Читать книгу "Лисичанск. Повесть"

Глава 5

В эту же ночь ему сниться сон. Он видит самого себя во сне. Как он заходит в теткин дом. Проходит в плохо освещаемый зал, где стоит уже пустой гроб, на прежнем месте.

Еще издали он видит лежащее на полу покрывало возле трельяжа, которое ранее висело на трельяже. Ставни у трельяжа были открыты, зеркалами, повёрнутыми в зал. Сергей обходит пустой гроб, заглядывает в него и подходит к трельяжу. В зеркале он видит своё отражение… и вдруг, ему показалось что, в отражении зеркала, в гробу, лежит та, некая покойница со шляпкой и в чёрном платье. Сергей резко отвёл взгляд от зеркала, повернулся и посмотрел туда, где стоял гроб, но гроб был по-прежнему пуст.

– О, боже! – воскликнул Сергей.

Он снова перевёл взгляд на зеркало и увидел сзади себя, в отражении зеркала покойницу, которая шла прямо к нему, с вытянутыми вперёд руками…

Не успел он сообразить, что ему делать в этой ситуации как его что-то сзади резко толкнуло вперед с такой неимоверной силой что он кувырком полетел прямиком в зеркало…

…Сергей, лежа на кровати ворочался из стороны в сторону, обливаясь потом…

…Сергей оказался на кладбище… Стояла глубокая ночь. Он лежал на асфальте возле своего автомобиля. Встав с асфальта, посмотрев по сторонам он понял, что он один находился на кладбище. Фары у автомобиля были включены. Машина стояла наперекосяк асфальтированной, проезжей части дороги и яркие фары светили на памятники и кресты, которые, повсюду стояли по всей территории кладбища. Памятники на кладбище были разные от больших до маленьких размеров, гранитные, с мраморной крошкой с табличками и без, с рисунками и надгробными надписями.

Вдруг, бесшумно, с быстрою кошки, Сергей заметил чёрную цвета плоть, непонятного, низкого существа, которое быстро промчалось впереди него, на расстоянии в нескольких метрах от машины, и стремглав исчезло за гранитным памятником, скрывшись от луча ярких фар автомобиля, при этом издав какое-то странное, негромкое шипение.

Сергей успел рассмотреть лицо ночного гостя, которое оказалось человеческим. На вид этому существу было за восемьдесят. Старик!? Сергей понял, что это существо было мужского пола, так как имело небольшую бороду с усами и бакенбардами на физиономии. Физиономия была слегка вытянута вперед. Цвет кожи на лице был как у человека. Глаза большие. Нос имел необычную, структурную форму, не похожую на человеческую, слегка вытянутый, с полукруглым кончиком. Из-под копны темных волос на небольшой голове, торчали в разные стороны, большие, длинные уши. Туловище, у него было вытянутое, низкое, примерно в метр в длину, всюду покрытое сплошь, длинной, черной шерстью, свисавшей до самой земли, да так сильно, что кончики волос были испачканы сырой землей. Вся шерсть на теле существа была влажной и слегка переливалась. То, на чем оно передвигалась в вертикальном положении, было незаметным, его шерсть была настолько густая и длинная, что скрывала лапы с острыми когтями, которые при движении все же выглядывали наружу.

– Боже милостивый, что это за Хрень! – сказал Сергей.

Затем Сергей увидел, как в метрах двадцати от дороги, медленно и вальяжно, показавшись из-за памятников, высунулось во весь рост, громадное, и безобразное существо, которое стремительно и уверенно шло в направление стороны Сергея. Он смог издали рассмотреть безобразную плоть, которая состояла из большой головы, у которой вместо волос извивались маленькие змеи. Тело существа, было покрыто рыбьей чешуей, серебристого цвета. Сергей стоял возле автомобиля, и не понимал, что это за тварь. Кто это? Или что это, идёт к нему навстречу? Сергей начал вспоминать молитву: «…Отче наш…". Но его мысли резко оборвались, из-за непонятного состояния с его телом.

