Текст книги "Искры соблазна"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iskry-soblazna-258602.jpg)
Автор книги: Натали Андерсон
Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 10
Фелипе повел ее не по коридору, а в средневековую часть дворца, которая когда-то была неприступной каменной крепостью.
– Это самый короткий путь? – спросила она. Нетерпение и неповиновение Элси провоцировали его поцеловать ее, чтобы загладить свою вину. Он знал, что она обиделась.
– Нет.
Он старался контролировать себя. Но ему хотелось прикасаться к Элси снова и снова. Танцы усугубили ситуацию. Он просил ее отказать ему, опасаясь, что, если она согласится, он не выдержит. Поцелуй уничтожил его. Он чуть не прижал ее к стене, потеряв всякий контроль над эмоциями. Он «притормозил», потому что ему следовало убедиться, что Элси хочет того же самого. Но она неверно его поняла и решила, что он отказывается от нее. Он знал, что она чувствует себя недостойной и ненужной. Они отстранились друг от друга, словно она вспомнила, что не имеет права ни о чем просить. Но у нее было полное право просить о том, чего она хочет, и он желал исполнить ее требования. Сила желания потрясла Фелипе.
Конечно, он бурно реагировал из-за того, что завтра ему предстоит коронация. Ему просто нужно выпустить пар.
После двух минут молчания Элси остановилась, заставив его повернуться к ней лицом.
– Куда ты меня ведешь? В подземелье?
Он шагнул к ней.
– Почему-то мне кажется, что тебе там понравится, Элси.
Она округлила глаза и этим жестом послала к черту все его благие намерения. Несмотря на свое непостоянство и вспышки гнева, она жаждала доминирования, которое Фелипе предлагал. И это было выгодно им обоим. Он наблюдал, как она поднимает голову, демонстрируя властность. Но они были в плену друг у друга. Он жаждал ее подчинения и одновременно хотел подчиняться ей. Он знал, что, освободившись от колебаний и сомнений, она даст ему и то и другое.
– Я отведу тебя в свою комнату, – прямо сообщил ей Фелипе. – Там я собираюсь поцеловать тебя. Только на этот раз я не остановлюсь, пока ты меня не попросишь.
Ее глаза остекленели.
– Обещаешь?
– Обещаю.
Он взял ее за руку и еще минуту вел по извилистому коридору, намеренно выбирая маршрут, на котором они не встретили бы придворных. Прижав ладонь к пульту системы безопасности, он открыл дверь и отпустил руку Элси, с удовольствием наблюдая за ее реакцией, когда та вошла в комнату. Выражение лица Элси, пытающейся скрыть искренние эмоции, доставило ему огромное удовольствие. Он видел блеск в ее выразительных глазах.
– Здесь твоя спальня? – Она повернулась на месте, оглядываясь, потом уставилась на широкую кровать. – Ты сам ее оформлял?
– Нет, – мягко ответил король. – Она была такой же столетие назад.
Элси наморщила нос:
– Шторам сто лет?
– Они отремонтированы, но декор остался таким, каким его изначально сделала моя прабабушка.
– Она была актрисой? – Девушка посмотрела на него и улыбнулась. – Похоже на арку авансцены в задней части кровати. И что это за занавески?
Он прислонился спиной к двери и рассмеялся. Спальня была оформлена в темно-синих, черных и золотых цветах Сильвабона. Два канделябра стояли по обеим сторонам массивной кровати, в свете лампочек от них сверкало резное позолоченное изголовье. Тяжелые бархатные шторы темно-синего цвета висели сзади, чередуясь с золотой бахромой. Над головой была большая хрустальная люстра, а под ногами – толстый, замысловато сотканный ковер.
– Ты всегда здесь спал? – тихо спросила Элси.
– Это была самая удобная комната для проживания после того, как дедушке стало плохо.
