Книга: Всё решено: Жизнь без свободы воли - Роберт Сапольски

Чем больше мы изучаем мозг, тем больше понимаем, что свобода воли - это миф. Мы не контролируем себя настолько, насколько хотелось бы верить. Вместо этого мы - это результат того, что происходило до нас, и того, что происходит в нас сейчас

Каждый раз, когда вы принимаете решение, вы одновременно становитесь как бы немножечко жертвой. Потому что вы не осознаете, сколько скрытых факторов и обстоятельств повлияли на ваш выбор

"Все решено" — многословная умозрительная игра с читателем, хитрый аттракцион, в котором выходящий на сцену фокусник жонглирует аргументами, заставляя зрителя внимательно следить за его умозаключениями и выводами.

Книга Сапольски это попытка объяснить абстрактное философское понятие с точки зрения конкретной научной практики.

И при том, что читать порой очень интересно, а некоторая информация просто необходима для понимания человеческих поступков сама идея обречена на провал.

Чтение книги напоминает игру в стаканчики, где вместо угадывания, где скрывается мяч, нужно внимательно следить за смыслом и держать в уме первоначальный вопрос. Иначе тебя просто заболтают, заставив размышлять о гипотетических, не относящихся к делу понятий. Рассуждение о кирпичах — один из примеров подобных мыслительных спекуляций.

Эта глава посвящена смежной области удивительных явлений, которые, похоже, бросают вызов детерминизму. Начнем с кирпичей. Пофантазируем и представим, что они поверили в себя и научились передвигаться на крошечных невидимых ножках. Выпустите один кирпич в поле; он станет бесцельно по нему ползать. Два кирпича – картина та же. Кучка кирпичей – и вот уже некоторые натыкаются друг на друга. Когда такое случается, они взаимодействуют до крайности простыми способами – могут просто улечься рядом и остаться в таком положении или же один заползает на другой. Вот и всё. А теперь разбросайте по полю тьму-тьмущую одинаковых кирпичей, и вот уже они медленно ползают вокруг, мириады укладываются рядками, мириады карабкаются друг на друга… и постепенно они строят Версальский дворец. Удивительно не то, что из простых кирпичей можно построить – ого, нечто настолько сложное, как Версаль. Удивительно, что, если груда кирпичей достаточно велика, этот безмозглый строительный материал, подчиняющийся нескольким простым правилам, без всякого человеческого присмотра сам собирается в Версаль.

За этим примером, характеризующим отсутствие свободы воли у человека (мы помним изначальный вопрос, да) следует целая глава, объясняющая поведение муравьев, пчел и слизевиков, и только потом речь пойдет о человеке.

Примеры из животного мира — одна из самых ярких бед книги. Сапольски постоянно рассказывает как устроено общество павианов и мышей (при этом намерено их очеловечивая, предполагая что павиан или мышь может о чем-либо подумать). А после обязательно вносит ясность — лобная кора человека пропорционально больше и/или сложнее устроена, чем у любого другого примата.

Очень много доказательств такого уровня — когда человек думает о том-то, у него активируется такая-то часть мозга.
Внимание, вопрос! Где еще может активироваться свобода воли, которую Сапольски ищет у человека? Вся наука начинает с формулирования определений, но автор этот этап пропускает.

Сапольски не приводит ни одного примера свободной воли, отсутствие которой он пытается доказать. Как должен поступить человек, что бы его поведение можно было трактовать с точки зрения свободной воли?

Сапольски главу за главой доказывает, как человек зависим от собственной физиологии, рассказывая об условном рефлексе, возбуждении и торможении ЦНС, влиянии префронтальной коры головного мозга на принятие решений И при этом хитрит, трактуя ни о чем не говорящие нейрофизиологические процессы в пользу собственной теории.
По факту, весь человеческий опыт состоит из восприятия и анализа поступающей информации. И свобода воли проявляется уж точно не в том, чтобы быть свободными от самих себя.

Это условность, которую мы пытаемся объяснить доступными нам понятиями, так же как выстраиваем математическую модель Вселенной, не имея ни малейшего представления о том, как это выглядит на самом деле.

Что еще вызвало удивление — Сапольски рассматривает свободу воли конкретного человека (а это именно конкретное понятие, а не абстрактное), в отрыве от него самого же. Заявление, что наша префронтальная кора принимает решение за нас одновременно удивляет и вводит в легкий ступор. Чем еще человеку принимать решения, как не собственным мозгом?

По итогу налицо все тот же извечный спор субъективности с объективностью. Кто мы? Как мы воспринимаем и реагируем на мир?

Ответ прост и банален — мы лишь те, кто мы есть. Мы воспринимаем мир субъективно, а объективность нам просто недоступна.

