Текст книги "Многомерная психика. Внутренний мир личности"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mnogomernaya-psihika-vnutrenniy-mir-lichnosti-102801.jpg)
Автор книги: Татьяна Березина
Жанр: Учебная литература, Детские книги
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Если психика является идеальным, в смысле – нематериальным, отображением внешнего мира, то возможностей у такого отображения, не ограниченного рамками материального, еще больше. Любое зеркало двумерно, но способно отразить трехмерные предметы, как и за абсолютно плоским экраном телевизора существует объемный мир; и если немного постараться, то показываемые пейзажи могут приобрести глубину.
Итак, в любом случае человек представляет собой отображение Вселенной. Косвенным следствием этого положения является познаваемость мира. Будучи созданной (природой или Богом) по образу и подобию Вселенной, наша психика несет в себе все ее образы и законы, а значит, все эти законы в принципе доступны человеческому познанию. Более того, возможно, что законы, которые не получили отображения в нашей психики, принципиально непознаваемы до такой степени, что об этом мы никогда не узнаем.
Идеи о связи человека и Вселенной довольно распространены в современной культуре. Их высказывают ученые-естественники, философы, врачи и психологи. В естественных науках это концепция бутстрапа Д. Чу [151], постулирующая всеобщую глубинную взаимосвязь всех явлений во Вселенной, работы Ю. Вигнера, показывающие роль человека-наблюдателя на физику микромира [400], исследования влияния сознания на редукцию волновой функции Г. Стэппа [395] и ряд других [11, 12, 232]. Отечественный философ В. В. Налимов предположил, что всем явлениям в природе присущ творческий процесс, который «может быть описан единой моделью на всех уровнях существования Вселенной, начиная от космогонического уровня и кончая уровнем человеческой деятельности» [223, с.30].
Существует также и представление о том, что в психике человека могут быть отображены глубинные свойства мироздания. «Почему соотношения абстрактной математики, возникшие без какой-либо видимой связи с особенностями окружающего нас мира, столь фантастически хорошо приспособлены для отражения тончайших свойств этого мира?» – спрашивает В. Лефевр [192, с.14]. В качестве варианта ответа на этот вопрос он готов допустить, что «в психику человека заложены некоторые формальные схемы, в которых уже отражены законы природы» [192, с.14].
Каким же образом сложные, доселе неизвестные законы внешнего мира получают отображение в нашей психике? Материалистическая психология предполагает, что абстрактные законы природы получают отображение в процессах мышления, осуществляющихся с помощью второй сигнальной системы – речи. Как пишет А. Н. Леонтьев, «мышлением в собственном значении слова мы называем процесс сознательного отражения действительности в таких объективных ее свойствах, связях и отношениях, в которые включаются и недоступные непосредственному чувственному восприятию объекты. Например, человек не воспринимает ультрафиолетовых лучей, но он тем не менее знает об их существовании и знает их свойства. Как же возможно такое познание? Оно возможно опосредованным путем? Этот путь и есть путь мышления» [189, с.228]. Однако, как нам кажется, с помощью мышления человек не только, а может быть и не столько, отражает законы мира, сколько доводит их до сознания мыслящего человека. Отражение же недоступных нашему восприятию явлений происходит значительно на более глубоких, неосознаваемых уровнях. Те же ультрафиолетовые лучи, прежде чем человек отразил их в мышлении, наше тело отражало в виде загара. И такое отображение (в виде чувственных, в данном случае кинестетических образов) первично. Что-то в этом роде писал К. Лоренц, говоря об отражении гидродинамических свойств воды рыбами. «Уже в развитии строения тела, в морфогенезе возникают образы внешнего мира: плавники рыбы и ее способ движения отражают гидродинамические свойства воды, которыми вода обладает независимо оттого, загребают ли ее плавники» [198, с.248]. Законы гидродинамики сравнительно недавно открыты человечеством, возможно, даже не в полном объеме; рыбам же, насколько мне известно, они недоступны вообще. Однако это не значит, что эти законы не получили своего отражения в строении их тела, а значит и мозга, системы движений, а значит и психики.
Итак, мы сделали краткий обзор гипотез и теорий, относительно природы психического и взаимодействия психики и мира, многие концепции экзотичны, однако любая из них опирается на определенный теоретический и экспериментальный багаж, который невозможно проигнорировать. Однако из многообразия приведенных точек зрения нас будут дальше интересовать только те, которые относятся к цели нашего собственного исследования, а именно проблеме существования скрытых измерений внутреннего пространства.