Сейчас горели только канделябры, но эффект получился бесспорно театральный и пышный. Фелипе впервые по-настоящему оценил комнату, потому что Элси в темно-синем облегающем платье идеально вписалась в огромное затемненное пространство, словно жемчужина в переливающейся раковине. Он хотел оставить ее здесь навсегда. Она разглядывала балкон, огибавший верхнюю треть комнаты.
– Это для публики? – спросила Элси. – Королевская чета должна была… делать это на глазах у людей, чтобы доказать, что беременность законна?
Фелипе наблюдал, как краснеют ее щеки.
– По-твоему, они были эксгибиционистами? – Он взглянул на изогнутую деревянную лестницу, ведущую к маленькому проходу в мезонине. – Я никогда не думал об этом. Я ни разу не приводил любовниц в эту комнату.
Он не знал, почему решил в этом признаться. Сюда не входил никто, кроме его камердинера. Фелипе не обращал особого внимания на комнату – она была такой, как всегда. Но теперь, пока он рассматривал резные элементы кровати и балкон, в его голове рождались бесконечные заманчивые фантазии.
– Нет? – Она широко раскрыла глаза. – А почему сейчас?
– Здесь самое безопасное место для нас. Твоя комната находится в оживленном крыле. Там нас могут заметить.
– А тут нас не увидят.
– Это в твоих интересах.
– Ты очень беспокоишься о моих интересах?
Отойдя от двери, он направился к Элси.
– Я очень беспокоюсь за тебя, – честно сказал он. – Но я готов сделать все, что ты захочешь.
– Даже если это неправильно?
– Я твой, Элси. Твой до рассвета.
Ее глаза заблестели.
– Куда ты обычно приводишь своих любовниц, если не сюда? – спросила она, и на ее щеках появился румянец. – У тебя бывают любовницы, верно?
– Нечасто.
– Нет? – Она сверкнула глазами.
Фелипе усмехнулся:
– Тебя это беспокоит?
Она покачала головой и уставилась на пол.
– Надеюсь, я…
Он стиснул зубы, испытывая сильное чувство собственничества. Она убрала с лица выбившуюся прядь волос дрожащими пальцами.
– Сегодня самое подходящее время, – сказал он.
Не потому, что Элси была недостойна. А потому, что он не хотел, чтобы она терпела ограничения его жизни. Люди плохо относятся к любовницам принцев и королей, даже в наш современный век вседозволенности. Сегодня Фелипе получил символический последний момент свободы. И право выбора. Потому что завтра он не сможет выбрать Элси.
– Завтра ты даешь обет безбрачия? – спросила она.
Он не знал, как будет жить дальше. Наверняка время от времени у него будут любовницы. Он не думал об этом до сих пор, и, если честно, ему было все равно. Главное, что сегодня Элси с ним.
Она облизнулась.
– Я думаю, тебе пора перестать тратить время попусту…
При всей браваде она была эмоциональной и немного нервной. Он захотел ее в тот момент, когда впервые увидел, а сейчас она готова отдаться ему.
Кто же знал, что желание бывает таким разрушительным, превращая разум и здравомыслие в конфетти, которое разлетается от бури страсти? Но это было не просто сексуальное желание. Его привлекали ее сила и уязвимость, чувство юмора и серьезность, дерзость и мягкость. Он знал, что прошлое мешает ей, и не хотел знать почему. Не важно, что это было, потому что у них все равно нет будущего. Наблюдая за ней в том кафе, он знал, что ей нужна свобода. Он никогда не позволит такой прекрасной женщине зачахнуть во дворце. Он станет последним королем Сильвабона и пройдет этот путь один.
Но сегодня вечером, как сказала Элси, он обычный мужчина. И больше не может ей сопротивляться.
