Читать книгу "Папин дневник. Папуары"

10 февраля

Иногда папа чувствует себя зеркалом. Это когда дочь звонит по скайпу из соседней комнаты за пять минут до урока английского (тоже по скайпу) и трогательно укладывает в вебкамеру челку…

15 февраля

«Только мне звонить четыре, а ему двенадцать раз». Всем знакомое предложение встретилось дочери в учебнике русского языка. Дочь зависла над ним в недоумении. Вот так бывшая реальность переходит в разряд непоняток. Папа рассказал, что такое коммунальные квартиры. Кажется, ребенок стал больше поднимать об этой жизни…

22 марта

Дочь просыпается, показывается из-под одеяла, сипит больным горлом:

– Пап, дай кота.

Папа идет на кухню, берет кота и пытается ему объяснить:

– Не обижайся, но пора на работу…

31 марта

– Папа. А больные астмой могут надувать воздушные шарики?

1 апреля

Надпись на доске над столом дочери:

– Эпично!

…

– Наш папа как Ди Каприо. Все у него хорошо, только Оскара ему не дают…

5 апреля

– Женя? Почему ты такой хмурый?

– А каким я должен быть в субботу утром в 11 классе, собираясь в школу?

…

Саша обеспокоена:

– Папочка! Поехали в Макдональдс!

– Зачем?

– Понимаешь, говорят, что скоро все Макдональдсы закроют!

– Это почему же?

– Потому что они американские!

15 апреля

– Папа! А ты понимаешь, что если вот эти свои хроники, которые ты за мной записывал, ты выкладываешь в интернете, и тебе за них даже там платят, то это как бы мои деньги?

17 мая

Женик явился домой со дня рождения слегка навеселе.

21 мая

Несколько дней до ЕГЭ. Женик, находясь в стрессовом состоянии, попросил сделать ему сырники без творога…

24 мая

Папа вернулся с последнего звонка Женика. Больше всего папе запомнился дружный вопль выпускников «Нет» на вопрос, готовы ли вы расстаться с детством, и выступление представителя родительского корпуса. Родитель прокололся в двух местах. Говоря о родительском усердии, употребил глагол «вбивать», а живописуя будущую тернистую жизнь, проговорился – «и вот идете вы в этой темноте…»

2 июня

Заспанная Сашенька появляется в папиной каморке в половине второго дня с вопросом:

– А почему я не пошла сегодня в школу на отработку?

30 сентября

 
Сашенька:
– Папа! Покорми меня!
Папа потягивается. Сашенька:
– Поактивнее! Поактивнее!
 

21 октября

По дороге в школу Сашенька учит папу писать «фанфики» и объясняет необходимость нагнетания, связанную с регулярностью выкладки «прод». Сетует на то, что ее герои порой ведут себя непоследовательно и назавтра совершают поступки и говорят слова, которые сегодня для них никак не «норм». Отдельное беспокойство дочери вызывает то, что неудовлетворительный учет снаряжения героя приводит к отсутствию у последнего необходимых вещей в самый ответственный момент, поэтому иногда он вынужден брать «какую-нибудь кофту» прямо из воздуха!

12 ноября

В ответ на просьбу навести порядок на рабочем столе дочь процитировала Эйнштейна: «гении управляют хаосом». Папа растерялся…

19 ноября

Мама дочери с утра:

– Ты поела?

– Нет.

– Пока не поешь, в школу не поедешь!

– Прикольно!

20 ноября

Сашеньке нездоровится. Школу отменили, папа собирается вызывать врача. Дочь высовывает нос из-под одеяла:

– А какого врача ты будешь вызывать?

– Хирурга.

– Зачем?

– А чего мучиться? Отрежет то, что у тебя болит, и все.

– Тогда от меня ничего не останется…

25 ноября

Папа приносит дочери кружку кефира, она выпивает, наклоняется и вытирает моську папиной футболкой (это не правило, а редкое исключение из правил). Папа удивляется:

– Ты чего это?

– А все равно она уже грязная!

