Текст книги "Восход короля торговцев"
![](/books_files/covers/thumbs_240/voshod-korolya-torgovcev-3910.jpg)
Автор книги: Раймонд Фейст
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Только представь себе, что бы тут творилось, если бы нас не было, – сказал Джейсон.
– А кроме мытья полов, нам полагается что-нибудь делать? – спросил Ру.
– Ну, мм должны помогать клиентам вылезать из карет. Если карета остановится с твоей стороны, первым делом смотри, сидит ли на запятках лакей. Если лакея нет, открывай дверцу экипажа. Если там есть одна из этих новых складных подножек, опусти ее. Если подножки нет, возьми этот ящик и отнеси его к карете. – Он указал на маленький деревянный ящик, стоявший в углу рядом с большим металлическим тазом, в котором лежала гора грязных полотенец.
В этот момент перед кофейней остановилась карета, и Ру взглянул на Джейсона. Тот кивнул. Поскольку это был наемный экипаж, лакея не было, не видно было и ничего похожего на складную подножку. Ру схватил ящик и, не обращая внимания на дождь, поставил его под дверцей, а затем потянул за ручку, как его учили. Открыв дверцу, он подождал, пока из кареты выберется пожилой джентльмен. Тот сразу же скрылся в вестибюле, сулившем относительный уют.
Едва Ру успел поднять ящик и отойти на шаг, как карета тронулась. Он вошел в кофейню как раз вовремя, чтобы услышать, как Мак-Келлер приветствует только что явившегося посетителя:
– Доброго вам утра, господин Эстербрук.
Ру поставил ящик в поддон, чтобы с него стекла вода, а Джейсон стер грязь с ботинок господина Эстербрука, после чего клиент прошествовал в святая святых Баррета – в его кабинет.
– Это Джекоб Эстербрук? – спросил Ру.
Джейсон кивнул:
– Ты его знаешь?
– Видел его фургоны. Они все время проезжают через Равенсбург.
– Он один из богатейших людей Крондора, – словно великую тайну, сообщил Джейсон, когда они закончили мыть пол. – И у него изумительная дочь.
– В каком смысле? – спросил Ру, отбрасывая грязную тряпку.
Джейсон был среднего роста, немного веснушчатый, с белоснежной кожей и каштановыми волосами, то есть, по мнению Ру, обладал ничем не примечательной внешностью, но ответ его прозвучал чрезвычайно выразительно:
– Что я могу сказать? Она – самая прекрасная девушка, какую я видел в своей жизни.
Ру ухмыльнулся:
– У вас любовь?
– Нет, – покраснев, ответил Джейсон. – Я хочу сказать, что если бы я смог найти женщину, которая так выглядит и которая взглянет на меня второй раз, то весь остаток моей жизни я платил бы десятину Рутии, Богине удачи. Я уверен, что она собирается выйти замуж за какого-нибудь очень богатого человека или за нобиля. Это просто…
– Ты о ней грезишь, – прокомментировал Ру.
Джейсон пожал плечами. Поглядев на ноги Ру, он сказал с укоризной:
– Башмаки.
Посмотрев вниз, Ру увидел, что наследил в том месте, где они только что мыли, и поморщился. Вынув тряпку из металлического таза, он вытер сначала свои башмаки, потом грязь с пола.
– Когда все время ходишь босиком, не придаешь этому значения.
Джейсон кивнул:
– Наверно.
– А теперь вернемся к этой удивительной…
– Сильвии. Сильвии Эстербрук.
– Да, Сильвия. Когда ты ее видел?
– Она иногда заезжает сюда с отцом по пути в магазин. Они живут на краю города, возле Дороги Принца, в большом особняке.
Ру пожал плечами. Он знал, что в Крондоре Королевский тракт называли Дорогой Принца, и когда они с Эриком впервые отправились в Крондор, он ехал по этой дороге, хотя тогда они свернули с тракта и пробирались лесом. После этого он ездил только по южной дороге в лагерь, где учился солдатскому ремеслу, и потому никогда не видел поместья, о котором говорил Джейсон.
– Как она выглядит?
– У нее изумительные синие глаза и светлые волосы, цветом напоминающие тусклое золото.