Элси не верилось, что она находится в огромной комнате, богато украшенной, но невероятно интимной. Неужели Фелипе так привык к роскоши? Ему наверняка невдомек, как необычно выглядит эта декадентская атмосфера. Но она забыла обо всем, когда он обхватил ладонями ее лицо и поцеловал в губы, скулы и подбородок. Он неторопливо скользил ртом по основанию ее шеи, облизывая пульсирующую жилку и сильнее распаляя Элси. Она хотела большего. Прижавшись к Фелипе, она разомкнула губы, и он скользнул языком ей в рот. Погладив ее ягодицы, он крепче прижал Элси к себе.
– Элси, ты хочешь меня? Не молчи. – Он провел рукой по ее бедру. Его прикосновение было обжигающим.
Она чуть не расплакалась.
– Пожалуйста, не останавливайся.
– Элси? – тихо и напряженно спросил он. – Ты хочешь меня?
Она никогда не позволяла себе быть такой уязвимой. Никто ни разу так не обнимал, не целовал и не прикасался к ней. Она сильно прикусила его губу.
– Я тебя понял, – произнес Фелипе.
Элси радостно вскрикнула, когда он прижал ее к себе еще крепче и провел языком по ее губам. Он снова поцеловал ее, и она тут же обмякла. В этот момент она разрешила бы ему сделать все, что угодно, и он знал это. Улыбнувшись, Фелипе шагнул назад, и Элси поняла, что он расстегнул молнию на ее платье, продолжая целовать. Она подхватила платье до того, как оно соскользнуло на пол. Если секунду назад ей не терпелось раздеться, то теперь она смутилась. Она никогда ни перед кем не обнажалась. Но, увидев его страстный взгляд, приободрилась.
– Брось платье, Элси!
В ее жилах забурлила кровь.
– Что?
Фелипе шире улыбнулся:
– Брось это проклятое платье!
– Я не собираюсь подчиняться каждому твоему приказу, – сказала она, сопротивляясь желанию сделать именно это.
– О, в этом я сомневаюсь. – Он игриво потянул платье у нее из рук. – А я буду подчиняться твоим приказам.
– Раздевайся!
Он посмотрел ей в глаза:
– Догола?
– Да. – Она сглотнула, когда он шагнул назад.
Элси завороженно наблюдала, как раздевается.
Опасная улыбка заиграла на его губах, когда он расстегнул рубашку, потом брюки. Постепенно избавляясь от каждого предмета одежды, Фелипе рассмеялся, увидев, как густо покраснела Элси.
Ей нравился его смех, она хотела слышать его чаще. Но сейчас упивалась его гибким и мускулистым телом.
– Элси? – Он хихикнул. – Твоя очередь раздеваться.
Она уронила платье и осталась в тоненьких темно-синих шелковых трусиках.
Уложив на кровать, Фелипе стянул с нее трусики и стал нежно поглаживать и целовать ее. Ошеломленная его натиском, она шире раздвинула ноги, побуждая его продолжать. Тяжело дыша, она стонала, забыв обо всем.
– У нас много времени, – прорычал он.
– На самом деле нет, – сказала усталая, но довольная Элси, – поэтому не заставляй меня ждать.
Выражение его лица смягчилось, а потом стало удовлетворенным и веселым. Он отвел волосы от ее раскрасневшегося лица.
– В тот день в кафе я не мог оторвать от тебя глаз, – со смехом признался Фелипе. – Я сразу захотел привести тебя во дворец.
Он полез в ящик тумбочки и вытащил оттуда презерватив.
– Ты покорил меня, даже не заговорив со мной, – тихо произнесла Элси. – А потом ты меня разозлил и рассмешил. Я хотела тебя, но знала, что ты не будешь моим.
– Сейчас я твой, милая. – Он раздвинул ей ноги и устроился между них. – А ты моя.
Элси почувствовала его первое интимное прикосновение. Она не привыкла ощущать вес мужчины, тем более такого рослого и мускулистого, как Фелипе, но ей нравилось чувство безопасности, которое она испытывала рядом с ним. Его обжигающее вторжение было очень медленным. Она резко вздохнула от боли.