Теперь уже и не поспоришь…

27 ноября

День. Папа везет Сашеньку из школы. Она в изумлении смотрит в окно машины.

– Папа!

На мутном дневном небе висит вполне себе полная Луна. Большая и холодная на вид.

– Луна. Что не так?

– Папа! А как же на другом полушарии? Луна здесь, а они там? У них же ночь! Она им нужнее!

…

На днях Саша озадачила папу вопросом, есть ли у него кумир? И тут же уточнила:

– Но чтобы он был англичанином!

Папа, у которого кумиров не было никогда (исключая кумирок), нахмурился, но на всякий случай уточнил:

– А тебе зачем?

– Задали сделать доклад на английском языке о каком-нибудь знаменитом человеке. Но лучше об англичанине, язык-то английский.

– О кумире?

– Ну, не обязательно, но чтобы человек был таким… интересным.

– Но ты ведь все равно сдуешь с интернета?

– Знать бы еще, про кого сдувать…

В итоге Саша весь вечер изучала и переписывала неоконченную (пусть он будет максимально возможно здоров) историю жизни Стивена Хокинга…

4 декабря

Папа корпит над текстом, дочь, которой нездоровится, капризничает. В какой-то момент папа не выдерживает:

– Саша! Я работаю! Не отвлекай!

– А что я?

– Ты мне уже весь мозг вынесла!

– Хочешь я его тебе обратно занесу?

6 декабря

Только что на днях довольно-таки стройная Сашенька поднимала панику, встав на весы, – «откуда взялись эти сорок семь кг?», и вот растущий организм взял вверх. Затребовав добавки во время ужина, дочь довольно воскликнула:

– Еда! Я буду жирной!

А когда папа отошел, добавила вполголоса и с надеждой.

– И вкусной…

11 декабря

Чего не попросишь у дочери, первый ответ – один:

– Магия вне стен Хогвартса – запрещена!

…

В глубокой тоске папа разбирает с дочерью задачки по химии. (Еще не так давно он искренне надеялся, что возвращаться к ним не придется, однако реальность опрокидывает самые смелые предположения). Наконец параграф усвоен, дочь уверяет, что все поняла и довольно захлопывает книжку.

– Стоп! – говорит опытный в «провести на мякине» папа. – А теперь реши хотя бы один пример. Посчитай соотношение для какого-нибудь вещества.

– Для какого? – корчит гримасу дочь.

– Для… – папа (еще тот химик) с тоской оглядывается вокруг себя (дело происходит на кухне), почему-то не заинтересовывается поваренной солью, содой, бросает взгляд на чуть потемневший нож. – Оксида железа!

Через минуту из комнаты дочери, залезшей в вики, доносится возмущенный вопль:

– Папа! Их три разных!

«Да ну?» – думает еще тот химик папа.

13 декабря

Замученный нелегкой учебой в Бауманке Женик едет на выходные домой. Дочь, которая оккупировала комнату брата на время его отсутствия, претворяет в жизнь тонкую девичью месть – застилает ему постель веселеньким (по ее собственному мнению – отстойным) бельем с сердечками, коронами и принцессочками в розовых платьях. Она еще не знает, что утомленному студенту глубоко по барабану, на что упасть. Он засыпает уже в падении.

16 декабря

Строчка из сочинения дочери:

«о башнях, из которых свисают косы прекрасных принцесс»

23 декабря

Папа на кухне чистит подгоревший чайник (отказал свисток, так что, «невиноватая я»). Заходит Саша, молча лезет в холодильник, достает, скажем так, (чтобы не обострять) еду и режет ее ножом на столе. Папа (голосом больного воспалением легких из итальянского фильма «Укрощение строптивой») вопрошает:

– Почему не на доске?

Дочь:

– Доска для слабаков.

…

Самоидентификация – опасное дело. Прихорошившись у зеркала (все черное, все на шнурках, все в заклепках и плетенках, плюс черные фальшивые очки на лице), на глазах округляющаяся Сашенька резюмировала:

– Суровая телка.

