Текст книги "Политогенез. Храм – Πόλις – ГосударЬство – State"
![](/books_files/covers/thumbs_240/politogenez-hram-gosudarstvo-state-183708.jpg)
Автор книги: Роман Ромашов
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
2.5. Будущее как объект научного осмысления на современном этапе политогенеза
Настоящего как статичного (неизменного) во времени показателя (характеристики) состояния общественных отношений в реальной жизни не существует.
Время как система измерения представляет собой систему координат, актуальную и значимую только для того, кто в ней находится. В таком понятии в смысле настоящего следует использовать термин «современное», означающий соучастие субъектов в социальных процессах, протекающих в рамках совместимых для конкретных участников конкретных коммуникаций временных параметров.2828
См.: Ромашов Р. А. Право будущего: традиция или альтернатива // История государства и права. 2019. № 5. С. 28–33.
[Закрыть]
Время делится на объективное – астрономическое (календарное) и субъективное – социально-историческое. Выделение во времени прошлого и будущего актуально только для социально-исторического времени, применительно к которому прошлое можно измерять, описывать, анализировать, оценивать, но нельзя изменять. В свою очередь, будущее можно моделировать с той или иной степенью вероятности и достоверности. Будущее объективно. Оно наступит независимо от субъективного восприятия и отношения к грядущим перспективам. Понимание будущего предполагает две модели исторического развития: репродуцируемой в направлении бесконечности современности и альтернативной современности цикличной истории.
Будущее, возникающее в результате репродукции современности, по сути своей есть неизменное в социально-пространственных координатах и непрерывно прирастающее во временных координатах прошлое, становящееся с течением времени не старше, а наоборот, моложе. Конца социальной истории нет, исторический век рассматривается по аналогии с бесконечностью – историческим постоянством. Для марксизма такое историческое состояние ассоциировалось с переходом к коммунистической общественно-экономической формации, являющейся завершающей для изменяющегося исторического развития вехой начала «бесконечного во времени земного рая»2929
См.: Зибарев М. В. К проблеме периодизации общественно-экономических формаций // В мире научных открытий. 2013. № 11–9 (47). С. 126–131.
[Закрыть]. По мнению Д. Белла – это постиндустриальная эпоха как следствие завершения предшествующей ей эпохи индустриального общества3030
См.: Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. М.: Academia, 2004. 944 с.
[Закрыть]. Для В. Суркова – это вечный путинизм, установление которого связывается с выходом на «постоянные обороты машины долгого государства В. Путина»3131
См.: Сурков В. Долгое государство Путина // Независимая газета. 11.02.2019 / http://www.ng.ru/ideas/2019-02-11/5_7503_surkov.html (дата обращения 21.02.2019).
[Закрыть]. При этом во всех перечисленных моделях есть три последовательно сменяющих друг друга этапа, которые с определенной долей условности могут быть привязаны к временным периодам прошлого – настоящего (современного) – будущего. Для К. Маркса – это архаическая, экономическая, коммунистическая формации; для Д. Белла – доиндустриальный, индустриальный, постиндустриальный мир; для Суркова – русский мир до В. Путина, при В. Путине и в условиях «постПутинского путинизма». При этом в последнем концептуальном формате его автор идет даже дальше апологетов научного коммунизма, оперировавших персоналистскими концепциями марксизма, ленинизма, сталинизма… но все же выделявших в качестве «конца бесконечности» не персоналистскую, а обобщенную модель коммунистического мироустройства для всего земного, а в дальнейшем вселенского, человечества.
Альтернативное будущее представляет собой иной по сравнению с современным путь социального развития, начинающийся с момента «окончания линейной истории», основанной на сохранении и воспроизводстве традиционной взаимосвязи предшествующего и последующего поколений.
Волновая теория Э. Тоффлера, в отличие от перечисленных концепций исторического развития, основывающихся на преемственности и взаимной обусловленности поколения отцов и поколения детей, оперирует качественно иной методологией понимания социальной истории.3232
См.: Тоффлер Э. Третья волна. М.: ООО «Фирма «Издательство АСТ», 2004. 261 с.