– Элси? – Он замер и напрягся.
Она моргнула от шока и избытка эмоций, потом хрипло прошептала:
– Не останавливайся.
Он поцеловал ее и стал двигаться еще медленнее. Ей не терпелось спровоцировать его отчасти ради того, чтобы скрыть свое эмоциональное напряжение от того, что она отдается Фелипе. Элси прикусила его нижнюю губу.
– Я хочу, чтобы ты потерял самообладание, – сказала она.
– Осторожнее со своими желаниями, Элси, – тихо прорычал он, глубоко вошел в нее и замер, пригвоздив взглядом.
С замиранием сердца он схватил ее руки за запястья и поднял их над головой. Теперь она едва могла двигаться. Она ликовала. Пока Фелипе держал ее запястья, делая своей добровольной пленницей, Элси обвила его торс ногами. Они двигались в унисон, пристально глядя друг на друга, наблюдая за взаимной агонией и оттягивая восхитительную и неизбежную развязку. Когда Элси закричала, он отпустил ее запястья и прижался к ней всем телом. Она вцепилась в него руками с такой силой, что на его спине остались царапины. Она слушала его дыхание и то, как он зовет ее по имени, снова и снова.
Глава 11
Суббота, 02:27
Элси крепко зажмурилась. Ей не хотелось, чтобы это заканчивалось. Она не желала, чтобы Фелипе вставал. Она вздрогнула, и он тут же накрыл ее одеялом.
– Элси? – мягко спросил он.
Она не торопилась открывать глаза.
– Элси? – неуверенно сказал он. – У тебя кровь.
– Давай не будем придавать этому большого значения, – прошептала она.
Он шумно вздохнул:
– Элси, я у тебя первый?
Ей стало стыдно. Она надеялась избежать этого разговора. Думала, что он не заметит.
– Пожалуйста, не раздувай из мухи слона, – ответила она. «Не сердись на меня. Не разрушай приятных воспоминаний».
– Посмотри на меня! – Фелипе решительно коснулся рукой ее плеча.
Элси открыла глаза и увидела осторожность и беспокойство в его взгляде.
– Почему ты ведешь себя так, словно для тебя это не важно? – озадаченно спросил он.
Ее сердце забилось чаще.
– Самое главное, что ты подарил мне самый удивительный опыт в моей жизни. И я всегда буду тебе благодарна.
– Я мог бы…
Элси прикрыла его рот рукой и покачала головой:
– Все прошло идеально. Я не хотела, чтобы ты останавливался. Пожалуйста, не злись.
Фелипе моргнул и убрал ее руку, крепко сжимая ее в своей.
– Я не злюсь. Просто я… – Он судорожно вздохнул. – Жаль, что ты недостаточно доверяла мне, чтобы рассказать правду.
– Я знала, что ты не причинишь мне вреда. И я была права. Но такие интимные вещи.
– По-твоему, то, что произошло, не было интимным? – ответил он. – Зачем ты отдалась мне? Ты стала моей всего на несколько часов, и я не смогу ничего предложить тебе взамен. У тебя ни разу не было бойфренда, Элси?
При виде его удивления она улыбнулась:
– Ты думал, что у меня любовники по всей Европе?
– Все так делают, – произнес он.
– Но я не такая. – Элси пожала плечами.
Фелипе уставился на нее:
– Ты не веришь, что достойна настоящих отношений? – Он крепче сжал ее руку, когда она попыталась вырваться. – У тебя их нет? Даже дружеских. Ты так часто переезжаешь, что просто невозможно обзавестись друзьями. Почему? Ты можешь во всем мне признаться.
Она покачала головой:
– Я доверила тебе свое тело, Фелипе. Но мои секреты, мысли и ценности… – Она прижала руку к груди в области сердца. – Я никому не доверяю.
– Кто разрушил твое доверие, Элси?
Она грустно улыбнулась:
– Я должна доверять тебе, чтобы признаться.