Папа вздрогнул.

2015 год

10 января

 
Папа: – Саша! Вставай!
Дочь: – Я еще посплю! Я будильник поставила!
Папа: – На какое время?
Дочь: – Не помню…
 

12 января

Текущая бытовуха…

Рано утром в узком переулке у школы, практически на «заднем кирильце» магазина, обнаружился гаишник на служебном авто. Он остановил машину, в которой папа вез Сашеньку, но документы проверять не стал. Спросил:

– Ребенка в школу везете?

– Да. (До школы осталось сто метров).

– Ребенок пристегнут?

– А то.

Гаишник наклонился, посмотрел на ребенка и махнул рукой, езжайте. (Папа, кстати, не был пристегнут).

Уже в обед папа забрал ребенка и повез его домой. Встал на светофоре на перекрестке (пардон) улиц Ленина и Пионерской, ждал, когда пролетят машины по встречке, чтобы повернуть налево и нырнуть в Пионерскую, превращающуюся чуть дальше (топонимический бальзам) в Огородную. Когда светофор уже стал красным (но мы на перекрестке, повернем, куда денемся), по встречке пролетела девяносто девятая с ошалевшим от собственной наглости мол. челом за рулем. Проводившие его взглядом несколько водителей, уверен, произнесли одно и то же слово.

Папа и Сашенька едут по Огородной. Дочь думает о чем-то, затем говорит:

– А если бы ты не пропустил его, он бы врезался в меня.

– Но я же его пропустил?

– Это хорошо. Но я никогда не буду водить машину. Лучше велосипед.

– Вопрос спорный.

Дома выяснилась причина грусти. Оказалось, что Сашенькина лучшая подруга, с которой она месяц назад разругалась вусмерть, упала в подъезде и сломала челюсть. Говорить не может, есть не может, работают только руки. Завтра – операция. В связи с указанными обстоятельствами выяснилось, что бывшая ссора не стоит и выеденного яйца.

Вечером позвонил Женик. Отчитался, что сдал на первой сессии первый экзамен. Математика. Довольный как слон. Три балла.

– Почему так мало?

– Много! Половина группы вообще не сдала.

Осталось еще два каких-то «автомата» (все зачеты есть), и 24 геометрия.

Папа погружается в новую и очень интересную историю. Все стараются. Только детство истаивает на глазах…

17 января

– Саша! Почему у тебя опять лифчики всюду лежат в комнате?

– Потому что женщины захватывают мир!

21 января

Саша (удовлетворенно):

– Четенько!

16 февраля

Главное – взаимопонимание между родителями и детьми. Папа заходит в комнату дочери:

– Уроками занимаешься или фигней какой-нибудь?

– Фигней…

27 марта

Саша:

– Папа, доешь, пожалуйста, мой суп.

– Саша, я не подписывался доедать за тобой суп!

– Подписывался, в тот момент, как меня родили, так и подписался…

31 марта

По дороге в школу дочь озаботилась внутренним устройством ада. Папа, неподготовленный к такому вопросу, едва не вдарил по тормозам, начал что-то говорить про различное представление об этой неизбежности в разных культурах, называть имена Данте, Даниила Андреева, подумывать над фразами – «незачем далеко ходить» и «очумелые ручки», но на папино счастье школа была уже рядом.

25 апреля

– Саша, а ты в каком возрасте собираешься выходить замуж?

– Года так в двадцать два.

– Почему так рано?

– А ты хочешь, чтобы я своих детей в школу старушкой водила?

…

Лето.

У Женика сессия. У Сашеньки летние заботы перед восьмым классом и осенним четырнадцатилетием. Неизвестно, что будет дальше, но все продолжается, и папа надеется, что поставить точку на этих страницах придется еще очень нескоро.

Но детство тает…

…

5 августа

 
Мама:
– Папа. Наша малюсечкая, люсипучечная, милая дочка…
Дочка, утробным голосом:
– Хочет жрать.
 