[Закрыть]
Волна – следствие столкновения и противоборства двух антагонистических стихий, земной и водной. Жизнь зарождается в воде, однако со временем трансформируется в земное существование, тем самым порождая две формы, водную и земную, сосуществующие в таких же параллельных мирах, как бюрократическое государство и гражданское общество, правоохранительная система и организованная преступность, религия и наука.
Волна – порождение водного мира, средство преобразующего воздействия на земную поверхность. Взаимодействие волны и суши носит приливно-отливный характер. На определенном этапе волна может поглотить сушу, либо, напротив, суша, вытеснив воду, может таким образом уничтожить волну. В любом случае история как некое измеряемое временными параметрами социальное состояние в контексте волновой теории не является линейной, а представляет собой сочетание замкнутых исторических циклов (локальных континуумов), которые, будучи связанными друг с другом, вместе с тем непосредственным образом друг друга не порождают и могут сосуществовать в качестве альтернативных (параллельных) социальных миров.
Подверженность волнообразным изменениям в таком понимании свойственна не столько государственным образованиям, сколько социальным общностям (сословиям, классам, стратам, ситусам (Д. Белл) и т. п.), а также отдельным личностям, которые могут адаптироваться к условиям иных циклов (социальных сред), живущих в своем социально-историческом времени, не совпадающем с другими циклическими системами.
В качестве примеров подобного рода сочетаний можно привести сосуществование в одних и тех же временных координатах рабовладельческих, феодальных и капиталистических отношений в США и Англии в XIX в., социалистических, капиталистических государств и стран третьего мира в XX в. и т. п.
Если взять за основу рассуждений парадигму волнового развития цивилизации, то получается, что представители различных социальных систем, сосуществующих в современности, однако находящихся в дихронных социально-исторических временах, будучи способными к перемещению из одной социальной системы в другую, демонстрируют тем самым свои возможности к путешествиям не только в пространстве, но и в социально-историческом времени, адаптация к которому происходит в относительной независимости от воли государств, а также от национальных традиций.
Глава 3
Возникновение государства
3.1. Социальное регулирование и управление в архаическом (первобытном) обществе
Развитие человечества в рамках первобытного (архаического) общества является наиболее продолжительным по времени периодом человеческой истории. Человек разумный – homo sapiens – появился как минимум 200 тыс. лет назад.3333
Появление homo sapiens неразрывно связано с переходом от стадно-зоологических форм организации к социальным, общинным формам. Вместе с тем справедливо заметил в этой связи Ю. М. Бородай: «Глубочайшая пропасть отделяет самые сложные формы зоологического стада от примитивнейших из всех известных типов архаической общины. Пропасть эта заключается в том непреложном факте, что там, где начинается человеческий род, кончается безраздельное господство так называемых естественных факторов. Любая стадная организация животных легко раскрывается как результат взаимодействия естественно-биологических механизмов, напротив, социальный организм, сколь бы архаичным он ни был, не поддается никакому пониманию с точки зрения естествознания» (см.: Бородай Ю. М. От фантазии к реальности (происхождение нравственности). М., 1995. С. 126).
[Закрыть] Окончание первобытного строя традиционно связывается учеными с возникновением первых государств (протогосударств), которые появились в Азии и Африке около 5 тыс. лет назад.
Информация о социальной структуре и принципах общежития в условиях первобытного общества крайне ограничена. Как правило, выводы делаются либо на основании археологических раскопок, либо по аналогии с социальными группами, вплоть до настоящего времени находящимися на стадии первобытного строя. При этом основная цель изучения особенностей социального регулирования и управления в условиях архаического общества для теоретико-правовой науки – это выявление и анализ исходных, наиболее глубинных мотивов, предопределяющих поведение человека в различных сферах социальной жизни и сыгравших впоследствии роль предпосылок формирования государства и права.
Характеризуя организацию первобытного общества, следует выделять три наиболее значимые для юридической науки социальные сферы: общественного устройства; производства и распределения материальных благ; социальной власти и управления.