Под воздействием какой-то непонятной силы, его внезапно начало куда-то тянуть, словно магнитом, оторвав от земли. Сергей захотел пошевелить ногами в воздухе, но ноги его не слушались. Он открывал рот, произносил какие-то речи, но своих слов он не слышал, как будто его всего парализовало, от рук и до ног окончательно. Сергей медленно поднимался вверх, оставляя кладбища под собою. И тут вдруг, его тело покрылось мурашками, сердце забилось ритмичней, зрачки расширились.

Выбравшись из-за памятников, существо вышло на асфальтированную дорогу и остановилось рядом с автомобилем. На голове у существа извивались, и парили в воздухе, теперь уже, длинные, большие змеи, в огромном количестве, с открытыми пастями, из которых высовывался, черный, раздвоенный, небольшой язык. Затем существо начало кружится на месте против часовой стрелки, вытянув во всю длину свои две конечности, которые напоминали человеческие руки. Сергей, в это время завис в воздухе, в нескольких метрах от существа и его тело начало гнуться, выделывая какие-то, не совсем геометричные фигуры. Тело гнулось как пластилин, само по себе, как бы он ему не сопротивлялся. Сергей начал весь съеживаться. Он вновь попытался закричать. Но своего голоса он по-прежнему не услышал. Он закричал сильней. Но все тщетно.

Существо, со свистом крутилось, против своей оси, вися, на небольшой высоте, в воздухе, набрав бешенную скорость, начало вытеснять от своего тела некое, большое, черное, прозрачное облако, которое незаметно подплыло к скрюченному Сергею и вошло в него за считанные секунды… через глаза. Вдруг резко все пропало…

Сергей резко проснулся …Он сразу увидел знакомый белый потолок, взгляд его быстро прошёлся по полутёмной комнате. Сергей лежал на кровати в комнате.

– Что за непонятные сны тут сняться в этом проклятом доме! – подумал про себя Сергей. Приподняв голову, он посмотрел в окно, там было темно, затем он закрыл глаза и через некоторое время уснул.

Глава 6

На следующее утро Сергей проснулся рано. Он посмотрел. на часы, время показывало: 5:47. За окном было уже светло, только начинало всходить солнце. Приподнявшись на кровати, он провел рукою по затылку. Голова была мокрая от собственного пота. Те ночные кошмары, которые не давали ему покоя всю ночь, все еще были у него в голове.

Он встал с кровати и пошел в другую спальню где спал дядька. Громкий храп выдал дядьку сразу. Тот спал как убитый. Сергей не стал ему мешать, его глубокому сну. Затем он направился в зал посмотреть на покойницу.

В зале свет горел всю ночь напролет. Шторки на окнах были раздвинуты. Сергей подошел к выключателю и выключил свет.

Гроб стоял неподвижно с мертвецом на прежнем месте. Покойница была накрыта тюлью. В зале уже присутствовал трупный запах (яд), хотя вчера еще никакого запаха не наблюдалась. Внезапно тишину нарушил звон кастрюль, донесшихся из кухни. "-Кто это там с утра уже на кухне!?» – подумал Сергей, прислушиваясь к грохоту, направляясь в сторону кухни. Но не успел он еще подойти к кухне, как в дверном проеме, резко появилась соседка.

– Проснулся поди уже!? А я с утра уже здесь кухарю. Скоро уж родственники приедут. Мать твоя звонила, сказала, чтоб мы тетку покойную подготовили до их приезда. Давай-ка тюль с нее уберем! – сказала она, и оттеснив Сергея в сторону, подошла к гробу. Но как только она коснулась своею рукою ткани и начала стягивать с покойной тюль, как внезапно, одновременно все покрывала, с мягким хлопком, попадали на пол, висевшие на всей мебели в зале. Соседка с Сергеем посмотрели друг на друга с удивлением. Молниеносно, в отражении лакированной мебели, словно как в зеркале, Сергей вдруг увидел четкую картину: будто вместо покойницы в гробу, лежало то существо, которое Сергей видел у себя во сне сегодня ночью. Существо было все чёрного цвета. Оно настолько было огромным, что еле помещалось в гробу. Его габариты визуально превышали размеры гроба. К примеру, с виду, оно смотрелось так, будто бы стояла маленькая кастрюля на табурете, а на ней лежала тушка из индюка, у которой крылья и ноги свисали, чуть ли не до самого пола.

