков, и останешься ты пустой и пыльной развалюхой. Никто даже картины тряпочкой не протрёт!

Замок какое-то время думал, а затем прямо за моей спиной с тихим скрипом открылась дверь.

– Ну, если это опять какая-нибудь парная, – пробормотала я, входя в новый длинный коридор.

Он выглядел ещё более узким и тёмным, чем предыдущий. Да ещё и потолок нависал так, что приходилось наклонять голову, чтобы просто шагать вперёд.

Я успела пройти всего пару шагов, как позади раздался скрип петель.

– Э-э-э-э, не вздумай закрывать за мной дверь! – не на шутку разволновалась я. – У меня клаустрофобия! Замуруешь меня здесь, и я наверняка с ума сойду. Или помру прямо посреди тесных коридоров. А став привидением, навечно поселюсь в твоих стенах. А ну, открывай, не бери грех на душу!

От волнения я заговорила ну точно как моя бабушка. Я и раньше этим грешила, но здесь, в сказочном мире, немного деревенский говор пришёлся как нельзя кстати. Так что, забравшись в это амплуа, чтобы предстать перед Кощеевыми невестами, я в него настолько вжилась, что оно уже казалось родным. Словно судьба моя – Ягой стать.

От последней мысли плечи сами собой передёрнулись. Что за бред – никто не хочет резко постареть! А все эти странные мысли – от волнения!

В это время замок тоже усиленно решал, нужно ли ему персональное привидение или нет. Придя к выводу, что лучше не рисковать, он распахнул дверь пошире и даже включил какое-то подобие освещения в малюсеньком коридоре – засветились камни на потолке.

Вот это, я понимаю, забота, чтобы мне не помереть от паники!

– Спасибо, – кивнула я, послушно пробираясь по коридору дальше. – Интересно, что за причина, по которой замок меня сюда привёл…

Причина обнаружилась очень скоро, потому как проход закончился… тупиком. А единственное, что красовалось на стене, – небольшое оконце на уровне глаз, закрытое на деревянную задвижку.

– Ну, если там опять Тёмнейший зад… – пробормотала я недовольно, однако ж с большим интересом пробираясь к окну. – Если хочешь знать, я не такая!

Такая не такая, но замок тактично промолчал, а мне предоставилась возможность вновь заглянуть за изнанку жизни великого правителя Тридевятого.

Медленно сдвинув задвижку в сторону, я прильнула глазом к образовавшейся щели.

– Так это зал… тронный! – прошептала я, разглядывая знакомую комнату.

Со своего ракурса я могла видеть не только самого Кощея, но и его посетителей. А посетителей, а если точнее – просителей собралось много. И сейчас они все по очереди жаловались государю на троне на тяжёлую судьбу.

– Ты поэтому меня в зал не пустил? – уточнила я у замка. – Потому что работает Кощей? Так можно было и сказать!

Замок промолчал. Действительно, как он скажет, коль говорить не умеет?

– Ладно, а показывать мне это зачем?

Задвижка пару раз недовольно вздрогнула.

– Ладно, ладно, молчу, – проворчала я.

Вот не знаю как, но я начинала без слов понимать, что от меня хочет каменная громадина.

Вновь прильнув к оконцу, сосредоточилась на том, что происходило внутри.

– Ваше Тёмнейшество, – вещал из огромной кадушки с болотной тиной Водяной. Увидь я её в каком-нибудь музее, подумала бы, что она нужна для засолки огурцов на зиму. А оказывается, в подобных бочках можно и Водяных перевозить… Сей субъект возбуждённо размахивал руками, отчего вода из бочки то и дело переливалась через борт. – Что же это делается, что творится! Я им говорю, не нужно тут плотину строить! А бобры лишь смеются! Перекрыли нам доступ к горячим источникам и не принимают никого! А именно там мы греемся, когда надоедает Радужная лагуна.

– Вы говорите про ту Радужную лагуну, из которой вы бобров прошлой весной выкинули? – немного устало уточнил Кощей.

– Так там самое лучшее время для весеннего загара! – возмутился Водяной. – Мои Русалки мне не простили бы, если бы я не отбил этот курорт.

– А из устья Маленькой реки почему их прогнали?

– Ваше Тёмнейшество! – гость аж задохнулся от переполнявших чувств. – Там же рыбы – руками вытаскивать можно! Что же есть нашим деткам, если эти мохнатые, зубастые чудовища там поселятся?!

– Так где же тогда им жить? – задал резонный вопрос Кощей.

Водяной задумался. Так задумался, что даже хвостом в кадушке дёргать перестал, отчего начал медленно погружаться в неё всё глубже.

– Я придумал! – наконец известил он, когда вода ему до подбородка дошла.

Вылетев обратно наверх, он самодовольно упёр руки в бока и кивнул:

– Пусть идут жить на болота к Кикиморам!

– На болота? – уточнил Кощей.

– Да!

– К Кикиморам? Тем, что ненавидят шум?

– Вот точно! – от гордости за себя Водяной аж чуть не лопался. – Там, среди вони и грязной жижи, они нам мешать не будут!