С точки зрения общественного устройства первобытное общество характеризуется следующими признаками:
– первобытные общины представляли собой локальные (замкнутые) группы, численность которых, как правило, составляла 30– 50 взрослых особей;
– основным связующим элементом, объединяющим людей, было кровное родство (отсюда и название первобытной организации – родовая община);
– человек в первобытном состоянии не представляет своего существования вне рода, в этот период отсутствует само понимание индивидуальной значимости (ценности) человека как самостоятельного субъекта общественных отношений. Единство человеческой организации в этот период предопределялось одной целью – выживанием в борьбе с природой. Этой глобальной цели были посвящены практически все усилия членов сообщества. Естественно, что в подобной обстановке у людей не могла возникнуть даже мысль об индивидуальном правовом статусе;
– половые отношения носят полигамный (множественный) характер. Родство определяется по материнской линии, отсюда и название строя – матриархат. Семьи в современном понимании в этот период не существует, дети принадлежат всему роду.
С точки зрения производства и распределения материальных благ первобытное общество характеризуется следующими признаками:
– «первобытная экономика» носит присваивающий характер (жизнеобеспечение общества осуществляется за счет собирательства, охоты и рыболовства);
– распределение материальных благ носит уравнительный характер (отсюда и название данного периода – «первобытный коммунизм»);
– частной собственности в современном понимании не существует. Предметы труда, быта, оружие принадлежат общинникам на правах владения и пользования, однако они не могут распоряжаться ими в эгоистических целях. Отношение человека к природе и к продуктам своего труда как к собственным было опосредовано его принадлежностью к какой-либо общине (коллективу).3434
См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 506–507.
[Закрыть] Иными словами, работник являлся собственником только как член общины.
С точки зрения социальной власти и управления первобытное общество характеризуется следующими признаками:
– полнота социальной власти принадлежит обществу в целом. Здесь следует отметить, что власть – это одна из основных функций социальной организации общества, авторитетная сила, обладающая реальной возможностью управлять действиями людей, согласовывая противоречивые индивидуальные или групповые интересы, подчинять их единой воле с помощью убеждения или принуждения.3535
Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. М., 1980. С. 53.
[Закрыть] В первобытном обществе жизненно важные для рода управленческие решения принимаются на общем собрании путем голосования;
– оперативное руководство общественной деятельностью осуществляет выборный глава рода, власть которого опирается исключительно на личный авторитет («лучшего среди равных») и не несет каких-либо привилегий (приоритет на собрании, «лучший кусок» при разделе добычи и т. п.). Следовательно, в первобытном обществе отсутствует «борьба за власть» в современном понимании этого явления;
– социальное управление осуществляется при помощи неписаных правил поведения, передаваемых из поколения в поколение при помощи устных мифов. Основной формой выражения этих правил поведения являются запреты-табу, особенность которых заключается в отсутствии какого бы то ни было логического обоснования («нельзя, потому что нельзя»);
– в основу правил поведения были положены неразличаемые моральные, религиозные, традиционные установки, поэтому в ряде случаев эти правила называются мононормами;
– основным принципом социального регулирования является принцип талиона – «равным за равное (око за око, зуб за зуб)». Но при этом становятся обязательны два безусловных постулата «публичного» характера – два древнейших табу, призванных подавить внутри общины зоологические половые побуждения и агрессивность. Эти два императива гласят: 1) не убивай своих родных; 2) не вступай в половую связь со своей матерью и ее детьми – сестрами;3636
Бородай Ю. М. От фантазии к реальности (происхождение нравственности). С. 128–129.
[Закрыть]
– нарушение табу влекло за собой изгнание виновного из рода (остракизм), что, по сути, означало смертный приговор.
Постепенно человеческая организация усложнялась, что, с одной стороны, предполагало снижение эффективности существовавших механизмов социального регулирования и управления, а с другой стороны, обусловливало возможность формирования качественно новых систем, способных обеспечить сохранение и развитие социума в условиях изменившихся жизненных реалий. Иными словами, в обществе постепенно складываются объективные предпосылки возникновения государства и права.