Свободы воли не существует — это правда, потому что вне человеческой личности она никому и не нужна. А личность состоит из совокупности физиологии, социализации и множества других составляющих. Мы не свободны от самих себя, мы не абстрактны, а конкретны. И где же еще искать свободу воли, если не в нас самих?

Особый акцент сделал на что, как развивается ребенок в утробе матери - все то, о чем трубят нам врачи: то, как ведет себя мать, влияет на будущего ребенка, не только с точки зрения физиологии, но и психики и поведения.

Я пытаюсь найти в своем жестком графике время, чтобы посмотреть его лекции - потому что наше поведение это, порой, не самая управляемая история. И хотелось бы хоть немного подробнее знать о том, на что способен, а на что не способен человек.

Отдельное спасибо Альбине за то, что берется переводить такие книги - люди слишком мало знают о людях, чтобы быть объективными в принятии решений о себе.

А когда начинаешь знакомиться с этой без преувеличения масштабной исследовательской работой мистера Сапольски, все сомнения куда-то вмиг улетучиваются. И дело здесь не в пресловутом авторитете писателя. Просто фактам нельзя не верить. Нельзя закрыть глаза на все приведенные им результаты исследований из самых разных наук (психологии, нейробиологии, физики и др.) и сделать вид, что всего этого не существует (мы можем не признавать и не верить в электричество, но разве это убережет нас от удара током? Вот и тут примерно так же). Так вот, начиная читать, амбициозно про себя полагала, что уж с какими-то доводами удастся поспорить. Куда там! Все сомнения Сапольски разрушал в мгновение ока, отвечая даже на не заданные еще мною вопросы.

Поспорить в этот раз не получилось, зато получилось пересмотреть многие из своих вредных установок, стереотипов, посмотреть на привычное под совершенно новым углом, получилось увидеть новый мир - реальность, лишенную пресловутой свободы воли (кстати, как и силы воли - той самой, что я когда-то бредила, которую мне так хотелось воспитать), но не менее красивую реальность.

Внезапно оказалось, что в ней даже легче жить - комфортно принять тот факт, что все - абсолютно все! - имеет свою причину и следствие и ничего из ниоткуда не берется. Спокойнее как-то даже стало. Хотя и напоминало порою падение с пьедестала собственных представлений о человеческой натуре. Мнишь себя абсолютно самостоятельным субъектом, точно знающим, когда, в какой момент времени, ты принял решение. А автор подсовывает факты: энцефалограмма мозга показывает, что решение мы принимаем еще до того, как осознали это. Наивно думаешь, что можешь кого-то ругать/хвалить на основании лишь внешних факторов поведения - той самой верхушки айсберга, чье основание никогда не дано увидеть целиком. Этот глупый, плохо учится, не поступает в вуз, а вон тот - молодец, поступил, умница, на олимпиадах всегда выигрывает. Но мы же не знаем, какое детство было у первого и второго! Одному повезло с генами, другому - со средой, третьему - и с тем и с другим, а четвертому не повезло ни по каким фронтам. Мать-наркоманка, нищее детство, бродяжничество, отставание в умственном и физическом развитии... Но это те факторы, которые не зависели от человека! И потому, думается мне сейчас, фильм, так зацепивший меня в детстве - "Умница Уилл Хантинг", скорее красивая сказка, исключение из правил, нежели правда жизни...

Дальше - больше. Сапольски не только убедительно доказывает тезис из эпиграфа этой рецензии, он по-хорошему провоцирует нас (бывает провокации к вражде, а бывают вот такие - чтобы скинуть шоры с глаз и начать наконец-то жить своим умом), заставляя пересмотреть едва ли не вековые установки в области морали. А виновен ли человек, а ответственен ли он за свои поступки, если он лишь сумма факторов биологии и среды? Почему-то до начала чтения была уверена, что автор ограничится половинчатыми ответами. Однако автор оказался смелее, чем я думала: по мысли Сапольски, нет свободы воли - нет и моральной ответственности. Человек поступил так, а не иначе, потому что к этому привела цепочка событий: психологически травмирующее детство, нездоровая обстановка в семье, нарушения во время внутриутробного развития, нездоровая, наполненная стрессами юность, черепно-мозговые травмы - и вот он результат!

Да, для родственников жертв и самих жертв насильственных преступлений - это так себе известие, но такова реальность и никуда от нее не деться. Автор всего лишь констатирует факты: ну нет в мире справедливости! И не будет никогда. И стартовые условия у всех разные...