Итак, вопрос первый, отражаются (могут ли отражаться) в чувственных образах скрытые размерности внешнего мира, если, конечно, таковые в нем имеются.
К сожалению, большинство психологов вообще не задается этим вопросом, а меньшинство отвечает на него отрицательно. Человек может воспринимать и визуализировать только трехмерные объекты, образы большей мерности принципиально недоступны ни восприятию, ни воображению, т. е. мы не можем их не только увидеть, но и представить. К таким выводам приходят авторы монументальной монографии: «Зрительные образы: феноменология и эксперимент», изданной в нашей стране в 1971–1974 гг. [147].
Почему так? Причина этому, полагает К. Лоренц, в строении и функциях наших органов чувств, которые «лежат в основе формы созерцания трехмерного «евклидового» пространства; я сказал даже, что они и есть, в известном смысле, эта форма созерцания. Математика учит нас, что логически возможны другие, многомерные виды пространства, а из теории относительности и физики мы знаем, что пространство по крайней мере четырехмерно. Но наглядно мы способны переживать лишь его упрощенный вариант, который «вводит в наш опыт» свойственная нашему виду организация чувств и нервной системы» [198, с. 252]. Причиной такой избирательности восприятия нашего организма является тот факт, что мы замечаем и реагируем во внешнем мире лишь на то, что имеет непосредственное отношение к жизнедеятельности нашего организма. «У нас развились «органы» лишь для тех сторон Сущего-в-себе, какие важно было принимать в расчет для сохранения вида, т. е. в тех случаях, когда селекционное давление было достаточно для создания этого специального аппарата познания» [198, с.249].
Да, но… А если восприятие или воображение многомерных структур имеет смысл и значение для выживания вида? Если мы этого не осознаем, но многомерность пространства – времени играет важную роль в организации нашей психической жизни? Тогда вышеприведенные аргументы Лоренца снимаются. Что до того, что мы даже не подозреваем об отражении таковых свойств реальности, но разве отражающая гидродинамические свойства воды рыба (из приведенного немного выше примера того же К. Лоренца), разве эта рыба подозревает о своей особенности, или, может быть, она знает хотя бы один закон гидродинамики? А ведь для нее это отражение жизненно необходимых аспектов внешней реальности.
Некоторые исследователи привлекали многомерные модели для описания психической жизни человека. Шепард использовал такую модель для описания пространства воображения, он подчеркивал, что воображаемая форма объекта может быть репрезентирована как набор точек в многомерном пространстве с неевклидовой геометрией [394]. Хотя, скорее всего, в данном случае речь идет об условных измерениях, не имеющих реальной пространственной протяженности, о математической абстракции, позволяющей представить любую фигуру, движение или формулу как точку в многомерном пространстве. Как мы уже отмечали выше, такой подход не предусматривает реального увеличение мерности пространства, но возможно, Шепард предполагал и пространственное истолкование его точки зрения.
А. А. Гостев предполагал, что образы измененных состояний сознания могут отображать иные измерения, «как неявные аспекты «бытийного мира» (т. е. пространственно-временного мира физической реальности), так и фрагменты мира «инобытийного», включающего и «духовный мир» в его онтологическом аспекте, – т. е. «сфер реальности», не познанных наукой (и, может быть, недоступных научному познанию в принципе) [108, с. 20]. Здесь напрямую декларируется отображение в образах «неявных аспектов физической реальности», хотя и не указывается, что такими аспектами могут быть дополнительные измерения пространственно-временного континуума.
Наконец, в исследованиях С. Грофа было установлено эмпирически, что образы измененных состояний сознания могут быть многомерными [114]. Он показал, что на сеансах с применением ЛСД испытуемые, «знакомые с математикой и физикой, иногда сообщают, что многие из концепций этих дисциплин, которые ускользают от рационального понимания, могут стать более постижимыми и даже могут быть пережиты в измененных состояниях сознания. Способствующие постижению инсайты включают такие теоретические системы, как неэвклидова геометрия, Риманова геометрия n-мерного пространства, пространство – время Минковского, специальную и общую теорию относительности Эйнштейна» [116, с.247].