– Я никому не скажу. Я не увижу тебя снова после восхода солнца. Чем ты рискуешь?
– Зачем тебе знать?
Фелипе подвинулся и откинулся на спинку кровати.
– Потому что непросто в одиночку нести тяжкое бремя.
Элси знала: они оба одиноки.
– Если ты поделишься со мной, тебе станет легче, – тихо сказал он. – Хотя бы ненадолго.
У нее заныло сердце.
– Ты когда-нибудь с кем-нибудь откровенничал?
Он улыбнулся:
– Давай поторгуемся!
Она повернулась к нему лицом:
– Ты доверишь мне один из своих секретов?
– Ты знаешь, что я тебе доверяю. – Он обнял ее и прижал к своей груди.
– Ты не читал отчет службы безопасности обо мне? – печально спросила Элси. – Возьми телефон и просто введи в поисковике мое имя.
– Я не собираюсь этого делать. Я предпочитаю, чтобы ты мне рассказала, – прохрипел Фелипе. – Начни с малого.
Она рассмеялась:
– Ты просишь меня выдать мои секреты? За каждый секрет по оргазму.
– Итак, ты подняла ставку. Не бойся бросить мне вызов. – Его глаза сверкнули. – Почему ты не сделала этого в то утро, когда потеряла работу?
Элси напряглась, но Фелипе чуть крепче прижал ее к себе.
– Почему ты не вернулась во дворец и не потребовала встречи со мной? Я знаю, тебе здесь понравилось. Я знаю, что ты искренне любишь Амалию. Почему ты не послала меня и моих охранников к черту?
– Из-за тебя. – Она смутилась. – Мне пришлось уйти из-за тебя.
– Потому что я…
– Ты из другого мира. Если бы я осталась, то повела бы себя плохо и мне стало бы все равно, – отрезала она. – Я бы обидела твою невесту.
– Значит, ты ушла, не попрощавшись, потому что стала бы моей любовницей, думая, что я помолвлен с другой? – Он резко дышал.
Огорчившись, Элси закрыла глаза. Это была правда, в которой она до сих пор не признавалась даже себе.
– Я не знала, хочешь ли ты…
– Ты знаешь, что я хотел тебя. – Фелипе хрипло выдохнул. – Я страстно хотел тебя, но не мог уступить желанию. И эта проклятая помолвка тут ни при чем. Я не мог рисковать тобой. Я управляю страной. Папарацци, публичная жизнь. Моя мать, мать Амалии. Я не хочу этого ни для кого, и уж точно не для тебя. – Он вздохнул. – Но что теперь? Ты достойна гораздо большего, чем несколько часов.
– Я не знаю.
– Почему ты так считаешь? Что случилось такого ужасного? – Он какое-то время наблюдал за ней, потом спросил: – Что на видео?
Заметив едва сдерживаемое беспокойство в его глазах, она решила его успокоить:
– Это не секс-видео, и я не пострадала физически или что-то в этом роде. – Она протяжно вздохнула. – Я играла на мандолине для своей матери.
Он прищурился, не понимая, о чем она ему говорит. Элси улыбнулась:
– Я много лет училась игре на скрипке, но однажды я нашла мандолину в ее гардеробе. Она принадлежала ее прабабушке.
– Значит, она старинная.
Она кивнула:
– Я не знаю, как мама вытерпела, пока я мучительно медленно подбирала мелодии на слух, когда начала учиться. Думаю, я ее отвлекала.
– Потому что она была больна?
– У нее был рак.
– Тебе наверняка было тяжело.
Она давно не говорила об этом. Но Фелипе молчал. Он доверял ей, и она доверяла ему.
– Я ухаживала за ней и была счастлива. Я бросила университет, рассталась с большинством своих друзей. Но я занималась творчеством дома, ухаживая за ней. Я любила музыку, искусство, выпечку… и всякие другие глупости.