"Если вам достался какой-то особенно неудачный вариант гена, то вы, вот неудача, будете особенно чувствительны к воздействию неблагоприятных факторов в детстве. Невзгоды, выпавшие на вашу долю в начале жизни, – предиктор того, что всю оставшуюся жизнь вы проведете в среде, которая предоставит вам меньше возможностей, чем большинству других людей, и эта повышенная уязвимость, вот неудача, помешает вам воспользоваться тем редким шансом, что на вашу долю все-таки выпадет: вы можете его не увидеть, не распознать, не владеть инструментами, помогающими извлечь из него выгоду, и можете в итоге упустить свой шанс. Чем меньше подобных привилегий вам досталось, тем больше стрессов выпадет на вашу долю во взрослой жизни; стресс перестроит мозг, и тогда вы, какая неудача, еще хуже будете справляться с трудностями, контролем эмоций, рефлексией, мыслительными процессами… Невезение везением не компенсируется. Обычно невезение только умножается, пока совсем вас не выбросит за пределы игрового поля".

Здорово, что он приводит аналогии с серьезными психическими заболеваниями: шизофренией, эпилепсией. Мы же понимаем, когда слышим о преступлениях, совершенных в состоянии эпилептического припадка, что это трагическая случайность, что человек не отвечал за себя. Вот и со "свободой воли" точно так же: не было ее, и человек не отвечал за свои действия. Вот этот шокирующий факт, конечно, нелегко мне было признать, но к концу ты действительно проникаешься философией автора, ощущение, что некоторые из моих изначальных установок поменялись на сто восемьдесят градусов - кардинально.

Как, собственно, и мои представления о мире без этой эфемерной свободы воли. "Оптимистическое" заявление о том, что ее не существует, может же кого-то натолкнуть на мысли о том, что мир погрузится в полное безумие. Мол, если мы ни за что не отвечаем, то можем делать все, что заблагорассудится. Нет, все не так, мудро замечает автор. Мы потихоньку отходим от религии, все больше атеистов на свете, но преступлений ведь по большому счету совершается так же. Аналогично и со свободой воли: мы просто будем осознаннее. Мы будем снисходительнее. Мы будем менее самоуверенны. Возможно, будем тратить меньше времени на принятие решений. Сужу исключительно по себе. Если знать, что решение принято уже в первые секунды или минуты, то чего ради напряженно думать о нем потом весь день, переживая по пустякам и выискивая подтверждения правильности оного? Не стоит это столько времени, право, не стоит) Мир и человечество не изменятся в худшую сторону одномоментно с принятием, возможно, не самой радужной новости о себе.

Любопытно всю книгу было следить за теми аргументами, которые приводит в подтверждение своей точки известный профессор. Так, говоря о мире будущего (мире, в котором большинство обитателей согласится с во многом революционной теорией Сапольски, что свободы воли не существует в принципе, а все мы лишь сумма биологических факторов, факторов среды и их взаимодействия, над которыми не властны), он очень занятно рассказывает о просоциальности теистов (верующих) и атеистов. Здесь далеко все не однозначно, как может показаться на первый взгляд. Верующие оказываются более просоциальны (доброжелательны) к членам своей группы, а атеисты - к чужакам. Первые понимают добро в личном, частном контексте, вторые считают это коллективной ответственностью. Теисты поступают правильно и просоциально, потому что так велят им религиозные установки, атеисты поступают аналогично, но с опорой на несколько иные ценности. так что мы не можем однозначно сказать, что верующий человек добрее атеиста, потому что это не так. Точно так же и со свободой воли! Человек может верить в нее, может - нет, но тот факт, что он признает ее отсутствие, не делает этого индивида асоциальным безумцем, творящим черт-те-что.

Небезынтересные заключения делает профессор и о сути изменений. Не мы решаем измениться, но мир меняет нас. Меняет наши структурные связи в мозге, наши представления о чем-то. Мы думаем, что делаем свободный выбор, когда на самом деле таковым не является. На нас влияет слишком многое (даже зачастую случившееся еще до нашего рождения), чтобы гордо и уверенно говорить о свободе воли и абсолютно свободном автономном решении. "Покажите мне нейрон, который ни от чего не зависит, на который ничего не влияет, который поступает как ему угодно... и тогда мы с вами поспорим" - хитро заявляет этот ученый с мировым именем, кажется знающий чуть больше нашего.

Забавно, кстати, что одним термином в моем лексиконе стало больше. Для меня отныне, чувствую, человек - это всегда будет сумма биологических факторов и факторов среды. Вот это определение красной нитью проходит через текст всей книги Роберта Сапольски. Если вы чуть подзабыли об этом в первой главе, он с радостным подмигиванием выскочит во второй главе (и в третье, и в четвертой не устанет вам об этом напоминать) с этим же самым определением, а все потому, что базовые вещи нужно знать назубок, чтобы максимально проникнуться ими, принять их, как бы трудно это бы ни было. (Смешно, но я вспоминала, читая эти главы, где автор настойчиво продвигает свое понимание человеческого индивида, институтские годы, когда нас также с первого курса заставляли знать наизусть понятие термина "документ". И вот столько лет спустя я до сих пор помню, не заглядывая в справочники и словари, что документ = зафиксированная на материальном носителе информация с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать. Вот думаю сейчас, что и с понятием человек будет та же петрушка. Человек = случайная сумма биологических факторов и факторов среды, над которыми мы не властны. И точка. Нет здесь лазейки для свободы воли. И силы воли тоже).