Все его конечности сливались с телом и с виду казалось будто бы лежит что-то огромное и непонятное, как какая-то земляная насыпь в форме могилки. Туловище существа было покрыта иголками. Простыми цыганскими иглами, которые острым кончиком торчали вверх. Сергей настолько четко видел всю эту картину, во всей ее красе, как будто это было с ним наяву. Все это внезапно вдруг пропало, как только часы с кукушкой пробили шесть часов утра.

– Сергей…!? -крикнула соседка.

Сергей резко очнулся, произнося: -Что!?

– Я тебя зову, зову, а ты не отзываешься! -промолвила соседка. Помоги мне, вон там! -продолжала соседка, показывая, в направлении указательным пальцем, прибавляя: -Конец тюли за что-то зацепился, посмотри, пожалуйста!?

Сергей посмотрел туда, куда пальцем показывала соседка и подошел к гробу. Обхватив руками тюль покрепче, он с силой дернул ткань на себя. Ткань поддалась и в его сторону сразу резко полетели из гроба несколько цыганских иголок, и они со звоном попадали на деревянный пол, просочились сквозь небольшие щели в полу, скрывшись из виду. Мертвая тетка выглядела ужасней чем вчера. Ее гримаса на лице была уже совсем другой. Лицо было злым и показывало признаки недовольства.

Соседка сложила аккуратно тюль, положив ее в гроб у ног покойницы и принялась вместе с Сергеем завешивать снова мебель покрывалами.

– Что это все вдруг так резко попадало, наверное, плохо завешено было, что ли!? -сказала соседка, влезая на стул.

– Или какой, плохой знак, нам предсказывают, эти покрывала!? – добавил к сказанному соседкой слова Сергей.

*****

К дому покойницы, быстрым, уверенным шагом, направлялись, две певчие, зрелые женщины с псалтырями в руках, ведя разговор между собой.

Тем временем у ворот дома покойницы уже стояли машины родственников и бригада из похоронного бюро. Все родственники уже собрались в зале и в доме было уже полным-полно народу. На кухне вовсю жарилось-парилось, чтобы после захоронения покойницы помянуть ее за родственным столом.

– Батюшка! Батюшка! Приехал. Сейчас опечатывать будет! – закричал внезапно чей-то женский голос с улицы.

Высокий, плотного телосложения, с седою, ровною бородою, длинною до пояса; с кадилом в правой руке, в длинной, темно-серой рясе, скрывающую почти обе ступни его ног; опоясанным на уровне талии, несколько раз, матерчатым, темного цвета поясом; обутый в мягкие мокасины с большим, серебряным распятием Христа, висевший на толстой, серебряной цепи, надетой на шею, важно и вальяжно вошел в дом батюшка и сразу направился в зал к покойнику, где уже все родственники собрались в его ожидании, а певчие женщины начали читать псалом.

– Да упокоиться раба божия

Агафья Степановна…! – громким, певчим голосом начал батюшка.

Тонким, сольным голосом, поддержали его певчие женщины, читая псалом. Батюшка размахивал кадилом из стороны в сторону, от которого веяло запахом ладана по всему залу. Он ходил взад-перед вокруг гроба с покойником, тем самым опечатывая душу умершей, отправляя ее в мир иной.

У головы покойницы, в нескольких десятков сантиметров стояла на табурете большая икона Господа нашего Иисуса Христа, отбитая изнутри разными цветными металлами, заделанная ручной работой некого иконописца.

– Да от пустятся все грехи ее… – продолжал батюшка и только он это сказал, как покойница у всех на глазах, резко вскочила с гроба, приподняв свое мертвое тело, тем самым, высунув его из гроба, под наклоном в сорок пять градусов и показав его всем присутствующим от головы до таза, тут же, бесшумно, камнем рухнула назад в гроб. Затем, уже в гробу, ее тело выгнулось, показав всем, не совсем, геометричную дугу и с громким, протяжным ревом, да таким, что аж уши заклало у всех присутствующих родных, ее начало трясти так сильно и резко скрючивать все тело, что все сразу в страхе по выбегали из дома. С ее ног, бедер, голени, ступней, начала вытекать вода. Прозрачная, жидкая вода. Поговаривали, что если с ног мертвой ведьмы лилась какая-то жидкость, то это якобы, слезы тех несчастных людей, которым ведьма принесла очень много горя.