– Это не глупости, – сказал он, и она благодарно улыбнулась ему. – Где был твой отец? Твой брат? – Он нахмурился.
– Мой брат Калеб учился в университете. Он старше меня на два года. Мой отец работал и почти не бывал дома. – Элси нахмурилась. – На самом деле он не был хорошим человеком. Он изменял маме, а она оберегала меня от всего этого. Я думала, что все в порядке. Но он был настоящим мошенником.
Фелипе замер.
– Болезнь мамы обострилась. Ей выписали новое дорогое лекарство. Мой брат создал краудфандинговую страницу в Интернете. Я продавала вещи, собирая деньги. Нам удалось набрать определенную сумму. Но однажды, ближе к концу… – Она закрыла глаза. – Я написала песню для мамы. Только для нее. Она была так слаба, а я не знала.
Он напрягся:
– Элси?
– Я не подозревала, что Калеб тайно записал меня, когда я впервые сыграла для нее, – прошептала она. – Он загрузил видео на сайт, чтобы собрать больше пожертвований. Оно привлекло внимание, и мы очень быстро собрали много денег.
Гораздо больше, чем нам было нужно, потому что к тому времени… – Для ее матери было уже слишком поздно. – Папа и Калеб сказали, что создают фонд помощи другим больным. Я им поверила. Калеб изучал бухгалтерию. Но через какое-то время Калеб стал разъезжать на новой дорогой машине. У моего папы появились новые часы, а мама умерла.
– О, Элси. – Он крепко обнял ее.
– Я наконец-то все поняла. Я обратилась в полицию и дала показания против них. Их обвинили в мошенничестве и посадили в тюрьму. Калеб уже вышел на свободу. Выяснилось, что папа воровал у Калеба, поэтому он до сих пор за решеткой.
– Ты потеряла не только свою мать. – Он посмотрел ей в глаза. – Но и свою музыку.
– Я долго не могла играть. Я начала играть только.
– …Здесь, – подытожил он.
Да, на Сильвабоне. На солнышке, сидя в углу кафе во время перерыва и глядя на сапфирово-голубую воду. Она наконец оттаяла и начала слышать обрывки мелодии в своем сознании. Ее музыка вернулась. По крайней мере, некоторые мелодии. А потом появилась Амалия, и ей стало еще легче.
– Я больше не могу играть эту песню, – прошептала Элси.
Ее украли у Элси. Драгоценный момент между ней и ее матерью не просто стал товаром, а использовался для выманивания денег у людей. То, что было тайным и особенным, выставили на всеобщее обозрение и в конечном счете высмеяли. Восторженные комплименты сменились критикой по мере того, как всплывала правда о выкачивании денег.
– Я не знала, что Калеб так поступит. – Она сердито заморгала. – Я не подозревала, что он использует видео таким образом.
– Он злоупотребил твоим доверием, Элси, – грубо сказал Фелипе. – И предал тебя. Мне жаль.
Она вытерла слезы:
– Пожалуйста, не смотри видео.
– Не буду.
– Обещаешь?
– Да.
– Я сдала полиции собственного отца и брата, но люди не поверили, что я не с ними заодно. Все сомневались во мне. И мой отец рассердился, когда узнал, что я обратилась в полицию. Он пытался разбить мою мандолину. Он не знал, что я спрятала инструмент.
Он пытался уничтожить последнее, что осталось у нее от матери. Самое дорогое для нее.
– Мы никогда не были богаты, но вдруг люди начали давать нам кучу денег. Папа был очень жадным. Он не хотел работать, а предпочитал врать людям.
– Он и тебе соврал.
Да. Он монетизировал то, что должно было стать горько-сладким, душераздирающим, но драгоценным воспоминанием. Выложил видео в Интернет, чтобы люди судили и насмехались.
– Не имело значения, что я была честна. Меня все равно осудили. Иногда мне кажется, что было бы проще промолчать.
– Для того, чтобы поступать правильно, требуется смелость.