Итак, человек, являющийся подобием (или отражением) Вселенной, отображает в своем воображении ее скрытые пространственно-временные свойства, отображает уже тем, что думает о них. Отображение может осуществляться как в форме мышления (разработка теорий многомерности, составление формул, размышление об этом), так и в форме чувственных образов, формирующих внутреннее пространство индивида. Большая часть скрытых измерений, отраженных в форме чувственных образов, человеком не осознается, однако она может проявляться в форме размышлений или образных представлений в измененных состояниях сознания.
Экспериментальная часть проводилась совместно с кандидатом медицинских наук Р. Иматдиевой. Для изменения состояния сознания использовали гипноз. По мнению многих исследователей, гипноз – особая резервная форма психического отражения, при которой активируется «потенциальная готовность к максимальной мобилизации психики»; в этом состоянии расширяются возможности сознания и самосознания к управлению центральной и периферической нервной системой, включая элементы бессознательного и организма в целом [245]. Во всех экспериментах участвовали только добровольцы.
Исходя из принципа подобия психики и мира (отражения), мы сформулировали следующую гипотезу.
Гипотеза 1 (теоретическая). Если скрытые измерения пространства – времени существуют в какой-либо форме, то их наличие должно получить свое отображение в структуре внутреннего пространства, т. е. при определенных условиях (возможно, в измененных состояниях сознания) человек в той или иной степени может визуализировать зрительные образы с мерностью больше трех. Если это происходит, то мы можем говорить о многомерности внутреннего пространства человека.
Если подобное окажется человеку не под силу, значит его внутреннее пространство в лучшем случае 3-мерно.
Гипотеза 2 (экспериментальная). В соответствии с концепцией динамической локализации психологических функций в коре головного мозга по А. Р. Лурии [200], мы предположили, что с помощью внушения соответствующих переживаний у человека, находящегося в состоянии глубокого гипноза, можно вызвать избирательную активацию нервных структур, обеспечивающих отдельную функцию получения, переработки и хранения информации, поступающей из внешнего мира (функцию 2-го блока). Поскольку «каждый из блоков мозга подразделяется на два относительно автономных блока – правый и левый, обладающие «полушарными» особенностями» [322, с.15], то возможна избирательная активация отдельно «правого» и «левого» блока. Таким образом, под гипнозом можно обратимо (на срок внушения) вызвать многие нейропсихологические симптомы (афазии и агнозии).
Это положение было для нас важным, потому что в дальнейшем аналогичная методика использовалась для визуализации 4-го пространственного измерения. В случае удачи мы могли предположить, что при работе с многомерными изображениями происходит активация определенных нервных структур, как и в случае обратимого внушения нейрофизиологических симптомов.
Методика. Мы провели две серии экспериментов.
Первая серия была посвящена сравнительному изучению обратимого внушения нейропсихологических симптомов и активации многомерного образного воображения. Эксперимент осуществлялся в два этапа.
Целью первого была проверка второй гипотезы и отработка методики избирательной активации нервных структур под гипнозом на основе внушения симптомов афазий[3]3
Афазии – нарушения речи, возникающие при травматических повреждениях коры головного мозга. Афазия Брока характеризуется неспособностью больного говорить. Афазия Вернике характеризуется неспособностью больного понимать устную речь.
[Закрыть] и агнозий.[4]4
Агнозии – расстройства восприятия, возникающие при травматических повреждениях коры головного мозга. Левосторонняя зрительная агнозия возникает при повреждениях правого полушария и характеризуется неспособностью больного воспринимать информацию с левой половины зрительного поля. Правосторонняя зрительная агнозия возникает при повреждениях левого полушария и характеризуется неспособностью больного воспринимать информацию с правой половины зрительного поля.
[Закрыть] Наша методика являлась своеобразным вариантом известных в нейропсихологии методов обратимого угнетения работы одного полушария и соответственно обратимого вызыванию нейропсихологических симптомов, связанных с таковым расстройством мозговых функций (например [119]).
1. Обратимое внушение афазий. Испытуемые вводились в состояние глубокого гипноза (третья стадия по Е. С. Каткову [по 219]). Далее им внушалось: 1-й опыт – после пробуждения на некоторое время (до получения завершающего сигнала) они перестанут понимать речь, будут слышать, сами говорить, но понимать не могут; 2-й опыт – после пробуждения на некоторое время (до получения завершающего сигнала) они потеряют способность говорить, будут все слышать, понимать, но сказать не смогут. После каждого внушения испытуемый выводился из состояния гипноза, проверялось влияние внушения и давался сигнал завершения.