Толкая друг друга, падая, на пол, и снова поднимаясь, взрослые и дети, с криками, выкатив глаза от страха на лоб, бежали из дому прочь. Батюшка, лишь чудом не упав, протиснувшись среди родственников в дверном проходе, выбежав во двор, и крикнул, стоявшим, куривши папиросы, парням, из похоронного бюро: -Быстро переворачивайте ее тело так, чтобы лицом она лежала на дне гроба, забивайте крышку гроба и везите ее скорей на кладбище, там ее место, этой проклятой ведьмы…

*****

Бригада из похоронного бюро состоявшего из шести человек, быстро забежали в дом. Увидев такое дело, они с ходу накрыли крышку гроба, на все еще трясущееся и извивающееся тело покойницы и начали колотить молотками по гробу, забивая гвозди в деревянную крышку. Заколотив дюжину гвоздей в крышку наглухо, бригада вынесла гроб на руках из дому во двор, а затем на улицу, поволочив его к своему рабочему автомобилю– катафалку. Затащив гроб с телом в автомобиль, бригада парней села на специальные скамейки в автомобиле и машина тронулась с места, направившись в сторону кладбища «Зеленная роща». В специальный заказной автобус зашли все собравшиеся на улице родственники покойницы, и автобус поехал вслед за катафалком.

*****

Через несколько минут вся похоронная процессия уже была на кладбище и стояла возле вырытой могилы. Гроб с телом усопшей стоял на двух табуретках, напротив ямы, а вокруг него стояли все близкие родственники.

– Что ж, настал последний час рабы божьей, Агафьи Степановны! Помолимся же за грешную душу ее! Аминь! Аллилуйя! – сказал батюшка, и провел кадилом над гробом, описывая всякие церковные жесты.

Все присутствующие на похоронной процессии тихо помолились и зашептались. Тишину мгновенно нарушил, раздавшийся громкий удар по дереву, донесшийся изнутри гроба. За ним сразу последовало еще несколько, сильных ударов. Последний мощный удар заставил гроб сдвинуться с места. Гроб резко наклонило в ту сторону, где была разрыта могила и он равномерно, бочком, скатился с табуреток, и рухнул мягко, в сырую могилу, издав лишь глухой звук раскалывающихся досок. Сразу из могилы, вырвавшись наружу из гроба, повеяло трупным ядом и обдало своим запахом все присутствующих вокруг. Запах яда был резкий, теплый, цепкий, и к тому же сразу обволакивал любого присутствующего, попадая резко в нос. С такой обволакивающей своей трупной аурой, и таким невыносимым запахом, трупный яд, и не думал даже растворяться в воздухе, а стоял еще несколько минут, держа в своей вонючей оболочке всех присутствующих. Этого было предостаточно, и хватило на то, что от такого запаха у некоторых родственников сразу резко закружилась голова. В испуге и истерике, родственники, с криком и матами, все побежали к автобусу.

Батюшка приказал непременно закапывать покойницу сию же минуту.

Бригада начала быстренько закапывать лопатами, засыпая могилу землей, но из нее, все еще были слышны мощные удары, наносимые чем-то изнутри гроба. С мощными, ритмично-быстрыми ударами вдруг последовал протяжной вой, как будто выл какой-то дикий зверь. Батюшка все еще читал молитвы, размахивая кадилом по сторонам, а певчие женщины, вслед, читали псалом.

*****

В полном уединении, соседка, Анна Николаевна, после выноса мертвеца из дому сразу помыла полы во всем доме, а затем сняла покрывала с мебели и начала накрывать на стол. Уже к приезду всех родственников, стол для поминок был уже накрыт и ломился от всевозможных яств.

На первое блюдо был украинский, красный борщ со свининой; на второе: гуляш с мясом и подливкой, на третье: компот с булкой. На столе стояла кутя, всевозможные салаты, фруктовые закуски, разновидность всевозможных колбас, сыра, мучных изделий. Из спиртных напитков была водка, коньяк и самогонка.