Кстати, о ней родимой, о силе воли то есть. За проявляемое нами упорство отвечает ПФК, ее когнитивная часть. А ведь она тоже представляет собою ни много ни мало ту самую сумму биологии и среды. ПФК вообще-то развивается у человека до его двадцати с чем-то лет. И трудная юность, оказывается, с ее многочисленными стрессами (смерть родителей, издевательства в школе, болезнь...) может повлиять на формирование и созревание этой самой ПФК не лучшим образом. Она может вырасти слишком тоненькой, а человек в результате на всю жизнь останется подвержен тревожному расстройству или не сможет доводить дела до конца... И какое уж тут напряжение силы воли? Что ты там напрягать собрался? Если она выросла тоненькой, ее уже потом не дорастишь до нормальной толщины. И да, с этим придется как-то жить. И да, стартовые условия у всех нас разные. И не надо равняться поэтому на других (у тех же американцев, по-моему, есть замечательная пословица о том, чтобы понять другого человека, надо походить в его обуви. То есть иначе говоря, встать на его место - испытать то же самое, что и он: его семейные проблемы, его личные беды, его трудности на работе. И лишь тогда мы можем (хотя и тогда вряд ли: как мы все это узнаем?) судить...) И все учебники по достижению успеха потому априори бесполезны: не бывает же ведь двух уникальных людей с одним генетическим составом и одним жизненным опытом. Да, кому-то что-то помогло (хотя, возможно, то было дело внушения или счастливого стечения обстоятельств), но у вас это может не сработать: у вас может не быть тех же способностей, что и у автора книги, ваше детство могло быть тяжелее, чем у него, ПФК у вас тоньше, нейромедиаторы могут быть представлены в ином варианте, чему автора книги...

Вот так, именно таким образом, книга Сапольски и учит думать самостоятельно, учит переосмыслять собственные установки, разбираться в себе, рефлексировать: а почему я поступил сейчас вот так, а не иначе? Что могло на меня повлиять? Знаете, пока читала книгу, ловила себя на мысли, что я как раз таки начала подмечать в себе, собственном поведении подобные моменты. То есть книга учит еще и прислушиваться к себе (не знаю, было ли это целью автора, но даже если это и побочный эффект от ее прочтения. то однозначно полезный эффект).

Прислушиваться к себе и к миру, меняя слайды в его картине. Когда начинала знакомиться с книгой Сапольски, во всех новостных сообщениях была новость о ножевом ранении актера Ильи Деля, который чудом выжил после нападения своей сожительницы. И, конечно, легче всего ведь мысленно осудить женщину, накинувшуюся с ножом на своего возлюбленного, нежели попытаться посмотреть на ситуацию изнутри... Вот огромный плюс книги Сапольски в том, на мой взгляд, и заключается - в побуждении разбираться в явлениях мира. Пытаться понять причины каждого из них. Чертовски увлекательное занятие.

Он учит думать, этот гениальный нейробиолог. Он не навязывает своих мнений - он просто приводит факты, ваше дело - соглашаться с ними или отвергать их. Он разбавляет повествование доступными и понятными примерами, сдабривая все юмором. Он пытается увлечь вас нейробиологией, и, надо признать, у него это отлично получается. С этой книгой точно не заскучаешь. Единственный, правда, минус я нее все же отыскала: после нее все другие нон-фикшн книги могут показаться какими-то слабенькими, что ли... Вот после этой книги-громады мыслей сложновато будет вернуться к обычным нехудожественным изданиям, слишком высокую планку она задает.

Любителям качественного нон-фикшн однозначно рекомендую. Книга, достойная прочтения, к которой хочется мысленно возвращаться.

Читается это как интеллектуальный триллер. Сначала — шок: как так? Потом — погружение в исследования, эксперименты, нейроанатомию, поведенческую биологию. И каждый следующий аргумент как ещё один гвоздь в крышку гроба старой уверенности «я хозяин своей судьбы». Но книга не обесценивает человека. Наоборот. Она даёт более глубокое понимание того, почему мы такие, какие есть. И почему, возможно, именно это понимание — первый шаг к настоящей эмпатии.

Сапольски пишет с иронией, без занудства. Он умеет объяснить сложное так, что чувствуешь себя умнее — но не за счёт упрощений, а потому что он действительно ведёт за собой. Примеры из жизни, ссылки на исследования, культурные отсылки, даже шутки — всё работает на цель: показать, что «свободный выбор» — красивая иллюзия, удобная, но не обязательная.

