Текст книги "Палитра современной литературы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/palitra-sovremennoy-literatury-272404.jpg)
Автор книги: Сборник
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Лейте! Лейте… в душу мне
Нет… не хищный аллигатор,
а подлец и провокатор
агитирует людей,
саботаж чинит, злодей…
Дисциплину подрывает,
смуту сеет, срок срывает,
пользе дела, ух, вредит,
молвит складно, но хитрит…
Через уши лезет в души,
дабы Мани и Ванюши,
кучно сбившись, как стена,
отказались от ума…
Объявили забастовку,
а быть может, голодовку,
бойкотировали труд,
взявши в руки стальной прут…
Нет… не хищный аллигатор,
а подлец и провокатор
агитирует людей,
саботаж чинит, злодей…
6 декабря 2022 года
Словно рыбы мы молчим
Лейте…! Лейте… в душу мне
вашу лирику вдвойне;
та, что краше в тишине
и всегда в большой цене…
Жгите…! Жгите… сердце мне
наяву, да и во сне,
пусть горит, что свет в окне,
жарком пламенном огне…
Бейте…! Бейте… боль во мне,
что, подобно той змее,
жалит злобно и грызёт,
дух терзает и гнетёт…
Лейте…! Лейте… в душу мне
вашу лирику вдвойне;
та, что краше в тишине
и всегда в большой цене…
7 декабря 2022 года
Эх, вновь собака-забияка
Словно рыбы мы молчим,
коль грустим али едим…
рот один, а уха – два,
видимо, совсем не зря…
Рот один, а уха – два
мать-природа нам дала…
кто-то молвит, мол, скупа
или вовсе что глупа…
Кто-то молвит, мол, скупа,
но ему в ответ, друзья,
скажу честно, без вранья,
взгляд не пряча и в глаза…
Скажу честно, без вранья,
и, конечно, не жуя:
прежде чем свой рот открыть,
соизвольте слух включить…
Словно рыбы мы молчим,
коль грустим али едим…
рот один, а уха – два,
видимо, совсем не зря…
8 декабря 2022 года
Порой докучливы друзья
Эх, вновь собака-забияка
открыла пасть, пустилась в лай,
то ль с голодухи, то ль со страха,
во весь окрест подняла хай.
Рычит клыкастое отродье
и не желает уходить,
щетинится и рвётся в драку,
всё жаждет цапнуть, укусить.
Но что ж ты, Моська, во спасенье
себя совсем не бережёшь,
сбавь обороты, пыл и рвенье,
глядишь, подольше проживёшь.
Эх, вновь собака-забияка
открыла пасть, пустилась в лай,
то ль с голодухи, то ль со страха,
во весь окрест подняла хай.
9 декабря 2022 года
Лишь тень
Порой докучливы друзья,
работа, дом, ещё родня,
что хоть беги как от огня
по свету голову сломя…
Что хоть беги, плыви, лети
быстрее пули без вести,
немедля прочь, скорей-скорей,
туда, где мир и нет сетей…
Немедля прочь, но без вреда,
не навсегда, а дня на два,
чтоб вновь вернуться в колею,
в свою привычную среду…
Порой докучливы друзья,
работа, дом, ещё родня,
что хоть беги как от огня
по свету голову сломя…
13 декабря 2022 года
Души моей извечный врач
Лишь тень осталась предо мной
давно минувших дней
в сей час, такой же молодой,
не потеряв корней…
Такой же, как была тогда,
когда цвели сады,
здоровье было хоть куда,
а жизнь – без чехарды…
Без седины и без морщин
неброский полутон,
опрятный, чёткий силуэт —
достойнейший фасон…
Лишь тень осталась предо мной
давно минувших дней
в сей час, такой же молодой,
не потеряв корней…
14 декабря 2022 года
Что сердце бережно хранит
Души моей извечный врач —
один на свете ты, скрипач…
играй, целитель; скрипка, плачь,
врачуй от бед и неудач…
Тревоги прочь мои гони,
чтоб не жили они в груди,
дари мне музыку, дари,
на сердце льды, прошу, топи…
Смычком по стрункам не жалей,
смелей играй, смелей, смелей,
ах, виртуоз… ах, чародей,
прошу, играй и не робей…
Души моей извечный врач —
один на свете ты, скрипач…
играй, целитель; скрипка, плачь,
врачуй от бед и неудач…
15 декабря 2022 года
Себя любимого жалеть
Что сердце бережно хранит,
о чём сказать не смеет,
о чём упорно так молчит
и от чего черствеет…
Кто тот тиран, что его рвёт
с рассвета до заката,
все нервы, что верёвки, вьёт
с усердием пирата…
Какой же камень тяготит
и отравляет душу,
ведь чист уж шкаф – скелет сокрыт,
давно покинул сушу…
Что сердце бережно хранит,
о чём сказать не смеет,
о чём упорно так молчит
и от чего черствеет…
17 декабря 2022 года
Очень сложная наука
Себя любимого жалеть
Нарциссу разве что дано,
пред отражением робеть,
забывши женщин и вино.