2. Обратимое внушение агнозий. Испытуемые вводились в аналогичное состояние глубокого гипноза. Далее им внушалось: 1-й опыт – после пробуждения на некоторое время (до получения завершающего сигнала) они перестанут видеть все, что находится справа от них, при этом неважно, куда они смотрят и каким глазом (правосторонняя агнозия); 2-й опыт – после пробуждения на некоторое время (до получения завершающего сигнала) они перестанут видеть все, что находится слева от них, при этом неважно, куда они смотрят и каким глазом (левосторонняя агнозия).
Следует отметить, в организации этих опытов не содержится ничего, что выходило бы за рамки возможностей среднего гипнотизера, выступающего в сельском клубе с эстрадной программой. Это стандартный трюк любого артиста-гипнотизера («Сейчас вы не сможете говорить», «Сейчас вы не будете это видеть», «Сейчас вы увидите вместо этого зала пляж» и т. д.).
Целью второго этапа была проверка первой гипотезы и визуализация образов 4-го пространственного измерения. До эксперимента испытуемые не знали, что именно им предстоит визуализировать. Перед опытом испытуемым напоминали некоторые положения школьного курса геометрии. Рисовались прямая, прямой угол, оси координат; из спичек и пластилина составлялись: прямая, угол, две прямые под углом в 90 градусов, три прямые, пересекающиеся под углами 90 градусов – декартовы оси координат, демонстрировался пример объемного прямого угла – угол комнаты, – в котором пересекаются три стены под прямым углом. Ненавязчиво упоминалось, что 4-ю линию таким образом провести нельзя («Как бы еще одну линию провести под прямым углом ко всем остальным – не получается, ну ладно»).
1. Визуализация в состоянии гипноза. Испытуемые вводились в аналогичное состояние глубокого гипноза. Далее им предлагалось вообразить: 1) прямую линию, 2) две линии, пересекающиеся под углом 90 градусов, 3) три линии, пересекающиеся под углом 90 градусов. После чего переходили к визуализации 4-го пространственного измерения. Испытуемым предлагалось мысленно провести еще одну линию (четвертую) под углом в 90 градусов ко всем остальным. Другой вариант – предлагалось представить угол комнаты и попробовать вообразить четвертую стену под прямым углом к остальным. Далее испытуемым предлагалось мысленно «посмотреть» в направлении этой линии и словесно описать все, что они видят.
В ряде случаев предлагалось вообразить 5-ю линию, 6-ю, 7-ю, до тех пор пока испытуемые могут это делать. Также предлагалось смотреть в направлении каждой линии и описывать свои переживания.
2. Постгипнотическая визуализация. В состоянии глубокого гипноза испытуемым внушалось, что после пробуждения на некоторое время (до получения завершающего сигнала) они сохранят свою способность визуализировать 4-ю прямую линию и смогут смотреть в ее направлении из любой точки комнаты. Далее они выводились из состояния гипноза и проверялась сохранность внушения. Испытуемые описывали особенности своего видения мира. В заключение давался завершающий сигнал.
Испытуемые. В экспериментах принимали участие 7 человек, не имеющих противопоказаний к гипнозу. Сложность эксперимента заключалась в том, что для полного эффекта необходимо было достижение самых глубоких стадий гипноза (3-я ступень 3-й стадии по Каткову), что встречается крайне редко. Всем требованиям удовлетворили только 3 опыта, у остальных испытуемых были трудности с выполнением постгипнотических установок.