Всё решено — это не манифест фатализма. Это попытка сломать моральный калькулятор, по которому мы измеряем чужую вину и свою добродетель. Потому что если человек — это продукт обстоятельств, то, может быть, и судить, и прощать, и помогать нужно по-другому. Не на эмоциях, а с пониманием, как всё устроено.

После этой книги остаётся не опустошение, а странное чувство свободы — не воли, а взгляда. Свободы не обвинять, не винить себя за каждую ошибку, не цепляться за контроль, которого никогда не было. И это, как ни странно, очень освобождает.

Конечно, Роберт Сапольски, как настоящий учёный, подробно, с доказательствами рассказывает в данной книге почему он пришёл к выводу, что нет у человека (любого!!!) свободы воли.

Свобо́да во́ли — способность человека без принуждения делать выбор между возможными способами действий. Свобода воли — это возможность человека принимать решения и действовать в соответствии со своими желаниями, убеждениями и ценностями вне зависимости от каких-либо обстоятельств.

Доказательства автор приводит весьма серьёзные. Так как я не являюсь специалистом в тех областях, в которых он является признанным авторитетом, то не мне спорить с ним по уровням тестостерона, влияния разных гормонов, циркулирующих в системе кровообращения человека…и ещё огромной массе самых разнообразных вещей – окситоцина, вазопрессина, и т.д. и т.п. Что же мне остаётся делать? Только принять на веру доказательства автора о том, что ещё до реакции самого индивидуума за определённые сотые доли миллисекунды эту реакцию производит его мозг, точнее нейроны мозга. Не буду дальше расписываться в собственной неспособности даже на 50% понять научную основу приведённых Сапольски доказательств. А значит, не мне судить о точности и достоверности его теории. Финиш? Сдаюсь?

В принципе, для меня всегда было очевидным, что мы недалеко ушли от нашего животного происхождения. Сам Сапольски в своих более ранних книгах очень убедительно об этом рассказывал. Если посмотреть на моё собственное поведение в отдельные моменты жизни, тем более соглашусь с тем, что мой организм и мозг реагируют и действуют самостоятельно, не дожидаясь реакции какой бы то ни было моей воли. Если посмотреть на проделки мошенников, которые заставляют переводить им огромные суммы от обычных граждан, находящихся в сознании, тоже понимаешь, что это происходит помимо их воли. Тут никакой свободой воли и не светит!

Довольно часто все мы люди поступаем как биороботы. Не приходя в сознание, выполняем однообразную работу, ходим на неё, смотрим ТВ и выполняем массу других действий. Но так, чтобы совсем забыть о «свободе воли»?!..

Допустим, Роберт Сапольски своим авторитетом убедил меня – всё, что я делаю – это происходит без моей свободы воли, то есть мои действия определяются массой факторов, которые влияют на мой выбор, как поступать. Тут мне нравится его теория о бесконечном количестве черепах, стоящих в основании лично моей предыстории – начиная от моих родителей, затем их родителей, потом ещё предков до … даже не до Адама и Евы, а до Большого взрыва, после которого образовалась наша вселенная. Вот такая бесконечная (почти) череда черепах, на которых зиждется поведение отдельного индивидуума. Красиво и убедительно! Тогда да, если учитывать всю эту массу факторов, генов,и т.д. и т.п… можно прийти в выводу – Чего ты дёргаешься конкретный человечек?! Тут такой груз взаимообусловленностей на тебя влияет, что ни о какой свободе воли вообще говорить не приходится! Иди и выполняй заложенную в тебе программу…

Всё-таки, в последних главах сам автор закладывает большую долю скепсиса в верности своей теории. Особенно, когда говорит о норвежском Брейвике. Как мне кажется, тут-то заложена большая мина под отсутствие свободы воли. Именно, наличие её позволила этому преступнику совершить редкое злодейство. Впрочем, не являясь специалистом по нейробиологии, не мне судить о верности выводов автора.

Далее книга пытается в контексте задачи убедить читателя, что свободы воли нет, рассказать о нейронах и том, как они работают. И, кажется, что труд писателя не закончен. так как часть информации о нейронах попала в приложение, как будто автор так и не нашел, как применить эту информацию в своих размышлениях о свободе воли. В целом, логика такова, что в детерминированном мире не может быть свободы воли. Автор последовательно развенчивает сторонников теорий недерминированного мира, а также ложные научные течения, в которых мыслительным процессам приписывают квантовые свойства, а нематериальное мышление возникает из материального без какой-либо связи. Критика квантового макромира вообще лучшее место в этой книге, так как адепты эзотерики любят пользоваться открытиями современной науки для формирования "знания не для всех" и считают себя очень умными и избранными, а Роберт Сапольски очень последователен в данном месте. И вообще, что касается критики совсем уж ненормальных теорий, автор хорош:

Во всей этой галиматье тем не менее можно выделить ряд устойчивых сюжетов. Пользуется популярностью следующее представление: если частицы бывают запутанными и умеют моментально связываться друг с другом, значит, все сущее едино, и это единство объединяет все живое, включая людей (кроме тех, конечно, кто мучает слонов и дельфинов). Странные временные скачки, связанные с запутыванием, превращаются в идею, что в вашем прошлом нет такого печального события, которое теоретически нельзя было бы исправить, вернувшись назад во времени. Есть мнение, что если вы якобы можете заставить квантовую волну схлопнуться, просто взглянув на нее, то вы и нирваны можете достичь - ну, или с ноги открыть дверь в кабинет босса и получить повышение. Согласно тому же физику их поколения нью-эйдж, "окружающий нас материальный мир не что иное, как вероятностные движения сознания. "Миг за мигом я выбираю свой опыт". Нередко можно встретить и такой мотив: что бы там ни обнаружила квантовая физика со всеми своими высокотехнологичным устройствами, она всего лишь подтверждает то, что давно было известно древним; сплошные позы лотоса, уходящие в глубину веков.

Плох он в другом - в том, что фактически его теория такая же.

Пробелом логики Сапольски является отсутствие связи жизни нейронов с мышлением. Все опыты подтверждают зависимость деятельности нейронов с телесными реакциями и возникновением чувств, но никак не объясняют то, как происходит мышление, которое, как минимум, не связано с чувствами, ведь человек может делать выбор вопреки своим ощущениям. Также остается открытым вопрос творчества, которое является плодом не только чувств, но и мыслительных процессов. А самое главное упущение, что финал книги сводится к признанию невиновными в своем неадекватном поведении лиц с психическими диагнозами. То есть, по сути, заложниками отсутствия свободы воли являются именно люди с патологиями психики, которые, как оказывается, имеют отличающиеся от нормальных процессы в мозге. Но психические проблемы - это не проблемы мышления, это проблемы восприятия и чувств, которые, логично, связаны с мозговой деятельностью. Более того, сам автор признается, что страдает от депрессий и описывает их как довольно сложные явления. Но это делает его таким же заложником состояний, что косвенно влияет на то, как он строит свою логику.

Как уже было сказано, я с отроческих лет не верю в свободу воли и всегда считал своим моральным долгом не судить людей и не думать, что кто-то их них заслуживает чего-то особенного; старался жить без ненависти к другим и без претензий на особое отношение к себе. Увы, это оказалось выше моих сил.

Вообще, для Сапольски в этой книге представляется очень важным вопрос правосудия. Раз у человека нет свободы воли, и все его действия обусловлены реакциями мозга, то и виновен человек быть не может. Но вообще-то подобный вопрос как раз связывается с психической экспертизой. которая определяет, были ли действия человека сознательными или нет. Сапольски возражает, что сознательность в данном случае - это признание человеком ответственности, которое не отражает реальности. У Сапольски понятия вины нет. Но что тогда означают чувства вины, стыда и угрызений совести? Он не отвечает на этот вопрос. Для пенитенциарной системы человек, который совершает опасные для общества поступки, наказывается строже, чем тот, кто не понимал своей ответственности либо делал что-то не особо сильно травмирующее людей. То есть, в целом, совсем уж плохих изолируют, а не совсем - воспитывают взысканиями. Но Сапольски такая постановка вопроса не устраивает, хотя он согласен с вопросом изоляции, а вопрос воспитания взысканиями должен быть для него логичен как дрессировка условных рефлексов. Разве нет? Разве это не подтверждает, что человек, сделавший что-то по воле своих рефлексов, таким образом приобретает новые?