Забывши дружбу, да и труд…
на мир взирая свысока,
упорно ждущего салют
во славу самого себя.
Во славу, потому что есть
один на свете он такой,
а мы должны, забывши честь,
ему потворствовать с тобой.
Себя любимого жалеть
Нарциссу разве что дано,
пред отражением робеть,
забывши женщин и вино.
19 декабря 2022 года
Кто из нас не ошибался
Очень сложная наука —
одиночество, разлука;
жалит сердце, что гадюка —
ядовитая змеюка…
Жалит сердце, что гадюка,
в душу лезет эта злюка,
в жизнь врывается без стука,
яд её – тоска и мука…
В жизнь врывается без стука
и отвешивает хука
очень сложная наука
без эффекта кинотрюка.
Очень сложная наука —
одиночество, разлука,
жалит сердце, что гадюка —
ядовитая змеюка…
20 декабря 2022 года
С юных лет
Кто из нас не ошибался
или жил, как тот святой,
на Земле мне не встречался,
не тревожил мой покой.
Не знаком с такими, люди,
хоть объехал целый свет,
не был разве в Голливуде,
но их там в помине нет.
В целом мире, в белом свете
не было таких и нет,
даже в сказочном сюжете
не найдёте вы их след.
Кто из нас не ошибался
или жил, как тот святой,
на Земле мне не встречался,
не тревожил мой покой.
22 декабря 2022 года
Ах, многоликий лицедей
С юных лет живём со сказкой —
сей чуть видимой повязкой,
что в ушах и на глазах
даже в самых мелочах.
Что слагается веками,
где делами, где – словами,
и молвой летит меж нами
под родными небесами.
Под сурдинку и под водку,
под утрату и находку,
где-то в шутку, где – всерьёз,
несмотря на море слёз.
С юных лет живём со сказкой —
сей чуть видимой повязкой,
что в ушах и на глазах
даже в самых мелочах.
24 декабря 2022 года
Эх, хладный и практичный ум
Ах, многоликий лицедей,
ты есть во всяком из людей,
но я прошу, всё ж будь скромней,
умерь свой пыл среди ролей.
Скромнее и честнее будь,
не заиграйся, чтобы суть
совсем в игре не потерять
и жизнь свою не проморгать.
В лучах купайся и гори,
но грим, прошу тебя, сотри,
побудь хоть краткий миг со мной
воочию самим собой.
Ах, многоликий лицедей,
ты есть во всяком из людей,
но я прошу, всё ж будь скромней,
умерь свой пыл среди ролей.
25 декабря 2022 года
Нарочитая небрежность
Эх, хладный и практичный ум,
не слышишь ты велений сердца,
совсем забыл, как наобум
тобой была открыта дверца.
Совсем забыл о доброте,
о милосердии, о братстве,
о чести, совести, мечте
в очаровательном убранстве.
О чести, совести, свободе —
той, что душе была дана
Творцом светлейшим в небосводе
без мзды, с любовью и сполна.
Эх, хладный и практичный ум,
не слышишь ты велений сердца,
совсем забыл, как наобум
тобой была открыта дверца.
29 декабря 2022 года
Коли дух осиротеет
Нарочитая небрежность
иногда весьма нужна,
только чтоб без чада в жизни
и повадок порося.
Только если для урока
пыль пустить другим в глаза,
без подвоха и заскока
и, конечно же, без зла.
Для добра, для пользы дела…
аморально? Может быть…
Но лишь чтобы не хотела
постоянно с вами жить…
Нарочитая небрежность
иногда весьма нужна,
только чтоб без чада в жизни,
и повадок порося.