Родственники, приехавшие из кладбища, не спеша, все вошли в дом, расселись на скамейки, между которыми стоял стол (он почти занимал все место в зале). За родственниками, через тридцать минут, приехала бригада из похоронного бюро с батюшкой и певчими женщинами. Батюшку с певчими, отблагодарила мать Сергея, расплатившись с ними с полна, и они сразу убыли, восвояси, по своим делам.

Все шесть членов бригады парней, похоронного бюро, на приглашение матери Сергея, помянуть усопшую старуху, не отказались и тоже уселись за стол. Соседка обслуживала гостей и тот, кто уже пообедал она убирала пустую тарелку, и сразу подавала конфеты и печенье, завернутые в платочек. Вскоре, по чу-чуть родственники начали разъезжаться по домам, а к вечеру и вовсе все уехали, лишь остался Сергей с матерью и соседкой. Мать сказала, что надо тут в доме все прибрать и остаться кому-то заночевать. И еще сказала, что в скором времени дом этот надо будет выставить на продажу, но Сергей ей сразу сказал, что он пока будет здесь жить, так как ему удобней добираться до шахты отсюда, чем с деревни. На том и порешили.

*****

Уже совсем стемнело, и соседка пошла к себе домой. Мать ее отблагодарила за все, что она сделала, расплатившись с ней деньгами. Сергей сказал, что отвезет мать домой, так как у нее домашнее хозяйство не кормленное, а сам затем приедет сюда обратно.

*****

На улице уже было тихо, и стояла ночь, когда Сергей воротился от матери. Улица Строителей была безлюдна. Сергей зашёл в дом. Весь измотанный за целый день, он сначала поел борща, а затем прилег в зале на диван отдохнуть. Глаза стали вскоре постепенно закрываться, и он уснул.

Погода резко изменилась, тучи сгустились над Лисичанском, показывая, всем своим грозным видом, что сейчас польёт, затяжной, проливной дождь как из ведра.

Через несколько минут в небе сверкнула молния и громыхнул раскат грома. Следом пошел дождь.

******

Через несколько минут, тучи разогнал поднявшийся из неоткуда, небольшой ветер и вскоре высоко в небе показалась серебристая луна с холодным, мутно-белым оттенком, которая и накрыла своим покрывалом весь город.

*****

Сергея внезапно разбудило громкое постукивание, каким-то громоздким предметом по стеклу, как будто били часы, с таким вот ритмом раздавалось это стуканье, которое, как сначала, показалось Сергею, раздавалось с улицы. Он открыл резко глаза. В зале стояла кромешная тьма. Он приподнялся на диване, прислушиваясь, откуда доносится стук? Стояла глубокая ночь, лишь тусклый свет от ночных фонарей слегка доставал до окон дома. Сергей еще раз прислушался, повертел головой то влево то вправо, посмотрел по сторонам и понял, что стук доносится… из внутри трельяжа.

Да-да-да!!! Кто-то стучал, именно оттуда, с внутренней стороны трельяжа. Как такое может быть!? Сергей начал себя успокаивать, что он спит и опять ему сняться кошмары в этом странном доме. Он еще несколько секунд подождал, дожидаясь очередного стука, потом тихонько встал с дивана, наощупь, он бесшумно подошёл к трельяжу и на секунду замер, навострил ухо, и снова прислушался…

В полутьме зала, Сергей вдруг увидел, что трельяж начало сильно трясти, да так, что аж, задребезжали со звоном зеркала в нём. И тут началось самое странное событие. Ставни трельяжа вдруг резко раскрылись. Молниеносно, что-то громоздкое, и длинное, резко, вылетев с самого зеркала, переместилось из трельяжа в зал, и, оказавшись на уровне груди Сергея, сбив его с ног на пол и дальше полетело по залу.