3.2. Предпосылки происхождения государства
Процесс возникновения государства выражает переход человеческого общества от первобытной стадии (естественного состояния) к цивилизации, т. е. обретение социумом качеств саморегулирующейся системы, развивающейся на своей собственной основе. Для того чтобы государство получило свое практическое воплощение в качестве особой формы социально-политической организации общества, были необходимы определенные условия (предпосылки). К таким предпосылкам относятся: три крупных разделения труда; возникновение института частной собственности; изменение социальной структуры общества; выделение из общества аппарата публичной власти; закрепление сообщества за определенной территорией. Рассмотрим выделенные предпосылки более подробно.
Три крупных разделения труда
Первоначально люди поддерживали свое существование исключительно с помощью примитивных форм обеспечения жизнедеятельности (охоты, рыболовства, собирательства). При этом проблема выживания напрямую связывалась с благоприятными (либо, напротив, неблагоприятными) природными факторами. Естественно, что столь тесная зависимость человека от окружающей среды влияла на процесс становления и развития общества. Поэтому выделение в качестве важнейших форм жизнеобеспечения земледелия и скотоводства имело поистине революционное значение. Приручение и одомашнивание человеком диких животных, а также сознательное выращивание полезных растений означали не только победу человека в борьбе за физиологическое выживание (поскольку разрывалась прямая зависимость человека от природных и климатических условий), но и являлись причиной начавшегося расслоения общества, так как в результате единая социальная организация распадается на несколько относительно самостоятельных подгрупп: земледельцев, скотоводов, охотников и т. д. Процесс труда постепенно усложнялся, требовал больших физических и умственных нагрузок, а это, в свою очередь, вело к ускорению социального развития. Значение данного этапа человеческой эволюции заключается в том, что люди начинают производить общественно-полезного продукта больше, чем нужно непосредственно для поддержания жизнедеятельности. Возникает так называемый избыточный продукт, правом на распоряжение которым обладают его производители. Следовательно, появляются предпосылки для возникновения права собственности, которое понимается как право владеть, пользоваться и распоряжаться определенным имуществом и является одним из важнейших субъективных прав.
Следующим крупным разделением труда принято считать появление ремесел и разделение человеческого общества на тех, кто производит орудия труда, и тех, кто этими орудиями пользуется. Переход от универсальной системы жизнеобеспечения к специализированной интересен прежде всего тем, что люди начинают производить такие вещи, которые непосредственно для самих производителей жизненно важного значения не имеют, а изготавливаются с единственной целью – обменять на другие предметы труда, необходимые в хозяйстве. При этом процесс обмена превращается из эпизодического в систематический. В свою очередь, потребность людей обмениваться продуктами своего труда, с одной стороны, означала необходимость создания оценочного эквивалента, позволяющего осуществлять данную операцию в определенном пропорциональном соотношении, а с другой – привела к выделению из социальной среды особой группы людей, которые своим основным занятием избрали посредническую деятельность между производителями орудий труда и их пользователями. Процесс товарного обмена представлял целую отрасль общественно-полезной деятельности, это было третье крупное разделение труда.
Возникновение частной собственности
Постепенно на смену социальным отношениям, обусловленным кровным родством, приходят договорные отношения, характеризующиеся принятием участвующими в этих отношениях лицами определенных взаимных обязательств друг перед другом (прежде всего в сфере производства и распределения материальных благ). Основным предметом таких отношений являлась собственность, возникающая как результат человеческого труда по преобразованию природы.
Именно приложение труда к тем или иным предметам природы (земле с ее недрами, предметам животного и растительного мира и т. п.) создает разницу между общим и частным. Труд видоизменяет предметы природы, придает им качественно новые свойства. Но поскольку труд является несомненной собственностью трудящегося, то и сами видоизмененные предметы становятся частной собственностью того, кто затратил труд. Специализация общественно-полезного труда обусловливает усиление его эффективности и, как следствие, приводит к получению избыточного продукта, который можно накапливать и которым можно распоряжаться в соответствии с личными (корпоративными) интересами. Возникает и постепенно усиливается имущественное неравенство, а следовательно, и необходимость в специальных средствах принуждения. В этой связи следует признать в достаточной степени точным замечание Е. А. Суханова, согласно которому «право (и государство как особый аппарат принуждения к его соблюдению) возникает именно в связи с необходимостью охраны отношений собственности. Такая охрана, в сущности, составляет основное содержание правового регулирования экономических отношений, а право собственности, с данной точки зрения, становится ядром, центром всей правовой системы».3737
Суханов Е. А. Лекции о праве собственности. М., 1991. С. 13.