31 декабря 2022 года
Готовьте саночки всё ж летом
Коли дух осиротеет,
вряд ли солнце уж согреет
и вернёт былой покой,
силу воли и настрой…
Вряд ли воротит и краски,
веру в сказки без опаски,
в силу света и добра
без коварства серебра…
Безо лжи и подхалимства,
да и прочего ехидства;
те, что злобу затая,
лебезят, в глаза глядя…
Коли дух осиротеет,
вряд ли солнце уж согреет
и вернёт былой покой,
силу воли и настрой…
1 января 2023 года
Готовьте саночки всё ж летом,
чтоб в всеоружии встречать
прелестницу с морозным сердцем,
что будет, вьюжа, вас трепать.
К чему откладывать на после,
безделью с ленью потакать,
надеяться, что будет возле
и не возникнет проблем взять.
Да, кстати, уповать на чудо
в вопросе данном так смешно,
ведь там, где тонко али худо,
быстрее рвётся и легко.
Готовьте саночки всё ж летом,
чтоб в всеоружии встречать
прелестницу с морозным сердцем,
что будет, вьюжа, вас трепать.
Самсон Гелхвидзе
![](i_005.jpg)
Родился 26 марта 1958 года в Тбилиси в семье служащих. В 1975 году с отличием окончил русскую девятилетнюю среднюю школу города Тбилиси и в том же году поступил в Грузинский политехнический институт (ГПИ) им. В. И. Ленина на строительный факультет (русский сектор), который с отличием окончил в 1980 году по специальности «Промышленное и гражданское строительство».
В 1989 году защитил кандидатскую диссертацию (по теме «Сейсмостойкость каркасных зданий и сооружений»), утверждённую в ВАК СССР (Москва, 1990), а в 2006 году ему присвоена учёная степень доктора технических наук.
С 1980 года по сегодняшний день работает в разных учебных заведениях и научно-исследовательских институтах АН Грузии.
Является автором многих опубликованных литературных и научных трудов, а также изобретений.
Член Пушкинского литературного общества русскоязычных авторов «Арион» (Тбилиси), член Союза писателей Северной Америки (СПСА).
Кандидат в члены Интернационального Союза писателей (ИСП).
Поэт, прозаик, многократный номинант литературных премий.
Ветер переменСлабый теплый южный ветер гнал легкую череду сероватых мелких туч над городом.
По улицам летали брошенные одноразовые разноцветные целлофановые кульки.
Уже больше суток погода капризничала, начинал, но вскоре переставал накрапывать дождик.
Погода, казалось, давно и тщетно пыталась полностью выплакаться, но некие тайные силы природы словно мешали ей в этом.
Редкие стрижи отваживались взлететь в волнуемое ветром небо, но носились с визгом на привычной бешеной скорости. Как разведчики небесного пространства, они словно прогнозировали погоду и на своем языке передавали метеосводку на землю.
«Как немного, в общем-то, надо, чтоб так стремительно носиться по небу, – всмотрелся в стрижа-смельчака вышедший из наземной станции недавний пассажир метро. – Всего лишь избавиться от лишнего веса… Сколько успели понастроить! Толком и не разберешься, в какую сторону идти», – растерялся он, переведя взгляд с неба на землю.
Прибывших на метро встречала уйма ларьков, киосков, навесов, ряды продавцов с рук, предлагающих разнообразные товары и как бы говорящих: купите хоть что-нибудь, если хотите пройти сквозь наш кордон.
Если усилием воли и удалось удержаться от соблазна купить что-либо, шалуны-глаза все равно разбегались и притягивали то к одному, то к другому ларьку или киоску. И, так или иначе, взор окидывал почти весь спектр предлагаемого и продаваемого.
– Сандро, привет, – послышался в движущейся толпе веселый женский голос.
– О, Нино, привет, – с не меньшей радостью отозвался Сандро. – Что ты тут делаешь?
– То же, что и ты, – любопытствую, рассматриваю.
– Ай, ай, ай! Какой это грех! – подметил Сандро поучительным тоном.
– Ты это о себе? – смеясь, парировала Нино.
– Отчасти, – согласился Сандро.
«И Александр, увидев столь большие завоевания и наплыв всевозможных товаров, заплакал, ибо больше нечего было выставлять на продажу продавцам», – перефразировал он известные слова деятеля исторического прошлого.
– Ну, раз так, то пошли отсюда, – предложила Нино, сохраняя веселость и посмеиваясь.