– Но правильно ли я поступила? Стоило ли это всех потрясений? Люди не получили назад свои деньги.
– Но они узнали, что справедливость восторжествовала. Это важно. Надо знать, что в мире есть хорошие люди. – Фелипе серьезно посмотрел на нее. – Но ты постоянно беспокоишься о том, как люди отреагируют, если узнают?
Элси взглянула на него:
– Никто не верит, что я не знала обо всем. Как я могла не знать? Я продавала вещи на аукционе по сбору средств. Я была такой глупой.
– Не глупой, а милой и искренней. И ты не отвечаешь за выбор своего отца и брата.
– Семья держится вместе. Они отреклись от меня, – сказала она. – Родня моего отца не простит меня.
– Им нечего прощать, Элси. Ты поступила правильно. Ты не обязана расплачиваться за их ошибки.
Но Элси за них расплачивалась.
– Моя мать была единственным ребенком, поэтому с ее стороны родственников не осталось. И все мои старые друзья не просто сомневались во мне, они мне не верили. Я никому не нужна.
– Значит, ты одинока и никому не доверяешь. – Он погладил ее по голове. – Я не подведу тебя.
– Ты просто не успеешь. – Она попыталась улыбнуться, но у нее не получилось.
Его рука на ее талии напряглась.
– Нет ничего плохого в том, что ты хочешь прикосновений и близости. Ты не должна себя обделять. – Он вздохнул.
– Я боюсь, что захочу слишком многого, – резко прошептала она. – Я могу стать ужасно ревнивой ведьмой, вот что меня пугает. Я не хочу быть такой же жадной эгоисткой, как они.
0.
– Ты такой не станешь. Ты совсем не похожа на своего отца, Элси. Ты не мошенница. Тебе надо простить себя. Ты не сделала ничего плохого. Отец и брат подвели тебя, но ты не заслуживаешь наказания. У тебя должны быть дом, работа и семья – все, что ты захочешь.
Но не с Фелипе. С другим парнем, в другой жизни.
Элси была с ним откровенна, и теперь ей нужно убегать от него. Она не пожалела, что рассказала ему о своей семье. Она встала с кровати, завернувшись в простыню. Она больше не может оставаться в его объятиях, рассказывая ему все свои секреты. Иначе скоро она начнет умолять его никогда не отпускать ее.
– Куда ты идешь? – спросил он.
– Ты меня рассердил.
Удивленный, он сел.
– Чем?
– Ты должен был рассказать мне свою тайну. – Элси посмотрела на него. – Но ты отмалчиваешься.
Фелипе стиснул зубы.
– Я не похож на большинство людей, Элси. Даже на большинство королевских особ. Я особенный.
– Так говорил дедушка?
– Я последний король.
Она фыркнула:
– Такое невозможно. Король умер, да здравствует король, верно?
Он перевел дыхание.
– Пока нет. У меня нет преемника. Я должен объявить об этом.
– Или родить собственных детей.
– Этого не будет.
Элси оглянулась на него, понимая, что он не шутит.
– Значит, когда ты умрешь…
– Монархия закончится. Наши избранные представители получат полную власть. Мы станем демократической республикой.
У нее отвисла челюсть.
– Но Сильвабон привык к монархии. Люди ею довольны. Они не допустят, чтобы появился какой-нибудь дальний родственник, заявил права на корону и провоцировал хаос в стране.
– Такого не случится, если я объявлю о конце монархии.
Элси была потрясена.
– Но ты можешь кого-нибудь назначить.
– Нет. – Он сверкнул натянутой улыбкой. – Я не объявлю преемника.
Она нахмурилась, совершенно не понимая его:
– Ты так популярен. Все любят тебя, и тебе здесь нравится.
– Да, – просто сказал Фелипе. – Я хочу только лучшего для Сильвабона. И я сделаю для этого все, что в моих силах.