Вторая серия. Во всех вышеприведенных исследований внушение нейропсихологических симптомов осуществлялось по принципу вызывания отрицательных галлюцинаций («Вы не будете видеть», «Вы не сможете понимать речь» и т. д), а активация способности к многомерному воображению – по принципу внушения положительных галлюцинаций («Вы сможете видеть»). Различия в формулировке гипнотической установки могли оказать влияние на реализацию внушения. Поэтому мы провели еще одну серию экспериментов, в которой активация способности к многомерному воображению сравнивалась с вызыванием другой положительной галлюцинации. Для контроля необходимо было выбрать столь же сложное явление, как и визуализация четвертого измерения, при этом у испытуемых должна была оставаться неопределенность, возможно ли вообще данное явление и возможно ли у них в частности. В качестве контроля мы взяли активацию у человека под гипнозом способности «видеть ауру». С точки зрения методики оба эксперимента ничем не отличались друг от друга. В одном испытуемому под гипнозом внушалось, что он «сможет заглянуть в невидимое нам четвертое измерение»; в другом – «что он будет видеть невидимые излучения человеческого тела – ауру». В том и другом случае мы имели дело с условной способностью, которая может иметь место в действительности, а может не иметь. Следует учесть, что нашей работой мы вовсе не утверждаем реальность феномена «ауры», наоборот, мы выбрали это явление именно из-за отсутствия твердых доказательств в его пользу. Потому что изучаемое нами явление образной визуализации четвертого измерения в то время находилось точно в таком же положении (оно могло существовать в реальности, а могло не существовать).
Исследования проводились с группой добровольцев (20 человек), пришедших на тренинг «Искусство транса» для развития экстрасенсорных способностей под гипнозом. Тренинги проводились по методике, разработанной доктором медицинских наук А. Г. Ли, известного работами в данной области [193]. Дополнительно к основной программе тренинга, которая включала и развитие «способности видеть ауру», участникам тренинга предлагалось «заглянуть в четвертое измерение». Далее сравнивались особенности переживания испытуемых в первом и втором случае. Особенно нас интересовала легкость вызывания феномена: субъективное переживание испытуемым «получилось» у него увидеть ауру и «четвертое измерение» или «не получилось».
Результаты первой серии. Первый этап. Феномены обратимого внушения нейропсихологических симптомов вызываются только у высокогипнабельных испытуемых, при этом степень развития симптома прямо пропорциональна степени гипноза. Если у данного человека легко вызываются постгипнотические галлюцинации: позитивные (после сеанса он видит отсутствующие предметы, уверен в их реальности, берет в руки) и негативные (он не видит существующих предметов), то легко реализуется и внушение обратимых нейропсихологических симптомов.
Результаты наших опытов впрямую зависели от способности испытуемых реализовывать постгипнотические внушения.
Симптомы афазий в той или иной форме удалось вызвать у 4 человек, остальные, менее гипнабельные, преодолевали внушение. Приведем протокол одного из наиболее удачных экспериментов. Испытуемый – Э. М., мужчина, 29 лет, среднее образование, временно неработающий.
Опыт от 19.08.97. Внушение симптомов моторной афазии («не сможешь говорить»)
Испытуемый проснулся, встал, ходит, ведет себя обыкновенно, занимается своими делами. На все вопросы экспериментатора отвечает жестами.
Экспериментатор (Э.) – Все в порядке?
Испытуемый (И.) кивает.
Э. – Как твое состояние?
И. поднимает большой палец вверх.
Э. – Почему молчишь?
И. берет блокнот, карандаш, пишет ответ: «Было прекрасно!»
Э. – Скажи вслух.
И. пожимает плечами.
Э. – Что случилось, почему молчишь?
И. пишет «Не могу говорить».
После опыта Э. М. так комментирует свое состояние: «Я забыл, как говорить. Я понимал все, все нормально было, мне это не мешало. Было прекрасно. Мне речь мешала, жестами было легче высказаться. Когда я не мог говорить, я подумал, что это хорошо, мне даже думать стало легче».
Опыт от 19.08.97. Внушение симптомов сенсорной афазии («не сможешь понимать речь»).
Испытуемый, выйдя из состояния гипноза, продолжает молчать, не реагирует ни на слова, ни на действия экспериментатора. Экспериментатор обращается еще раз, привлекая внимание жестом.
И. – Я не могу выйти из этого состояния. Я не понял, повтори что ты сказала.
Э. тычет себя в грудь и называет свое имя, вопрошающе кивает испытуемому.
И. – Свитер.
Э. тычет в грудь испытуемому, называет его имя и вопрошающе кивает.
И. – Штормовка.
Э. пишет: «Что с тобой?»
И. – Не знаю. Не воспринимаю твою речь. Наверное, ты меня перегипнотизировала (усмехается).
Симптомы агнозий удалось вызвать у 2 человек, о некоторых еле заметных и быстро проходящих нарушениях восприятия сообщили еще 2 человека («Тень слева промелькнула, и все»).