– А тебе в какую сторону? – осведомился Сандро. – Здесь, у выхода из наземной станции, перед бетонными ступенями вверх чувствуешь себя, как Илья Муромец на распутье.
– Налево пойдешь – коня потеряешь, – подхватила Нино. – Прямо пойдешь – одежду и деньги, а направо – голову и жизнь! Так что выбирать тебе, – предложила она.
– А тебе куда? – повторил свой вопрос Александр.
– Мне направо, – указала Нино в свою сторону.
– И мне туда. Какое совпадение! – обрадовался Сандро.
– Не боишься потерять голову?
– С тобой рядом – нет, – с уверенностью произнес Александр.
– Тогда пошли, – повлекла она его за собой. – И куда же ты и к кому собрался, если ни секрет? – полюбопытствовала Нино.
– Для тебя не секрет, к своей возлюбленной, – не растерялся Сандро.
– Ой, как хорошо! В таком случае знай, что у меня счастливая нога.
– Посмотрим, – бросил он на ходу, едва поспевая за ней.
– Не отставай, не то потеряешь меня, – предостерегла его Нино, заметив в нем некоторую растерянность и озадаченность. – Что с тобой? Ты, кажется, хочешь увидеть или встретить здесь еще кого-то?
– Нет, – объяснил Сандро. – Просто я подумал… нехорошо, наверное, идти к ней с пустыми руками. Как ты думаешь?
– Ну да, конечно же, – словно опомнилась Нино, замедлив шаг. – И что же ты думаешь ей преподнести?
– То, что обычно преподносят девушке на день рождения.
– Так у нее день рождения?
– Да. То есть нет. То есть и да, и нет, – помялся Сандро.
– А она очень избирательна, капризна?
– Пожалуй, – почесал затылок Сандро.
– Понятно, в таком случае в подарок нужно попасть, не разочаровать ее!
– А ты бы, например, что с удовольствием приняла в подарок от своего возлюбленного? – поинтересовался Сандро.
– Я? Ну, не знаю, право, – смутилась Нино. – Я не капризная и обрадовалась бы любой вещичке. Главное для меня не столько подарок, сколько то, кто мне его дарит.
– Вот молодец, понимаю! – похвалил Сандро.
– Она отвечает тебе взаимностью или ломается? – уточнила Нино.
– Ломается, кривляется, отнекивается, – состроил гримасу Сандро.
– Тогда понятно, – решила Нино. – Цветы, конечно же, цветы! Дюжина роз каждый вечер в течение нескольких лет способна растопить сердце любой девушки.
– Ты думаешь?
– Уверена!
– Если бы так! Хотя на столько времени я все равно экономически не потяну, – с грустью заметил Сандро.
– А ты начни, там видно будет, – предложила Нино.
Вскоре Нино выбрала у цветочника розы для возлюбленной своего друга.
– Выбирай как для себя! – попросил ее Сандро.
Вскоре Нино выбрала букет шикарнейших темно-красных, переходящих в черный цвет роз с длиннющими толстыми стеблями.
– Ого, какая прелесть, – любовалась она дарами природы, наслаждаясь их ароматом и грациозностью. – За такой букет я бы сама вышла за любого, кто бы мне преподнес его, – произнесла она с уверенностью, вливая такую же уверенность в идущего рядом друга. – Так что будь сам уверен, Сандро, в том, что она перед такой прелестью не устоит и согласится стать твоей.
– Обещаешь?
– Обещаю! Вот увидишь.
– Дай Бог, – пожелал ей Сандро.
– Если хочешь, я пойду к ней с тобой. Ненадолго. И немножко порекламирую тебя, расскажу, какой ты хороший парень, и даже скажу, что за такого я и сама бы пошла, не раздумывая, с закрытыми глазами.
– Ты это серьезно? – приостановился Сандро.
– Ну, конечно, – подтвердила Нино, тоже остановившись и аргументируя и развивая свою позицию. – Где сейчас девушка найдет такого парня, как ты? Будто мы совсем уж не знаем, какие нынче пошли парни! Не разберешь, что и кто за ним кроется, и кто чем занимается. Как подумаешь, так страшно становится даже знакомиться.
– Да уж… и в самом деле, сложно очень не согласиться с Бернардом Шоу, утверждавшим, что мир настолько сгнил, что даже влюбиться в кого-то – это самый большой риск, который мы можем себе позволить, – припомнил Сандро.