Далее Сапольски думает над тем, почему в США преступников либо приговаривают к смертной казни, либо сажают в тюрьмы с отвратительными условиями, а вот в Европе (пример - Норвегия) склонны прощать преступников, изолируя их в очень комфортабельных условиях многокомнатных тюрем с кухней, Playstation  и тренажерами. Его логика строится на том, что людям нравится наказывать, потому что они чувствуют таким образом приятные эмоции. Далее происходит описание эксперимента, в котором дети и шимпанзе платили жетонами за то, чтобы посмотреть как наказывают того, кто плохо к ним отнесся. Если честно, я сделала совершенно другие выводы, потому что шимпанзе, видя "справедливое" наказание, молчали, а, видя "несправедливое" (в том случае, если экспериментатор хорошо к ним отнесся) - издавали звуки, предположительно, негодовали. Не дает ли это повод сделать вывод об испорченности человеческой натуры, склонной к гордыне, в данном случае считая правым момент наказания, осуждения. Как будто бы мотивация шимпанзе в данном случае другая, тем более, что шимпанзе отказывались наблюдать наказание, если это делал не член группы, а третье лицо. То есть, в целом, шимпанзе интересовались тем, как ведет себя член их группы. Сапольски, подводя к более гуманному отношению к преступникам, указывает, что казни и агрессивное поведение в отношении преступников негативно сказывается на жизни пострадавших от них (в том случае, если они живы). Мне представляется это очевидным, так как я сторонник православных взглядов, которые заключаются в том, что грех (в данном случае гнев, обиды, осуждение человека, гордыня) омрачает психику, а также оказывает негативные эффекты на общее здоровье. И, в отличие, от США, где ценностью является плюрализм, высказывание любого мнения, и поэтому казни потакают демократическим желаниям толпы, в Европе, наоборот, общество менее свободно, а в каждой небольшой стране существует национальная религия, определяющая самость нации. Именно поэтому европейцы склонны признавать, что готовы к прощению, и это часть выражает их ценности. Дело вовсе не в психике, а в том, что ее сформировало. И что-то в книге нет логического обоснования того, что общество сформировано именно совокупностью индивидуумов с определенными мозгами. Напротив, это всегда элиты, которые мозгами общества ворочают, чтобы те были на их стороне.

Особенно нас завораживают убийцы, в которых не заподозришь убийц - достойные мужья и отцы, лидеры бойскаутов, старосты церкви, - и Банди находится в первых строках этого списка. его невозможно описать иначе, как "симпатичный и харизматичный", таким он был и на допросах. Студент-отличник Вашингтонского университета, затем студент юридического факультета, проявлявший интерес к политике, добрый, неравнодушный волонтер, дежуривший на горячей линии по предотвращению самоубийств. Он работал на одного из кандидатов в губернаторы штата Вашингтон; победив на выборах, тот выразил свою признательность, назначив Банди членом Консультативного комитета по предотвращению преступлений в Сиэтле.

В книге множество экспериментов с насилием, а также истории маньяков, человеческих несчастий... Автор на фоне своей депрессии резонирует с подобными вещами. Но смущает меня другое совпадение. Ранее я читала научно-популярную книгу одного ученого-астрофизика, который тоже задавался вопросами свободы и свободы воли, и тоже страдал от депрессии. Он связывал свободу с вероятностью и, понимая, насколько невероятен мир, приходил к выводу, что свободы в этом мире не так уж и много, но все-таки надеялся, что хоть какая-то вероятность есть. Забавно, но Сапольски, делая выводы, тоже упоминает наличие исключений из них. Может, у эти исключений как раз есть свобода выбора, ее нет только у тех, кто попадает под закономерности, например, связанные с психическими болезнями? Автор, считает, что мозг выпускника высокорейтинговового вуза отличается от мозга мусорщика ровно так, что, поменяв их местами, мы получим из мусорщика выпускника и наоборот, что предшествующие факторы обусловили строение нейронных связей и будущую профессию. Но почему-то он не учитывает тот факт, что у выпускника есть выбор стать мусорщиком даже при своем мозге (ну захочет он внезапно, вдохновит его что-нибудь), а проблема в том, что у мусорщика было меньше вариантов. То есть приходим к тому же выводу: свобода воли отсутствует у тех, кто не имеет возможностей выбирать. Не биологических, а социальных возможностей. И мозг тут не при чем. Общество может быть так устроено, что твой высокоинтеллектуальный мозг не окажется востребованным здесь и сейчас, и ты будешь заниматься не тем, чем хотел бы, потому что сейчас общество устроено таким образом. И Сапольски всегда упускает понимание того, что общество работает так, как происходят процессы управления им, и поведение человека обусловлено вдобавок и тем, как устроено общество. Поэтому и не происходит всеобщего безумия, а не потому, что первичны биологические реакции.

И, если уж я упомянула, православную сторону вопроса, то стоит упомянуть, что в христианстве свобода воли заключается в выборе между Божьей волей и своей (основанной на падшей природе человека). Иронично, но атеистическая версия Сапольски в данном случае выбирает волю человека, описывая ее как биологические реакции. Таким образом они становятся предсказуемыми, и это действительно так и в христианстве. Именно поэтому христианская аскетика призывает не следовать слепо за чувствами и, например, ждать, пока гнев утихнет прежде, чем сделать что-то, потому что, очевидно, что в таком случае сделаешь глупость. То есть выбор между реакцией мозга и осмысленным поведением существует. Тем более что человек по какой-то странной, не описываемой Сапольски, случайности может думать и поступать в соответствии с тем, во что верит. В отличие от опыта, основанного на знании и чувствовании, данное действие исходит из того, чего нет. Вера нематериальна и зачастую нелогична. Веры нет в мозге, она его никак не меняет. Но она может мотивировать поведение.