– Синие, не зеленые? И волосы светлые? – спросил Ру.
– Синие глаза, светлые волосы, – подтвердил Джейсон. – А что такое?
– Просто проверил. Однажды я встретил по-настоящему красивую женщину, и она меня чуть не убила. Но у нее были зеленые глаза и темные волосы. Не важно, продолжай.
– Больше нечего рассказывать. Она приезжает с отцом и уходит вместе с ним. Но она мне улыбается и как-то раз даже выбрала минутку, чтобы поговорить со мной.
Ру засмеялся:
– Это уже кое-что.
Крики и стук колес большого фургона заставили Ру обернуться. Из-за угла показалась лошадь, такая усталая, старая и изможденная, каких Ру прежде никогда не видывал. На мгновение ему показалось, что она вот-вот войдет в здание. Треск дерева, когда колесо фургона въехало в дверь, утонул во взрыве ругательств, и они наконец увидели возчика.
Ру сразу понял, что он попытался обогнуть угол слишком резко, прижимая фургон к торцу здания. Судя по всему, этот человек вообще не имел понятия о том, как управлять фургоном.
Не обращая внимания на дождь, Ру встал перед лошадью, схватил ее за уздечку и заорал: «Тпру!»
Тощая кляча едва волочила ноги из-за глубокой грязи и с радостью выполнила команду.
– В чем дело? – осведомился возчик.
Ру поднял голову и увидел худощавого парня, вымокшего до нитки. С первого взгляда было ясно, что это матрос, поскольку он был бос, черен от загара и пьян в дымину. Лет ему было лишь немногим больше, чем Ру.
– Ложись в дрейф, приятель, – крикнул Ру, – иначе врежешься в берег.
– Прочь с дороги! – довольно воинственно прокричал в ответ матрос. – Ты не даешь мне проехать!
Ру обошел лошадь. Она тяжело дышала.
– Остынь, приятель, ты крепко засел. Ты знаешь, как заставить эту клячу попятиться?
Было ясно, что матрос не знал. Выругавшись, он спрыгнул на землю, но потерял равновесие и шлепнулся лицом в грязь. Ругаясь, он пытался встать, но каждый раз оскальзывался. Наконец ему это удалось.
– Будь проклят тот день, когда я согласился оказать своему другу услугу,
– пробурчал он.
Ру посмотрел на перегруженный фургон, засевший по самые оси. Фургон был доверху забит ящиками, покрытыми парусиной.
– Зато твой друг не оказал тебе услуги, – сказал Ру. – Для такого груза нужны две лошади, а лучше – четыре.
– Что здесь происходит? – только сейчас обрел дар речи Джейсон.
Прежде чем Ру успел ответить, послышался громкий голос Курта:
– Да, Эйвери, что происходит?
– Даже слепому видно, что фургон въехал в нашу входную дверь, Курт, – огрызнулся Ру.
Ответом был нечленораздельный рык. Затем раздался голос Мак-Келлера:
– Что там у вас?
Ру подошел к порогу и заглянул внутрь. «Мак-Келлер и несколько официантов стояли чуть в глубине и пялились на лошадь, едва не оказавшуюся у них в гостях.
– Кучер пьян, сэр, – объяснил Ру.
– Пьяный или трезвый, пусть уберет отсюда свою клячу, – потребовал старший официант.
Ру заметил, как Курт ухмыльнулся, и, обернувшись, увидел, что матрос пошел прочь от фургона. Ру сделал три быстрых шага – настолько быстрых, насколько позволяла грязь, – догнал его и положил руку ему на плечо:
– Постой-ка, приятель!
– Я тебе не приятель, хвастун, но вообще-то ссориться не хочу. Купишь мне выпивку?
– Выпивка тебе нужна, как этой лошади еще один удар кнута, – сказал Ру. – Но, пьян ты или нет, ты должен убрать свой фургон от двери моего хозяина.
Матроса эти слова отчасти разозлили, но больше развеселили. Медленно, как человек, который пьян, но не хочет выглядеть пьяным, он проговорил:
– Дай-ка мне объяснить тебе, парень. Мой друг, которого зовут Тим Джекоби
– мой закадычный друг с отроческих лет, которого я только сегодня встретил,
– уговорил меня, что выгоднее быть кучером в заведении его отца, чем рисковать шкурой, нанимаясь в новый рейс.