– А ведь когда это было еще сказано, а в наше время-то и тем паче, – согласилась с ним Нино.
– Ты знаешь, твои поддержка и участие в этом деле мне вот как позарез нужны, – провел Сандро рукой по горлу.
– Считай, что они у тебя уже есть! – решительно подтвердила свое согласие Нино.
– Точно?
– Точно!
– Поклянись…
– Клянусь! – воздела вертикально ладонь Нино, весело вдруг рассмеялась. – Вспомнила, как Штирлиц каялся в баре математичке, что он выйдет к ней после того, как она выведет несколько формул в его машине.
– Чтоб я сдох! – подхватил с радостью Сандро.
– Да, – рассмеялась Нино.
– Ну вот, незаметно мы и подошли к моему дому, – объявила Нино у одного из подъездов современного блочного жилого здания.
– Как? Так быстро? – изумился Сандро.
– Да, представь себе. Мне сюда, на девятый этаж. А тебе?
– Мне? – помялся Сандро, вопросительно озираясь по сторонам.
– А мне вон туда, – указал он взглядом на дом рядом.
– Ну, так как решил? Мне пойти с тобой или не надо?
– Нет, не стоит, не буду тебя беспокоить, – заплелся у Сандро язык.
– Как знаешь! Тогда на вот, бери свой букет, – протянула она его Сандро. – Иди ее завоевывать. И ни пуха тебе, ни пера.
– К черту! – чуть слышно пробубнил Сандро и неохотно протянул руку за букетом.
– Что случилось? – поинтересовалась Нино, заметив в нем некое замешательство.
– Нет, прости меня, Нино, мне, право, так неловко, но… – Сандро указал на часы. – Дело в том, что я к ней попадаю рановато, она наверняка еще не вернулась домой с работы, а проводить это время с ее родителями как-то неохота.
– О… Понятно, конечно, – помялась теперь уже Нино и ненадолго задумалась. – Нет проблем, – решилась под конец, – мы можем подняться ко мне, я приглашаю тебя к себе на чашку кофе. Отсидишь у меня, сколько надо, а потом можешь идти к своей радости.
– Ты серьезно?
– Да, конечно, нет проблем, – повертела Нино головой по сторонам. – Пошли!
– Спасибо тебе, – обрадовался Сандро. – Только, может быть, я чего-нибудь еще прихвачу с собой из магазина?..
– Пошли, пошли, ничего не надо, у меня все есть, – увлекала Нино за собой смутившегося Александра.
– Сандро, можно тебе задать один нескромный вопрос? – поинтересовалась Нино, сидя за небольшим сладким столиком у себя в лоджии.
– Пожалуйста, – с готовностью отозвался Сандро.
– Зачем тебе столько изобретений? Ведь ты их поднабрал у нас, в нашем ведомстве, чуть ли не три десятка за последние несколько лет.
– О-о-о! – удивился Сандро. – Признаюсь, удивлен твоим вопросом. Словно ты и не рада этому, хотя должно быть, на самом деле, по-иному, ведь ваше ведомство и вы зарабатываете на нас, изобретателях! Именно от тебя не ожидал, поверь…
– Вопрос не иждивенческий, с профессиональной стороны, а чисто и сугубо человеческий, – призналась Нино.
– А-а-а, – протянул Сандро. – Ну, если чисто человеческий, тогда понятно. А вы, патентоведы, что, не человеки? Изверги?
– В некотором роде да, наверное! – рассмеялась Нино. – Если судить о нас по тайным помыслам изобретателей.
– Вы проникаете не только в суть изобретений, но и в глубинные тайны душ и мысли ваших изобретателей?
– Нет, гораздо проще, – утешила Нино впадающего в уныние Сандро. – Просто иногда до нас доходят слухи о мнении и суждениях о нас отдельных изобретателей.
– От кого же?
– От самих же изобретателей!
– Они, что же, исповедуются перед вами?
– Нет, одни говорят о других, другие – о третьих, и так далее. Все, как обычно бывает в мире, нераздельной частью которого являемся и мы.
– И все же некорректно как-то с нашей стороны, – признался Сандро. – Я-то думал, что мы, изобретатели, должны поддерживать с вами сугубо прагматические отношения.
– Ну почему же? Мы ведь тоже люди, – запальчиво возразила Нино. – По той же причине, по какой ты сегодня у меня гость?