В исследовании было показано, что нарушения восприятия при вызванных агнозиях удивительно напоминают таковые при действительных повреждениях мозга. Можно выделить следующие особенности: 1) нарушение восприятия с соответствующей половины поля зрения, 2) нарушение воспроизведения образов (рисование на одной половине бумаги), 3) у испытуемых правшей трудно вызвать правостороннюю агнозию, при соответствующем внушении у них все равно вызывается левосторонняя агнозия. Полученные нами данные совпадает с описанными в литературе симптомами нарушения восприятия при односторонних агнозиях [129].
1. Нарушения восприятия. При внушении симптомов левосторонней агнозии после выхода из гипноза испытуемый видит только предметы, расположенные впереди и справа от него; то, что слева, покрыто пеленой тумана, который перемещается, если испытуемый вертит головой. При частичной реализации внушения, испытуемые также сообщали о наличии «легкого тумана» со стороны невидимого поля зрения: «справа будто тень промелькнула», «справа все какое-то не такое, мутнее, как будто туманом подернуто». Иногда нарушается зрение одного глаза, но часто обоих. В одном из опытов поле зрения правого глаза у испытуемого осталось практически неизменным (при закрытии левого глаза испытуемый по-прежнему видел предметы впереди и справа), а поле зрения левого глаза резко уменьшилось (им одним испытуемый видел только то, что впереди него). В другом опыте испытуемый обеими глазами видел предметы впереди себя и справа. Если же он закрывал один глаз (любой – хоть правый, хоть левый), то другой глаз не видел ничего.
2. Нарушение воспроизведения. Испытуемому предлагалось изобразить на листе бумаги рисунок (нарисовать круг). Испытуемый воспроизводил весь рисунок на одной половине листа. При этом один испытуемый рисовал половину круга (см. рис. 2), что соответствовало реальным рисункам больных с травмами мозга [129]. Вторая испытуемая изображала маленький, слегка деформированный кружок в соответствующей половине листа (см. рис. 3).
Особенно нас удивило рисование испытуемым половины круга, потому что это ему не внушалось. На наш взгляд, было бы естественным, если бы испытуемый рисовал маленький кружок в правой половине листа, когда ему внушили, что он видит только «то, что справа». Рисование большой половины круга неестественно, но это совпадает с реальными следствиями агнозий. Исходя из этого, мы можем предположить, что в наших опытах нам удалось (во всяком случае иногда удавалось) действительно избирательно активировать систему нервных структур, ответственных за реализацию отдельной психической функции. Особенно это подтвердилось следующим опытом.
3. Данные получены в одном эксперименте с участием самого гипнабельного из наших испытуемого – правши. Приведем протоколы.
Вызывание симптомов правосторонней агнозии. Испытуемому внушалось, что видеть он будет только левую половину поля зрения.
Опыт от 19.08.97. Испытуемый открывает глаза, вертит головой.
Э. – Опиши состояние.
И. (продолжает осматриваться) – Не понял. Какой-то туман. Такое ощущение, что слева, вот тут (показывает рукой влево) – туманная пелена, а когда поворачиваюсь, она вместе со мной перемещается.
Э. (становится слева). – Что я делаю?
И. (разворачивается всем телом, чтобы видеть экспериментатора правым глазом) – руки скрещены.
Э. (становится справа) – А сейчас?
И. (не двигая головой) – Руки опущены.
У испытуемого не удалось вызвать симптомы правосторонней агнозии, вместо этого он воспроизвел симптомы левосторонней агнозии. Опыт повторили дважды с тем же результатом. При воспроизведении рисунка испытуемый рисовал половину круга на правой стороне листа.
Вызывание симптомов левосторонней агнозии. Испытуемому внушалось, что видеть он будет только правую половину поля зрения.
Опыт от 19.08.97. Испытуемый открывает глаза.
Э. – Опиши состояние.
И. – Не видит левый глаз.
Э. – А правый?
И. – Правый видит, вижу вот здесь и вот здесь (рукой показывает вправо).
Как и в предыдущем случае, экспериментатор поочередно становится то справа, то слева от испытуемого, предлагая увидеть, «что он делает»; далее испытуемый рисует круг на листочке (половину круга в правой стороне листа).
У испытуемого легко вызываются симптомы левосторонней агнозии.