Гроб, отбитый красно-бардовым бархатом, накрытый сверху крышкою, стремительно вылетел из зеркала трельяжа, и повис в воздухе, почти над уровнем потолка. Всю залу невесть откуда, сразу окутал, заполонил, трупный, человеческий запах. Будто бы рядом находился покойник, который лежит уже мертвый несколько дней. Запах был резкий, к тому же сладкий, и мгновенно внедрился в нос Сергею. Сергей вдруг начал задыхаться от невыносимого, появившегося запаха в доме. Ему в нос ударил трупный запах, от которого у него начало мутнеть в глазах, внезапно закружилась голова и он потерял сознание…

…Через некоторое время он очнулся. Трупный яд все еще присутствовал, но его запах уже не был таким сильным как раньше. В полутьме Сергей разглядел рядом, стоящий трельяж, возле которого он лежал на полу. Он все еще находился в доме. Сергей попытался встать с пола, ерзая руками по полу, в надежде найти что-то устойчивое, за что можно было бы ухватиться. Руки его нащупали какие-то лежащие на полу предметы. По всему залу, на диване, на полу, всюду лежали венки. Венки!? Откуда они взялись у него в доме!?

Они были разные, и большие, и маленькие, и узкие, и широкие, с разноцветными, искусственными, цветными цветочками. Вся зала была усыпана венками, как раз по ним Сергей и пополз по деревянному полу в коридор.

На четвереньках он дополз до коридора, (как ему это показалось) и его вдруг охватило какое-то другое состояние. Будто бы он находиться в другом месте. И он не ошибся.

Сергей хотел было подняться чтобы включить свет, но стены он не нащупал руками. Пока он шарил по воздуху своими руками в поисках выключателя, ему неожиданно стало легче дышать, трупный запах куда-то внезапно пропал, и он уловил своим обонянием знакомый запах из …шахты. Да!? Это пахло сыростью, углем, породой, влагой, и было почему-то жарко. Стояла жара как в бане. Несомненно, все признаки, вели на то, что он несомненно находился в данный момент, глубоко под землей в шахте. Кромешная тьма, и только она укутывала его с ног до головы…

*****

Щупая перед собою воздух руками, Сергей шел вперед по шахтному тоннелю, в кромешной тьме, пока не вышел к бригаде, работающих шахтеров, которые усердно трудились лопатами. Сергей случайно наткнулся в шахте на рабочую бригаду, которые, стоя, во весь свой рост, в тоннеле, орудовали лопатой, закидывая каменный уголь в вагонетку, освещая себе коногонкой место своей работы.

Коногонка была небольшим приспособлением и крепилась к пластмассовой каске, а остальная ее часть крепилась к поясу робы шахтера. Воздух в шахте стоял сухой и горячий. У всех шахтёров имелись коногонки на каске, и каждый держал в руках лопату. Свет от глазка шахтерской коногонки, освещал им их рабочее место так ярко, что было видно, почти как белым днем.

Как он оказался в шахте, он понятия не имел.

– Опять это непонятный сон!? – задал сам себе вопрос Сергей.

Его внезапное появление никак не отразилось на шахтерах, его будто бы не было рядом с ними. Шахтеры трудились, в поте лица, одетые в грязную, вонючую форму, обливаясь потом, изредка перебрасываясь между собой словечками с матерным жаргонам. Вдруг, какая-то неведомая сила начала тянуть Сергея куда-то в сторону. И главное то, что этого никто не замечал из шахтеров, которые рядом трудились, усердно работая лопатами, закидывая уголь в вагонетку.

Вот его тело уже несет по тоннелю, унося быстро от шахтёров. Его оторвало от земли и несло по воздуху. Сергей попытался было поднять руки, чтобы хоть как-то подать знак шахтёрам, чтобы на него обратили внимания, заметили, его хоть как-нибудь, но все было тщетно, руки его не слушались, они не поднимались вовсе. Он не то, что поднять руки вверх не смог, а вернее даже не смог и пошевелить пальцами. Сергей, что есть силы, закричал во всё горло, но голоса он своего не услышал. Шахтеры продолжали работать, даже не имея представления о том, что кто-то им машет руками, чтобы его заметили. А его тем временем несло, и куда его несло он понятия не имел. Он как будто парил в невесомости, в неописуемом пространстве, оставляя, далеко позади от себя шахтёров.