[Закрыть]
Изменение социальной структуры общества
Наиболее яркое выражение процесс дифференциации общественных отношений получил в ходе замены полигамных отношений моногамными; по сути, это означало возникновение супружеских связей (в их современном понимании). Запрет на кровосмешение близких сородичей (табу на инцест) имел двоякое значение. С одной стороны, род утрачивал свое значение в качестве замкнутой самодостаточной социальной структуры, а с другой – появлялась возможность установления новых общественных связей, формирования на их основе качественно отличных от существовавших ранее социальных форм: племен, союзов племен и т. д.3838
См.: Оль П. А., Ромашов Р. А., Тищенко А. Г., Шукшина Е. Г. Государство, общество, личность: проблемы совместимости / Под общ. ред. Р. А. Ромашова и Н. С. Нижник. М.: Юристъ, 2005. С. 43.
[Закрыть]
Выделение из общества аппарата публичной власти
Социальное расслоение означало усиление социального неравенства. В первую очередь это проявилось в порядке формирования управленческих структур и осуществления последними властных полномочий. Если в начальный период развития власть в равном соотношении принадлежала всем трудоспособным членам общины, а вождь осуществлял функции, связанные с оперативным руководством, не претендуя на какие-либо льготы, то впоследствии верховная власть утрачивает непосредственный характер и практически полностью переходит к представителям властных структур (вождям, старейшинам, шаманам и т. д.), которые перестают заниматься не связанным с управленческими функциями общественно-полезным трудом.
Именно на этом историческом этапе формируется институт вождества, т. е. «социальный организм, состоящий из группы общинных поселений, иерархически подчиненных центральному, наиболее крупному из них, в котором проживает правитель (вождь). Последний, опираясь на зачаточные органы власти, организует экономическую, ре-дистрибутивную, судебно-медиативную и религиозно-культовую деятельность общества».3939
Крадин Н. Н. Вождество: современное состояние и проблемы изучения // Ранние формы политической организации: от первобытности к государственности. М., 1995. С. 11.
[Закрыть] Таким образом, вождество предполагает переход к профессиональным формам реализации социальной власти, при этом сама власть приобретает характер профессионального делегированного полномочия.4040
Как отмечал в этой связи известный французский этнолог и социолог К. Леви-Стросс, власть вождя базируется на специфической процедуре делегирования доверия. При выполнении своих многочисленных задач вождь опирается прежде всего на согласие, которое является источником власти и закрепляет его правомочность. Эта властная правомочность должна подтверждаться инициативностью, щедростью, сообразительностью субъекта и ограничивается в повседневной жизни посредством взаимных обязательств вождя и его соплеменников. Вторым важнейшим атрибутом власти является взаимность, определяемая тем, что между ее обладателем и соответствующей социальной общностью возникает постоянно поддерживаемое равновесие обязательств и привилегий, услуг и обязанностей. В этой связи исследователь приводит пример одного из изучаемых им индейских племен, где существует «право» полигамии вождя в условиях общепринятой моногамии; социальная группа, таким образом, обменивает индивидуальную «безопасность» моногамного существования каждого из ее членов на коллективную безопасность, обеспечения которой она ожидает от вождя. (Подробно см.: Леви-Стросс К. Печальные тропики. Львов, 1999. С. 401–409.)