Можно пойти дальше в определении свободы воли от Сапольски. Раз свобода воли - это возможность совершения чего-то не обусловленного ничем, то это, как вариант, возможность совершения чуда, если уж идти против всех природных законов. Чудо может совершить Бог, но не может человек без Бога. В православии чудо не нарушает законы природы, но превышает их, таким образом не разрушая реальность. И в любом случае чудо не ограничивается волей человека, но получает иной масштаб совершением его Богом. Автоматически чудо не происходит и взаимосвязано с общением между человеком и Богом. То есть и в данном случае человек должен проявить свою волю, веря в Бога. Детерминизм в православии поэтому считается ересью, потому что Богу нужна не биологическая реакция, а искреннее проявление веры человека.

В связи с этим забавно то, что автор, будучи атеистом, в детстве воспитанным в семье ортодоксальных евреев, демонстрирует в своем изложении протестантский способ мышления. К тому же в протестантизме в отличие от православия существует доктрина предопределения, она же версия детерминизма. Более того, в экспериментах с верующими и неверующими, описанными в книге, первые и вторые были очень походи друг на друга. Не потому ли, что это были протестанты и атеисты, то есть одинаково неверующие (с точки зрения православия). Протестанты в описываемых опытах были склонны к тому, чтобы быть частью группы, атеисты отличались от них тем, что их группа по сути расширялась не только на "христиан", а на все общество. Это коррелирует с тем фактом, что даже для Сапольски ближе левые политические идеи, то есть обращенные на общественные вопросы (и, как видно из логики автора, на элементы социалистических идей). Обе группы ориентировали свое поведение на то, как принято для их группы. Вкупе с детерминизмом, присущим как протестантам, так и атеистам, получаем элемент послушания общей идее (советую тем, кто считает религии инструментом контроля присмотреться именно к тем, которые имеют концепцию предопределения). То есть в рамках протестантизма и атеизма человек не имеет свободы воли, так как выбирает общественно приемлемое поведение, придерживаясь идей детерминизма (а не аскетизма, меняющего личность) - то есть объясняя послушание правилу тем, что оно держится на черепахе, которая стоит на черепахе, которая стоит на черепахе.

"Всё решено" кроме нарочито скандального значения (в хорошем смысле слова – противоречивого и нацеленного на широкую общественную дискуссию) прекрасно показывает, что кабинетные учёные в своей работе оторваны от реальной жизни чуть более чем полностью. А та же самая свобода воли – это не какой-то природный механизм, а чисто умозрительный конструкт, от присутствия которого в голове мы ничего не выиграем (и, что важно, не проиграем).

Но при этом книгу американского нейроэндокринолога сложно назвать неактуальной и несвоевременной. Она отлично написана, чётко ориентирована на свою аудиторию, подводит очень широкую научную базу исследований под тему и в конечном итоге ставит массу вопросов, не требуя скорейшего поиска ответов и в массе утверждений пренебрегая чёткой аргументацией. В том числе интересно наблюдать за историческими параллелями. К примеру, с той же эпилепсией, за которую в Средние века можно было взойти на костёр, а теперь это чисто биология и медицина.

Фактически "Всё решено" – эдакий удачный вброс для обсуждения, ментальная эквилибристика, которая позволяет порассуждать о природе человека каждому из нас, согласиться или опровергнуть тезисы Сапольски. И продолжить жить дальше. Пусть и без свободы воли. Или с ней, чем чёрт не шутит.

Свободен ли я в том, что каждый раз хочу исполнить эту песню?

Или зайдем с другой стороны. Я совершил какой-то поступок. Например, прекрасный: спас ребенка, тонущего в реке. Или, наоборот, ужасный: утопил ребенка. Или обыденный: написал рецензию на книгу Роберта Сапольски «Все решено» про отсутствие свободы воли.

Вывод для всех нас неутешительный: какой бы поступок человек ни совершил, все определяется за секунду, минуту, часы, года до этого поступка. Короче говоря, как формировался наш мозг, что там с гормонами, а как окружение и родители повлияли на нас, не забудем эволюцию (биологическую и культурную, которые на самом деле переплетены неимоверны), а также просто случайности.

И только взяв всех этих «черепах» (выражение из книги), окажется, что места для свободы воли не остается. И как нам с этим жить? Да бог его знает. Как я прочитал в одной рецензии, огромный плюс этой книги в том, что она заставляет относиться к другим с большим сочувствием и пониманием, ведь у каждого был свой непростой жизненный путь, который сформирован тем, что было за секунду, минуту….ну вы поняли.

Это очень эмоциональная книга для автора. На многих страницах Роберт сетует на несправедливость этого мира: огромное неравенство, случайность рождения. Любой из нас мог бы родиться в самой благополучной семье из топов стран с высоким уровнем жизни, а могло все сложиться с точностью до наоборот.