Оглянувшись, Ру с тревогой увидел, что лошадь пытается опуститься на колени, то есть сделать невозможное, поскольку ее удерживали постромки.
– О боги! – воскликнул он и, схватив матроса за руку, потащил его обратно к фургону. – У нее колики!
– Отпусти! – крикнул, вырываясь, матрос. – Я не договорил!
– Зато лошадь договорила, – сказал Ру, снова толкая его к фургону.
– Так вот, – упираясь, бормотал матрос, – я должен был доставить этот фургон в фирму «Джекоби и Сыновья, грузовые перевозки» и получить за это деньги.
Лошадь жалобно заржала, и тут от двери донесся голос Мак-Келлера:
– Эйвери, сделайте что-нибудь! Посетителям это начинает надоедать.
В это время ноги у лошади подогнулись и она задрожала. Выхватив нож, Ру обрезал постромки, и, словно почувствовав свободу, лошадь с трудом выпрямила ноги, качнулась вперед и рухнула в грязь. Издав последний вздох, который прозвучал как вздох облегчения, она околела.
– Будь я проклят, – сказал матрос. – И что теперь?
– Дела – хуже некуда, – согласился Ру. Лошадь ухитрилась околеть на самом углу, так что теперь у посетителей было два пути, чтобы промокнуть и окунуться в грязь: вокруг грязного фургона или через дохлую лошадь.
– Джейсон, возьми остальных мальчиков и убери отсюда это животное и этот фургон, – сказал Мак-Келлер.
– Нет! – крикнул Ру.
– Что? – нахмурился Мак-Келлер.
– Я хотел сказать – не стал бы вам этого советовать, сэр.
– Почему? – спросил Мак-Келлер.
Ру показал большим пальцем на лошадь:
– Она была старая и больная, но это ломовая лошадь. Она весит четырнадцать сотен фунтов и ни унцией меньше. Все слуги вместе взятые не в силах вытащить ее из вязкой грязи. Да и фургон слишком тяжел, мы не сможем даже сдвинуть его.
– У тебя есть предложения? – спросил Мак-Келлер.
Глаза Ру сузились. Легкая улыбка скользнула по его лицу.
– Думаю, есть. – Он повернулся к матросу:
– Отправляйся в фирму твоего приятеля и скажи ему, что, если он хочет получить обратно свой груз, пусть прибежит сюда и предъявит права на него.
– Пожалуй, я лучше вернусь в море, – сказал матрос. Он сунул руку в куртку и достал оттуда кожаный бумажник, набитый документами. – Можете взять это, сэр, – добавил он с пьяным полупоклоном.
– Если сбежишь, я сам тебя разыщу и убью, – сказал Ру, взяв бумажник. – Передай отцу своего друга, что его груз находится здесь, у Баррета; пусть спросит Ру Эйвери. А потом можешь утопиться в пиве, меня это не заботит.
Матрос ничего не сказал, но, когда Ру оттолкнул его, поплелся не к гавани.
– Джейсон!
– Да, Ру.
– Беги, найди живодеров. Нет, стой! Они потребуют денег. Беги в Бедный квартал и разыщи колбасника. Пусть забирает тушу. Живодеры все равно продадут мясо, – к чему платить посреднику?
Джейсон подбежал к Мак-Келлеру и, получив одобрение, выскочил под дождь и со всех ног кинулся в сторону Бедного квартала.
Быстро осмотрев фургон, Ру понял, что, не разгрузив, его не сдвинешь.
– Я сбегаю за грузчиками! – крикнул он Мак-Келлеру. – Этот фургон можно убрать только порожним.
– Прекрасно, – отозвался Мак-Келлер. – И как можно быстрее, Эйвери.
В прокатной конторе Гильдии грузчиков он увидел дюжину крепких парней. Они сидели вокруг камина и ждали работы. Ру подскочил к столику конторщика:
– Мне нужны восемь человек.
– А кто вы такой? – ледяным тоном спросил конторщик.
– Я служу у Баррета. У нас там фургон застрял в грязи перед самым входом. Его надо разгрузить, чтобы убрать.