– Прелестно, – кивнул мужчина.

Потом всякий намёк на добродушность на бледном лице пропал, и он сухо постановил:

– Тогда моё постановление таково: отдаю территорию горячих источников семейству бобров в полное и безраздельное пользование. Речные жители должны убрать оттуда все свои лежаки в течение пяти дней.

– Но… но как же?! Это же… это же… произвол! – заблеял Водяной, но, наткнувшись на ледяной взгляд Кощея, как-то быстренько сник. – Да… Ваше Тёмнейшество…

– Следующий, – кивнул Кощей.

Тележку с Водяным на выход из зала немедленно отбуксовал Гриб-Боровик. Когда они проезжали мимо меня, то я услышала бурчание повелителя рек:

– Тиран! Деспот! Чтоб его мальки за ноги покусали!

Потом потянулась длинная вереница из страждущих. Кому-то Кощей шёл на выручку, но чаще, всё же, принимал решения не в пользу просивших. Не то чтобы это получалось несправедливо, скорее, в ответ на наглые просьбы проявлялась суровая рука правосудия.

Где-то через час у меня заболели ноги, стоять и смотреть на нескончаемый поток просителей оказалось тяжело, как вдруг за окном прозвучал звук колокола, и всех посетителей сдуло ветром.

Серьёзно… В зале открылось окно, и всех, кто договорить не успел, сдуло наружу, прямо в сугробы.

– Обед? – осторожно спросил у повелителя Гриб-Боровик.

– Да… обед, – Кощей вздохнул так, словно его ждал не отдых, а второй раунд работы. – Тьма бы побрала этот отбор!

– Но, ваша милость, – мужичок с грибной шляпкой переступил с ноги на ногу, – вы обещали, что найдёте себе жену и меня отпустите. У меня Лешие распоясались в лесах…

– Я держу слово, Царь Лесной, – кивнул Кощей. – Тем более, что отбор уже начался. Ничего не попишешь – придётся жениться.

– Ну, не расстраивайтесь, – Гриб-Боровик бочком подошёл к трону. – Кто его знает, может, супруга ваша понятливой окажется и сможет помогать в делах правления.

– Шутишь? – печально усмехнулся Кощей. – Я лишь тебе доверяю, но ты прав, у тебя и у самого работы много. А от жены я много не жду. Надо – значит будет. И замку хорошо – разваливаться перестанет, и наследники в обозримом будущем появятся. А значит, престол утвердится и закрепится за нашим родом. Ведь год всего остался, чтобы царство за семьёй утвердить. Жениться придётся обязательно… А с работой я и сам справлюсь, лишь бы глупая баба не мешала.

– Вот оно что… – прошептала я, отрываясь от окошка и поднимая взгляд к потолку. – Хорошо, замок, спасибо! Я всё поняла! Мы ищем не просто жену Кощею, а хорошую помощницу! Ну, теперь-то я знаю, как поступить! Такой отбор устрою, что Кощеюшка мне сам яблочки молодильные предложит. А если нет их на свете белом, то сначала вырастит!

Глава 11 Гениальная идея, не очень гениальное исполнение

Свою гениальную идею я высказала сразу же за обедом.

– Значит так, дамы! Раздумывая о том, что именно нам требуется для самой главной должности нашего царства, я пришла к выводу, что нет ничего важнее, чем помощь своему супругу!

Я важно подняла палец к потолку, и туда дружно посмотрели все обедающие.

– С чего вы взяли, Ядвига, что мне нужна помощь? – поинтересовался Кощей, довольно лениво помешивая гороховый суп в глубокой миске.

– Женская интуиция, Ваше Темнейшество! – хмыкнула я и игриво повела плечом. – Женщины, знаете ли, очень чувствительны к таким вещам. И жена мужу нужна, чтобы взять ношу, которую ему самому тяжело нести, и переложить на свои хрупкие женские плечи.

Анастасия Микулишна воодушевлённо выпрямилась и распрямила внушительные плечи. Она явно представляла, как возьмёт на них и все заботы Кощея, и его самого, если понадобится.

А вот у остальных невест мои слова особого энтузиазма не вызвали.

– Вы говорите про… работу? – поинтересовалась Царевна-Лебедь, чуть заметно сморщив нос. Девушка явно не часто произносила такие ругательные слова. – Работать должны слуги. В крайнем случае, волшебные предметы.

С этими словами она бросила ложку в недоеденный суп и коротко приказала:

– Заменить. Он остыл.

Скатерть послушно выполнила просьбу, но я с другой стороны стола расслышала недовольное бурчание, в котором упоминался «капризный острый нос».

– В общем, думаю, вам всё понравится, – кивнула я и, обратившись к Кощею, добавила: – И вам, я уверена, тоже всё понравится. В конце концов, должны же вы жену сразу в деле посмотреть?

– Боюсь, любая ваша идея не совпадёт с «тем самым делом», в котором мне бы хотелось рассматривать будущую жену, – с нотками обречённости проговорил мужчина.

– И тем не менее, неслучайно именно Ягу вы выбрали распорядителем отбора, – из меня так и лился энтузиазм.