– Нет, пожалуй, – признался Сандро, – причина этому абсолютная случайность.
– Ты веришь в случайности?
– Ну… да. В некотором роде, – протянул Александр. – Которыми мы, люди, по желанию, имеем возможность воспользоваться или нет.
– И ты воспользовался?!
– Твоей любопытностью и гостеприимством, – подтвердил Сандро.
– Не думаю, чтобы это слово подходило к нашей сегодняшней встрече и беседе, – призналась Нино.
– Нет, конечно же, – согласился с ней Александр.
– Или ты таким путем думаешь вытащить у меня свои зарезанные мной изобретения, о которых я сразу после предварительной экспертизы высказалась отрицательно? – полюбопытствовала Нино.
– Нет, конечно же, – возразил ей Александр. – У меня и без них набирается добрых три десятка, как ты уже успела подметить. Хотя, признаться, некоторых отвергнутых, как мне кажется, не совсем справедливо, моих заявок на изобретения тоже жаль.
– Надеюсь, мы не будем их обсуждать сегодня и здесь?
– Нет, конечно! Для этого существует ваше учреждение и ваша работа.
– Спасибо, – искренне поблагодарила Нино.
– Вина моя вся в том, что я с самого начала уклонился от твоего вопроса, – признался Сандро. – Изобретения я считаю, по сути, своими детищами, которых я сотворил, а для человека, не имеющего семьи, сама понимаешь, это очень актуально.
– Понятно. По-твоему, лучше делать изобретения, чем детей? – надкусила Нино пирожное.
– О, это неплохая мысль, – ухватился за ее слова Сандро, отпивая из чашки ароматный цейлонский чай. – Не лишенная пользы. Дети неизвестно, если даже все-таки пригодятся, когда их вырастишь. Ну а изобретения, если даже и не пригодятся, то, во всяком случае, и не подведут, не испортят жизнь.
– Аналогичная позиция в прошлом сделала меня главным патентоведом отдела, – рассмеялась Нино. – Уж не метишь ли и ты к нам на работу?
– К вам? О нет, Боже упаси, только не это, – признался Сандро. – Когда я вижу и вспоминаю, со сколькими и какими разными людьми вам в отделе приходится иметь дело, мне аж дурно становится.
– Ну, это не так опасно! Смотря как к этому относиться. На все вещи и явления можно смотреть по-разному, – напомнила Нино.
– Здесь, как и с какой стороны ни смотри, для меня одно и то же. Одно только то чего стоит, что всем вам в отделе приходится спорить с изобретателями даже из-за одного, порой пустякового слова, – вспомнил Сандро.
– А какой ответ нам надлежит держать за каждое неверное, лишнее слово в свой самый страшный, свой судный день перед Творцом! Представляешь, если мы, патентоведы, да и не только мы, а люди вообще так придираются друг к другу? – задумалась Нино.
– Ну а я о чем? – поддержал ее Сандро. – У вас это происходит еще более или менее культурно. А в других местах, а на улице? Порой ведь пререкания доходят и до летальных исходов.
– Да и мы порой совместно с изобретателями доводим друг друга до такого состояния, что можем нарваться на нервные и психические расстройства со всеми вытекающими из них последствиями, – призналась Нино.
– А вам, случайно, на работе молоко не выдают за вредность? – пошутил Сандро.
– Нет пока, – усмехнулась Нино. – Зарплата слишком средняя для этого на фоне сегодняшней тотальной безработицы и безденежья.
– И все же я не думаю, что именно это толкнуло тебя на твою работу.
– Нет, конечно же! – отозвалась Нино, угадавшая по глазам Александра его следующий вопрос. – Тяга к художественной литературе, – указала она взглядом на выстроенные стопки томов, аккуратно уложенных на длинных и широких полках вдоль всей стены.
– Разрешишь? – попросил Александр и, не дожидаясь согласия Нино, получив его уже на ходу, привстал с места и направился к книгам, вычитывая на их корешках названия книг и их авторов.
– Здесь столько всего, – подтвердил он увиденное, медленно продвигаясь вдоль книжных полок.
– Все, что удалось накопить за всю жизнь!
– Когда же ты их намереваешься прочесть? – удивился Сандро.
– Многие уже прочитаны, а остальные – за всю оставшуюся жизнь, – сообщила она, тоже приподнимаясь и направляясь в его сторону.