При упоминании Баррета конторщик стал более приветлив:
– Сколько человек, вы сказали?
– Восемь ваших самых крепких парней.
Быстро отобрав восемь человек из двенадцати, конторщик заявил:
– В плохую погоду мы берем дополнительную плату.
Ру прищурился:
– Что? Эти нежные мальчики боятся промокнуть? Не пытайтесь меня ограбить, иначе я сообщу гильдейским мастерам о других махинациях, которые вы тут проворачивали. Я грузил и разгружал фургоны с тех пор, как стал доставать до их задней дверцы, так что не рассказывайте мне о гильдейских правилах.
На самом деле Ру понятия не имел ни о каких правилах, но мошенничество он чуял даже во сне. Служащий покраснел и, издав какой-то нечленораздельный звук, сказал:
– Теперь я вспоминаю, что, в сущности, это касается снега и льда, а не дождя. Простите, это недоразумение.
Ру привел грузчиков к фургону, откинул заднюю дверцу и потянул парусину.
– Проклятие!
Прямо перед ним лежал большой рулон прекрасного шелка, который, останься он неповрежденным, стоил бы столько, сколько Ру не заработал бы и за два года. Но цена испачканного и промокшего шелка была не выше цены домотканого полотна.
– Подожди здесь, – сказал Ру старшему грузчику и подошел к Мак-Келлеру, который по-прежнему стоял в дверях, окруженный официантами.
– Мне нужна большая скатерть, сэр.
– Зачем?
– Часть груза должна остаться сухой, и… – Ру огляделся и, увидев брошенный дом, примыкавший к кофейне, продолжал:
– Можно сложить груз там, но у нас будет меньше неприятностей, если мы сохраним его в целости. Иначе нас могут обвинить в умышленном нанесении ущерба.
Вряд ли этот аргумент убедил бы хоть одного трактирщика в Крондоре пожертвовать скатертью, но заведение Баррета занималось, в частности, и хранением грузов. Мак-Келлер кивнул. Имея среди своих клиентов не одну дюжину стряпчих, он вовсе не желал представать перед судом местного магистрата.
– Принеси большую скатерть, – велел он Курту.
Курт, страдая от того, что вынужден помогать Ру, протолкался между завсегдатаями и через несколько минут вернулся с большой скатертью.
Ру прижал ее к груди и, согнувшись, бросился к фургону, стараясь не замочить скатерть. Сунув ее под парусину, он освободил две завязки и, одной рукой придерживая парусину, взобрался в заднюю часть фургона. Подозвав ближайшего грузчика, он приказал ему:
– Залезай сюда, но будь осторожен и ни к чему не прикасайся. Если на эту скатерть попадет хоть капля грязи, останешься без оплаты.
Грузчик слышал разговор в дверях и понял, что этот парень кое в чем разбирается; кроме того, в обязанности Гильдии грузчиков входила доставка товаров без повреждений. Поэтому он был осторожен, когда забирался в фургон.
– Держи парусину так, чтобы на шелк не упало ни капли, – велел Ру. Он развернул скатерть и, стараясь, чтобы грязь с его куртки не угодила на рулон, принялся заворачивать в нее шелк. На это ушло минут десять, а потом Ру велел грузчикам освобождать остальные завязки. Когда они сняли всю парусину, он приказал им завернуть в нее шелк, обернутый скатертью, и нести всю кипу в заброшенное здание. Сам Ру бежал впереди и поторапливал грузчиков.
На двери дома висел маленький замок. Ру не стал с ним возиться и просто ударил ногой. Замок уцелел, но четыре шурупа, на которых держалась щеколда, вылетели из гнезд, и дверь распахнулась.
Ру вошел внутрь. Поблекшее величие вестибюля произвело на него сильное впечатление. Широкая лестница вела на обнесенную перилами площадку второго этажа; со сводчатого потолка свисала огромная хрустальная люстра, настолько пыльная, что почти не блестела в тусклом свете уходящего дня.
Услышав за спиной шаги грузчиков, Ру опомнился. Он пересек вестибюль и открыл еще одну дверь. За ней оказалась настоящая гостиная, хотя и без меблировки; над гостиной проходила галерея. Здесь было сухо, и два больших окна в стене напротив двери были целы.