– Так вы же шанта…

– Так что я уверена, что у нас всё получится! – перебила я его. – И первой начнёт проявлять свои таланты – победитель прошлого состязания. То есть Настасья Микулишна!

– Я? – обрадовалась богатырша.

– Она?! – возмутились Царевна-Лебедь, Царевна-Лягушка и Лисичка-Сестричка.

– Именно, – я кивнула и, развернувшись, как гаркнула: – Царь Лесной!.. Эй, Царь! – так как никто не откликался, мысленно скрестила пальцы и закричала: – Гриб-Боровик!

Не прошло и пяти секунд, как двери распахнулись, а перед мои очи явился весьма помятый – видимо, с дневного сна – лесной владыка.

– Ты, что ль, Яга, меня по имени осмелилась звать? – недовольно скривил он и без того морщинистую физиономию.

– Простите, пожалуйста, – покаялась я, – но нам крайне необходим подопытный… хм… точнее жаждущий помощи и справедливого решения народ. Любой князь или король обязательно выслушивает проблемы граждан. Наверняка и Наше Темнейшество совсем недавно этим занимался…

– Чем этим? – уточнил Боровик.

Заметив косые взгляды, я вытянула вперёд ладони.

– Не спрашивайте, откуда я знаю дела государей – у меня, между прочим, очень разностороннее образование. Вот мы и посмотрим, как наши невесты решают проблемы простых граждан. В конце концов, им здесь всю жизнь жить. В случае победы, разумеется. Сегодня у нас в роли князя – Настасья.

– Ох, грехи наши тяжкие… – пробормотал Гриб и кивнул. – Хорошо, посмотрю, может, кто далеко не ушёл…

Он вышел за дверь, а мы с невестами засобирались в соседний со столовой тронный зал.

– Ваше Темнейшество, а вы не идёте? – кокетливо повела плечом Лисичка-Сестричка.

– Боюсь сгореть там, – пробормотал мужчина негромко.

– От чего?!

– От стыда.

– Нет, так не пойдёт, – возмутилась я. – Кто же будет вместе со мной решать, как невесты справляются?

С тяжёлым вздохом Кощей поднялся на ноги и словно старый дед ме-е-едленно направился вслед за нами.

Я время от времени на него посматривала. Кого он хочет убедить в своей дряхлости? Эти безразмерные рубахи, в которых фигура кажется тощей, эта ленивая походка… Стыдно признаться, но перед глазами до сих пор стоял накачанный зад и тугая вязь мышц на гибком теле. Такими формами не каждый атлет может похвастаться. Зачем этот театр?

Тем временем мы усадили Настасью Микулишну на трон. Возникли небольшие проблемы, потому как крепкий тыл барышни не влезал в каменное сиденье кресла.

– Может, с него боковые части снять? – предложила Царевна-Лягушка, пытаясь пальчиком измерить расстояние от бока богатырши до каменного бортика.

Расстояние оказалось ничтожным, потому что, вздохнув и чуть сдвинувшись, Настасья Микулишна защемила любопытный перст, а Лягушка вытаращила глаза, в панике пытаясь вырвать свою конечность обратно.

– Ай! – выдернув руку из тисков, девушка обиженно показала на пульсирующий и стремительно опухающий палец.

– Что там? – обернулась богатырша и презрительно уставилась на соперницу. – Болотные неженки.

– Ах ты! – пошла в атаку Лягушка.

– Ставлю на женщину-бочку, – хмыкнула Лисичка, благоразумно отойдя подальше от соперниц.

– Как вообще рядом с нами могли поставить это страшилище, – раздражённо вздохнула Царевна-Лебедь.

Голоса Жар-Птицы я не услышала, тем более что последний раз её видела тогда, когда она подходила к креслу Кощея, которое мы поставили для Его Темнейшества в углу зала, где хорошо просматривалась и «сцена», и просители. Да мне в этой суете и не до неё, если честно…

– Дамы, спокойно, – попыталась было я вернуть хрупкое равновесие в склочный женский коллектив.

Обойдя со стороны Настасью Микулишну, которая всеми силами пыталась вылезти из трона, в котором застряла, я вцепилась в широкий локоть.

– Давайте не ронять авторитет Его Темнейшества перед подданными.

– Толстая клуша! – перебила меня Царевна-Лягушка, обиженно тыча пораненным пальцем в лицо богатырши. – Ты мне руку расплющила! Как я на неё кольцо помолвочное надену теперь?!

– Клуша?! – взревела обиженная сторона.

С глухим чпоком она вытащила свой филей из сиденья и, взяв дубину, угрожающе попёрла на противника.

Лягушка, поняв, что запахло жареным, заметалась в узком пространстве за троном, а потом, открыв рот, завизжала на ультразвуке.

– Не надо драк! – налетела я со спины на богатыршу, но она, даже не заметив меня, продолжала неумолимо нестись вперёд.

В панике посмотрев назад, туда, где на своём кресле преспокойно сидел Кощей и слушал то, что ему не менее спокойно втолковывала Жар-Птица, я одними глазами взмолилась о помощи.

Меня облили раздражённым презрением,