[Закрыть]
Для того чтобы поддержать свою жизнедеятельность, властители начинают изымать (экспроприировать) в виде налогов часть общественного продукта, полученного рядовыми членами сообщества. В целях подавления возможного сопротивления создается специальный механизм принуждения, который, с одной стороны, необходим для обеспечения установленного порядка сбора налогов, а с другой – для защиты власти от недовольных ее решений. Властные полномочия уже не делегируются членами общества «лучшему из равных», а передаются по наследству. Публичная власть все больше отделяется от общества. Принятие управленческих решений перестает быть полномочием каждого члена общества и становится функцией специального аппарата власти.4141
На наш взгляд, с некоторыми оговорками уместно признать весьма удачным описание генезиса публичной политической власти, данное В. И. Лениным: «В первобытном обществе, когда люди жили небольшими родами, еще находясь на самых низших ступенях развития, в состоянии, близком к дикости; в эпоху, от которой современное цивилизованное человечество отделяют несколько тысячелетий, – в то время не видно еще признаков существования государства. Мы видим господство обычаев, авторитет, уважение, власть, которой пользовались старейшины рода, видим, что эта власть признавалась иногда за женщинами… но нигде не видим особого разряда людей, которые выделяются, чтобы управлять другими и чтобы в интересах, в целях управления систематически, постоянно владеть известным аппаратом принуждения, аппаратом насилия, каковым являются в настоящее время <…> вооруженные отряды войск, тюрьмы и прочие средства подчинения чужой воли насилию, – то, что составляет сущность государства». (См.: Ленин В. И. О государстве // Полн. собр. соч. Т. 29. С. 437.)
[Закрыть]
Объединение членов общества по территориальному принципу. Появление городов
Рассматривая характер связей, соединявших членов первобытного сообщества, мы отмечали, что первоначально это были кровнородственные, а впоследствии семейные и производственные отношения. Однако возникновение товарообмена обусловило возникновение общих интересов между людьми, которые не были связаны ни родственными, ни семейными, ни производственными контактами. Для того чтобы осуществлять эффективное регулирование социальных процессов на данной стадии человеческого развития, необходимо было сформировать принципиально новые отношения. Такими отношениями стали отношения, возникающие между людьми, проживающими в городском поселении. Город – это не просто поселение, отгороженное стеной от внешнего мира, это иная культура, качественным образом отличающаяся от культуры «негорода».
Возникновение городов обусловило несколько революционных изменений в порядке организации общественной жизнедеятельности:
– город – это прежде всего сообщество горожан. В этом сообществе отсутствует специфическое для сельского общества личное знакомство и различная степень родства соседей друг с другом. Вместе с тем сам факт принадлежности к ГОРОДУ автоматически приводил к возникновению у человека некоторых «прав» и обязанностей, определяющих степень возможного и должного поведения по отношению как к другим членам сообщества, так и к городу в целом;
– с экономической точки зрения город может быть определен как поселение, жители которого занимаются в основном не сельским хозяйством, а ремеслом и торговлей. Таким образом, для города изначально характерны специфические (отличные от сельскохозяйственного труда) формы трудовой занятости населения. При этом сам город непосредственным образом связан с рынком. Каждый город есть «рыночное поселение», т. е. социально-территориальное образование, имеющее в качестве экономического центра поселения местный рынок, на котором вследствие существующей трудовой специализации свои потребности в различных предметах торговли удовлетворяет как собственно городское, так и окрестное негородское население;
– в культурном контексте город становится центром сосредоточения культуры в различных ее проявлениях. Храмы, театры, библиотеки, больницы, университеты возникают в городах и немыслимы вне городской среды. Именно появление городов приводит к разделению культуры (города) и бескультурия (в качестве бескультурных в одинаковой степени выступают деревенские (окрестные) жители и чужеземцы (варвары), подводит основу для иной, нежели в первобытном обществе, системы самоидентификации);
– в политико-административном смысле город выступает как обособленная организация публичной (городской) власти, обладающая легальным правом самостоятельного локального управления. При этом в зависимости от того, какой тип властеотношений рассматривается в качестве объекта анализа, можно говорить о городах-патримониях, в которых управление носит централизованный характер и замыкается на фигуру правителя (государя), а также о «вольных» городах – демократиях, в основу организации и функционирования которых положен принцип самоуправления городской общины.
Именно появление городов и городской культуры следует рассматривать в качестве «точки отсчета» государственной истории человечества.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?