– Кладите сюда. – Ру указал на самую дальнюю от окон стену, боясь, что стекла все-таки вывалятся. Все его усилия будут напрасны, если шелк попортится. Грузчики положили завернутый в парусину рулон на пол. – Несите сюда и все остальное, – велел Ру.
Восьмерым мужчинам понадобилось меньше получаса, чтобы разгрузить фургон. Открыв бумажник, Ру, как и ожидал, обнаружил в нем список товаров, но с одной существенной деталью: шелк там не упоминался. Каждый ящик был опечатан, на каждом документе тоже красовалась внушительная печать. Но для королевской таможни этот шелк не существовал.
Подумав над этим, Ру, после того как в дом был поставлен последний ящик, приказал грузчикам перенести шелк в маленький чулан под лестницей.
Уходя, он закрепил щеколду, воткнув вылетевшие шурупы в прежние отверстия. Дверь фактически осталась незапертой, но случайный прохожий мог бы подумать, что замок цел.
К этому времени вернулся Джейсон с колбасником и десятком его подмастерьев. Такие бандитские рожи Ру видел только во время похода в Новиндус. Он подошел к Джейсону:
– Не забудь потом сказать, где ты нашел эту команду, чтобы я никогда не покупал там колбасу.
Джейсон скривился.
– Как только ты войдешь в его лавку, у тебя и так пропадет охота. – Глядя, как колбасник с подмастерьями орудуют длинными ножами, он добавил:
– Я, кажется, вообще больше не стану есть колбасу, будь она хоть с королевского стола.
Полуобернувшись, колбасник крикнул:
– Тебе нужны копыта, шкура и кости?
– Бери все, – ответил Ру.
В этот момент его хлопнул по плечу старший грузчик:
– Ты должен нам восемь соверенов, – сказал он.
Ру хорошо знал, что торговаться не принято. Гильдейский конторщик мог сделать попытку выжать из него лишние деньги, но этот рабочий знал гильдейские расценки, и ни один купец в Королевстве не мог заставить гильдию снизить их даже на самую мелкую медную монету.
– Еще не все, – сказал Ру и жестом велел грузчикам подойти к фургону. – Оттащите его на двор позади здания, в которое перенесли груз.
– Мы – грузчики, а не лошади! – возмутился старший грузчик.
Ру мрачно взглянул на него:
– Я замерз, промок, и у меня нет настроения спорить. Если вы грузчики, так поднимите его и отнесите на руках. Больше мне ничего не надо, но пошевеливайтесь!
Взглянув на него, грузчик понял, что с этим низкорослым пареньком лучше не спорить. Бригада принялась за работу. Четверо взялись за постромки, а остальные подошли к задку фургона. Двое приготовились толкать его, а еще двое – крутить задние колеса руками. Помогая себе руганью, они вытащили фургон из грязи и покатили его по улице к проходу, который вел к заднему двору брошенного дома.
– Откуда ты узнал, что у этого дома есть задний двор? – спросил Джейсон.
Ру ухмыльнулся.
– Я обещал своему другу когда-нибудь купить это здание. Поэтому я там как следует все осмотрел. Его окружает чудесная аллея, на которую выходят окна гостиной. Чудесное место для цветника.
– Собираешься жениться на прекрасной даме? – с легкой насмешкой спросил Джейсон.
– Не знаю, – пожал плечами Ру. – Может, женюсь на той Сильвии Эстербрук, о которой ты так высоко отзывался.
Колбасник со своими подмастерьями закончил работу, и на земле перед кофейней остались лишь несколько обрезков кишок и шкуры.
– Дождь все это смоет, – заметил Ру.
Они с Джейсоном вернулись в кофейню. У входа их ждали грузчики.
– Ну? – крикнул старший. – Гоните монету!
Ру подвел их туда, где все еще стоял Мак-Келлер.
– Сэр, этим людям надо заплатить.
– Заплатить? – удивился старший официант. Похоже, когда Ру отправился за грузчиками, старик и не думал, что им придется платить.
– Это гильдейские грузчики, сэр.
Мак-Келлер едва заметно поморщился. Как и любой, кто занимался в Крондоре коммерцией, он понимал, что его дело не будет долго процветать, если у него возникнут разногласия с городскими гильдиями.