– Зачем тебе столько? Ведь существуют библиотеки, – изумился Сандро. – Для однокомнатной квартиры не многовато ли? Обычно стараются роскошно украсить серванты. А ты?
– Они мне такие же дети, как тебе твои изобретения, – пояснила Нино. – Для незамужней женщины книги – одно из немногих утешений, поверь мне. Их авторы и герои подсказывают, поучают, поддерживают в самых критических ситуациях. В нужное время из нужной книги ко мне выходят нужные мне герои и общаются со мной, доставляя мне большую радость, поддержку и утешение.
– Извини, Нин, но почему ты не выходишь замуж? – смущаясь, спросил Сандро. – У такой девушки, как ты, проблем с этим быть не должно…
– Ну, наверное, по той же причине, по которой не женишься ты, – полушутливо, но и с пробившимся оттенком серьезности ответила ему Нино.
– Как все в жизни сложно, тривиально и даже банально, порой одновременно, не правда ли? – ласково коснулся Сандро руки Нино.
– Если бы все зависело от нас… – задумчиво проронила Нино, не отстраняясь.
– В чьих же руках счастье человека?
– Во всяком случае, не в воле случая, – все же отпрянула и отвернулась, пряча взгляд.
– А в чьих же? – осторожно обнял ее за плечо Сандро.
– Не надо, – вежливо уклонилась она. – Это все равно не поможет твоим отклоненным изобретениям.
– Если их судьбу решаем мы, то кто же решает судьбу нашу? – настаивал на ответе Сандро.
– От того, кто и как отвечает на этот вопрос, зависит и его последующая судьба, и жизнь вообще, – не вполне конкретно высказалась Нино.
– Я хотел бы услышать ответ на этот вопрос от тебя, – стоял на своем Сандро.
– Чтобы сопоставить его со своим? – выдержала Нино паузу.
Она неторопливо перебирала книги на полках и, найдя нужную, достала и протянула ее Сандро.
– Что это?! – воскликнул Сандро, прежде чем прочел название. – А-а-а… «Как добиться успеха»? Да, но в чем? – запнулся он, не найдя в названии опорной идеи.
– Во всем! Там ответы на все жизненно важные вопросы… Тем, кто хочет добиться чего-то в какой бы то ни было области жизни.
– И ты в это веришь?
– Если хочешь успеха, нужно верить! Успех в жизни – большой поезд, состав, ведомый локомотивом.
В нем последовательно сцеплен ряд вагонов, и из каждого можно перейти в следующий и дойти до самого локомотива. Так и в жизни человека. Один небольшой успех ведет к другому, и так далее. Вопрос лишь в том, что мы называем успехом и куда и к чему он нас ведет, так как то, что для одного человека успех, для другого – поражение, и наоборот.
– Понятно, теория относительности и квантовой механики. То, чего не успел соединить в единую теорию покойный Эйнштейн, – предположил Александр.
– На все в жизни можно найти свое объяснение при условии загадочности поясняемого нами необъяснимого.
– О нет, лучше, пожалуй, смотреть телевизор, чем читать столько мудреных книг. Там, по крайней мере, все так просто и ясно! Даже в фильмах и ток-передачах, – признался Сандро.
– Ты не замечал за собой, что от телевизора душа опускается, а от книг, наоборот, – обогащается, – вернулась Нино на свое прежнее место, удобно усаживаясь в кресло. – Правда, все зависит от того, какая книга и какая передача. Вот, пожалуйста, могу продемонстрировать! – зашелестела она телепрограммами перед опустившимся в кресло рядом с ней Александром и потянулась к пульту дистанционного управления.
– О нет, – взмолился Александр, – прошу тебя, избавь меня от этого, не нужно мне сейчас ни телевизора, ни книг…
– Ты все еще надеешься выудить у меня план поведения со своей возлюбленной, которая ожидает тебя в доме напротив?
– Да нет, – растерялся вдруг Сандро, – просто я, наверное, пытаюсь продлить время пребывания в твоем обществе, вот и все. Мне интересно знать, чем ты живешь вне работы?
– О-о-о, не многовато ли? Это так легко и безопасно, как ты думаешь? Вон, погляди на бегущую строку, – указала Нино взглядом на экран телевизора, выхватив и прочитав вслух одну из них: «Двое голубых – это уже сила, да здравствуют голубые!»
– Какой ужас! – возмутился Сандро. – И к тому же это пишет твоя тезка Нино.