Полученные нами результаты совпадают с данными нейропсихологической практики. Левосторонняя пространственная агнозия возникает у правшей при поражении правого полушария мозга. Правосторонняя пространственная агнозия у правшей является огромной редкостью и почти не встречается (большинство известных случаев зафиксированы у левшей) [по 129]. Наш испытуемый был праворуким. Мы легко вызвали у него обратимые расстройства восприятия в виде левосторонней агнозии (что совпадает с частотой реальных агнозий у правшей) и не смогли вызвать под гипнозом расстройство восприятия в виде правосторонней агнозии (что совпадает с тем, что и реальные правосторонние агнозии у правшей практически не возникают). Получается, в наших опытах тот или иной симптом под гипнозом удавалось вызвать в случае, если внушение совпадало с возможностями (особенностями строения и функционирования) его мозга. Если испытуемый имел реальные мозговые механизмы для реализации внушенного поведения, то он его реализовал (предположительно активируя соответствующие нервные структуры). Если испытуемый не имел такового (например, из-за особенностей функциональной асимметрии полушарий), то воплотить внушенное (например, притворившись) он не мог. Следовательно, мы предполагаем, что под гипнозом возможна избирательная активация нервных структур, необходимых для реализации отдельной психической функции. Разумеется, вывод относится только к глубоко гипнабельным испытуемым (уровень погружения 3-я стадия 3-й ступени по Каткову).
Результаты второго этапа. К большому нашему изумлению, феномен визуализации 4-го пространственного измерения удалось вызвать очень легко, гораздо легче, чем вызвать нейропсихологическую симптоматику. Все семь человек справились с заданием. Визуализация четвертого измерения после открывания глаз далась труднее, но в той или иной степени удалась всем испытуемым.
При визуализации под гипнозом большинство испытуемых в направлении 4-й оси «видели» или абстрактные геометрические фигуры, или затруднялись с описание увиденного. Причем, чем глубже было погружение, тем большие трудности испытывали участники эксперимента с вербализацией увиденного.
Приведем несколько протоколов.
Опыт от 16.08.98. Испытуемая – Ж. Х., женщина, 36 лет, среднее специальное образование, методист. Глубина гипноза – 2-я стадия 2-й ступени по Каткову (средний гипноз), внушения нейропсихологических симптомов практически не реализовались.
Визуализация четвертого измерения под гипнозом.
Э. – А теперь мысленно проведи еще одну линию под прямым углом к 3 остальным.
И. – Не представляю.
Э. – Представь угол комнаты. Могла бы ты мысленно выйти за пределы замкнутой комнаты, не пересекая стен. Надо извернуться так, чтобы посмотреть на нее со стороны.
И. – Не знаю, где я сама, но видение – как со стороны. Угол громадный темный объемный, освещен по периметру. Смотрю одновременно и как отсюда, и с улицы. Четвертая стена под углом в 90 градусов.
Э. – Еще раз вообрази три линии под прямыми углами и попробуй провести к ней четвертую.
И. – Да, есть линия.
Э. – Проверь – все углы прямые?
И. – Прямые, трудно удержать.
Э. – Опиши, что ты видишь в том направлении.
И. – Это трудно описать. Пошли круги, круги, шар в центре объемный. Как комета. Ядро там и хвост, хвост туда, хвост сюда. Все форму меняет, вихри.
Рисунок образов 4-го измерения представлен на рис. 4.
В следующих экспериментах испытуемый после успешной визуализации многомерных образов в состоянии гипноза получал установку на сохранение своей новоприобретенной способности после пробуждения. Часть опытов ставилась в лаборатории, часть на открытой местности, чтобы иметь возможность посмотреть на открытый огонь.
Опыт от 19.08.97. Испытуемый Э. М. Визуализация четвертого измерения после выхода из гипноза. Опыт проводился возле открытого огня (костра).
И. выходит из состояния гипноза, вертит головой.
И. – Ощущения? Огонь большой и в сторону распространяется, и в точку смыкается. Костер, как бы ячейка, состоящая из 5 сегментов. В центре такое образование, в которое как бы засасывает. Каждый фрагмент странной кубически-шарообразной формы.
/…/ Мир окружающий структурирован в пятистеночные образования. В каждом есть некий центр, в который уходит пространство.
/…/ (закрывает глаза) Пространство, нас окружающее, не плоское. Четвертое измерение уходит в центр каждой ячейки, каждая ячейка есть точка, в которую уходит четвертое измерение.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?