– Хорошо. Сколько?
– Десять золотых, сэр, – ответил Ру, прежде чем старший грузчик успел раскрыть рот.
– Десять! – воскликнул Мак-Келлер. Это превышало недельный заработок опытного ремесленника.
– Их восемь, сэр, и идет дождь.
Мак-Келлер молча достал из пояса большой кошелек, отсчитал десять монет и протянул их Ру.
Подойдя к грузчикам, Ру вручил старшему девять соверенов. Тот нахмурился:
– Этому старому простаку ты сказал…
– Мне известно, что я сказал ему, – понизив голос, ответил Ру. – Ты берешь девять, отдаешь своему гильдейскому грамотею восемь, и он возвращает тебе твою долю. Он не жалуется на то, что не знает о девятой монете, а ты обижаешься на десятую.
Грузчик кивнул и сунул деньги в карман.
– Понял, – сказал он. – Выпьем за тебя вечером. Ру вернулся ко входу в кофейню. Ветер усилился, и весь пол был покрыт грязью и водой. Джейсон вытирал полотенцем мокрые волосы.
– Давайте-ка прикроем ставни и уж потом уберем грязь, – сказал Мак-Келлер. Он подозвал к себе Курта и еще одного официанта:
– Вымойте здесь. – И, повернувшись к Ру и Джейсону, добавил:
– Обойдите дом и войдите через черный ход. Не хочу, чтобы вы запачкали пол. Переоденьтесь в чистое и возвращайтесь к работе.
Бросив грязное и мокрое полотенце в таз, Ру поймал на себе сердитый взгляд Курта. Ру ухмыльнулся, и Курт разозлился еще больше.
Ру двинулся к выходу, но Мак-Келлер его остановил:
– Эйвери.
Ру повернулся:
– Да, сэр.
– Ты думал и действовал быстро. Молодец.
– Благодарю вас, сэр, – сказал Ру и вместе с Джейсоном снова окунулся в дождь.
– Это редкость, – заметил Джейсон, когда они обходили дом.
– Что именно?
– Не часто услышишь, чтобы Мак-Келлер кого-нибудь похвалил. Иногда он холодно сообщает нам, где мы оплошали, но в основном не говорит ничего. Он ждет, что мы будем действовать так, как нужно. Ты произвел на него впечатление.
Ру потер нос.
– Я вспомню об этом, когда буду умирать от простуды. Они завернули за угол и с черного хода вошли на кухню.
Переодевшись, Ру как раз завязывал фартук, когда появился Курт.
– Мне пришлось убирать за тобой грязь, Эйвери.
– Что? – сказал Ру. Ему было смешно, хотя одновременно он почувствовал раздражение.
– Ты меня слышал. Я не обязан дежурить у двери и из-за тебя сегодня сгреб столько грязи, сколько не видел за все время, что я здесь работаю.
– Мне некогда, – сказал Ру и хотел пройти мимо него, но рука Курта легла ему на плечо. Ру повернулся и вывернул Курту кисть движением, которому научил его Шо Пи. Скривившись от боли, Курт упал на колени. Лицо его побелело, из глаз брызнули слезы.
– Я же говорил – не старайся узнать, что будет, если ты меня еще раз тронешь, – холодно произнес Ру и отпустил Курта. – В следующий раз я сломаю тебе руку, и тогда посмотрим, как тебе удастся обслуживать столики.
– Ты сумасшедший! – прошептал Курт.
В глазах его Ру увидел страх. Как все забияки, Курт не ожидал сопротивления и был вдвойне потрясен тем, что его оказал такой слабак с виду, как Ру.
– Не просто сумасшедший, – сказал Ру, – а сумасшедший. который способен убить тебя голыми руками. Запомни это и, когда я рядом, держи рот на замке. Тогда у нас будут замечательные отношения.
Не дожидаясь ответа и не глядя на поваров, Ру вышел из кухни. Он понимал, что отныне нажил врага, но не боялся Курта. Весь страх он потерял несколько лет назад, на эшафоте, и требовалось нечто большее, чем надутый городской забияка, чтобы заставить Ру Эйвери испытать его снова.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?