– Ну почему же? Это наше сегодня, наша современность, в которую мы все понемногу и незаметно погружаемся и втягиваемся, – поспешила отключить телевизор Нино, прерывая на другом канале песню Ирины Аллегровой со словами: «Лучше расскажи, как ты будешь жить?» – А розы и вправду очень красивые, – переключила она внимание на чудное творение природы.
Темные розы… сколько в них нежности, грации, аромата, энергии, таинственности…
Научиться бы у них и нам, людям, извлекать из своей жизненной среды, недр земли все необходимое и нужное, чтобы хоть один раз в жизни распуститься во всей красе и мощи, пусть даже перед смертью, чтобы было чем оправдать свое пришествие в этот мир и свое предназначение.
– «На том свете меня спросят: что ты сделал со своими дарованиями и что ты дал людям?» – писал в свое время Экзюпери, – вспомнил Александр.
– Да, – усмехнулась Нино, – как много с тех пор изменилось. Сегодня люди задаются вопросами типа: что я успел урвать из этой короткой жизни и чем прославился?
– Связь времен прерывается в истории человечества настолько часто и порой на столь небольшой временной дистанции, что, пожалуй, ни одному из поколений людей не удается избежать ее разрыва, приносящего многим такие потрясения, к которым они часто оказываются не готовы. Бифуркация времени вызывает в нас и биопсихосоциальные разрывы со всеми тяжелейшими их последствиями.
– Всему вина – наше пристрастие и тяга к консервативности, к привычному и установившемуся мировосприятию и мироощущению, – выдвинула свою концепцию Нино.
– Историческое развитие человечества, оказывается, куда более гибкий процесс, чем мышление и адекватное восприятие происходящего вокруг, – с горечью покачал головой Александр.
– Может быть, причина в том, что мы по уши влезаем в окружающий мир… Мир, в котором живем и как бы прилепляемся, при том, что, наверное, в жизни нужно быть скорее статистом, как бы извне наблюдающим за жизнью, чем деятелем, варящимся в этом котле.
– Как могут нас не задевать и не касаться жизненные вопросы, раз уж мы живем? – поинтересовался Сандро.
– Просто нужно, видимо, быть философом, – посоветовала Нино, – наподобие той спокойно спящей в клетке свиньи на палубе терпящего бедствие корабля.
– Говорят, на этот счет имеется множество поучений в творениях мудрецов, но что же делать нам, простым смертным?
– Да, некоторые из них имеются и у меня, вон в той части полки, – указала взглядом Нино. – Но все-таки я думаю, что каждый человек должен нести свою ношу, свой крест, насколько он способен его осилить, и не посягать на непосильную ему ношу… но свою нести с честью.
– Неси свой крест и веруй, – вздохнул Сандро.
– На этот счет рассказывают очень интересную историю о двух людях, несущих свои большие кресты. Один из них постоянно просит Творца уменьшить его крест. Тот исполняет его просьбу. В конце же пути в лучший мир эти люди оказываются перед глубокой пропастью, которую удается перейти только тому, кто донес до нее свой крест большим, – он перебрасывает его через пропасть, как мост. Второму же не удалось перебросить свой уменьшенный крест, и он свалился на на дно.
– Эх, – вздохнул Сандро, – и все-таки многие безумные люди предпочитают жить в этом мире сегодня и в свое удовольствие, а не в ином, в будущем. А мудрые отказываются от здешней, мирской жизни, чтобы жить в будущей, вечной. Что же делать нам, простым смертным и грешным, увы, не умным и не мудрым, которые разом и отказываются от земной жизни ради небесной, и опасаются, что не удостоятся небесной, так как жили на земле. Получается, мы ни того, ни другого не получим!
– В любом случае все-таки нужно стараться!
– А там – как получится?
– А там – как получится! Обязательно получится!
Город понемногу погружался в сумерки, в небе вспыхивали звезды, в окнах домов, усеявших как грибы после дождя широкое поле, – электролампочки.
Сандро и Нино с балкона последнего, девятого этажа вглядывались в снующих внизу, по земле, людей и машины. Отсюда интересно было наблюдать и за тем, что происходит на небе.
– Такое сочетание двух громадных светил увидишь не всегда, – восхитился Сандро.
По небесному куполу неуклюже пробегали гроздья облаков разной формы, словно побуждающих сравнивать себя с разными предметами и обитателями земли.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?