12 сентября

Папа пишет сыну в скайпе – Ты дома? (Связи почему-то нет, пары заканчиваются поздно, добираться до съемной квартиры еще дольше). Потом узнает, что ребенок приедет на выходные к папе и маме. Встречает его в 23.30 с электрички, приводит домой, разговаривает, кормит. Ребенок к компу. Папа к своему. Скайп пищит. Папа видит ответ на свой вопрос: – Да.

14 сентября

Занедуживший, умученный лечебными процедурами папа мрачно замечает:

– Нет в жизни счастья.

Дочь, бодро навинчивая колпачок на снадобье, с недоумением:

– Вот, я же перед тобой!

29 сентября

– Папа! А как будет правильно – «закатать» или «закотать»?

– Саша! Есть же проверочные слова. Конечно «А». Впрочем, если ты хочешь кого-то замучить котами, то, безусловно, «О».

15 октября

Старший сын (социофоб) наконец высказал свои претензии к человечеству:

– Блин, пусть хоть моются и не издают лишних звуков, этого достаточно.

11 ноября

Самоирония наше все. При срабатывании будильника на телефоне дочери была обнаружена ободряющая надпись – «Вставай, чмо»…

…

Уставшая на работе мама разговаривает во сне. Распоряжается фурнитурой, напоминает, что следует отправить какому-то клиенту фотографии. Папа отрывается от компьютера и присаживается рядом с блокнотом.

– Не понял, еще раз про фотографии. Куда и кому?

– Это я не тебе, – не просыпаясь, объясняет жена.

13 декабря

На днях выяснилось, что аппарат МРТ чем-то похож на микроволновку. Шумит точно так же, если сунуть в него стальную посуду. Да, дочь пощелкала брекетами на зубах и отправилась домой… Вот все так у нас…

2016 год

Однажды

Папа приносит из аптеки баночку для анализов. Дочь надувает губы:

– Почему с красной крышечкой? Хочу с зеленой!

29 марта

Папа везет ребенка в школу. Минус один. Солнце. Над старым городом висит воздушный шар. На шаре – чья-то физиономия.

– Боб Марли? – приглядывается дочь.

– Нет, – отвечает папа. – Конечно, хорошо, что не Сталин. Но тоже убийца и мерзавец. Че Гевара.

Вот так по крупинке все и закладывается…

29 апреля

Папа опять везет ребенка в школу. Дочь листает конспект, с усмешкой замечает:

– Забавно, фамилия террориста, который не смог убить Александра 2 – Халтурин…

29 октября

Женик (учится в Москве) присылает Сашеньке сообщение (в день ее рождения): «СДР». В ответ естественно получает – «СПС».

2017 год

5 февраля

Папа разбирается с дочерью у нее в комнате (бывает, когда нужно что – то достать, переложить и так далее). Постепенно заходит разговор о книгах, и тут дочь выдает, что очень любит Гоголя, но второй том Мертвых душ ее как – то разочаровал. «Не пошел». На этом месте папа слегка… немеет (папино детство никак не совпадало со вторым томом Мертвых душ), но пользу извлекает тут же. В тот момент, когда гора необязательных нужностей, которых жалко выбрасывать, достигает критической высоты, опрометчиво называет дочку Коробочкой. Дочь недоуменно морщит лоб, с усмешкой поправляет папу, что тогда уж Плюшкин, а не Коробочка и решительно машет рукой: – Ладно. Все нафиг!

2018 год

Дочь постепенно становится взрослой. Еще не так давно уверяла, что никогда в жизни не будет водить машину, а теперь увлеченно «топит» по дорогам на экране в игре ГТА. На замечание папы, что в реальной жизни все происходит немного не так, отвечает спокойно:

– Я знаю.

И ведь знает. Или узнает. Но это будут уже другие истории. А эта подходит к концу. Небольшим бонусом рассказ Сашеньки из 2016 года под названием «Окно». Папино участие ограничилось попыткой сократить текст, отжимая из него «воду». Дочь стояла за каждое слово насмерть.