– Ты собираешься оставить страну без монарха. – Она медленно покачала головой. – Неужели никто не будет лучше тебя, Фелипе?
Он хрипло и горько рассмеялся:
– Ты не согласна с моим планом?
– Нет, я не согласна. – Она медленно поднималась по винтовой деревянной лестнице. – Ты такой высокомерный, Фелипе. Никто не может тебе помочь? Никто не разделит твои полномочия и не утешит тебя?
– У меня слишком много власти. – Он прищурился. – Ты не понимаешь.
– О, я понимаю. Великий король Фелипе решил остаться одиноким мучеником. – От удивления он открыл рот, и Элси рассмеялась. – Правда глаза колет?
Внезапно она разозлилась и не захотела больше тратить их драгоценное время на размышления о том, чего не изменить.
Шокированный, Фелипе смотрел, как настоящая нимфа поднимается по деревянной лестнице. Она обладала отменным чутьем.
– Король Фелипе, – тихо сказала она. – Человек, который жертвует всем ради своей страны.
– Что ты делаешь? – Его сердце не переставало колотиться как сумасшедшее.
– Мне надоело разговаривать.
– Тогда иди ко мне.
Элси вышла на балкон и посмотрела через перила. Ее кожа раскраснелась.
– Отсюда отличный вид, – произнесла она.
– Я тебе нравлюсь? – Он растянулся на кровати.
– Ты устраиваешь для меня представление?
Фелипе поглаживал руками свою грудь, бедра и член.
Элси чувственно прикусила губу.
– Ты за это заплатишь. – Она зачарованно смотрела, как он медленно кладет руку на матрас. Встав на вершине лестницы, она уронила простыню на пол и уставилась на Фелипе остекленевшим взглядом.
Она спустилась вниз по лестнице и, не произнося ни слова, стала ласкать Фелипе. Ему нравилось, что она сама принимает решения. Он привык к тому, что люди ждут его команды или совета, но Элси вела себя иначе. Она изучала его тело не только для того, чтобы доставить Фелипе удовольствие, но и для того, чтобы удовлетворить собственное любопытство. Она не считала, что обязана подарить ему удовольствие. Она в самом деле хотела его порадовать.
– Хоть раз в жизни переложи ответственность на другого человека, – прошипела Элси, когда Фелипе протянул к ней руки.
Он уставился на нее:
– Это приказ?
– В точку.
Он напрягся:
– Ты же знаешь, я расквитаюсь с тобой за это.
– Я в курсе. И я приму это как заслуженную награду, – сладко прошептала она.
Элси посмотрела на него сверху вниз. Фелипе был таким красивым.
– Подожди, – пробормотала она, удерживая его в плену, когда уселась на него верхом. Она чувствовала себя раскрепощенной и свободной, и у нее кружилась голова от желания.
– Элси, – простонал он. – Что ты делаешь?
– Я играю тобой. Тебе нравится?
– У тебя волшебные пальцы.
Она хихикнула и затаила дыхание.
– Вряд ли.
– Поверь мне, они потрясающие.
– Хочешь, я еще поиграю тобой? – спросила она, и он напрягся. – Мне интересно, какие еще звуки я могу из тебя извлечь?
Фелипе выдохнул, притворяясь возмущенным, а потом простонал. Она рассмеялась.
– Элси…
Она обожала, когда он отчаянно и беспомощно звал ее по имени. Он был ее совершенным инструментом, большим и сильным, и содрогался от ее прикосновений. Она ощущала себя всемогущей и напевала от удовольствия.
– Ты убиваешь меня.
– По-моему, ты жив и здоров, Фелипе.
– Поторопись! – Он выругался и поерзал под ней.
Наконец Элси ответила на его просьбу. Она медленно опустилась на него, восхищаясь его остекленевшим взглядом, которым он рассматривал ее тело. Его радость придала ей смелости, и она ускорила темп, торопясь навстречу неизбежному восторгу.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?