Неожиданно он почувствовал себя на седьмом небе от счастья в аффекте эйфории. Его тело плыло по тоннелю в воздухе, и он видел, как угольный пласт, который тянулся по всей длине тоннеля, уходя далеко вдаль, где, (дальше было темно) переливался и блестел от собственного, своего свечения, он играл мелкими, разноцветными, цветными красками, различными оттенками, словно, играл сам с собой, показывая всю красоту полезных ископаемых каменного угля, спрятанных далеко под землёй от человеческих глаз.

Плывя в невесомости по тоннелю, у него было какое-то непонятное состояние, толи опьянения, толи одурмания, он не заметил то, что тоннель резко закончился, и он как-то незаметно оказался в разрытой могиле на кладбище «Зеленная роща». На кладбище была ночь, лишь звезды висели высоко в небе и светили ярко-ярко.

Могила оказалась пуста и имела высоту чуть выше среднего человеческого роста, длину не более двух метров и ширину не более одного метра. Находясь в могиле на кладбище Сергей резко пришел в себя и попытался высунуть голову из могилы, но тщетно. Для его роста, было слишком высоко. Повертевшись на месте, он увидел рядом с собой, врытый в могилу, толстый, деревянный крест с металлической табличкой, на которой было написано: РОЗАКУТА АГАФЬЯ СТЕПАНОВНА 1918—2013

гг. ПОМНИМ. ЛЮБИМ. СКОРБИМ

«-Боже, да это же моя тетка!» -подумал про себя Сергей. А где же она сама, где ее тело с гробом!?

Как он оказался на кладбище, он понятия не имел? И куда пропала шахта!? И что за чертовщина с ним происходит? На эти и иные другие вопросы, он затруднялся сам себе ответить.

Тут его резко осенила мысль, что надо отсюда побыстрее бежать, сматывать удочки, валить куда глаза глядят и как можно быстрее.

Подпрыгнув, Сергей ухватился руками за край могилы. Первая попытка не удалась. Он соскользнул. Со второй попытки ему удалось все-таки с трудом ухватиться и выкарабкиваться из могилы на поверхность кладбища.

На кладбище была тишина. Оказавшись на поверхности кладбища он очутился среди могил, памятников, крестов, оградок, повсюду вкопанных, металлических столов, лавок. Сергей повертелся по сторонам и ему в лицо попал луч света отражавшийся от звезд в небе от надгробной таблички, одной из соседней стоявшей рядом могилы. Глаза его прищурились от яркого луча и он свой взгляд направил на знакомую ему могильную табличку с надписью: РОЗАКУТА АГАФЬЯ СТЕПАНОВНА. Он смотрел на табличку, и не мог оторвать своего взгляда.

И тут он вдруг как рванул с места, что есть силы, и побежал по кладбищу, куда глаза глядели. Куда он бежал!? От кого он бежит, зачем он бежит? Словно его кто-то гнал вперед. Но кто? Он понятия не имел. Он бежал по каким-то вытоптанным, человеческими ногами, узеньким тропам, не раз наступая на могилы покойников, почти не смотря себе под ноги. Спотыкаясь, падая и вновь вставая и сразу давая деру вперед, он примерно, приметил для себя, далеко впереди, цель, а это была вроде как асфальтированная дорога, которая, хорошо виднелась и отражалась при свете ярких звезд в небе. Всюду мелькали оградки, кресты, каменные памятники, под которыми лежали тысячи покойников. В ушах появился какой-то непонятный звон, местами, то пропадал, то появлялся снова. Приближаясь к своей цели, неожиданно, показалась луна, скрывавшаяся в густых верхушках, высоких деревьев висевшая в небе, освещая ему путь, своим холодным, мутновато-белым сиянием. Она вот-вот только начала подниматься в небо. Сергей не заметил, как выбежал на асфальтированную дорогу, которая была размещена так, что справа и слева у неё находились могилы покойников. Ему казались какие-то тени, громоздких фигур, которые всюду преследовали его по пятам.

Тут он опять пробежал своим взглядом по сторонам и увидел знакомую дорогу, которая вела вверх к его дому. И он побежал вверх по ней, удаляясь от кладбища.

Но не тут-то было.