Александра Малицкая «Окно»

Я сижу на подоконнике и смотрю в окно на маленький дворик, на стены, увитые плющом, на позеленевшие от сырости и времени кирпичи. За окном – тишина. Порой я сижу так часами, вглядываясь в редких прохожих, птиц, кошек. Но сегодня идет дождь, и смотреть мне не на кого. Я открываю окно, протягиваю руку через решетку и ловлю пальцами капли.

Во двор въезжает красная машина. Ее цвет режет глаза. Хлопают двери, раскрываются зонты. Один из них прозрачен, поэтому я вижу под ним темноволосого юношу. За спиной у него рюкзак, в руке яблоко. Рядом с ним девчушка, наверное, младшая сестра. Мать, отец. Мужчина достает из багажника чемоданы и ставит их на мокрую траву. Юноша вертит головой и замечает меня. Улыбается и машет рукой. Я облизываю губы и прячусь.

Кажется, в доме появились новые жильцы. Наверное, было бы неплохо погулять с этим юношей или его сестрой. Услышать их голоса, обменяться взглядами. Покачаться на качелях. Даже просто походить рядом. Молча. Если бы решетки в моем жилище были только на окнах…

Я иду в прихожую и прислушиваюсь. Я слышу их голоса, звук их шагов. Цоканье каблуков матери, тяжелую поступь отца, легкое топанье дочери, шуршание ботинок юноши, скрип чемоданов. Их квартира на нашей площадке. Они близко, я угадываю дыхание и почти слышу запахи. Но до их двери четыре метра. Слишком далеко для меня, слишком. Я облизываю губы.

Я возвращаюсь на подоконник и сижу там до темноты. Мой дворик кажется мне чужим. Я смотрю на машину и ненавижу ее. Я жду маму.

Дни тянутся своим чередом. Но мне не скучно. Теперь мне есть на кого смотреть. Брат с сестрой гуляют в нашем дворе. Иногда он машет мне рукой. Я облизываю губы. Мне хочется спуститься к ним, но я не могу. И однажды я машу ему рукой в ответ. Он бежит к подъезду.

Я спрыгиваю с подоконника, приседаю и прижимаюсь к стене. Я как будто боюсь чего – то. Внизу хлопает дверь. Шаги на лестнице. Звонок. Звонок в мою дверь.

Я поднимаюсь, на дрожащих ногах иду к прихожей.

– Эй! – слышу я его голос. Его голос?

– Кто там? – отвечаю я хрипло.

– Здравствуйте, у вас случайно не живет рыжеволосая девушка?

– Живет, – хриплю я.

– Позовите ее!

– Это я.

Он запинается.

– Ты не хочешь погулять с нами?

«Да» – хочу сказать я.

– Нет.

Он делает паузу.

– Почему ты не выходишь?

– Не могу.

– Ты болеешь?

Я молчу.

– А что ты делаешь?

– Жду маму.

– Когда вылечишься – выходи. Мы теперь здесь живем.

Я молчу. Он ждет еще несколько секунд и спускается по лестнице. Я сползаю по стене, стискивая ладонями виски. Если бы я могла вылечиться…

Мама приходит поздно. Сначала я слышу шарканье ее ног во дворе, потом хлопанье двери подъезда, шаги на лестнице. Чувствую запах смерти и животного страха. Слышу, как поворачивается ключ в замке, вижу силуэт мамы. Она щелкает выключателем, закрывает за собой дверь, ставит на пол сумку.

Я стою, вцепившись в решетку, которая перегораживает прихожую. Мама копается в сумке. Мне кажется, что она ненавидит меня, но в ее глазах только усталость.

Она выкладывает на тумбочку постиранное белье, какие – то книги, достает тяжелую пластиковую бутыль и протягивает ее мне. Я хватаю ее через решетку, срываю пробку и жадно глотаю. Свиная…

Мама смотрит на меня с ужасом.

– У новых соседей двое детей, – перевожу я дыхание.

– Даже не думай, – говорит мать.