Резким движение вверх, как стрела из лука, держа курс к небу, под наклоном в сорок пять градусов, с той же разрытой могилы, (откуда вылез Сергей), своею заднею частью тела вперед, а головою назад, вылетела с визгом, перевернутая вверх ногами корова, на которой сидела женщина, свесив свои ноги с обоих боков коровы. Женщина бальзаковского возраста, одетая в чёрное, длинное платье, держалась двумя руками за крупные, коровьи соски, сильно сдавив их пальцами. Подол платья скрывал ее белые ноги, на ступнях которых красовались черные туфли. Лицо ее было белое, как мрамор.

Когда корова долетела до одного уровня с луной, она зависла в воздухе. Тут женщина вытянула на всю свою длину руки в стороны и начала что-то орать, на непонятном языке. Небо начало внезапно затягивать серыми тучами, и пошел дождь, сменяясь резко на проливной с громом и молнией.

На всю эту картину Сергей почему-то не хотел смотреть. Он бежал вперед и про себя думал что он спит, и что поскорей бы ему проснуться от такого кошмара.

Дорогу, по которой он бежал начал сильно заливать дождь и ему сложно было бежать по ней. Словно небольшой ручей с сильным течением вниз, так неслась вода, собравшаяся от дождя по асфальтированной дороге, по всей своей ширине, быстро стекая в почву земли, у начала и конца своего края. Пока он бежал, смотря вперед, он неожиданно почувствовал, что ступни его ног начали вязнуть в землю. Его бег начал замедляться. Он остановился и нагнулся, чтобы посмотреть себе под ноги, и обнаружил, что он стоит почти по колено в воде. Он посмотрел по сторонам и не поверил своим глазам, всё кладбище было сплошь в воде и она стремительным потоком неслась вниз. Кладбище заливало дождём, размывая по всему кладбищу землю, делая дорогу, на которой находился Сергей, вязкую как будто он находился в болоте. Куда подевался из-под ног асфальт? Он этого так и не понял вовсе. И вообще его сбило с курса. И вообще он бежал уже в сторону той могилы, откуда он вылез. Вернее ему было трудно бежать, потому-что ступни резко уходили словно в мокрую глину. Он весь промок до нитки. Сильный ветер шатал его в разные стороны. С его мокрых волос лилась прохладная вода от дождя, по всему лицу, причиняя ему неприятные ощущения.

А тем временем, в воздухе, ведьма, проделывала руками, какие-то, непонятные жесты и движения. Все еще вися в воздухе, она начала вращаться, вместе с коровой против часовой стрелки, набегая скорость. На голове у неё вместо волос извивались в разные стороны (висевшие в воздухе) шипящие змеи, у которых из пасти торчал раздвоенный, чёрный язык. Вскоре ее крик резко перерос в визг, будто резали свинью… потом в рев, затем в многоголосное, довольно громкое вытье и дальше Сергей уже ничего не смог сообразить, что было потом с ним. Уши заложило так, что он уже ничего не слышал.

Громкие раскаты грома, и яркие вспышки молнии, на мгновение Сергея привели в чувство. Ветер поднялся очень сильный, дождь просто заливал кладбище. Размякшая земля, вместе со струями воды теперь неслась стремительным течение вниз к вертолетной посадке.

Где-то, со стороны луны, вдалеке раздался, непонятный писк, который с быстрым нарастанием приближался и становился все сильнее и громче. Противный, многоголосый писк, от множество летучих мышей, приближающихся, большущей стаей к кладбищу, сливался в единый визг с визжащей ведьмой. Достаточно этого времени и хватило на то, чтобы Сергея оторвало от земли и понесло по воздуху, затягивая его постепенно, в образовавшуюся в воздухе большую воронку. Пока в воздухе творилось черт знает что, а именно, в воздухе летали поломанные, большие ветки, от деревьев, поломанные на пополам кресты, и иной бытовой мусор. Непонятно как, в земле, открылось круглое, глубокое-преглубокое, огромное отверстие, куда непременно, сразу со скрипом, посунулись и провалились тяжелые железные, гранитные памятники, всевозможные кресты, столы, лавки, оградки и многое другое, что находилось на кладбище. Не иначе как начался оползень.